Жанр: Боевик
Особо опасная особа
...лександр.
— Потому что он убит.
— Убит? — Саша старательно выкатил глаза.
— Да, убит, — повторил сыщик. — И у меня такое впечатление, что это не
является для вас новостью. Мало того, я уверен, что вы присутствовали при его
убийстве, а может быть, и участвовали в нем.
— Почему вы так решили? — сдвинул брови Смирнов.
— Долго объяснять, — устало ответил опер. — Следы ваши на это
указывают. Много следов. Кстати, не попадался вам в доме погибшего кейс?
Красивый такой, с номерными замками?
— Нет, не попадался, — мрачно произнес Александр.
— Хорошо, — заключил молодой человек. — Я так и думал. Прошу вас
проехать со мной. Кстати, где вы живете?
— Квартира у меня в Москве, — ответил Смирнов, напряженно думая над
создавшейся ситуацией.
Они вышли из офиса. Саша быстро оглянулся по сторонам, но, к удивлению
своему, не увидел милицейской машины. Никого посторонних поблизости также не
было. Видимо, чтобы не привлекать к себе внимания, опер пришел сюда один.
— Мне сказали, что иногда вы ночуете в здешнем пансионате, — заметил
сыщик. — Ваши вещи там лежат? Я имею в виду туалетные принадлежности и прочее.
— Там, — кивнул Александр.
— Вот туда мы и поедем сейчас, — удовлетворенно отозвался паренек. —
Пойдемте, машина у проходной.
Они пошли по дороге в сторону шлагбаума. Александр думал, что делать.
Он не ожидал, что его так быстро вычислят, да еще и обвинят в соучастии в
убийстве. Это означало, что его непременно упрячут в клетку, а уж сколько он
там просидит и что ему в итоге припаяют, одному богу известно;
Про кейс все-таки знают, — размышлял он. — И знают, что я находился
там в момент перестрелки. Что делать? Действовать по второму варианту? То есть
вернулся из магазина, увидел трупы, испугался и убежал? Кейса не видел. Но если
они докажут, что его взял я, то все убийства объяснят именно этим мотивом.
Будто я увидел деньги, решил ими завладеть и положил всех присутствующих. Я не
должен был брать этот кейс, но теперь уже поздно. И третий вариант — рассказать
все, как было. Но в любом случае, даже при самом благоприятном раскладе, мне
придется провести в тюряге не одну неделю, и чем это кончится, неизвестно.
Скорее всего, кончится плохо. Владельцы денег не отстанут от меня, пока не
получат их назад и не посчитаются со мной за своих ребят. Что делать?
Что-то тяжелое и жгучее начало подниматься из глубины живота сначала к
горлу. Александру вдруг представилось, что он в каком-то дурмане забрел в
страшное, незнакомое место, населенное жестокими, безжалостными людьми, а придя
в себя, увидел, что уже окружен ими и они собираются с ним расправиться. Ему
захотелось, чтобы это был сон, чтобы поскорее проснуться и успокоиться.
Но все происходило наяву и при этом не сулило ничего хорошего. Смирнов
увидел за шлагбаумом милицейский
уазик
и стоявшего рядом омоновца с
автоматом. Все. Сейчас его отвезут в кутузку, и начнется у него совсем другая
жизнь — тюремная.
Александр не был готов к такому крутому повороту судьбы. До этого он
честно и иногда даже героически пахал на государство и никак не предполагал,
что однажды окажется на нарах. И зачем он схватил этот чертов кейс?!
Смирнов затравленно посмотрел по сторонам. Не владея собой, он вдруг
сорвался с места и кинулся в лес.
— Стой! Стреляю! — крикнул опер, выхватывая из-под мышки
Макаров
.
Он сделал предупредительный выстрел вверх, после которого Смирнов лишь
прибавил скорость. В следующую секунду Саша исчез в зарослях. Омоновец побежал
было за ним, но опер остановил его:
— Не надо! Далеко не убежит. Объявим в розыск. Они сели в машину и
поехали к шоссе.
ГЛАВА 9
Металлические ворота автоматически открылись, и большой темно-серый
джип въехал во двор роскошного особняка, расположенного в одном из
многочисленных поселков вблизи Рублевки. Из машины вышел высокий худощавый
мужчина, одетый в дорогую матерчатую куртку бежевого цвета. Его светлые волосы
были подстрижены коротким ежиком.
