Жанр: Биография
Биография
...динил
степные племена в единый суперэтнос и опирался на народные массы, охотно
служившие под его знаменами. Тимур же извлек из народа пассионарную элиту и
оплачивал ее добычей из Персии, Грузии, Сирии, Индии и городов Поволжья. Он
был последним паладином мусульманской культуры и продлил ее существование
еще на столетие, но уж очень дорого стоили его успехи и мечты. После побед
Тимура Иран уже не оправился.
Степные элементы развалившегося Джагатайского улуса оказались в Семиречье
(джете), Таласе, в окрестностях Иссык-Куля, на северных склонах Тянь-Шаня и
в Каштарии. Так создался Могулистан, с тюркским населением и монгольской
династией, которая пресеклась в 1366 г., когда эмир Камар ад-Дин по смерти
хана Тоглук-Тэмура убил его сына-наследника и узурпировал власть.
Как в Мавераннахре, так и в Могулистане монголы уступили власть тюркам, но
это не прекратило жестокой войны, которая велась между Великой степью и
мусульманским миром. Этническая принадлежность ханов на фоне столкновения
суперэтносов уже не имела значения.
Именно против Камар ад-Дина Тимур произвел ряд набегов. Его гулямы разоряли
беззащитные становища и отгоняли скот, обрекая кочевников на голод и
нищету. Особенно жестоким был третий набег - через Талас и Токмак к
верховьям Чу и берегам Или. Захваченной в плен оказалась дочь Камар
ад-Дина, которую победитель поместил в свой гарем. Но Камар ад-Дин ответил
мощным контрударом, заманив Тимура в засаду, из которой последний вырвался
"копьем, саблей, воинами и арканом"*15.
В ответ Тимур в пятом набеге вынудил Камар ад-Дина принять битву у
Иссык-Куля и гнал его войска вдоль озера. Эта победа, видимо, мало что
дала, потому что потребовался шестой поход в 1377 г., но и на этот раз
Камар ад-Дин остался неуловим.
Зато на севере Тимуру повезло. В 1376 г. его ставленник Тохтамыш овладел
Белой ордой и предпринял завершающий поход против узурпатора Мамая.
Казалось, что Тимур вот-вот подчинит себе Великую степь...
192. ЗОЛОТАЯ ОРДА
В 1235 г., покончив с войной в Китае, монголы совершили "Великий западный
поход" и дошли до Адриатического моря. Однако в 1242 г. они оттянули свою
армию назад и закрепились на берегу Нижней Волги, соорудив там город Сарай.
Венгрия и Польша немедленно примкнули к романо-германскому суперэтносу, ибо
монголы нигде не оставляли гарнизонов и отстаивать свободу венграм и
полякам было не от кого. Русь оказалась в ином положении. Ее ожидала судьба
Византии, захваченной в 1204 г. крестоносцами и разграбленной до нитки.
Организованные рыцарские армии, с латной конницей и арбалетчиками,
настолько превосходили раздробленные дружины русских князей, что выиграть
можно было одну-другую битву, но не длительную войну. А такая война была
неизбежна, потому что папа объявил крестовый поход против православия.
В этих обстоятельствах князь владимирский Ярослав в 1243 г. собрал съезд
князей и предложил им признать "каана" царем и заключить союз с главой рода
Борджигинов - Батыем. Это признание ни к чему не обязывало - Ярослав просто
вышел из войны, которую объявил монголам в 1245 г. на Лионском соборе папа
Иннокентий IV. Сын Ярослава, Александр Невский, достиг большего, заключив с
ханом Берке оборонительный союз. Крестовый поход на Русь не состоялся. Так
Русская земля вошла в состав улуса Джучиева, не потеряв автономии и без
ущерба для культуры, унаследованной от Византии.
Улус Джучиев включал в себя три орды: Белую, Синюю и Золотую*16, к которой
примкнула Великороссия. Те же княжества, которые отказались от союза с
татарами, были в XIV в. захвачены Польшей и Литвой. Татары их к
присоединению не принуждали.
