Жанр: Детская
Рэдвол 8. Белые лисы
...есь, прямо перед тем, как ты пришла.
- Раз ты так говоришь, мама...
- Я - королева, и изволь обращаться ко мне как к своей королеве! Он был здесь, я
видела его сквозь занавески! Но ты мне не веришь?
- О королева, если вы говорите, то, значит, так оно и было. Но где он сейчас? Почему
никто не может сделать так, чтобы вы не видели Белого Духа?
- Не знаю! И почему же?
- Быть может, королева, он приходит из глубин вашей памяти... Какой-нибудь враг,
которого вы сразили много зим назад... Неупокоенный дух приходит отомстить своему
убийце...
Лантур едва успела отпрыгнуть, когда из-за занавесок паланкина Сильф швырнула в
нее кубок. Голос королевы дрожал от ярости:
- Убирайся! Вон! Не смей мне этого говорить! Лисица поклонилась и повернулась к
двери. Однако Сильф остановила ее:
- Нет, останься со мной, дочь моя. Я боюсь быть одна. Эта комната такая уродливая...
Мне нужно больше света, больше красивых вещей!
Лантур вновь поклонилась и протянула лапу к двери:
- Я останусь, ваше величество. Со мной вы не будете бояться. Подождите немного, я
поменяю часовых, которые должны вас охранять. Эти дураки никуда не годятся.
Лантур вышла и отослала стражу. Как только они ушли, лисица приблизилась к
дальней стене и тихонько постучала. Тотчас из тени вынырнула крыса и уставилась на
Лантур. Лисица кивнула:
- Вилс, ступай в мою комнату и слушай. Как только услышишь, что я захрапела,
посылай вниз Белого Духа и начинай стонать. Как только услышишь крики королевы, все
убирай обратно.
Крыса Вилс поклонилась хозяйке:
- Я знаю, что делать, моя госпожа.
Лантур снова вошла в комнату королевы и сказала:
- Вы можете отдыхать, королева. Я буду охранять ваш покой.
Гром и Рузвел стояли в тени зубцов на стене и осматривали залитое лунным светом
поле, которое простиралось перед аббатством с южной стороны. У обеих белок в лапах
были большие луки, и длинные оперенные стрелы чуть ли не вдвое длиннее
обыкновенных были наготове. Что-то шевельнулось на опушке леса.
- Идут! Их двое - видишь, за деревом? Гром посмотрел, куда указывал друг:
- Да, теперь вижу. Водяная крыса и Белолис. Видишь маленький огонек? Они несут
кусочек зажженной веревки, давай подпустим их поближе и потом выстрелим.
Лисица Вэннана передвигалась очень осторожно, почти прижимаясь к земле и прячась
за каждым клочком травы. Рядом полз крыс Дакл, он то и дело дул на тлеющий конец
веревки, чтобы не собирался пепел и огонек не потух.
- Да не дуй ты так сильно, - раздраженно шепнула Вэннана, - а то разгорится, и глазом
моргнуть не успеешь, как у тебя в лапе окажется один пепел. Подожди, пока доберемся до
ворот.
Дакл приподнял голову и оглядел стену:
- Похоже, все тихо. Мы успеем тут все поджечь, прежде чем они....
В эту секунду ему в голову вонзилась стрела. Но Вэннана уже отпрыгнула,
перекатилась и спряталась, так что следующая стрела, предназначавшаяся лисице,
вонзилась в то место, где она только что стояла. Почти распластавшись по земле, Вэннана
зигзагами помчалась прочь от аббатства. Стрелы жужжали над ее головой, как стая
разъяренных ос. Одна из них вонзилась ей в лапу, но лисица бежала, не обращая внимания
на боль, - она понимала, что, если остановится, все будет кончено. Наконец она добралась
до дерева, и тут же Гельтор втащил ее в укрытие - за широкий ствол.
- Придется придумать что-нибудь другое, чтобы поджечь эту дверь.
Вэннана, пытаясь отдышаться, предложила:
- Может, стрелы с подожженной паклей? Гельтор посмотрел на сестру как на
умалишенную:
- Стрелы с горящей паклей? Ты что, не видишь, как они стреляют, эти рэдволльцы?