Не успел он приблизиться к необычному полукруглому крыльцу с просторной
террасой, как перед ним, словно из-под земли, выросли три могучих охранника в
черной униформе. Они вежливо козырнули прибывшему гостю и сообщили, что хозяин
ожидает его в холле на втором этаже.
Человек прошел в дом, поднялся по витой деревянной лестнице и увидел
сидевшего в кресле ухоженного мужчину лет пятидесяти, приятной интеллигентной
наружности, одетого по-домашнему — в клетчатую рубашку и джинсы. На ногах у
него были красивые кожаные тапочки, расшитые узорами. Коротко подстриженные
волосы серебрились сединой, глаза смотрели внимательно, со спокойной иронией.
— Здравствуйте, Иннокентий Филиппович, — поприветствовал его визитер.
— Здравствуй, супермен, — иронично произнес хозяин.
Блондин сел в указанное ему кресло. Это был Алексей Фирсов, по кличке
Фирс, в прошлом сотрудник контрразведки, а ныне шеф боевого звена могучей
организации, прикрывавшей бизнес Иннокентия Филипповича. Высокий, крепкий, с
волевым лицом, он вполне мог бы сниматься в вестернах, но только как
отрицательный персонаж. Причина крылась в его глазах — они смотрели на все
пристально и бесстрастно, оставляя весьма неприятный осадок.
Несмотря на то, что погода стояла довольно теплая, в холле горел камин.
Он был оригинальной треугольной формы, обрамленный полированным камнем и
сверкающими латунными панелями.
— Ну что, Даня наш еще на этом свете? — ровным, спокойным тоном
поинтересовался хозяин.
— Жив, — ответил блондин. — Переливание ему сделали. Очухался и все мне
рассказал.
— Ну и что там случилось?
— Даже не знаю, с чего начать, — вздохнул блондин, напряженно
выпрямляясь в кресле и глядя поверх собеседника.
— Где нашли этого Сивого, после того как он не вышел на связь? — задал
наводящий вопрос Иннокентий Филиппович, наливая себе в стакан апельсиновый сок
из хрустального кувшина.
— В полутора километрах отсюда. Он только-только пришел в себя, когда
мы подъехали. Сказал, что какая-то
бээмвуха
спихнула его с дороги. Стекла
тонированы, номера не заметил, больше ничего о ней сказать не смог. Деньги
пропали. Сначала мы подумали, что их взяли те, что были на
БМВ
, но потом по
следам разобрались. Нашли рядом пустую бутылку от пива, свежие окурки и
упаковку от бандероли с фамилией. По ней вышли на солдата — они там рядом дом
строят. Солдат сказал, что кейс открыть не смог и продал его местному жителю за
двести рублей.
— Вот дурень! — усмехнулся хозяин, словно слушая анекдот.
Блондин, однако, сохранял полную серьезность. Его озабоченность
постепенно начала передаваться Иннокентию Филипповичу.
— Мои люди с Даней во главе вместе с солдатом и Сивым поехали к тому
мужику, — продолжал гость. — Он там неподалеку живет, машины ремонтирует. Мужик
выдал им закрытый кейс — тоже не успел еще код подобрать. Сивый открыл его,
смотрят — все деньги на месте. Даня начал их пересчитывать на всякий случай и
вдруг видит, что в кейс вмонтирована видеокамера. Он мужик опытный, в том же
управлении, что и я, работал...
— Вот это интересно! — нахмурился хозяин, окончательно утратив
спокойное расположение духа. — Получается, Сивый заснял, как я Кошу здесь
шлепнул?
— Да нет, он же внизу сидел, — возразил блондин.
— А кейс его где был в это время?
Блондин слегка порозовел, вспомнив, что кейс вроде бы оставался в
холле.
— Вот это я точно не помню, — ответил он. — Врать не буду. Уж больно
момент был стремный. Не ожидал я, что так дело повернется. Да, — начал
припоминать блондин. — Кейс, кажется, стоял здесь.
— В том-то и дело, — хмуро произнес хозяин, глядя перед собой. — Ладно,
— он хлопнул ладонью по подлокотнику кресла. — Что дальше было?
— Дальше — бодьше. Увидев, что Даня обнаружил аппаратуру, Сивый
выхватил ствол и начал шмалять. Даня получил несколько пуль и сразу потерял
сознание. Когда он пришел в себя, вся бригада уже лежала на полу, пощелканная.
