Жанр: Боевик
Контроль. Выбор.
... иметь?
- Все.
- Как все? - не поняла Настя.
- Все деньги мира.
- Зачем?
- У каждого в жизни выбор: или всех грызи, или... - Посмотрел князь в
окно раскрытое на проносящиеся просторы французские, бороду почесал. -...
Дальше непристойно. Но есть литературный вариант: всех грызи или ляг в
грязи. Каждый из нас - на ледяной горе. Если не карабкаться вверх,
скользнешь вниз. Миллиард надо иметь для того, чтобы тебя не сгрыз тот, у
кого сто миллионов. А десять миллиардов надо иметь для того, чтобы тебя не
съел тот, у кого их только пять.
4.
Просыпается великая страна. У британского посольства миллионная толпа с
красными знаменами с раннего утра песню орет:
Чемберлен Старый хрен. Нам грозит Паразит! Ту же песню и на другой лад
орут: Нам грозит Чемберлен. Паразит. Старый хрен! Тем хороша песня, что, как
строчки ни крути, все равно смешно будет. Еще песню кричат с призывом
уральскому кузнецу: оружие куй, а мы Чемберлену покажем наш ответ!
Британское посольство - вот оно, за стеночкой кремлевской, за речкой.
Утро красит нежным цветом стены древнего Кремля. И оттуда из-за речки через
стенку кремлевскую как шторм в Белом море: хрен! хрен! хрен! куй! куй! куй!
хрен! хрен! хрен!
5.
- Ну-ка налей мне, Саша. Есть у тебя? Чародей первый раз назвал Дракона
Сашей. Саша-Дракон на него с благодарностью посмотрел. Есть у Дракона много
врагов, очень много. Враги его ненавидят. Есть у Дракона много подчиненных,
подчиненные уважают и боятся: Есть у Дракона суровый начальник, ему Дракон
служит верой и правдой. Есть у Дракона много-много девочек в парашютных
кружках, в сталинской охране, в спецгруппах, всех их он любит, всем любовь
дарит с царской щедростью, И они его любят. А друга у Дракона нет. Не с кем
Дракону поделиться. Не потому друга нет, что мужик он неправильный. Мужик-то
он что надо. Таких поискать. Но работа у Дракона собачья. Слишком в секреты
сталинские втиснут. Не моги слова сказать. Какая, к чертям, дружба, если он
о жизни своей, о работе не имеет права даже и заикнуться. Официально -
летчик полярный. Да ведь не будешь же все время только о медведях и льдинах
рассказывать. И вот появился в Драконовой жизни человек, с которым говорить
можно. Обо всем.
- У меня, чародей, всегда есть.
Достал Дракон из широкого кармана бутылку и два стакана. Присели на
бревно. Газетку расстелили. Налил Дракон, сырок плавленый по-братски
разделили. Подняли гранчаки...
А тут из-за штабеля юркий бдительный погранец вынырнул: шапка зеленая,
штык блестит.
6.
Сознательный у нас народ: британский Чемберлен - далеко, границ у нас
общих нет, и воевать нет причины, потому весь гнев народа против старого
хрена Чемберлена. А Гитлер - близко. Рядышком. Потому народ наш против
Гитлера ничего не имеет, песен про него матерных не поет, у немецкого
посольства зубы не скалит. Понятливое население: если Гитлер воевать
вздумает против Чемберлена, так пусть воюет и за свой тыл не беспокоится -
мы тоже враги Чемберлену, он, говорят, нам даже угрожать когда-то
намеревался чем-то. А к тебе, Гитлер, у нас претензий нет, и ругать тебя
вроде не за что, и демонстрации у его посольства нам проводить незачем...
