Жанр: Детектив
Удары шпаги господина де ла герш
...долины,
достигло деревни и обрушило дерево на порог одного из домов.
Гугеноты поняли, наконец, почему Жан де Верт дал им три дня отдыха: за это
время подвезли тяжелые пушки.
- Я думаю, что скоро мы увидим имперцев поближе, - предположил Рено.
Пушки, а их было четыре, по две с каждой стороны, били не переставая.
Разрушения, причиняемые бомбардировкой, становились все ужаснее, но это не испугало
драгун.
Часть французов, сгруппировавшись вокруг де Шофонтена, попытались
продвинуться вперед по дороге, под непрерывным огнем, круша имперцев направо и
налево.
Бой продолжался долго. Не было уже ни поля, ни сада, ни пригорка, где не было бы
трупов. Арман-Луи был первым в атаке и последним в отступлении. Магнус не покидал
его.
В интервалах между атаками Рено отправился узнать положение у де ла Герша.
Арман-Луи в это время обходил посты, чтобы иметь представление о потерях у де
Шофонтена. Магнус и Каркефу, пути которых иногда пересекались, беседовали между
собой:
- Все идет хорошо, - рассказывал старый солдат, - у нас двенадцать погибших и
двадцать раненых... раненые продолжают сражаться.
- У нас дела похуже, у нас побольше свинца и железа. Огонь дышит нам прямо в
лицо. Людей становится все меньше.
Гугеноты, обессиленные тяжелыми потерями, отступили от своих передовых
позиций.
Арман-Луи собрал бойцов и обрушился на врага, пытающегося проникнуть в
деревню через огромные бреши, пробитые ядрами в стенах домов. Внезапно он увидел в
гуще сражения Жана де Верта; барон, обуреваемый чувством к Адриен, яростно сражался
с драгунами.
- Сюда! - вскричал г-н де ла Герш, отражая удары шпаг, и все больше
приближаясь к Жану де Верту.
- Похоже, ты принимаешь меня за авантюриста, такого же, как и ты! Но не
забывай, что я генерал армии! - прокричал баварец.
И направил своих солдат туда, где, казалось, их не хватало. Арранд разгадал маневр
генерала. Возглавив небольшую горстку солдат, он двинулся в том же направлении. Под
сильным ударом гугенотов баварцы отступили, неся потери.
Рено присоединился к Арману-Луи со словами:
- Вот уже четверть часа, как на той стороне нечего делать и я решил
присоединиться к вам, оставив командование Сан-Паеру, и посмотреть, что здесь
происходит. Постоянный шум режет мне уши.
Но туту же вихрь сражения увлек его в самую гущу битвы.
Мадам д`Игомер, тем временем, наблюдала за ходом битвы с высоты, сидя на
лошади, одетая в бархатный жилет и подпоясанная зеленым поясом.
Смесь ярости, восхищения и горечи читались на её лице.
- О, если бы он так же любил меня, как ее! - вздохнула она.
Жан де Верт, походящий на льва, преследующего свою добычу и защищающего её
от хищной птицы, неутомимо отражал удары шпаг. Внезапно словно туча опустилась на
равнину, - одна и пушек внезапно разорвалась со страшным грохотом; искалеченные
тела канониров разлетелись в стороны.
"Бог мой, мы пропали!" - мелькнуло в мозгу у барона.
- Огонь! - скомандовал г-н де ла Герш, мгновенно решив воспользоваться
замешательством в рядах баварских кирасир. Загрохотали мушкеты; в рядах имперцев
пробились бреши. Новые выстелы - удачно присоединился отряд, возглавляемый бравым
Аррандом, - и очередная атака врагов захлебнулась.
Г-н де ла Герш пожал Арранду руку.
- Вы прибыли вовремя! - с улыбкой встретил он товарища.
- В один прекрасный день вы скажете моему отцу, что я хорошо выполнял свой
долг, - отвечал бравый солдат.
Ядро снесло ему голову в тот момент, когда губы его ещё шевелились.
24.
Болото
Арман-Луи обходил свои войска. Большинство солдат ещё откликались на призыв;
многие же, истекающие кровью, уже не могли поднять мушкет или шпагу. Некоторые из
солдат ожидали смерти, завернувшись в плащи. Взоры умирающих были направлены туда,
где садилось солнце. Быть может, они думали о Франции, скрывающейся за горизонтом.