Монголы в этом улусе составляли незначительное меньшинство. Улус Джучиев
был химерной целостностью в еще большей степени, чем Иран и Средняя Азия.
До тех пор пока в Сарае правили волевые и энергичные ханы, Орда казалась
могучим государством. Первая встряска произошла в 1312 г., когда население
Поволжья - мусульманское, купеческое и антикочевническое - выдвинуло
царевича Узбека, сразу казнившего 70 царевичей Чингисидов и всех нойонов,
отказавшихся предать веру отцов. Вторым потрясением было убийство хана
Джанибека его старшим сыном Бердибеком, а через два года, в 1359 г.,
началась двадцатилетняя междоусобица - "великая замятня".
Эта жестокая эпоха была неизбежной. Этносы, "затащенные" в единую систему
путем завоевания, сливаются только при подъеме пассионарного напряжения, а
тут был спад как среди монголов, утративших своих богатырей в междоусобице
XIII в., так и среди аборигенов, уже превратившихся в реликты. Исключением
была только Великороссия, вступившая в новый виток этногенеза и сумевшая
использовать Золотую Орду для прикрытия от столь же пассионарного врага -
Литвы.
Долгое время, за исключением войн с Хулагуидами, внешняя политика Золотой
Орды была довольно мирной. Редкие стычки с литовцами, отдельные военные
экспедиции для умиротворения распрей в Белой орде и длительный
бессмысленный конфликт с ильханами Ирана - вот и все, что нарушало мир. Но
это не спасло ни династию, ни державу. В химерной системе связи неустойчивы
настолько, что распадаются от собственной тяжести. Именно это произошло в
Золотой Орде. И тогда выдвинулся на арену истории герой нашего
повествования - хан Тохтамыш.
193. "ВЕЛИКАЯ ЗАМЯТНЯ"
Череда убийств в Сарае, поставившая Золотую Орду на край гибели, была
воспринята русскими князьями весьма болезненно. В лице Джанибека они
лишились надежного союзника. Отцеубийца Бердибек в 1359 г. был убит
авантюристом Кульпой, выдававшим себя за сына Джанибека. Так угасла линия
ханов дома Бытыя и началась борьба за власть, превратившая сильнейшую
державу Восточной Европы в объект захватов с востока и запада.
Кульпа правил шесть месяцев и был убит Наврузом, тоже выдававшим себя за
сына Джанибека. По-видимому, Навруз стремился к наведению порядка, потому
что русские князья "приходили к Наврузу и били челом царю о разделении
княжений их"*17. Каждый был утвержден на своей отчине, а Дмитрий
Константинович, князь суздальско-нижнегородский, весной 1360 г. сверх того,
получил великое княжение*18. Казалось, порядок восстановлен, но в том же
1360 г. из-за Яика явился потомок Шейбана (сына Джучи) Хызр (Хыдыр-бек) с
войсками Синей орды.
Навруз погиб, и, хуже того, была убита вдова Джанибека, ханша Тайдула*19,
покровительница митрополита Алексея, а тем самым всей России, очень в этом
нуждавшейся. Золотая Орда стала Синей*20.
Хан Хызр, по мнению русских князей, был правитель "кроткий и смиренный"*21.
Он потребовал у русских только одного - выдачи ему новгородских ушкуйников,
разбойничавших на Волге и грабивших и русских и татар. Великий князь
Дмитрий Константинович, Андрей Нижегородский и Константин Ростовский
выполнили это поручение с охотой, так как грабежи касались их подданных*22.
Но, к сожалению, сподвижники Хызра были иного склада, в том числе его сын
Темир-ходжа, в 1361 г. убивший своего отца.
Через шесть дней негодяй был убит темником Мамаем, который возвел на
престол некоего Абдаллаха. Напуганные русские князья бежали из Сарая, Мамай
с Абдаллахом ушли на правый берег Волги, а в Орде (теперь уже не Золотой, а
Синей) воцарился Орду-Мелик, вскоре смененный Кельди-беком, потомком
Тука-Темура, младшего брата Батыя*23.