Орет толпа, а товарищ Сталин в своей кремлевской квартире уснуть не
может. Не потому не может, что толпа орет, а потому, что сердце болит. За
державу болит, за судьбу Мировой революции,
Страна просыпается. Страна встает со славою на встречу дня. Страна
выспалась. И весь мир тоже. Один Сталин не спал, думу думал. Пришло время
отдыхом силы восстанавливать, но уснуть не получается. Как тут уснешь? Бунт
в ближайшем окружении. Он ее любит! И что? Значит, приказы можно не
выполнять? Так, что ли? Он ее любит! А кто тогда людей будет убивать? Он ее
любит. А если каждый кого-нибудь любить будет, то кто же тогда Мировую
революцию совершит?
7.
Ее возвращения в банке "Балерика ТС" никто не ждал - появилась тут
однажды, шума наделала, внимание к банку привлекла, потом пропала, что-то на
прощание говорила, что-то обещала. Мало ли нам обещают?
Она прошла прямо в зал заседаний правления банка. Своим появлением
прервала речь председателя. Понимая, что прервала, тем не менее не просила
слова, не извинялась. Она улыбнулась им всем. Переглянулись заседающие,
молча спрашивая друг друга, стоит ли улыбаться в ответ. И тогда она широким
жестом иллюзиониста махнула в сторону двери: але, оп! Дверь растворилась, и
два служителя банка внесли (скорее втянули, вволокли, втащили) два чемодана,
поставили посреди зала и, поклонившись, вышли, затворив за собой дверь.
8.
Вынырнул юркий, бдительный погранец из-за штабеля: шея тоненькая, как
штык у трехлинейной винтовки Мосина образца 1891/30 годов, и голос тоненький:
- Ах, ты пьянствовать! Да знаешь ли, что в порту запрещено?
Погранец обратился к огромному дядьке в кожаном пальто, со стаканом в
руке. Его собеседника доблестный страж рубежей почему-то не заметил. И тогда
тот, второй, незамеченный, прошедший столько морей, обернулся устало:
- Отвали.
Погранец ответил четко, как устав предписывает:
- Есть! И отвалился, как ломоть, отрезанный от краюхи хлеба.
9.
- Товарищ Ширманов!
- Я! Ширманов всегда был рядом со Сталиным, но никогда лично от Сталина
приказов не получал.
- Товарищ Ширманов, вы знаете Жар-птицу?
- Знаю, товарищ Сталин.
- Вам почетное задание, товарищ Ширманов. Подбирайте группу ликвидации.
Поедете в Испанию. Задача: ликвидировать Жар-птицу. Исполнитель... - Сталин
задумался на мгновение. - Исполнитель - Макар.
10.
- Что с тобой теперь будет, Дракон?
- Он меня давно расстрелять хотел. Вот настал, видно, черед. Налил себе
Дракон еще. И чародею.
- Бутылка всегда со мной, а закусить больше нечем. Ты как?
- Привычен.
- Пьем. Знаешь, чародей, мне все равно головы не сносить, но прими мой
совет. Сталин проиграл спор и теперь должен себя публично козлом назвать.
Пожалей голову свою, чародей, этого не допусти.
11.
Все взоры с Насти на чемоданы, с чемоданов - на председателя.
Председатель, слов не произнося, подошел, чемодан толкнул. Повалился чемодан
на бок, звуком оповестив, что веса в нем с избытком, вроде книгами набит.
Председатель и другой толкнул. И другой издал звук, вроде с крыши ляпнулся.
Председатель на Настю: и что? Открывай - Настя улыбается. Чемоданы с
замочками, но замочки на ключи не заперты - просто нажать блестящие хлястики
на пружинках, и они отскочат, щелкнув. Кроме того, чемоданы ремнями
перепоясаны, чтобы не раскрылись случаем. Расстегнул председатель ремни,
никто ему не помогает, все на местах сидят, завороженные. Интересно, что
дальше будет. Отбросил председатель крышку и взвизгнул...
12.
Капитан лесовоза "Амурлес" Юрин Александр Иванович, песенку
насвистывая, спустился по трапу. Прямо за штабелем сосновых досок пахучих
его окликнули. Оглянулся. И получил приказ следовать за большим дядькой в
кожаном пальто. Завернули за штабель, и еще за один. В ущелье между двумя
горами бревен - автобус радостного цвета: по низу синее, выше - голубое.