Как только началась битва, Адриен выскользнула из комнаты, где спал ребенок.
Взволнованная Диана следовала за ней. Охотник, суровый и мрачный, вышел вместе с
ними.
- Ты слышишь? Это пушки! - взволнованно говорила Адриен.
- Да, это пушки! - вторил ей охотник.
- Но эти пушки вдруг умолкли, - воскликнула Диана.
- О! Ядро поражает дальше, чем шпага! Сегодня или завтра будет все кончено! -
продолжал охотник.
Диана осторожно сжала руку Адриен.
- Я всегда знала, что наступит страшный день, когда придется призвать на
помощь все мужество, что есть в сердце женщины. Ты думаешь так же, как и я?
- Я тебя хорошо понимаю! - отвечала Адриен. - Пусть Бог меня простит, если
это преступление, но я никогда не дамся живая в руки Жана де Верта!
- Они также молоды, как моя бедная дочь, - прошептал охотник, глядя на
девушек.
И слеза медленно сбежала по его щеке.
К вечеру мальчик, за которым м-ль де Сувини в течение трех дней ухаживала,
словно мать, качая его на своих коленях, позвал девушку к своей кровати и прошептал:
- Обнимите меня, я буду спокойно спать.
Адриен обняла мальчика, тот уснул у неё на руках. Диана, бледная от волнения,
смотрела тем временем в окно, прислушиваясь к шуму битвы. Она опустилась на колени и
сложила руки в молитве:
- Бог мой! Я жертвую тебе свою жизнь! Прошу тебя, спаси того, чье имя звучит в
моем сердце.
Охотник, стоящий в стороне, вдруг подошел к ней и коснулся рукой о её плечо.
- Я поклялся отомстить вашим солдатам на земле, где погибли мои сыновья, но
вы вернули жизнь этому ребенку... и я спасу вас, и тех, кто пришел вместе с вами.
Диана поднялась с колен и посмотрела с удивлением и надеждой на него.
- Аза никогда не обманывал! - продолжал охотник. - Вы своей добротой
проложили дорогу к моему сердцу. С наступлением ночи передайте тому, кто приходил к
вам, пусть соберет своих товарищей по оружию. Я спасу их, клянусь вам!
Тем временем, драгуны, избежавшие смерти, рыли могилы и хоронили солдат,
погибших в сражении.
Коллонж был серьезен. Потери велики, раненых тоже немало. В уме он
прикидывал, сколько они могли бы продержаться еще. Получалось - один или два дня,
смерть забирала солдат очень быстро,
В это время в лагере появилась Адриен, искавшая де ла Герша.
Оставшись одни, они, наконец, обнялись. Взволнованным голосом м-ль де Сувини
рассказала г-ну де ла Гершу о разговоре с охотником.
- Его слова можно принять за бред, - говорила она. - Но тем не менее,
соберите драгун на маленькой площади деревни.
- Я знал! Бог с нами! - воскликнул Арман-Луи.
На этот крик сбежались драгуны, бывшие поблизости, и де ла Герш поведал им об
обещании Аза, данном м-ль де Сувини.
Вскоре радостная весть о том, что какой-то человек пообещал спасти всех,
оставшихся в живых, облетела весь лагерь. Час спустя весь эскадрон собрался на площади
деревни.
Чтобы лучше организовать отступление, Арман-Луи и Рено побеспокоились о том,
чтобы зажечь огни вдоль завалов и на заброшенном мосту. Часовые удалились, их
дежурство должно было продолжаться до утра. Драгуны бесшумно тронулись в путь.
Каркефу подбросил свою шляпу в воздух:
- Еще один бы час жизни под пулями, и я бы не выдержал! - радостно сказал он.
Почти тотчас же пришел охотник с факелом в руке. Подойдя к г-ну де ла Герш, он
сказал:
- Поделите ваших солдат на отряды по двадцать человек. Пусть каждый, кто
пойдет во главе отряда, возьмет факел.
Все построились по отрядам.
- А теперь, идите за мной! - скомандовал Аза.
