Жанр: Боевик
Палач 006. Наступление на сохо
...ом чувствую. И еще, этот проклятый сукин сын способен подставить меня
под пули Болана. Мне бы хотелось, чтобы вы все понимали это.
Один из лейтенантов Стаччио запустил вдоль всего стола массивную хрустальную
пепельницу.
- Он пожалеет об этом, Джо.
- Тем не менее, он сделает такую попытку, нам это известно. Теперь внимание! В этом
случае он окажется вне закона. Я хочу, чтобы вы это знали и понимали наше положение. В том
случае, если Арни обойдет меня, он пойдет против большого Совета, который принял решение
о проведении мирных переговоров раньше, чем я согласился возложить на себя
ответственность за их осуществление. Теперь вам известна расстановка сил. Я привез вас сюда,
чтобы гарантировать невмешательство Арни в ход переговоров с Боланом. Полагаю, мне
больше нечего добавить к сказанному.
Дальнейший разговор носил технический характер. Участники совещания вырабатывали
стратегическую линию поведения, обдумывая меры безопасности на случай провокаций со
стороны Арни Кастильоне, и прикидывали, как убедить Мака Болана принять условия
почетного мира. Затем Таррина попросили рассказать подробности его тесного сотрудничества
и дружеских отношений с Боланом, "чтобы лучше понять психологию этого типа". Таррин не
заставил себя долго упрашивать и правдиво рассказал все, что посчитал нужным, о событиях в
Питтсфилде.
Болан позвонил как раз к концу его повествования, когда Таррин заканчивал выступление
перед делегатами "Корпуса Мира Стаччио", как они сами в шутку назвали свою команду.
Положив трубку, Таррин с улыбкой обратился к нью-йоркскому капо:
- Ну вот. Мои осведомители начали действовать. Этот тип знает Болана чуть ли не с
пеленок. Думаю, что мы нашли идеального человека.
- Да, я так и думал, - ответил Стаччио, нахмурив брови. - Как, по-твоему, сколько
человек слушали этот разговор, помимо тебя?
- Примерно полдюжины, - ответил Таррин, по-прежнему сохраняя улыбку на лице. -
Именно поэтому я выбрал для встречи Тауэр. Такую встречу можно прикрыть, а, Джо?
- Вероятно, да, - подумав, проворчал Стаччио.
Он подозвал к себе начальника одной из команд.
- Вот что, Бобби, понаблюдай-ка со своими ребятами за шпаной Арни. Если кто-нибудь
из них куда направится, немедленно сообщи мне.
Бобби помчался выполнять приказание, а все остальные члены "Корпуса Мира" занялись
решением стратегических задач текущего момента.
В это же время в особняке шло второе совещание под председательством Арни
Кастильоне. Огромная гостиная была до отказа забита начальниками команд, и в зале царила
предгрозовая атмосфера. Предстоящая миссия будоражила всех собравшихся наемников.
Кастильоне восседал во главе стола. Ник Триггер и Данно Джилиамо располагались по
обе стороны от Арни, и каждый из них выглядел, как побитая собака. Арни говорил громко и
властно:
- Оба парня, что сидят сейчас рядом со мной, знают: зря молоть языком я не буду. Болан
их обоих поднял на смех. Он так их прищучил, что они до сих пор не могут никому рассказать,
что с ними стряслось. Вы все знаете, на что способен Болан, и сами видите, сколько зла он
причинил нам за такой короткий срок.
Среди нас есть старики, которые считают, что Болана можно задобрить и ввести в нашу
Организацию. Но об этом лучше поговорить с укротителем диких зверей. Уж он-то вам скажет,
что хищника нельзя ни укротить, ни приучить. В один прекрасный момент природа возьмет
свое, и он сожрет вас.
- Это правда! - поддакнул один из чикагских гангстеров, вытягивая руку, на которой
недоставало нескольких пальцев, - Однажды я попытался вырастить детеныша аллигатора, и
посмотрите, что эта гнусная бестия сделала со мной!
- Короткопалый знает, что говорит, - прокомментировал это выступление Кастильоне,
угрожающе окинув взглядом собравшихся.