Окна - только для водителя.
- Заходите. Здравствуйте. Моя фамилия - Холованов.
- Здравствуйте, Александр Иванович.
- Вы меня знаете?
- В газетах читал. Внимание обратил. Опять же - тезки.
- Вы знаете что-нибудь обо мне интересное?
- Знаю. Вы, товарищ Холованов, были моим пассажиром.
13.
Если вам поставили задачу возглавить группу ликвидации, то начинать
надо со сбора и анализа информации о вашем клиенте.
Информации о Жар-птице много. Но такова жизнь: сколько бы разведка ни
добыла информации, ее всегда не хватает.
Известно: Жар-птица является оголтелым врагом новой социалистической
культуры, лидером самого отвратительного из всех направлений буржуазного
разлагающегося искусства, символом мракобесия, служения реакционной
империалистической буржуазии. Характерными чертами ее "творчества" являются
антинародность, нигилизм, отрицание всего ценного и передового, созданного
предшествующими поколениями. Она написала картину, глубоко враждебную
рабочему классу, Мировой революции, Советскому Союзу, партии большевиков и
лично товарищу Сталину. Этим она полностью разоблачила себя перед лицом
мировой общественности и всего прогрессивного человечества.
Капиталистический мир восторженно приветствовал свою новую продажную
служанку и оплатил ее "творчество" неслыханной ценой: 25 миллионов франков
за "картину" в четыре мазка - более шести миллионов франков за каждый мазок.
Выплатив такую цену за обезьянье "искусство", буржуазия Франции и стоящая за
ее спиной буржуазия Америки выразили свою звериную ненависть к первому в
мире государству рабочих и крестьян и самому прогрессивному в мире
советскому искусству.
О Жар-птице, кроме того, известно: появляется на виду у всех и столь же
внезапно исчезает. Откуда появляется, куда исчезает, непонятно. Поступили
сведения: ее плотно охраняют.
Известно также: по всей Европе внезапно активизировались белогвардейцы.
Причина активизации непонятна. По докладам агентуры, ранее раздробленные и
распыленные организации белых офицеров внезапно, по чьей-то команде,
приобрели стройную, чисто военную структуру. В распоряжении белых появились
значительные финансовые средства. Понятно, что активизация битых офицеров
белых армий может быть направлена только на подрыв международного авторитета
Советского Союза, на нанесение ему ущерба, на подготовку свержения власти
рабочих и крестьян. Очевидно, за всем этим стоят западные разведки и
финансовые средства мировой буржуазии. Есть основания предполагать, что
Жар-птица является связующим звеном между международным финансовым капиталом
и русскими белогвардейцами.
14.
Набит чемодан тяжелыми разноцветными пачками: доллары, франки, марки,
песеты. Отбросил председатель крышку со второго чемодана. И снова взвизгнул.
В принципе тяжести такие можно и не таскать. Банковский чек на любую
сумму - это всего лишь бумажка в кармане: легко и удобно. И безопасно.
Деньги в чемоданах отбить могут, отнять, а чек именной - только тому
деньги дадут, на чье имя выписан.
Все это Настя понимает. Именно так через границу суммы провозила,
бумажкой именной, не в чемоданах же через границу миллионы на себе таскать.
Но в Париже господ офицеров сразить надо было видом пачек аккуратных и тут -
тоже. Потому чек на деньги обменяла в соседнем банке. Сразу и не нашлось
столько, два дня сумму собирали. Вот они, полюбуйтесь, господа финансисты.
Ей подставили стул. Села Настя. Это уже не та оборванка, что недавно окна
мыла. Это женщина деловая, в строгом костюме, чем-то на банкира лондонского
похожая и на гангстера из Чикаго.
