Жанр: Боевик
Лев иудеи
... в квартире?
- В данный момент ничего. Но как я уже сказала по телефону, завтра прибывает человек
с распоряжениями. И мы все отправимся туда, куда нам скажут. Вы предупреждали меня,
чтобы я была как можно осторожнее. Но все люди...
- Я имел в виду моих людей. Квартира напичкана "жучками", за ней ведется постоянное
наблюдение. Моссад практически контролирует каждый их шаг.
- Значит, они тоже участники замышляемого убийства?
- Я думал, вы уже поняли это.
- Поняла, но мне все не верится.
Натан принялся расспрашивать ее о ячейке. Он хотел знать, как выглядит каждый из них и
какое оружие предполагает использовать. Что они делают в свободное время? Кто управляет
всем этим шоу? Это был бесконечный поток вопросов; некоторые из них требовали еще и
дополнительных. Когда Натан получил ответы на свои вопросы, у него сложилось впечатление,
будто он лично познакомился со всеми террористами. В это время на другой конец скамейки
уселась молодая пара и стала страстно целоваться. Тогда Натан сказал:
- Пойдемте пообедаем.
В конце извилистой тропы находился ресторан с широкой террасой, откуда открывался
вид на весь город. Они сели за небольшой круглый столик около каменного парапета. Западный
ветер уже начинал развеивать смог, висящий над площадями и улицами.
- Что вы собираетесь делать, когда получите всю не обходимую информацию? -
спросила Надин.
- Сделаю все, что в моих силах, чтобы остановить их, но пока я не могу сказать, как
именно.
Натан достал фотографию из кармана и показал Надин.
- Вы когда нибудь видели этого человека?
- Она внимательно поглядела на фото.
- Нет, не думаю.
- Никаких проблем, но я должен был спросить.
- Кто он?
Я полагаю, что это тот самый человек, который держит в своих руках все нити. Но
полностью я не уверен. И пока не могу выяснить. Забудьте об этом. Поговорим о том, что нам
делать дальше.
Как раз в этот момент официант принес их заказ. Он поставил на столик тарелки с
жареной рыбой и салатом и налил им в фужеры вина. Натан ласково улыбнулся Надин. Когда
официант ушел, он продолжил:
- Я не могу приближаться к вам, потому что вы под постоянной слежкой. С другой
стороны, они охотятся и за мной, поэтому в качестве связного я хочу использовать Гамиля, если
вы, конечно, согласны.
- У меня нет возражений. Человек он как-будто не плохой. Вы ему доверяете?
- Я с удовольствием обошелся бы без него, но в на стоящий момент у меня нет выбора.
Мне нужен связной, и другого у меня нет.
- Жаль, что вы не сказали мне раньше. Я нашла бы подходящего человека.
- Положение значительно изменилось с последней нашей встречи. Но не беспокойтесь.
Мы выполним то, что задумали.
Я- знаю, кто вам нужен, сказала она. Вам ну жен ангел-хранитель.
Он улыбнулся.
- Верно. Но где его взять? Единственный ангел хранитель, который мне нужен, занят
сейчас важным делом.
Глава 29
АФИНЫ
1 октября. 11.45
В номере звонил телефон. Только Надин знала, что Натан находится в "Хилтоне",
зарегистрированный под именем Кевина Дугласа. Он схватил трубку.
- Через несколько часов мы вылетаем во Францию, - сказала она. - Остановимся под
Парижем. Это все, что я знаю.
- Как вы получили эту информацию?
- Эти распоряжения были даны Халимом. Мы оставля ем здесь все, включая оружие.
- С вами все в порядке?
- Да. А с вами?
- Никаких проблем. Итак, вы знаете, что делать?
- Да, я позвоню, как только что-нибудь прояснится.
- С кем встречался Халим?
- Я не знаю.
- Известны ли какие-нибудь сроки?
- Халим только сказал, что это может произойти в следующую пятницу. Мы все еще не
знаем, кому должен быть нанесен удар.