Но попытка реставрации оказалась неудачной. На престол вскоре сел брат
Хызра, Мурид*24, царствовавший до 1364 г. Его сменил Шейх Азиз, погибший в
1370 г., когда Сарай был взят на короткое время Мамаем, успевшим сменить
Абдаллаха на некоего Мухаммеда Булака, после чего Большая орда распалась на
семь независимых владений*25.
Затем наступила очередь Белой орды, которая после развала Золотой Орды
унаследовала первенство в степном мире. Энергичный Урус-хан отражал попытки
Тимура распространить свое влияние на север от Сырдарьи. Урус-хан умело
защищал южную границу Белой орды, но, не ограничиваясь этим, он решил
присоединить к своим владениям гибнущую Золотую Орду, чтобы восстановить
единство улуса Джучиева.
Вероятно, этот план можно было осуществить, если бы правитель Мангышлака
Туй-ходжа-оглан не отказал Урус-хану в военной помощи. Хотя Туй-ходжа-оглан
был потомком Орды-Ичэна, его улус входил в состав Кок-орды (Синей орды), а
хан больше зависел от своих беков, нойонов или эмиров, нежели они от него.
Тем не менее расплачиваться пришлось правителю, причем собственной
головой*26.
Сын казненного, Тохтамыш, убежал к Тимуру*27 и предложил ему свои услуги.
Тимур принял царевича, так как столкновение с объединенной степью не сулило
ему ничего доброго. Наоборот, он попробовал повести превентивную войну, но
отдельные победы в боях не давали возможности закрепиться на широкой
территории. Хуже того, его креатура Тохтамыш дважды потерпел сокрушительные
поражения. После последней битвы он добежал до берега Сырдарьи и, сбросив
одежду, попытался переплыть ее, но преследователи заметили пловца и пустили
в него стрелы. Одна стрела вонзилась ему в плечо, но он все-таки пересек
реку и скрылся в камышах, где упал без сил. Спас его случай. Один из
сотников Тимур-бека, Едигей, обнаружил нагого и окровавленного беглеца,
одел его и привел к себе в ставку. Там Тохтамыш поправился, был представлен
Тимуру и получил от него помощь для продолжения войны с Урус-ханом.
В 1375 г. Урус-хан скончался, а его сын и наследник Токтакия умер через два
месяца. На престол вступил брат - Тимур-Малик, который проявил искл
ючительную бездарность и патологическую лень. Он умел только много есть и
долго спать, чем вызвал разочарование своих беков и нукеров. В 1376 г.
Тохтамыш снова выступил в поход и без труда овладел Белой ордой. После
этого он перенес удар на запад, на берега Волги, где ему предстояла
серьезная борьба с Мамаем, правителем правобережья Волги.
Мамай не был потомком Чингиса и поэтому не мог стать ханом. Фактически
Мамай вышел из улуса Джучиева, более того, он стал врагом Чингисидов.
Левобережье Волги удерживали ханы Кок-орды, а прочие владетели даже не
пытались отстаивать свои княжества от этих титанов. Эту эпоху русские
летописцы удачно назвали великой замятней.
Это трудное для татар время использовал литовский князь Ольгерд. Осенью
1362 г. он напал на трех татарских мурз, кочевавших по днепровскому
правобережью, и нанес им поражение у Синих Вод.
Мамай отнесся к этому благосклонно, - видимо, разбитые мурзы не были его
сторонниками*28. Пользуясь договоренностью с Мамаем, Ольгерд занял
Чернигов, Новгород-Северск, Трубчевск, Путивль и Курск*29, а в Киеве
упразднил местное самоуправление и присоединил город к Литве.
Таким образом, "западничество", давно бытовавшее у русичей, привилось и у
татар. Оно проникло в Степь по "экономическим каналам" - через итальянцев,
а политически - через литовцев. Единственным сознательным противником
Запада была Московская митрополия, управлявшая в то время Русью. Это делало
Москву естественным противником Мамая и соответственно сторонником ханов
Синей орды - Чингисидов. Такова была расстановка сил перед Куликовской
битвой.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 См.: Буниятов З.М. Государство хорезмшахов - Ануштегинидов, 1097- 1231.
