Жанр: Боевик
Забавы пилата
... ответил парень. - Ты давай заканчивай и сразу домой. А я к себе
быстренько сгоняю: документы, вещи наши возьму и посмотрю, что к чему.
- Только, ради бога, осторожно! - попросила девушка. - Ты все время во что-то
влипаешь!
Войдя в арку, молодые люди остановились. Будто извиняясь за причиненные
неудобства, парень нежно обнял Ольгу, и они поцеловались. Неприятности и опасности
отступили на задний план. У Сухарика что-то екнуло в груди. Меньше всего ему
хотелось впутывать Ольгу в свои дела и подвергать ее риску. Слишком много она для
него значила. Слишком много сделала, приняв такого непутевого, взбалмошного
обратно в свою жизнь.
По мере приближения к собственному дому Сухарик все сильнее чувствовал
неприятный мандраж, тупое покалывание в животе и нездоровое любопытство.
Вместо того чтобы срезать угол и прямиком выйти к своему подъезду, он, повинуясь
безрассудной любознательности, обошел дом и начал движение с противоположной
стороны. Может, правду говорят, что всех преступников тянет на место преступления?
Уже издалека возле одного из парадных Сухарик заметил небывалое оживление, и
это только усилило его внутреннюю дрожь. Пламенный мотор в груди учащенно
забился, выдавая сильное волнение. В голове, как шарики телеигры "Бинго", прыгали
не самые хорошие мысли. А то место, где должна находиться душа, изнутри разъедало
ощущение вины.
Как и следовало ожидать, возле подъезда толпились возбужденные люди, в
основном из числа местных пенсионеров и мальчишек. Тут же стояли две милицейские
машины и "Скорая помощь". Увидев красный крест на борту, Сухарик испугался: а
вдруг тот парень жив и сейчас, лежа под капельницей в "Скорой", дает подробные
показания на него?
Сухарик замедлил движение. Он нарочито отвернулся от толпы, продолжая
коситься - не смотрит ли кто на него? Оказалось, что его персона никого не
интересует.
Врезавшись в толпу, как ледокол, Сухарик увяз в ней и остановился, слушая, о чем
говорит народ. Там он заметил знакомую тетку с первого этажа.
- Что тут такое? - с безразличным видом поинтересовался парень.
- Бритого убили, - словно по секрету, шепотом произнесла женщина. - Бандит.
Поджидал кого-то с ножом, а его самого... Говорят, шею сломали. Жуть! Кровищей вся
площадка залита! Дворничиха пошла на стройку опилки искать. А как уборщице
убираться? Теперь, говорят, милиция будет смотреть, кто в подъезде живет и кого
бандит мог поджидать. Наверное, "нового русского" - у них денег мешки, за это и
страдают...
Версия женщины Сухарику понравилась. Хорошо бы и следователи ее приняли.
- Пускают? - спросил он у знакомой.
- Да что ты! Только по паспорту с пропиской!
У Сухарика появилась навязчивая идея, ему вдруг стало казаться, что все смотрят
только на него. Чтобы покончить с этим, он легко прошел сквозь прореху в толпе и
направился к следующему подъезду.
В это же время в припаркованном неподалеку "Мерседесе" шла оживленная
беседа.
- Короче, пацаны, там без базаров - дело темняк! - скороговоркой рассказывал
посланный на разведку Зёма - невзрачный парень пролетарского вида. Его кличка
вполне соответствовала внешности, будто ее подбирали физиономисты. - Осьминога
замочил профессионал. Без пули и без ножа. Сонную артерию вдрызг распорол, а шею,
сука, засунул между перилами. Понятно, что нам для острастки - мол, не суйся,
братва, не в свое дело и держись подальше! Пацану даже нож не помог.
- Не фраер Осьминога завалил, - с раздражением констатировал Ротан. - И не
ментура. А тот, кто за фраером стоит. Он же и сделку с тачками нам сорвал. Говорил
Чугун, что Сухарик лошадка "мутная"!
- Чтоб голыми руками Осьминога завалить?.. Похоже, раньше киллер не на нарах
"парился", а в спецназе качался. Но как они узнали, что Осьминог адресом Сухарика
интересуется? - озабоченно произнес бритый наголо Череп, мусоливший в синеватых
губах сигарету.