- Он сказал это в квартире?
- Да. Я знаю, что вы думаете, и предполагаю, что вы правы. Всякий, кто подслушивает,
будет знать то же самое, что и мы.
- Знают ли члены ячейки, что удар будет нанесен по палестинцам?
- Разумеется, они знали это с самого начала, но вы должны понять, что они считают
умеренных предателями, людьми, их продающими.
- А что думаете вы?
- Для меня все просто. Если Моссад хочет, чтобы их убили, стало быть, это может
только повредить борьбе палестинцев за свободу. Все очень просто.
Последовало молчание.Они сказали все, что нужно, но никто не хотел вешать трубку. Они
как будто не хо тели прерывать установившуюся между ними внутрен нюю связь. Наконец
Натан нарушил молчание:
- Итак, буду, ждать вашего звонка. Последнее время я только этим и занимаюсь.
- Мне надо возвращаться, - сказала она. - Я вылетаю сегодня вечером, с первой
партией. Остальные летят завтра утром.
Натан изо всех сил сдерживал свои чувства. Он не хотел, чтобы она улетала. И он знал,
что, если с ней что-нибудь случится, он никогда не сможет себя простить.
- Надин, - сказал он. - Я очень сожалею, что вы нужден подвергать вас такой
опасности.
- Спасибо на добром слове, Натан. Но уверяю вас, что я в гораздо меньшей опасности,
чем вы думаете.
- Что это значит?
- Это значит, что у меня есть свой ангел-хранитель, который оберегает меня днем и
ночью.
- О чем вы говорите? - И тут Натана осенила внезапная догадка. - Погодите. Не
говорите мне. Не напоминает ли этот ангел джинна, который появился из Аладдиновой лампы?
- Могу только сказать вам "до свидания" и надеюсь, скорого.
Через несколько минут после звонка Надин, который только подтвердил, что место их
назначения Париж, Натан уже ехал на такси в аэропорт. Если часть группы отправляется
сегодня вечером, у него есть время выле теть, прежде чем в аэропорт прибудут его коллеги, со
провождающие террористов.
Натан прилетел в Париж рано вечером и сразу же сделал несколько звонков из
телефонной будки на авеню де ля Гранд-Арме.
Удивленный Гамиль сказал, что он тоже немедленно вылетит в Париж и остановится в той
же гостинице. По всей видимости, его следовало ожидать на следующее утро; в полдень он уже
сможет приступить к выполнению поручений.
Затем Натан отправился пешком на авеню Фош, в квартиру Селин. Ключ висел на своем
обычном месте, там, где она оставляла его для гостей. Селин уехала на несколько дней в
Прованс с одним из своих приятелей, поэтому Натан мог спокойно жить в ее квартире.
- Меня не будет почти целую неделю, - объявила она в их последнее свидание. - Но
если по возвращении я застану тебя дома, мы хорошо развлечемся.
"Развлечемся", усмехнулся он про себя. Хорошо развлечение. Что, если бы он разминулся
с Селин? Другого телефонного номера у Надин не было. Был у них, конечно, и запасной номер,
и все же ему следовало утрясти все с француженкой раньше. Это была непростительная
небрежность.
Но пока ему везло. Хотя он и не рассчитывал на постоянное везение.
АМЕРИКАНСКОЕ ПОСОЛЬСТВО
1 октября. 21.00
- Позвольте выразить надежду, - сказал майор Деннис Уэст, - что место проведения
этой встречи все еще сохраняется в тайне. Разумеется, всегда может произойти утечка
информации, но мне представляется, что до сих пор мы действовали достаточно эффективно в
этом отношении.
Сорокапятилетний майор военно-морских сил руководил отделом безопасности. С
первого же взгляда было заметно, что он чувствует себя несколько неловко в штатском
костюме. Он сидел за своим столом, слегка перегнувшись вперед.