М., 1986. С. 137.
2 Grousset R. L'Empire des Steppes. P. 448-451.
3 См.: Грумм-Гржимайло Г.Е. Западная Монголия...С.508.
4 См.: Очерки истории Китая с древности до "опиумных войн" /Под ред. Шан
Юз. М., 1959. С. 382.
5 Там же. С. 388.
6 См.: Боровкова Л.А. О борьбе китайского народа против монгольских
завоевателей в середине XIV в.//Татаро-монголы в Азии и Европе. С. 426.
7 Очерки истории Китая...С. 398.
8 Грумм-Гржимайло Г.Е. Западная Монголия...Т.II. С.510.
9 Моголы - условное название тюрок Джагатайского улуса, предков казахов
Старшего джуса. Могулистан располагался в северо-восточных степях улуса: в
Притяньшанье, Восточном Туркестане и Семиречье.
10 Grousset R. L'Empire...P. 414.
11 Ibid. P.414-415.
12 Грумм-Гржимайло Г.Е. Указ.соч. С.515.
13 У К.Э. Босворта (мусульманские династии. С. 197) смерть Тоглук-Тэмура
ошибочно датирована 1370 r.
14 См.: Якубовский А. Ю. История Узбекистана. Ташкент, 1950. С.337.
15 Groussel R.Op.cil..P.500-501.
16 К сожалению, в западной историографии принято деление не на три, а
только на две орды; Синяя орда необоснованно опущена (см.: Grousset R.
Op.cit. P. 470).
17 Экземплярский А.В. Великие и удельные князья северной Руси в татарский
период с 1238 по 1505 г. Т. II. СПб., 1891. С. 405.
18 Там же. С. 408.
19 Там же. С. 104.
20 Синяя орда, располагавшаяся между Тюменью и Мангышлаком, была менее
затронута влиянием мусульманской культуры, нежели Золотая и Белая. Воины в
ней сохранили древнюю свирепость и выступали как ревностные защитники
традиционной степной культуры. Последним ханом Синей орды был Тохтамыш.
21 Экземплярский А.В. Указ. соч. С. 405.
22 Там же.
23 Грумм-Гржимайло Г.Е. Джучиды: Рукопись//Архив ГО.
24 См.: Экземплярский Л.В. Указ.соч. С.104.
25 В земле камских болгар правил Пулад-Темир; в земле мордвы - Тагай; в
Сарае - Шейбаниды; в Астрахани, Сарайчике и Крыму - самостоятельные князья;
в Причерноморье - Мамай, который попытался наладить через генуэзские
колонии в Крыму контакт с Западом.
26 См.: Якубовский Л.Ю. Тимур и его время//История народов Узбекистана.
Ташкент, 1960. С. 353.
27 Захватив власть, эмир Тимур стал носить титул "его величество султан -
воитель за веру" (Тизенгаузен. Т. II. С. 131. Примеч. 3).
28 См.: Шабульдо Ф.М. Указ.соч. С.66 (разобраны расхождения в датировках).
29 Там же. С. 60-62.
XXIX. Синяя орда (Приближение второе - уровень этноса)
194. МАМАЙ И ТОХТАМЫШ
В том, что Мамай был храбрым полководцем, способным администратором и
искусным политиком, никаких сомнений нет. С Тохтамышем сложнее. Можно
рассматривать его как последнего паладина степной культуры, а можно считать
его жалким эпигоном, ничтожным потомком великих предков. Обе оценки
представляются несостоятельными. Личное мужество Тохтамыша вне всяких
сомнений, но ум государственного деятеля и талант военачальника, видимо, не
соответствовали той ноше, которую он на себя взвалил. Если же мы учтем, что
оба вождя татар были разбиты и погибли, то очевидно, что постановка
проблемы некорректна.
Попробуем вместо оценок дать описание этнических систем, во главе которых
стояли Мамай и Тохтамыш, ведь окружение правителя не может не влиять на его
соображения и поступки, а только последние известны и достоверны.
