Жанр: Детектив

Белое бикини

сторінка №2

ас разговаривать. - Она коснулась шрама на щеке. - Думаю, Фаулер сказал вам об этом?
- О том, что вы вдвоем пытались надуть его? - Я кивнул. - Да, он рассказал мне. Джонни располагает кое-какой
информацией, которая меня интересует. Я заплачу за нее.
- Да, деньги нам сейчас нужны позарез, - с горечью сказала девушка. - Сколько?
- Пять сотен. - Я решил быть щедрым: какого черта, денежки-то не мои, а Акселя Монтегю.
- Подождите здесь. Я поговорю с ним.
Она исчезла в задней комнате, я опустился на видавшую виды кушетку и закурил, стараясь ни о чем не думать. Во мне
поднималась волна ненависти к Фаулеру и Кирку, а это было глупо.
Вскоре девушка вернулась, я поднялся ей навстречу.
- У нас тут все удобства. - Горечь в ее голосе усилилась. - У мистера Фаулера доброе сердце. Он нам сказал, что мы
можем отдохнуть здесь, прийти в себя, прежде чем отправляться в путешествие. И добавил: "Отныне вы не должны
пересекать границ Невады, если не хотите быть похоронены здесь". - Ее пальцы снова коснулись шрама на щеке. - Вы знаете,
он даже поручил доктору регулярно навещать нас и оплачивает все лекарства.
- Доктор был обязан сообщить в полицию, - сказал я, глядя на шрам.
- Сожалею. - Девушка усмехнулась. - Этот доктор давным-давно утопил свою лицензию на дне бутылки.
- Мне не нравится Фаулер так же, как и вам, детка, - хмыкнул я. - Но Джонни не должен был брать эти деньги.
Ее губы скривились в подобии улыбки.
- И он еще говорит мне это!
- Как там Джонни? - спросил я. - С ним можно поговорить?
- За пять сотен вы можете получить все, что хотите, включая и меня! - Она опять коснулась шрама. - О, я совсем забыла об
этом пустяке. Теперь я не предмет для сделки.
- Возможно, пластическая операция избавит вас от него, - предположил я.
- Разумеется, - усмехнулась она. - Подумаешь, всего несколько тысяч долларов за новое лицо! Вы, случайно, не знаете
хирурга, который сделал бы это задаром? - Не сводя с меня взгляда, она пожала плечами. - Впрочем, извините, вы тут ни при
чем. Проходите, Джонни ждет вас.
Джонни Федаро сидел на кровати, ожидая меня, его перевязанные руки безвольно свисали между коленей.
Он действительно выглядел как опереточный мерзавец - смуглая кожа, густые черные кудри. На красивом лице лежала
печать высокомерия, свойственного тем, кто избалован женским вниманием. В темных глазах, обрамленных длинными
ресницами, тлел огонек ненависти.
- Джонни, я - Рик Холман, - представился я.
- Что вы хотите услышать от меня за пять сотен? - тихо спросил он. - Впрочем, не важно. Я чертовски нуждаюсь в
деньгах. Бейб, - он кивнул в сторону девушки, - считает, что это деньги на дорогу, но у меня есть идея получше. - Он коротко
хохотнул. - Куплю на них револьвер и вышибу Фаулеру мозги.
- Лучше уезжайте, Джонни, - посоветовал я. - Вы должны понимать, что ждет вас, если вы попытаетесь прикончить такого
типа, как Фаулер. С денежными мешками не шутят. У вас еще вся жизнь впереди, так что выкиньте это из головы.
- Вы в своем уме? - Он горько усмехнулся. - Я конченый человек, Холман. Если вы помните, я был крупье.
Это все, что я умел делать, только этим ремеслом я способен зарабатывать на жизнь.
- Думаю, вы больше не сможете работать крупье. - Я вздохнул. - Фаулер наверняка позаботится об этом.
Ну что ж, существует миллион других способов заработать на жизнь своими руками.
- Да? - Его голос поднялся на целую октаву. - Вот этими руками?
Он резко вскинул руки, и, несмотря на грязную повязку, я увидел, что по два первых пальца на каждой руке отсутствуют.