Возглавив колонну, он направился к болоту, окружавшему деревню. Некоторое
время он что-то искал возле воды, затем, задержавшись у разбитой ивы, произнес:
- Это здесь!
Повернувшись к г-ну де ла Герш и указывая на болото, поверхность которого с
плавающими деревьями, болотными цветами колыхалась под порывами ветра,
продолжил:
- Дорога к спасению перед нами; никто кроме меня её не знает. Я пойду по ней
первым, эти две молодые женщины пойдут за мной, мужчины пойдут следом.
- А я пойду последним, - произнес г-н де ла Герш.
- Пусть всадники будут особенно осторожны, когда пойдут по моим следам, -
говорил тем временем Аза, - если хоть один из вас собьется с дороги - он просто
исчезнет в глубине. Дорога не широка, но человек спокойно может пройти по ней. Все,
чем провидение может помочь нам, я обещаю, остальное в руках Бога.
- А эти факелы, не обнаружат ли они наше передвижение? - спросил Коллонж.
- А вы посмотрите на болотные огоньки; сколько женщин перекрестилось, глядя
на них? Думаете ли вы, что факелы, освещающие нам дорогу, будут слишком заметны?
И Аза направил свою лошадь по болоту. Грязь чавкала под её копытами. Рено
тронул охотника за плечо:
- Разве это не предательство с вашей стороны?
Тот указал рукой на Адриен.
- Она спасла моего ребенка и заботилась обо мне! - и шагнул в гущу зарослей.
Адриен решительно последовала за ним, и вся группа углубилась в болото.
Порывы ветра волновали густые заросли тростника, растущего на болоте. Иногда
дикая птица, потревоженная солдатами, с криком бросалась в сторону. Вскоре на берегу
не осталось ни одного драгуна. Г-н де ла Герш шел последним.
Ничто не потревожило тишину уснувшей деревни, лишь еле слышно перекликались
часовые.
Длинная шеренга гугенотов все больше углублялась в болото: шли медленно, один
за другим, стараясь точно ступать по следу впереди идущего. Никто не разговаривал.
Колеблющиеся огни факелов бросали на ровную поверхность воды красные отблески,
теряющиеся в зарослях. Были моменты, когда лошади вдруг оступались, их животы
погружались в ложе из спутанной травы; казалось, след был уже безнадежно потерян, но
тут под ногами вновь ощущалась твердая почва, скрывшаяся под водой.
Аза двигался очень осторожно; иногда он останавливался, оглядывался вокруг себя,
приподнимаясь, окидывал взглядом безбрежное пространство, заросли тростника, или
делал знак м-ль де Сувини, идущей за ним. Охотник осторожно прощупывал почву под
ногами до тех пор, пока не находил твердую почву под ногами.
Тогда улыбка появлялась на его бледном лице и все пускались в путь снова.
Этот длинный переход длился около двух часов. Наконец, вдалеке показался берег,
почва под ногами стала более устойчивой, и, наконец, лошадь вынесла Аза на берег
болота. Ни один солдат не погиб. Арман-Луи вышел на берег последним. Перед ними
расстилалась равнина, вдалеке виднелся лес.
Необъяснимый порыв бросил Адриен и Диану в объятия друг друга. Арман-Луи
вытер свой лоб. Все драгуны сделали тоже самое. Глубокий вздох облегчения прокатился
по рядам. Эти бравые солдаты оставили смерть позади себя, и надежда звала их к новым
горизонтам.
Аза показал рукой на север:
- Сейчас вы свернете направо и пойдете до того месте, где лежит каменный
крест, С каждым шагом вы будете удаляться от имперцев.
Тем временем драгуны спешились. Г-н де ла Герш достал кошелек и хотел вручить
его охотнику. Тот остановил его словами:
- Вы мне ничего не должны. Я думал о женщине и менее всего о вас. Бог мне
свидетель, если бы вы были одни, я бы оставил деревню погибать под руинами и ничего
бы не сделал для побега.
Аза положил руку на влажную спину лошади, и, скользя взглядом по солдатам,
произнес:
- Одно лишь меня удивляет: как я мог вытащить из-под огня тех, кто служит
шведам. Пусть прах моих сыновей меня простит! А теперь - прощайте!