Видит: рядом с ним стоит человек, сгребает со стола деньги и укладывает их в
тот самый кейс.
— Сивый?
— Нет, не Сивый, — покачал головой блондин. — Там был еще один,
знакомый хозяина дома, какой-то молодой мужик. Даня говорит, что деньги и кейс
с аппаратурой взял именно он. Ни его, ни Сивого не оказалось потом среди
убитых.
— Что о нем известно? — напрягся Иннокентий Филиппович.
— Они спросили его, кто такой,- когда вошли в гараж. Он ответил, что
работает где-то поблизости. Посмотрели его паспорт, но тот, кто смотрел, уже
ничего нам не расскажет.
— Почему Даня позволил ему уйти?
— Даня в трех местах продырявленный, — пояснил блондин. — До сих пор
только глазами шевелить может и языком немного, слава богу.
Настроение у хозяина дома испортилось окончательно. Он умолк, глядя в
окно, но через секунду вновь повернулся к собеседнику и, прищурившись, спросил:
— Послушай, Фирс. Сивый при тебе здесь этот кейс открывал, когда ты ему
деньги выдавал. Почему же ты эту аппаратуру не заметил?
Блондин заметно смутился, но сразу пояснил:
— Даня говорит, что она была спрятана в отделении для бумаг, сделана
под дополнительный отсек. Я обратил внимание, что в этот раз он с другим кейсом
приехал. На входе его и Кошу, как обычно, металлодетектором прощупали, в кейс
тоже заглянули, но... — Фирс развел руками. — Кто мог подумать, что этот хмырь
гнилой окажется! Сколько раз он здесь бывал уже!
Иннокентия Филипповича, казалось, удовлетворило это объяснение, хотя он
продолжал сохранять хмурый, угрожающий вид.
— Разборка с Кошей не планировалась, — задумчиво проговорил он. — У
меня просто нервы не выдержали, когда он начал условия мне ставить, да еще
грозить. Не привык я такое от щенков выслушивать.
— Наверняка Шаман его науськал, — заметил блондин.
— Вне сомнений, — кивнул хозяин. — Шаман не раз уже пробросы делал
насчет повышения цены. Но в открытую требовать побаивался и решил подослать
Кошу, ближайшего подручного.
— Мудро поступил, — усмехнулся блондин.
— Думал прижать меня к стенке, — с едва заметным возбуждением продолжал
Иннокентий Филиппович. — Сопливый еще. Впрягся в телегу — тащи вместе со всеми.
Начнешь взбрыкивать — получи.
— Плохо он Кошу проинструктировал, — вздохнул гость. — Нельзя так
переть по-бараньи.
— Он больше так не будет, — невозмутимо произнес хозяин.
— А может, Шаман специально все это организовал? Я имею в виду разборку
с Кошей и видеосъемку. Настропалил его, зная, что он бестолковый и горячий,
чтобы спровоцировать нас на резкие действия. А мы поддались.
Иннокентий Филиппович презрительно сморщился:
— Шаман не осилит такую комбинацию. У него в голове меньше, чем у меня
в жопе.
— А если ему кто-то помог?
Хозяин с сомнением покачал головой:
— Он не будет пилить сук, на котором сидит. Компромат на меня — это
компромат и на него. Автоматически. Если я начну тонуть, Шаман тут же пойдет ко
дну вместе со всей своей бандой. За такие дела очень сурово наказывают. И он
это понимает, хоть и тупой.
— Хорошо, — продолжал рассуждать Фирс. — Допустим, с Кошей произошло
незапланированно. Тогда получается, что Сивый хотел заснять момент передачи
денег и разговор с нами. Но для кого? Конкурентов у нас нет, по крайней мере,
здесь. Менты? ФСБ? Они бы уже проявились.
— Коша со своими корешами мог это затеять, чтобы цену поднять. Или еще
кто-то. О чем шла речь, когда ты им деньги передавал?
— Посчитали, сколько единиц они нам поставили, и расплатились. Все. Не
считая последнего разговора с Кошей.
— Как бы то ни было, Шамана и его людей будем кончать, всех до единого.
У меня такое правило.
— Всех сразу рискованно, — высказал сомнение Фирс.
— Ты уж постарайся. Помимо прочего, бригада Шамана будет требовать
деньги, которые до них не до-ехали. Судя по поведению Коши, они настроены
решительно, а у меня лишних полутора миллионов нет. Всех за борт.
