Жанр: Боевик
Готовность 1.
...тельно в зонах,
тюрьмах и СИЗО в качестве усмирительного, а то и карающего органа во время волнений и
бунтов осужденных, даже схлопотал обидное именование "тюремный спецназ". Это уже после,
когда накал страстей в чеченском противостоянии достиг апогея, Минюст стал регулярно
отряжать спецгруппы "Шторма" для приведения в исполнение заочных приговоров самым
жестоким и отъявленным негодяям в среде главарей бандформирований. Вот и вчера беседа с
замминистра крутилась в основном вокруг этой злободневной задачи подразделения, руководил
которым Дмитрий Николаевич Маслов...
- Коллеги... Сразу после недавних событий в Ингушетии Президент Российской
Федерации созвал экстренное совещание Совета безопасности, - вкрадчиво оповестил
столичный бонза, по-хозяйски расположившись в кабинете начальника Управления.
Маслову досталось место за столом между двумя генералами: начальником УИН и
начальником УФСБ. Напротив троицы восседал москвич. Услышав вступительную фразу
заезжего гостя, полковник с тоской подумал: "Так торжественно и с неизменной ссылкой на
первых лиц государства обычно начинают перед объявлением об очень сложном или
практически невыполнимом задании..."
- ...Президентом поставлена задача по проведению срочной операции под кодовым
названием "Возмездие". Что представляет сия операция, вы, наверное, догадываетесь.
Необходимо в кратчайший срок сформировать группу спецназа из самых опытных, надежных
профессионалов и отправить в чеченские горы для физического устранения главарей,
принимавших участие в налете на мирную Ингушетию. Сколько вам потребуется часов для
формирования такой группы, численностью восемь-десять человек?
Взгляды двух генералов устремились к Маслову. Заместитель министра, закрыв кожаную
папку, лежащую перед ним на столе, последовал их примеру...
- Опытных вместе с надежными у меня осталось пятеро. Один из них тяжело ранен и,
скорее всего, останется инвалидом, - глухим голосом доложил Дмитрий Николаевич.
Тон его показался начальнику УИН не слишком любезным, посему он поспешил
дополнить краткий ответ:
- В Ингушетии, во время стычки с чеченцами погибла целая группа бойцов "Шторма" -
восемь человек.
Столичный чиновник повертел в руках очки в тонкой, позолоченной оправе, вздохнул, но
своей позиции не смягчил:
- Вы же понимаете, что мы не имеем права провалить старт архиважного дела,
сославшись в оправданиях перед Президентом на данную... пусть и уважительную, однако ж,
не совсем уместную, с его точки зрения, причину. "А почему вы своевременно не готовите
достойную замену? - спросит он. - Что мешает эффективно выполнять возложенные на вас
обязанности? Разве у нас в стране мало крепких, смышленых и преданных парней?.."
Уловка москвича была шита белыми нитками. Трое питерских начальников отлично
сознавали: из уст Президента подобных каверзных вопросов, вероятно, вообще никто и никогда
не услышит, а вот руководство Минюста их непременно озвучит. И спросит ни с кого-нибудь, а
лично с них...
- ...И полетят наши с вами головушки в разные стороны... - негромко барабанил тот
пальцами по нарядной лакированной столешнице, - кого с должности попросят, кого на
пенсию...
- Я наберу четверых, - все так же угрюмо молвил полковник, - пятым могу пойти сам.
А необстрелянных пацанов под пули подставлять незачем - и дело провалим, и людей
понапрасну потеряем.
- Мы подкинем человека два-три из своего спецназа, - пришел на помощь Маслову
главный фээсбэшник Ленинградской области.
- Вам, генерал, следует включить в группу двух агентов-разведчиков, - прервал его
порыв чиновник не терпящим возражения тоном. - Им надлежит обеспечивать спецназовцев
точной информацией об "объектах" уничтожения. Кроме того, у них будет еще одно сугубо
секретное задание. Но об этом позже - в приватной беседе один на один. А исполнителей -
спецназовцев, должен обеспечить командир "Шторма"...
