Жанр: Детектив
Анонимный звонок
...что
я имею в виду.
- Могу только догадываться, - заметил я. Она проницательно посмотрела на
меня:
- Вы никогда не думали о том, чтобы полечиться гормонами? Хотя бы
попринимать витаминные таблетки?
- Да нет! Я просто устал, - повторил я свое объяснение.
- Вам надо подлечиться, - категорично заявила она тоном профессионала
эскулапа. - Случай явно из ряда вон выходящий. Прямо сейчас могла бы помочь
какая-нибудь форма шоковой терапии.
- Вы имеете в виду еще один вариант собственного перевоплощения? Но вам и
за тысячу лет не удалось бы стать похожей на доктора Килдера.
Одним большим глотком она допила все, что оставалось в бокале, потом
небрежно отодвинула в сторону высокий стул у бара. Ярко замерцал голубой
люрекс, и я невольно моргнул.
- Это режет вам глаза, - молвила она другим, более мягким, убаюкивающим
голосом. - Противный, гадкий, сверкающий люрекс действует на ваши несчастные
маленькие лупоглазки.
- Могу пошире раскрыть их, - проворчал я.
- Сначала следует устранить источник раздражения, - изрекла она прежним
деловым тоном, отрывисто и профессионально. - А потом уже переходить к
шоковой терапии.
На мгновение ее руки, казалось, задвигались в разных направлениях, потом
блузка из голубого люрекса плавно проплыла, мерцая в воздухе и как пушинка
опустилась на диван.
- Раздражитель устранен, - весело произнесла она. - Теперь приступим к
доброй старомодной шоковой терапии.
Она запросто сбросила с ног сандалии, расстегнула "молнию" на джинсах и,
извиваясь как исполнительница танца живота в экстазе, вылезла из них. Потом
сунула большие пальцы под резинку своих колготок и каким-то акробатическим
трюком сразу стянула их до колен. От последнего триумфального толчка
колготки полетели прочь, к блузке на диване.
Моя челюсть бессильно отвисла, когда она повернулась ко мне, подняла руки
вверх, соединила ладони, согнула одно колено, прижав его к другому - в
традиционной позе кинозвезды на снимках, - и наградила меня жеманной
улыбкой.
- Как у вас дела с адреналином? - спросила она низким воркующим голоском.
- Накачка уже пошла?
Все ее тело покрывал золотистый загар, включая налитые, выдающиеся вперед
груди. Надувшиеся кораллового цвета соски начинали твердеть, словно от
неожиданного соприкосновения с воздухом. Ее животик отличался мягкой и
приятной, абсолютно женственной выпуклостью, а густая щетка кудрявых черных
волос между ног отдавала сверкающим блеском. С меня тут же слетела всякая
усталость.
- Если теперь вы почувствовали себя лучше, - сказала она, - может быть,
тогда вы пройдете сюда? - Она повернулась и медленно направилась в спальню,
покачивая при каждом шаге своим прекрасно округленным задом.
- Леди, - взмолился я, отдавая должное бородатой шутке, - если я смогу
пойти туда, то мне следует прежде обратиться к психиатру!
Когда мы вошли в спальню, она сбросила с кровати покрывала и легла на
нее, ее черные глаза наблюдали за мной с выражением какого-то мурлыкающего
одобрения. Я вроде бы подпрыгнул на месте и в следующее мгновение оказался
на кровати рядом с ней.
Левой рукой я накрыл ее ближайшую ко мне грудь и мягко пожал ее, а правую
ладонь подсунул под ее шею и надавил на нее вверх, чтобы приблизить к себе
ее губы. Но в последний момент она откинула назад голову, и я увидел искорку
тревоги в ее сверкающих черных глазах.
- Просто мне интересно узнать. - В ее голосе отразилась некоторая
нервозность. - Я хочу сказать, что это - новая мода или что-то еще?
- Вы о чем? - издал я какой-то булькающий звук.
