Жанр: Боевик
Забавы пилата
...и на нас кинулись.
Нас же в округе каждая собака знает - мы даже тачки не закрываем, - кто осмелится
влезть! Может, они "кенты" того Лоха, которого мы на бабки разводили? - совсем уж
теоретически допустил он. - К бабке не ходи - "темные" мужики.
- Никакие они не кореша, - поддержал разговор Сыч. - Пока "темные" до нас
докапывались, лох в одиночку смылся. Да и не разговаривали эти "кони педальные"
между собой. Чего они там спросили, как пройти в магазин?
- Кажется. Еще бы в библиотеку! Они как будто специально к нам привязались или
поджидали заранее, - посетовал Кирсан. - Я даже перо вытащить не успел. Точно -
засада это была...
- Да как они могли нас пропасти, если мы случайно в этом месте оказались? Мы ж
лоха между остановок высадили, - уверенно возразил Сыч. - Эх, неспроста они там
появились, жопой чую, неспроста...
Через несколько часов явился дознаватель Пирогов и, как морковку из грядки,
начал по одному выдергивать на допрос задержанных, которые к тому времени успели
прийти в себя, став более словоохотливыми.
- Командир, ну чего тебе рассказать-то? - свободно развалившись на стуле,
рассуждал Кирсан. - Не знаю я ни про какую драку и автобусы. У кого я билеты
проверял? Кто свидетель? Корочка игрушечная - на рынке у какой-то бабки купил над
пацанами приколоться... А эти сволочи нас избили и вас подогнали. Ну ничего, мы этих
козлов выловим. В нашем микрорайоне нас каждая собака знает...
На прикрученном к полу стуле Кирсана сменил Башкир, но его уверенные речь и
манера держаться не слишком отличались от предшественника.
- Да ты чо, начальник! Какие автобусы! Я давно уже на собственном "мерине"
езжу, даже забыл, какое у нас метро! Говорят, там красиво, да? Типа, мрамор, гранит?
У тебя самого-то какая тачка? А-а, "Жигули"... - с издевкой говорил задержанный,
надавливая уверенной речью на психику задолбанного жизнью дознавателя. - Где
потерпевшие, где свидетели? Давай, тащи их на очку! А если нету, тогда и разговору
нету! Чего ты мне чернуху лепишь! Я щас пацанам своим вызвоню, они приедут с
адвокатурой и быстро разберутся, кто закон нарушает! На "звонок другу" я право
имею...
Та же нагловатая ухмылка на скривленных губах, тот же угрожающий подтекст. Все
одно и то же. Задержанные, будто в одном инкубаторе выведены, из одной бутылки
хлебали, только с рожами там недоглядели.
Обнаглели нынешние разбойники: ни милиции, ни суда не боятся.
Сыч вел себя "скромнее", зато его ответы отличались большей оригинальностью.
- В автобусе, говоришь? Ну да, ехал я к любимой девушке, а тут вошли какие-то
козлы, вытолкнули нас за борт и начали махаться. Цветы отняли, конфеты затоптали...
Не видно, что ли, по мне? Кто больничный оплатит? Беспредел какой-то!
В подтверждение сказанного Сыч с удовольствием продемонстрировал дознавателю
свою побитую рожу.
- Так что вы их ищите, если вы милиция. А не справитесь, мы Чугуну пожалуемся,
пусть он порядок наведет. Совсем оборзели лохи всякие...
Вернув задержанных в клетку, Пирогов захватил материалы и поднялся к
начальнику отделения.
- Ранее не судимы, значит, честные граждане, - пролистнув протоколы и рапорта,
произнес тот без особого удивления. - Чугуну собираются жаловаться?
- Да, - подтвердил дознаватель. - Говорят, у них адвокаты крутые и свидетели
свои есть.
- У них все есть.
