Жанр: Биография
Биография
...и обряды, что не могло быть долго
скрываемо. Вследствие этого при Изабелле и Фердинанде, в 1478 г., для
борьбы с систематическим обманом была введена инквизиция*51 - лекарство
страшнее болезни*52. Но это уже не наша эпоха, и можно, покинув Кастилию,
вернуться к нашей теме.
90. ДВЕ ЗАСЛУГИ ВЛАДИМИРА МОНОМАХА
Народное возмущение привело на золотой стол киевский Владимира Мономаха,
который был не только талантливым полководцем, но и прозорливым политиком.
Он понял, что лучше и легче жить в согласии со своим народом, нежели вечно
запугивать его силой дружинников и богатством иностранцев. Поэтому политика
Киевской державы сменилась на обратную. Война с половцами, тяжелая и
бесперспективная для обеих второй, угасла, так как западный половецкий союз
(по С.А. Плетневой) вошел в состав Русской земли, сохранив автономию, а
задонские половцы в 1116 г. одержали победу над союзниками Руси - торками и
печенегами, взяв реванш за поражение в 1111 г. В дальнейшем они выступают
союзниками суздальских князей.
Этим закончилась утомительная война, и наступил новый период
русско-половецких отношений, характеризующийся участием половцев в
междоусобных войнах русских князей*53. По сути дела в XII-XIII вв.
Половецкая земля (Дешт-и-Кыпчак) и Киевская Русь составляли одно
полицентрическое государство. Это было выгодно обоим этносам, так как
опасность грозила им как с юга, где активизировались туркмены-сельджуки,
так и с запада, откуда и был нанесен неожиданный удар, причем, что
удивительно, русскими руками.
Любой феодальный режим имеет противников. Порядок, установленный Мономахом,
не был исключением. "Обиженными" оказались "уные" сподвижники Святополка
II. Они лишились ведущей роли в управлении, программы - борьбы с половцами
- и денежной поддержки князя, черпавшего средства у еврейской общины,
подобно тому как это делали германские императоры франконской династии.
Симпатии народа были не на их стороне, поэтому они стали искать поддержки
на западе: в Польше и Венгрии, настраивая в этом смысле своего
естественного вождя - Ярослава Святополчича, правившего богатой Волынью.
Трудно сказать, что подсказывали этому князю советники, бывшие друзьями его
отца, а что исходило от него самого, но в общем это не так уж и важно.
События говорят сами за себя.
Ярослав Святополчич в 1111 г. храбро воевал с половцами, а в 1112-1113 гг.
- с ятвягами, был женат на внучке Мономаха и, казалось бы, утвердил свою
лояльность к золотому столу киевскому, что не мешало ему дружить с врагами
немецкого короля Генриха V, относительно лояльного к киевскому престолу, -
венгерским Кальманом (Коломаном), тоже женатым на дочери Мономаха, и
польским Болеславом III, союзником Венгрии. Германская империя стремилась
покорить славян и венгров*54. В 1110 г. разразилась война, в которой Чехия
покорилась Германии, а венгры и поляки отразили немецкий натиск на восток.
И вдруг... около 1117 г. венгерский король Кальман демонстративно отослал
на Русь свою молодую беременную жену Евфимию Владимировну*55, а Ярослав
Святополчич - свою - внучку Мономаха *56 Это был не семейный скандал, а
вызов.
Мономах действовал быстро. Владимир-Волынский был осажден совокупными
силами русских князей, и через 60 дней осады Ярослав принял прощение своего
дяди. Но самое интересное было не это, а поведение народа. Пока длилась
осада, волынские бояре доблестно защищали своего князя, но когда все
обошлось и противник ушел, "бояре отступились от него", и народ последовал
их примеру. Что произошло?
Можно предположить, что для волынского общественного мнения причина усобицы
была неясна, но, когда был заключен мир и что-то стало понятно, повторилась
киевская коллизия 1113 г. Волынянам, как и киевлянам, ориентация на
католическую Европу была не нужна. Князю пришлось эмигрировать в Венгрию в
1118 г., т.е. сразу после удачного отражения противника. Волынские бояре
пригласили на престол седьмого сына Мономаха, Андрея.
