Жанр: Боевик
Забавы пилата
...ша расположились на проезжей части. Они
размотали шланг, вытащили отбойные молотки и запустили компрессор. В отличие от
отечественных тот работал не слишком шумно и не рвал барабанные перепонки.
Несколько раз копнув асфальт, дорожники отложили молотки, закурили и вместе с
бригадиром взялись за изучение плана работ. Прохожие не догадывались, что под
спецовкой у каждого из дорожников имелась стандартная радиостанция скрытого
ношения и табельный пистолет Макарова.
- Четвертая группа на месте, - незаметно для окружающих передал "бригадир
дорожников".
В это время тракторист отцепил компрессор и завел трактор. Огромные колеса
медленно забрались на газон и, оставив на молодой траве глубокие следы, закатились
на тротуар. Огромная махина перегородила путь, отрезав поток прохожих и направив
его в другое русло. Тракторист, с ксивой оперуполномоченного ФСБ вместо "прав",
заглушил дизель и выставил ограждение. Он создавал зону безопасности. Если
начнется стрельба, посторонние граждане не должны попадать под пули.
Отойдя от окна, генерал Волков взглянул на часы.
- Ну что, Михаил Юрьевич, кажется, все готово? - обратился он к Каледину.
- Все группы на местах. Мотыль на подходе. Будем ждать Мурену, - ответил
полковник. - Думаю, на этот раз он не сорвется.
- Дай бог, - по-отечески произнес Волков.
Генерал приблизился к столу, где, кроме обычного телефона, стоял переносной
аппарат спецсвязи с коротким штырем антенны, и, сняв трубку, доложил заместителю
директора о готовности к началу операции.
Сухарик был доволен невероятно удачным разрешением щекотливой ситуации,
которые с частотой весенней капели падали на его голову.
"Видимо, везет", - подумал он и вышел на перрон.
Следом за ним из вагона выпрыгнул "наружник". Переглянувшись с несколькими
парнями, встречавшими его на станции, "топтун" сдал объект из рук в руки и сошел с
тропы.
Поднявшись на эскалаторе, Сухарик беззаботно выскочил из метро и, обнаружив
гостиницу "Космос" на прежнем месте, сориентировался.
- Первый, я Киев, - вызвал штаб Исайкин. - Отметка появилась. Движется к вам.
- Понял, - подтвердил Каледин. - Уже "приняли".
Вокруг метро разливалось кипящее людское море, вызванное немыслимым
изобилием торговых точек и больше похожее на рынок. Пробиваясь через преграды,
парень спустился в подземный переход. Лавируя между толпой движущегося люда и
неподвижно балдеющего от цен у палаток, он вынырнул на другой стороне улицы.
Завистливо посмотрев на фургончик с хот-догами и жующих сосиски людей, Сухарик
отправился к месту встречи. Попутно он напряг память и, не найдя перевода слову
"хот", перевел "быструю еду", как "корм для собак". "Хот" - он, конечно, "хот", но
ведь "дог" же!
"Значит, собака! - резонно заключил парень. - Пусть сами и едят!"
Через несколько десятков метров путь преградил синий трактор, типа "Беларуси",
и предупреждающий знак. Вдали маячил компрессор, брошенный посреди дороги.
Рабочие ставили ограждение. Все как обычно, по-нашему. Не в силах преодолеть
препятствие, набегающий пешеходный поток выплескивался на обходные пути и
разбивался на мелкие струйки, как весенний ручей. Пришлось идти в обход. Впрочем,
Сухарик не очень переживал: прогуляться при хорошей погоде и наличии свободного
времени он был не против.
До встречи оставалось десять минут.
На стоянке немноголюдно. Желтая "аварийка" чинила безвременно погасший
фонарь. А вокруг - сплошные дорожные работы. Сухарик еще подумал, что такими
ударными темпами у нас вкалывают, если ожидается приезд высокого начальства. Он
прошел мимо электриков и, поджидая незнакомую женщину, скромно встал в сторонке.