И, взяв руку м-ль де Сувини, он прижал её к своим губам. Через минуту его фигура
скрылась в зарослях.
Арман-Луи подошел к Адриен и обнял ее:
- Ваша доброта помогла нам больше, чем наше мужество!
С этими словами он направился туда, куда указал ему Аза.
Наступило утро и скоро они оказались перед каменным крестом, на перекрестке
двух дорог. Вокруг не было никого.
- Сеньоры, - произнес Коллонж, - мы, как Улисс, которого хотел поймать
Полифем. Поспешим убраться отсюда.
В то время, как драгуны постепенно продвигались к северу, Жан де Верт приказал
открыть огонь.
Приготовившись к бою, его мушкетеры ожидали ответных выстрелов протестантов.
Но минуты сменялись минутами, пороховой дым рассеивался, но ни одного выстрела не
раздалось со стороны деревни. Удивленный тишиной, Жан де Верт решил проверить
укрепления врага.
Капитан, хорошо разбиравшийся в военной стратегии, заподозрил неладное. Он
скомандовал батареям возобновить огонь. Ответа не было. Деревня оставалась тихой и
неподвижной.
Самые смелые из имперцев подобрались к стенам, где накануне большинство из их
товарищей нашли свою смерть, и перешли границы, которые ранее и не смели
переступить. Мадам д`Игомер, увидев, что они опасаются идти дальше, пришпорила свою
лошадь и очень быстро оказалась у входа в деревню. Перед их глазами открылась широкая
улица, которую так долго и героически защищали драгуны. Несколько женщин
прогуливались по ней, мирно беседуя. Повсюду - лужи крови, комья земли, камни, но
нигде ни одного солдата. Дорога, ведущая вдаль, была пустынной.
- Да где же они? - спрашивала себя мадам д`Игомер в ярости и не находила
ответа.
Уже прошло два или три часа, как охотник возвратился в свою хижину.
Жан де Верт следовал за мадам д`Игомер.
- Вы что-нибудь понимаете? - спросила его д`Игомер, - им явно помогает
сатана.
Но Жан де Верт не верил этим мистическим предположениям. Конечно,
протестанты не были осведомлены о том, что существует дорога, ведущая на равнину, но
могли догадаться - или кто-то подсказал...
Барон остановил крестьянина, проходящего мимо:
- Знаешь ли ты, что через болото можно пройти? - спросил он его.
- Наши отцы говорили нам о тропинке, существовавшей когда-то, - отвечал
крестьянин, дрожа от страха. - Но секрет её утерян уже давно. Во времена своей
молодости охотник Аза ходил по ней несколько раз. Я был тогда ещё очень маленьким. А
в последнее время никто... Сколько человек утонули, пытаясь пересечь болото!
Жан де Верт захотел увидеть Аза и приказал показать ему его дом.
- Утверждают, что ты знаешь тропинку, ведущую через болото. Мы видели следы
на берегу. Это ты был проводником у гугенотов? - допрашивал он охотника.
- Я, - отвечал охотник, - ухаживал всю ночь за своим сыном; и к тому же мои
два сына погибли от рук шведов, один в Лейпциге, другой на подступах к Лешу.
- И ты считаешь, что если мы пойдем через болото без проводника, мы все
погибнем?
- Да, все!
Жану де Верту ничего не оставалось делать, как покинуть дом охотника.
- О, мои сыновья! - вздохнул охотник и обнял спящего мальчика.
25.
Волчица и волк
Узнавала ли мадам д`Игомер следы, оставленные лошадьми гугенотов на берегу
болота? Она искала их под водой и видела их повсюду, тут и там, исчезающих в
колыхающейся от ветра траве. Те, о которых она думала с такой непреходящей
ненавистью, смогли ли они выбраться из болота или погибли под толщей воды? Водная
гладь не отвечала ей, только крики птиц и шум их крыльев доносились с высоты.
Тысяча разных чувств сменяли друг друга в её сердце. Это была смесь радости и
глубокой грусти. Тот, кто её предал, и тот, которого она любила, не поплатился ли он
жизнью за свое исчезновение? Какая смерть в темных водах болота! Какое мужество! Но
явно последний взгляд Рено был обращен к Диане, их руки сплелись в любовном порыве,
смерть их объединила и ничто не разлучит их больше!