- С дикарями не может быть никаких сделок. В частности, ему не говорят: "Чувствуйте
себя, как дома", вручая ключи от собственного особняка. И уж совсем не стоит давать ему в
руки пистолет и просить постоять на часах.
- Боже мой, конечно, нет! - воскликнул еще кто-то.
- Конечно, нет! Однако именно этого добивается кое-кто из наших стариков: не все,
конечно... Я не имею в виду все семьи, я только говорю, что некоторые авантюристы пытаются
оказать давление на остальных, а что те могут сказать? А? Им приходится плясать под чужую
дудку. Но только одна или две семьи, не больше, полностью согласны с условиями этого
дурацкого мира. Прибыв со всех концов Штатов и влившись в мою команду, вы можете
представить себе Болана на содержании "Коммиссионе" вместо братьев Талиферо?
Сама идея заставила побледнеть Ника Триггера, да и Данно Джилиамо почувствовал себя
не лучше. Но в общем хаосе выражение их лиц осталось незамеченным. Все заговорили
одновременно, пытаясь перекричать друг друга, и совещание грозило превратиться в массовый
митинг, но тут в углу салона зазвонил телефон. Воцарилась тишина, все взгляды устремились
на аппарат.
Джилиамо вышел из-за стола и направился к телефону, который уже замолчал. Он
осторожно снял трубку и поднес ее к уху. Данно до конца выслушал разговор Таррина с
Боланом, не сводя глаз с Кастильоне, потом положил трубку на аппарат и вернулся за стол
совещания.
- Что там такое? - проворчал Арни.
- Лео "Котик" с кем-то договорился о встрече, - задумчиво сообщил Джилиамо.
- Выкладывай все подробно, - приказал Арни.
- Лео встречается с каким-то типом в 10.30 в лондонском Тауэре. Но вот голосом этот
субъект очень похож на Болана. Не совсем, конечно, но, черт побери, заслышав его, я
почувствовал себя очень неуютно. Мне показалось даже, что это сам Болан.
Кастильоне тяжелым взглядом уставился на Данно, обдумывая детали его сообщения. Ник
Триггер метнул на Джилиамо презрительный взгляд.
- Когда это ты слышал голос Болана? - спросил он.
- Мне довелось немало слышать и видеть. Тебе даже и не снилось то, что я знаю! -
отрезал Данно. - Думаю, что не ошибся. Я уверен, что звонил сам Болан.
- Заткнитесь вы оба! - рявкнул Арни. - Который сейчас час?
- Почти 8.30, - послышался чей-то голос. - Я перевел свои часы на местное время.
- Да, так и есть, - подтвердил Ник Триггер.
- О'кей. Ник, ты расставишь парней по местам и проследишь, чтобы они не зевали, -
приказал Арни Кастильоне, - ты, Данно, пойдешь с ним и сделаешь все возможное, чтобы на
этот раз Болан не ушел.
Он отпустил их, презрительно указав взглядом на дверь.
- Все остальные подойдите ближе и слушайте меня внимательно. Я не хочу, чтобы мы
накололись и на этот раз. Вашу задачу я не буду повторять дважды.
Ник Триггер и Данно Джилиамо оказались в коридоре наедине и злобно уставились друг
на друга.
- Сукин сын, - зашипел Ник. - По какому праву он так разговаривал со мной?
Данно закурил, руки у него дрожали.
- Ты помнишь, о чем мы говорили в машине? Что Арни - сволочь.
- Да, я это хорошо помню.
- Что собираешься делать, Ник? Я насчет Болана, конечно. Ты слышал, что сказал
старик. Они хотят отобрать у тебя работу и отдать ее Болану. Но это место по праву
принадлежит тебе. И даже если Арни прикончит Болана раньше, ты знаешь: он скорее удавится,
чем отдаст то, что тебе причитается. Подумать только: достаточно вмешаться такому типу - и
твоей блестящей карьере может прийти конец. А ведь работа принадлежит тебе по праву.
- В принципе, да, - пробормотал Ник Триггер.
- Тогда, думаю, ты понимаешь, в каком положении мы находимся.