Этот эпизод - не простая междоусобица, каких было на Руси много, ибо он
повлек за собой серьезную внешнюю войну с Польшей и Венгрией. В обоих
королевствах выявились прорусские и пронемецкие партии*57, так же как
Ярослав пытался возглавить "западническую" партию, созданную ею отцом.
Будучи изгнан, он не сложил оружия. В 1121 г. он подошел с войском к городу
Червеню, но был отражен. Зато в 1123 г. он привел под Владимир огромное
войско из угров, чехов и ляхов. В походе приняли участие галицкие князья
Володарь и Василько и сам венгерский король Стефан II (1115-1131).
Волыняне приготовились стоять насмерть, но им помог случай. Ярослав
объезжал город, грозил гражданам наказаниями, предлагал сдачу и наткнулся
на засаду: два ляха, служившие князю Андрею, внезапно выскочили из кустов,
ударили Ярослава копьем в живот и скрылись в городе. После смерти князя
войско разошлось, несмотря на уговоры короля Стефана продолжить осаду.
Видимо, отсутствие потенциальных союзников на Руси делало дальнейший поход
бесперспективным. На этом закончилась очередная попытка превратить Русь в
лен империи и епархию папы.
Конечно, не следует думать, что случайный удар копья достаточен, чтобы
изменить историю контакта на суперэтническом уровне, но иногда, хотя и
редко, случай создает зигзаги исторического становления, а их последствия
часто ощущаются долго. Такие зигзаги происходят тогда, когда
противоборствующие силы на момент уравниваются. Вот тогда вступает в игру
судьбы Его величество случай.
В 1123 г. был именно такой момент. Германскую империю ослабила длительная
гражданская война за инвеституру между папами и императорами, или, что то
же, между франконцами и саксонцами. Вормский конкордат 1122 г. ознаменовал
чрезвычайное утомление всего немецкого этноса, вследствие чего нажим на
восток приостановился. А в Венгрии и Польше не было и тени единодушия:
часть поляков и венгров стояла за католическую веру, а другая, оставаясь
католиками, хотела освободиться от немцев. Вот в этой обстановке разброда
пламя возобновившейся борьбы "христианского мира" с восточным православием
было перенесено на запад от Карпат, что дало возможность Руси укрепиться
идеологически и экономически, а также достигнуть политического объединения.
Недаром же сына Мономаха Мстислава назвали Великим!
При Владимире Мономахе и Мстиславе Русь окончательно утвердила себя в
истории как союзная Византии держава и, более того, как единоверная и
равноправная*58. Владимира Мономаха стали именовать не просто великим
князем, а царем. Но поскольку отношения между католиками и православными
исправить не удалось, то неприятие "латинства" распространялось и на Русь,
что, однако, не мешало волынскому князю Изяславу пользоваться помощью
венгерской конницы, не вызывая на себя нареканий в вероотступничестве. Ведь
это были политические союзы, а не этнические контакты.
Итак, Владимир Мономах справедливо считается самым крупным полководцем и
политическим деятелем Древней Руси, но, увы, не за то, что он совершил.
Война с половцами проходила в годы княжения Святополка II, а в годы
правления Мономаха она угасла. Не был заключен оскорбительный мирный
договор, а просто "степной пожар" к 1116 г. перестал полыхать, к 1125 г.
почернели угли пожарищ, а после 1132 г. выросла новая трава и наступило
время русско-половецкого симбиоза.
Да и можно ли гордиться победой над противником, у которого не было ни
одного шанса на победу. Населения Руси было около 5-6 млн., а половцев -
300-400 тыс. Русь обладала неприступными крепостями и искусными кузнецами,
ковавшими оружие для бойцов. Элемент риска в этой войне полностью
отсутствовал, ибо у половцев не было тыла и союзников. Заслуга Мономаха -
не в победе над слабым противником, а в заключении мира, обеспечившего на
130 лет русско-куманскую унию. А ведь это не мало!