Москвич порывисто встал с кресла и, начал расхаживая взад-вперед вдоль длинной карты
Российской Федерации. Затем, остановившись, вперил в Маслова испепеляющий, гневный
взгляд...
- Лично вам, полковник, я запрещаю участвовать в операции "Возмездие"! Занимайтесь
прямыми обязанностями здесь, в Санкт-Петербурге. Пока занимайтесь... А пятого члена отряда
изыщите где угодно, хоть родите за эту ночь!.. Вылет полностью укомплектованной группы
спецрейсом в Ханкалу завтра в пятнадцать ноль-ноль...
Через полчаса после общего построения Маслов вызвал к себе в кабинет капитана
Одинцова.
- Готовься, Игорь... - сразу, без предисловий огорошил его командир, - сегодня
отбываешь в Чечню.
- Надолго? - задал единственный вопрос подчиненный, давно привыкший за время
службы к неожиданностям и всякого рода авралам.
- Понятия не имею...
И полковник вкратце изложил суть предстоящего задания. Тот выслушал молча, а по
окончании инструктажа лаконично молвил:
- Из сегодняшнего состава вижу еще три достойные кандидатуры: старший лейтенант
Ярцев, лейтенант Лунько и старший прапорщик Кравчук. Кого посоветуете взять пятым?
Глянув на капитана из-под густых черных бровей, Дмитрий Николаевич проворчал:
- Я пока вижу тех же. И ни единым кандидатом больше... Иди, предупреди людей и
займись подготовкой, а к вашему вылету я что-нибудь придумаю. В четырнадцать ноль-ноль
возьмешь два наших "уазика" и вперед - на аэродром. Ждите меня у самолета...
Одинцов козырнул и с явно испорченным настроением вышел за дверь. Маслов же,
послонявшись по пространству небольшого кабинета, закурил, подошел к тумбочке с
видеоаппаратурой, вогнал в видик какую-то кассету и, прихватив пульт, уселся в кресло. Когда
на экране появилось изображение, в дверь вдруг громко постучали...
- Да, войдите!.. - недовольно скривился полковник, останавливая воспроизведение.
На пороге появился запыхавшийся Жорж Извольский. В спортивном костюме, в
черно-зеленых кроссовках и с большой сумкой на плече...
- Привет, Диман!.. Небось, не ждал?
Дмитрий Николаевич окинул ошалелым взглядом давнего друга, с коим виделся менее
суток назад и, вдруг громко рассмеявшись, встал из-за стола...
- А вот и наш пятый! - радостно воскликнул он, подходя к Георгию и обнимая его.
Полковник преотлично знал: приятель пожаловал отнюдь не для того, чтобы махнуть с
ним рюмку-другую хорошего коньяку - если на плече того висел объемный баул, а сам он был
похож на взмыленного тяжеловоза, значит, случилось нечто неординарное...
Жорж рассказал о постигшей его напасти минут за пятнадцать, закончив изложение
философской руладой:
- Вот ведь, блин!.. В Афгане и Чечне бог миловал, так здесь - в Питере достали. По мне
лучше уж в нормальном бою пулю словить, чем быть расстрелянным в квартале от дома.
- Рановато об этом думать, - сдерживая довольную улыбку, подытожил Маслов. -
Тебе просто необходимо взять паузу.
- Считаешь - поможет? - усмехнулся подполковник. - Нет, Диман!.. С подобными
ублюдками надобно разбираться по горячим следам и, не отходя от ящика с патронами. Я,
собственно и пожаловал к тебе с одной деликатной просьбой...
- ?
- Одолжи денька на три что-нибудь бесшумное и мощное. Типа "Винтореза" или
"Вала"... Я, если не возражаешь, поживу в нашей казарме и за это время по одному их
перещелкаю. Всего и делов-то...
- Хм!.. - покачал головой шеф "Шторма", сызнова прогулялся взад-вперед по кабинету,
потом остановился, развернулся на каблуках и назидательно проговорил: - Георгий, ты же
неглупый мужик! Разве тебе не известно, по какому сценарию проводятся такие операции,
какой титанический анализ и какие оперативно-розыскные действия их предваряют?