Каледин с Волковым стояли у окна и хорошо видели Мотыля в двадцатикратные
бинокли. Операцию подготовили в рекордно короткие сроки. Даже строительную
технику привлекли свою же, из управления капстроительства, чтобы не тратить время
на переговоры и согласования.
Кажется, все продумано.
Словно телезвезду, Сухарика поймали сразу несколько объективов. Видеооператор
поправил камеру и взял общий план, а два снайпера на крышах рассматривали парня
через линзы оптических прицелов и привычно ждали.
Неприятная популярность.
Рядом с Сухариком остановилась белая "восьмерка". Парень с надеждой посмотрел
в ее сторону. Водитель хлопнул дверцей, но отправился к метро. Чувствительная
резонансная решетка направленного микрофона "технарей" через приоткрытое окно
"восьмерки" ловила дыхание Мотыля, посылая звук в штаб операции и на подвижный
контрольный пункт.
Стрелки часов на рекламном щите уже показывали десять минут второго, но к
Сухарику никто не подходил.
- Неужели не придет? - сосредоточенно всматриваясь в бинокль, произнес
Волков.
От успеха операции он ждал многого, в том числе и лично для себя. Ведь любое
дело будет делаться с большей отдачей, если есть личная заинтересованность.
Награды, не подкрепленные материально, теперь не слишком котируются: у Волкова их
и так много. На будущий год у генерала заканчивался контракт, и, чтобы не отправили
на заслуженный отдых, ему позарез нужны положительные результаты. Не остался бы
внакладе и Каледин - кроме награды, ему могли бы предложить повышение. Но
гораздо нужнее полковнику - новая квартира, которую вряд ли предложит начальство.
- Первый! Тут синяя "шестерка" уже второй круг нарезает! - доложил старший
группы капитан Игнатов.
- Видим, видим! - ответил Каледин, чувствуя нарастающий азарт. - Похож на
"клиента"!
- Пятый тоже видит! - раздался басовитый голос "бригадира электриков". - Он к
Четвертому движется. Номера пока не видно... Сейчас рассмотрю...
- Я тоже вижу синюю "шестерку", - подтвердил "дорожник", наблюдая, как
машина доехала до ограждения и, развернувшись, вернулась назад.
- Проверяется, что ли... - высказал мысль Каледин. - Никакой логики.
- Примите номер... - передал "дорожник". - Р50-22 МК.
- Понял вас, - ответил полковник. - Сейчас установим хозяина...
Сделав последний круг, "шестерка" начала заходить на посадку. Машина въехала
на стоянку и медленно покатилась по теплому асфальту, приближаясь к Сухарику. С
каждым пройденным ею метром напряжение росло в геометрической прогрессии.
- Начинайте потихоньку перекрывать движение, - приказал Каледин. - Только
без спешки, чтобы он не почувствовал!
Несколько "рабочих" с офицерскими званиями и красными ксивами в кармане,
точно по плану, начали вытаскивать ограждение на проезжую часть. Одновременно с
ними "дорожники" окончательно закрыли проход пешеходам.
Опасный зверь в ловушке, последний выход из которой захлопнется с минуты на
минуту.
- Внимание всем группам! - обратился Каледин. - Напоминаю: работаем по
сигналу и только в том случае, если Мурена будет достоверно опознан! Строго!
Старшие групп подтвердили прием. Ничего нового - задачу они слышали на
предварительном инструктаже.
Не подъезжая к Мотылю, "шестерка" прижалась к бордюру и остановилась.
Водительская дверца открылась. Из салона выбрался мужчина, одетый в темную рубаху
с закатанными рукавами и зеленые джинсы. Он внимательно посмотрел в сторону
Мотыля и медленно направился к нему. Внешность мужчины вполне соответствовала
составленному по показаниям свидетелей фотороботу преступника.
- Возьми его покрупнее, - велел оператору Каледин, подкручивая резкость
бинокля.
- Вроде похож... - не отрываясь от линз, произнес Волков.
- Среднего роста, волосы темные, на затылке забраны в резиночку...
Полковник процитировал словесный портрет Мурены, отвечая на реплику генерала.
