Жанр: Детектив
Отравление в уичфорде
...иссис Бентли. Я не совсем понимаю характер миссис Аллен. В зале суда
она казалась в высшей степени
спокойной, от нее веяло даже каким-то ледяным спокойствием, и, возможно, эта
высокомерная манера держать себя гораздо
больше повредила миссис Бентли во мнении суда, чем истерическое поведение миссис
Сондерсон. Понимаешь, миссис Аллен -
обманутая жена, по она держалась в этой незавидной роли с невозмутимым
достоинством. А миссис Сондерсон во всем этом
деле играет, по-моему, самую неблаговидную роль. Она просто исходит ядовитой
ненавистью по отношению к недавно столь
любимой подруге. Какими бесчувственными и жестокими могут быть друг к другу
некоторые женщины, когда одна из них
нарушает закон и приличия. Однако к делу. С пикника Бентли возвратился с
жалобами на весьма ухудшившееся самочувствие,
сразу лег в постель и вскоре ему стало плохо по-настоящему. Он объяснял свою
болезнь тем, что во время пикника сидел на
сырой траве. Полиция же утверждает, что ухудшение здоровья последовало в связи с
тем, что жена впервые дала ему для питья
отравленную мышьяком жидкость.
- Гм!- задумчиво реагировал на это Алек.
- Ночью он чувствовал себя довольно сносно, по весь следующий день
оставался в постели, хотя стал поправляться. Утром
приехал доктор Джеймс и, тщательно осмотрев больного, пришел к выводу, что
мистер Бентли страдает хронической
диспепсией. Он назначил новое лекарство, дал указания насчет диеты и на
следующий день мистер Бентли почувствовал себя
настолько хорошо, что даже занялся делами. Вечером того же дня миссис Бентли
отправилась с мистером Алле ном на "Бал
четырех искусств" в Ковент-Гарден, заключительное большое празднество сезона, а
после этого снова поехала с ним в
гостиницу "Бишрома". Это подтвердил как несомненный факт владелец гостиницы,
мистер Ньюм.
- Рискованный поступок, если учесть недавний скандал.
- О да, конечно, очень рискованный. Но, как я понимаю сущность характера
миссис Бентли в данное время (оставляя в
стороне вопрос о том, виновна она или нет), ей было на это совершенно наплевать.
Нам неизвестно, была ли она влюблена в
Аллена или нет, но мы знаем, что пожилой муж не только ей наскучил, но очень ее
раздражал, а в таких случаях женщины
вполне способны на разные безумства. Эффект примирения с мужем, наверное, уже
совершенно испарился и ей уже было
безразлично, узнает он о ее поступке или нет. Вполне возможно, что она даже
надеялась на скандал и на то, что Бентли с ней
разведется и она снова обретет свободу. Да к тому же у них не было детей, что
осложнило бы ситуацию.
- Да, это похоже на правду,- согласился Алек.
- Но после этого события стали развиваться в ускоренном темпе. Когда она
вернулась на следующий день домой, разразился
яростный скандал: Бентли совершенно вышел из себя, сбил ее с ног и поставил
синяк под глазом. Мадам снова взбежала наверх
и стала паковать чемодан, собираясь отбыть во Францию, и опять в дело вмешались
как ангелы-миротворцы брат Уильям и
миссис Сондерсон, и снова ссора была так или иначе погашена. Мадам Бентли
осталась. Это было в среду. В тот день Бентли
ездил на работу, поехал и в четверг, на этот раз взяв с собой термос с едой,
специально приготовленной для него самой миссис
Бентли. Он оставил термос в Лондоне, как тебе известно, чтобы сделать анализ
содержимого. Анализ показал, что в еде
присутствует мышьяк.
- И что же миссис Бентли может противопоставить этому заключению?
- Вот именно, что? Меня тоже все время занимает данный вопрос. В тот день,
в четверг утром приехал младший брат
мистера Бентли, Альфред, и Бентли сказал ему, что, в связи с поведением жены, он
меняет завещание и оставит ей только
сумму, едва достаточную для пропитания, а почти все имущество, состоящее главным
образом из акций его фирмы, разделит
между братьями, причем Уильяму отойдет их малая часть, а львиная доля -
Альфреду. Таким образом, после смерти старшего
брата Альфред будет, по сути, хозяином семейного дела, хотя никогда им до этого
не занимался, а Уильям был в деле всю свою
жизнь.