- Еще бы! Послушай, Данно, сейчас мы с тобой в одной лодке. Я не знаю, что произошло
вчера вечером, и мне на это наплевать. Мы с тобой сидим в одной лодке, и она дала течь.
Думаю, самое время вычерпать воду!
- Неплохо было бы малость подгадить этому борову Арни, - произнес Данно. - Его
нужно поставить на место. Ник, ты не должен допустить, чтобы он прикончил Болана.
- Не волнуйся, это ему не удастся. Так же, как и "Котику" Лео.
- Ты что-то задумал, Ник?
- Можно сказать, да, Данно.
У Ника Триггера действительно появились кое-какие идеи.
Болан и Энн добрались до Тауэр Хилла за час до встречи с Таррином. Мак объездил все
прилегающие улицы, чтобы как следует изучить обстановку и, по необходимости, легко
ориентироваться в этой части города. Машину он оставил на стоянке. Отведенной для
транспорта туристов.
- Туда я войду без проблем, - сказал он девушке. - Моя единственная забота - выйти
оттуда целым и невредимым.
- Но вы же не можете бродить там как вам вздумается. Всегда найдется кто-нибудь, кто
вас узнает и сообщит в уголовную полицию.
Мак улыбнулся.
- В большинстве своем люди очень ненаблюдательны. Вам никогда не доводилось
встретить на улице приятеля и разойтись с ним, так и не узнав его? Людей, приехавших сюда,
интересуют сокровища английской короны и многовековая история Англии. Кроме того, они
очень хорошо знают, что потом вспомнят далеко не все, а потому будут еще внимательнее
слушать гида и рассматривать достопримечательности. Я к ним себя не причисляю.
- Но вы забываете о служителях музея.
- Для них я буду всего лишь еще одним паршивым туристом, - улыбаясь, возразил
Болан. - Послушайте, кончайте портить себе кровь. К подобным ситуациям я уже давно
привык.
Энн стала копаться в перчаточном ящике.
- Наденьте хотя бы это, - сказала она, протягивая ему очки с темными стеклами. -
Длина дужек регулируется, поэтому вы не сможете от них отказаться.
Мак рассмеялся, взял очки и водрузил их на нос.
- Так хорошо?
- О, Мак!
Энн бросилась в его объятия, и они слились в долгом поцелуе. Наконец Мак мягко
отстранил ее.
- Главное, сохранять спокойствие, - сказал он. - Колесите вокруг, Энн, и старайтесь
проезжать перед выходом через каждые пять минут. Но при первом же выстреле жмите на газ и
убирайтесь отсюда Я буду выкручиваться сам. Если мы будем вынуждены расстаться, то
встретимся в музее. Не думаю, что там рассчитывают увидеть меня еще раз.
Она покачала головой и обняла его за шею.
- Я запрещаю вам умирать, - прошептала Энн. - Я не переживу этого.
Мак снова рассмеялся, поцеловал ее в лоб и вышел из машины. Обернувшись, он увидел,
как по щекам девушки текут слезы, и, помахав ей рукой, исчез в толпе туристов.
Проход за ворота стоил четыре шиллинга, еще два пришлось заплатить за доступ в здание.
Предстояло убить полчаса, и Мак использовал это время для осмотра знаменитого Тауэра,
который был когда-то крепостью Вильгельма Завоевателя. Болан осмотрел покои, в которых
были задушены два юных принца, а оттуда отправился в оружейный зал Белого Тауэра, чтобы
посмотреть на доспехи Генриха VIII. После этого он вышел в парк и завязал разговор с одним
из "бифитеров" - стражников в старинном красном костюме, которые обеспечивают охрану
Тауэра. Стражник показал ему черных воронов с подрезанными крыльями, которые издавна
считались символом Тауэра.
Болан подумал, что вороны совершенно естественно стали символом нашего времени,
точно так же они могли бы стать и символом музея. Людей лишили свободы, как и этих
воронов, подрезав им крылья. Цивилизация кастрировала человека и теперь презрительно
советует ему вести себя по-мужски.