- О том, чтобы ложиться рядом с женщиной не раздеваясь. - Она невесело
улыбнулась. - Мне все равно.., ну, не совсем, конечно.., но эта пряжка
просто сдерет с меня кожу.., когда прикоснется ко мне.
Она беспомощно захихикала и продолжала посмеиваться все время, пока я
раздевался и ложился рядом с ней на кровать. Потом хихиканье резко
оборвалось.
По логике вещей я должен был бы чувствовать себя страшно уставшим в этот
утренний час, но я оказался удивительно бодрым. К тому времени, когда я
принял душ и оделся, я уловил аромат кофе и жареного бекона, который
доносился с кухни. Когда я туда вошел, меня приветствовало сверкающее
голубое мерцание. Она перед плитой выполняла обыкновенную домашнюю работу.
На ней была только блузка из голубого люрекса и ничего больше. Блузка
оказалась, может быть, всего на каких-нибудь четыре дюйма ниже талии. Вид
брюнетки в таком одеянии вызвал во мне какое-то агонизирующее чувство
нерешительности, а до того момента я испытывал только голод.
- Я не оделась, - объяснила она, обладая талантом говорить о вещах весьма
очевидных, - главным образом потому, что я недостаточно долго знаю вас.
Я сел, налил себе чашку кофе и задумался о том, что она сказала.
- Но что, черт возьми, это означает? - наконец спросил я ее.
- Любопытный вы жеребец, - спокойно проговорила она. - Я хочу сказать, вы
занимаетесь этим только после захода солнца? Или, может быть, вам нравятся
только дневные спектакли после обеда? Но ведь может вполне случиться, что
завтрак пробудит у вас страсть, и тогда дневные заботы можно будет на время
отложить.
- Во всяком случае - не заботы сегодняшнего утра, - возразил я. - Хотя
могу честно признаться, что мне стоит огромного труда не изменить своих
намерений при виде...
Она похотливо хихикнула:
- Если преодолеть это будет особенно трудно, тогда вы просто не сможете
считаться со своим рассудком.
Яйца, бекон, поджаренные ломтики хлеба и кофе - все это превосходные
составные нашей жизни, твердо сказал я себе, а секс может и подождать. Через
некоторое время она подошла к столу и села напротив, что несколько облегчило
мое состояние. Теперь я видел только люрекс от талии и выше, а все прелести
ниже талии закрыл от меня стол.
- Меня мучила эта ужасная мысль, пока я поджаривала бекон, - начала она
новую тему. - Что вы собираетесь делать с бренными останками Вилли Шульца?
- Обо всем об этом мы уже позаботились, - ответил я и рассказал ей о
посещении Дарраха накануне вечером и о некоторых моментах его рассказа. Я
старательно опускал детали, связанные с Глорией Клюн и ее прошлой жизнью.
- Потрясающе! - с энтузиазмом воскликнула она. - Держу пари, что, если бы
Ральф узнал, что все улажено, он вполне бы мог вернуться.
- Ясное дело! - поддакнул я.
- Вы сейчас уходите?
- У меня деловая встреча.
- Что вы хотите, чтобы я сделала за время вашего отсутствия?
- Надо бы помыть окна, - мрачно заявил я. - Можно спустить также бассейн
и...
- Может быть.., я поработаю без особых трудов, - сказала она задумчиво. -
Предложите мои услуги еще паре своих соседей.
- Думаю, они сумеют позаботиться о себе сами.., я говорю о мытье окон, -
уточнил я. - В данный момент вы не можете помочь мне разыскать Глорию Клюн.
Во всяком случае, ничего такого мне не приходит на ум.
- О'кей, - подытожила она. - Тогда я сыграю роль заботливой мамочки,
пойду закуплю продукты и другие мелочи.
- Превосходно, - одобрил я.
- До свиданья, - любезно простилась она.
- А я подожду телефонного звонка.
Телефон и в самом деле вскоре зазвонил. Выражение ее лица говорило, будто
я все заранее подстроил, и разубеждать ее не было никакого смысла. Поэтому я
вышел в гостиную и снял трубку.