Глава 3


Девушка плеснула в стакан дешевого виски и молча протянула Джонни. Он с шумом втянул виски в себя, пролив часть на
перевязанные ладони.
- Дженни? - переспросил он хрипло. - Кому какое дело до того, что стряслось с ней?
- Мне, - ответил я.
Он подставил стакан, и девушка все так же молча снова наполнила его.
- Я не видел ее шесть месяцев.
- Хорошо, расскажите о том, что было до этого. Начните с того, как вы встретились с ней.
- Это целая история, - хмыкнул он.
- Даю за нее пятьсот долларов, - объявил я.
Джонни оглянулся на девушку:
- Выйди.
- Бутылку оставить? - невыразительно спросила она.
- Поставь на пол.
Она поставила бутылку на пол рядом с кроватью и, не оглянувшись, вышла из комнаты.
- Около двух лет назад, - начал свой рассказ Джонни, - я работал на Фаулера. В один прекрасный вечер в казино заявилась
Дженни, она села за мой стол с таким видом, словно ей принадлежало все заведение. Несмотря на почти детскую мордашку,
она обладала вполне зрелыми женскими формами и, к слову сказать, прекрасно сознавала это. Она была не робкого десятка и
тут же спросила, как меня зовут. "Отлично, Джонни, - объявила она, - давайте-ка немного изменим наши ставки".
Я сказал, что правила заведения запрещают изменять ставки. "Я говорю не о деньгах, - возразила она. - С игрой
покончено. Вы будете принадлежать мне следующие двадцать четыре часа, а потом на это же время я поступлю в ваше
полное распоряжение".
В тот вечер она проиграла около трех тысяч долларов.
Когда я освободился, мы поднялись в ее номер. Никогда прежде я не встречал женщин, похожих на Дженни, - всякий раз
она приходила ко мне так, словно это была наша последняя встреча.
- Вы хотите сказать, что она была страстной?
- Да, полагаю, именно такой она и была. - В его голосе я уловил сомнение. - Но во всем этом имелось что-то грязное. У
меня было такое чувство, будто она использует меня, словно я носильщик, и мной можно помыкать, как ей
заблагорассудится. - Он потер правую ладонь. - Впрочем, кому какое дело. Так продолжалось пару месяцев, потом в одно
прекрасное утро она исчезла; я подумал, что все кончилось, но через неделю она вернулась. "Я рассказала своему отцу о
тебе, - заявила она с порога. - Он разозлился, я хочу преподать ему урок. У тебя есть какие-нибудь планы на завтра,
Джонни?" Я ответил, что нет, и тогда она объявила, что мы завтра же поженимся.
Джонни замолчал. Я терпеливо ждал, глядя, как он неловко наливает себе виски. Джонни опрокинул в себя содержимое
стакана и взглянул на меня.