В салоне повисла тишина. В погрязших во грехах душах бандитов было темно,
неспокойно и пакостно. В гибели Осьминога просматривалось что-то мистическое и
оттого особенно пугающее.
- Осьминог говорил, что ему с кем-то разобраться надо... - вдруг вспомнил
бригадир. - В спецназе, говоришь? Я видел одного такого с хвостом на затылке. У
меня на глазах пацанов завалил. Вот он и есть спецназ - так ногой взбрыкнул, что до
"фотокарточки" достал. А потом спокойно вытащил пушку и всадил пацанам по
маслине. И Карасю, до кучи, без раздумий влупил... Только как он Осьминога в
соседний подъезд заманил? Тот ведь не совсем уж дурак был?
Вопросы витали в воздухе, не находя объяснений. Это давило на психику.
- Приманку подставили - непонятно, что ли! - догадался Череп. - Не зря же он
тебе говорил, что разбираться с кем-то собирается. Вот и разобрался на свою жопу.
- Все вроде бы верно, - маялся в тяжких думах Ро-тан. - Только несостыковочка
небольшая выходит. Если "спецназовец" Сухарика охраняет, то чего ж он "кента" его
замочил? Причем влегкую - без "тёрок". И тот вроде особо о кореше не печалился. А?
- Да чо-чо! - воскликнул Череп. - Непонятка у них вышла, вот и замочил. Мало
ли кто из тачки выскочил! Помнишь, как Боря Телефон в прошлом году Вована на
"стрелке" замочил? Он тоже выскочил из-за угла с пушкой в лапе. А когда там Боре
было разбираться, свой это или чужой? Не успеешь выстрелить - самого замочат! Одно
ясно - "спецназовец" не мент.
- Это хорошая новость или плохая? - уточнил Череп.
- Не знаю, - отстраненно парировал бригадир.
В конце концов все разговоры ни о чем, потому что не подкреплены сколько-нибудь
достоверной информацией. Ясно одно - Сухарик опасен и его надо скорее
ликвидировать, иначе за будущее бригады и чугуновского бизнеса поручиться никто не
сможет.
- В общем, так, братва, - принял решение Ротан. - Фраера "будем делать" не
отходя от кассы. Вечера дожидаться не станем. Вечером "стремнее" - народ с работы
валом повалит. А сейчас нормалек. Только дождемся, когда менты разъедутся. Кстати,
пацаны пробили, где телка фраерка работает. Она с ним была, когда наших пацанов
гасили, значит, тоже в ответе. К ней Чугун собирался сегодня наведаться.
Внимая раскладам старшего, грубые бандитские физиономии застыли,
преисполненные внимания и готовности к решительным действиям.
- Короче, так, - продолжал Ротан. - Позвоним, если Сухарик дома, пойдем к
нему. Если нет - будем ждать, пока не появится, и хлопнем в подъезде.
Простой и понятный план бригадира пацанам понравился.
Пилат не торопился. Он сидел за темными стеклами джипа и наблюдал за домом.
Несколько раз наемник выходил из машины и прогуливался по улице,
внимательнейшим образом въедаясь в детали, как кислота в металл. Он не подходил к
толпе у подъезда, но поинтересовался у шедшей оттуда старушки, что случилось.
Оказывается - убийство. Пришили бандита...
А не уловка ли это контрразведки?
Надо перепроверить...
Оказалось - нет. Не подстава и не спектакль. Проверка подтвердила реальность
преступления. Мертвого братана видели еще двое. Все сходится. Присутствия чекистов
или слежки Пилат не заметил, хотя понимал, что эти ребята слишком ушлые и хитрые,
чтобы проколоться на мякине.
Однако черный "Мерседес" с транзитными номерами, скромно притулившийся за
баками помойки, Пилату настойчиво не нравился. Три рыла в салоне вели себя
достаточно осторожно и явно кого-то поджидали. Наверняка не для того, чтобы
преподнести цветы. Ну, если только на кладбище...