- Это ваша половина. Должников у вас целая телефонная книга. Если
хотите еще получить, мои условия: пятьдесят на пятьдесят. Фифти-фифти. Вы
получите половину своих долгов. Остальное - мое. Если не согласны, сами с
должниками разбирайтесь, письма пишите, а я себе работу найду. Не у вас
одних проблемы с должниками.
15.
- Можно узнать, откуда у вас такие сведения?
- Товарищ Холованов, я просто сообразил, что вы были моим пассажиром.
- Продолжайте.
- На фотографиях в газетах рядом с летчиком Холовановым всегда какой-то
человек.
- Его зовут Ширманов.
- Этого я знать не мог, но лицо запомнил. Так вот, перед отходом из
Архангельска у нас было две пограничные проверки: одна нормальная, а
вторая... Ее возглавлял этот самый Ширманов в форме пограничника. Это ваш
человек. Я знал, что "Амурлес" специально построен так, чтобы можно было
тайно людей перебрасывать. Я предположил, что ваш человек для вас место
проверяет.
- Правильное предположение. Капитан Юрин, мне нравится ваша
сообразительность. И нравится откровенность. Если бы вы начали хвостом
вертеть, то я бы вас расстрелял. Но вы мне не врали, капитан. В общем, так,
вы мне подходите. Предлагаю работать на меня. Возможно, что Ширманов скоро
пойдет на повышение, а его место освободится...
16.
Переглянулись финансисты. И генеральный директор банка "Балерика ТС"
молча кивнул.
ГЛАВА 26
1.
- Я проиграл. Ты, Мессер, оказался прав. Как ты и предупреждал,
Жар-птица сразу вышла из-под контроля. Сорвалась, как Каштанка с цепи.
Подъезжай сегодня вечером на мою ближнюю дачу, там все будут. Выпьем,
закусим. Я не гордый. В людях никогда не ошибался. А тут... Раз проиграл,
полезу под стол, себя козлом назову...
- Сегодня, Сталин, не могу. Спасибо за приглашение. Боли головные... В
следующий раз, а?
- Пусть в следующий. Как я в ней ошибся, до сих пор не пойму. Но и ты,
Мессер, иногда ошибаешься. Давно тебя спросить хочу... Что ты там в
берлинском цирке болтнул?
Ждал давно Рудольф Мессер этого вопроса от Сталина. Сам хотел ему
рассказать, да все как-то момент не подходил.
- А разве тебе не доложили, что я там болтнул?
- Доложили сто разных ответов. И все очень умные. А мне кажется, что ты
сморозил чепуху. По тебе вижу. Ты сам своего ответа стесняешься.
- Да, - сознался Мессер, - сморозил такое, до сих пор уши горят.
Хорошо, что люди все перевирают, а то и по улицам ходить стыдно.
- Так что же ты такое сказал?
- Сказал, что Гитлер на восток пойдет...
- Какая ерунда. Сначала Гитлер пойдет против Франции и Британии. Пока с
ними не развяжется, против нас не пойдет. На два фронта Германия воевать не
может. Это самоубийство. Зачем Гитлеру самоубийство?
- Я все это понимаю. Но ляпнешь иногда...
- Ты, чародей, просто устал. Тебе надо отвлечься. Хочешь на курорт? У
меня в Ялте домик небольшой... Там сейчас никого.
- Нет, я просто хочу энергии накопить на публичных выступлениях. Можно
мне по твоей стране проехать?
- Езжай.
2.
В прекрасном городе тихая, но стойкая сенсация: увядающая "Балерика"
расцвела. Вверх поперла. Паровозом. У конкурентов интерес: в чем секрет
успеха? Самые пронырливые пронюхали: генеральный директор "Балерики" давно
искал сотрудника с феноменальными математическими способностями и нашел -
сеньорита Анастазиа так деньги считает, что банку только прибыль.
А другие говорят, что просто генеральный директор нашел сотрудника,
который убедительно с должниками говорить умеет, к каждому должнику -
индивидуальный подход, такие аргументы для каждого находит, что должники
сразу все долги возвращают, да еще и с процентами.