- Понятно, но зачем, ради всего святого, мистер Бентли так поступил?
- Да ведь это вполне очевидно. Бентли, хотя в личных вопросах вел себя
довольно глупо, был отнюдь не дураком в том, что
касалось дела, а Уильям в нем слабо разбирался, и мистер Бентли отлично знал,
что едва лишь фирма подпадет под контроль
Уильяма, то почти сразу же лопнет. Альфред, напротив, человек совсем другого
склада, чем сильно отличался от обоих братьев.
В его характере, как мне кажется, сильнее старошотландская закваска, чем у
других Бентли: он угрюм, суров, неуступчив, он
жесткий человек, можно сказать, почти жестокий. И весьма - не думаю, что
ошибаюсь,- скуповат. Потрясающий контраст со
старшими братьями. Как бы то ни было, но, скорее всего, ты поймешь его характер,
если я скажу, что сообразительный братец
Альфред, едва услышав о таковых намерениях старшего Бентли, немедленно, в то же
самое утро, повел его к адвокату и стоял у
брата над душой, пока новое завещание не было составлено по всем правилам. О,
брат Альфред оказался большим ловкачом.
- И тем не менее, по мне все же лучше Альфред, чем его брат.
- Это в тебе заговорила та же шотландская закваска, Алек. Ты несомненно
почуял в братце Альфреде родственную натуру.
Но, как бы то ни было, теперь мы подходим к главному - роковой болезни мистера
Бентли и его смерти. Однако если хочешь -
сделаем перерыв и вплотную займемся форелью.
- Нет!- отказался Алек к удивлению Роджера.- Довольно интересно узнавать о
деле не урывками, а из такого цельного и
связного повествования, хотя то, что ты сам думаешь обо всем этом и куда гнешь,
я понятия не имею, можешь меня за это
повесить. Так что, нет, продолжай!
- Алек,- с чувством признался Роджер.- Это самая замечательная похвала,
которую я когда либо слышал за все время своей
долгой и успешной карьеры.
Глава 3
Мистер Шерингэме спрашивает: "Зачем?"
- На следующий день,- немного помолчав, сказал Роджер,- в пятницу десятого
июля Бентли почувствовал себя утром так
плохо, что на работу не поехал. Он жаловался на боли в ноге и его рвало. Был
вызван доктор Джеймс, который прописал еще
лекарства. В субботу боли исчезли, но рвота продолжалась, однако доктор Джеймс
объяснил это действием морфия, который он
прописал больному накануне. В воскресенье мистеру Бентли стало немного лучше. В
понедельник еще полегчало. Доктор
Джеймс уже полагал, что во вторник больной будет почти здоров, по вместо этого
наступило небольшое ухудшение, и миссис
Бентли предложила пригласить еще одного врача. Пригласили доктора Питерса.
Доктор Питере также диагностировал острую
диспепсию и дат больному успокоительное, однако в среду больному лучше не стало.
И вот наступил этот день, пятнадцатое июля, день очень важный, и мы
рассмотрим все события его более подробно. Именно
в течение пятнадцатого июля возникла мысль, сначала как предположение, что псе
идет не так, как должно.
Все это время миссис Аллен и миссис Сондерсон очень часто появлялись в
доме, а так как миссис Бентли ухаживала за
Сольным, они делали хозяйственные покупки, исполняли разные поручения, давали
умные советы и вообще суетились вокруг
да около. Вечером этого дня Мэри Блауэр (которая имеет зуб на хозяйку)
рассказала миссис Сондерсон о бумажках,
мокнувших в воде две недели назад. Миссис Сондерсон, вне себя от возбуждения,
рассказала об этом миссис Аллен, и не
прошло и трех минут, как эти замечательные дамы решили, что миссис Бентли травит
своего мужа. И у меня сложилось такое
впечатление: с тех самых пор пи одна душа, по-видимому, нисколько в этом не
усомнилась. Миссис Сондерсон сразу же
отправилась звонить брату Уильяму, а он был в лондонской конторе, и сказала,
чтобы он немедленно возвращался в Уичфорд, а
миссис Аллен побежала на почту и отправила телеграмму таинственного содержания
брату Альфреду. Разумеется, миссис
Бентли совершенно не подозревала об этих действиях.