- Говорит Моррис Даррах, - произнес хриплый голос. - Братишка! Ну и
задали они мне жару! Два битых часа допроса, прежде чем отпустили меня. И
мне все еще кажется, что они не поверили ни одному моему слову!
- Не волнуйтесь из-за полицейских, - успокоил я его. - Их натаскивают
именно в таком духе.
- Как бы там ни было, теперь все позади. Поэтому я собираюсь позвонить
Манни Крюгеру в компанию "Стеллар" и Джейсону Траверсу. О'кей?
- Отлично, - одобрил я. - Где я смогу позже увидеть Траверса?
- На Бенедикт-Каньон-Драйв вы делаете правый поворот и выезжаете на очень
узкую Моунтейн-Драйв, - объяснил он. - Проехав по ней примерно с полмили, вы
увидите дьявольски привлекательный особняк. Мимо него вы никак не проедете,
потому что по бокам дороги ничего другого, кроме деревьев, нет.
- Спасибо, - поблагодарил я. - Я буду связываться с вами.
- Если вы не застанете меня в конторе, то звоните в центральное отделение
уголовного розыска Лос-Анджелеса, - посоветовал он печальным голосом. - Они
наверняка будут знать, где я нахожусь!
Я положил трубку и вернулся на кухню. И тут-то я допустил ошибку. Сара
Джордан, нагнувшись над раковиной, возилась с тарелками, и ее загорелый зад
отливал ярким, розовым оттенком.
Я издал какие-то нечленораздельные звуки, которые можно было истолковать
как "до свиданья", произнесенное человеком с полным ртом, и удрал.
Было уже половина двенадцатого, когда я добрался до конторы Манни
Крюгера, точнее сказать, до кабинета его секретарши, только что принятой на
работу. Ни одна секретарша Манни не могла удержаться у него более полугода.
Они либо выскакивали замуж за какую-нибудь киношную знаменитость, либо
оказывались в ближайшем лечебном санатории. Новенькая была златокудрой, с
пышными, роскошными волосами, которые ниспадали чуть ли не до талии за ее
спиной. Ее широко расставленные карие глаза смотрели льстиво и в то же время
невинно, являясь явным контрастом с сочными губами, нижняя из которых была
полнее верхней. От талии и выше - остальную часть закрывал письменный стол -
она походила на настоящую Венеру, которая вышла из морских глубин. Черная
шелковая блузка ярко контрастировала с ее светлым обликом.
- Доброе утро, - приветливо произнесла она.
- Я - Рик Холман, - представился я.
- Ждет ли вас мистер Крюгер?
- Возможно, - ответил я. - Обычно он меня ждет. Карие глаза поплыли на
мгновение в сторону.
- Я имею в виду, мистер Холман, договорились ли вы с ним о встрече?
- Нет, - твердо ответил я. - Я считаю, что любая форма искусственного
украшательства излишня в наш современный век, - грустно улыбнулся я. -
Просто хочу, чтобы люди любили меня из-за меня самого. Не находите ли вы,
что я слишком многого требую?
- Уверена, вы не нуждаетесь в предварительной договоренности, -
произнесла она тихим голосом. - Пожалуйста, вот в эту дверь, мистер Холман.
- Почему бы вам не признаться, - продолжал я, - вы ведь не полюбите меня.
А я готов полюбить вас. Я как наяву вижу нас вместе, - мечтательно продолжал
я. - Вы бегаете по пляжу, освещенному пятнами солнечного света в одной этой
черной кофточке, а я догоняю вас. Но на самом деле вовсе не хочу догнать
вас, потому что мне ужасно нравится весь ваш вид.
- Проходите сейчас же к мистеру Крюгеру! - предложила она звонким
шепотом. - Не то боюсь, что поставлю вас в неловкое положение тем, что
истошно завоплю.
