Жанр: Детская
Рэдвол 8. Белые лисы
...Вцепившись в петлю, Тощемех покачался на веревке и глубоко вздохнул, выслушивая
последние инструкции Гельтора.
- Когда доберешься до стены, веревку кинь вниз - она достаточно длинная и достанет
до земли. Потом спускайся по ней и открой ворота, остальное - наше Дело. Потом я тебя
как следует награжу, Тощемех. Ну, ступай!
С того места, где лежали рэдволльцы, Гром увидел, как натянулась веревка. Он кивнул
Флориану:
- Похоже, кто-то отправился в путь.
Послышался такой звук, словно в лесу шумел ветер. Борракуль выглянул между
зубцами:
- Хо-хо! Ты прав, Флориан. Летит словно птичка.
Заяц стоял наготове. Услышав эти слова, он перегнулся через стену и замахнулся
копьем. Разогнавшийся Тощемех не мог остановиться. Он с ужасом увидел, как на стене
появился Флориан и одним взмахом перерубил веревку. Водяная крыса тотчас полетела
вниз.
- Аааааааааааа!
Тощемех со всего маху врезался в стену. Борракуль, услышав звук, недовольно
поморщился. Однако Флориан думал вовсе не о несчастной крысе.
- Ух, надеюсь, этот болван не проломил стену! Отовсюду сбегались редволльцы, чтобы
выяснить, что произошло. Лисица Предак, которая все это время пролежала во рву у
западной стены, улучила момент, кода все часовые оставили посты, и рванулась к стене.
Тут она вытащила веревку с камнем на конце и швырнула ее наверх. Камень зацепился за
зубцы только с четвертой попытки. Предак подергала веревку - та держалась прочно.
Тогда лисица побежала к восточной стене, где ее уже ждали Эскрод и Гельтор. Лисица
прямо сияла, рассказывая о своем успехе.
- Все в порядке: веревка на месте, меня никто не видел. Теперь надо только дождаться
полной темноты, притащить осадную лестницу, чтобы легче было выбираться из рва, и
вперед! А у вас как дела?
Гельтор лениво помахивал обрезанной веревкой, которую уже успел свернуть.
- Все сработало, конечно, они были настороже, как я и ожидал. Заяц обрубил веревку, и
Тощемех врезался в стену. Впрочем, мы своего добились - ты сделала все как нужно.
Предак осмотрела обрубленный конец веревки:
- Тощемех был хорошим солдатом. Дурак, но исполнительный. Жаль, что его больше
нельзя использовать.
Эскрод прервал ее:
- Как ни странно, он не убился. У него, должно быть, в голове и мозгов нет - одна
кость, прочнее, чем камень. Вон он, гляди.
Тощемех, выписывая странные зигзаги, ходил возле солдат, сооружающих осадную
лестницу. Обе лапы, сжимающие веревочную петлю, были по-прежнему подняты над
головой, во рту не осталось ни одного зуба, а под обоими глазами наливались синефиолетовые
синяки. Покачиваясь на ходу, он бормотал:
- Прыгнуть на стену, спуститься по веревке и открыть ворота!
Баргл привел своих землероек на стену, где его радостно приветствовал Флориан:
- Ну, теперь можно и отдыхать! Хорошо выспался, дружище? И позавтракал, наверное,
отлично! Да, одной славой сыт не будешь, вот так-то!
Баргл зевал, потягивался и поглаживал живот.
- Выспался отлично, как крот в своей уютной норке, храпел так, что стены дрожали. И
позавтракал отлично - лепешки с медом, мятный чай и засахаренные фрукты со взбитыми
сливками на десерт. Боюсь, правда, ничего не осталось - мы, землеройки, так любим
взбитые сливки, ты даже и представить себе не можешь! Мы, конечно, попросили поваров
оставить вам несколько сухариков, точно, Майон?
Отвернувшись, чтобы спрятать улыбку, Майон согласился:
- Верно, верно. Я сам лично попросил оставить несколько сухарей для храброго
господина Флориана и его помощников, которые так хорошо охраняли наш сон!
У Флориана от возмущения даже уши покраснели.
- Ах вы, лентяи! Маленькие мохнатые мошенники! Обжоры! Нет, еще хуже!