Мужик из машины тоже был среднего роста, тоже с темными волосами и тоже
забранными в хвост. А хвост - это первая особая примета. А вторая...
- Внимание, кому лучше видно, - напряг всех полковник. - Посмотрите, есть ли
шрам на правой щеке?
После минутной тишины радиостанция обеспокоенно ответила:
- Я Четвертый! Шрама нет, но, по-моему, это Мурена. Волосы темные, в хвост...
- Шрам, конечно, можно загримировать, - задумчиво произнес Каледин.
- Тогда почему он не спрятал другую особую примету? - спросил генерал. - Не
надеется на встречу с нами?
- Кто его знает. Нужна идентификация голоса, - заключил полковник и вызвал на
связь подвижный контрольный пункт...
Поравнявшись с Муреной, прохожий, шедший ему навстречу, вдруг остановился и,
виновато улыбнувшись, спросил:
- Друг, закурить не будет?
Мурена вздрогнул и остановился. Серые глаза пробежали по сторонам и изучающе
впились в незнакомца.
- Закурить не найдется? - повторил вопрос оперативник. Внутри, под тонким
бронежилетом, он чувствовал сжатую до поры пружину. При любом резком движении
мужика ее энергия была готова вырваться наружу в виде ответного удара или пули.
Мурена взглянул на прохожего в упор. Секундное замешательство сменилось
действием. Ничего не отвечая, он сунул руку в карман...
- Сокол-1 цель видит, - подтвердил готовность снайпер.
- Сокол-2, цель вижу, - вторил ему другой боец "Альфы". - Жду команду...
Ребята имели обширный опыт освобождения заложников, поэтому понимали
зыбкость видимого спокойствия Мурены. В его положении терять уже нечего, и
ситуация могла взорваться в любую секунду. Но они могут действовать только по
приказу. Когда-то в прицеле Со-кола-2 находился генерал Дудаев... Но отдать команду
так и не решились. Блестяще проведенная операция закончилась ничем.
Мужики обижались.
Полковник наблюдал за каждым движением Мурены. Если вытащит оружие, то, зная
его бескомпромиссность и "отмороженность", можно представить следующий шаг...
- "Держите" его, - ответил снайперам старший, имея в виду - держать на
прицеле.
Мурена вытащил из пачки сигарет одну и дал оперу закурить. Больше от него
ничего не требовалось. Внимание отвлечено.
В этот момент к синей "шестерке" приблизился другой "прохожий". На секунду
остановившись, он сунул руку в открытое окно, и миниатюрный радиомикрофон
надежно прилип к стойке, под ремнем безопасности.
Мурена подошел к Мотылю и, по-прежнему не открывая рта, словно глухонемой,
показал ему записку. Контрольный динамик донес до Каледина лишь шуршание бумаги.
Пробежав глазами текст, Сухарик согласно мотнул головой. Мурена спрятал листок
в карман, повернулся и вместе с парнем отправился к машине.
- Собираются уезжать, - озабоченно констатировал генерал, будто опаздывал на
поезд. - Надо задерживать его здесь. В городе будет сложнее.
- Пусть сядут в машину. Мне не нравится "молчанка", - не торопился Каледин.
Волков не настаивал. Полковник отвечает за операцию, вот пусть и руководит.
Влезать в дело генералу - значит брать ответственность на себя. Если потребуется -
снять шкуру с полковника никогда не поздно.
Фигуранты оперативной разработки беспрепятственно сели в "шестерку" и наконец
заговорили. Затаив дыхание, оперативники слушали их диалог.
- Привет, узнаешь меня? - раздался голос в контрольных динамиках.
- Нет, - ответил Мотыль. - Вы кто?
- Мы не договорили с тобой у гаражей, - пояснил Пилат и представился: - Я друг
Баркаса. Теперь вспомнил?
Сухарик, конечно же, вспомнил его!
- Да...
- Внимание, Первый! - раздался возбужденный голос "технаря" из фургоналаборатории.
- Голос идентифицирован! Это Мурена! Однозначно!