К полудню братья уже были в Уичфорд, и можешь представить, в каком
возбужденном состоянии.
А тем временем миссис Бентли решила, что ей не под силу ухаживать за
больным в одиночку и вызвала телеграммой
сиделку. Та прибыла сразу после ленча. Брат Альфред, который уже, по-видимому,
взял бразды правления всем хозяйством в
собственные руки, сразу же отвел сиделку в сторону и приказал, чтобы никто,
кроме нее самой, ничего не давал больному, так
как в доме сейчас происходит нечто непонятное. В результате сиделка пополнила
число персон, крайне взволнованных
событиями,- то есть приятельниц миссис Бентли и братьев мистера Бентли.
Практически в доме единственный человек,
который тогда ни с кем не шушукался и не впадал в ажиотаж, была именно миссис
Бентли.
Но настоящее смятение умов было еще впереди. Днем пятнадцатого июля миссис
Бентли дала письмо Мэри Блауэр и
попросила ее сбегать на почту и побыстрее отправить его. Мэри Блауэр, взглянув
на конверт и увидев, что оно адресовано
мистеру Аллену, который по делам уехал в Бристоль, на почту не пошла, а вручила
письмо миссис Аллен, которая немедленно
его распечатала. А там уж пламя ревности раздувало чувство мести, тем более что
миссис Бентли как идиотка не только
упоминала о прошлом свидании в "Бишроме", но и о болезни мужа, причем в не очень
сочувственных выражениях - хотя,
вероятнее всею, она тогда еще не сознавала всей серьезности положения.
Как бы то ни было, этого потрясающего открытия о связи миссис Бентли с
мистером Алленом для четверки оказалось
достаточно. Если, узнав о пропитанной мышьяком бумаге для мух, они еще могли
сомневаться в намерениях миссис Бентли,
то теперь все сомнения на ее счет отпали. Братец Альфред немедленно надел шляпу
и пошел объявить обо всем врачам. Троица
устроила военный совет и вынесла решение: неуклонно и постоянно следить за
миссис Бентли.
Да, это уже было само по себе очень плохо, но когда брат Альфред вернулся
домой, его ожидала еще новость, и самая
потрясающая из всех. Явилась сиделка с пузырьком микстуры в руках и рассказала,
что видела, как миссис Бентли украдкой
вынесла его из спальни, пряча в складках платья. Через несколько минут она
вернулась и поставила пузырек на прежнее место,
когда сиделка повернулась к ней спиной. На следующий день пузырек с микстурой
передали врачам и в ней был обнаружен
мышьяк.
- Будь я проклят, если тебе, Роджер, удастся теперь обелить миссис Бентли.
- Да я вовсе не стремлюсь ее обелять. Я ведь не утверждаю, что эта женщина
не виновата. Я говорю только, что мы должны
предполагать и возможность ее невиновности, а не сразу, огульно считать её вину
чем-то само собой разумеющимся. В любом
случае мне чрезвычайно интересно услышать, как она объяснит именно этот
инцидент. Итак, запомни, что до этого момента
положение мистера Бентли, хотя и серьезное, не считалось ни в коей мере опасным
(чем, в частности, объясняется небрежный
тон письма миссис Бентли к Аллену, хотя именно эта небрежность послужит
основанием предвзятого отношения к ней).
Однако в тот же самый вечер положение больного стремительно стало ухудшаться.
Немедленно были вызваны оба врача, и они
хлопотали возле него всю ночь. На следующее утро они предупредили миссис Бентли
и остальных, что положение больного
почти безнадежно. В полдень он потерял сознание и в семь вечера умер.