— Шаман мне с самого начала не нравился, — поддержал блондин. — А
хреновые помощники — хуже врагов.
— Короче, Сивого срочно найти и выпотрошить. Шамана с остальными — в
расход. Сегодня же. Перед этим поговорим с ним напоследок — может, скажет чего.
— Понял, — коротко ответил Фирс.
— А что, если авария с курьером произошла не случайно? — после
некоторого молчания произнес Иннокентий Филиппович. — Не верю я в такие
случайности. И опять не понятно, кому это понадобилось. Не Сивому же и не
Шаману, которому он деньги вез.
— Но тогда тот, кто подстроил аварию, забрал бы кейс. Правильно? —
резонно рассудил блондин. — А его забрали случайные люди.
— Что с тем солдатом?
— Как только он указал покупателя кейса, его Отвезли в лес и шлепнули.
— Ладно. Подготовь Шамана к прощальной встрече, — задумчиво произнес
Иннокентий Филиппович. — Часиков на семь назначь.
Фирс вынул из кармана телефон и набрал номер.
— Шаман, здорово, — сказал он в трубку. — Сегодня к семи вечера собери
своих людей, всех до одного. Да, у себя. Шеф побеседовать хочет. Когда
соберутся, позвонишь мне и доложишь о готовности. Все понял?
После этого блондин уехал, а вечером, ровно в половине седьмого, он
вновь входил в дом босса.
— Готовы ребята? — спросил его Иннокентий Филиппович.
— Да, — коротко ответил Фирс. — И те, и другие. Через несколько минут
черный
Мерседес
хозяина выехал за ворота. За ним следовал джип блондина.
Поколесив минут двадцать по подмосковным дорогам, они подъехали к большому
особняку, сработанному в позднесоветском стиле — дерево, кирпич, грубоватые
формы, яркая краска. Представления домовладельца о роскошном жилье явно
отставали от современных стандартов.
Дом стоял в отдалении от поселка и был скрыт от него небольшой рощей.
Хозяин, атлет двухметрового роста, облаченный в дорогой спортивый костюм,
ожидал гостей в саду, у бассейна, сидя за пластиковым столиком.
— Прошу прощения, что принимаю в таком виде, — с почтительной
развязностью пробасил он, вставая. — Только что разминочку закончил.
— Ничего, мы ненадолго, — хмуро бросил Иннокентий Филиппович и
посмотрел на стоявших неподалеку пятерых молодых людей крепкого сложения. — Все
на месте?
— Да, как вы сказали, — подтвердил хозяин. Парни были одеты самым
обычным образом — в джинсы, футболки и рубашки, зато их машины, выстроившиеся
во дворе, были недешевые. Бригада впервые увидела Воронова, своего главного
босса, и сейчас гадала, чем вызван этот неожиданный сбор. Они видели также, что
их бригадир чувствует себя неуверенно, и это их беспокоило.
Шаман действительно волновался, и его внушительные физические данные
лишь подчеркивали это. Бывший спортсмен, борец или боксер-тяжеловес, вставший
на скользкую криминальную дорожку, готовился к серьезному разговору.
— Как здоровье? Что будем пить? — спросил он, когда гости уселись за
стол. — Виски, джин?
— Сейчас впору валидол пить, — ответил Фирс.
— Что такое? — тут же поинтересовался хозяин, беспокойно взглянув на
мрачного Иннокентия Филипповича. — Неужто сердце?
Шаман невольно оттягивал начало беседы, понимая, что ему сейчас начнут
предъявлять серьезные претензии.
— Со здоровьем пока все в порядке, чего не скажешь об остальном, —
неторопливо произнес босс и, внимательно взглянув на собеседника, спросил: —
Где Сивый?
— Не знаю, — помотал головой тот. — Провалился куда-то. Дома нет. На
звонки не отвечает.
— Ты знаешь, что он учудил намедни? — спросил Фирс, не сводя глаз с
Шамана.
— В аварию, в смысле, попал? — отозвался амбал и пожал плечами. — Я с
ним Кошу послал для подстраховки, но и он куда-то исчез.
— О Коше потом, — перебил его Иннокентий Филиппович. — Ты лучше
расскажи, кто Сивого таким делам обучил?
— Не понял, — озадаченно произнес Шаман, уставив на гостей свои
угрюмые, глубоко посаженные глаза.
