Жанр: Детектив
Берни роденбарр 1. взломщики - народ без претензий
...дома.
- Эстер и Мордехай.
- Будем спорить об именах, когда кошек нет? По-моему, глупо. - Я постучал по
книжной обложке. - "Два, если морем". Та самая пьеска, с которой совершает турне
наш общий друг. Монолог, который я прочитал, произносит одно действующее лицо
по имени Рут Хайтауэр.
- Откуда ты все это узнал?
- Весли Брил объяснил мне, в какой пьесе действует Рут Хайтауэр. Но прежде мне
надо было додуматься до такого вопроса. Ты заметила, как он удивился, когда я назвал
тебя Рут Хайтауэр? Там, в гостинице, когда я вас знакомил? Сначала я подумал, что это
какое-нибудь забавное совпадение. Но тут ты проявила подозрительную прыть.
Назвала свое настоящее имя и перевела разговор на другую тему. И еще вчера вечером
странно себя повела, когда я к Питеру Алану Мартину в гости шел. Хохмы ради я
начал импровизировать в духе "Скачки Пола Ревира" - помнишь? "Один, если сушей,
если морем - два, и Рут Хайтауэр у окна..." Нес - что Бог на душу положит, а ты вся
затрепыхалась. Подумала, что я обо всем догадался. Ну, а сегодня утром призналась: я
не Рут, а Элли.
- Это ни о чем не говорит. Я просто вошла в роль, и мне понадобилось время,
чтобы снова стать самой собой.
- Не так все просто.
- Ах, не усложняй, пожалуйста!
- Ах, не упрощай! Я понимаю, что ты вошла в роль, тебе это раз плюнуть, ты же
актриса. Как я с самого начала не догадался? И потом, когда ты наводила справки
насчет Брила. Точно знала, куда звонить. Сначала Девятый канал, затем Академия в
Голливуде, а потом и эта ГАК. Я слыхом не слыхивал об этой Гильдии актеров кино.
Решил бы, что ГАК - это что-то связанное с кораблями. И разговоры вела по-свойски,
как будто ты сама из актерской братии. Вообще во всей этой истории - сплошь
театральная публика. Помимо операций с недвижимостью, Флэксфорд спонсировал
постановки, хотя доход ему шел из других, сомнительных источников. Род - актер и
любил распространяться о том, как ему повезло с квартирой, потому что домовладелец
питает слабость к актерам. Дарла Сандоваль без ума от атмосферы театра. На ее
увлечении и сыграл Флэксфорд. Благодаря театральным знакомствам она вышла на
Брила и поручила ему привлечь меня. Ты тоже актриса и знакома с Родом по сцене.
- Верно.
- Погоди, это только начало, самое интересное впереди. На одной из театральных
тусовок ты познакомилась с Флэксфордом, и тот свел тебя с Дарлой. Там, где она
живет, в городе, ты с ней не встречалась, иначе знала бы ее фамилию. Только потом, у
Брила, ты поняла, что миссис Сандоваль, о которой мы с ним говорим, и есть та самая
Дарла. Тогда ты срочно вспомнила, что у тебя деловая встреча и ты не можешь ехать к
ней. При вашем свидании могло бы выплыть наружу, что ты не просто очаровательная
крошка, забежавшая к знакомому полить цветы.
- Что ты имеешь в виду?
- Сама прекрасно знаешь, что я имею в виду, дорогуша. - Я погладил Элли
волосы и улыбнулся ей. - В шкатулке ведь кое-что было.
- Как?
Я достал ту, единственную, фотографию из порнушной пачки и показал ее Элли.
Она быстро бросила взгляд на карточку, вздрогнула и отвернулась.
- Вот тут слева - Дарла, - сказал я. - А это ты.
- Боже...
- Остальные я сжег. Вместе с пленками. Не сердись на меня, Элли. Я догадался,
что ты была связана с Флэксфордом. Не знаю, правда, как вы познакомились: в театре
или потому, что он хозяин этого дома. Тот самый легендарный домовладелец,
питающий слабость к актерам.