Но и это еще не все. По приказанию братца Альфреда миссис Бентли сразу была
отправлена в спальню, где ее практически
держали как пленницу, а четверка начала скрупулезно обыскивать дом. Их усилия
оказались не напрасны. В гардеробной
мистера Бентли стоял сундук с вещами жены. В одном из его отделений нашли бутыль
лимонада с очень большимГлава 4
Прибытие в Уичфорд
- Мой мозг способен работать Б любых условиях, Алек,- заметил Роджер,
удобно устраиваясь в углу комфортабельного купе
вагона первого класса для курящих и кладя ноги на сиденье напротив.
Алек уже прошел в вагон, простившись с явно неодобряющей его поступки
Барбарой, и в настоящий момент ставил
чемоданы на верхнюю полку. Поезд тем временем уже набирал скорость. Между
прочим, это был тот самый поезд,
отправляющийся в половине одиннадцатого утра, о котором Роджер упомянул во время
завтрака накануне.
- О? - ответствовал Алек.- И чем это нам грозит?
- А тем, что редактор "Дейли курьер" - довольно близкий мой приятель, и я
собираюсь заглянуть к нему, когда мы приедем
в Лондон, и узнать, не желает ли он предложить мне амплуа неофициального
специального корреспондента.
- Да?- спросил Алек, падая на свое сиденье.- А зачем тебе это?
- Ну, мне просто пришло в голову, что нам будет легче проникнуть в суть
вещей при поддержке такого авторитетного
издания, как "Курьер", чем если мы будем действовать на свой страх и риск, как
два настырных и вульгарно любопытных
джентльмена. Репутация "Курьер" способна в значительной степени развязать языки
у немалого количества граждан. Да,
между прочим, я кое-что приготовил для тебя, список дат, в которые произошли
главные события. Напечатал вчера вечером. У
меня тоже есть экземпляр, так что Держи!
Алек взял листок, протянутый Роджером, и прочел следующее:
Июнь, 27-е, суббота.
Миссис Бентли ночует с Алленом в гостинице.
Июнь, 29-е, понедельник.
Миссис Бентли возвращается домой и ссорится с мужем.
Июль, 1-е, среда.
Миссис Бентли покупает отравленную бумагу для мух.
Июль, 5-е, воскресенье.
Пикник. Мистер Бентли впервые чувствует недомогание.
Июль, 6-е, понедельник.
Мистеру Бентли лучше, но он остается в постели.
Июль, 7-е, вторник.
Бентли снова занимается бизнесом. Миссис Бентли едет на "Бал четырех
искусств" и опять проводит время с Алленом.
Июль, 8-е, среда.
Миссис Бентли возвращается домой. Ссора. Муж сбивает ее с ног.
Июль, 9-е, четверг.
Бентли берет с собой в офис термос, в содержимом которого находят мышьяк.
Составляет новое завещание в пользу
Альфреда.
Июль, 10-е, пятница.
Бентли опять становится хуже.
Июль, 11-е, суббота.
Бентли в том же состоянии.
Июль, 12-е, воскресенье.
Бентли немного лучше.
Июль, 13-е, понедельник.
Бентли еще немного лучше.
Июль, 14-е, вторник.
Бентли опять немного хуже, и к нему приглашают второго врача.
Июль, 15-е, среда.
Без изменений. Перехвачено письмо миссис Бентли к Аллену. Приезжает
сиделка. Эпизод с микстурой. Вечером состояние
Бентли сильно ухудшается.
Июль, 16-е, четверг.
Бентли умирает. Обыск у миссис Бентли. Найдено большое количество мышьяка.
Врачи отказываются подписать
заключение о смерти.
Июль, 17-е, пятница.
Арест миссис Бентли.
- Спасибо,- сказал Алек и сунул листок в карман.- Да, это полезная штука. А
что ты собираешься предпринять насчет
защитников миссис Бентли, как ты говорил?
- Ну, я решил взять быка за рога. Поеду к ее поверенному, скажу кто я и
задам ему прямой вопрос.
- Гм!- усомнился Алек.- Не слишком ты много у него узнаешь, если этот
поверенный знает свое дело.