Во-первых, этим должны заниматься профессионалы. А во-вторых... Ну, уложишь с десяток
отморозков - то бишь одну бригаду, а сколько их останется в той группировке? Где ее
координационный центр?.. Кто руководит этим беспределом?.. Под чьей крышей и в союзе с
кем оные бандиты работают?.. У специалистов, занятых борьбой с организованной
преступностью, на подобные разработки уходят месяцы, а то и годы. Соображаешь?
Георгий Павлович молчал, обдумывая услышанное. Дмитрий Николаевич всегда
отличался мудрой дальновидностью, частенько контачил с фээсбэшниками и сотрудниками
местного УБОП, посему спорить с ним в вопросах, касающихся всякого рода нарушителей
Уголовного кодекса, не отваживался даже Извольский...
- Я хочу предложить другой вариант, - уселся в кресло полковник. - Тебе надобно
уехать из города - пропасть из поля зрения этой банды недельки на две-три.
- То есть попросту сбежать и безответно проглотить их наезд?..
- Не совсем так... Я приму тут кое-какие меры в твое отсутствие, но на это тем же
профессионалам потребуется время. К тому же, брат, знаешь какая у отморозков ротация?
Похлестче нашей!..
- Какая еще ротация?.. - не понял Жорж.
- Смена или, скорее - обновление кадров. Кого убивают, кого серьезно калечат, кто на
зону едет отсиживаться... А на их места приходят другие - помоложе. Вот исчезнешь на
какой-то срок, вернешься - иных уж нет и те далече. Короче говоря: другие бандиты
заправляют... А они и знать про тебя не знают.
- Занятная штука - ротация!.. И слово-то мудреное... Надо запомнить.
- Во-во, запомни. А еще лучше - запиши. Ну, так что, согласен испариться из Питера с
пользой для нашего общего дела?
- Для какого дела?
- Да имеется у меня тут одна "горящая путевка" на хорошо известный тебе "курорт".
Позарез нужен опытный человек.
Подполковник протяжно вздохнул, вспомнив последнюю ссору с женой и дочерью,
немного помедлил, все еще сомневаясь в правильности предлагаемого варианта, потом,
решительно протянув руку, вытащил из стопки писчей бумаги листочек и, царапая на нем адрес
однокомнатной квартиры, неуверенно пожал плечами:
- Что ж, будь по-твоему - пусть этой городской бандой занимаются спецы. А мы будем
крошить головы другим - лесным отморозкам.
- Вот это правильно! - воскликнул тот.
Подав координаты семьи Маслову, Жорж пояснил:
- Не знаю... не решил еще: останусь с семьей или уйду... Но не чужие все же -
присмотри за этими дурами, а то не дай бог...
- Не переживай - свяжусь с кем надо и попрошу устроить круглосуточное наблюдение
за обеими квартирами. По всему городу, конечно, женщин твоих за ручку водить не смогут, но
все ж какая-то опека...
Получив принципиальное согласие друга отправиться в командировку, Дмитрий
Николаевич сделался серьезным и озабоченным. Он завладел пультом дистанционного
управления, включил телевизор и запусти видеомагнитофон.
- Ознакомься. Это не будет лишним, - мрачно молвил он.
- Что за съемка?.. - не понимая, уставился на экран бывший заместитель.
- После твоего увольнения нас обязали фиксировать важнейшие вехи спецзаданий, -
пояснил полковник, - сначала снабжали камерами для оперативной съемки... Ну, знаешь,
наверное, такие маленькие... их можно крепить на автомат или на головной убор...
- Эти хреновины я еще застал...
- Тогда, наверное, помнишь, насколько они были примитивны. Позже мы предложили
обеспечивать группы компактными современными камерами. Ее возможности куда круче
нашей оптики, к тому же позволяют вести ночное наблюдение. А эту запись делал лейтенант
Грунин из отряда Вали Коваля. Здесь запечатлено все - от старта их операции и до самых
последних минут...