- Да, он нашел мне эту квартиру. Я не сразу сообразила, что это его дом.
- Не знаю и не желаю знать, на что он тебя поймал. Но держал в руках крепенько.
Заставил сойтись с Дарлой. А в тот вечер ты была у него. Когда его убили.
- Это неправда!
- Правда, Элли, правда. Рэй Киршман купился на мою байку. Ну, насчет того, что
Флэксфорд сам заперся в квартире. Но мне-то зачем покупаться, если я сам ее
сочинил? Да, ты была в квартире Флэксфорда. У тебя есть ключ от его квартиры - и
не за тем, чтобы поливать цветы. Ты часто спала с Дж. Фрэнсисом Флэксфордом, и он
дал тебе ключи.
В тот вечер ты тоже была с ним. Поэтому в голове у тебя все перепуталось. Газеты
сообщили, что Флэксфорд был в халате. Ты же утверждала, что его нашли голым. Тебе
показалось, что ты слышала это по радио. А показалось потому, что он действительно
был голым, когда ты уходила. - Я отхлебнул кофе. - У меня даже мелькнула мысль,
что, может, ты была в квартире, когда я шуровал в бюро. Услышав, что кто-то пришел,
ты могла запросто спрятаться, допустим, в стенном шкафу, а потом потихоньку уйти.
После того как удрал я и за мной - оба полицейских. Я допускал такую вероятность
- в противном случае, как ты узнала, кто я такой и что я делаю в квартире Рода?
Потом, однако, я решил: нет, ты ушла до моего прихода. Но все равно оставалось еще
много неясного. Каким образом ты объявилась в этой квартире? Вы с Родом живете в
одном доме, и в этом же доме я ищу убежища - трудно даже вообразить такое
стечение обстоятельств. И откуда ты узнала, что я прячусь здесь? И вообще кто я?
Понятно, что ты позвонила Роду, попросила попользоваться его квартирой, понятно,
что он сказал, где взять ключи. Но как ты догадалась все это сделать?
- К чертям собачьим!..
- Элли, я сделал все, чтобы не впутывать тебя. Полиция не знает о твоем
существовании и никогда ничего не заподозрит. Но я хочу представить себе полную
картину случившегося.
- Ты знаешь почти все.
- "Почти" меня не устраивает. Мне надо знать все.
- К чему? - Элли отодвинулась от меня, отвернулась. - Ты все равно вернешься
к своей жизни, а я к своей. Могу хоть сейчас уйти. Кофейник на кухне полный, и
бутылку виски только что откупорили. Не пропадешь.
- Я же сказал, Элли, что хочу знать все - от начала и до конца. Прежде всяких
уходов.
Она посмотрела на меня. В ее сине-зеленых глазах был вызов.
- Я даже не знаю, с чего начать. Ведь большая часть этой скверной истории тебе
известна. Да, в тот вечер я была у него, не буду скрывать. Он хотел, чтобы я пошла с
ним на премьеру.
- Сандовали тоже собирались там быть.
- Это не имеет значения. Мы встречались с ней как-то в городе, раза два даже
болтали. Еще до того, как он устроил... м-м... фотосеанс. Правда, фамилии ее я не
знала. Но я многих знаю только по имени.
- Продолжай, я слушаю.
- Я приехала к нему, и он велел мне раздеваться... Берни, он ужасный человек -
лживый, жестокий! Я не хотела спать с ним. И с Дарлой тоже не хотела. Он был... Я бы
его убила, если б была способна на это. Так вышло, что я решилась на один шаг, не
такой отчаянный, но все же...
- Что же ты сделала?
- Мы были... мы были в постели, и вдруг ему стало плохо. Сердечный приступ
или что-то в этом роде. Он охнул и опрокинулся навзничь. Я подумала: все, он умер, -
и мне стало страшно. Но вместе с тем я почувствовала огромное облегчение.
- Нет, он был жив. Ты это знала?