"Ну черт с ней, с цивилизацией", - подумал Болан. Цивилизованная жизнь не
понравилась ему, а после короткого пребывания в Питтсфилде он решил вести себя, как горный
орел...
А пока следовало позаботиться о том, чтобы не попасть в лапы полиции, несмотря на
бодрые заверения, которыми он успокаивал Энн Франклин.
Стрелки часов показывали десять двадцать. Фланирующей походкой Мак добрался до
Аллеи Казней и остановился у эшафота, с которого в былые времена летели головы королей и
королев. Здесь встречали свой смертный час те, кого власть опьяняла и лишала рассудка. "С тех
пор люди так ничему и не научились, - подумал Болан. - Они вечно стремятся к власти,
жаждут могущества и богатства. И так будет до окончания веков".
Настроение у него было отвратительное, и виной тому оказался Тауэр. Он произвел на
Болана такое удручающее впечатление, какого Мак не испытывал даже в садомазохистской
атмосфере музея. Болан начал понимать, что хотел сказать старый Чарльз. Весь мир купался в
крови. Она пропитывала землю везде, где только ступала нога человека, а вопли мертвых и
замученных слышались в каждом порыве ветра.
Да, именно это и имел в виду Чарльз. Кровавый путь некоторых представителей рода
человеческого Реальность этого страдания кроется не в атмосфере искусственной порнографии,
а на дне той бездны, которая является душой человечества, вечно устремленного к
безграничной власти и обогащению одних за счет других.
"Спасибо, Чарльз, - подумал Болан. - Вы напомнили мне, в чем заключается смысл
моей жизни".
Глава 18
Болан сдвинул очки на лоб.
- Надеюсь, овчинка стоит выделки, - сказал он Таррину.
- Не знаю, - без особого энтузиазма ответил Лео. - Это настоящие Олимпийские игры
под девизом "Найти Болана", в которых может выиграть кто угодно.
- А это значит, что ты привел с собой целый полк.
- Как минимум! Я бы посмеялся вместе с тобой, если бы ситуация не была такой
сложной. Ты мне, может, и не поверишь, сержант, но в настоящее время четыре большие
команды заняты твоей охраной.
- Значит, это ты их привел, - с несчастным видом сказал Болан.
- Другого выхода не было. Повсюду снуют банды Арни. Возможна братоубийственная
война, старик, и все это ради того, чтобы обеспечить твою безопасность.
Болан расхохотался. К нему возвращалось хорошее настроение.
- Ну, тогда давай, поторопись, я бы не хотел пропустить такой праздник.
Таррин взял Мака под руку и повел его вдоль эшафотов, выставленных на Аллее Казней.
- Сначала информация о Чарльзе Эдвине.
Броньола сразу же наткнулся на стену молчания. Военное досье Чарльза оказалось
совершенно секретным, и англичане даже слышать не хотят о том, чтобы допустить к нему
человека со стороны. Зато через наши спецслужбы Гарольд выяснил, что лет пятнадцать тому
назад Чарльз Эдвин со всеми почестями вышел в отставку в звании генерала.
Глаза Болана засверкали.
- Джекпот!
- Для тебя, может быть. Но не для меня. А вот кое-что поинтереснее: Чарльз снова
вернулся к активной деятельности в 1960 году, в возрасте шестидесяти трех лет. Он работал
недолго: около восьми месяцев, затем вторично ушел на покой. Что ты об этом думаешь? Как
только старик вернулся на службу, наша разведка полностью потеряла его из поля зрения: он
снова попал под колпак британской службы безопасности.
Болан удивленно присвистнул.
- Но чем он занимался эти восемь месяцев в свои шестьдесят три года?
- Броньоле не удалось этого узнать, но, может быть, не случайно именно в это время
была вскрыта большая шпионская сеть.
- Не слишком ли круто получается? - спросил Болан. - Старик все же... и шпионская
сеть...
- Прямой связи нет, верно, - подтвердил Таррин. - Но ты знаешь, чем занимался
Чарльз перед самой смертью?
- Чем занимался? Он работал, если так можно выразиться, сторожем и техником по
ремонту электронного оборудования в клубе для извращенцев.