Несмотря на жару, парни не открывали окон и курили, выпуская дым через щель
едва опущенного стекла. Лишь иногда они попеременно отлучались пописать за
самарскую "ракушку" и возвращались на место. Время от времени заводился мотор, но
машина никуда не ехала. Из этого Пилат сделал вывод о работающем кондиционере.
Сохраняя полное хладнокровие, наемник анализировал ситуацию и прислушивался
к тонкому писку сканера, по сотому кругу прогонявшего диапазон служебных
радиочастот. Но радиообмена в эфире не наблюдалось, а принадлежность машины и ее
пассажиров к некой криминальной группировке уже не вызывала сомнений.
Те же самые, что и тогда?
Пока Пилат соображал, стоит ли соваться в телефонный щит и проверять
"закладку" или ее все равно сняли фээсбэшники, ноутбук "Toshiba Satellit" на
соседнем кресле издал предупредительный сигнал. Соединенный с ним сканер
прекратил сплошной прогон эфира и замер на введенной в память частоте.
Пилат почти удивился. Его телефонный "жучок" исправно работал и не был удален
чекистами, посылая сигнал, словно спутник из космоса. Более того, он показывал, что
дома кто-то есть.
В контрольном динамике пошли серии щелчков - верный признак набора номера.
Параллельно с этим компьютер выдавал на экран набираемые цифры, словно
выигравшие номера лото.
- Здравствуйте, Ольгу позовите, пожалуйста, - произнес Сухарик после
нескольких длинных гудков. Интонация обыкновенная.
Легкий стук трубки о стол. Тишина. Шуршание. Ответ.
- Алло, - ответил мягкий, легко узнаваемый голос.
- Оль, привет, это я.
- Ты уже у меня? - поинтересовалась девушка. "Интересно, почему он должен
быть у тебя и где это находится?" - усмехнулся Пилат и записал Ольгин номер на
листке бумаги.
- Еще у себя. Хотел спросить: тебе черные туфли брать или у тебя еще есть?
- Конечно, возьми! - велела девушка. - И всю косметику из ванной забери!
"В отпуск, что ли, собираются?" - подумал Пилат.
- Ладно...
Сухарик принял указание к сведению.
По нескольким неосторожно брошенным ребятами фразам Пилат понял, что Объект
куда-то собирается. Линяет к подруге, или они хотят смыться из города вдвоем.
- Как ТАМ дела? - многозначительно спросила девушка, чем вызвала новый
всплеск интереса "радиослухача".
- Вроде разъехались все, - коротко ответил Сухарик, а Пилат мгновенно связал
вопрос с убийством в соседнем подъезде. Какое отношение к нему имеет парень?
Правда или хорошо поставленный чекистами спектакль? - Ну, до встречи. Ты сюда
больше не звони, - предупредил Сухарик.
- Ладно, целую... - прозвенела Ольга и повесила трубку. Линию заполнили
короткие гудки.
Сигнал на сканере пропал. Пилат выругался. Больше всего на свете он не любил
недостатка информации.
- Сколько будем тут торчать! - нетерпеливо бурчал Череп. - А если клиент нас
дома дожидается?
- Может, правда пора звякнуть? Какого хрена мы тут без дела кантуемся? - встрял
в разговор Зема. - Чего зря время терять!
- У вас что, от переработки задницы отекли? - недовольно огрызнулся Ротан. -
Куда торопиться: все равно мимо нас не пойдет. Заметим, если нарисуется.
- Да дома он сидит! - не успокаивался Череп. - Спорим на пузырь?
- Ладно, черт с вами! - согласился бригадир. - Спорим.
Ему и самому не нравилось это место. А еще странная смерть Осьминога. Труп
профессионально убитого боевика произвел на пацанов шокирующее действие.
Ротан вытащил из кармана клочок сигаретной пачки с нацарапанным ручкой
номером телефона и адресом Сухарика и, не спеша, натыкал цифры на мобильнике.
- Пузырь с тебя, - пообещал бригадир.
- Алло? - настороженно ответил Сухарик.
В трубке молчали, словно силились узнать абонента по голосу.
- Алло! Я слушаю! - чуть громче произнес парень, вслушиваясь в вязкую тиши.ну
линии. - Оль, ты, что ли?