Для того чтобы с такого расстояния попасть в дверь аббатства, нужен большой лук с
длинными стрелами, а у нас ничего подобного нет. Пока мы с нашими короткими луками
подберемся к стенам, нас всех перестреляют.
Лисица, морщась от боли, прислонилась к стволу.
- Тогда почему бы тебе самому ничего не придумать, братец? Ты ведь считаешь, что
никто, кроме тебя, не в состоянии придумать что-нибудь дельное.
Махнув лапой, Гельтор созвал всех крыс.
- Не злись, сестра. Так уж получилось, но у меня действительно есть идея, и весьма
удачная.
Выдра Борракуль подошел к Командору:
- Баргл, который стоит на северной стене, говорит, что их забросали камнями и
стрелами. Он считает, нападения можно ждать с минуты на минуту. Сам понимаешь,
когда так обстреливают, что головы нельзя поднять, надо думать, враги идут на приступ.
Со своего места возле южного входа в аббатство Командор крикнул Грому:
- Слышишь, приятель? А ты что думаешь? Гром Быстроглаз тотчас отозвался:
- Ха! Старый трюк! Они пытаются нас отвлечь отсюда, чтобы спокойненько поджечь
ворота, пока мы бегаем туда-сюда. Борракуль, передай Барглу, чтобы он сидел тихо и под
стрелы понапрасну не лез.
Рузвел уловил какое-то движение на опушке. Прицелившись, он пробормотал,
обращаясь к Грому:
- Снова полезли! Теперь их уже восемь. Идут по одному и все время останавливаются.
Гром попросил выдру спуститься.
- Тебе лучше уйти сейчас, Командор, пока они еще далеко и не мог т прицелиться.
Командор кивнул Кротоначальнику и его команде, которые держали наготове воду:
- Все готовы?
- Не то слово, как готовы, вурр. Прямо как никогда готовы!
Командор снял засов с ворот и распахнул их.
- Вперед!
Кроты, у которых не было ведерок с водой, выбежали за ворота и стали откидывать от
них хворост, а остальные поливали ворота сверху водой. Командор стоял впереди с луком
наготове, защищая кротов от нападения. Сейчас враги прошли уже почти половину пути,
отделяющего их от аббатства. Гром со своего места на зубцах стены увидел, как они
остановились и выстроились полукругом. Ночь вдруг озарилась оранжевым пламенем -
это крысы помчались вперед, нацелив копья, обмотанные подожженными тряпками, на
ворота.
- Командор, прямо!
Выдра услышала предупреждение. Оскалив зубы, она изо всех сил натянула лук и
пустила стрелу в ту крысу, которая бежала прямо на нее. Та грохнулась оземь, пронзенная
стрелой насквозь. Когда кроты откинули от ворот все ветки, а сами ворота хорошенько
облили водой, они вбежали в аббатство. Последним был Командор, он захлопнул ворота и
тотчас закрыл их на засов. Гром опустил свой лук и достал пращу из-за пояса.
- Они подошли так близко, что теперь их можно и камнем достать, Руз. Большие луки
больше не нужны.
И не успел Рузвел сказать ему ни слова, как Гром уже уложил первого врага.
- Давайте, мерзавцы, идите сюда! Меня зовут Регууууб!
Следующую крысу сразил Рузвел. Остальные, увидев, что подобраться к воротам не
удалось, отбежали обратно, под защиту дерева. Все, кроме одной, которая все-таки
упрямо мчалась вперед. И прежде, чем белки сразили ее, она успела метнуть копье. Оно
вонзилось прямо в ворота.
- Воды! Воды скорее! - закричал Рузвел.
Командор взобрался на стену, и целый водопад обрушился на опасный огонь. Пламя
зашипело и погасло. Рузвел подмигнул Грому:
- Это я на всякий случай, мало ли что, хотя дверь мокрая и навряд ли могла загореться.
Гром снова взял большой лук и положил на тетиву стрелу, прицелился в толстый ствол
дерева, за которым прятались враги.
- Ты, конечно, прав. И вообще, пора нам поменяться местами и заставить их
защищаться!
Кротоначальник держал огромную охапку хвороста - он подобрал ветки, которые враги
собирались поджечь под воротами.
- Как мило с их стороны позаботиться о дровах для нашей кухни, хуррр!