- Да нет, я и не думаю, что он мне выложит все как на духу. Однако я
надеюсь что-нибудь уловить в подтексте. Как бы то ни
было, мое имя - достаточная гарантия, что он не выставит меня сразу за дверь. В
крайнем случае укажет на нее вежливо. Если,
конечно, эти адвокаты когда-либо обо мне слышали, на что я надеюсь и о чем
возношу свои молитвы!
- Да, конечно, кое-какие преимущества в том, что ты автор бестселлеров,
есть. Интересно, а сколько раз переиздавали твой
последний роман?
- "Памела жива"? Семь изданий за пять недель. Чувствительно благодарен за
комплимент. А ты уже приобрел себе
экземплярчик?
И разговор перешел на личные темы. Даже очень личные.
Через пару часов они прибыли на вокзал Ватерлоо, и Роджер начал давать
указания.
- Отвези чемоданы на Чаринг-Кросс, в камеру хранения, посмотри, когда
отправляется поезд на Уичфорд, что-нибудь около
трех часов пополудни, а затем заезжай за мной на Флит-стрит, в редакцию
"Курьер". А я прямо сейчас позвоню Бергойну и
помешаю ему удалиться на ленч, прежде чем мы с ним не повидаемся. Затем я
подожду тебя. Следующим делом мы
отправимся на ленч в "Симпсонс" или в "Петуха", а потом - на Чаринг-Кросс. Пока!
Они расстались на платформе, и Роджер поспешил к телефонной будке. Бергойн
был на месте и назначил встречу через
десять минут. Роджер схватил такси, молниеносно промчался через мост Ватерлоо,
по Флит-стрит и появился в кабинете
Великого Человека за пятнадцать секунд до назначенного времени. Роджер любил
такие штучки.
Между прочим, он не собирался ставить в известность Бергойна и вообще кого
бы то ни было относительно своей теории,
что миссис Бентли, вполне возможно, является жертвой интриги, а не виновницей
преступления. Во-первых, потому, что это
было скорее предположение, а не стройная, продуманная теория, и его аргументы в
пользу миссис Бентли, которые он выложил
Алеку, интересные сами по себе, были скорее попыткой упорядочить собственные
умозаключения на этот счет, чем
констатацией определенной идеи. А кроме того, Роджер рассчитывал остаться
единоличным выразителем столь
ошеломительного вывода, если он окажется справедливым. Поэтому в разговоре с
Бергойном он тщательно выбирал слова.
- Это уичфордское дело,- сказал Роджер, когда они обменялись рукопожатием,-
довольно интересно, не правда ли?
- Да, нам его сам бог послал,- улыбнулся Бергойн, на нем мы продержимся
весь август, слава небесам. Интересно ли дело
само по себе? Ну, в известной мере. А вы собираетесь написать о нем книжицу, а?
- Вполне возможно, - серьезно ответил Роджер,- во всяком случае, я хочу
поближе с ним познакомиться. И вот по этой
причине я здесь. Знаете, я ведь ушлый криминолог, но главный здесь интерес для
меня - драма человеческих отношений. Эти
Аллены! И вообще там полдюжины характерных персонажей. И вот о чем я хочу вас
попросить. Можно ли мне сослаться на
авторитет "Курьер", чтобы сделать этих людей более разговорчивыми? Вы можете
присвоить мне почетный титул вашего
специального корреспондента или что-нибудь в этом роде? Вы же знаете, я это
звание не уроню и буду вам за него ужасно
благодарен.
Но Бергойн недаром занимал место главного редактора газеты "Курьер". Он был
очень умным человеком.
- Вы от меня что-то скрываете, Шерингэме,- усмехнулся редактор,- я это вижу
простым глазом. Нет, пожалуйста, не
утруждайте себя ложными клятвенными заверениями в противном! Я вижу, что вы не
хотите сказать мне все, но я и не прошу
вас об этом. Да, вы, конечно, можете действовать от имени "Курьер". Но при одном
условии.
- Каком?- не без трепета спросил Роджер.