Чувствительный микрофон донес до слуха тяжелое дыхание, но это была не Ольга.
Ротан качнул подельникам головой. Череп обрадованно высунул из сжатого кулака
мизинец с указательным пальцем и подмигнул, мол, с бригадира пузырь имеем.
- Кто это? - не надеясь на отклик, осведомился абонент. Молчаливые звонки не
повышали настроения.
Бригадир вырубил телефон и бросил его к рычагу скоростей.
Сухарик послушал бившие в ухо гудки и опустил трубку на рычаг. Неприятная
догадка кольнула его, как длинная игла.
Стало тихо и в машине Пилата. Сканер показал отсутствие сигнала.
"Проверяют..." - сообразил Сухарик, только не знал - кто.
Примерно то же самое подумал и Пилат, только в отличие от парня он сразу же
предположил, каким может быть дальнейшее развитие сюжета.
- Значит, так, - изложил задачу Ротан. - Зёма - падай за руль, стой под парами
и жди нас. Из тачки не выходи. Мы с Черепом двигаем к фраеру.
Бритоголовый Череп довольно хмыкнул, шевельнув тонкими губами. Он передернул
старенький "ТТ" и сунул его в глубокий карман брюк.
- Смотри, яйца себе не отстрели! - усмехнулся Ротан, запихивая "Макаров" под
брючный ремень. Сверху оружие прикрыла выпущенная рубашка.
- Не боись, начальник! Они у меня оловянные! - Череп ощерил редкие зубы и
решительно толкнул дверцу.
Сухарик кинулся к окну. Мгновенно бросилась в глаза черная иномарка с
задраенными окнами в отдалении от дома, стоявшая у мусорных контейнеров. Местные
автовладельцы так машины не ставят.
Значит, это неспроста.
Дверцы иномарки раскрылись почти одновременно. Нагловато оглядываясь по
сторонам, крутые парни двинулись к подъезду. Их походка была уверенной и твердой,
а наглость и самомнение подкреплялись весом спрятанного под одеждой оружия.
Бандиты не боялись, что их могут задержать за незаконный ствол и навесить срок. У
бандитов другая психология, отличная от логики законопослушных граждан. Они -
волки, а все остальные - овцы. Волки убивают овец, и это нормально. Для волка в
человечьем обличье вовсе не проблема прямо на улице выхватить ствол и выстрелить.
На встречу с милицейским патрулем волки рассчитывают меньше всего.
Сухарик откровенно запаниковал. Самое бы время позвонить по тем телефонам, что
дали "военные прокуроры"...
Но разве вспомнишь теперь, куда Ольга сунула листок и не в ее ли сумочке он
лежит? Да и времени на звонки не осталось. Даже в "ноль два" не успеешь позвонить,
сказать адрес и что случилось. Самое сложное - что случилось. С какого конца
начинать рассказ? С того, на котором Баркас, Карасик и Пилат? Или с этого, где черный
"Мерседес" у подъезда, контрольный звонок и безжалостные головорезы? А если
потянут ниточку и вытянут убийство в соседнем подъезде?.. Получится долго, невнятно
и неправдоподобно.
Не соображая, что делать дальше, Сухарик догадался, что тонкие стены жилища с
картонными дверями его не спасут. Следует бежать, потому что в движении содержится
вектор защиты. Парень бросил на диван приготовленную сумку, как командир рацию.
Сунув в карман один лишь паспорт, он быстро выскользнул за дверь.
Вероятно, существовало и лучшее решение, но опасность была слишком близка.
Пилат сидел в черной "Тойоте" и имел иной взгляд на вещи. Ему нужен был
Сухарик, а стриженые братаны не нужны. Но они мешали выполнению задачи, потому
что им тоже нужен Сухарик. Им - мертвый, Пилату - живой. Два взаимоисключающих
состояния объекта не согласовывались с разными задачами, но чужая задача Пилата не
волновала. Он бросил взгляд на зеркало и... не узнал себя. Из Зазеркалья на него
смотрело незнакомое лицо лет на десять старше "оригинала". С густыми усами,
прилизанными волосами и розовым шрамом на щеке. Они накладные, всего лишь
маскировка. И только глаза были прежними - холодными и острыми, как сталь.