Зато маленький эпизод 1123 г. - осада Владимира-Волынского
венгеро-чешско-польской армией при наличии русских союзников, по сути дела
агентов Ватикана, - сулил трагические последствия, что легко заметить, взяв
для сравнения судьбу полабских славян. Резерв Ярослава Святополчича был
неисчерпаем: все рыцарство Германии и купечество Италии, находившиеся в
акматической фазе пассионарного напряжения. Для того чтобы выйти на рубеж
Днепра, венграм нужны были только проводники и посредники с местным
населением, но этого-то и лишил их дальновидный Владимир Мономах, умевший
действовать в согласии с народом. Поэтому, когда он предложил массам
программу союза с Византией, мира с половцами и неприятия Запада, она была
принята общественным мнением соборно, т.е. как нечто самоочевидное.
Венгрия упустила время для удара, древнерусские западники рассыпались
розно, а православие спасло Русь от оккупации, попытки которой повторились
лишь через 100 лет. Именно за это Русь должна быть благодарна Владимиру
Мономаху.
Как было упомянуто, война перекинулась на территорию Венгрии, но инициатива
ее перешла к Византии. Сын короля Кальмана и внук Мономаха Борис, рожденный
на Руси изгнанной женой венгерского короля, при дворе деда подрос, в 1129
г. перебрался в Константинополь и был отправлен императором Мануилом в
Венгрию как наследник престола. Король Стефан II принял его по-братски и
назначил наследником престола, но венгерские вельможи воспротивились и
выдвинули кандидатом в короли ослепленного Кальманом принца Белу. Стефан и
Борис опирались на греков и половцев, Бела - на немцев и чехов.
В 1131 г. Стефан умер, и запылала война. На помощь Борису пришли поляки и
русичи, но были разбиты немцами в 1133 г. Лотарь саксонский примирил
противников в 1135 г., но после смерти императора в 1137 г. бывшие враги
Бориса - маркграф австрийский и герцог богемский - использовали его для
вторжения в Венгрию и в 1146 г. понесли тяжелое поражение. Борис бежал в
Византию, где был принят императором Мануилом, участвовал в его войне с
Венгрией и был убит в одной из стычек с куманами, теперь сражавшимися под
венгерскими знаменами. Князь стал жертвой суперэтнического контакта.
По сравнению со всеми описанными здесь странами Русь была самой счастливой.
Конечно, и здесь шли частые междоусобицы, но это не мешало созидать дивную
архитектуру и писать замечательные книги. Вплоть до 1200 г. Русская земля
была страной изобильной, культурной и не угрожаемой ниоткуда. Византия,
унаследовавшая от воинственных императоров династии Комнинов богатство и
блеск образованности, дружила с единоверной Русью, не посягала на ее
границы. На Западе росла мощь рыцарства и купеческой Ганзы, но барьер в
лице литовцев, леттов, куров и эстов предохранял русские княжества от
агрессии немецкой и датской. Половцы, разгромленные Владимиром Мономахом,
искали дружбы русских князей, крестились в православную веру целыми родами
и отражали набеги сельджуков - представителей "мусульманского мира", в это
время раздробленного на многочисленные соперничавшие султанаты. При помощи
половцев Грузия одержала победу над войсками сельджуков. Царство Давида
Строителя, царицы Тамары и Георгая Лаша было, подобно Византии, союзником
Руси. Казалось, что благоденствие "украсно украшенной" Русской земли будет
продолжаться вечно, но эти слова извлечены из сочинения XIII в.,
называющегося "Слово о погибели Русской земли". Автор этого трактата знал,
что описывает он "золотую осень".
Отвлечемся и внесем ясность. К XIII в. сила инерции первоначального взрыва
этногенеза была на излете, что и отметил другой древнерусский автор в
"Слове о полку Игореве", описывая княжеские усобицы. Усобицы - это
феодальные войны. Они велись повсюду: между баронами во Франции и между
эмирами в Сирии, в Индостане - между раджпутами (князьями) , в Германии -
между герцогами Священной Римской империи, в Японии - между знатными родами
Минамото и Тай-ра, в Англии - между королями и принцами крови. Везде они
имели разное значение для страны и народа, но только на Руси XIII в. повели
к трагическому исходу. Почему? Да и они ли?