Начальник задумался. Открывать дело и запускать его на всю катушку - только
лишний геморрой себе на задницу. Не зря же парни про Чугуна намекнули - значит,
его "быки". А про Чугуна слухи разные ходят, будто "крыша" у него в самом МВД, да
не простая, а чуть ли не кто-то из замов министра. Попробуй его тронь - такая вонь
поднимется. Самого сметут. С современными бандитами, которые и не бандиты вовсе, а
бизнесмены, полезные для страны, нужно обращаться аккуратно. Где можно, уступить,
где надо - не заметить, а иначе долго в кресле не просидишь - то ли на пенсию с
позором отправят, как не справившегося с участком работы, то ли в морг с пулей в
затылке. И похороны с почестями: старшим офицерам - льгота - почетный караул
бесплатно. Кто помладше - тем только казенная домовина положена.
Ни одна из названных перспектив начальника милиции не привлекала. В
ближайшие выходные он хотел поехать на дачу, привычно посадить картошку и
поиграть с внуком.
- Маловато материала, - с укором произнес он, возвращая листки протоколов
дознавателю. - За что сажать-то? За драку? Так их самих избили. Вымогательствами
на транспорте занимаются? Так тоже одни слова.
Дознаватель пожал плечами.
- А как они вообще к нам попали? - вкрадчиво спросил начальник.
- Не знаю, кажется, кто-то группу немедленного реагирования вызвал, - ответил
Пирогов. - И опознал их как контролеров-вымогателей. Сигналы-то к нам, вообще-то,
давно поступали...
- Ну все. Мне некогда болтать. Сам решай, - вынес мудрое решение начальник,
сняв с себя ответственность. Если старший лейтенант Пирогов хочет после школы
милиции поиграть в разбойников и полицейских, то флаг ему в руки. А если он поумней
окажется, чтобы пулю или нож меж ребер не схватить, то ему других правонарушений
хватит: и свой план сверстать, и "палки"1 набрать.
__________
1 Раскрытые правонарушения, по которым оценивается работа.
Пирогов не был лишен смекалки и подумал то же самое. Сын в детский сад ходит,
жена в НИИ бухгалтером работает - все как на ладони, никакой охраны. Про Чугуна он
тоже слышал. Бывший спортсмен-боксер, получивший свое прозвище за "чугунный"
удар, не отличался мягкостью характера. "Макаров" в кармане не поможет, да и
ребенку своему бронежилет не наденешь. Потом ведь личные претензии пойдут. Не
абстрактные - на всю милицию, а к нему, Пирогову. Скажут, что ж ты, сволочь,
пацанам нашим помочь не захотел? А оно ему надо?
- А чего тут решать, - подтвердил сообразительность старший лейтенант. - Тут
все ясно. Свидетелей нет, потерпевших нет. Даже хулиганку им не пришьешь!
Решение было очевидным.
Сухарик вошел в квартиру и, обессиленный от многодневной нервотрепки, стрессов
и унижений, опустился на корточки прямо у двери. Как долго он не был дома! Ему
казалось, что целую вечность.
Раздевшись догола прямо в прихожей, паренек брезгливо забросил в иллюминатор
"стиралки" одежду, впитавшую в себя тяжелый запах тюремной камеры. Насыпал в
лоток порошка и запустил машину. Упругая водяная струя ударила в стенку барабана,
наполняя емкость и окрашивая скомканную одежду в черное.
Осторожно ступая босыми ногами, Сухарик отправился в ванную, пустил воду и, не
дожидаясь, когда она наполнится, лег в белое чугунное корыто. Он ни о чем не думал,
наслаждаясь звуком серебристо пузырящейся водопроводной воды, и с удовольствием
подставлял ноги под щекочущую струю...
В это время такой же звук падающей воды раздавался в обтянутых нежной кожей
наушниках DENON, надетых на голову полковника Каледина. Он находился в белом
микроавтобусе "Мерседес" и внимательно слушал. Аппаратура слухового контроля,
установленная в квартире фигуранта оперативного дела с псевдонимом Мотыль, чутко
улавливала звуки и передавала их в передвижной контрольный пункт.
За несколько дней до освобождения Сухарика в его квартиру бесшумно вошел
майор Зайцев с капитаном оперативно-технического управления. На верхней площадке
от непредвиденных неприятностей, типа появления родственников и знакомых
Сухарика или вызванной соседями милиции, их прикрывал Игнатов, внизу страховал
Исайкин. Для каждого "непредвиденного" варианта у оперативников была
приготовлена соответствующая легенда, а на случай появления Пилата в машине ждала
сигнала вооруженная группа захвата.