— Ты знаешь, что он видеосъемкой увлекается? — быстро спросил Фирс.
— В каком смысле?
— В прямом, — ответил босс. — Сам себе режиссер. И я очень хочу вручить
ему главный приз. Интересно, кто его к этому приобщил? Не ты ли?
— Да что, в натуре, произошло? — заволновался Шаман.
Гости внимательно смотрели на хозяина виллы.
— В кейсе, с которым он ко мне приехал, — медленно произнес Иннокентий
Филиппович, — была спрятана видеокамера. Теперь понял?
Шаман молчал, не сводя глаз с босса. Странно было видеть этого грозного
гиганта в такой растерянности.
— Я надеюсь, что ты здесь ни при чем, — заключил Иннокентий Филиппович,
теряя интерес к собеседнику. — Если что, вместе тонуть будем.
— Я его из-под земли достану, — зловеще прошипел Шаман, сжимая огромные
кулаки. Он был явно напуган.
— Ну давай, желаю успеха, — холодно произнес босс, вставая. — Как
найдешь, сообщи мне. И еще: я слышал, твои ребята прибавку просят. Они ее
получат. В сопровождении Фирса он направился к машине.
— Вроде бы не врал, — сказал блондин, когда они садились в машину.
— Вроде бы, — кивнул Иннокентий Филиппович. — Учтем в дальнейшем.
Как только они отъехали от ворот дома, к владениям Шамана с двух
сторона подкатили большие черные джипы без номеров. Из них выскочили люди в
камуфляже, в масках и с автоматами в руках и быстро рассредоточились вдоль
забора. Тут же раздалось приглушенное лязганье затворов — так стреляли
автоматы, снабженные хорошими глушителями.
Первые пули достались хозяину дома, сидевшему у бассейна в окружении
своих помощников. Шаман успел подняться на ноги, но тут же рухнул в воду,
словно тяжелая статуя. Его подчиненные, задетые и не задетые, попадали со
стульев и завертели головами. Некоторые из них вскочили и, кто пригнувшись, кто
в полный рост, попытались бежать. Однако пули, посылаемые со всех направлений,
настигали их и опрокидывали одного за другим. Через полминуты все было кончено.
Три или четыре автоматчика проворно перепрыгнули через забор, подбежали
к бассейну и прошлись лязгающими очередями по лежавшим там и сям людям.
Попрощавшись с шефом, Фирс поехал в Москву. По дороге он размышлял, как
ему подступиться к выполнению полученной задачи. Лучше всего действовать через
старые связи в МВД, решил он.
Когда-то, еще в советские времена, Алексей Фирсов работал в КГБ и
охотился на своего нынешнего босса, Иннокентия Филипповича Воронова. Несмотря
на то, что имя его означает на латинском
невинный
, Воронов всегда был
махровым дельцом и ловкачом невероятным. Уже тогда он являлся крупным
цеховиком, подпольным коммерсантом и одновременно, как это ни странно на первый
взгляд, видным чиновником Министерства рыбного хозяйства СССР.
Воронов сумел наладить производство рубашек, маек и брюк модных
фасонов, с иностранными лэйблами, не отличавшихся по виду от тех, что
продавались в то несуразное время лишь в валютных магазинах да у фарцовщиков.
Используя свое положение и связи в рыбной отрасли, он организовал добычу и
поставку в Москву черной икры под видом селедки в пятикилограммовых
металлических банках. Все это умело распродавалось надежным клиентам и
приносило сумасшедший по тем временам доход.
Попался Иннокентий Филиппович случайно. Две женщины, стоявшие в очереди
в каком-то занюханном магазине, договорились купить большую банку селедки, одну
на двоих, и попросили продавца вскрыть ее. Тот охотно выполнил просьбу, и
взорам покупателей предстали пять килограммов первосортной черной икры.
Перепугавшийся продавец пробормотал:
Извините! Ошибочка!
и тут же спрятал
банку под прилавок, после чего вскрыл другую, на этот раз с селедкой. Кто-то из
стоявших в очереди стуканул в милицию, и карусель закрутилась.
Чтобы довести такое дело до конца, силенок одной милиции оказалось мало
— слишком уж крупные шишки оказались замешаны. К расследованию подключился КГБ,
и вот тогда-то Фирсов и познакомился с Вороновым. Но несмотря на то, что
отношения между ними с самого начала установились хорошие, насколько это
возможно между следователем и подследственным, Воронов все же получил большой
срок и был безумно рад, что остался в живых. Других за такие дела легко
подводили под
вышку
, причем те же, кто перед этим их прикрывал.