- Да, - кивнула она, - сердце у него билось. Я пощупала пульс. Потом
услышала, что он дышит. Я понимала, что должна вызвать "скорую", должна позвать
на помощь. И тут я поймала себя на мысли, что желаю ему смерти. Мне даже досадно
стало, что он еще дышит и сердце бьется. Будто он опять обманул меня... Мне хотелось
его убить, придушить подушкой, пока он был без чувств! Но я не могла...
- И ты бросила его в таком состоянии?
- Да, я просто... Да, бросила его как есть. Быстро оделась. В шкафу были коекакие
мои вещи - побросала их в сумку и убежала. Решила: не стану вызывать
"скорую", пусть будет так, как будет. Пусть судьба распорядится, жить ему или
умереть.
- Куда ты поехала?
- Домой. Сюда, этажом ниже.
- Когда это было?
- Точно не знаю. Примерно в семь или половине восьмого.
- Так рано?
- Не так уж рано. Начало спектакля в восемь тридцать, а мы еще не начинали
одеваться.
- Хорошо, - сказал я, прикинув время. - Итак, в семь или половине восьмого
Флэксфорд лежал в кровати голый и без сознания. Потом он очнулся, встал, надел
халат. Увидел, что тебя нет. А где были деньги?
- Какие деньги?
- Пятьдесят тысяч долларов, которые подобрал Лорен.
- Никаких денег я не видела. Понятия не имею, откуда он их взял?
- И ты заперла дверь, когда уходила.
Элли заколебалась, потом кивнула.
- Я не хотела, чтобы кто-нибудь вошел и спас его. Я не могла его убить, но у меня
хватило духа приблизить его смерть. Наверное, это ужасно с моей стороны, Берни!
Правда, ужасно?
Я оставил ее вопрос без ответа.
- Очевидно, к твоему приходу деньги у него уже были, - рассуждал я вслух. - В
принципе не играет особой роли, поступили они от Дебю или же ему
предназначались... Итак, он приходит в себя, видит, что ты ушла и забрала свои вещи...
Тут же проверяет, не прихватила ли ты пятьдесят тысяч. Деньги оказываются на месте.
Он берет их, чтобы пересчитать, садится на кровать, и в этот момент у него
закружилась голова. Он пытается встать, нечаянно опрокидывает лампу, может быть,
даже вскрикивает и опять падает на кровать. Это могло случиться в любое время
между твоим уходом и моим приходом. Пока я обыскивал бюро, он оставался без
сознания или уже уснул. В таком состоянии его и застал Лорен. Этот парень таких
денег в жизни не видел и кидается их собирать. От шума Флэксфорд приходит в себя.
Застигнутый врасплох, Лорен, ничего не соображая, обрушивает на него свою дубинку.
Третий раз за вечер Флэксфорд закрывает глаза, теперь уже навсегда. После нашего с
Рэем па-де-де Лорен кончает его пепельницей.
- О Боже!..
- Не понимаю только, каким образом ты снова появляешься на сцене. Откуда ты
узнала, что я в этой квартире?
- Я видела, как ты входил в наш дом.
- Но как? Не могла же ты гнаться за мной с Шестьдесят седьмой улицы! Ты была
уже дома. Конечно, твое окно выходит на улицу, и в принципе ты могла бы видеть, как
я вхожу сюда. Но ты же меня не знала.
- Знала, Берни. Я видела тебя там, на Шестьдесят седьмой.
- Что-о?
- Я побыла какое-то время дома, но потом начала беспокоиться. Если Флэксфорд
умер, значит, умер, и дело с концом. А если нет? Если еще живой, мучается, надо же
помочь человеку! Вот и помчалась туда на такси. Приехала, а что делать - не знаю.
Звонить ему не хочу и "скорую" вызывать не хочу. Хожу взад-вперед по улице перед
домом. Ключи у меня есть, и привратник меня знает, но подняться к нему боюсь. Если
Фрэн жив, он из меня котлету сделает за то, что я убежала и его бросила. С другой
стороны, входить в квартиру, где мертвец, страшно... Господи, измучилась вся!..