- Ее отцом был Аксель Монтегю, - тихо сказал он.
- Какой-то крупный деятель в кино? - спросил я небрежно.
- Величайший! - Он хмыкнул. - Я решил, что ежели женюсь на Дженни, то обеспечу себя на всю жизнь.
Дженни говорила мне, что ее родитель - редкостный мерзавец, но я не верил ей вплоть до свадьбы, точнее, до той минуты,
когда дворецкий вручил Дженни записку и с треском захлопнул перед нами дверь. - Он помолчал, потом добавил:
- Дженни лишь расхохоталась тогда, словно это было отличной шуткой.
- Что произошло потом?
- У меня имелось немного денег. За Дженни еще оставался номер в отеле Лас-Вегаса. Мы продали ее ожерелье за две
тысячи долларов и укатили в Малибу - она была отличной пловчихой и просто помешана на океане. Я не умею плавать, а
потому целыми днями валялся на песке, пока она резвилась в воде. Однажды утром я объявил, что нам следует вернуться в
Вегас, где я смогу найти работу. Дженни рассмеялась мне в лицо. Я пришел в ярость, мы сцепились, может, я немного помял
ее. В конце концов она заявила, что знает, где можно раздобыть денег, и ушла.
Через два дня Дженни вернулась и бросила на постель тысячу долларов. Когда я спросил, откуда эти деньги, она ответила,
что ей дал их мужчина. Я набросился на нее, швырнул через всю комнату, но она лишь рассмеялась, словно все это
доставляло ей удовольствие. У нас все пошло по-прежнему, так, словно ничего и не случилось.
- Значит, вы так и не вернулись в Вегас?
Он опустил голову.
- Я привык. Она исчезала и возвращалась с деньгами. Правда, первое время она всякий раз ждала, что я наброшусь на нее
с кулаками, но я уже успокоился.
- Вас перестало волновать происхождение этих денег?
Джонни слегка покраснел.
- Вы просто не знали Дженни! Поначалу я сходил из-за нее с ума и думал, что так будет продолжаться всегда. Я терпел ее
выходки, лишь бы мы были вместе.
Каждый день на пляже я со злостью наблюдал, как на нее начинают пялиться все окрестные подонки, стоило ей только
появиться в своем белом бикини. Моя жизнь была сущим адом, но я боялся потерять Дженни и потому молчал.
- И все же вы оставили ее?
- Мы были женаты чуть больше года, - безжизненно ответил он. - Как-то раз в начале месяца она снова исчезла, это уже
вошло у нее в привычку. Я был даже рад, когда она уезжала, - настолько осточертело сторожить ее на проклятом пляже. Но
на этот раз она пропадала целую неделю. Вернувшись, Дженни, как всегда, выложила пачку банкнотов и посмотрела на меня.
"Я не одна, - сказала она, - со мной мужчина". Я автоматически глянул на деньги, а она издевательски расхохоталась. "Нет,
деньги дал не он, а другой, а этот нужен мне для удовольствия. Я никогда не знала, что бывают такие умелые любовники.
Джонни, может, стоит попросить его преподать тебе пару уроков?" И она снова рассмеялась.
Я в бешенстве ударил ее, да так, что она покатилась по полу. Но глаза ее по-прежнему смеялись. Внезапно она завопила:
"Пит! Он ударил меня!" В комнату ворвался громадный тип, он сграбастал меня одной рукой и приподнял... - Джонни
усмехнулся, припоминая. - Словом, когда я пришел в себя, они уже ушли. Дженни забрала всю свою одежду, но деньги
оставила. Они лежали на тумбочке вместе с запиской: "Прощай, любимый!" Больше она не написала ни слова.
- Это был последний раз, когда вы ее видели?
- Последний. - Он с шумом глотнул виски. - Я отправился в Сан-Франциско и пару недель пил, не просыхая. Потом
встретил Бейб. - Он мотнул головой в сторону комнаты, где скрылась девушка. - Она была первоклассной шлюхой, но со
мной связалась по любви. Мы решили вернуться в Вегас и поискать здесь работенку. Я был уверен, что мы что-нибудь
придумаем!
- А вы не знаете, кто такой этот Пит?
- Я порасспрашивал вокруг. Пит Блисс, известный на весь Малибу атлет. Он на пару со своей сестрой держал кафе. Я както
раз видел ее, мы тогда еще были вместе с Дженни. Она певица. Одна из этих бродяг с гитарой, что распевают где
придется. Ее звали Кэти.
- Как называлось кафе?
- "Ханговер", может, знаете? - Он ухмыльнулся.
Внезапно донесся звук мотора. К хижине подъехал автомобиль. Джонни дернулся, пустой стакан выскользнул из его руки
и покатился по полу.
- Кто это? - прошептал он.
- Не знаю, - честно сказал я. - Но вот ваши пятьсот долларов, держите.
Джонни потянулся к деньгам, но тут же с сомнением взглянул на обрубки пальцев.
- Не думаю, что смогу даже спрятать их в карман, - пробормотал он. - Лучше отдайте Бейб.
- О'кей, - согласился я. - Могу я воспользоваться вашим телефоном, чтобы вызвать такси?
- Телефоном? - Он изумленно уставился на меня. - Вы шутите?
- Кирк сказал, что у вас здесь есть телефон.
- Да он попросту надул вас! - Джонни хихикнул. - Представляю, как Джо будет хохотать при мысли, что заставил вас
отмахать пешком двадцать миль.
Я вышел в соседнюю комнату в тот момент, когда раздался стук в дверь. Девушка стояла в углу, закрыв лицо ладонями и
дрожа всем телом. Я открыл дверь, и в комнату вошел Джо Кирк, за ним следовали два дюжих парня с угрюмыми
физиономиями.
- Вы, должно быть, услышали, как я вызываю такси, - любезно сказал я.
- Вы уже закончили? - спросил Кирк.
- Полагаю, да.
Он кивнул угрюмым личностям.
- Отведите Федаро к машине. - Кирк махнул в сторону соседней комнаты, и верзилы направились туда. - Собирай вещи,
детка, - приказал он девушке. - Вы переезжаете.
Девушка уронила руки и со страхом уставилась на Кирка.
- Переезжаем? - прошептала она.
- У нашего босса доброе сердце, но не рассчитывайте, что вы и дальше будете жить в такой роскоши. - Кирк
саркастически усмехнулся. - Лицо у тебя уже в порядке, да и у твоего дружка пальцы как новенькие.
Так что собирайтесь в дорогу.
Девушка медленно двинулась к соседней комнате. Джо Кирк с жесткой усмешкой следил за ней.
- Теперь это совсем другая дамочка, - сказал он громко. Девушка вздрогнула. - В ту ночь, за игорным столом, она
выглядела по высшему классу, а сейчас превратилась в полное ничтожество, даже если сделать вид, что никакого шрама нет.