Вдруг мысль о том, что им удалось достигнуть берега, пронзила её мозг; глубоко
дыша, она думала теперь лишь о том, чтобы напасть на их след, поймать и уничтожить.
Жан де Верт только наполовину поверил словам охотника. Он уже довольно часто
убеждался в неистощимой энергии и мужестве Армана-Луи и Рено, чтобы не сомневаться,
что они использовали бы любую возможность для спасения. С другой стороны, могли ли
они рисковать жизнью своих товарищей, не зная тропинки, ведущей через болото? Г-н де
ла Герш и г-н де Шофонтен предпочли бы двадцать раз погибнуть под пулями или в
сражении, чем рисковать своими солдатами.
Следы, отпечатавшиеся на грязных берегах, были многочисленны. Крестьяне,
пасшие деревенский скот и лошадей, отвечали: этот ничего не видел, этот спал;
некоторые из них утверждали, что с начала битвы они не покидали своих домов, опасаясь
пуль. Из них определенно ничего нельзя было вытянуть.
Устав от расспросов, Жан де Верт послал в разные стороны разведчиков, поручив
им узнать поточнее направление, по которому мог пойти эскадрон г-на де ла Герша. Его
рвение подстегивалось яростью и нетерпением мадам д`Игомер.
Она же продолжала ходить по берегу болота, пытаясь отыскать малейший след,
могущий указать на то, куда исчезли беглецы.
Вдруг, внезапно остановившись, она указала на часть газона, на котором виднелись
следы лошадей.
- Здесь! Сюда! - вскрикнула она.
Жан де Верт прибежал на её зов.
- Но я не вижу здесь ничего, кроме следов, таких же, как и везде! - воскликнул
он после того, как обследовал болото.
- А это? Что это, как вы думаете? - возмутилась мадам д`Игомер, указывая на
бант, видневшийся между кустов на некотором расстоянии от берега. - Они прошли
здесь! Этот кусочек шелка, который носят в волосах, разве вы его не узнаете?
Мадемуазель де Парделан носила этот огненный бант на корсаже. Видите эту еле
заметную тропинку под водой? Видите эти глубокие следы, теряющиеся вдали?
- Да, вы правы! - согласился Жан де Верт.
- Если они сумели пройти и не погибнуть, разве мы не сможем сделать то же
самое? Ах, этот бант! Я хочу знать, не погибли ли господин де ла Герш и господин де
Шофонтен рядом с ним.
- Что же вы хотите предпринять?
- Я показала вам дорогу. Пойдете ли вы за мной, если я сумею по ней пройти?
И, обуреваемая ненавистью, мадам д`Игомер направила свою лошадь прямо в
болото прежде, чем кто-нибудь мог остановить её.
- Будьте осторожны! - крикнул ей вдогонку кто-то из крестьян. - Это
дьявольское место!
Но мадам д`Игомер уже продвигалась вглубь болота, не отрывая взгляда от
огненного банта. Он притягивал её, как магнит.
В течение некоторого времени всадники Жана де Верта следили за ней, не решаясь
пуститься в столь опасное путешествие.
- Солдаты! Разве вы не мужчины? - вскричала мадам д`Игомер, продвигаясь
вперед.
Восемь или десять храбрецов пустились по её следам. Жан де Верт продолжал
оставаться неподвижным. Всадники шли наугад, одни более решительно, другие - более
осторожно. Пройдя сотню шагов, один из них вдруг упал в яму, его лошадь оказалась в ней
по грудь. Другой почувствовал, что земля уходит у него из-под ног. Третий поскользнулся
в грязи и с трудом достиг берега. Все остановились. Одна мадам д`Игомер продолжала
двигаться вперед. Ветер играл огненным бантом, и тот, казалось, посмеивался в
солнечных лучах.