В царстве Мамая обитали потомки половцев, алан, ясов, касогов, крымские
готы и евреи, а союзниками его были литовцы и генуэзцы; сам же он был по
происхождению монгол. Вот типичная химера, богатая за счет местных ресурсов
и международной торговли, многолюдная и управлявшаяся талантливым
полководцем и дипломатом Мамаем. Но природный закон этногенеза был против
державы Мамая, так как системные связи в его державе были искусственны.
Немногочисленные монголы находились в акматической фазе, потомки половцев -
в гомеостазе, аланы и крымские готы - в глубокой обскурации, а ясы, касоги,
как и итальянцы из Генуи, греки из Константинополя и евреи из Хазарии, были
связаны с державой Мамая не органично, а административно. Итак, держава
Мамая была не продолжением улуса Чингисова, а его антиподом -
организованным государством, опиравшимся на аборигенов.
Победа Тохтамыша над Урус-ханом была не случайна. Так же как Мамай опирался
на западный мир, получая от генуэзских негоциантов помощь деньгами и
воинами, Тохтамыш нашел поддержку у Тимура - защитника купцов Самарканда и
Бухары. Оба союза были неискренни. Экономические и культурные контакты
разъедали степное натуральное хозяйство, быт и политическую систему
"монголосферы", как ледяную глыбу одинаково уничтожают солнечные лучи и
теплые дожди. Контакты на суперэтничсском уровне действуют одинаково, как
тепловые перепады в термодинамике.
Простодушные кочевники верили своим ханам, а ханы нуждались в толковых
эмирах; те же были связаны с городским населением торговых городов и за 100
лет стали искренними мусульманами и, значит, врагами Чингисидов. Наиболее
талантливым оказался Тимур, которому удалось победить Ак-орду (Белую орду)
и Могулистан, но сибирская Синяя орда осталась вне его влияния, чему
способствовали ее географическое положение и система хозяйства,
консервировавшие местные традиции.
Синяя орда не имела определенных, четких границ с иными этносами и
культурами. Она была самой отсталой, и, значит, ее энергетический потенциал
сохранился, тогда как в Золотой и Белой ордах он был к концу XIV в. в
значительной мере растрачен. До тех пор пока этого не произошло, Золотая,
да и Белая, орда имела преимущество над жителями Сибири и Мангышлака.
Поэтому последние вели себя тихо, но когда на Волге и на Иртыше
пассионарное напряжение спало, то мощь Синей орды оказалась значительно
выше, что выразилось в том, что Тохтамыш смог овладеть левобережьем Волги.
Это сделало конфликт с Мамаем неизбежным.
195. ЛИТВА И МОСКВА
Ольгерд всю жизнь руководствовался одной целью: объединением Руси под
властью Литвы. Противником его был митрополит Алексей, защищавший
православие от язычников. От мусульман защищаться было не надо: близкие
Руси татары, принявшие ислам, были неагрессивны. "Первая литовщина"
произошла в 1368 г. Ольгерд и Михайл Тверской так разорили Московскую
землю, что "такого зла и от татар не бывало"*1.
Отношения накалились. В 1370 г. митрополит отлучил от церкви Святослава
Смоленского; черниговский князь Роман Михайлович, а с ним многие другие
южные князья перешли на сторону Москвы*2.
Следующим актом войны было литовское вторжение в апреле 1372 г., что повело
только к разорению сел. Даже удивительно, что до сих пор никто не сравнил
число литовских и татарских набегов! В XIV в. война с Литвой начала
принимать национальный характер, даже если раньше ее можно было счесть
феодальной. Это показывает, что помимо личной воли и симпатии правителей
Литва стала втягиваться в западноевропейский суперэтнос.
Этим воспользовался Мамай, вернувший под свою власть в 1375 г. Подолию и
Северскую землю*3, но уже в 1379 г. Дмитрий Московский одним походом
восстановил власть Москвы над Киевом и Черниговом, поставив "в ряд" местных
Ольгердовичей*4. Мамай ему за это не был благодарен. Впрочем, это было уже
неважно: "розмирье" с Мамаем произошло в 1374 г.