- И тут увидела, как я вхожу в дом. Но откуда ты узнала, что я - это я?
- Нет, увидела потом, когда ты выбежал из дома. Мчался как угорелый, чуть не
сшиб меня с ног. Потом полицейский выбежал, за тобой погнался. Привратник сказал,
что это взломщик, который залез в квартиру мистера Флэксфорда.
- Дальше что было?
- Через несколько минут спустился еще один полицейский. Он и сказал, что ты
убил Фрэна. Подробностей я не слышала, так как жутко перепугалась и поехала домой.
Думала, вот-вот явится полиция и меня обвинят в его смерти. Меня стала бить нервная
дрожь, хотя я ничего и не сделала. Потом выглянула в окно и обмерла от страха -
вижу, ты входишь в парадное. Кто ты, что - я ведь ничего не знала, но почему-то не
сомневалась, что ты пришел расправиться со мной.
- С какой стати мне расправляться с тобой?
- Откуда я знала? Но что тебе еще делать в нашем доме? Заперлась на все замки,
стою, дрожу как осиновый лист, слышу, как ты идешь по лестнице. Ну, думаю, - все,
конец! А ты мимо проходишь, на пятый этаж поднимаешься. Ошибся, думаю, сейчас
спустится, и тогда... Пять минут проходит, десять - я ничего не понимаю. Выскочила,
на лестницу и - наверх. У одной двери прислушалась - ничего, все тихо. Зато в
другой квартире шаги услышала. Зачем ты пришел, что делаешь - неизвестно. Знаю
только, что Рода нет в городе. Ну, вернулась я к себе, наглоталась секонала и
вырубилась. А утром получаю газеты - и все разъясняется.
- Тогда ты позвонила Роду и договорилась насчет ключа?
- Оказалось, что он тебя знает. Я сказала, что познакомилась с одним парнем, его
зовут Берни Роденбарр, говорю, по-моему, ты упоминал это имя. А он - не помню,
кажется, не упоминал, но да, есть такой, Берни Роденбарр, мы с ним несколько раз за
покером встречались. Тогда я сообразила, почему ты выбрал эту квартиру. - Элли
остановилась, перевела дыхание. - Не знаю, как я решилась заглянуть сюда. Я не
знала, убил ли ты Фрэна, подумала, что он умер еще до того, как ты пришел, умер из-за
того, что не получил вовремя медицинской помощи, а это была уже моя вина. Когда
стали писать о пепельнице, я подумала, что, может быть, все-таки это ты убил Фрэна.
Потом я пришла сюда, ты меня заинтересовал - это, наверное, было заметно, - и
меня потянуло к тебе. Я понимала, что завязла в этой истории больше, чем хотела, но
была вынуждена продолжать играть роль. И имя настоящее тебе не сказала и где живу
не сказала, потому что боялась, что если за тобой охотится полиция, то мне лучше
держаться в стороне от всего этого и чтобы ты не знал, кто я.
- А потом ты испугалась, что я поймаю тебя на вранье, и потому сказала, что ты
Элли Кристофер, а не Рут Хайтауэр.
- Не в том дело, - покачала она головой. - Ты звал меня Рут, и это было
невыносимо. Особенно когда мы были в постели. В самые сладкие минуты ты шептал:
"Рут, Рут!" - и мне казалось, что меня нет с тобой. Это было ужасно! Потом я
подумала, что ты все равно узнаешь, кто я на самом деле. Я уже знала, что ты никого
не убивал. Мне с самого начала не верилось, что ты убийца.
- Ну, конечно, твоя хваленая интуиция! А я с самого начала подозревал, что ты
каким-то образом замешана в том, что произошло. Конечно, чутье - прекрасная вещь,
но чтобы так на него полагаться... На одном чутье роли не вытянешь.
- Независимо ни от чего ты рано или поздно узнал бы мое настоящее имя и чем я
занимаюсь. Если бы, конечно, я не исчезла в один прекрасный день. Но я не хотела
исчезать, понимаешь? Кроме того, все произошло так быстро...