Пока Зайцев осматривал помещение, технарь колдовал над внедрением
электронного "жучка". Сначала он сфотографировал "Полароидом" место
предполагаемой установки микрофона, чтобы потом не было заметно внешних отличий,
после этого приступил к работе...
Зайцев с коллегой пробыли в квартире не больше сорока минут, после чего
проверили: не нарушен ли первоначальный интерьер, не сдвинуты ли предметы, не
остался ли мусор или пыль от портативной дрели с алмазным сверлом? Пыли не было -
ее засосал микропылесос, а предметы чуть сдвинулись. Пришлось поработать с
фотографией.
После этого контрразведчики так же бесшумно покинули квартиру главного
фигуранта.
Сегодня оперативникам Каледина, оператору спутникового мониторинга и двум
силовикам из "Альфы" предстояли первые сутки совместного дежурства в фургоне.
- Ладно, мужики, работайте, - поднялся полковник, отдав наушники капитану. -
Я заеду в управление и домой. Если что - я постоянно на мобильном. Удачи вам.
Глухая боковая дверь фургона "Мерседес" на минуту приоткрылась, но
проходившие мимо прохожие могли увидеть за ней лишь черные шторы, закрывавшие
вход в салон. За задними дверями фургона, отложив автоматы и защитные шлемы,
коротали время парни из "Альфы". Для них это привычная, изматывающая работа.
Полковник вышел на улицу и, жадно втянув сигаретный дым, сел в подъехавшую
служебную "Волгу".
Почти целый час бывший арестант провел в ванной, соскабливая с себя жесткой
мочалкой остатки недавнего кошмара. Загрубевшую щетину не хотела брать бритва, но
после нескольких заходов лицо приобрело прежний вид и помолодело.
Сухарик неторопливо вылез и тщательно обтерся махровым полотенцем, пахнущим
привычным домашним уютом. Мягкая ткань бережно гладила кожу, снимая
накопленную усталость.
Оставленная в морозилке давнишняя пачка пельменей показалась лучшим
деликатесом. Когда вода в кастрюле забурлила мелкими пузырьками, как камчатский
горячий источник, Сухарик разорвал полиэтиленовый пакет "Дарьи" и оптом загрузил
пельмени в кастрюлю. Несколько капель брызнувшего в стороны кипятка безжалостно
ужалили ладонь.
- Блин! - негромко выругался паренек. Стремительно отдернул руку и вытер ее о
полотенце.
Вскоре он вытащил пельмени и сел к столу. Торопливо дуя на пельмени и
постоянно обжигаясь, недавний арестант с удовольствием приобщался к простым
радостям бытия.
Закончив трапезу, Сухарик оделся во все свежее и сразу же почувствовал себя
другим человеком. Оставаться дома после стольких дней заточения он был не в силах
и, решительно толкнув дверь, вышел на улицу.
В машине слежения раздался негромкий сигнал компьютера. Активность. Красная
точка на спутниковом мониторе, словно божья коровка, медленно двинулась и
пересекла очерченные оператором рамки. Через минуту моргающая точка вышла за
периметр дома.
- Внимание, Двадцатка! - вызвал "наружников" оператор. - Мотыль отправился
на прогулку, принимайте.
- Поняли вас, - подтвердил прием Игнатов и сладко потянулся. Заскучавшая
бригада оперативников сменила расслабленное ожидание на сосредоточенное
внимание и готовность к неожиданностям.
Сухарик вошел в подъезд блочной пятиэтажки и поднялся на третий этаж.
- К кому это он? - отслеживая красную точку, гадал оператор контрольного
пункта.
- К приятелю своему идет, - пояснил оперативник. - Заборов Николай Иванович,
1976 года рождения. Если интересно.
Оператору было все равно. Он уже достаточно проголодался. Придвинув поближе
металлический термос, он плеснул себе чая и развернул купленные в буфете
управления бутерброды.
- Заборов так Заборов, - пробубнил он, набивая рот. - А нас и тут неплохо
кормят!
Ребята рассмеялись.