Сначала на экране мелькали кадры передвижения по лесистой местности, потом
появилась едва наезженная грунтовка, по которой двигались два пятнистых "уазика" и
поблескивающий лакированными бортами новенький "Хаммер". Камера слегка дрогнула в
руках оператора, когда передовой "УАЗ" подорвался на мине. Тут же где-то рядом заработал
РПКСН, защелкали снайперские винтовки...
Снова замельтешила узкая тропа - группа уходила на север, а довольный качеством
исполненной работы майор Коваль подбадривал и торопил подчиненных...
Затем лейтенантом был снят скоротечный бой средь какого-то редколесья и растущего
небольшими островками кустарника. Объектив поочередно выхватывал то лежащего Петровича
с пулевым ранением в область живота, то лихо подкатившие бэтээр с бортовой машиной, то
вновь лицо Коваля, на повышенных тонах беседовавшего с местным милицейским капитаном...
- Сейчас начнется самое страшное... - вздохнул полковник. Не усидев на месте,
взволнованно поднялся и закурил, прохаживаясь вдоль ряда стареньких стульев, стоявших у
глухой стены.
Молодой офицер зафиксировал заходящий на посадку транспортный вертолет. Вот он
приближается, чуть задрав нос, гасит скорость... Вдруг резко качнулся раз, другой... и стал
заваливаться на правый борт. Откуда-то снизу резко вынырнула земля, и тот грузно ухнул о
зеленое непаханое поле. Рядом с оператором слышны неразборчивые крики, брань... Кто-то
бежит к искалеченной винтокрылой машине, но, пригнув голову, останавливается и взирает на
вознесшийся к небу огненно-черный гриб...
Потом на фоне потемневшего ночного неба стрельба и четкие, лаконичные команды
командира группы. Смерть одного, другого, третьего...
Но боле всего Георгия Павловича потрясла последняя минута видеохроники, когда по
экрану сначала проплыло мертвенно бледное лицо раненного и, вероятно, контуженного
Грунина; его изуродованная левая рука... Затем дрожащая камера приподнялась и запечатлела
ужасающую картину дымившейся от недавних взрывов позиции с неподвижными, мертвыми
телами спецназовцев. А вдали уже мелькали фигуры приближавшихся моджахедов...
Запись закончилась, экран заполнила черно-белая рябь, а мужчины, еще долго молчали...
- От самого лейтенанта остались лишь ноги, - выдавил Маслов, туша в пепельнице
окурок. - Видать, подорвал он себя, когда подошли эти суки... А кассету успел спрятать под
резинку носка. Вот такие дела, Жорж...
- Ладно, - прикурив третью кряду сигарету, выдохнул приятель дым, - давай о
ближайших делах. Кто входит в состав группы?
Едва сдержав улыбку от удовольствия лицезреть привычную деловитость друга,
полковник поведал:
- Капитан Одинцов, старший лейтенант Ярцев, лейтенант Лунько. Этих офицеров ты не
застал - они в "Шторме" от года до полутора. Нормальные, свойские мужики; на каждого
вполне можно положиться. Четвертый - старший прапорщик Кравчук...
- Ну, Серегу-то я отлично знаю - этот не подведет. Что от меня требуется?
- Я хочу, чтобы ты возглавил эту группу, вылетающую спецрейсом в Чечню для
выполнения одной очень важной операции.
- Ты не переоцениваешь мои способности? Я уже полтора года на Кавказе не был. Давай
хотя бы заместителем...
- Тебя - заместителем?! - не смог сдержать саркастического возгласа Дмитрий
Николаевич. - С твоим-то опытом, умом и изворотливостью?! Ну, ты даешь, брат!.. Да таких,
как ты нынче днем с огнем не сыщешь!.. Уж в "Шторме", к сожалению, точно нет. Были... Стас
Торбин, Сашка Баринов, Валька Коваль... Были, да сгинули. Кому - царствие небесное, а кому
- дай бог удачи на каком-то новом, отличном от нашего, поприще. Посему не упрямься и не
возражай, Жорж - пойдешь старшим.