- Ну вот. Наконец, мы коснулись электроники. Чарльз был специалистом в этой области.
Он один из первых создал для англичан систему электронного шпионажа.
- Ладно, посмотрим, пригодятся ли мне эти сведения. Что еще?
- Теперь по поводу Мервина Стоуна. Тут нет никаких секретов. Разжалован и уволен из
регулярной армии за жестокое обращение с солдатами своего полка в 1956 году. Имели место
несколько инцидентов. Поступали многочисленные жалобы от гражданского населения во
время прохождения им службы на Ближнем Востоке. Он вовсе не ушел в отставку, а его
просто-напросто вышвырнули за дверь, как нашкодившего котенка, а потому его звание майора
- липа чистой воды. У Броньолы на него имеется толстенное досье. Из никому неизвестного
майора, прославившегося своим безобразным поведением, он превратился в весьма богатого
гражданина без видимых источников дохода.
Болан задумался, потирая подбородок.
- Ну ладно, что дальше?..
- Это все, что есть на Чарльза и Стоуна. А вот и приз, если тебе удастся воспользоваться
им... Лично я не могу. Информация получена в последнюю минуту, и у меня не было времени
проанализировать ее. Ник Триггер, он же Николас Вудс, прибыл в Англию. Он всегда был
дешевым убийцей и не умел думать, поэтому его постоянно обдирали, как липку, едва у него в
кармане заводились деньжата. Улавливаешь? Хорошо. И вдруг Николас Вудс на английском
рынке. Совершенно неожиданно оказывается, что в одном из солидных швейцарских банков на
его имя открыты два нумерованных счета, на которых лежит столько денег, что он мог бы уйти
в отставку и до конца своих дней жить в невероятной роскоши.
- Что ты понимаешь под словом "вдруг"?
- Прошло всего лишь несколько месяцев.
- Да, это интересное открытие, но далеко не скандальное.
Таррин пожал плечами.
- Если не считать того, что старина Ник ведет с Организацией двойную игру. Он, вне
всяких сомнений, обнаружил какую-то махинацию и через нее бессовестно обогащается, хотя
всякие побочные аферы строжайшим образом запрещены руководством Организации. Но это
еще не все. Крупные суммы денег постоянно находятся в обороте одной легальной лондонской
организации. Существует связь между этим предприятием и счетами в Швейцарском банке.
- Что за легальное предприятие?
- Ночной клуб, который называется "Дух Сохо".
От неожиданности Болан стал как вкопанный. Таррин остановился и, обернувшись,
посмотрел на него.
- В чем дело?
- Ты только что сообщил мне крайне неприятное известие, - пробормотал Болан.
- Ты знаешь этот клуб? Я здесь совсем недавно и еще не успел...
- Да, Лео, для меня это кое-что значит. Броньола не сказал, кто партнер Ника?
Таррин покачал головой.
- Не думаю, что у него было достаточно времени на поиск более подробной
информации. Как бы то ни было, я хочу сказать... Гарольд безумно рад, что тебе делают
предложение о мире. Он сказал - цитирую: "Скажи ему, чтоб соглашался, черт побери!" Конец
цитаты, Он считает, что это самое большое событие после соглашения в Атланте, заключенного
Джо Валачи.
Болан казался удрученным.
- Ты прекрасно знаешь, Лео, что я не могу согласиться на их предложение. Я даже не
могу позволить этим людям думать, что они победили. Я хочу продолжать... они у меня еще
попляшут... пока я жив.
- Но ты же не знаешь, что собирается предложить тебе Стаччио, сержант. Тебя попросят
стать главным исполнителем мафии или занять какую-либо не менее почетную должность.
Печальная улыбка застыла на губах Болана.
- Если врага нельзя сломить силой, его покупают, верно, Лео? Так было всегда. Но на
этот раз не получится. Нет, я не могу согласиться. Я остаюсь в своих личных джунглях. Однако
спасибо за предложение.
- Ты все же подумай как следует, - умоляюще произнес Таррин.
- Броньола клянется, что, как только ты окажешься членом "Коммиссионе", он сможет
добиться твоей амнистии.