Я, не постучав, прошел в кабинет Манни, потому что знал, что он всегда
прячется в чулане, если к нему кто-то постучится, и делает вид, что
находится в отпуске. Он сидел спиной ко мне, уставившись через широкое
сплошное стекло окна на улицу, не обращая внимания на гору бумаг,
скопившихся на его массивном, с кожаным верхом письменным столе. Я на
цыпочках прошел по комнате до самого письменного стола, потом громко
откашлялся.
- Ой! - Манни дико испугался и, подпрыгнув на стуле, вскочил, сделал три
шага и внезапно остановился.
- Как поживает ваша мама? - спросил я заискивающе.
- Никогда не делайте этого! - Его увеличенные зрачки свирепо смотрели на
меня через толстые стекла очков. - Вы чертовски хорошо знаете, что одного я
терпеть не могу - это когда вот так кто-нибудь крадучись подбирается ко мне.
- Похоже, у вас новая секретарша, - дружелюбно произнес я.
- Не смейте прикасаться к ней своими распутными руками! - Он свирепо
нахмурился, глядя на меня. - Она милая, невинная девушка. И я взял ее под
свое покровительство, чтобы уберечь от злых хищников, которыми кишит этот
город ангелов - Лос-Анджелес. - Кадык на его горле резко подпрыгнул. - Как
поживает - кто, вы спросили?
- Ваша мама, - терпеливо повторил я. - Вы не забыли про нее, Манни? Та,
которая сломала ногу, катаясь на лыжах в Австрии?
- Значит, я все-таки одурачил вас вчера, да? - Его лицо прямо-таки
светилось от восторга. - Вы решили, что я являюсь своим собственным братом,
верно? - От удовольствия он даже захихикал. - Как вам это понравилось?
- А что вы можете сказать о Глории Клюн? Мгновенно выражение его лица
изменилось: на нем, словно в калейдоскопе, промелькнуло все - от восторга до
агонии, а сам он вдруг превратился в надломленного жизнью человека. Он,
прихрамывая, заковылял к своему стулу, медленно опустился на него, и я
вовремя, видя все это, сообразил, что не следует испытывать его терпение и
произносить шутливые слова.
- Вы слышали о Шульце? - спросил он поникшим голосом.
- Мне сообщил об этом Моррис Даррах. Как раз перед тем, как нанял меня
отыскать эту девушку Клюн.
- Вы - единственный проблеск надежды, Рик! - взволнованно произнес Манни.
- Луч света, пронизывающий грозовые облака, которые нависли надо всеми нами.
- Его глаза увлажнились. - Я рад, что Даррах нанял вас, Рик, и доволен
также, что мы опять в одной упряжке. Старые приятели вместе и...
- Ах, прекратите, - прервал я его.
- У вас нет души. - Он печально покачал головой. - Вы не понимаете
возвышенных чувств. Нет...
- Что вам известно о Шульце? - опять прервал я его.
- Кажется, Моррис Даррах говорил вам о Джейсоне Траверсе и его гениальной
идее насчет женской роли?
- Конечно, - подтвердил я. - Он настаивал на том, чтобы эту роль
исполняла неизвестная девушка и чтобы выбор остался за ним.
- Затем он подкинул этого Вилли Шульца, которого отрекомендовал как
великого открывателя талантов. - Манни многозначительно пожал плечами. -
Если он так хорош в этом деле, то я давно бы услышал о нем, но этого не
случилось. Да и кто станет спорить с таким авторитетом, как Траверс, который
позволял себе уходить со съемок только потому, что ему не понравилась
бородавка на носу кинооператора, и отсутствовать три дня?
- В какой последовательности они появились? - поинтересовался я. -
Сначала Вилли, потом эта девушка Клюн? Или наоборот?
- Они появились вместе. Траверс привез их сюда вместе и представил с
такой помпой, будто они лауреаты премии "Оскар", а потом отошел в сторону,
дожидаясь аплодисментов.
- И он оказался прав относительно девушки?
- Прав!.. - Манни закрыл глаза и поцеловал кончики своих пальцев. - Она
ослепительна, Рик! Фильм с ней ждет огромный успех!