Сухарик позвонил в дверь. В это время его приятель Колька Заборов, крепко
вцепившись в белые ягодицы Светки Мельниковой, с тупым упорством отбойного
молотка насаживал ее на свое "копье удовольствия". Светка энергично вертела
бедрами, сладостно извивалась и тихонько повизгивала в такт ускоряющимся
движениям. Внезапно раздавшийся звонок отодвинул наступление долгожданного
момента нирваны, поторапливая партнеров. Карась зарычал и, как штурвал
истребителя, крепче сжал округлые бедра. Движения любовников стали судорожными,
и, сдерживая стоны, они закончили изнурительную дистанцию. Карась скользнул
руками по гладкой коже ягодиц и перевел дух. В этот момент некстати пришла
дурацкая мысль: "Вдруг Сухарик раскололся и это за мной - тогда в камере не до
секса будет... Хорошо, что успел кончить".
Светка вскочила с постели и, прихватив тонкие трусики, шмыгнула в ванную.
Колька Заборов накинул халат и отправился открывать дверь. Чему быть...
Сухарик услышал осторожное шуршание.
- Кто там? - раздался тихий, настороженный голос Карася.
- Да я, я! - радостно обозначился Сухарик. - Спишь там, что ли!
Клацнул замок. Дверь приоткрылась на длину цепочки. Из узкого проема
показалась испуганная физиономия взъерошенного Карася. При виде приятеля его
овальное лицо вытянулось еще больше и приняло вид засохшей тыквы.
- Здорово! - радовался Сухарик. - Не узнаешь?
Со скорбным видом приговоренного к пожизненному заключению Карась снял
цепочку и впустил гостя в прихожую. Сам же осторожно выглянул в коридор.
Убедившись, что там никого нет, он быстро закрыл дверь.
- Ты что, сбежал? - понизив голос, спросил Карась.
- С пня упал! Отпустили, - хлопнул его в плечо Сухарик.
- Как отпустили? На тебе же дело висело, - еще тише сказал Карась, будто за
дверью стоял участковый. Он не врубался, как такое могло произойти, ведь состав
преступления налицо! Протоколируй - и в суд. Он и к Чугуну потому пошел, что не
надеялся скоро увидеть приятеля на воле... И вдруг тот сам заявился. - Ты им денег
дал или адвокат помог?
- Каких денег, откуда! - рассмеялся Сухарик. - Просто там какая-то проверка
была, опера ошибок наделали и пальцы мои забыли с магнитол снять. Потом
чуханулись, а поезд ушел! Вот им и врезали, а самого "борзого" вообще уволили на
фиг! - глядя на приятеля свысока, азартно рассказывал бывший арестант. Сухарик
ведь теперь не просто так, он бывалый - считай, "ходку" имеет. - Про тебя я им
ничего не сказал, так что можешь не дрейфить. Кстати, мне маляву передавали, чтобы
я про тебя молчал. От какого-то человека. Кого это ты подрядил?
- Ничего себе! Значит, правда у них кругом все схвачено! Даже к ментам в камеру
дорогу протоптали! - восхитился Карась. - Это хозяин мой. Ну, директор автосервиса
и автосалона, где я работаю. Крутой парень, бывший спортсмен! Такой бизнес
разворачивает!
- Бандит, что ли? - уточнил Калякин.
- Да какой бандит... - на секунду задумался Карась. - Он же с автоматом по
улице не бегает. Бизнесмен. Ну есть у него, конечно, пацаны отвязные для разборок
там, для охраны... А вообще бизнес чисто реальный.
- Постой, а где ты тогда краденые приемники берешь? - не отставал Сухарик.
- Да это так - сами приносят! - дернул плечами Карась. - Я ж в сервисе на
электрике сижу, машины ковыряю, а ко мне люди сами идут, товар предлагают. То
приемник, то сигналка, то динамики крутые, то противотуманки... Все, что можно
открутить. Щас тачек крутых на улице знаешь сколько ночует? Если цена подходит, так
чего не взять - все равно уже сперли, и причем не я! А я потом это клиентам
пристраиваю.
- А как же начальство? Оно не знает?