Безусловно, на Москве не было единого мнения по поводу ордынских дел.
Защита самостоятельности - государственной, идеологической, бытовой и даже
творческой - означала войну с агрессивным Западом и союзной с ним
этнической химерой Мамая. Именно наличие этого союза придало остроту
ситуации. Многие считали, что куда проще было подчиниться Мамаю и платить
дань ему, а не ханам в Сарае, пустить на Русь генуэзцев, предоставив им
концессии, и в конце концов договориться с папой о восстановлении
церковного единства. Тогда был бы установлен долгий и надежный мир.
Любопытно, что эту платформу разделяли не только некоторые бояре, но и
церковники, например духовник князя Дмитрия Митяй, претендовавший на
престол митрополита. Мамай пропустил Митяя через свои владения в
Константинополь, чтобы тот получил посвящение от патриарха. Но Митяй в
дороге внезапно умер.
Сторонники этой платформы были по складу характера людьми спокойными -
разумными обывателями. Им противостояла группа пассионарных патриотов,
которых благословил на войну Сергий Радонежский.
Москва занимала географическое положение куда менее выгодное, чем Тверь,
Углич или Нижний Новгород, мимо которых шел самый легкий и безопасный путь
по Волге. И не накопила Москва таких боевых навыков, как Смоленск или
Рязань. И не было в ней столько богатства, как в Новгороде, и таких
традиций культуры, как в Ростове и Суздале. Но Москва перехватила
инициативу "объединения", потому что именно там скопились страстные,
энергичные, неукротимые люди. От них пошли дети и внуки, которые не знали
иного отечества, кроме Москвы, потому что их матери и бабушки были
русскими. И они стремились не к защите своих прав, которых у них не было, а
к получению обязанностей, за несение которых полагалось "государево
жалованье". Тем самым они, используя нужду государства в своих услугах,
могли защищать свой идеал и не беспокоиться о своих правах; ведь если бы
великий князь не заплатил вовремя жалованья, то служилые люди ушли бы
добывать кормы, а государь остался бы без помощников и сам бы пострадал.
Эта оригинальная, непривычная для Запада система отношений власти и
подчиненных была столь привлекательна, что на Русь стекались и татары, не
желавшие принимать ислам под угрозой казни, и литовцы, не симпатизировавшие
католицизму, и крещеные половцы, и меряне, и мурома, и даже мордва. Девиц
на Москве было много, службу получить было легко, пища стоила дешево, воров
и грабителей вывел Иван Калита... Но для того чтобы это скопище людей,
живущих в мире и согласии, стало единым этносом, не хватало одной детали -
общей исторической судьбы, которая воплощается в коллективном подвиге, в
свершении, требующем сверхнапряжения. Именно эти деяния знаменуют собой
окончание инкубационного периода и начало этапа исторического развития
этноса - фазы подъема.
Когда же народу стала ясна цель защиты не просто территории, а принципа, на
котором надо было строить быт и этику, мировоззрение и эстетику - короче,
все, что ныне называется оригинальным культурным типом, то все, кому это
было доступно, взяли оружие и пошли биться с иноверцами: половцами,
литовцами, касогами, генуэзцами (чья вера считалась неправославной) - и с
отступниками - западными русскими, служившими литвину Ягайло. Только
новгородцы уклонились от участия в общерусском деле. Они больше ценили
выгодные сделки, контакты с Ганзой, несмотря на то, что немцы не признали
новгородцев равноправными членами этой корпорации. Этим поступком Новгород
выделил себя из Русской земли и через 100 лет подвергся завоеванию, как
враждебное государство. Но будем последовательны: Новгород сохранил черты
культуры, присущие древнерусским городам, и, подобно им, пал жертвой
отработанного близорукого эгоизма. А вокруг Москвы собралась Русь
преображенная, способная к подвигам. Благодаря этим качествам Москва
устояла против разноплеменных скопищ Мамая и Ягайло.