Гельтор стоял в безопасности на опушке и отдавал крысам приказы.
- Скажите Эскроду и Предак, чтобы они возвращались с северной стены сюда.
Вэннана, сейчас не время валяться без дела. Поднимайся, нам надо сообразить, что делать
дальше.
Лисица насмешливо покосилась на брата:
- Похоже, больше мы не будем поджигать ворота таким способом? В чем дело, идея
оказалась не такой уж удачной?
Песенка проснулась в тот предрассветный час, когда спать хочется как раз больше
всего. В пещере царила духота, отовсюду раздавался храп водяных мышей. Белочка слегка
подтолкнула Позднецвета. Еще не проснувшись, он первым делом дотронулся до рукояти
меча, чтобы убедиться, что драгоценный талисман на месте. Сделав знак, чтобы
Позднецвет продвигался к выходу, Песенка принялась будить Дипплера. Тот повернулся
на другой бок и пробормотал:
- Еще студень остался?
Песенка зажала ему рот лапой и прошептала ему на ухо:
- Вставай, Дипп, мы уходим, если лодка, конечно, еще на месте.
К счастью, так оно и оказалось. Пока они подтаскивали лодку к воде, Дипплер ворчал,
не умолкая ни на секунду:
- И чего было подниматься в такую рань? Куда спешить? Мне здесь понравилось, да и
студень был - просто пальчики оближешь.
Позднецвет слегка дернул его за хвост:
- Потише говори и перестань все время думать о своем желудке! Песенка права - надо
уходить, пока все хорошо. Я не доверяю этому серому старику. Он-то был бы рад оставить
себе и Лифвуд, и лодку. Конечно, водяные мыши кажутся мирными и дружелюбными, но
кто знает?
- Точно, точно, никто не знает. Особенно если за дело возьмется старейшина. Тут уж
ни в чем нельзя быть уверенным!
Они повернулись на голос, и из-за деревьев показался Бурбл с мешком, набитым
всякой едой и двумя дополнительными веслами.
- И куда это ты собрался?
Бурбл столкнул лодку в воду, закинул в нее свой мешок и запрыгнул сам.
- Собрался с вами. Не могу же я всю жизнь прожить в этой дыре возле реки. Может,
остальным это и нравится, но мне - нет! Просто повезло, что вы забрели к нам. Но теперь
надо поторапливаться, пока остальные не проснулись и не обнаружили, что "Ласточка"
исчезла!
Дипплер уже собирался разразиться гневной отповедью, но Песенка бесцеремонно
пихнула его, так что тот плюхнулся на дно лодки, и сунула ему в лапы весло.
- Успокойся, Дипп, у нас нет времени на споры. Что-то подсказывает мне, что Бурбл
прав. Давайте-ка убираться отсюда. В конце концов, спорить можно и по дороге. Садимся
на весла: мы с Позднецветом - с этой стороны, а вы с Бурблом - с той. Да не теряйте
времени - скоро рассветет!
Друзья расселись по местам и взяли весла. Вскоре лодка оказалась на середине реки и
устремилась вниз по течению. Дипплер, искушенный во всем, что касалось лодок, изо
всех сил расхваливал эту посудину. Даже Песенка и Позднецвет, которые в лодках совсем
не разбирались, понимали, что с ней им действительно повезло. Дипплер с удовольствием
смотрел, как мимо проплывают берега.
- Да, друзья, легкая как перышко. Так и кажется, что она не скользит по воде, а летит.
Поэтому-то ее и назвали "Ласточкой", верно?
Бурбл согласно кивнул и кинул обеспокоенный взгляд через плечо:
- Верно, Дипп, только сейчас ты поменьше болтай да посильнее греби.
Песенка подозрительно покосилась на водяную мышь и тоже налегла на весла,
впрочем не удержавшись от вопроса:
- Бурбл, у меня такое чувство, что ты нам сказал далеко не все. Тебя послушать, так
можно подумать, что мы украли "Ласточку".
Лодка неслась по реке как стрела. Бурбл объяснял:
- Ну, понимаете, этот серый старик - такой хитрец. "Ласточка" ему не принадлежит,
она принадлежит всему племени, поэтому все решили, что он обменял свою старую лодку
на Лифвуд, а он ни слова не сказал, как все было на самом деле. Так что скоро они
пустятся за нами в погоню, это уж точно. Племя захочет вернуть "Ласточку".