- Ну вот и отлично, - обрадовался полковник. - Тогда закрываем мышеловку. -
Взяв в руки рацию, он четко произнес: - Всем внимание! Начинаем!
Сухарик внимательно слушал Пилата и безразлично наблюдал, как, не нарушая
мирного течения бытия, рядом остановилась дорожная "аварийка". Но вдруг
беззаботная расслабуха окончилась. Тишину разрушил внезапно ворвавшийся в салон
рев моторов и визг тормозов. Откуда ни возьмись, перед "жигуленком" вклинилась
белая "Волга". Подскочившая справа "девятка" поравнялась с бортом, заблокировав
дверь. Еще одна машина чуть не влетела в корму и подперла "шестерку" сзади...
Теплое солнышко на лазурном небе никак не гармонировало с происходящим внизу
беспорядком, порождая чудовищную эклектику. Цветной мир лопнул, как мыльный
пузырь. Сухарик понял, что уже в который раз началось светопреставление.
"Черт возьми, что творится?"
Из кунга "аварийки" выскочили вооруженные люди и с напором Терминаторов
бросились к машине. Их лица скрывали черные маски, а бойцы были полны решимости
смести с пути любого, кто не вовремя поднимет руки, не расслышит грозной команды
или, еще хуже, схватится за оружие.
Спецназовец дернул дверь "шестерки", но она оказалась заблокированной
изнутри. Короткий взмах автоматом, и боковое стекло разлетелось в сахарную крупу.
Водитель схватил монтировку, но помешало замкнутое пространство и недостаток
профессионализма. У "альфовца" того и другого было в избытке, поэтому исход
противостояния было легко предугадать. Спецназовец умело подставил под удар
оружие и в тот же миг прямо через окно нанес противнику сокрушительный удар.
В полуобморочном состоянии водитель повалился на Сухарика. Другой "альфовец"
приподнял пуговку блокировки и рванул дверцу на себя. Огромная голова в черной
маске приблизилась к проему, а два неморгающих глаза, гипнотизируя страхом,
впились в пассажиров "Жигулей". Все решили мгновения. Боец сделал выпад.
Жесткая, как сталь, рука вцепилась в брючный ремень водителя и вырвала
оглушенного Мурену из машины, как нашкодившего пса из норы. Пока тот искал
ногами опору, спецназовец "зафиксировал" его "бронебойным" тычком в солнечное
сплетение. Удар в несколько сотен килограммов не выдерживают даже тренированные
грудные мышцы. Их защита была проломлена с той же легкостью, с какой картонная
дверь крошится от ударов кувалдой. Высоченный корпус гостиницы "Космос" вдруг
закачался, накренился и перевернулся. Серый асфальтовый лист резко приблизился и
шлепнул Мурену наотмашь. Он обмяк, но отдыхать ему не дали. Ствол автомата больно
ткнулся в голову.
- Руки в стороны! Вставай медленно! - приказал повелительный голос.
Задержанный начал подниматься, но ему придали дополнительное ускорение и,
ловко завернув руки за спину, бросили мордой в капот. С громким звуком голова
стукнулась о жесть. Синюю краску под носом украсило темное пятно. Кто-то
бесцеремонно искал оружие.
- Ну что, сука, добегался? - с ненавистью произнес боец. - Нравилось наших
убивать! Теперь тебе п...ц!
На руках щелкнули наручники, довершив процесс "приемки" опасного
преступника. На захват ушло всего несколько секунд - результат лучше, чем в
голливудском боевике.
Сухарик смотрел на происходящее со страхом и безысходностью, сходной с той,
которую испытывал в следственном изоляторе: ничего нельзя сделать - плывешь по
течению, как чурка с глазами, и ждешь, куда вынесет. Он будто с середины читал
дешевый трэш1, не зная начала ходульного детектива. От увиденной
сюрреалистической картины парень испугался до тряски и с головой вжался в кресло.
В этот момент Сухарик жалел лишь об отсутствии катапульты, способной выкинуть его
на крышу соседнего здания, или ампулы с ядом, зашитой в воротничке, как у
разведчиков, которая мгновенно и безболезненно прекратила бы странные
галлюцинации.