- О'кей, - заметил я. - Кому же тогда понадобилось убивать Вилли Шульца?
И потом увезти девушку?
- В этом вы абсолютно правы, - кивнул он. - Вам следует ответить именно
на эти два вопроса, и тогда вы не только проясните всю ситуацию, но и
окончательно решите исход всего этого дела.
Он поднялся на ноги и наклонился над столом в мою сторону, выбросив
вперед правую руку. На меня так подействовал его жест, что я инстинктивно
пожал его руку, не успев осознать, какого дурака я свалял.
- Удачи вам, Рик, старый приятель! - У него просто от волнения
перехватило горло. - Вложите в это все, на что вы способны. И сообщите мне,
когда все будет кончено, чтобы мы смогли продолжить работу и отснять
потрясающую картину!
Манни повернулся ко мне спиной и снова уставился в широкое окно из
сплошного стекла. У меня не хватило нахальства хоть как-то испортить его
благодушное настроение, поэтому я тоже повернулся и направился к двери.
- Ванда Спокейн, - произнес он, когда я уже взялся за дверную ручку.
- Это какой-то курорт? - оглянулся я.
- Надеюсь, не для вас, - неистово выпалил он. - Во всяком случае, не для
такого непристойного соблазнителя, как вы, Рик.
- Так зовут вашу секретаршу? - догадался наконец я, произнеся это с
ужасом в голосе. - Еще и Ванда Спокейн?
- Не забывайте, что она находится под моим непосредственным
покровительством, - предостерег он деревянным голосом.
- Такая мысль, конечно, неприятна, - согласился я, открывая дверь.
Карие глаза изучающе смотрели на меня, когда я опять подходил к ее
письменному столу.
- Солнечные пятна? - спросила она.
- А почему бы и нет?
- На пляже? Приятное теплое солнышко светит с безоблачного голубого неба?
Откуда же пятнышки?
- Такое бывает за полчаса до заката, - ответил я. - Солнце опускается
совсем низко, скрывается за далекими холмами...
- А вы посадили между нами большое дерево с круглыми листьями на пляже и
это получилось? - Она быстро кивнула. - Солнечные кружочки.
- Точно! - согласился я.
- У вас богатое воображение, мистер Холман. Я хочу сказать, богатое - для
развратника. Это особое внимание к внешним деталям...
- Стараюсь, - скромно заметил я. - Одной встречи с вами достаточно, чтобы
продержаться всю следующую неделю.
- Мистер Крюгер предупреждал меня относительно мужчин вроде вас, - мягко
продолжала она. - Но некоторое время меня занимала мысль, что такого я
никогда больше не встречу.
- Может быть, мы как-нибудь пообедаем вместе? - высказал я надежду.
- И я буду прислуживать на этом обеде в качестве официантки в черных
шелковых чулках с пурпурным пояском для подвязок и скромной улыбкой? - Ее
выступающая нижняя губа оттопырилась немного больше обычного. - Я об этом
подумаю, мистер Холман.
Глава 6
Рекомендации Морриса Дарраха оказались совершенно точными. Я повернул
направо с Бенедикт-Каньон-Драйв на Маунтейн-Драйв и, проехав полмили по
узкой дороге, увидел дом. Чертовски странный особняк со всех сторон окружали
деревья. Я направил машину на въездную дорожку и припарковал ее перед
фасадом, который , выглядел как интеллектуальная мешанина испанской
претенциозности и современного архитектурного использования пространства.
Парадную дверь открыл сам Джейсон Траверс. Крупный мужчина лет за
тридцать, широкоплечий, с надувшимися во всех положенных местах мышцами. На
нем были боксерские шорты, не скрывавшие его прекрасный загар и коврик
черных вьющихся волос на груди. Густые вьющиеся черные волосы переходили по
бокам головы на лицо удлиненными роскошными бакенбардами. Его зубы сверкали
белизной, а ярко-голубые глаза просто лучились природной жизненной энергией.