Позднецвет сжал зубы и приналег на весло.
- Значит, получается, что мы сидим в украденной лодке. Этот старик надул нас. Он
получил Лифвуд, а если они нас поймают, мы ничего не получим!
За лесом поднималось солнце, окрашивая небо в нежно-розовый цвет.
- Нет, вы подумайте, какая гадость! - раздраженно воскликнула Песенка, подразумевая
поведение старейшины.
Однако, глядя на ее праведный гнев, Бурбл почему-то расхохотался. Похоже, он решил,
что они уже достаточно далеко удалились от племени и теперь можно разговаривать в
полный голос.
- Хи-хи-хи-хи! Не злитесь понапрасну! Старик думает, что если он старый, значит, и
умный. Только я и моложе, и умнее! Да-да!
Песенка с удивлением посмотрела на веселящегося Бурбла:
- Ты это о чем?
Толстячок потряс туго набитым мешком:
- Я его перехитрил! Когда этот толстопуз проснется, увидит, что в лапе у него вместо
Лифвуда - деревянный половник! Да-да! Я подменил его! А ваш Лифвуд преспокойно
лежит у меня в мешке! Хи-хи-хи-хи!
Песенка сердито взглянула на Бурбла:
- Это было очень глупо! Конечно, старик обманул все племя, но мы выполнили свою
часть договора. А теперь получается, что мы вдвойне виноваты!
В эту минуту раздался громкий крик, эхом отозвавшийся со всех сторон:
- Э-ге-ге-гей! Ахой!
Бурбл в испуге воскликнул:
- Это они! Гребите быстрее!
- Но я думал, что "Ласточка" легко сумеет обогнать любую лодку, - пропыхтел
Позднецвет, еще сильнее налегая на весла.
Бурбл смахнул со лба пот:
- Может, так оно и есть, но у них по восемь весел на лодку. К тому же водяные мыши
знают реку как никто другой - все повороты и камни. И старейшина это отлично
понимает. Смотрите внимательнее, мы выходим в большую реку.
Все четверо изо всех сил работали веслами, от напряжения все мышцы и мускулы
болели, пот градом катился по спинам. Крики сзади становились все громче - племя
водяных мышей настигало похитителей. Позднецвет, смахнув со лба пот и речную воду,
промолвил, кивнув на южный берег:
- Там, кажется еще одна речушка.
Но водяная мышь Бурбл, кажется, совершенно не обрадовался:
- Нет, нет, туда нельзя. Это тупик, весь заболоченный и непроходимый. Глупо туда
соваться!
- Э-ге-ге-ге-гей! Смерть ворам!
Песенка кинула быстрый взгляд назад и скомандовала:
- Быстро туда, пока они не вышли в большую реку и не заметили нас! Может, и не
стоит прятаться в тупике, но вдруг они не станут нас там искать. Не спорьте! Быстрее
поворачиваем!
Как только лодка оказалась в новом притоке, Бурбл выкинул из мешка в большую реку
хлеб и пару деревянных тарелок, которые сразу же поплыли вниз по течению.
- Пускай думают, что мы разбили лодку, а сами утонули. А теперь пригнитесь и
быстрее гребите - нам надо отплыть подальше от устья!
Лодка пробивалась через какие-то водоросли, полусгнившие ветки и опавшую
прошлогоднюю листву. Грести было трудно, но зато след от лодки сразу затягивался, так
что действительно можно было подумать, что беглецы устремились вниз по большой
реке. Вода отвратительно пахла прелью, над головами друзей жужжали комары, мошки и
всякие другие кусачие создания, которые были явно недовольны вторжением. Дипплер
остановил лодку. Зеленая ряска тотчас сомкнулась вокруг нее, словно никто и никогда не
тревожил ее. Сердце у Песенки стучало так сильно, что ей казалось, подойди кто поближе
- обязательно услышит этот сумасшедший стук. Стараясь дышать потише, все четверо
растянулись на дне лодки. Дипплер прихлопнул чересчур назойливого жука, пытавшегося
во что бы то ни стало усесться ему на нос. Позднецвет укоризненно посмотрел на
землеройку и приложил палец к губам. И тут они услышали преследователей. Казалось,
что за ними гонится по меньшей мере десять лодок. Старейшина, конечно, сидел в первой
и руководил поимкой:
- Э-ге-ге-ге-гей! Вперед, вперед! Они не могли уйти далеко! Быстрее, водяные мыши, в
большую реку!