Наивный. Он не успел бы этим воспользоваться, ведь все последующее произошло
за какие-то секунды. "Девятка" освободила доступ. Дверь распахнулась. Крепкие руки
схватили Сухарика и как щенка вытащили из машины.
- Мужики, за что? - почти сквозь слезы вырвалось у парня в ожидании
положенной при жестких задержаниях "фиксации" и сопутствующих тумаков2. - Не
бейте!.. Чего я сделал?..
__________
1 Литературный мусор любого жанра.
2 Отечественный эрзац зарубежного "Вы можете хранить молчание..."
Сухарик напрасно волновался - в отношении его у спецназовцев были совершенно
четкие инструкции. К разряду преступников бойцы его не относили. Парень - просто
свидетель, которого надо беречь.
Через несколько минут подошли Каледин с Волковым, чтобы прямо на месте
провести предварительное опознание. Они были довольны успехом операции, и это с
легкостью читалось на их лицах.
Сухарик сразу узнал полковника "из военной прокуратуры", допрашивавшего его в
изоляторе, и безрадостно усмехнулся:
- Кажется, ваш коллега был прав, мы слишком часто видимся. Мир тесен. Кстати,
как он себя чувствует?
- Плохо, Саша, - доброжелательно ответил Каледин. - Он погиб. А убил его он.
- Да вы что?! Тогда извините, - искренне пожалел о сказанном Калякин.
Смерть не терпит усмешек.
"Первая новость оказалась главной", - подумал он, припомнив Зайцева и допрос.
Мотыля подвели к пришедшему в чувство задержанному. Включилась телекамера.
- Вы узнаете этого человека? - казенно спросил Сухарика полковник, хотя, по его
мнению, ответ был очевиден. - Где-нибудь раньше с ним встречались?
Сухарик внимательно посмотрел на мужика и твердо ответил:
- Я его первый раз вижу. Вопрос повторили.
- Он приехал на встречу вместо женщины из агентства по трудоустройству, -
пояснил Мотыль.
Генерала будто палкой по темечку ударили, а полковник почувствовал в груди
толчки. Это не волнение, но уже тревога. У обоих был вид, словно вместо божоле они
хватили чистой спиртяги.
Молоко вдвойне вкусней, если это чистый спирт.
- Как первый раз? Ты что?! Ты же помогал составлять его фоторобот! Разве не он
подходил к тебе около гаражей и застрелил несколько человек? - не выдержал
Волков. - Ты же сам его приметы давал, волосы с хвостом!
- Нет, честное слово, - продолжал стоять на своем Сухарик. - Прическа похожа,
но это не тот человек.
Волков смотрел на Каледина с чувством вкладчика "МММ". Теперь полковник и сам
заметил, что задержанный похож на Мурену только издалека.
- Так с кем же ты, черт возьми, в машине разговаривал, если компьютер точно
идентифицировал голос? - взорвался Волков".
- Не знаю, - ответил парень, опасаясь быть неправильно понятым. - Там
мобильник с громкой связью стоит...
Каледин бросился к "шестерке", но Мурена уже повесил трубку.
Он все слышал. Как били стекло, как вытаскивали водителя. Мурена знает, что его
посланника арестовали, и теперь никакие ухищрения не заставят его поверить в то, что
Мотыль не под наблюдением ФСБ.
Это провал операции.
Задержанных доставили в Лефортово.
- Послушай, начальник, кто-нибудь мне может внятно объяснить, что происходит и
во что еще я вляпался! - потеряв всякое терпение, возмущенно спрашивал всех
Сухарик. - Я что, по ошибке Родину американцам продал или, может, ту магнитолу,
что я толкнул, украли из машины шпиона, а в ней пароль? Меня уже несколько раз
чуть не убили! Хотя, конечно, спасибо вам, что отмазали от автобусной шпаны и мента!
Я ведь не дурак, все тогда понял, потому что в чудеса не верю с рождения! Но имею я
право знать, что происходит?
В комнату для допросов вошел полковник. Несмотря на трудный день, он был, как
всегда, подтянут и вежлив.