- Да, быстро.
- Ну вот, теперь ты все знаешь. И еще я выдала себя, когда чуть не вошла в
другую квартиру, правда?
- Я и без этого догадался бы, что к чему.
- Я знаю. - Она отвела глаза в сторону, я, кажется, тоже. Было почти физически
ощутимо наступившее глубокое молчание. Потом она заговорила: - Ну, что ж, все в
конце концов образовалось... Ты не находишь?
- За исключением финансового вопроса - да. Ты не фигурируешь в полицейских
протоколах. Дарла тоже. Я не числюсь в розыске по обвинению в убийстве. Я бы
сказал, что все устроилось наилучшим образом.
- За одним исключением. Ты теперь презираешь меня.
- Презираю? О чем ты говоришь? - Искренне удивился я. - Пусть ты появилась
в этой квартире из любопытства и желания обезопасить себя. Зато потом ты мне
здорово помогла. Допустим, меньше, чем если бы сразу же открылась. Но ведь только
дурачье доверчиво. Кто в наше время строит даже личные отношения на полном
доверии? Нет, серьезно, я к тебе не в претензии. С какой стати тебе откровенничать с
тем, кто, может быть, человека убил, а уж с уголовником - это точно. Еще раз говорю:
ты мне здорово помогла. Без тебя я не сумел бы выбраться из дерьма, в которое попал.
Скорее всего, даже и не пытался бы. Нанял бы адвоката и постарался через Рэя
сговориться с полицией. Нет, надо быть круглым идиотом, чтобы презирать тебя.
- Ох, Берни!..
- А если уж быть честным до конца, - сказал я, - ты мне даже нравишься. Ты,
правда, немного с завихрениями, но все нормальные люди с завихрениями.
- Но у меня была связь с Флэксфордом!
- Ну и что?
- И ты видел ту противную фотографию...
- Ну и что?
- Тебя это не смущает?
- Не в том смысле, в каком ты думаешь.
- В каком же?
- А в том смысле, что будоражит, возбуждает... Неужели не понимаешь?
- А-а...
- Вот именно.
- Ох, Берни!..
Я взял ее за подбородок и приник губами к ее рту. Когда я оторвался, она
вздохнула, устроилась поудобнее в моих объятиях и сказала, как забавно все
получилось.
- Что же теперь будет? - Это, видимо, ее интересовало.
- Как было, так и будет, малыш, - объяснил я. - Ты будешь играть на сцене, а я
обкрадывать квартиры. Люди не меняются. И твоя профессия, и моя не самые
благородные. И все же мы их не бросим. И, конечно же, мы будем видеться, и
посмотрим, как оно пойдет.
- Прекрасно!
Кроме того, я увижусь с Дарлой, думал я, и постараюсь изобрести способ избавить
ее супруга от коллекции старинных монет, но так, чтобы она не догадалась. Вероятно,
я все-таки решусь привести в порядок мою квартиру, и соседи, может быть, не будут
особенно вникать в то, чем я занимаюсь, ввиду того, что я буду заниматься этим на
Восточной стороне, а им, момзерам, так и надо. Думаю, что время от времени буду
сидеть за покером, болеть за любимую бейсбольную команду, а в случае нужды -
ходить на дело. Жизнь, как видите, далеко не идеальная, но у кого она идеальная,
позвольте спросить? В каждом из нас куча недостатков, мы несовершенны, так же как
и этот мир, и самое большее, что мы можем сделать, - это жить. А это самое лучшее
на свете.
Кое-какими из этих бессмертных мыслей я поделился с Элли. Мы сидели
обнявшись, и нам было уютно, тепло и хорошо, но через некоторое время началось
что-то другое.
- Пойдем ляжем, - сказала она.
- Ты это замечательно придумала, - отозвался я. И пошел посмотреть, заперта ли
дверь.
Любовь втроем (фр.).
Закладка в соц.сетях