- Да-да! Но мы их до сих пор не видим! Может, они свернули в какой-нибудь приток
вроде этого?
- Не говори ерунды! У них там землеройка, которая достаточно разбирается в реках,
чтобы не сделать такой глупости! Ты что, не видишь, что этот приток весь зарос, - там
тупик!
- Может, мы перехватим их на перекате. Даже землеройка им не поможет пройти
перекат, точно?
- Точно, точно! Погодите, попадут они мне в лапы, да и этот ощипанный Бурбл! Я из
него мозги вышибу, он мне вернет Лифвуд! А его самого я спущу в реку вместе с его
жуликами друзьями!
- Как только они посмели украсть "Ласточку"!
- Настоящие пираты!
- Помяните мое слово, я с ними расправлюсь, как расправляются с настоящими
пиратами! А теперь вперед, водяные мыши!
Крики стихли вдали - племя водяных мышей отправилось дальше, вниз по реке.
Позднецвет сел и принялся сбивать с себя насекомых, которые облепили его с головы до
пят.
- Уфф! Отстаньте, отстаньте от меня!
Какой-то жук влетел Песенке прямо в глаз, да с такой силой, что бедная белочка едва
не вскрикнула от боли. Дипплер отряхивался и стонал:
- И зачем мы только полезли сюда прятаться? Лодка угрожающе накренилась, когда
Бурбл исполнил в ней замысловатый танец.
- Я-хо-хой! Все в порядке! Теперь можно снова вернуться в реку!
Песенка немилосердно терла глаз.
- Нет, в реку нам нельзя. Не можем же мы плыть сразу за ними. Давайте лучше
пройдем дальше по этому ручью. Может, дальше он не такой заросший.
Отмахиваясь от насекомых, которые налетали тучами, наши герои снова налегли на
весла и повели лодку вперед.
Утро уже было в разгаре, когда четверке беглецов пришлось остановиться. Они
подняли весла и осмотрелись. Вокруг них вилось всего несколько комаров, остальные
отстали, а такого количества насекомых, как в устье реки, здесь не было. Ручей, по
которому они плыли, перегородило упавшее дерево, так что двигаться дальше они не
могли. Вода здесь была темная и густая, снизу поднимались пузыри, которые, лопаясь,
оставляли неприятный запах. На берегу росли цветы - голубые незабудки, желтые лютики
и купальницы и какие-то еще, названий которых путешественники не знали. Дипплер
направил лодку к тому месту, где прямо у кромки воды рос дуб. Песенка и Бурбл достали
из мешков и сумок яблоки и лепешки, напиток из одуванчика и мя-
ты. Все четверо устроили на берегу, который зарос мягким зеленым мхом, привал и
принялись за еду, то и дело вздыхая и потирая больные места.
- Ооох! У меня лапы просто отваливаются - никогда не думал, что весла такие тяжелые.
Мне бокал и то не поднять!
Дипплер подмигнул полевке:
- Ну тогда оставь его, я с удовольствием его выпью вместо тебя!
Позднецвет вытер яблоко об одежду.
- Ха! Теперь уже поздно возвращаться - никаких извинений от нас не примут. Если
поймают - убьют!
Бурбл поднял бокал:
- Да-да, старейшина упустил и Лифвуд, и "Ласточку". Так что теперь он на все готов!
Песенка капнула в больной глаз напитка.
- Все-таки я не понимаю, зачем ты это сделал, Бурбл? Водяная мышь махнула лапкой:
- Просто старик мне не нравится, про таких говорят - "лапы загребущие". У водяных
мышей никогда не было вождя, только совет самых достойных, а он назначил себя главой
этого совета и объявил себя командиром. А это неправильно. Он обманщик. Вот ваш
Лифвуд, барышня Песенка. Держите!
Белочка взяла палку с зеленым камнем на конце.
- Подумать только, все беды из-за такой ерунды. Странно, правда? Прошлой ночью мы
были с водяными мышами лучшими друзьями, а сегодня они готовы нас убить. И все из-за
лодки и палки.