- Вы знаете, что мы можем это только предполагать, - сказал упитанный, пухлощекий
человечек, сидевший напротив него. Это был Жильбер Дюваль, известный среди друзей под
прозвищем "Пепельница", французский связной офицер, сотрудничавший с американцами.
Многолетний опыт пребывания в арабских странах придавал особый вес его словам.
- Не могли бы вы уточнить свое высказывание?
Майор Уэст не очень любил совместные операции. Куда более по вкусу ему была бы
чисто американская операция, в которой французы могли бы принять участие, только если бы
их попросили об этом. Но так как эта операция носила весьма специфический характер, ему
приходилось мириться с участием французов. Уэст отвечал за безопасность и благополучие
израильской делегации, тогда как Пепельница должен был заботиться о палестинцах.
Хотя эти переговоры проходили вне официальной программы мирного процесса, многие
опытные люди понимали, что держать эти переговоры в строгой тайне было практически
невозможно. Очень немногие знали точное время и место переговоров, однако сам факт их
проведения был уже известен в определенных дипломатических и разведывательных кругах.
Ни одна из этих делегаций не являлась официальной, это были тщательно подобранные группы
умеренных лидеров, готовых сесть рядом и найти какое-нибудь прагматическое решение,
невзирая на нескончаемую враждебность и недоверие обеих сторон. Достигнув
принципиального согласия, они должны были выработать документ, излагающий их
предложения, а также указывающий на определенные стратегические пункты, с помощью
которых президент США и Европейское Сообщество могли бы оказать давление на обе
стороны, с перечислением тех конкретных преимуществ, которые получат те, кто поддержит
эти предложения. Естественно, что представители официальных кругов, участвующих в
конфликте, не могли бы санкционировать подобную конференцию, которая позволяла великим
державам заглянуть в сокровенную суть их проблем; более того, достигнув полного понимания
ситуации, они могли бы попробовать разрешить .эти проблемы и даже принести мир в этот
вечно неспокойный регион.
- Разрешите объяснить, майор, - сказал француз, выпуская большое облако сигарного
дыма, такое едкое, что моряк даже зажмурился. - Мы можем с полным основанием
предполагать, что по крайней мере некоторые делегаты упомянут о предстоящих переговорах
своим друзьям. Так называемых "голубей", как вы зовете их у себя в Штатах, либералов с
больной совестью, как вы, возможно, знаете, не слишком-то чтут в этом регионе.
Он помолчал, затем продолжал:
- Всякая уважающая себя разведка а у большинства стран в этом регионе вполне
приличные разведывательные службы постарается завербовать кого-нибудь в соответствующей
делегации. Поэтому я с достаточной долей уверенности могу утверждать, что секрет в
сущности не секрет; секретной можно считать только ту информацию, которую мы пока еще не
предоставили делегациям. При этом еще надо исключить возможность утечек в наших
собственных организациях. А кто может поручиться, что тут есть стопроцентная гарантия?
Пожав плечами, француз печально улыбнулся.
- Уверяю вас, что среди моих людей нет шпионов, - отрезал майор Уэст.
- Об этомто я и говорю, - продолжал Дюваль. - Даже если организация чиста, это не
имеет значения, если в моей организации есть продажные люди, не так ли, майор Уэст?
- И что же вы хотите мне сказать?
Американец проявлял явное нетерпение.
- Я только хочу сказать, что мы должны быть готовы к наихудшему. Лично я предпочел
бы, чтобы все эти переговоры происходили в Италии или в Бельгии, чтобы я не нес за них
никакой ответственности.
- Благодарю за откровенность, Дюваль. Но посколь ку они встречаются здесь, я хотел бы
знать, какие меры безопасности вы можете принять в отношении моей делегации и где вы
предполагаете ее разместить? - Уэст хотел вернуть разговор в деловое русло.
Француз небрежным жестом зажег еще одну сигару, прочистил горло и продолжил:
- Мы предоставим вам все, что вы просите. И я рекомендую, чтобы вы поселили их
здесь, в Париже, где мы можем собрать большие силы. Наши палестинцы будут в загородном
шато, под охраной специального полицейского подразделения.