91. НАСЛЕДИЕ МСТИСЛАВА ВЕЛИКОГО
Старший сын Владимира Мономаха, Мстислав, был верным и талантливым
помощником своего отца. Его воля и незаурядные способности правителя не
только уберегли Киевское княжество от распада, но и позволили ему завершить
политическое объединение Русской земли. В 1127 г. Мстислав присоединил к
Руси Полоцкое княжество, а захваченных в плен полоцких князей выслал в
Константинополь. Недаром летописец назвал его Великим, а православная
церковь удостоила канонизации. Но после его смерти в 1132 г. силы
этнического развития толкнули Киевскую Русь к развалу. Возникли усобицы,
ужесточились расправы, наступил политический распад государства, но не
этноса*59.
Удельные князья XII в. после смерти Мстислава Великого стали суверенными
государями своих княжеств потому, что их поддерживало население,
тяготившееся зависимостью от Киева. Черниговские Ольговичи - Всеволод II и
Игорь II - на время сели на золотой стол киевский, но киевляне тяготились
ими. Заговорщики призвали на престол Изяслава Мстиславича, и когда он в
1146 г. подошел с войском к Киеву, горожане переметнулись на его сторону.
Игорь попал в плен и год спусти был разорван киевской толпой*60. В 1157 г.
в Киеве был отравлен законный наследник Мономаха, суздальский князь Юрий
Долгорукий, зато в 1169 г. его сын Андрей взял Киев и отдал его войску на
трехдневный грабеж: ранее так поступали только с чужими, а не своими
городами.
Не пассионарное напряжение, а разнузданность инстинктов, характерная для
инерционной фазы этногенеза, видна в этих и многих подобных событиях
истории распада Киевской Руси. Хорошо еще, что на ее границах не было
сильных врагов. Половцы, побежденные Владимиром Мономахом, предпочитали
грабить Русскую землю не самостоятельно, а в союзах с враждующими
князьями*61. Западные славяне сдерживали немецкий "натиск на восток", а
волжские болгары свели постоянную войну с Суздалем и Муромом к обмену
набегами ради захвата пленниц. Болгары пополняли свои гаремы, а русичи
восполняли ущерб. При этом дети смешанных браков считались законными, но
обмен генофондом не привел оба соседних этноса к объединению. Православие и
ислам разделяли русичей и болгар, несмотря на генетическую перемешанность,
экономическое и социальное сходство, монолитность географической среды и
крайне поверхностное знание догматики обеих мировых религий большинством
славянского и болгарского населения.
Это странно: ведь кочевые половцы охотно крестились, а язычники-ятвяги
христианства не принимали, предпочитая гибель или тяжелый плен. И сами
русичи, при жестокости внутренних войн и утрате политического единства,
сохранялись как этническая целостность. Очевидно, здесь необходимо кроме
этногенеза учитывать и культурогенез; эти оба процесса хотя и сопряжены, но
не идентичны друг другу.
Вспомним, что до Х в. славянство, хотя и раздробленное политически,
представляло собой единую суперэтническую целостность, постепенно
воспринимавшую христианство, представлявшееся современникам тоже культурным
единством. Но уже в IX в., когда для обоих суперэтносов наступила фаза
надлома, положение стало меняться, медленно, но неуклонно.
На востоке, в Византии, где сохранились традиции эпохи Великих соборов V-VI
вв.] и церковная служба проводилась на общепонятном греческом языке,
основой культурного единства было убеждение, для которого необходимо
понимание. Поэтому в греческих городах шли постоянные споры на темы
догматики, этики, апологетики и прочих теологических дисциплин. Духовенство
практически не отделяло себя от паствы, поэтому светские образованные люди
иногда становились патриархами: Тарасий, Никифор, Фотий*62.