- Если вы узнаете нечто особенное (а я так понимаю, что именно с этой целью
вы и отправляетесь в поездку ведь я, слава
богу, столько раз слышал, как вы пространно развиваете свои теории насчет
сыщицкого ремесла), так вот, если вы обнаружите
что-нибудь интересное, то дадите нам возможность первыми сообщить об этом
читателю. И нет необходимости повторять, что
мы заплатим по прежним ставкам.
- Господи - да разумеется! Буду только рад. Но не ждите чего-нибудь
чрезвычайного, Бергойн. Я не собираюсь утверждать,
что еду туда без намерения сунуть нос во все щели, но прежде всего мне интересен
сам этот случай. Все дело в психологии...
- Вот об этом и пишите,- посоветовал Бергойн,- а теперь извините, у меня
полно дел и ваши две минуты истекли. Вы не
сердитесь, а? Ну, значит, все в порядке. Можете потрясать слух нашим именем
сколько угодно, а взамен вы нам в первую
очередь присылаете любой материал, касающийся этого дела. И хорошо написанный
материал. А пока - всего доброго, старина,
до свидания.
И Роджер не успел опомниться, как оказалось, что ему пожимают руку уже в
коридоре. Мало кому удавалось поставить
Роджера на место, однако редактор "Курьер" несомненно относился к этому
меньшинству.
Алек уже ожидал Роджера в вестибюле, и они вместе вышли из здания редакции.
С торжествующим видом Роджер стал
рассказывать об успехе своего предприятия.
- Да, нам это здорово поможет,- сказал он, когда они шли по Флит-стрит.-
Есть люди определенного типа, которые
обязательно разговорятся в надежде увидеть свое имя напечатанным в газете
"Курьер". И я заранее предвижу, что братец
Уильям и миссис Сондерсон как раз относятся к данному типу, уже не говоря об
этой неприятной служанке Мэри Блауэр.
- Но разве "Курьер" уже не послал в Уичфорд своего собственного
корреспондента?
- О да, но это не имеет ни малейшего значения. Корреспондент не сумеет
задать те вопросы, которые хочу задать я. А кроме
того,- добавил скромно Роджер,- существует еще одно преимущество, которое
расположит к нам сердца людей. Мне ужасно не
хочется напоминать тебе об этом, Александр, но знаешь, ты действительно склонен
забывать о главном нашем козыре.
- Да? Это о чем же я забываю?
- О том, что меня зовут Роджер Шерингэме,- нисколько не краснея от
скромности, безыскусно доложил писатель.
К сожалению, ответ Алека соседствовал с грубостью. Создавалось впечатление,
что Алеку самым плачевным образом не
хватало должного уважения к своему выдающемуся спутнику.
- Вот худшие последствия популярности,- вздохнул Роджер. - Если человек
никогда не бывает героем в глазах своего
камердинера, то чего же ожидать от его тупоголовых друзей?
После того как они съели по солидному куску бифштекса с кровью и выпили по
кружке старого пива, они в такси
отправились на Чаринг-Кросс.
- А ты имеешь какое-нибудь представление об Уичфорде?- спросил Алек, когда
они снова и только вдвоем сидели в купе
поезда.
- Самое приблизительное. Я там был проездом.
- Гм!
- А ты?
- Я знаю город, и довольно хорошо. Как-то в детстве я прожил там целую
неделю.
- Господи милосердный, так почему же ты раньше мне об этом не рассказывал?
Ты знаешь кого-нибудь из тамошних
жителей?
- Да, у меня в Уичфорде живет двоюродная сестра.
- Вот уж действительно, Алек!- воскликнул Роджер с довольно оправданным
возмущением. - Черт побери, никогда еще не
встречал такого молчуна. Приходится иголкой выковыривать из тебя необходимые
сведения. Неужели ты не понимаешь, какая
это важная новость?
- Нет,- честно признался Алек.
- Но ведь твоя кузина может представить нас множеству знакомых, а кроме
того, рассказать о местных слухах и обо всем
таком прочем. Ради бога, открой рот и расскажи мне все, что тебе известно. Какой
он из себя, Уичфорд? И где живет твоя
двоюродная сестра, в самом городе или в предместье? И что ты можешь сам
вспомнить о городе?