Собирайтесь, ребята! Стройтесь и пойдем отсюда! Не желаю оставаться в компании таких
неблагодарных обжор!
Кипящий от ярости Флориан вел свою команду вниз, а Баргл весело кричал ему вслед:
- Надеюсь, вы скоро смените нас, господин Флориан!
У зайца от злости усы встали дыбом.
- Нет, это какая наглость! И ни капли сочувствия и понимания!
Дисум ворвалась в кухню предупредить поваров:
- Сюда идет господин Флориан со своей командой. Вид у них ужасно злой и голодный!
Брат Мелиот хлопнул себя ладонью по лбу:
- Ох! Ну конечно! Я совсем забыл прислать им на стену завтрак! Они же с прошлой
ночи ничего не ели!
Бабуля Эллайо немедленно схватила поднос с пирожками с подоконника, где они
остывали, и спрятала в шкаф.
- Кошмар! Если сюда заявится голодный заяц, который в обычное-то время ест за
пятерых, нужно спрятать все продукты, а то никакого пира у нас не получится - он
опустошит всю кухню.
Римроза подсчитала головки сыра и сообщила:
- Мне кажется, он уже здесь побывал - одной головки не хватает.
Кротоначальник осторожно вытащил из печи орехово-ягодный пудинг и покачал
головой, отвечая Римрозе:
- Нет, это не Флориан, это малыши стащили и сейчас где-то в уголке наслаждаются.
Римроза рассмеялась:
- Ну надо же! Надеюсь, у них не заболят животы от такого количества сыра. Брат
Мелиот, а креветочный пирог для Командора уже готов?
Мелиот вытащил пирог из печи.
- Можете полюбоваться!
- Может, его отдать Флориану?
Мелиот усмехнулся при мысли о том, как отнесется Флориан к такому в высшей
степени необычному угощению.
- А почему бы и нет?
Эскрод сидел на поляне, которую Белолисы приспособили для своего лагеря, и
наблюдал, как крысы испытывают осадную лестницу. Она казалась вполне надежной. В
лагерь вошла Вэннана, уселась возле брата и, (почувствовав его настроение, спросила: -
Похоже, ты сегодня не в духе. Что случилось? - Ааа, по-моему, ничего хорошего с этой
осадой не выйдет. Мы никогда не победим рэдволльцев - удача все время ни их стороне.
- Ну так что ты предлагаешь, брат?
- Оставить все как есть и возвращаться на остров.
- Хмм, кто бы возражал!
- О чем ты сестра? Почему мы не можем уйти?
- Послушай, Эскрод, пока ты возился с веревками и прочей ерундой, я вернулась в наш
старый лагерь возле реки. Там я оставляла Билу приглядывать за Мокканом, и мне
хотелось послушать, что он скажет. Но угадай, что случилось?
- Что?
-Там никого нет, никаких следов. И Моккан, и крысы, которых мы с ним оставляли, -
все исчезли.
- Исчезли? А как же гобелен, который мы украли из аббатства?
- Ррр! Разумеется, он тоже исчез! У нас там было шесть лодок, так вот, пять из них
разбито в щепки. А это значит, что Моккан взял шестую лодку, крыс и гобелен и
отправился на остров.
- Предатель! Попадись он мне в лапы, я с него шкуру топором спущу!
- Согласна, братец. Но все это означает, что мы застряли здесь надолго, потому что без
добычи мы возвратиться не можем.
- И что ты предлагаешь делать, Вэннана?
- Нам остается только одно - воспользоваться всей данной нам хитростью, для того
чтобы завоевать аббатство. Когда Рэдволл и его богатства станут нашими, мы заставим
землероек построить нам новые лодки. Мы нагрузим их сокровищами и появимся на
острове, когда братец Моккан меньше всего нас ожидает. А уж потом разберемся с ним
по-своему!
ГЛАВА 19
В сон Позднецвета вторгся Мартин Воитель. Он ткнул кончиком меча лапу бельчонка
и произнес единственное слово: - Вставай!
Позднецвет проснулся и сел. Меч, который и разбудил его, лежал рядом, касаясь пятки.
В ту же секунду бельчонок увидел, как к нему и его друзьям подбирается громадный хорек
с вороньими перьями на хвосте, а еще двадцать бандитов пытаются окружить нашу
четверку.