Потому-то, проповедуя православие, Кирилл и Мефодий перевели для славян
священные книги. В их представлении обращение было неразрывно с
просвещением и обучением. Славянам это нравилось, так как, крестившись, они
переставали быть "варварами", а сравнивались с греками. Пройдя нужные
христианские науки, способные славянские юноши, как, например, священник
Иларион, могли становиться даже епископами и поучать свою паству, которая
понимала язык литургии и проповеди. Поэтому православие укоренилось в
царстве Болгарском*63 и каганате Киевском; однако в Моравии, соседке
агрессивной Баварии, оно потерпело поражение.
Совершенно иной была христианская проповедь в Западной Европе при
Каролингах. Там возникла идея, что христианское богословие - тайная наука,
доступ к которой должен быть открыт только духовенству. Это мнение бытовало
уже в VIII в. потому, что в 794 г. Франкфуртский синод осудил
обязательность церковной службы только на одном из трех языков: еврейском,
греческом и латинском, но это решение впоследствии было игнорировано. По
бытовавшей на Западе традиции, на родном языке разрешались лишь
индивидуальная молитва и проповедь*64.
Обязательность "трехъязычия" фактически упраздняла христианское
просвещение, потому что изучить еврейский язык можно было только в
мусульманской Кордове, где обитала еврейская колония, а греческий - нигде,
ибо в Византии правили иконоборцы, считавшиеся еретиками. Тем не менее в
начале 30-х годов IX в. немецкое духовенство крестило Моравию. Однако после
846 г. князь Ростислав обратился в Константинополь с просьбой прислать ему
епископа, который был бы и учителем, "чтобы... нам изложил христианскую
веру"*65
Дальнейшая история миссии Кирилла и Мефодия неоднократно описана, вплоть до
ее трагического завершения. Племянник князя Ростислава Святополк предал
Мефодия и его учеников в 879 г., объединился с немцами и оставил свой народ
в жертву языческим венграм. Когда же в XI в. чешский король обратился к
папе Григорию VII с просьбой о разрешении богослужения на славянском языке,
папа ответил: "Бог всемогущий нашел угодным, чтобы Святое писание в
некоторых своих частях осталось тайной, ибо иначе, если бы было полностью
понятно для всех, слишком низко бы его ценили и утратили к нему
уважение*66.
Интересно, как относился сам папа к Писанию, которое он по должности обязан
был знать? И понятно, что южные славяне - болгары и сербы, имея возможность
выбора, предпочли веру греков, с которыми они воевали, латинской вере,
которую им выдавали, как неполноценным, в урезанном виде. Чехам было некуда
деваться, а поляки XI в. были столь простодушны и доверчивы, что не
заподозрили оскорбительности в принципе "трехъязычия". Зато русичи, жившие
по Великому пути "из варяг в греки" и искушенные в торговле и дипломатии,
отвергли исповедание, ограничивавшее их свободу совести. Ольга и ее внук
Владимир сознательно избрали греческую веру.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 См.: Артамонов М.И.История хазар.С-442.
2 См.: ПВЛ. Ч. II. С. 85.
3 См.: Приселков М.Д.Указ.соч.181-184.
4 Их звали Порей, киевский воевода, и Вышата, сын Остромира, воеводы
новгородского, внука посадника Константина, правнука Добрыни, дяди князя
Владимира (см.: ПВЛ. 4.1. С. 11014.11. С.393-394). Это были люди со
связями, обеспечившими им поддержку среди русского населения Тьмутаракани,
что и сделало князя-изгоя ценным союзником иудеев.
5 ПВЛ. Ч. 1. С. 111,311.
6 См.: Артамонов М.И. История хазар.С.440.Примеч.6.
7 См.: ПВЛ. Ч. II. С. 82.
8 ПВЛ. Ч. 1. С. 122, 322.
9 Там же. С. 132, 335.
10 См.: Введение христианства на Руси. С. 210-211.
11 См.; Соловьев С.М. История России...Кн. 1. Т. П.С.348.
12 См.: Соловьев С.М. История России...Кн. 1. Т. П.С.353.
13 См.: Василевский В.Г. Варяго-русская и варяго-английская дружина в
Константинополе//Труды. Т. 1. С. 353-354.
14 Норманны, осевшие в Северной Франции, постепенно превратились во
французов-нормандцев - процесс, типичный для фазы пассионарного подъема.