Позднецвет пристроил мешок под голову как подушку и улегся.
- Как здесь хорошо, тепло и мягко. Нам придется подождать, пока мы не сможем
вернуться обратно в большую реку. Я собираюсь вздремнуть, а вы не шумите слишком
сильно.
Дипплер швырнул огрызок в воду.
- Прекрасно, я тоже посплю, а ты, Позднецвет, не храпи!
Песенка фыркнула:
- Кто бы говорил! Сам-то храпишь так, что в Рэдволле никто с тобой рядом спать не
может!
Дипплер приоткрыл один глаз и пробормотал:
- Ну нет! Где уж мне до тебя! Вот кто мастер по храпу!
Не прошло и получаса, как все четверо примостились на берегу и дружно и тихо
захрапели.
Чернохвост и его банда хорьков увидели спящую четверку с противоположного берега.
Выглядывая между деревьями, Чернохвост со злобной радостью сказал окружившим его
хорькам:
- Куирр-айр, дрррыхнут! Здесь так тихо и мирррно, верррно? Жаль, жаль, пррридется
их ррразбудить. Такие маленькие, жаль.
Один из хорьков вытащил острый нож:
- Не надо их будить. Пусть себе спят. И пррросыпаться им не надо!
Чернохвост сжал тощую шею говорившего:
- Ты сделаешь это, когда Черррнохвост скажет. Куирр-айр, я хочу сначала позабавиться
с малышами, прррежде чем они умрррут!
ГЛАВА 18
Брат Мелиот и Кротоначальник Губбио решили устроить Пир Середины Лета, который
проходил в Редволле каждый год. Война войной, но праздник устроить надо. Что еще
может поднять дух защитников аббатства? Единственной проблемой были Шалопай,
Блинни, Вугглер и другие проказливые малыши, которые желали помочь во что бы то ни
стало. Кротоначальник заканчивал украшать огромный орехово- ягодный пудинг. Наконец
он отложил в сторону вилку, залил все сверху взбитыми сливками и медом и, довольный,
улыбнулся:
- Урр, взгляни-ка на пудинг, брат. По-моему неплохо!
Мелиот оторвался от яблочно-клубничного пирога и с удовольствием принялся
разглядывать творение Кро-тоначальника.
- Красота! Он такой огромный, тебе, наверное, лучше поставить его в дальнюю печь -
она побольше. Там уже полно дров и угля, так что осталось только поднести спичку.
Губбио взял лучинку, зажег ее от свечи и поднес к куче дров, огонь тотчас потух. Он
попробовал во второй раз - то же самое. Тихонько ворча себе под нос, Кротоначальник
снова зажег лучину.
- Хурр, лучина сырая попалась, что ли? Бурр! Когда Губбио уже в третий раз попытался
разжечь огонь, он услышал довольное хихиканье и почувствовал дуновение воздуха.
Распахнув дверцу печи, он увидел сидящих там малышей.
- Прекрасно, прекрасно. Значит, или у нас не будет праздничного пира, или на пиру
будут подавать жареных малышей. Хурр, хурр!
Мышонок Шалопай замахал на крота лапкой:
- Уходи, мы теперь здесь живем.
Брат Мелиот поспешил к другу на помощь с большой лопатой в лапе.
- А что это малыши делают в печке?
Шалопай сунул брату Мелиоту под нос маленькую ложечку:
- А мы готовим креветочный пирог. Не мешайте нам, это очень трудно!
Кротоначальник и Мелиот безмолвно переглянулись. Потом дружно взялись за лопату,
которой сажают хлеб в печь, и, засунув эту лопату в печь, вытащили оттуда малышей,
миски, муку и какую-то невообразимую смесь, которая, вероятно, должна была быть
начинкой для креветочного пирога. Мелиот извлек перемазанных малышей из всей этой
мешанины и строго спросил:
- А это для чего? Высушенная креветка, черная смородина, красный перец, горох,
редиска? Для пирога столько не требуется!
Кротиха Блинни осуждающе посмотрела на него:
- Вам, может, и не требуется, а нам надо. Мы изобретаем пирог для Командора!