- Вставайте! Тревога! - закричал Позднецвет.
Он никогда в жизни так не пугался. Хорьков было в пять раз больше и выглядели они
как настоящие убийцы: до зубов вооруженные, с оскаленными зубами и злобным огнем в
глазах. Позднецвет услышал отчаянный крик Песенки:
- Бежим!
И Позднецвет изо всех сил рванул в лес - никогда в жизни он так не бегал. Он успел
увидеть, как остальные вскочили и побежали. Песенка проскользнула между двумя
разбойниками и скрылась в кустах, но Дипплеру и Бурблу не повезло. Они еще толком не
проснулись, поэтому хорьки навалились на них и не позволили улизнуть. Всхлипывая от
страха, Позднецвет мчался вперед, спотыкаясь о корни деревьев и не глядя, куда он,
собственно говоря, бежит. Он слышал, как за ним бежали преследователи, как звенели их
мечи. Бельчонок задыхался, сердце у него колотилось где-то в горле, но он бежал, попрежнему
сжимая в лапе меч Мартина Воителя.
- Куирр-арр! Вперред! Скорррей! Он где-то здесссь! И тут Позднецвет увидел
огромный дуб, покрытый густой листвой. Бельчонок сжал меч зубами и молниеносно
взлетел на дерево. Только он как следует спрятался в ветках, как подбежали его
преследователи и, остановившись под дубом, принялись искать его. Они лазили по кустам
и переговаривались:
- Куда он делся? Кааййррр! Ты его видишшшь?
- Кррриййаа! Сбежал! Быссстррро!
- Хорррошо, у нас есссть дррругие!
Боясь пошевельнуться, Позднецвет притаился на ветке. Он смотрел, как хорьки, споря
и переругиваясь, искали его в кустах.
Когда они осмотрели все вокруг, один из них ткнул страшным когтем в сторону
речушки:
- Пошли теперррь обррратно! Поррразвлечьсся! Хихикая и повизгивая, они ушли.
Позднецвет не то соскользнул, не то свалился на землю. Воткнув меч глубоко в землю,
бельчонок сел и раз-
рыдался. Трус! Отец был совершенно прав. Он бежал, как испуганный малыш, оставив
друзей в беде.
Так его и нашла Песенка, которая услышала рыдания друга. Она села подле него и
спросила:
- Что с тобой? Ты ранен? Всхлипывая, он покачал головой:
- Я так испугался, Песенка, просто ужасно! Песенка наклонила головку, пытаясь
заглянуть ему в лицо:
- И я тоже! Чуть не умерла со страху! Позднецвет еще глубже воткнул меч в землю.
- Ты не понимаешь! Оказывается, мой отец был прав, когда назвал меня трусом. Я
оставил Дипплера и Бурбла, позволил этим хорькам захватить их. Я испугался и сбежал!
Песенка хлопнула его по плечу и воскликнула:
- Конечно, надо было позволить хорькам убить тебя! Позднецвет сердито смахнул с
глаз слезы:
- Не говори глупостей! Белочка улыбнулась и сообщила:
- Буду, ты ведь говоришь глупости. Мы сделали единственное, что можно было сделать
в такой ситуации, - мы сбежали. Представь себе, что мы бы остались и нас бы убили, - потвоему,
это помогло бы Дипплеру и Бурблу?
Позднецвет вытер слезы и фыркнул:
- А для того, чтобы сбежать, требуется особая храбрость?
Песенка начала терять терпение. Она заговорила медленно, подчеркивая каждое слово:
- Нет, но для этого требуется толика здравого смысла. Как видишь, мы еще живы и
собираемся отправиться на выручку друзьям. Пошли, Регуб, твой меч можно использовать
не только для того, чтобы копать землю!
Позднецвет поднялся и вытащил меч. Он обтер его об одежду и, улыбнувшись, сказал:
- Я рад, что ты мой друг, Песенка! Пошли разберемся с этими разбойниками!
Дипплер и Бурбл висели на ветке, подвешенные за задние лапы. Их головы почти
касались воды, потому что ветка нависла прямо над ручьем. Чернохвост стоял в
"Ласточке" и размахивал кинжалом перед глазами пленников.
- Так-так-так, мои маленькие дрррузья, хотите еще водички?