- Почему, знает, конечно. А чего такого? Лишь бы его не подводили. У шефа удар
чугунный - стену пробьет, если что. Ну я ему поплакался, мол, кoреша моего менты ни
за что закоцали, могут и меня теперь потянуть... А он говорит, не ссы - я записочку в
изолятор передам, чтоб он молчал. У меня, говорит, там маза1 есть. А ты потом
отработаешь. Правда передал.
__________
1 Знакомство (жарг.).
- Ты что ж, зараза, думал, я тебя сдам! - обиделся Сухарик. - Я хоть раз тебя
подвел?
- Да нет, конечно! - сдал назад Карась. - Просто для страховки. Я ж вижу, какой
шеф крутой: у него и автосервис, и салон, и мойка, и кафе... Думаю, знает, что к чему.
- Ладно оправдываться! Проехали!
Дверь в ванную приоткрылась, и оттуда выпорхнула мокрая Светка в едва
накинутом на голое тело халатике. Кроме халата, ее прикрывал только треугольник
узких трусиков на ниточке. По этому поводу девчонка не страдала излишними
комплексами, а в свободную минутку была не против "поиграть в любовь" с Карасем,
выжимая из него все соки.
- Привет! - небрежно бросила она, узнав гостя, и, бесстыже потрясая маленькими
кругляшами грудей с розовыми кружками, прошлепала в соседнюю комнату.
- Привет, - чуть растерялся Сухарик, завистливо поглядывая на мелькающее в
полах халата белое бедро. - Я вам весь кайф сломал? - хихикнул он, старательно
отворачивая глаза от Светки.
- Ничего, мы все успели, - ощерился в довольной улыбке Заборов.
Известие о том, что менты про него не знают и интереса к нему не имеют, заметно
обрадовало и подняло настроение.
- Ну чего, может, вмажем? - заговорщически улыбаясь, предложил он, потирая
руки. - С освобожденьицем!
- Некогда, в следующий раз, - отказался Сухарик, думая о другом. - Ты не
знаешь, как там Ольга моя поживает? Что-то не приходила, даже не интересовалась?
- Понимаешь, брат, - виновато изменил голос Карась. - Она спрашивала у меня,
мол, куда ты пропал, но я не стал ей ничего говорить. А то еще пойдет ляпнет гденибудь,
что мы с тобой вроде дружим...
- Зараза ты, Забор! - обругал приятеля Сухарик. - Все о своей шкуре печешься!
Кому она скажет, что - ментам?!
- Ну не обижайся, братан, - делано взмолился Карась. - Так вышло, понимаешь.
Шеф не велел никому говорить, значит, и ей.
- Может, директор тебе скоро и со Светкой трахаться запретит? Шеф, шеф! -
передразнил Сухарик.
Но он был отходчив и долго злиться не умел - внезапная обида мгновенно прошла.
- Ладно, проехали! Лучше помоги теперь работу найти.
- Да не вопрос! Я поспрошаю, - пообещал Заборов, обрадованный улаживанием
конфликта.
- Ну пока. Не буду мешать молодым, - усмехнулся Сухарик и выскользнул за
дверь.
Он вышел на улицу и быстрым шагом отправился по знакомому адресу. В
предвкушении радостной встречи Сухарик летел как на крыльях. По пути он купил
бутылку шампанского, потом заскочил в цветочный ларек и взял большую чайную розу.
Взбежав на пятый этаж, Сухарик нажал кнопку звонка. Буквально через две
секунды дверь открыла стройная молодая девушка с золотисто-каштановыми волосами
до плеч. Голубые джинсы приятно облегали стройные бедра
Ольги. На лице девушки не было никакой косметики и... никаких радостных
эмоций.
Волнуясь, словно на первом свидании, парень не заметил, как очутился в прихожей
с обоями зеленовато-белых тонов.
- И чего ты пришел? - сухо поинтересовалась Ольга, едва впустив Сухарика на
порог.
- Как? - подавился словом тот. - К тебе...
Ольга была влюблена в Сухарика еще со школьных лет, но фраза "детская
влюбленность" и снисходительные улыбки родителей всегда ее возмущали.