Торопливыми, но уверенными движениями наемник навинтил на ствол толстую
трубку глушителя. Взвел затвор. Снял с предохранителя. Готовое к бою оружие он
бережно опустил в продуктовый полиэтиленовый пакет. Пилат проворно вылез из
машины, оставив ключ зажигания на своем месте. С собой он взял только брелок
центрального замка.
Времени катастрофически не хватало. Сухарик запер дверь, вышел на площадку и
вызвал лифт. С нудным гулом кабина двинулась к нему.
- Черт! Зачем мне лифт? - наконец дошло до парня. - Они уже внизу. Если пойти
пешком, а они на лифте...
Хлопнул тормоз. Лифт гостеприимно распахнул двери. Надежда разминуться с
непрошеными гостями эфемерна. Единственный шанс спастись - это чердак и крыша.
Там есть поле для маневра. На чердаке его искать не будут.
Сухарик вошел в кабину и, секунду помедлив, нажал последний этаж. Пол дернулся
и завибрировал. Невидимая сила подхватила хрупкую скорлупку и увлекла за собой.
Земля провалилась вниз.
Ротан с Черепом вошли в подъезд и остановились перед лифтами.
- Какой этаж? - спросил Череп, стукнув торцом кулака по обоим кнопкам.
- Седьмой, - бросил бригадир.
Не сговариваясь, парни задрали головы и оба уставились на горящую над
раздвижными дверями "грузовика" цифру 7. Второй лифт по обычаю не работал.
Внезапно огонек сорвался с отметки 7 и побежал вверх. Пацанам это показалось
подозрительным. Обычно лифт ездит сверху - вниз или наоборот. Движение, не
укладывающееся в схему, настораживало. Все как у животных.
- Этот "фуцин" нас засек, - сообразил бригадир. - Давай двигай пешком! А я
дождусь лифта! - велел он напарнику.
Череп послушно рванулся к лестнице. Прыгая через две ступеньки на третью, он
быстро взбирался по крутым лестничным маршам.
Тяжело дыша, Череп добрался до седьмого этажа и выскочил к лифту...
Но там никого не было. Братан вышел на площадку и осторожными шагами
приблизился к дерматиновой двери Сухарика. Прислушался. В квартире тихо, как и
вокруг. Только лифт натужно гудит, отсчитывая этажи и поднимаясь под самую крышу,
да на оконном карнизе голуби воркуют. Громко так стараются, будто специально для
людей песню поют.
Череп позвонил и привычно встал сбоку. Рука плотно обхватила рукоять пистолета.
Палец нервно трогал спусковой крючок. Громила был готов с короткого разбега
ударить подошвой дверь в районе замка и вырвать с корнем наброшенную цепочку или
даже замок. Потом останется ворваться внутрь и выстрелом в затылок завершить дело.
Хотя зачем так длинно? Дверь у фраера не стальная, пулю не удержит. Если фраер без
ствола, то на все про все уйдет не более двух минут.
Ствола за дверью не было. Как и самого Сухарика. Выпрыгнув из кабины, парень
застопорил двери коробком спичек и быстро взбежал на технический этаж...
Там его ждало глубокое разочарование: чердак и машинное отделение были
заперты на такие амбарные замки, совладать с которыми без помощи лома или ножовки
невозможно. Сухарик почувствовал муторное бурление в животе. От копчика до шеи
промчались шустрые мурашки. Обычный паренек, коих по России миллионы, он был
продуктом своего времени. Любил рэп и совсем не годился в супермены. К тому же
жизнь далека от вымысла сценаристов, где даже смерть приукрашена. Жизнь не
признает застывших форм и требует постоянного развития. Но неудачный дубль может
никогда не повториться, а "карьера киногероя" навсегда закончится, так и не
начавшись. В глубинах сознания Саши Калякина проснулся настоящий первобытный
страх. Иррациональное чувство мешало сосредоточиться, путало мысли и грозило
переползти в ступор. Парня загнали в угол, грубо смонтировав "конец фильма".