По его знаку четверо хорьков вспрыгнули на ветку, так что та склонилась над водой
еще ниже, а головы Дипплера и Бурбла погрузились в воду. Все это очень забавляло
хорьков.
- Дай им еще попить!
- Киийарр! Они хотят ещще водички!
Наконец хорьки слезли с ветки, и головы друзей вынырнули из грязной илистой воды.
И Дипплер, и Бурбл отчаянно кашляли и отплевывались. Чернохвост снова принялся
грозить ножом.
- Ну-ка говоррррите, вы ужже напились или уже можжжно выпустить у вас воду из
горррла?
Бурбл выплюнул изо рта тину, сморщился и сказал Дипплеру:
- Выбор у нас небогат, что думаешь, приятель? Один из хорьков вдруг тяжело вздохнул
и свалился на землю безо всякой видимой причины. Чернохвост озадаченно нахмурился:
- Что это ссс ним?
Но прежде чем кто-нибудь ответил, другой хорек рухнул прямо в реку. На сей раз все
видели, как воздухе промелькнул камень, с силой брошенный из пращи.
- Рэээдвоооооолллл! Регуууб!!!
Не успел смолкнуть боевой клич, как еще два хорька упали. То и дело в воздухе
мелькали камни, умелой лапой пущенные из пращи, и остатки банды отступили. Точнее
сказать, это было паническое бегство, поскольку о дисциплине бандиты не имели ни
малейшего представления. Отчаянно вереща и отпихивая друг друга, хорьки перелезли
через поваленное дерево и исчезли в лесу. Чернохвост по-прежнему стоял в лодке и,
размахивая ножом, кричал:
- Кииий-аааррр! Назад! Верррнитессь назад! Черрр-нохвост не боитссся!
Позднецвет выскочил на берег, он крутил над головой меч, и видно было, что он впал в
такую же ярость, как барсуки, когда бой идет не на жизнь, а на смерть.
- Регуууб!!!
Остановить его было невозможно. Он как молния бросился на Чернохвоста. Они
столкнулись с такой силой, что оба выронили оружие и упали в воду. Дипплер и Бурбл,
по-прежнему вися вниз головами, следили за поединком. Забыв о своем мече, Позднецвет
выдернул Чернохвоста из воды и нанес ему такой удар, что тот отлетел на несколько
шагов. Но бельчонок прыгнул за ним и снова принялся бить и кусать врага.
- Реегууб! Ррреегууб! Ррррегуууб!!!
Песенка выбралась на берег. Никогда раньше ей не приходилось видеть такой ярости у
ее друга. Он избивал хорька так, что было ясно - еще немного, и он убьет бандита.
- Позднецвет, оставь его! Он уже сполна получил! Но бельчонок не слышал. Он
подхватил Чернохвоста, словно тот ничего не весил, и швырнул его в воду. Хорек, черный
от грязи и весь облепленный водорослями, выбрался на противоположный берег.
Позднецвет бросился за ним, но поскользнулся и тоже упал в воду. Песенка отвязала
лодку и направилась спасать друга. Она кинула Позднецвету веревку и крикнула:
- Хватайся!
На Позднецвета внезапно обрушилась невероятная усталость. Он ухватился за веревку,
и Песенка потащила его к берегу на буксире.
Воин из рода Регуба выбрался на берег при помощи Песенки и без сил опустился на
мягкий мох. Белочка достала из реки его меч, - к счастью, тот упал возле самого берега.
- Солнце и дожди! Ты - великий воин, Позднецвет. Никогда не видела ничего
подобного! Я думала, ты его убьешь голыми лапами, безо всякого оружия!
- Да-да, но ты так и будешь болтать, забыв о двух несчастных, которые висят на ветке,
как спелые яблоки осенью?
Песенка повернулась к двум сверткам, висящим на ветке:
- Прошу прощения, друзья. На минуту я совсем о вас забыла. Подождите, сейчас я
спущу вас.
Бурбл подмигнул Позднецвету:
- Надеюсь, она не будет слишком мешкать с нашим освобождением. А то мне кажется,
у нас головы скоро станут ярко-красными в таком-то положении!
Песенка в ответ, улыбаясь, заметила:
- Для яблок это как раз неплохо. Может, вас так и оставить? Сколько там до осени?