Болан упрямо покачал головой.
- Нет, оставим эту тему, Лео. Я должен идти своим путем, даже если он мне не нравится.
Итальянец помрачнел.
- Хорошо, я уважаю твое решение, хотя мне оно не по вкусу. Может быть, ты сможешь
воспользоваться компроматом на Ника Триггера, а то я никак не могу. Это было бы
подозрительно, учитывая тот имидж, который я создавал себе на протяжении пяти лет.
Он вздохнул.
- В любом случае, другого предложения у меня нет. Ладно, пора прощаться, пока Арни
не нашел нас.
- Подожди. Ты не должен возвращаться с пустыми руками, - сказал Болан. - Скажи
своему послу мира, что я отказываюсь обсуждать его предложения до тех пор, пока не вернусь
в Соединенные Штаты. Передай ему, что мы увидимся там и обсудим наши проблемы. Таррин
язвительно улыбнулся.
- Да, чтобы я выглядел не совсем уж смешно.
- Уходи первым, - предложил Болан. - Я пойду своей дорогой.
Их руки сошлись в крепком рукопожатии.
- Я заметил отличное место, где можно взобраться на стену, - сказал Таррин.
Болан улыбнулся, давая понять, что к нему вернулось доброе настроение.
- Я тоже. Спасибо, Лео, удачи тебе.
- Взаимно, - ответил Таррин и быстро пошел прочь.
В конце аллеи он обернулся, помахал рукой и исчез в толпе туристов.
Болан пошел тем путем, который наметил себе раньше: пройдя мимо "бифитеров" и их
воронов, он направился к тому участку крепостной стены, где кладка слегка обрушилась и
стена оказалась ниже.
Неожиданно где-то впереди, за стеной, послышался прерывистый треск автоматов. Болан
подпрыгнул и, ухватившись за древние камни, подтянулся и посмотрел поверх стены.
Внизу разгорался настоящий бой. Грохот тяжелых "томпсонов" перекрывали сухие
хлопки более легкого оружия. Болан понял, что противники схлестнулись всерьез.
Лео оказался прав: зрелище было прелюбопытным.
Болан забросил ногу на стену и тут обнаружил вторую, не менее любопытную картину:
прямо перед ним, у подножия стены, группа вооруженных людей стояла полукругом перед
большим черным лимузином, обеспечивая прикрытие дородного седовласого мужчины,
выходившего из салона машины.
Болан без труда узнал Арни Кастильоне. В руке Мака появилась "беретта", и он громко
позвал:
- Арни!
Кастильоне повернулся и увидел Смерть. Челюсть у него отвисла, и капо замер, глядя, как
его живой щит рассыпается под ударами 9-миллиметровых пуль "беретты". Наконец он остался
один на один с Боланом. Бормоча "его надо убить, его надо убить...", Арни нагнулся за
револьвером одного из телохранителей и тут услышал спокойный голос Болана:
- Поздно, Арни, ты уже умер.
В мгновение ока он оказался на крыше лимузина, короткое пламя вырвалось из ствола
"беретты", и что-то чудовищно большое и горячее вошло между глаз Арни, раскалывая его
голову пополам.
Болан спрыгнул с машины и бросился в сторону улицы, подальше от суматохи
разгоравшейся перестрелки. Приближаясь к перекрестку, он с облегчением увидел маленькую
машину Энн Франклин. Она ждала его на своем посту.
Мгновенно взвесив все "за" и "против", Мак стиснул зубы и решительно направился к
машине. Энн открыла ему дверь, и Болан опустился на переднее сиденье. Машина сорвалась с
места. Мак бросил на девушку быстрый взгляд и увидел на ее лице такое же напряженное,
застывшее выражение, как и тогда, когда она увозила его из порта в своем "ягуаре".
Энн не проронила ни звука, и Болан также молча принялся вставлять новую обойму в
"беретту", как вдруг почувствовал холод пистолетного ствола, приставленного к его затылку.
Болан выругался про себя, потому что принял неверное решение. Но когда он заговорил,
его голос зазвучал спокойно и уверенно.