Еще и такое говорят: колдунья она. Глазищи-то во какие! Приносит каждое
утро на совещание директоров по два пустых чемодана, глянет на них - але,
оп! И чемоданы деньгами наполняются.
Не думала Настя не гадала. Но обрушился на нее водопад заказов. С
"Балерикой" особые отношения, но почему бы и другим банкам не помочь? Потому
первый батальон Лейб-гвардии Компьенского полка в Париже работает. Второй -
в Мадриде. Третий и четвертый батальоны - по всему побережью: от Гибралтара
до Монте-Карло. Почему-то должники на средиземноморских курортах прятаться
любят. А разведывательная рота по всему миру гастролирует. Должники в
Вашингтоне прячутся, и в Мельбурне, и в Гаване.
А где разместить штаб полка?
3.
Ворошилов, Куйбышев, Киров, Сталинград... Поднимает чародей волнение
советской (самой благодарной в мире) публики, ее восторг. Начинает с тех
вопросов, на которые сами задающие ответ дадут. Понемногу переходит к тем
вопросам, на которые они ответа не знают. Потом поднимается к тем вопросам,
ответы на которые повергнут публику в экстаз и безумие.
Не ради денег чародей в цирке работает. Вовсе нет. Он давно отрекся от
денег. Ему хорошего пива вечером шесть кружек... да шницель ядреный, да
перину пуховую, да девок дородных штук пять под перину... Больше ему и не
надо.
4.
У начальника полиции Балеарских островов сеньора Дуфадоса - посетитель.
Посетитель известный, на острове уважаемый.
- Здравствуйте, сеньор начальник.
- Здравствуйте, Птица огня.
- У меня к вам дело.
- Слушаю вас, Птица огня.
- Сеньор Дуфадос, над миром поднимается новая мировая война. Мы не
знаем, где разразится она и в какую сторону повернет.
- Мы этого не знаем, - сокрушенно подтвердил большой полицейский
начальник.
- Я бы на время войны, а она мне представляется неизбежной, хотела
оставаться на Балеарских островах, жить тут у теплого моря, никого не
трогать... Но я иностранка, к тому же - бедная сирота.
- Чем тут поможешь?
- Мне помощи не надо. Я бы только просила вас не придираться ко мне
попусту. В дела полицейского департамента Балеарских островов я пока не
полезу, вам мешать не буду. Было бы хорошо, чтобы и вы...
Так с начальником полиции никто еще не разговаривал. Такой тон он сам
для себя определил как вежливую наглость... За этим что-то скрывается...
Много о сеньорите Анастазиа начальник полиции знает. Убийца она. Правда,
судить ее не получится, никто свидетельствовать не пойдет. Болтают дураки,
что это ангел ее защитил. А начальника не проведешь. Ему-то точно доложили,
что она взглядом убила. Потому против нее никто свидетельствовать не будет.
Знает народ: взглядом придушит. С другой стороны, молва на ее стороне, верит
народ - тут была самозащита в чистом виде. Не надо было великолепному
Родриго на нее рыпаться. Известно совершенно точно: она ему две тысячи песет
давала, чтобы отвязался, так ему того мало показалось. Вот и схлопотал.
Настя же встала, вежливо поклонилась и...
5.
Не денег ради чародей цирки мира обошел. Цирк - тренировка. Как пианист
хороший от зари до зари и после нее по клавишам пальцами бьет до мозолей
кровавых, так и чародей с большой аудиторией постоянно работать должен.
Иначе - потеря квалификации. А где работать - все равно. Запомним
правило: вопросы всегда и везде одинаковые. В Мюнхене, в Бристоле, в
Пловдиве или у нас в Черкассах.
Ясно каждому, в советской стране чародеев нет и быть не может. Есть
иллюзионисты. Произнести слово это не каждому дано, потому:
- Скажите, товарищ Мессер, как зовут мою жену?
- Друг Вася, разве ты сам забыл, как ее зовут? Вот же она рядом с тобой
сидит. Ее Марусей зовут.