"Будь или не будь, делай что-нибудь..." - как признак отчаяния всплыла строчка
из "пугачевско-галкинской" песни. Но она не давала рецепта. Звонить во все
квартиры, кричать "пожар" и поднимать панику? Хороший вариант, но безвозвратно
запоздалый. А что еще?..
С нижних этажей послышались торопливые шаги и пыхтение Черепа. Для Сухарика
это стало точкой принятия решения. Как в авиации: или взлетать, или садиться. Иначе
и то, и другое будет невозможно.
Быстрой деловитой походкой Пилат приблизился к мусорным бакам и вынырнул у
"Мерседеса". Зёма проявил незапланированную беспечность: он не закрыл двери на
фиксаторы, а увидев "проходящего мимо мужика", не успел почувствовать затаенную
опасность и среагировать. Пилат сунул руку в пакет и... рванул дверцу иномарки. Зёма
было возмутился и даже собрался "надавать лоху по рогам, чтоб к тачке копыта не
тянул"... Но он не знал главного. Повернув голову, в узком дверном проеме Зёма
увидел наставленную на него трубу с небольшим отверстием и мгновенную вспышку.
Звука выстрела он не слышал, как не видел и слегка прищуренного левого глаза
Пилата - рефлекс прицеливания, хотя при стрельбе в упор целиться нет
необходимости.
Братану показалось, что в салон внезапно ворвался мощный ураган и, подхватив
его невесомое тело, в бешеном вихре потащил в безвоздушное пространство, где
настоящие звезды мерцали на фоне бесконечной тьмы, а теплый земной день сменялся
на холодную вечную ночь.
Зёма не понял, что это его смерть...
Прикрыв дверь, Пилат спрятал оружие в пакет и, ускоряя шаги, направился к
первому подъезду.
Добежав до последнего этажа, Череп никого там не обнаружил. Он услышал, как с
тягучим гулом грузовой лифт отправился вниз. Боевик сунулся к чердаку, но тут же
понял, что при всем желании просочиться за дверь "фраер" не мог.
"Если он такой дурак и собирается сплавиться на лифте, то на первом этаже его
встретит Ротан".
Череп прислушался. Двери квартир не открывались, замки не щелкали, шагов не
слышно... Значит, и у соседей "фраер" укрыться не мог.
"Неужели засел дома?" - снова подумал бритоголовый и кинулся обратно к
лестнице.
Ротан нервничал, нетерпеливо наблюдая за движущимся огоньком указателя
этажей. Четвертый... Третий... Второй...
Бригадир отошел в сторону. Рука нырнула под рубашку. Секунды тянутся как
резина...
Лифт остановился. Ротан напрягся и приготовился к броску. Сквозь кожу
проступили синие ветки вен. С металлическим лязгом, неимоверно медленно двери
расползались в стороны, расширяя полосу света... Остановились. Ротан бросился в
кабину... Но обнаружил, что там никого нет.
В этот момент со стороны подъездного тамбура хлопнула дверь. Не желая
встречаться с пытливыми жильцами, бригадир тихо прошел к лестничному маршу.
Держа руку в пакете, Пилат почти ворвался в холл. Острый взгляд скользнул по
помещению, высвечивая темные углы, как лазерный сканер. Зрение выхватило из
полумрака светлый прямоугольник освещенного чрева лифта. Послышалось жужжание
сходящихся дверей. Прямоугольник исчез.
В несколько прыжков Пилат оказался на площадке.
В чувствительной, как нерв, тишине послышались удаляющиеся шаги. Они
доносились с лестницы. Значит, "конкуренты" там. Поскольку лифт не лучший способ
передвижения к боевому рубежу, Пилат метнулся к лестнице. Знать бы еще - где этот
рубеж пролегает?
Однако марш-бросок до седьмого этажа панельного дома - не слишком тяжелое
испытание, а жилая квартира - не ракетная шахта на укрепленной базе противника.
Самомнение и дерзость уголовников не шли ни в какое сравнение со специфическими
знаниями и боевым опытом Пилата. Он не сомневался, что братков следует искать у
квартиры Сухарика, и почти не ошибся.