Влюбленность, любовь... какая разница! Просто парень ей нравился, а она ему. Что же
тут детского? Когда Сухарик служил в армии, Ольга с присущей ей школьной
старательностью писала ему письма, а парень отвечал. Получался вполне сносный, по
современным меркам, роман в письмах. Но потом их пути вдруг разошлись. Ольга
поступила учиться, Сухарик пошел работать. Она встречалась с парнем, он встречался
с девушкой, и все были довольны жизнью... Однако всегда хотели вернуться друг к
другу. Так называемая детская влюбленность никак не хотела проходить, то
проявляясь, словно картинка на фотобумаге, то утихая, как боль застарелой раны.
Жизнь расставила все по местам и свела их вместе, но...
Тут снова вмешался случай.
- И где ты был все это время? - с чужой, неприятной интонацией спросила
девушка.
На языке у Сухарика так и вертелся сорняк из телерекламы: "Пиво пил", но, сумев
вовремя сообразить, что подобный ответ вряд ли будет воспринят подругой с должным
чувством юмора, он удержался.
- Ну извини меня, Оль...
- Я все телефоны оборвала! Волновалась! Даже твоему дебилу Заборову звонила!
Он тоже молчит, как полено! Ты что, решил меня бросить? Ну и черт с тобой!
- Да что ты, Олечка... Хватит ругаться, - виновато подлизывался парень. Вытащив
из-за спины розу, он протянул ее подруге. - Это тебе.
Увидев цветок, Ольга немного оттаяла. Девушка бережно взяла розу, но еще
продолжала дуться.
- Спасибо, - сказала она, уткнувшись носом в цветок. - Так где ты был, что
случилось?
- Меня забрали в милицию, - не стал врать Сухарик.
- В милицию? - не поверила девушка. - Что ты такого натворил - паспорт
просрочил? Но за это так долго не держат.
- Меня забрали за сбыт краденого. Завели уголовное дело. Все это время я сидел в
камере. Потом заболел и две недели проторчал в больнице... - рассказал Сухарик.
Ольга испуганно отпрянула, не зная, что и сказать.
- Уголовное дело? Сбыт краденого?
Девушка была просто ошеломлена. Сухарик попытался ее обнять, но Ольга
настойчиво отстранилась.
- Ты что - бандит?
- Ну какой бандит! Не волнуйся ты так. Меня попросили продать приемник, а он
оказался похож на краденый! Потом все прояснилось и меня отпустили. Понимаешь,
это была ошибка милиции.
Сухарику все же удалось сломить сопротивление и слегка обнять подругу. Первая
маленькая победа обычно ведет к последующим, и Сухарик воодушевился
уверенностью в успехе.
- А уголовное дело? - продолжала допытываться девушка.
- Дело закрыли, потому что я ни при чем. Я же сказал!
Ольга с облегчением припала к Сухарику, крепко обняв его за шею.
- Задушишь же! - простонал парень, млея от удовольствия.
- Ничего, зато будешь знать, как ввязываться в разные истории!
Тонкие пальчики с острыми коготками запустились под рубашку и больно врезались
в кожу. Через минуту отношения были восстановлены и закреплены долгим,
многообещающим поцелуем.
Молодые люди прошли в маленькую кухоньку и тут же обмыли примирение. Ольга
торопливо передвигалась от стола к плите, от холодильника к столу. Парень же сидел
на табурете и завороженно смотрел на ее гибкое, подвижное тело с факелом свободно
развевающихся волос. При каждом удобном случае Сухарик хватал Ольгу за талию и
целовал ее то в спину, то в живот, то в круглую, манящую, как магнит, обтянутую
джинсой попку. Везде, куда удавалось дотянуться. А Ольга счастливо смеялась:
- Подожди!.. Я же упаду!.. Отстань!..
Сухарик откровенно глазел на начинавшую пьянеть подругу, пахнувшую свежестью
морского прибоя, и ждал продолжения.
К концу ужина соскучившиеся молодые люди переместились в комнату. Увлеченно
целуясь, Ольгин язык коснулся губ парня и продвинулся глубже... Девчонка классно
целовалась, заводя и разгоняя Сухарика, как твердотопливный ракетный ускоритель.