Позднецвет встал и помог Песенке разрезать веревку, связывающую Дипплера. Только
оказавшись на земле, тот заговорил:
- Опять я спал! Снова заснул, как и в тот раз, когда Белолисы украли наши лодки!
Похоже, меня это ничему не научило. Безголовый болван, вот кто я такой!
Когда они сняли Бурбла, Позднецвет уселся рядом с расстроенным Дипплером и
сказал:
- Не вини себя, Дипп. Мы все заснули, так что это не только твоя вина. В следующий
раз ты будешь наготове. Думаю, ты сам удивишься, как отлично ты можешь справиться со
всеми трудностями. У меня так и было. После того что произошло сегодня, я думаю, что
не испугаюсь никакого зверя. А ты что скажешь, Песенка?
Белочка подбросила в воздух свой Лифвуд и снова поймала его.
- Мне кажется, что теперь любой враг будет бояться тебя, если вы вдруг встретитесь
лицом к лицу. В этом я абсолютно уверена.
В полдень друзья все еще решали, что им делать дальше. Бурбл объяснял, что не имеет
смысла снова возвращаться в большую реку.
- Старейшина и все племя водяных мышей будут сторожить там несколько дней. Если
мы полезем туда, то будем похожи на ту бабочку, которая влетела в клюв голодной
вороне. Ничего, кроме неприятностей, нас там не ждет!
Песенка взглянула на пергамент отца Батти со стихотворением, которое она знала
наизусть:
- Ты прав, Бурбл, река слишком опасна. Помнишь, твои соплеменники, когда
преследовали нас, говорили, что мы не пройдем пороги, верно?
- Да-да, пороги - место опасное. Хорошо бы вообще как-нибудь пробраться, чтобы не
проходить через них. Но это, к сожалению, невозможно.
Песенка задумчиво рассматривала пергамент.
- Хмм, тут ничего не говорится ни о порогах, ни об опасности. Единственное, что здесь
сказано:
Ты попросту иди за мной
И отыщи молчащий рот,
Который к югу поведет.
Деревьев кроны в тех лесах
Стоят с цветами в волосах.
Позднецвет налил всем оставшийся напиток.
- Ну и что это значит, Песенка?
- Подумай немножко! Пока мы плыли вниз по реке, встретился нам какой-нибудь
приток, кроме этого, который вел бы на юг?
- Нет, когда за нами гнались, мы все время плыли вдоль берега, а потом я увидел этот
приток. И что ты хочешь сказать, Песенка?
- Понимаешь, я, конечно, не уверена, но, по-моему, этот молчащий рот, то есть устье,
это как раз о нем. А ты как думаешь, Дип?
Землеройка задумчиво расправила усы:
- Может, и так. Если в твоем стишке говорится, что часть нашего пути проходит здесь,
значит, ты права, Песенка.
Но Бурбл не одобрил идею:
- Вы только их послушайте! Нельзя же так верить словам на старой бумаге! Здесь
тупик, или только я это вижу?
Песенка потрясла пергаментом перед носом у негодующего Бурбла:
- Да пойми ты, это было написано много-много зим назад. Может, тогда здесь и была
нормальная речка, а потом в нее упали деревья, и она вся заросла тиной!
Дипплер прервал страстную речь Песенки:
- Ты только об одном забыла - как мы будем преследовать Белолиса, если он и его
крысы поплыли по большой реке?
Песенка даже лапкой топнула:
- Ну как вы не понимаете? Совсем не важно, куда они поплыли, мы не можем их
преследовать по большой реке, когда за нами гонятся водяные мыши. К тому же мы знаем,
что Белолис направляется на остров посреди озера. Если мы поплывем по этой реке, то
обязательно встретим его. Бурбл, ты пойдешь с ним?
Водяная мышь уже начала карабкаться на ствол дерева, которое, так неудачно упав,
перегородило реку.
- А вы что же думаете? Должен же я проверить, права ты или нет. Ну, вы идете?
Они взобрались на поваленное дерево и осмотрелись. Из-под мха, ряски и болотной
травы кое-где прогляды-
вала вода. Песенка торжествующе показала на поблескивающие тут и там лужицы:
- Видите? Говорю же, здесь была река. И течет она как раз на юг, как в стихах
говорится. Ну, что ты теперь думаешь, мышка-норушка?