"Следить" около нее, привлекая внимание к хозяину, Пилату не хотелось. На это
была простая причина: Сухарика он должен увести из-под носа у всех, причем совсем
не в переносном смысле - так зачем оставлять следы?
- Куда он делся? - полушепотом проронил Ротан, набирая легкими воздух.
- А хрен его маму знает! - так же тихо пробасил недоумевающий Череп. - Чердак
закрыт, по лестнице, сам видел, не проскочишь. Не вылетел же он через окно?..
- Может, с лифтом он нас развел, а сам дома или у соседей чай пьет? - теряя
терпение, предположил Ротан.
- Если б дверь открывали - я бы услышал, - не согласился Череп. - Он где-то
тут заныкался. Неподалеку. Когда найду - я из него мозги вышибу.
Бригадир стремительно сориентировался.
- Паси квартиру, я пойду верхние этажи проверять. Вдруг фраерок в тамбуре
залег? Вызови лифт к себе, - велел Ротан, отправляясь к лестнице.
Неслышно ступая по бетону, Пилат поднялся до шестого этажа и остановился.
Услышав осторожный шепот, он замер, приготовив оружие. Но Ротан ушел наверх, и
скоро его шаги затихли.
Пистолет не понадобился. Однако стоящий на седьмом этаже человек прочно
ассоциировался у Пилата с часовым, которого надо "снять". Такой наукой он владел в
совершенстве. Только с настоящими часовыми, вооруженными автоматами и постоянно
ожидающими нападения, приходилось изощряться. Особенно когда на подступах к
нему нет ни кустов, ни травы, а только мелкий серый песок или двухкилометровая
полоса с участками сухого хвороста. На ее преодоление дается норматив, но вдобавок
движение должно быть бесшумным. В конце полосы стоит часовой, к которому нужно
тихо подобраться и "снять", а сам объект взорвать мешком взрывчатки, висящим за
плечами...
Для Пилата это было отнюдь не игрой.
Неслышно ступая на цыпочках, он приблизился к верхней площадке и, вытащив
маленькое зеркальце, осторожно ввел его в проем. В дрожащем стеклышке появилось
изображение. Череп вызвал лифт и разминал кости ходьбой до общего тамбура и
обратно.
"Нервничает - это хорошо. Мой клиент", - подумал Пилат. У него появился план.
В лифтовой шахте было темно, как в подвале. Несло пыльным, пропитанным
керосином сквозняком. Вверху тускло светились три лампочки, свет которых ничего не
освещал. Сухарик заглянул в щель. После полумрака шахты подъезд казался ему ярко
освещенным. Дождавшись, когда все уйдут, парень приподнял плафон освещения,
являющийся одновременно крышкой люка, и сдвинул его в сторону. Он свесил ноги,
чтобы спрыгнуть вниз и, не теряя времени, выскочить на улицу...
Но в этот момент кто-то вызвал лифт, и кабина с резким толчком пошла вверх.
Сухарик едва успел схватиться за маслянистый трос, чтобы не сорваться и не
провалиться в кабину. Стоя на вибрирующей крыше, он подобрал ноги и торопливо
вернул люк на место. Светящиеся щелями контуры раздвижных дверей на этажах
уходили вниз.
Шелестели тросы, натужно скрипели пружины амортизаторов и стальные каркасы.
Сухарик даже в детстве никогда не забавлялся катанием на крышах лифтов, а потому
ощущение преисподней или космического аппарата пришельцев не покидало его
воображения.
Но фантастические темы были неуместны. В черной шахте другая реальность, иной
антураж, отличный от сюжетов о звездных войнах. Да и всесильного бластера под
рукой нет. Даже пистолета. А где-то за стеной бандиты.
Кабина упруго вздрогнула и, будто уперевшись в препятствие, замерла. Глядя
через щель, Сухарик увидел слоняющегося по этажу Черепа, и новая волна холода
пробежала по его спине. Таких типов парень не встречал даже в следственном
изоляторе. Правильно сокамерники говорили, что в зонах теперь сидит всякая мелочь.
Ни одного настоящего крупняка там не найдешь, а если и найдешь одног
...Поділитися у соцмережах