Он мимолетно глянул на часы и заторопился:
- Скоро должен поступить звонок из ФСБ - начальник Управления назовет фамилии
двух агентов, вливающихся в твою группу. Но не забывай: у них собственное задание. Давай-ка
я оперативно введу тебя в курс предстоящего вояжа, а потом бегом по складам - заниматься
экипировкой и оружием. О документах и прочей рутине не переживай - все оформлю сам
задним числом.
- Что-то я не понял... - уставился на друга Извольский. - Мы разве сегодня вылетаем?
- Сегодня, Жорж, сегодня. Самолет через два часа. Так что, как там ты говаривал?.. Ага,
вспомнил: наш поезд тащится по расписанию!..
Глава третья
Санкт-Петербург - Ханкала
Спецрейс транспортного самолета задерживался. Экипаж Ан-26, стоявшего в полной
готовности на одной из авиационных баз под Санкт-Петербургом, получил указание дождаться
приезда командира ОСНаз "Шторм". Четверо спецназовцев, отправлявшихся для какой-то
непонятной секретной миссии на Северный Кавказ, уже битый час маялись неподалеку от
самолета - в маленькой беседочке, почти вплотную притулившейся к серебристому боку
огромного ангара. Побросав плотно набитые ранцы под табличкой "Место для курения" и
пристроив рядом оружие: РПКСН - малокалиберный ручной пулемет, два бесшумных
автомата и снайперскую винтовку, три офицера и прапорщик расселись на лавках вдоль
невысоких бортиков шестигранного деревянного строения...
- Не знаешь, что и думать, - проворчал подрывник - старший лейтенант Олег
Ярцев. - Не заладилась командировка с самого начала.
- Да, плохая примета, - поддержал его снайпер Серега Кравчук. - Не улетели сразу -
жди неприятностей!..
- Не-е... - упрямо помотал головой Олег, - неудачное начало складывается еще
раньше, когда говорят: готовьтесь парни, через два часа вылет. И собраться толком не дают, и
попрощаться по-человечески с девушками времени нет...
- Хорош на нервы давить, мужики! - цыкнул на них старший группы.
Хмурого капитана помимо стремительного сбора настораживали и другие малоприятные
детали и в первую очередь - до крайности малочисленный состав отряда. В "Шторме" на
разного рода операции командировались группы от шести до шестнадцати бойцов. Вчетвером в
тыл врага уходили очень редко, да и то, как правило, не для ведения боевых действий, а с целью
произвести разведку или рекогносцировку местности перед какой-либо серьезной вылазкой
крупных сил. На спецзадания отправлялись как минимум вшестером. Кажется, в кабинете
Маслов обмолвился о двух фээсбэшниках, что пойдут вместе с ними в горы, но по его же
словам они имеют собственное задание и толку от них во время неизбежных кровавых стычек
не будет. Скорее наоборот - еще придется защищать и всячески нянчиться с этой обузой...
Игорь достал очередную сигарету и, прежде чем подпалить ее, проворчал:
- И, слава богу, что вылет задерживается - может Николаич еще кого подыщет...
- Это кого же? - усмехнулся четвертый спецназовец - связист лейтенант Яков
Лунько. - Госпиталь под завязку забит нашими ребятами; восемь человек погибли, земля им
пухом; в Ханкале два десятка осталось - четвертый месяц без отдыха! А тут - на основной
базе, одна молодежь...
Против этого тоже возразить было нечем. Но не полетит же с ними сам полковник
Маслов!? А если вдруг и полетит, что изредка все же случалось, то на задание один черт
отправиться не сможет - опыта у него хоть отбавляй, а вот возраст уже не тот - почти
пятьдесят. Одним, словом, ситуация для четверых мужчин, ожидающих вылета на Северный
Кавказ, пока оставалась тупиковой, тем более, что и предстоящую задачу Дмитрий Николаевич
обрисовать толком не успел...