- Безусловно, имеете, Александр Викторович, - с отеческой интонацией произнес
Каледин. - Только называйте меня, пожалуйста, Михаил Юрьевич, а не начальник.
Все-таки мы не на зоне.
- А-а, это вы. Из военной прокуратуры. Договорились, - согласился задержанный.
Ему было неудобно и одновременно приятно, что полковник называет его по имениотчеству.
Не то что в ментовке! - Здравствуйте.
- Мы разыскиваем некоего Пилата - особо опасного преступника, который
убивает людей направо и налево. У тебя была возможность убедиться в этом лично.
Помнишь, с какой легкостью он уложил двух братков и твоего приятеля Карася?
- Карася?! Когда? - встрепенулся парень. Он и не подозревал, что Карася убили.
- Около гаражей, - напомнил Каледин. - Карась выскочил из "Мерседеса"
бандитов, а пули получил с двух сторон.
- Бли-и-ин! - с чувством провыл Сухарик, догадавшись о причине расправы.
Конечно, разбитый "Мерседес"! Карася убили на его глазах. - А я его не узнал.
Думал, парень какой-то бежит...
- До этого его сильно избили, вот и не узнал.
- Я просто в шоке! - схватился за голову парень.
- Между прочим, та женщина, что настойчиво добивалась встречи с тобой...
- Из трудоустройства? - подавленно уточнил Сухарик.
- Вот-вот, - подтвердил Каледин. - Это тоже Пилат, тот самый преступник.
Просто с помощью компьютера он изменил свой голос, чтобы выманить тебя для
беседы.
- Ни хрена себе! - прошептал ошеломленный парень. - Я думал, что такие
фишки бывают только в кино. Но я не понимаю, при чем тут я? Почему вы следите за
мной? Какого черта вам всем от меня надо?
- Успокойся, - перешел на доверительный тон полковник. - От тебя нам ничего
не надо. Скорее мы нужны тебе.
Железная рука опустилась на его плечо. Сквозь летнюю футболку Сухарик ощутил
тепло тяжелой ладони.
- Мы знали, что Пилат будет искать контакта с тобой. Такая встреча могла
закончиться плохо. Ты сам это видел. Мы не только ждали его, но и прикрывали тебя.
Баркас, с которым ты познакомился в камере, был его подельником и через тебя хотел
передать послание жене о местонахождении краденых вещей...
Каледин не мог сказать Сухарику правду - о чем, собственно, идет речь. Да это и
не требовалось. Сам факт кражи "секретов" засекретили с не меньшей тщательностью.
Это и понятно, ведь утечка подобной информации могла принести не меньший вред,
чем кража. Полковник тщательно дозировал выдаваемую Мотылю информацию, чтобы
тот нечаянно не нанес вреда себе или делу.
- Женщину Пилат убил, потому что она не знала, где находится тайник, -
спокойным голосом говорил Каледин, будто перед ним сидел равный с ним человек.
Никакой грубости, нажима или давления. Парня это приятно удивило.
- Ну, хорошо, - подал голос Сухарик. - А я-то зачем ему нужен, если я ничего об
этом не знаю?
- Боюсь, Саша, что убедить в этом Пилата тебе будет очень трудно, - разочаровал
его полковник. - Преступник уверен, что ты носитель информации.
- Но теперь же он убедился, что я у вас под колпаком, и больше не полезет? -
обрадованно спросил Сухарик.
- Может быть, так, а может, и нет. Кто знает? Вам с Ольгой следует быть
осторожными, и, если что-то будет не так, немедленно звоните мне или дежурному. Вот
телефоны.
Полковник положил перед Сухариком листок с напечатанными на компьютере
номерами и именем-отчеством без фамилии.
- О нашем разговоре и о том, что ты сегодня видел, прошу никому не говорить, -
строго наказал Каледин. - Это тайна, потому что преступник все еще на свободе.
- А Ольге? - уточнил Сухарик.
- Только в общих чертах. Ты же знаешь, какие женщины впечатлительные, -
мягко улыбнулся чекист.