15 См.: ПВЛ. Ч. II. С. 413.
16 Пашуто В.Т. Внешняя политика...С. 125-128.
17 С.М. Соловьев пишет: "Святополк был жесток, корыстолюбив и властолюбив
без ума и твердости" (История России... Кн. 1. Т. II. С. 363), а
М.Н.Тихомиров относит к нему характеристику: "Унец" (бык) ярок и лют: у
него "волостителеве злии и бояре лютии опалчивии" (Древняя Русь. М., 1975.
С. 137).
18 См.: Босворт К.Э. Мусульманские династии. С.80-81.
19 Мюллер А. История ислама.Т.11.С.342-343.
20 См.: Киево-Печерский патерик / Под ред. Д.И. Абрамовича. Киев, 1931. С.
106-107.
21 См.: там же. С. 107.
22 ПВЛ. Ч. I. С. 343.
23 Там же.
24 ПСРЛ. Т.1Х. С.153.
25 Тъй бо Олег мечем крамолу коваше и стрелы по земле сеяше..." и "Тогда,
при Олзе Гориславичи, сеяшется и растяшеть усобицами, погибашеть жизнь
Даждьбожа внука" (Слово о по
лку Игореве. М.; Л.. 1950. С. 15-16).
26 Или Марии (см.: ПВЛ. Ч. 11. С. 388, 421).
27 См.: там же. Ч.1.С. 148.
28 Битва при Сутени 4 апреля 1 103 г. (см.: ПВЛ. 4.1. С. 183-185).
29 См.: Артамонов М.И. Указ. соч. С. 450-452.
30 См.:Голубовский П. В. Печенеги, торки, половцы до нашествия татар:
История южнорусских степей IX-XIII вв. Киев, 1884.0.110,111.
31 См.: Плетнева С.А. Половецкая земля//Древнерусский княжества Х- XIII вв.
С. 275.
32 См.:ПВЛ.Ч.II.С.99-101.
33 См.: Тюменев А.И. Указ. соч.
34 См.: ПВЛ. Ч. II. С. 102.
35 См.: ПВЛ. Ч. II. С. 20.
36 См,:Татищев В.Н. История Российская. Кн.II.С.128- 130. В Ипатьевской
летописи сказано о том, что киевляне разграбили дома евреев (ПСРЛ. Т. II.
М., 1962, стб. 275). Современные интерпретации этого события см.; Греков
Б.Д. Киевская Русь. С. 496-498; Тихомиров М.Н. Древняя Русь. С. 131-138.
37 Эта мотивировка в летописных текстах отсутствует. Если это не домысел
В.П. Татищева, надо полагать, что Путята был сторонником Давыда
Святославича, верного слуги Святополка 11, но никак не Олега, помирившегося
с Мономахом еще в 1104 г.
38 Пештич С.Л. Русская историография ХVIIIв.Ч.1.Л.,1961.С.250.
39 См.: Добрушкин Е.М. О двух известиях "Истории Российской" В.Н.Татищева
под 1113 г.//Вспомогательные исторические дисциплины. Вып. III. Л 1965. С.
290.
40 См.: Смирнов И.И. Очерки социально-экономических отношений Руси XII-XIII
вв. М.; Л., 1963. С. 252-265.
41 См.: Рыбаков Б.А. В.Н. Татищев и летописи XII в.//История СССР 1979. •1.
42 См.: Кузьмин А.Г. Статья 1113 г.в "Истории Российской"
В.Н.Татищева//Вестн. МГУ. 1972. • 5.
43 См.:Лихачев Д.С. Можно ли включить "Историю Российскую" В.Н.Татищева в
историю русской литературы?//Русская литература. 1971. N 1.
44 См.: Мюллер А. История ислама. Т.IV. С.167.
45 См.: Лозинский С. Г. История инквизиции в Испании. СПб., 1914. Т. III.
С. 9.
46 Там же. С. II.
47 Там же. С. 6.
48 Там же. С. 21.
49 Там же. С. 17-19.
50 Там же. С. 21.
51 Там же. С. 430.