Вокруг кипела жизнь крупного авиационного соединения. То завывали, то выключались
мощные двигатели; по залитой солнцем бетонке взад-вперед разъезжали специальные
автомобили; у капониров и самолетных стоянок мельтешил технический персонал; где-то
вдали, сквозь струившийся вверх горячий воздух, по взлетно-посадочной полосе иногда
беззвучно проносились самолеты...
Ярцев тем временем взял в руки старенькую гитару, обитавшую в курилке и, покрутив
колки, стал еле слышно напевать:
Твое письмо защищает грудь,
Горы снова позвали в путь,
И идут в предрассветный час -
Те, кого называют: спецназ...
Ты не плачь, ты просто жди, -
Минут грозы, проливные дожди,
Лютый холод, адский зной, -
И мы встретимся с тобой!..
А девочка юная тихо вздыхает,
Свиданье со мною опять представляет,
О счастье далеком упрямо мечтает,
И взгляд влажных глаз к небесам устремляет...
- Ну, а дальше?.. - буркнул снайпер - старший прапорщик Кравчук, когда Игорек,
промурлыкав куплет, отчего-то замолк.
- А дальше, типа барышня должна исполнять свою молитву, - объяснил тот.
- Так в чем же дело? Исполни за нее - фальцетом, как этот... Бритас, что ли...
- Чтобы петь как Бритас, нужно родиться с дефективными голосовыми связками. А
лучше вообще такими не рождаться...
В этот момент к ангару быстро подкатила черная "Волга" Маслова. Из салона полковник
вышел не один. Группа безо всяких команд выстроилась у выхода из беседки, и капитан
Одинцов шагнул навстречу командиру...
- Товарищ полковник... - начал он было доклад.
- Вольно, - остановил его руководитель. - Становись в строй, капитан.
Дмитрий Николаевич медленно обошел короткую шеренгу; беззвучно вздохнул; о чем-то
задумавшись, постоял напротив самого молодого члена команды - лейтенанта Лунько...
Очнувшись, резко обернулся к стоявшему чуть поодаль второму пассажиру "Волги".
Экипирован пассажир был точно так же, как и сотрудники "Шторма"...
- Представляю вам нового члена отряда, - твердо произнес он, - а точнее - вашего
командира. Георгий Павлович Извольский. Прошу любить и жаловать. В дороге, надеюсь,
познакомитесь поближе...
Одинцов, Ярцев и Лунько, бывшие в составе "Шторма" менее полутора лет,
настороженно смотрели на сорокалетнего мужчину, одетого в новенькую, не глаженную и не
подогнанную по фигуре камуфляжку. И только прапорщик Кравчук - такой же ветеран
спецназа, как и Маслов с Извольским заулыбался, признав сослуживца, с коим довелось
повоевать не один год...
- Тебе, Игорь, надлежит исполнять обязанности его заместителя, - обратился Маслов к
капитану.
Капитан, старлей и лейтенант недоуменно переглянулись - этаким образом, под
предводительством какого-то незнакомого "варяга" их отправляли на задание впервые. Не
обращая внимания на реакцию подчиненных, полковник продолжал:
- Скоро должны подъехать два офицера ФСБ, которые будут снабжать вас ценной
информацией о главарях бандформирований. Кроме того, у них имеется еще какое-то важное и
секретное задание, но об этом нам знать незачем - приказано лишь оказывать всяческое
содействие. Вопросы имеются?
- А наш новый командир вообще-то военный или так... из гражданской
интеллигенции? - не без издевки поинтересовался старший лейтенант Ярцев.
- Еще какой военный... - усмехнулся полковник. - Если других вопросов нет -
занимайте места согласно купленным билетам.
Но едва он закончил эту фразу, как из-за ангара вынырнула и подрулила к самолету
черная иномарка с тонированными стеклами. Из салона вышли трое: молодцеватый полковник
в повседневном мундире, мужчина лет тридцати двух и молоденькая девушка. Двое последних
были обряжены в камуфляжку, однако снаряжение их заметно отличалось от спецназовского.