- Наконец-то, майор, мы сможем побеседовать с вами в нормальной обстановке.
За спиной Болана раздался короткий сухой смех, и голос майора Стоуна подтвердил его
подозрения.
- Почему вы так уверены что это я? Отвечайте, мистер Болан.
- Мне все стало ясно совсем недавно, - ответил Болан. Он искоса метнул взгляд на Энн,
вцепившуюся в руль машины, и добавил: - Да, все ясно.
- О, Мак! - растерянным жалким голосом воскликнула она.
- Прошу вас Энн помолчите! - оборвал ее майор.
Болан невозмутимо продолжал.
- Мне становится смешно, когда я вспоминаю ваши сетования по поводу безопасности
персонала и членов клуба. Все это время, еще до появления здесь Ника Триггера, вы
бессовестно шантажировали их. Зачем я вам понадобился, майор? Или Ник пытался отнять у
вас прибыльное дело.
- Заткнитесь, Болан, - отрезал майор. - Передайте мне ваш пистолет, потихоньку, вот
так!
Болан подчинился приказу и стал размышлять о своих ошибках, пока Энн, как опытный
гонщик, гнала машину по улицам Лондона. Дважды им пришлось остановиться, причем второй
раз чтобы пропустить колонну полицейских автомобилей, направлявшихся в сторону Тауэр
Хилла. Каждый раз Болан спрашивал себя, не пора ли использовать такой удобный случай и
попытаться бежать, и каждый раз он отказывался от своих планов, как любой человек, в душе
которого, несмотря на неминуемую гибель, всегда таится надежда на чудесное спасение. Мак
подумал, что вряд ли стоит приближать собственную смерть. Он решил ждать.
Но по дороге чуда не произошло, и когда машина остановилась перед "Музеем де Сада", в
Болане окрепла уверенность, что ничего, кроме мучительной смерти, ему уже не светит.
Выходя из машины, он содрогнулся, вспомнив камеры пыток. В сопровождении майора Стоуна
он подошел к двери и обернулся: Энн, конечно, осталась сидеть в машине.
- Наш договор разорван, - крикнул ей Мак. - Чуть позже вы сможете полюбоваться на
последствия.
Энн даже не шелохнулась, глядя прямо перед собой отсутствующим взглядом. Майор
грубо сунул в спину Маку ствол пистолета и втолкнул его в дверь...
Ник Триггер стоял возле бара в зале приемов и пил джин прямо из горлышка. При виде
Болана, входящего в зал, выражение животного ужаса исказило его лицо, но увидев за ним
майора с пистолетом в руке, он вскрикнул от радости, со всех ног подбежал к Болану и ударил
его в лицо.
- Поганое дерьмо!
Болан покачал головой и ответил:
- Должно быть, ты в этом хорошо разбираешься, Ник.
Майор резко оттолкнул Триггера.
- Сейчас не время! - сухо заявил он. - Отойдите! Вы забываете, насколько опасен этот
человек!
- Он прав, Ник, - вмешался Болан. - Тебе представится возможность посмотреть, как
он будет вить из меня веревки.
- Ты у меня еще взвоешь, - пообещал майор и, подталкивая Болана в спину, повел его
дальше. В гаремный зал они вошли через знакомые Болану двери в виде половых губ. Это
означало возвращение в чрево - не только смерть, но стирание самой памяти о жизни.
Остановившись перед лестницей в слабо освещенном "предбаннике" гарема, Болан сказал:
- Вам никогда не удастся сунуть меня в ваши колодки живым, Стоун.
- А вот тут вы ошибаетесь, Болан, - ответил майор.
Мак увидел, как над его головой взлетел ствол пистолета. Он успел отклониться, и удар
пришелся по плечу. Болан тут же перестал чувствовать руку, повисшую плетью. Но он, как
регбист, нырнул вперед, и все трое, сцепившись в клубок, покатились по полу.
Ник Триггер пытался придушить Болана, навалившись на него своим толстым брюхом.
Мак ужом вертелся под ним, пытаясь первым встать на ноги. Он отбросил Ника, откатился в
сторо
Закладка в соц.сетях