Совещание продолжалось еще несколько часов. Когда все проблемы были наконец
решены - такое, по крайней мере, создалось впечатление - было уже раннее воскресное утро.
Делегаты прибывали в Париж третьего октября. А дел оставалось еще много. Все знали,
что любая небрежность может привести к катастрофическим результатам. Сотрудники
государственного департамента сообщили президенту, что лучше избегать прямого
вмешательства в подготовку конференции, потому что это может привес ти к непредсказуемым
последствиям. Но президент был тверд как кремень: кроме всего прочего, он считал, что
решение этой конкретной проблемы обеспечит ему по четное место в истории.
После совещания майор Уэст спустился в подвальное помещение, в посольский пункт
связи.
Да, сэр?
Молодой сержант, морской пехотинец, вскочил на ноги. У него было такое же массивное
тело сложение, коротко стриженные коричневые волосы, как у Уэста. С некоторой натяжкой он
вполне мог бы сойти за его двойника.
- Закодируйте вот это, - сказал майор, протягивая ему протокол совещания, - и
пошлите в Штаты. Они уже ждут.
ШТАБ-КВАРТИРА МОССАД,
ТЕЛЬ-АВИВ
2 октября. 9.00
- Мне наплевать, здесь он или нет, - сказал солдат. - Мне было приказано отнести это
лично ему. Если бы тебя можно было использовать, как связного, я бы сюда не явился.
- Что я должен сделать? - спросил часовой у входа во двор Моссад.
- Ты? Ничего. Если, конечно, ты не умеешь пользо ваться телефоном. Если все-таки
умеешь, вызови дежурного офицера.
Часовой не привык к такому наглому тону, но не хотел препираться.
- Алло... - Он набрал номер дежурного офицера. - Говорят от передних ворот. Тут
какой-то парень из подразделения восемь два сто принес пакет для Марка Хеллера. Он не хочет
оставить его у меня и требует, чтобы я вызвал дежурного офицера. Вы не могли бы подойти?
- А ты не мог бы соединить его со мной? Если надо, я дам разрешение пропустить его. А
выйти я сейчас не могу, не одет как положено.
- Извините, но по правилам только вы можете провести его с собой.
- Ладно, - раздосадованно проронил дежурный офицер.
Ему предстоял великий день, и он не хотел никаких помех. Меньше чем час назад он
познакомился с женой своего коллеги, который выполнял какоето задание на Дальнем Востоке.
Она купалась в академическом бассейне, и он сумел убедить ее зайти к нему в его отдел. Когда
раздался звонок, они как раз оба обсыхали.
- Скажи этому нарочному, передал он часовому, чтобы он подождал. Я должен кончить
одно важное дело.
- И скоро вы его закончите? - спросил часовой, обеспокоенно глядя на настырного
солдата.
- Это дело не терпит спешки, - ответил он, глядя на груди женщины, вываливающиеся
из купальника. Она уже высохла и легла на кровать. - Я должен идти, - добавил он. - Вели
ему подождать.
Дежурный офицер решил известить Марка, а затем уже заняться соблазнительной женой
коллеги. Он позвонил в отдел тайных коммуникаций и передал, чтобы дежурный офицер
позвонил Марку домой и запросил его распоряжений.
11.00
Подъехав к воротам, Марк опустил боковое стекло.
- Где этот хмырь с бумагами? - спросил он у часового.
- Вот там, - сказал тот, показывая на солдата, спя щего в своем маленьком "рено".
Марк подошел к маленькой машине.
- Что там у тебя такое срочное, что ты даже заставил меня приехать сюда в воскресенье?
- Кто вы такой? - спросил проснувшийся солдат.
- Марк Хеллер. Человек, которому ты так настойчиво хотел вручить документы.
- Извините, но не могли бы вы показать ваше удостоверение личности?
Марк вытащил удостоверение.