- Полковник Горюнов Михаил Александрович, - поздоровавшись за руку с Масловым,
негромко назвался чин от ФСБ. Затем, перебросившись с руководителем "Шторма" парой фраз,
представил отряду двух сотрудников: - Старший лейтенант Северцева - агент со своим
специальным заданием. Зовут ё1ёёёёёёёё. Можно сказать замужем, поэтому просьба: со
всякими там глупостями не приставать. Тем более что Арина по легенде - мусульманка.
Становитесь в строй.
Симпатичная смуглолицая девушка с черными волосами, забранными под пятнистую
кепи, безропотно и четко выполнила приказание. Полковник тем временем кивнул хорошо
сложенному мужчине, приглашая его подойти поближе...
- Майор Болотов. Сергей Анатольевич отбывает с вами старшим представителем от
разведки.
Чуть сгорбившись под тяжестью огромного рюкзака, майор последовал примеру девушки
и оказался в строю рядом с ней. Как ни странно, но нормального оружия, крайне необходимого
в предстоящей вылазке в тыл невидимого врага, фээсбэшники при себе не имели. На плече
каждого висел компактный "Каштан", а из специальных карманов разгрузочных жилетов
торчало нечто похожее на рукоятки пистолетов.
Маслов с полковником ФСБ пожали на прощание руку каждому, проводили подопечных
до невысокого трапа, стоящего у левого борта Ан-26, помогли девушке закинуть в салон
тяжелый ранец и, о чем-то беседуя, неспешно пошли к служебным машинам...
Чрево военного транспортного самолета заметно отличалось от комфортабельного салона
пассажирского лайнера. Два ряда спартанских сидений располагались вдоль бортов, напротив
друг друга, а пластиковая обшивка, как, впрочем, и другие изыски гражданских воздушных
судов отсутствовали вовсе. Группа из семи человек устроилась ближе к носу - у входа в
пилотскую кабину. Одинцов, Ярцев и Лунько сели рядышком, побросав ранцы и прочие вещи
на пол. Майор Болотов с Ариной примостились неподалеку, и лишь Извольский с прапорщиком
Кравчуком выбрали места через широкий центральный проход...
Спустя минут пятнадцать после взлета подполковник попытался задремать, приспособив
под затылок какой-то промасленный чехол, однако мысли о предстоящем задании бередили
сознание и не давали покоя... "И на кой черт нам подсунули девку? - с раздражением думал
он, исподволь, сквозь едва приоткрытые веки, рассматривая Северцеву. - Смазлива, стройна,
черноволоса... Глаза большие, выразительные и, что удивительно - с осмысленным взглядом.
Но какой прок от всего этого там - в чеченских горах? Там нужнее мускулы, ловкость,
выносливость и прочие атрибуты, о которых, судя по ее внешности, говорить не приходиться.
Допустимо предположить, что в ее собственном задании, о котором распинался полковник
ФСБ, привлекательный облик имеет значение, но до этого задания девчонке еще предстоит
дожить. Или, скорее - выжить..."
Да, девица, несомненно, была красива - даже стандартная пятнистая униформа не могла
скрыть ее великолепной женственной фигуры, однако, столь желанных для беспрерывной
беготни по пересеченной местности признаков атлетизма, Георгий разглядеть так и не сумел.
Вздохнув, он переместил взгляд выше... Приятное южнорусское лицо с прямым, чуть
вздернутым носиком; тонкие черные брови вразлет; пухленькие губки, слегка приоткрытые от
вороха сумбурных мыслей, терзающих всякого новичка перед архиопасным предприятием.
Закончив изучение старшего лейтенанта, Извольский взялся за Болотова...
"Белоручка с повадками неисправимого интеллигента... - первое, что пришло ему на ум
после короткого наблюдения. - Без сомнений, такой же дебютант, как и его напарница. Ростом
с меня - сто восемьдесят пять. Лишнего веса практически нет - девяносто килограммов, но
мышцы дряблые, запущенные. Руки холеные, изнеженные - ничего тяжелее портфельчика с
файлами и дискетами не поднимали. Ну, нич
...Закладка в соц.сетях