Спустя пару минут из своей комнаты в сопровождении угрюмых типов появился Джонни Федаро. Сзади шла девушка, она
с трудом тащила тяжелый саквояж.
- Джо? - Лицо Федаро было мрачным. - Может, хватит?
- Не волнуйся так, малыш, - любезно сказал Кирк. - Босс считает, что если ты останешься здесь, то это может оказаться
плохой рекламой для заведения. Поэтому он предоставил тебе транспорт и позаботился о билете на поезд. Тебе еще повезло,
неужто ты не понимаешь?
Верзилы отконвоировали Джонни Федаро к двери, девушка последовала за ними. Когда она проходила мимо, я протянул
ей деньги.
- Джонни сказал, чтобы я отдал деньги вам.
Она непонимающе взглянула на меня, взяла деньги и вышла за дверь.
Кирк усмехнулся, проводив ее взглядом.
- Не уверяйте меня, что она примется за старое.
С ее-то нынешним лицом и всем остальным!
- Грязные мыслишки, Джо, - отозвался я.
Снаружи взревел мотор, вскоре его звук стих вдали.
- Вы вызовете для меня такси, Джо?
- Не беспокойтесь, у дома стоит мой автомобиль, - ответил он самым любезным тоном. - Я с удовольствием заставил бы
вас пройтись, - на мой взгляд, это упражнение пошло бы вам на пользу, - но Фаулер считает иначе.
- Он решил убрать отсюда Федаро и его подружку на тот случай, если я решусь обратиться к закону?
Кирк снова усмехнулся.
- К тому моменту, когда у вас появится возможность обратиться к закону, эта парочка уже пересечет половину страны. -
Он закурил и шагнул к соседней комнате.
Заглянув туда, он заметил:
- Да, уютным жилищем это не назовешь. Но выбирать не приходится. - Он повернулся ко мне:
- Нам придется здесь задержаться.
- Даже если бы я обратился к закону, толку от этого было бы чуть. - Я вздохнул. - Вы так запугали беднягу Федаро и
девушку, что они не скажут ни слова.
- Возможно. - Кирк пожал плечами. - Но лучше перестраховаться. - Он махнул рукой в сторону спальни. - Вы можете
отдохнуть.
- Могу. - Я хмыкнул. - Все лучше, чем любоваться на вашу физиономию.
Я с безразличным видом направился к спальне. Джо Кирк следил за мной с издевательской усмешкой.
Как-то раз я заметил одной весьма образованной девице, что самое главное в жизни - это правильно выбрать подходящий
момент, и не имеет значения, о чем идет речь: о сексе или о плавании. Проходя мимо Кирка, я внезапно двинул локтем ему в
левую почку, он пошатнулся, и я, не теряя времени, с силой пнул по левому колену. Он вскрикнул от боли, сделал шаг мне
навстречу и получил удар правой точно между глаз.
Я вытащил из его кармана бумажник и извлек свои две сотни. Ключи от машины обнаружились в заднем кармане брюк,
их я тоже конфисковал. Я вышел из хижины и направился к автомобилю. Когда Джо Кирк придет в себя, его ждет на
редкость приятное путешествие - двадцать миль пешком. Впрочем, он может остаться здесь и попытаться изобрести телефон.