Маруся, не жмут ли тебе синие туфли, которые ты вчера купила в
"Запсибсельпроме"?
6.
За этим действительно что-то скрывается. Настя встала, вежливо
поклонилась, достала из сумочки нечто тяжелое -
небольшой пакет. Размером с коробку сигар. Обертка - грубая почтовая бумага
и веревочка крестиком. Положила на стол.
В малом объеме - большой вес. Свинец или... Пакет тяжело ударился о
стол, издав чудный звон. Не свинец. Во рту начальственном пересохло.
Пятьсот? Или целый килограмм? Еще вопрос: а проба какая? Одно дело 375-я -
37, 5 процента чистого металла, остальное примеси, другое дело 585-я.
Зажмурил глаза начальник полиции: а может, 750-я? За долгую службу большой
полицейский начальник привык получать подарки. И правило крепко усвоил -
подарок рукой не трогать, в руки не брать, пока посетитель не уйдет. В
случае чего: знать ничего не знаю, мало ли что на моем столе забывают!
А потрогать подарок начальнику хочется. Так хочется, что Настя это
чувствует, потому своим присутствием начальника больше не стесняет, снова
слегка поклонилась, улыбнулась и пошла. Большой полицейский начальник ее
опередил, дверь перед нею распахнул, ручку поцеловал...
Нет, это я не так рассказываю: сначала ручку поцеловал, а потом уж
дверь распахнул. Тем, кто в приемной, знать не положено, что начальник
полиции чьи-то ручки в служебное время целует. И, уже распахивая дверь,
спохватился: а чем могу быть полезен?
7.
От пустяковых вопросов чародей публику ведет к вопросам все более и
более сложным. Но надо осторожность проявлять. Вот тот рабочий-стахановец
явно хочет спросить, куда девался товарищ Ежов Николай Иванович, почему о
любимце народа, верном друге и соратнике товарища Сталина в последнее время
ничего не слышно. Чародей в глазах рабочего-ударника вопрос читает, знает,
что рабочий передовой и по стукаческой линии тоже планы перевыполняет,
потому его судьба всесоюзного стукаческого начальника интересует.
Чародейское дело нехитрое. Знает Рудольф Мессер, что любимец народный, Ежов
Николай Иванович, сейчас, в данный момент, на следствии корчится. С ним Катя
Иванова работает. Какая женщина! Зажмурился чародей. Улыбнулся. Что-то
вспомнил.
А вопрос о Ежове надо не допустить. Желающего задать этот вопрос надо
не замечать. Или пожелать, чтобы он своим вопросом подавился.
Закашлялся передовой рабочий, захлебнулся. Зашикали в задних рядах:
выйди, гад, не мешай представлению.
В шею передового вышибли. Представление продолжается.
- А скажите, товарищ Мессер, сколько денег в моем правом кармане?
8.
Затворил дверь начальник. Потом растворил снова, рыкнул, чтобы никого к
нему не пускали: дело государственное! Сел за стол, взгляд на сверток
метнул, головы не поворачивая, - эдак искоса. Вздохнул глубоко, поднял
сверток, сообразил: не пятьсот, не килограмм. А чистых два.
9.
Перед ним плывет огромный, свистящий, рычащий, ревущий цирк... Чародей
величаво опускает руку, и вместе с нею опускается тишина, окутывая собою все
и покоряя всех... Последний вопрос программы. Тысячи рук. Чародей подвел
публику к рубежу безумия. Кажется, между ним и публикой проскакивают,
провисая, чудовищной силы разряды, как между землей и небом, озаряя все
вокруг и сокрушая все, что попадет на пути... Итак, последний номер
программы, последний вопрос в последнем номере... Вопрос уже задан, и ответ
повергнет цирк в неистовый, бурлящий и клокочущий восторг...
10.
Взвесил на руке - тяжеленный. Таким и убить можно при случае. И хорошо,
что не деньгами. Деньги в любой момент обесцениться могут. Да денег у него и
своих в избытке.