Бурбл посмотрел и произнес:
- Станем носильщиками?
Они уставились на него и хором повторили:
- Носильщиками?
- Ну да. Сейчас я вам объясню, мои непонятливые друзья. Мы должны добраться до
того места, где эти лужицы превращаются в нормальную речку. А до этого места нам
придется нести "Ласточку" на себе.
Позднецвет снова взобрался на завал из деревьев.
- Через завал она не пройдет, это точно. Значит, придется тащить на себе. Пойдемте,
носильщики, время не ждет!
К счастью, "Ласточка" была очень легким суденышком. Взвалив на себя мешки и
положив на плечи весла, друзья с большим трудом, но перенесли лодку через завал.
Сначала они перевернули ее кверху днищем, потом забрались под лодку и понесли ее на
головах. Первым шел Позднецвет, как самый высокий из всей команды, за ним - Дипплер
и Бурбл, а последней Песенка. Под лодкой было невыносимо жарко и нечем дышать, к
тому же туда то и дело залетали разные комары, мошки, мухи и прочие насекомые. Но
друзья шли вперед, стараясь не обращать внимания на трудности.
Буме!
- Ай-ай-ай! Смотри, куда идешь, Позднецвет!
- Прости, тут была большая ветка, я ее не заметил.
- Да-да, ты, может, ее и не заметил, а вот мы почувствовали!
- Мне тоже досталось, так что не жалуйся!
- Бурбл не жалуется, а спорит. Любой имеет право спорить: и водяные мыши, и
землеройки. А откуда ты знаешь, что мы идем куда нужно, Позднецвет?
- Глупый какой! Да потому, что мы идем по маленькому ручейку - у меня все лапы
мокрые! Песенка, может, ты споешь что-нибудь, чтобы эти двое помолчали? Честно
говоря, у меня уже голова кругом идет. Раньше я думал, что нет ничего хуже, чем спорить
с землеройкой, но теперь знаю, что еще хуже - это когда с тобой спорят и землеройка, и
водяная мышь!
Песенке понравилось, как звучит ее голос из-под лодки.
- Ужо как жениться, я вам доложу,
Ежу невезучему, -
Как с белкой ужиться, ужаться ему,
Колюче-колючему!
Еще мне привиделось нынче во сне,
Что выдра с форелью танцуют на дне.
Виденье такое во мне ожило -
Шмеля из варенья тащить тяжело.
Все гости, что нынче пришли на порог,
А ну налетайте на торт и пирог!
На плюшки, пампушки, ватрушки и на
Черничный напиток и бочку вина!
- Хо-хо-хо-хо! - раздался чей-то голос. - Никогда не видывал ноющую лодку! Хо-хо-хохо-хо!
Все четверо скинули с себя лодку, чтобы посмотреть, кто же им встретился.
Неподалеку в гамаке, натянутом между двумя деревьями, лежал огромный, толстенный
ежище. Его иголки и колючки протыкали гамак насквозь, и поэтому выглядел он как
громадная подушечка для булавок. По обеим сторонам гамака были прикреплены
корзинки: в одной были орехи, а в другой дикий виноград. В правой лапе он держал
щипцы для колки орехов, и вот этими-то щипцами он приветливо помахивал
путешественникам.
- Доброго вам дня. Хотите винограда? Садитесь и отдохните!
Песенка улыбнулась и помахала, предложив друзьям:
- Ква!
- Слышали? Она спела свою любимую песню, самую короткую в мире. Хо-хо-хо-хо-хо!
Ну что за умная лягушка!
Тени деревьев уже стали удлиняться, и жара стала меньше - день клонился к вечеру.
Песенка наслаждалась покоем и думала, что, в сущности, им пора уже пускаться в путь.
Сол кормил лягушку виноградом и что-то ей объяснял, а она кивала головой, словно
понимала, о чем идет речь.
- Не волнуйся, малютка, - сказал Сол Песенке, - доверься мне. Вы ведь хотите найти
реку, которая течет на юг. Но вам придется добираться до нее еще дня два, не меньше, -
лодка у вас хоть и маленькая, но тащить ее на себе тяжеловато. Послушайте лучше, что я
придумал. Вашу лодку понесу я, и займет это всего один день. Так что сейчас можете
отдохнуть у меня, а завтра утром мы отправимся. Согласны?