Кротоначальник замахнулся на них длинным батоном:
- А ну прочь отсюда, негодники! Еще раз придете, я из вас бутерброд сделаю!
Малыши поспешно ретировались, по дороге громко жалуясь на несправедливость
поваров. Они промчались мимо Римрозы и Эллайо, едва не сбив их с лап. Римроза только
головой покачала:
- Помню, Песенка была такая же. Похоже, эти малыши заняты по горло.
Брат Мелиот поклонился им обеим:
- Вы не поможете нам с Пиром Середины Лета? Римроза сделала изящный реверанс:
- Для этого мы и пришли, брат. Я подумывала о том, чтобы сделать салат из сельдерея
с сыром, кабачками и петрушкой. А моя мать хорошо печет пирожки с миндалем и
черникой. Ой, что это за грязь?
Мелиот только лапой махнул:
- Малыши собирались сделать из этого пирог для Командора.
Бабуля Эллайо разулыбалась:
- Хмм, мне кажется, будет неплохо приготовить все это и подать выдре. Он вечно
вбивает малышам в головы всякие дурацкие идеи. Так что на этот раз можно предоставить
ему самому расхлебывать их последствия.
А на южной стене Командор осматривал окрестности вместе с Громом и Рузвелом.
- Слишком уж тихо. Мне это не нравится, наверняка они опять что-то затевают.
Гром лениво вращал пращу, на плече у него висел большой лук.
- Единственное, что мы можем, - это быть настороже, Командор. Эй, господин
Флориан, как у вас дела?
Заяц вместе с Борракулем сторожил восточную стену. Оба они выглядывали из-за
зубцов. Услышав голос белки, Флориан помахал лапой и поспешил навстречу друзьям
узнать новости.
- Не вешайте носа, друзья, - трагическим шепотом приободрил заяц. - Сейчас мы вам
кое-что покажем. Видите этот длинный шест? В моей труппе его использовали для
ходьбы по проволоке. А теперь смотрите! Мы с Борракулем привязали к концу шеста
кинжал. По правде сказать, мы просто наточили старый нож о зубцы, но это не важно.
Вот, потрогайте, какой острый!
Командор дотронулся до лезвия, тотчас отдернул лапу и лизнул появившуюся
царапину.
- Дааа! Вот это я понимаю - остро так остро. Ну и что дальше?
Флориан кивком показал на огромный толстый клен, который рос возле стены:
- Видите этот клен? Да не глазейте на него, как лягушки на луну! Быстренько
взгляните, и все. Так, отлично. Ну что, видели?
Гром, которому хватило одного-единственного взгляда, ответил:
- Почти у самой вершины привязана веревка! Заяц довольно ухмыльнулся:
- Точно. Так вот, какая-то крыса забралась туда и привязала веревку, она тянется к
верхушке другого дерева на опушке. Ха-ха-ха-ха! Они, вероятно, думают, что смогут по
веревке перебраться через открытое пространство, а потом прыгнут на стену. Хорошо, что
вы поставили сюда именно меня! Я придумал великолепный план, - разумеется, он возник
у меня в голове почти мгновенно, ко мне вообще все время приходят великолепные идеи.
А теперь спрячьтесь и смотрите.
А в это время на ветке другого дерева стояла крыса по имени Тощемех. Снизу ему
подавали советы Эскрод и Гельтор. Гельтор шепотом спросил:
- Ну что, на стене никого нет? Тощемех встал на цыпочки:
- Нет, никого не видно, хотя на западной стене - одна или две землеройки, но они сюда
не смотрят.
Белолис нетерпеливо присвистнул:
- Меня не интересует, что делается на западной стене, главное - чтобы никого не было
на восточной. Ты видишь, куда тебе надо двигаться?
Тощемех слегка наклонился вправо, осторожно балансируя.
- Да, сэр, отсюда все видно.
Эскрод никогда не любил высоты, вот и сейчас он вцепился в дерево, прижавшись
поплотнее к стволу.
- Запомни, держись за веревку как можно дольше. Не забудь, что, когда петля скользит
по натянутой веревке, нужно держаться сразу двумя лапами. Потом качнешься на ней - и
ты уже на стене. Ничего, если не выйдет с первого раза, - пока все тихо, сможешь еще
несколько раз попробовать.
...Закладка в соц.сетях