Глава 4


Кафе "Ханговер" выглядело обещающе: кроваво-красная вывеска над входом; сумрачный, прокуренный зал, тесный и
грязный Я отыскал у стены столик почище и заказал кофе официантке, которая, быть может, и выглядела бы симпатичной,
сбрось она фунтов тридцать лишнего веса Спустя некоторое время мои глаза привыкли к полумраку зала, и я даже смог
рассмотреть цвет кофе эспрессо, тускло поблескивавшего в чашке передо мной.
На моих часах было начало двенадцатого, и, как я предполагал, предстоящая ночка снова должна была затянуться. Я
вернулся из Вегаса ранним утренним рейсом, насладился восьмичасовым сном и отправился в "Ханговер".
Народу в заведении хватало, здесь царила атмосфера ожидания. Публика в основном состояла из битников и лощеных
студентов колледжей. Интересно, чего они все ждут с таким нетерпением? Может, с первым ударом часов, возвещающим о
наступлении полуночи, в окно ворвется шаровая молния или же все чашки с кофе превратятся в гигантские яйца, из которых,
в свою очередь, вылупится хоровая капелла?
Спустя несколько минут в центре зала высветился круг, раздался всплеск аплодисментов. В круг шагнула девушка с
гитарой, в зале повисла тишина. Девушка ударила по струнам и запела. У нее оказался сильный, чуть вибрирующий голос.
Она пела классическую "Барбару Аллен".
Выждав, когда аплодисменты после первой песни смолкнут, она снова запела. Я следил за девушкой, слушал ее звонкий
голос, напоминавший веселую россыпь колокольчика, в смысл слов я не вникал. Девушка была привлекательной и довольно
высокой, с длинными волосами, которые водопадом сбегали по спине. На лице я не обнаружил даже следа косметики,
голубые глаза певицы были устремлены вдаль. Под тонким белым свитером отчетливо вырисовывались небольшие, но
хорошей формы груди, короткая юбка притягивала взгляд к великолепным, стройным ногам.
А она все пела. Классические баллады и незамысловатые морские песенки. Голос ее был чист и звонок. Наконец зазвучала
последняя песня - старинная английская песня "Матушка, матушка, постели мне постель". Печальный рассказ о юноше,
который отправился на поиски истинной любви. Она исполнила ее с неподдельным чувством.

И ехал он,
Пока не встретил шесть юношей,
Везущих труп,
Всех в белое одетых.

Мне показалось, что я когда-то уже слышал эти слова.
Закончив петь, девушка немного постояла с опущенной головой, потом быстро выскользнула из освещенного круга. Ее
проводили громкими и долгими аплодисментами.
Наконец публика успокоилась, и все занялись едой и разговорами. Фигуристая официантка приблизилась к моему
столику.
- Да вы даже не притронулись к кофе. Он уж и остыл-то, наверное. Может, принести свежего?
Я пожал плечами.
- "Джек Дэниелс" ""Джек Дэниелс" - марка виски." куда как долговечнее...
- Не знаю никого с таким именем, - озадачилась официантка. - А он что, частенько здесь бывает?