Правда, времена уже менялись, и
до звонка
Иннокентий Филиппович не
досидел, а уж когда вышел, развернулся так, как ему и не снилось в советское
лихолетье. К середине девяностых он стал долларовым миллионером, а вскоре к
нему пришел наниматься на работу подполковник Фирсов, выставленный за какие-то
провинности из
конторы
. Он заступил на должность самого главного охранника
Иннокентия Филипповича и с тех пор стал зваться Фирсом.
Поездив по Москве и поговорив с нужными людьми, Фирс узнал, что
подмосковный опер, ведущий это дело, вышел на некоего Александра Смирнова,
работавшего переводчиком в строительной фирме рядом с местом происшествия, и
что Смирнов этот сбежал, можно сказать, из-под ареста. Сомнений не оставалось —
он и есть тот самый похититель кейса.
Фирс вызвал своего ближайшего помощника и поручил ему срочно собрать
всю информацию на этого Смирнова.
— Если тебе повезет и ты его где-то обнаружишь, не трогай, а установи
самое плотное наблюдение. Но только так, чтобы он ни в коем случае не просек. И
поставь прослушки на все его телефоны. Сначала нужно выяснить, где он прячет
кейс.
Когда помощник ушел, Фирс задумался над следующей проблемой. В деле
упоминался второй солдат, участвовавший в краже кейса. Он уже не работал на
строительстве дома — его отпустили под подписку о невыезде, и он вернулся в
свою часть, расквартированную в нескольких километрах от тех мест. Этот солдат
видел курьера и его
жигуленок
. Его свидетельства будут использовать в ходе
следствия. Возможно, он видел и вторую машину, тот самый черный
БМВ
, который
столкнул курьера с шоссе.
В тот же день на КПП воинской части, расположенной на окраине унылого,
пустынного поселка, появилась симпатичная улыбающаяся девушка. В руке она
держала авоську с продуктами. Она представилась знакомой того самого солдата и
попросила дежурного вызвать его.
— У них сейчас занятия, — сдержанно ухмыльнулся прапорщик. — Через час
приходите.
Девушка ушла и вернулась ровно через час. Прапорщик позвонил куда-то и
сообщил, что солдата ждут на КПП. Спустя несколько минут появился Валера. Вид у
него был настороженный. Он озадаченно уставился на посетительницу, а та сразу
взяла его под руку, назвала по имени и, горячо шепча ему что-то о своей
подруге, жаждущей с ним побеседовать, повела недоумевающего паренька с
проходной.
— Далеко не ходи! — крикнул ему прапорщик. — И чтоб недолго!
Не успели они повернуть за ближайший дом, как рядом с ними остановился
неприметный
жигуленок
, двое крепких мужчин в штатском вышли из него и со
словами:
Спокойно! Милиция!
усадили Валеру на заднее сиденье.
Машина, несмотря на свой неказистый вид, лихо помчалась по подмосковным
дорогам и через полчаса подъехала к большому белокаменному особняку с
темно-зеленой черепичной крышей. Дом был сделан на совесть, так же как и забор
вокруг него. Похоже, это было какое-то учреждение. У входа стоял охранник в
штатском. Еще один сидел в прихожей за столом.
Солдата проводили наверх, в небольшой, хорошо отделанный кабинет, где
его ожидал светловолосый мужчина спортивного вида. Это был Фирс.
— Садись, — сказал он солдату, указав взглядом на стул, при этом никак
не представился и даже не поздоровался.
Валера послушно сел и затравленно уставился на хозяина кабинета. Еще в
дороге ему пришла в голову жуткая мысль, что попал он вовсе не к оперативникам,
а все к тем же крутым ребятам, забравшим и убившим Витька, его приятеля. Солдат
не спрашивал, куда его привезли, понимая, что ему все равно не скажут, а если и
скажут, то неправду.
Что они со мной сделают?
— думал он, глядя на стоящего
посреди комнаты человека.
Блондин вдруг улыбнулся:
— Так это ты дипломат из машины взял? Валера молча кивнул.
— Расскажи, как все было, — попросил Фирс. Валера коротко изложил ход
событий. Голос у
...Поділитися у соцмережах