Ее теплые трепетные груди, ощущаемые под блузкой, прижались к его груди. Они
шевелились, манили и жгли не хуже электрических лампочек. Словно апельсин,
Сухарик осторожно взял в руку одну грудь и, поласкав слегка, неуклюже попытался
расстегнуть блузку. Руки нетерпеливо дрожали и не слушались. Заметив заминку,
Ольга была вынуждена прийти ему на помощь. Не отрываясь от поцелуя, она
расстегнула неподатливую пуговицу.
Поцелуи Сухарика прокладывали путь от Ольгиного лица к ее груди, пока не
наткнулись на новое препятствие: губы прикоснулись к маленькому матерчатому
цветочку, пришитому на полоске белоснежного бюстгальтера...
Руки устремились к застежке. Недолго повозившись, парень "отключил" ее и снял
мешающую деталь. Для экономии времени Ольга сама расстегнула оставшиеся
пуговицы, сняла блузку, после чего помогла другу снять рубашку...
- Я так соскучилась, - прошептала девушка, словно котенок, нежно ткнувшись
Сухарику в ухо.
Простое слово вызвало дополнительный прилив возбуждения и волнующую дрожь.
Сухарик целовался так, словно из ведра пил чистую колодезную воду и не мог
напиться. Его рука легла на упругое бедро. Даже через твердые джинсы чувствовалось
жгучее тепло ее ног. Сухарик плавно и нежно гладил нагретую телом ткань,
поднимаясь все выше и выше, а девушка сама подавалась навстречу его движениям.
- Я тоже ужасно соскучился... - сдавленно произнес парень, истосковавшийся по
Ольгиной ласке. По телу побежали сладостные отклики.
Женщины любят ушами.
- Ты такой ласковый... - жарко прошептала Ольга, на миг открыв переполненные
неистраченной нежностью большие глаза. - Сладкий-сладкий...
Латунная пуговица на джинсах расстегнулась с коротким тугим щелчком.
Шаловливые пальчики Сухарика проникли за пояс и под жесткой, как картон, материей
брюк ощутили другую ткань, гладкую и тонкую.
С неестественно громким звуком расстегнулась "молния". Ольга мгновенно
замерла, а парень коснулся ее бедра и проник под кружевные трусики. Под покровом
коротких жестких волос он ощутил влажный манящий жар.
Внутренний голос затих, уступив место теплому дождю прикосновений.
Почувствовав нежные руки друга, Ольга обняла его, и их губы снова встретились.
Через минуту последняя ненужная одежда, сковывавшая естественный любовный
порыв, была безжалостно сброшена на пол и небрежно отброшена ногой.
- А это что? - вдруг встрепенулась Ольга, заметив у Сухарика свежий шрам на
бедре. - Тебя били?
- Нет. Просто порезался, - прошептал парень, понимая, что сейчас не лучшее
время для объяснений.
Он снова окунулся в пьянящее озеро любви. На время они выпали из реальности,
стремительно уносясь в непознанное третье измерение пространства и времени. Ольга,
словно кошка, терлась щекой о кожу друга, вдыхая почти выветрившийся аромат
туалетной воды, и таяла, как разогретая парафиновая свеча. Ей нравилось обнаженное
тело Сухарика - сильные мускулистые руки, широкие плечи... Его нагота была
естественна и шла ему, как хорошие джинсы или рубашка.
Молодые люди целовались, и им становилось все горячее. Когда терпеть стало
невозможно, их раскаленные тела соединились.
Они двигались медленно, без спешки и суеты, будто в танце. В такт движениям
Ольга вздрагивала всем телом и сладко постанывала. Ее легкие стоны были нежны, как
лепестки роз, и наполняли Сухарика радостью и силой. Где-то во внутренней женской
вселенной вспыхивали миллиарды жарких, бегущих огоньков, которые заставляли
кровь бурлить и быстрее течь по венам. Затвердевшие груди прижимались и бились о
широкую грудь парня. Огоньки в крови разгорались все сильнее, превращаясь в жар
раскаленных углей.
Когда движения стали стремительными и яростными, Ольга раскинула руки и, как
хищная птица, впилась ногтями в податливую тка
...Поділитися у соцмережах