- Ну что, этого достаточно? Или ты хочешь, чтобы я проделал еще генный тест, чтобы
окончательно удосто верить мою личность?
- Я только выполняю свое задание. А вы тут на меня накинулись.
- Да, уж мы такие. Гони документы.
Через несколько минут, у себя в кабинете, Марк вскрыл конверт. Там было два листа
бумаги. Одно письмо было от его друга из подразделения 8200. Оно было озаглавлено:
"Самый передовой и боевой отдел дешифровки и электронной информации во всем
мире".
"Дорогой Марк, я предчувствую, с каким удовольствием ты вынужден будешь прервать
свой воскресный отдых, но, к сожалению, у меня не остается другого выхода.
Следующий документ представляет собой копию донесения, отправленного несколько
часов назад из американского посольства в Париже в Вашингтон. Оно, повидимому, является
чрезвычайно важным. Оно также относится к работе твоей организации, поэтому я должен
был немедленно снестись с тобой.
Перехваченный документ содержит информацию о тайном совещании, которое
состоится в Париже, включая фамилии делегатов и краткие о них данные, документ подписан
майором морской пехоты Деннисом Уэстом, возглавляющим отдел безопасности посольства".
Марк решил не посылать этот документ в шифровальный отдел для снятия копий, а
занялся сам его размножением, и через час копии были готовы. Он хотел их разослать в
парижское посольство и по всем отделам, которых это касалось. Он убрал одну копию в ящик с
досье и позвонил Мусе, который оказался дома.
Поскольку Муса возглавлял отдел оперативной безопасности, он был одним, из членов
Моссад; у которых был установлен телефон, до неузнаваемости изменяющий все голоса.
Именно он должен был распорядиться, как поступить с полученной информацией.
- Ты еще не рассылал эту бумагу? - спросил Муса.
- Нет. Только еще собирался, но сперва позвонил тебе.
- Отмени все. Пошли только краткое уведомление в парижское посольство. Представь
себе, какой ор поднимется, если французы и американцы узнают, что мы располагаем
сведениями о террористической ячейке, орудующей во Франции, и не предупредили их об этом.
- Я даже не хочу об этом думать, Муса. Уничтожаю все. Увидимся после уик-энда.
2 октября. 11.45
- Израильское посольство, - произнесла дежурная телефонистка, работающая на
коммутаторе. В этот солнечный осенний день она очень скучала на работе, тем более что ее
заставили выйти не в ту смену, в которую ей хотелось.
- Это Иса. Я хочу поговорить с Давидом.
- Извините, но посольство закрыто. Здесь никого нет.
- Вы не понимаете, повышая голос, - настаивал незнакомец.
Девушка поняла, что это какойто код. "Минутку", - сказала она, закладывая имена в
компьютер. Она посмотрела на экран, затем включила нужного абонента.
- Джилл?
- Да?
- Звонит какой-то человек, по-моему, из твоих. Он называет себя Исой и хочет
поговорить с Давидом. Соединить его с тобой?
- Минутку.
Она слышала, как Джилл начал работать на компьютере. После того как он сделал свой
запрос, на экране появилась цифра 32975.
- Соедини его со мной, - наконец сказал он.
- Мистер Иса? Соединяю вас с Давидом, - сказала телефонистка и сразу же
отключилась.
Она не любила этих парней из Шабака, которые получали такие закодированные вызовы.
Они все задирали нос, эти шабаковцы, и приставали к ней и другим секретаршам, так и
норовили облапить. То, что они отвечали за безопасность посольства, почемуто давало им
повод считать себя ма ленькими божками.
Джилл снял трубку в своем кабинете на втором этаже. Он был не очень высок ростом, но
в сидячем положении казался большим человеком.
- Откуда вы звоните?
- Что с вами? Почему вы не здороваетесь?
- Здравствуйте, пробубнил Джилл. Откуда вы звоните?
- Из Парижа.
- Когда вы зайдете в посольство?
- Да вы шутите? Я не хочу получить пулю в голову.