- Конечно, господин Сол, спасибо вам! - радостно закричали уставшие
путешественники.
Жилище ежа нашлось тут же, неподалеку. Это оказалось удобное убежище, сложенное
из камней и дерева, сверху укрытое ветками и примыкающее к скале, так что со стороны
его было вовсе не видно. Внутри оказалось очень уютно, и еще уютнее стало, когда хозяин
накормил путешественников овощным супом и блинчиками. Когда все насытились,
хозяин начал рассказывать историю своей жизни:
- Сколько себя помню, я всегда жил здесь. Сначала нас было трое - моя жена
Остролапка, наша маленькая дочка Новоцветик и я. Сейчас кажется, что это было в какойто
другой жизни, много зим назад. Ну, так или иначе, однажды осенью я ушел к реке
собирать яблоки, те, что росли поблизости, мы уже съели. К тому же я решил принести и
молоденькую яблоньку - посадить возле дома. На следующий день разразилась ужасная
гроза, и я не смог вернуться. Я вырыл себе пещерку на берегу и просидел там три дня,
дождь шел такой, что нос нельзя было высунуть из укрытия. Потом, когда гроза стихла, я
вернулся домой с яблоками и молоденьким деревцем. - Сол на минуту замолчал, глядя в
огонь. Потом вздохнул. и продолжил: - Да-а-а, несчастливый выдался денек! Пока меня не
было, на мой дом напали. Все было разрушено - и ни одного врага. Дождь смыл все следы.
Моя бедняжка жена лежала на пороге мертвая. Она всегда была нежной и хрупкой и не
смогла защититься, а наша дочка пропала, ее захватили в плен.
В те дни меня звали Большеспин, потому что был я больше всех других ежей. Но, к
сожалению, я никогда не был воином и не мог никому причинить вреда. Я сошел с ума от
горя, три лета я бродил по лесам, пытаясь найти дочку. Но бедняжка исчезла. Однажды
осенью, когда листья уже окрасились в красный и золотой цвета, а маленькие птички
улетели на юг, в теплые страны, я увидел, что пришел в этот лес, на то самое место, где
был мой дом. Скажу вам правду, мои маленькие друзья, я сидел и плакал целые дни
напролет, вспоминая, как я был счастлив. Но однажды утром я проснулся и увидел, как
ярко светит солнце, какие чудесные песни поют для меня птицы, и на меня снизошел
покой. Я понял, что не могу всю жизнь провести бродя по лесам и полям. Тогда я сменил
имя и решил доживать свой век здесь. Я снова построил дом, нашел Квакла. А когда я
вытаскивал его из болотца, то увидел, угадайте что? Маленькое миндальное деревце.
Видите, вон оно. И я решил, что останусь здесь. Никогда я никому не причинял зла, и,
если мне выдается возможность помочь кому-нибудь, вот как вам, я всегда рад сделать
добро.
Песенка улыбнулась и сказала:
- Вы замечательный, господин Сол! Я так рада, что познакомилась с вами.
Моккан проделывал один из своих любимейших трюков. Когда сгустились сумерки, он,
приказав причаливать к берегу и устраивать лагерь, спрятался в ветках большого дерева,
слушая, о чем же говорят в его отсутствие крысы. Они вытащили на берег лодку, и теперь
возле нее стоял Фенно и вел мятежные речи:
- Слушайте, ребята, сейчас у нас есть шанс сбежать, пока Моккан ушел на разведку.
Сесть в лодку - и вниз по реке, только нас и видели! Давайте покончим с этим
путешествием, приятели, пока не поздно!
Крыса по имени Горм мрачно уставился на землеройку:
- Мы тебе не приятели, и вообще, заткнись лучше. Фенно не обратил на него ни
малейшего внимания и продолжал:
- Помните, что сегодня случилось? Один из вас утонул, на порогах лодку чуть не
разбило в щепки. Но ваш Белолис даже внимания на это не обратил! Да-да! Он думает
только об этом гобелене и ни о чем другом. Он заставил нас грести до изнеможения,
чтобы удрать от команды водяных мышей, - мы чуть не надорвались, а ему до нас и дела
нет! Он только топором грозил, чтоб мы гребли скорее. И что это за вождь такой, я вас
спрашиваю!
...Закладка в соц.сетях