С Сухарика сняли свидетельские показания. Он думал, что его освободят. Но
случилось непредвиденное: его попросили подробно написать, что и как произошло в
подъезде Лодочниковых. Это было полной неожиданностью для парня, насторожило и
испугало его. Сухарик полагал, что об инциденте с пьяными ментами никто, кроме него
и Ольги, не знает. Но оказалось, что ЧК знает все. Понятно - значит, правда за ним
следили. Пришлось обо всем написать, поскольку своей вины в драке Сухарик не
чувствовал. Сами виноваты. Впрочем, забегая вперед, следует заметить, что
расследование, проведенное милицейским управлением собственной безопасности
совместно с прокуратурой, и свидетельские показания жильцов вину милиционеров
подтвердили.
Через два часа, когда урок письменности был закончен, Сухарика отпустили. Все
корректно и, можно сказать, культурно. Может, повезло с "начальниками"?
Сухарик вышел на пахнущую бензином улицу и зашагал своей дорогой. В этот
момент его переполняли противоречивые чувства. В голове плескалось возбужденнодепрессивное
чавкающее болото, а желудок настойчиво требовал обед.
Не лучшее состояние для теплого весеннего дня.
Лже-Мурену, которым оказался некий Николай Купцов, подрабатывающий частным
извозом, допрашивали шесть часов подряд. В результате выяснилось, что мужик с
Муреной не знаком и в историю попал случайно. Пилат нанял его "для съемок
телевизионного шоу", как он сказал доверчивому и жадноватому таксисту. "Продюсер"
подробно объяснил, куда нужно подъехать и что сделать, чтобы неплохо заработать.
Он же велел Купцову "для имиджа" собрать волосы в хвост и дал мобильник с
комплектом громкой связи. Полсотни долларов аванса окончательно окрылили шофера,
и он полетел к месту съемок. За оставшейся частью гонорара "продюсер" велел
приехать на то же место... Таким образом, Мурена подготовил двойника, который и
выявил засаду спецслужб. Все гениальное просто.
Когда все встало на свои места, Купцова хотели отпустить, взяв подписку о
невыезде, но Каледин переговорил с Волковым и принял другое решение: таксист был
задержан. Обиженный Купцов начал что-то гундосить про адвоката, суд и разбитое
стекло, но, встретив гранитный взгляд охранника, невольно притух.
- А что, Михаил Юрьевич, - сказал генерал, - еще и вправду заставит ему новое
стекло покупать. За чей счет будем оформлять?
- Запишем на счет Мурены, - ответил полковник, почувствовав смертельную
усталость. - Что будем делать с Мотылем: оставляем наблюдение?
- А смысл? - засомневался Волков. - К нему Мурена больше не сунется. Он не
настолько глуп. Для очистки совести оставь телефонный контроль, а наблюдение и
подвижной пост снимай.
- А с незаконно имплантированным маяком как будем решать? - с иронией
произнес Каледин.
- Пока никак, - ответил генерал. - Маяк нам вряд ли понадобится, но раз
батарейки работают - пусть живет. Кстати, на сколько их хватает?
- Во включенном состоянии не слишком надолго. Но для экономии ресурса его
можно перевести в режим ожидания.
- Как?
- Дистанционно, командой со спутника, - пояснил полковник.
- Значит, выключайте, - приказал Волков.
Сотни, а может быть, тысячи людей днем и ночью искали Пилата по всей Москве
или стране и не могли найти, а он, словно бравируя перед чекистами своей
неуловимостью и выражая им явное презрение, выкидывал фортель за фортелем, не
боясь подходить к ним вплотную. С бездушной легкостью и решимостью он убивал
людей, оставляя позади себя шлейф смертей. Человек это или сумасшедшее чудовище?
Каледин не знал, пользовался ли Пилат чьей-то мощной поддержкой или
действовал самостоятельно как террорист-одиночка, но в момент очередного
проигрыша он вдруг почувствовал, что скоро деваться Мурене будет некуда.
Контрразведка словно земле
...Поділитися у соцмережах