Внезапно лошадь мадам д`Игомер оступилась, одна из её задних ног запуталась в
траве. Животное поднялось и, сделав огромное усилие, бросилось в сторону. И тут же оно
очутилось в яме, погрузившись туда по самую грудь. Лошадь попыталась выкарабкаться,
но с каждой новой попыткой все больше погружалась в ил. Ее копыта разбрасывали грязь,
слепившую мадам д`Игомер. Через мгновение она была уже в воде по колени. Несмотря
на решимость, страх охватил её.
- Ко мне! - закричала она.
Жан де Верт подал пример и первым вошел в болото. Некоторые из всадников
последовали за ним.
Бедная лошадь мадам д`Игомер не подчинялась ей больше. Животное совершало
обреченные движения, которые ещё больше затягивали её в трясину. Ее копыта тщетно
искали опору. Вдруг она встала на дыбы, поскользнулась и упала на бок.
- Ко мне! На помощь! - взывала д`Игомер.
Погрузившись по плечи в трясину, трясущимися руками она пыталась схватиться за
кусты; тяжесть её тела мешала ей, вода достигла уже подбородка. Донесся ужасный крик,
ещё были видны её конвульсивно дергающиеся руки, потом все исчезло.
Жан де Верт продолжал двигаться вперед, взволнованный и мертвенно бледный.
Приблизившись к яме, в которой исчезла д`Игомер, он увидел лишь воду, колыхающуюся
ещё немного. Обрывок ткани, который поднял барон концом своей шпаги, говорил о том,
что Текла исчезла именно здесь.
Еще мгновение Жан де Верт смотрел на мутную воду, оглушенной тишиной,
последовавшей за этой борьбой молодости и красоты. Наблюдавшие за этой сцены два
или три солдата попытались обнаружить исчезнувшую мадам д`Игомер, но их попытки
оказались тщетными. Болото никогда не отдает назад свои жертвы.
Убедившись в том, что уже невозможно что-либо обнаружить, кроме трупа, барон
вскочил в седло с единственной мыслью: отомстить.
Покинув злосчастное место, он отдал приказ нескольким своим солдатам
направиться по дороге, ведущей к северу, и во главе остальных предпринял обход болота.
Французы, тем временем, ушли далеко вперед. Разведчики не смогли их догнать.
Остались только следы; главное теперь было не ошибиться в направлении отступления
драгун.
К вечеру возвратился один из разведчиков, напавший на след гугенотов.
- О! Жизнь или смерть! - вскричал Жан де Верт. - Я найду их! - и пустился во
весь опор.
Дорога привела его на равнину, усеянную трупами людей и животных.
Кровь ещё текла из ран. Вдалеке поднимались клубы дыма.
- О! Черт! Они недавно были здесь! - закричал Жан де Верт.
И он продолжил погоню.
Г-н де ла Герш и Рено действительно недавно были здесь. Выйдя на равнину, они
увидели полк всадников, преграждающий им проход к вершинам гор, видневшихся вдали.
Они должны были их достичь как можно быстрее. Поворот дороги привел гугенотов
прямо во вражеский лагерь.
- Двигаемся медленно, - скомандовал Арман-Луи. - Когда пройдем на
расстояние выстрела, пустимся вскачь!
Внезапное появление на равнине эскадрона было сюрпризом для имперцев; одни
вскочили на лошадей, другие схватились за оружие. Рено решил послать четырех
всадников в разведку.
Адриен и Диана находились в центре эскадрона, охраняемые отрядом драгун,
самых смелых и решительных.
Французы позволили имперцам приблизиться, и, собрав все силы, набросились на
них.
Это было похоже на ураган, сметающий все на своем пути. Битва была быстрой и
кровавой. Половина имперцев не успела вытащить шпаги, как эскадрон был уже в ущелье.
Несколько пуль пролетели над ними, не задев.
Жан де Верт прибыл в тот момент, когда имперцы, подобные стае диких птиц,
напуганных выстрелом охотника, совещались о своих дальнейших действиях. Лошадь
барона, утомленная скачкой, не выдержала и упала мертвой. Барон не растерялся и,
оттолкнув раненого всадника и занимая его место, вскричал:
- Вы ещё колеблетесь? Десять золотых экю тому, кто убьет гугенота!
Но рука старого офицера задержала поводья его лошади:
- Смотрите, сеньор! Они уже далеко! - и показал на удаляющихся драгун,
которые были на середине ущелья.