- Не думаю, - честно ответил я. - Как бы мне увидеть Пита Блисса? У меня к нему дело. Он здесь?
- Пойду посмотрю, - пообещала официантка и удалилась, покачивая необъятными бедрами.
Я закурил и огляделся. Внезапно напротив меня материализовалась девушка-певица.
- Пита сегодня нет, - сказала она без предисловий. - Это очень важно? Я не знаю, когда он вернется.
- Чрезвычайно важно, - заверил я. - Вы не знаете, где его можно найти?
Девушка медленно покачала головой.
- Пит куда-то ушел, и я представления не имею, где он сейчас.
- Он тоже любит песенку про труп, выброшенный морем на берег?
Ее глаза расширились от изумления.
- Что это значит?
- Дженни Хольт, - коротко сказал я.
В голубых глазах промелькнул интерес.
- Любящая Дженни? Поэтому вы хотите видеть Пита?
- Если это определение относится к Дженни Хольт, то вы правы, - согласился я.
- Может, я в силах вам помочь? - спросила девушка. - Меня зовут Кэти Блисс, я сестра Пита.
- Рик Холман, - представился я. - Может, вы и сумеете мне помочь.
- Нам не удастся здесь спокойно поговорить. - Она на мгновение помрачнела, но тут же опять улыбнулась. - Заведение
закроется через четверть часа. Мне еще надо проверить кассу, но это не займет много времени, а потом мы можем пойти ко
мне и поговорить.
- Звучит заманчиво.
- Вот и прекрасно! - Она легко поднялась, ее движения были полны грации. - Хотите еще немного кофе?
- Нет, если у меня есть выбор, - ответил я и услышал в ответ негромкий смешок.
Как только часы начали отбивать полночь, две официантки засуетились, освобождая зал. Прием, которым они
воспользовались, был прост и эффективен. Они ринулись энергично вытирать столы, не обращая внимания на посетителей.
Покончив с этим делом, официантки начали переворачивать стулья; если же очередной стул оказывался занят, дамочки
застывали подле него в угрожающих позах и затевали разговор о том, какая, мол, нынче наглая и несознательная публика
пошла.
Верная своему слову, Кэти Блисс появилась около моего столика через десять минут после того, как последний
посетитель покинул кафе. На плечи девушки было наброшено старенькое пальто, в правой руке она держала гитару.
- Теперь мы можем уйти. Одна из официанток присмотрит здесь.
С океана надвигался туман, но ночь была теплой. Мы неторопливо шли по улице. Миновав восемь кварталов, мы
остановились перед трехэтажным зданием; некогда оно, наверное, выглядело элегантным, но с тех пор много воды утекло.
Кэти отыскала в сумочке ключ.
Пол в холле был покрыт линолеумом шоколадного оттенка, такая же лестница вела наверх.
- Это наша с Питом общая берлога, - сказала Кэти, поднявшись на второй этаж и включив там свет. - Пит занимает
нижний этаж, а я обитаю наверху и могу сколько душе угодно бренчать на гитаре. Мне здесь нравится.
Она положила гитару прямо на пол, скинула с плеч пальто и беззаботно швырнула его в кресло.
- Располагайтесь, Рик. Ничего, если я буду вас так называть? Ненавижу формальности! Зовите меня просто Кэти.
- Ничего другого мне не остается, - проворчал я. - Глупо постоянно приговаривать "мисс Блисс" да "мисс Блисс".
Она легко рассмеялась.
- Я знаю! Каждый раз, когда меня так называют, это звучит словно прозвище звезды из местного борделя.
Я опустился на мягкую кушетку, которой было никак не меньше сорока лет.
- Хотите выпить? - поинтересовалась Кэти.
- Надеюсь, не кофе? - испуганно спросил я.
Она улыбнулась.
- У меня есть ром, джин и какая-то дрянь, привезенная из Алжира.
- Ром звучит совсем неплохо.
Она ненадолго исчезла на кухне и вернулась с двумя бокалами. Устроившись рядом со мной, она протянула один из
бокалов. Ром оказался и в самом деле куда лучше жидкого кофе эспрессо, я с облегчением вздохнул, чувствуя, как внутри
разливается приятное тепло.
- Это действие рома или кушетки - или и того и другого? - спросила Кэти.
- В основном рома, - усмехнулся я. - Но и ваша кушетка вполне комфортабельна.
- Иногда я, когда возвращаюсь домой слишком уставшей, засыпаю прямо здесь, на этой самой кушетке.
Но у меня еще имеется складная кровать, такая огромная, что на ней можно играть в бейсбол.
- Надеюсь, она не возомнит, что ее могут приспособить для каких-нибудь иных игр.
- Она ни разу не подводила меня! - горделиво заявила Кэти. - Нет нужды беспокоиться, Рик, если вам, конечно, не хочется
потрудиться над ее механизмом. Моя кровать опускается с помощью одной хитрой медной штуки. - Она медленно
потягивала напиток, ее голубые глаза с любопытством смотрели на меня. - Почему вы хотели поговорить с Питом о Дженни
Хольт?
- Потому что он знал ее.
- А в чем дело?
- Мне поручили выяснить, как она жила последние два года, - доверительно сообщил я. - Я взял след, встретился кое с кем,
кто ее знавал, вот так и вышел н; вашего Пита.
- Это звучит уже получше, Рик. Но я не уверена, что верю вам. - Ее глаза внезапно сверкнули. - Так значит вы своего рода
детектив, не так ли?
- Полагаю, что так, - согласился я. - Так что означают ваши слова - "любящая Дженни"?
- Подержите-ка! - Она вручила мне свой бокал, вскочила, подобрала гитару. Через мгновение она уже снова сидела рядом
со мной, перебирая струны.
- Вы знаете "Висельника Джонни", Рик?
- Народная песня?
- Это моряцкая песня. Первый куплет звучит так... Она негромко запела:

Они галдят, что я повесил мать.
Прочь, парни, прочь!
Они шипят, что я повесил брата,
Так вешайте, парни, вешайте!


Она подождала, пока замер последний аккорд, потому вопросительно взглянула на меня.
- Если моряки станут распевать такие песенки постоянно, то неприятностей не оберешься, - холодно заметил я. -
Восстание на "Баунти" в сравнении с этим может показаться детским лепетом.
- Слова тут ни при чем! - воскликнула Кэти. - Видите ли, Дженни Хольт умерла трагической смертью в традициях
классической баллады - она утонула, поэтому слова песни пришлось немного переделать.
- Вы сочинили песню о Дженни Хольт? - Я в полном изумлении уставился на нее.
- "Баллада о Любящей Дженни", - с гордостью объявила Кэти. - Хотите послушать?
Не успел я возразить, как она тронула гитарные струны.

Они называли ее Любящей Дженни.
Прочь, парни, прочь!
Они вспоминают, как часто она любила!
Плачьте, парии, плачьте!

Она отложила гитару в сторону и сверкнула белоснежной улыбкой.
- Что вы об этом думаете, Рик?
- Что означает "прочь, парни, прочь"? - спросил я с сомнением.
- Моряки сочиняли песни в качестве подспорья в работе, - терпеливо объяснила она. - Понимаете, когда вы гребете,
требуется определенный ритм? Ясно?
- Ясно, - кивнул я, - но почему моряки должны плакать?
- По Любящей Дженни, разумеется! - В голосе ее прозвучала резкость. - Баллады всегда печальны. Любящая Дженни
умерла, и это печалит моряков. Поэтому...
- Плачьте, парни, плачьте! - подхватил я.
Кэти одарила меня ледяным взглядом.
- Почему бы просто не сказать, что моя песня вам не понравилась?
- Она мне понравилась! - спохватился я. - Я просто хотел убедиться, что правильно понял текст. "Как часто она любила"...
Не слишком сильно сказано?
Кэти задумчиво почесала нос.
- Думаю, что нет. Видите ли, Дженни попросила Пита увезти ее от человека, с которым она жила. Он так и поступил. Она
забавлялась с Питом, пока ей это не прискучило, а затем сбежала к другому. Признайтесь, что трое мужчин меньше чем за
шесть месяцев - многовато, не правда ли?
- Безусловно, - согласился я. - Так значит, она недолго прожила с вашим братом?
- Ровно пять месяцев. Я не осуждаю ее. Я прекрасно понимаю девушек, которые при виде бронзовой фигуры моего брата
начинают сходить с ума. Правда, на мой взгляд, крепкие мускулы - еще далеко не все, не плохо бы иметь и пару извилин.
- В газетах писали, что она работала официанткой.
Случайно, не в вашем кафе?
- Совсем недолго, около четырех недель, перед тем как уйти от Пита, хотя я бы не сказала, что она и в самом деле
работала. Пит, видимо, не знал, как объяснить следователю, чем Дженни занималась, вот и брякнул, что она работала у нас
официанткой. Впрочем, это не так уж и далеко от истины.
- А почему полиция обратилась именно к вашем

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.