Конечно, я относился к нему несколько предвзято, так же, думаю, как и любой
другой мужчина, который видел хотя бы один фильм с его участием. Я хочу
сказать, как это получается, что все на свете плывет ему прямо в руки.
- Вы Холман? - У него был низкий сочный баритон, а пожатие руки могло бы
послужить эталоном мужской силы.
- Так точно, - подтвердил я.
- Я дожидаюсь вас с тех пор, как позвонил Даррах. Надеюсь услышать
хорошие новости! Заходите!
Я последовал за ним через дом в сад с задней стороны виллы. Его бассейн в
три раза превосходил мой и окружен был потрясающей красоты видом. Рядом
стояла какая-то тележка, уставленная бутылками, и два элегантных пляжных
кресла. Я решил, что элегантность им придавало покрытие из искусственного
меха.
- Думаю, вам следует сначала выпить, мистер Холман. Я-то точно хотел бы
пропустить рюмочку!
- Мне канадского виски со льдом, - попросил я. Он налил спиртное, подал
мне мой бокал, затем опустился в кресло, стоявшее напротив моего:
- Чем могу вам помочь?
- И Моррис Даррах и Манни Крюгер говорят, что они не знали Вилли Шульца
до того, как вы заговорили о нем, - начал я с места в карьер. - Впервые они
увидели его в кабинете у Манни, когда вы привели туда его и Глорию Клюн.
- Думаю, что это так, - отозвался он. - Вы хотите, чтобы я рассказал вам
о Вилли Шульце?
- Пожалуйста, - любезно попросил я.
- У вас, мистер Холман, хорошая репутация человека, улаживающего всякие
неприятности в кинопромышленности. - Он скромно улыбнулся. - Думаю, что я
достаточно долго вращаюсь в этом бизнесе, чтобы убедиться в этом. Поэтому
могу выложить вам все, что знаю. Мы с Вилли начинали вместе. Водителями
грузовиков! Мне в жизни повезло, а Вилли нет. Когда на меня посыпались
большие деньги, он не пожелал принять от меня и гривенника. Но мне все равно
хотелось оставаться с ним в дружеских отношениях. Можете ли вы понять это?
- О чем разговор, - заверил его я, потому что кто же может устоять перед
этой обаятельной улыбкой.
- Я был знаком и с этой потрясающей девушкой, - продолжал он. - Мы вроде
бы росли вместе в небольшом городе штата Монтана. Однажды мы с Вилли
съездили туда. До этого я видел ее в последний раз, когда она еще не
закончила среднюю школу. А в последнюю нашу встречу я понял, что она уже
окончательно повзрослела, превратилась в красавицу. В наше время трудно
поверить в такое, но она сохранила и невинность. Думаю, мы с Вилли оба очень
хорошо запомнили ее. - Он негромко вздохнул. - Сохранился ее образ как нечто
милое и неиспоганенное в этом ублюдочном мире. - Он опять улыбнулся. - Не
хочу надоедать вам, мистер Холман. Когда возникла эта киносделка Дарраха, я
решил - говорю это честно, - что женскую роль должна сыграть неизвестная
исполнительница. И тут я вспомнил про эту невинную, милую девушку, живущую в
штате Монтана. И про Вилли! Я продолжал чувствовать себя его должником, а
он, повторюсь, не хотел взять от меня даже и гривенника. И вот, - он
усмехнулся с едва уловимой ноткой самоосуждения в тоне, - меня вдруг осенила
блестящая идея. Я решил мгновенно превратить Вилли в открывателя талантов.
Нетрудно было натаскать его на то, чтобы он делал правильные замечания и
высказывания и в конце концов смог бы урвать кусочек денежного пирога от
этого фильма. - Во взгляде Траверса отразилась тоска. - И вот теперь он
погиб, - добавил он негромко. - И виноват в этом я.
Я очень старательно почистил левый рукав своего пиджака пальцами правой
руки, потом пальцами левой смахнул воображаемую пыль с правого.