Отметим принципиальное различие этнической пестроты на Москве и мозаичности
державы Мамая. На Москву приходили не этносы, а отдельные люди, "свободные
атомы", оторвавшиеся от своих прежних этносов, где хан Узбек покусился на
их совесть (веру отцов). Это были мужественные воины, умевшие натягивать
длинный лук до уха и рубить саблей от плеча до пояса. Включение их в
московское войско сразу выдвинуло его на уровень мировых стандартов, и
внуки этих степных удальцов, ставшие благодаря бабушкам и матерям русскими,
не забыли боевой выучки отцов и дедов, как показала атака засадного полка.
А у Мамая был конгломерат разнообразных этносов, чуждых друг другу, не
спаянных ничем, кроме приказов темника. Поэтому одна проигранная битва
могла опрокинуть державу Мамая, как карточный домик.
196. ДИПЛОМАТИЯ И ЕЕ ВОЗМОЖНОСТИ
Суперэтнические конфликты сами по себе видны только издалека. Наблюдатель
XIV в. видел даже не княжества и орды, а царей и ханов, да и то не
непосредственно, а через поступки их бояр, алпаутов, графов и послов. Тем
не менее он умел делать первичные обобщения, объясняя поступки правителей
советами их приближенных. Так на научном уровне XIV в. объяснялись мотивы
катастрофы, постигшей и татар, и русских в 1380 г. Ситуация в это время
была действительно острой.
Литва овладела почти всей территорией Древней Руси, а Москва старалась
вернуть России захваченные земли. В 1378- 1379 гг. московские воеводы
завоевали города Трубчевск и Стародуб, а князь Дмитрий Ольгердович
Трубчевский не стал оборонять свои города, "но с великим смирением" перешел
на сторону Москвы, где был принят "с честью великой и любовью"*5. Перед
этим двоюродный брат Ягайло, Витовт, убежал из тюрьмы к немцам. Трон Ягайло
зашатался.
"Нечестивый и гордый князь Волжской орды Мамай владел всей Ордой. Он
уничтожил многих царей и князей и по своей воле оставил себе царя. Но и при
этом он не чувствовал уверенности, а ему не доверял никто. И снова многих
князей и алпаутов уничтожил он в своей Орде. Наконец и самого царя своего
убил, который только именем у него в Орде был царь, а всем владел и все
вершил Мамай сам. Ведь он понял, что татары любят своего царя, и побоялся,
чтобы тот не отнял у него власть и волю, и потому убил царя и всех верных
ему и любящих его"*6
Не проще было на Руси. Олег Иванович, князь Рязанский, предложил Мамаю
покорность (войско Мамая только что ограбило Рязанское княжество) и
отправил посла к Ягайло с такими словами: "Радостную весть сообщаю тебе,
великий князь Ягайло Литовский! Знаю, что ты давно задумал изгнать
московского князя Дмитрия и завладеть Москвой. Пришло теперь наше время:
ведь великий царь Мамай идет на него с огромным войском. Присоединимся же к
нему"*7. Ягайло согласился.
Союзники предполагали, что одной военной демонстрации будет достаточно,
чтобы Дмитрий сбежал в Новгород или на Двину, а они разделят Русскую землю,
захватив без боя Москву и Владимир. Они рассчитали, что ни тверской, ни
суздальский князья не пойдут на выручку Дмитрию. Но, не зная теории
этногенеза, они забыли про народ.
Западные области Киевской Руси, впавшие в глубокую старость, пусть нехотя,
но подчинялись литовским завоевателям, а вот обитатели былой "Залесской
Украины", превратившейся в Великороссию, игнорировали взаимные антипатии
своих князей. С берегов Верхней Волги пришли рати для защиты православной
веры, ибо сознание единства уже вошло в души и сердца благодаря
деятельности митрополитов Петра, Феогноста, Алексея и игумена Радонежского
- Сергия. Монолитная этническая целостность выступила против химерных
образований, подобно тому как за Уралом периферийная Синяя орда перехватила
инициативу у своих поволжских и прииртышских соплеменников. Столкновение
произошло не из-за происков дипломатов, а ка
...Закладка в соц.сетях