После некоторого раздумья Алек сказал:
- Ну, город довольно большой и, наверное, похож на все такие города. Масса
кружков и групп и тому подобное. Моя кузина
живет довольно обеспеченно в центре города на Хай-стрит. Замужем за врачом,
уроженцем тамошних мест. Они владеют
красивым старым домом из красного кирпича с фронтонами и тому подобными штуками.
Стоит направо у пруда. Ты его видел,
когда проезжал мимо? Он в верхнем конце Хай-стрит.
- Да, кажется, припоминаю. Значит, она вышла за доктора? Великолепно.
Понимаешь, у нас будет возможность взглянуть на
медицинские данные о болезни мистера Бентли, так сказать, изнутри, если захотим.
А между прочим, как фамилия доктора?
- Пьюрфой. Доктор Пьюрфой. А она, значит, миссис Пьюрфой,- авторитетно
пояснил Алек.
- Да, я уже составил себе некоторое представление об этом. Но, главное, он
впрямую не задействован в деле. Хорошо.
Продолжай.
- Ну это вроде бы и все.
- Нет, это не все, что мне удалось вытянуть из тебя, Алек,- проворчал
Роджер.- Это совершенно ясно. Вы, полушотландцы,
чертовски немногословны. Вы еще хуже в этом отношении, чем чистокровные
шотландцы.
- Так ты должен быть благодарен за это,- ухмыльнулся Алек.- Да и кому
удастся поговорить, когда ты рядом?
- Я не унижусь до ответа на твои грубые шуточки, Александр,- с чувством
собственного достоинства ответил Роджер и
тотчас же приступил к велеречивому ответу.
Его многословное повествование еще текло полноводной рекой, когда поезд
остановился в Уичфорде. Явное облегчение, с
которым реагировал на это Алек, едва не спровоцировало новый поток красноречия,
но, сделав над собой усилие и обуздав свои
чувства, Роджер вместе с Алеком проследовал за носильщиком, обремененным их
чемоданами. Они сели в древнее такси почти
ужасающей ненадежности на вид и отправились по совершенно здравом рассуждении в
гостиницу "Человек из Кента",
которую шофер с чистой совестью мог порекомендовать им как лучшую в городе, и,
разумеется, это утверждение далеко
отстояло от истины.
Снять номера и распаковать вещи оказалось делом недолгим, и Роджер заказал
чай в гостиной для постояльцев перед
началом совместных действий. За чаем Роджер пространно пояснил план кампании.
- Никаких дилетантских походов к источнику слухов и пересудов,- заявил он.
- Никто в Уичфорде не расскажет нам так
обстоятельно все, что надо знать, как адвокаты миссис Бентли. И поэтому я сразу
же отправлюсь к ним.
- А как ты узнаешь, кто они такие и где и как их найти? В таком городе их,
наверное, несколько.
- Это простое дело, - ответил не без гордости Роджер. - Я уже об этом
позаботился. Трехминутный разговор с горничной - и
я получил всю необходимую мне информацию.
- Понимаю. А мне что делать? Ехать с тобой или здесь оставаться?
- Ни то и ни другое. Я хочу, чтобы ты навестил свою очаровательную кузину и
попытался выцыганить у нее приглашение
откушать в ближайшее время для нас обоих. Не на чай приглашение, а на обед,
потому что я хочу, чтобы и муж присутствовал
за трапезой, а чай врачи пьют в неопределенное время, свободное от визитов. Не
рассказывай ей, зачем мы приехали, просто
скажи, что рассчитываем пробыть в Уичфорде несколько дней. Можешь сказать, что я
приехал осмотреть римские развалины.
- А в Уичфорде разве они есть?
- Насколько я знаю - нет, но это безопасная отговорка. В Англии любой
город, большой или малый, должен иметь следы
пребывания здесь древних римлян. Это как гарантия респектабельности. Будь при
этом мудр как змий и простодушен как
голубь. Могу я в этом положиться на тебя?
- Постараюсь изо всех сил.
- Слышу глас настоящего британца!- горячо одобрил его Роджер.- И в конце
концов, кто
...Закладка в соц.сетях