- Сколько нас? - быстро спросил Жан де Верт.
- Около тысячи! - был ответ.
- Итак! Пятьсот из нас погибнет, пятьсот пройдет! Вперед!
Имперцы, воодушевленные призывом своего командира, бросились в погоню.
30.
Бой до конца
Г-н де ла Герш, наблюдая за врагом, собрал вокруг себя драгун.
- Месье Сан-Паер, - обратился он к ним. - Вы возьмете сотню солдат и
двинетесь вглубь ущелья. Я надеюсь, что вы найдете шведов, перевалив через горы. В
таком случае Диана и Адриен будут спасены. Господин де Шофонтен, я, Вольрас и
Коллонж, мы постараемся сразиться с имперцами. Пятьдесят солдат попробует нам
помочь.
- Разве вы не останетесь возле мадемуазель де Сувини и мадемуазель де
Парделан? - воскликнул Сан-Паер. - Нам воевать, вам - их спасать!
- А если шведов не окажется за горой, не будет ли ваша миссия более опасной?
Вам придется тогда пробивать дорогу с помощью шпаги! - отвечал г-н де ла Герш.
Сан-Паер решительно выступил вперед со словами:
- Доверьте мне командование драгунами!
- Хорошо! - согласился Рено.
- Итак, месье, подчиняйтесь! С вами теперь говорит не друг, а командир!
И так как Сан-Паер нахмурил брови, Арман-Луи пожал ему руку со словами:
- Вы были дважды ранены, месье, я это знаю; оставьте другим шанс блеснуть
славными шрамами.
Тем временем имперцы шли по следу, чуя запах крови.
Прощание драгун было быстрым и почти бессловесным. Адриен и Диана, не
догадываясь о принятом решении, были удивлены отсутствием рядом с ними г-на де ла
Герш и Рено. Миновав короткий отрезок пути в горах, Сан-Паер вдруг услышал позади
шум, похожий на удары грома. Это начался бой!
- О боже! - взволнованно произнесла Адриен, - они сражаются!
Девушки натянули поводья.
- Не беспокойтесь! - отвечал им Сан-Паер. - Я отвечаю за вас головой,
продолжим путь!
Молодые женщины накинули вуаль на лица, чтобы не было заметно слез. По мере
того, как они удалялись, шум канонады становился все тише и, наконец, умолк совсем.
Сан-Паер шел последним, опустив голову. Он знал, что скоро имперцы достигнут
скал, обрамляющих ущелье. Но он хорошо знал, что через проходы, образовавшиеся в них,
могут пройти только два или три человека, а значит, и с небольшими силами можно
прочно удерживать позицию..
Тем временем, Жан де Верт, ослепленный яростью, послал имперцев вдогонку.
С одной стороны их была тысяча, с другой - шестьдесят. Дорога стала извилистой
и узкой. Атаковать могли от силы два человека, из дюжины пуль, посланных в горы,
достигала цели лишь одна.
Вскоре груда трупов возвышалась возле горы камней. Имперцы не считали своих
погибших, они наступали вновь и вновь. Драгуны сражались, спешившись. Лошадей они
спрятали за уступы скал. Когда кто-нибудь из них был ранен, он ложился за камень и
продолжал стрелять, пока жизнь не покидала его вместе с последней каплей крови.
Иногда очередная атака имперцев заканчивалась тем, что кто-нибудь из них
оказывался на вершине скалы, откуда его старались сбросить ударами шпаг или пулей из
мушкетов.
Магнус и Каркефу вооружились длинными пиками, с помощью которых сразили не
одного захватчика.
- Это упражнение напоминает мне осаду Берг-оп-Зоома, когда ударами пик мы
заставили испанцев отступить к рвам, наполненным водой, - пошутил Магнус.
- О да! - подтвердил Каркефу, - а мне это напоминает кухню замка Сан-Вест;
но тогда мне удалось наколоть только добрых каплунов... О, как мы тогда отобедали, не
то, что сейчас!
Наступил вечер. Туча поднялась над ущельем и закрыла горы. Атаки становились
все реже. Имперцы, казалось, устали от сражения. Последняя группа солдат подошла к
месту битвы с гу
...Закладка в соц.сетях