Еще раз на руке подарок подбросил. На стол перед собою положил,
наклонил голову прямо к самому столу, как Берия над тарелкой, как маленький
мальчик, который муху в баночку поймал. Хотел аккуратно ножничками
канцелярскими веревочку срезать. Передумал. Двумя короткими толстыми
пальцами взял веревочку за длинный хвостик, потянул, бантик и распался,
развязался. Тогда начальник бумагу развернул. Сверкнуло в кабинете. Красивый
слиток. Орелик на слитке, "SBS" и циферки - "999".
11.
Публику надо подвести к рубежу безумия и тогда позволить задать самый
важный вопрос.
- Скажите, товарищ иллюзионист, будет ли война?
Рудольф Мессер не спешит с ответом. Рудольф Мессер обводит публику
странным взглядом, стараясь заглянуть в глаза каждому, и отвечает уверенно и
тихо:
- Будет!
И взрыв бешеной радости подбрасывает тысячи энтузиастов с мест, и
наряды доблестной советской милиции отбивают почитателей, и Рудольф Мессер
раскланивается в потопе цветов.
12.
А где разместить штаб Лейб-гвардии Компьенского полка? В случае войны
все, что в центре Европы, неизбежно в водоворот
попадает. Объявляй себя нейтральным, не объявляй - не поможет. Швейцария?
В скалах тоннель вырубить? Можно бы. Но нет уверенности, что Швейцарию
война не затронет. Есть доводы за то, что она нейтральной останется, но есть
доводы и против. А вот на перифериях Европы... Та же Испания. Те же острова
Балеарские... И климат тут курортный. Тут люди жили давно. Понимали, где
жить. Острова Карфагену принадлежали. Портом римлянам, византийцам, арабам,
испанцам. Тысячи лет на этих берегах свирепствовали захватчики и пираты.
Потому приморские города выживали только в том случае, если защищали себя.
Прекрасная Пальма была окружена вырубленным в скалах широким и глубоким
рвом, за которым поднимались несокрушимые крепостные стены с могучими
бастионами. Город-крепость. А еще на всех подступах, на всех дорогах, к
городу ведущих, - форты и замки. Некоторые из них сейчас брошены...
Командный пункт начальнику штаба выбирать. Подполковник Игорь Шевцов
выбрал.
Если по набережной из Пальмы выскочить на запад, то прямо за городскими
окраинами в море врезался скалистый мыс. Словно наконечник копья. Метров на
триста в море его вынесло. У берега он узкий, потом все шире и шире, а потом
снова уже, уже, уже. Миллионы лет грохочет прибой о нагромождения скал. В
пене и грохоте, в солнечном свете нависает мыс стенами отвесными над
яростным морем, как символ непокорности. Природа-мать тот мыс с умыслом
сотворила, чтобы на нем люди крепость возвели. В принципе и строить много не
надо - скалы прямо в море обрываются, а ведет на мыс перешеек метров сто
шириной. Его-то только и надо защищать. С любой другой стороны штурм не
получится: молотят волны о скалы, а скалы каменюгами подводными прикрыты: ни
кораблю не подойти, ни лодочке.
Справедливости ради сказать должен: тут по побережью через каждые три
километра такой мыс над морем найти можно. Природа щедрой рукой
фортификаторам дары рассыпала - каждый мыс острыми и частыми, как зубы
дракона, островками и скалами прикрыт, только перешеек прикрыть, и никто на
тот мыс не заберется. Вот на таком перешейке машины и остановились. Откосы
крутые у моря, ближе к вершине - пологие, а сама вершина плоская, вся лесом
заросла. Там возводится резиденция сеньориты Анастазиа. В три стороны виды
на море и скалы прибрежные, на город и порт, с четвертой стороны - горы в
легкой дымке.
Затихли машины в тени, хлопнули дверки, развернулась охрана стеночкой.
Начальник штаба полка подполковник Игорь Шевцов докладывает о работе
проделанной,
...Поділитися у соцмережах