- Послушайте. У меня нет настроения играть с вами в глупые игры. Человек, который
хочет с вами встретиться, сказал, чтобы я пригласил вас в посольство.
- А что, если ктонибудь заметит, как я войду?
- Это уже наша забота. Итак, что вы решили? Я не могу разговаривать с вами целый
день.
- Я подумаю. К тому же я сперва должен сделать одно срочное дело.
- Мы будем ждать вашего звонка.
Джилл положил трубку с видимым облегчением. Голос этого незнакомца звучал как-то
странно. А в его досье ничего не было, хотя в папках, которые Шабак держал для таких вот
"случайных людей" Моссад, редко бывало много материала. Он решил еще раз проверить
досье, просмотреть и те, которые хранятся в подвале, и переговорить с дежурным офицером. В
приемную он сообщил, что будет находиться в пятьдесят пятой комнате, если кому-нибудь
понадобится.
После убийств, совершенных в Гааге, посольства с их секретными отделами приняли
чрезвычайные меры безопасности, они были готовы к нападению в любое время. Поддерживать
постоянную готовность при недостаточном личном составе было нелегко, приходилось
дежурить по две и три смены.
Сегодня дежурил начальник секретного отдела Роли. В его отделе было около пяти
разведчиков и около десяти сотрудников. Это был самый большой отдел во всей Моссад.
Когда вошел Джилл, он был не один.
- Извините, - сказал Джилл, - я не знал, что вы заняты.
- Ничего, ничего. Входите, - сказал Роли. - Это Амос, мой израильский друг.
- Рад вас видеть. Надеюсь, вы неплохо проводите здесь время?
- Конечно. С таким-то прекрасным хозяином.
- Тебе что-нибудь надо? - спросил Роли.
- У меня есть сообщение для вас.
Джилл бросил мгновенный взгляд на Амоса, как бы спрашивая, может ли он говорить в
его присутствии.
- Выкладывай, что у тебя там, - поторопил Роли. - Я же сказал, что это мой хороший
друг. К тому же он из нашего учреждения.
- Опять позвонил этот парень, который хочет встретиться с кем-нибудь из нас. Он
вернулся.
Роли нагнулся вперед, явно заинтересованный.
- Ну и что?
- Я сказал ему, что встреча должна состояться в посольстве и что мы позаботимся о его
безопасности.
- И что он сказал?
- Что подумает и позвонит попозже.
- Это тот самый агент, который долго бездействовал, - объяснил Роли Амосу. -
Спасибо, Джилл. Когда он позвонит вновь, соедини его со мной, если я буду здесь, а в случае
моего отсутствия с дежурным офи цером.
- Но правила требуют, чтобы я сперва восстановил с ним контакт и определил его
допуск. В данный момент он считается очень опасным.
- Не будем спорить о формальностях, Джилл. Я только говорю тебе, что, когда он
позвонит снова, соедини меня с ним.
- Но я...
- Что с тобой? Повторить еще раз? - Роли вскочил на ноги. - Когда этот засранец
позвонит, немедленно соедини его со мной, или я тебе устрою хорошую жизнь. Теперь ясно?
Роли требовал полного повиновения и при малейших признаках непослушания
превращался в сущего дьявола, Джилл это знал.
- Хорошо, хорошо. Пусть будет по-вашему.
Роли все еще улыбался, обнажая желтоватые зубы, которые вполне могли быть частью
плохого моста.
- Я знал, что ты правильно меня поймешь. Как говорят в нашем отделе,
взаимопонимание превыше всего.
Как только Джилл ушел, Роли и его гость перешли во внутренний кабинет, где они
закурили сигареты и нали ли себе кофе. Амос взял себе копию документа, который только что
прибыл из Израиля, относительно секретных переговоров в Париже. Хотя правила запрещали
выносить столь секретные документы из здания, как начальник отдела, он волен был поступать,
как хотел.
- Я буду в своей гостинице, позвоните мне, если по лучите какие-нибудь сведения... или
если я кому-либо понадоблюсь, - сказал он Роли.