- Вас что-то беспокоит, мистер Холман? - спросил он.
- Забавно, - отозвался я. - Мне представлялось, что вы слишком высоко
взлетели, чтобы придавать значение загрязнению окружающей среды.
- Загрязнению?
- Все это дерьмо, которое летает вокруг нас, - пояснил я. - Человек
практически может утонуть во всем этом, прежде чем поймет, что же
по-настоящему происходит.
- Сукин сын, - хохотнул он, будто что-то вспомнив. - От такого рассказа
Манни Крюгер давно бы уже разрыдался.
- Даррах утверждает, что является выходцем из района Миссури, -
ненавязчиво продолжал я. - Он вместе с Вилли наводил о ней справки. В
семнадцать лет она превратилась в профессиональную бродяжку. Позже пошла в
сексуальную обслугу по вызову для мужчин из зажиточных слоев общества, а
потом какой-то тип решил, что будет содержать ее исключительно для потехи
его самого.
- Не знаю, где Даррах откопал такие сведения, - сказал Траверс,
старательно подбирая слова. - Но во всяком случае, не от Вилли Шульца.
- Но соответствует ли это истине?
- В общих чертах. - Он медленно потер большим пальцем нижнюю губу. - Если
вам, Холман, обязательно надо будет вымести сор из-под ковра, то скажите,
далеко ли вам надо будет разбрасывать этот сор?
- Мне абсолютно наплевать, если вы начали жизнь в облике милой девушки по
имени Жасмин Траверс, а потом стали принимать гормональные пилюли, -
терпеливо излагал я свои соображения. - Моррис Даррах нанял меня отыскать
эту девушку. Похоже на то, что кто-то убил Вилли Шульца в ее квартире, потом
прихватил ее саму и дал тягу. Если я смогу догадаться, почему кому-то
понадобилось убить его, то тем самым положу хорошее начало расследованию.
- Пожалуй, вы правы. - Он привычно поиграл своими бицепсами. - О'кей.
Вилли Шульц был заводилой и сводником. Но настоящим классным сводником, с
настоящей классной командой вербовщиков.
- Включая и Глорию Клюн? Он кивнул:
- Она была душой всей команды. Что вы! Я сразу же завожусь, если кто-либо
только упомянет при мне ее имя! Высший класс. И поразительно то, что она
сохранила этот невинный и эфемерный облик. Если помножить все это на ее
сексуальное мастерство, то получается что-то абсолютно из ряда вон
выходящее.
- Кто предложил сделать ее второй звездой вместе с вами в новом фильме? -
поинтересовался я.
- Я скучал по ней, - доверительно признался он. - Я входил в число
постоянных клиентов Вилли, но меня интересовала только одна из всех его
потаскушек - Глория. Но потом, как вы сами сказали, один Большой Дядя решил
завладеть ею на постоянной основе. Вилли это не понравилось, но он понимал,
что спорить с Большим Дядей бесполезно. Проклятие! Мне тоже это не
понравилось, но я абсолютно ничего не мог с этим поделать. Потом появился
этот проект постановки фильма и, как я уже сказал вам раньше, я решил, что
нужна неизвестная исполнительница заглавной женской роли. А на следующий
день - бум! - как будто кто-то ударил меня между глаз, меня осенила мысль -
ею должна быть Глория Клюн! По его лицу расплылась широкая усмешка.
- Я подумал, что ей не придется играть больше, нежели она это уже делает
в своей профессиональной жизни. Она, естественно, будет благодарна, ведь
так? Будет достаточно признательна, чтобы задаром обслуживать меня, за что
раньше мне приходилось платить, а Вилли будет продолжать получать с нее свой
процент, но теперь уже как законный агент, а не сутенер. Поэтому я обговорил
это дело с Вилли, ему эта идея безумно понравилась. Он сумел связаться с
Глорией, и когда она убедилась, что он не разыгрывает ее, то и ей эта идея
тоже пришлась по душе. Поэтому однажды, когда
...Закладка в соц.сетях