52 Злоупотребление тайным судопроизводством было таково, что королеве
предложили передать дела религии епископам, но это не помогло, а дальнейшая
история известна.
53 См.: Плетнева С.А.//Древнерусские княжества Х-ХIII вв. С.275.
54 См.: Вебер Г. Всеобщая история. Т.IV. С.371.
55 См.: Пашуто В.Т. Внешняя политика...С. 167.
56 См.: Соловьев С.М. История России...Кн.1.Т.11.С.391-392.
57 См.:Пашуто В.Т.Указ.соч.С.151, 167-168.
58 Там же. С. 186.
59 См.: Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества XII-XIII вв. С. 472
и след.
60 Смерть Игоря II, пленника, зверски замученного чернью, была приравнена к
мученической; Игорь канонизирован.
61 См.: Гумилев Л. Н. Миф и действительность//Проблемы реконструкций в
этнографии. Новосибирск, 1984. С. 5-24.
62 См.: Флоря Б.Н. Сказания о начале славянской письменности. М., 1981. С.
35.
63 Там же. С. 51-52.
64 Там же. С. 26-27.
65 Там же. С. 26.
66 Там же. С. 29.
XV. Иноверие и инославие
92. ДРЕВНИЕ БОГИ И НОВЫЕ ДЕМОНЫ
Язычество многолико. Христианство быстро восторжествовало в Киеве, с трудом
- в Новгороде и очень медленно в Ростове и Муроме, где славянское население
составляло незначительное меньшинство. Этническая пестрота северо-восточных
окраин Киевского каганата способствовала политеизму, т.е. мировоззрению
сверхтерпимости, когда почитают не только своего племенного бога, но и
соседних, авось помогут.
Такой вид политеизма был известен на древнем Ближнем Востоке, где халдеи,
арамеи и евреи стремились принести поклонение не только своему богу, но и
соседним ваалам, молохам и астартам, чтобы заручиться их помощью и
переманить их на свою сторону. Тогда процветал и генотеизм, т.е. поклонение
своему богу. Единобожие проповедовали только некоторые пророки, имевшие за
это большие неприятности*1. Аналогичную картину можно видеть на окраинах
Руси. Неизвестный автор XIV в. сообщает, что двоеверы "не христиане, но
веруют в Перуна, Хорса, Мокошь, Сима, Регла, Вилы" - всего тридцать богов.
"Они молятся огню и зовут его Сварожицем..."*2 Это перечисление показывает,
что здесь не стройная иерархия олимпийского пантеона, а эклектическое
сочетание нескольких полузабытых традиций. Перун - литовский бог,
боровшийся с Христом до XIV в.*3. Хоре- солнце (перс. Хуршид) - наследие
древнего митраизма. Вилы - духи покойников, а прочие вообще неизвестны,
хотя, видимо, их в XI-XII вв. знали и почитали.
Но это были "споры в небесах", а материализовывались они "внизу", на нашей
земле. В те годы, когда в Киеве, Чернигове и Новгороде поднимались золотые
купола соборов Святой Софии, в Ростове, на Чудском конце, стоял идол
Белеса, покровителя скота и широких пастбищ, - это было божество
митраистского культа. Христианские епископы Феодор и Иларион бежали из
Ростова от ярости мерян. Феодор имел успех только в поселении около
славянского города Суздаля. Преемник беглецов св. Леонтий был схвачен во
время проповеди. Его после долгих мучений убили около 1070 г., но его
преемники св. Исай и пр. Авраамий достигли успеха, обратив в православие
много мерян.
Столь же неохотно принимали православие славяне. В начале XII в. вятичи
убили миссионера Кукшу. На юго-восточной окраине христианским городом был
только Курск, а Мценск, Брянск, Козельск держались язычества, их обращение
датируется, весьма приблизительно, серединой XII в.
Еще сложнее обстояло дело в Муроме, где православие спорило не только с
упорным язычеством, но и с мусульманской пропагандой, шедшей из Великого
Булгара. Лишь к 1092 г. около Мурома был построен Спасский монастыр
...Закладка в соц.сетях