2 октября. 14.00
Как только зазвонил телефон, Натан сразу же схватил трубку. Он был весь в напряжении.
- Да? сказал он, стараясь говорить как можно спо койнее. Не хватало еще, чтобы Надин
заподозрила, будто он не вполне владеет собой.
- Мы прибыли, но я не знаю, где именно мы оста новились.
- Откуда вы звоните?
- Из небольшого торгового центра в пяти минутах ходьбы от фермерского дома, где мы
поселились. Это где-то на севере. Но где точно, не могу объяснить.
- Вы можете добраться туда без каких- либо помех?
- Меня привез один из наших людей. Пока я закупаю продукты, он сидит в машине.
- Не могли бы вы прийти сюда попозже?
- Пожалуй. Я забуду купить что-нибудь из списка, который они мне вручили. И мне
придется вернуться сюда.
- Скажите, что вы забыли чтото в магазине. А то они могут отвезти вас в другой центр.
- Что я должна сделать?
- Мне "надо знать, где вы и где остановились. И я совершенно уверен, что за вами сейчас
следят, поэтому ведите себя непринужденно.
- Что, если они увидят, как я звоню по телефону? Они могут выйти на вас, - в ее голосе
прозвучала тревога.
- Не волнуйтесь. - Он попробовал ее успокоить. - Даже если бы они засекли мой
номер, они не смог ли бы меня задержать. Там, где телефон, меня нет. Слава Богу, я догадался
захватить с собой кое-какие хитрые приспособления, так что не беспокойтесь. Как только
смогу, я пошлю вам специальную брошь, которую вы должны носить все время. Будете носить?
- Да, конечно.
- Когда вернетесь сегодня, прихватите с собой чертеж дороги от дома до магазина.
- Хорошо, я - сделаю это, обещала она, к этому времени она уже почувствовала, что за
ней наблюдают. - Вы знаете, как они выглядят?
- Кто? спросил он.
- Люди, которые за мной следят. Чтобы я я могла за ними наблюдать.
- Ни в коем случае. Даже не поворачивайте голо вы, или они заподозрят неладное. Мы
не можем этого допустить. Понятно?
- Да. Но это нелегко.
- Я знаю, но забудьте о них. Они не должны причинить вам никакого вреда. Они только
наблюдают за вами. Расслабьтесь.
Разговор длился еще несколько минут. Надин явно разнервничалась. "У нее, вероятно,
такое чувство, будто ее разоблачили", - подумал Натан, и он ни в коей мере не хотел
оказывать на нее излишнее дав ление.
- Есть ли на будке знак с номером? - спросил он.
- Да, прямо передо мной.
- Прочитайте его, - сказал он.
После этого он отпустил ее, сказав, чтобы она вернулась позднее, Гамиль заберет у нее
чертеж и даст ей маленькую брошь, которая в случае надобности поможет ему найти ее.
Прежде чем повесить трубку, она подробно объяснила ему дорогу к фермерскому дому. Она
также сказала ему, что на этой улице есть два магазина. Второй магазин - магазин пластинок,
там-то она и должна была встретиться с Гамилем.
К шестнадцати часам Гамиль уже был в магазине, ожидая Надин. По номеру телефона
Натан выяснил местонахождение улицы и магазинов. Это был город Марин, к северо-западу от
Парижа, по дороге Д/915. Гамиль выяснил все это достаточно просто.
Натан велел ему встретиться с Надин в магазине пластинок. Он должен передать ей
маленький пакет и получить от нее записку. Они не должны говорить ни о чем, кроме
пластинок, и не более нескольких минут. После встречи Гамиль должен позвонить, оставить
сообщение для Натана, а сам вернуться в гостиницу и ждать дальнейших распоряжений.
Надин вошла в магазин без четырнадцати пять. Она стала просматривать различные
альбомы, медленно по двигаясь к Гамилю. Оказавшись совсем от него рядом, она веж
...Закладка в соц.сетях
