Жанр: Боевик
Джеб 3. Направление главного удара
...ти -
одна. Последняя - это берег Ворчащего Сада.
Этот вечер выдался спокойным. Юго-западный муссон принес легкий дождь, высота волн
не превышала полуметра даже у берега, температура двадцать семь градусов.
Один из трех островов вырос прямо по курсу неожиданно. Как и другие, он был едва ли не
вровень с водой. Но его венчала крутая шапка тропических растений, отчего он виделся
холмистым.
Николай, не сбавляя скорости, обошел его с северной стороны. В видимости Ворчащего
Сада он заглушил двигатель. "Зодиак" остановился, но тотчас был подхвачен океаническим
течением. Джеб, прокладывая маршрут, уповал именно на течение, проносящееся через узкие
каналы между островами. Плюс ветер, дувший в сторону намеченной цели.
Ворчащий Сад под тусклыми звездами отчего-то показался действительно сварливым. Как
и соседний остров, он блистал прибрежной полоской из-под взлохмаченной гривы высоченных
кокосовых пальм. Он вырастал в размерах, показывая изрезанный песчаными губами берег.
Бойцы еще плотнее приникли к овалам лодки, отчего она издалека походила на уродливую
голову кашалота.
Течение и ветер вынесли "Зодиак" к северо-восточной оконечности острова.
- Как по заказу, - успел шепнуть Николай, первым покидая скользкий борт. Следом в
воде по пояс оказалась вся команда. Бойцы взялись за леера и на приличной скорости втащили
надувное судно на берег. Не останавливаясь, протащили его по суше еще с десяток метров,
укрыв в зарослях.
"Тишина, - показал командир жестом. - Слушаем".
В течение двух минут команда вслушивалась, привыкала к новым звукам, действительно
ворчливым, словно вокруг шумел не океан, а фруктовый сад. "Точное название", - подумал
Джеб. Хотя понимал, что идет на поводу у ассоциаций и сравнений. Он бы принял любое
другое название и соотнес его со своими ощущениями.
- Экипируемся, - шепотом отдал он команду и первым начал маскировать голову
зеленью. В ход пошли мелкие кустики и пальмовые листья.
Бойцы были одеты в черные майки, темные брюки и водолазные боты с жесткой
подошвой. Ножи в стандартных водолазных ножнах, закрепленных на бедре.
Дождь зарядил не на шутку. Со стороны кустарника к воде побежал резвый ручей.
Джеб стал во главе отряда. В арьергарде - вооруженный "страйкером" и "инграмом"
Николай Кокарев.
Блинков выбрал единственный удобный маршрут для передвижения всей группы - вдоль
кустарника казуарины и наступающих на него двадцатиметровых пальм - "маской". Такая
простая тактика неизбежно выводила на мостки, подобия причала, на все то, что указывало бы
на близость жилища.
Он успел отметить, что почти все островные жилища построены на манер бунгало. Это не
считая крупных поселков и самой столицы Мальдив.
Спецназовцы передвигались медленно, всматриваясь и вслушиваясь, выдерживая
дистанцию в два шага. Джеб несколько раз поднимал руку, останавливая маленький отряд
возле канавы с водяными крысами и скорпионами, навала почерневших от воды веток, между
которыми сновали беспокойные летучие мыши. И тогда бойцы, припадая на колено, так же
медленно поводили массивными глушителями "инграмов".
Первый сюрприз преподнесла залитая водой ложбина, по краям которой топорщились
колючие кусты розы и плюмерии, источающей пряный аромат. Блинков, снова останавливая
отряд, заметил: в сухую погоду - это тропа, ею можно пройти не замеченным как с моря, так и
с суши. Дождь помог спецназовцам, будто высветив протянувшуюся над землей проволоку. Не
меняя позы, Джеб подозвал идущего позади Михаила Чижова.
- Растяжка. Передай назад.
Срезав ножом пару упругих веток, Блинков обозначил как место ловушки, так и коридор
следования. И первым шагнул между вешек.
Сразу же за ложбиной Джеб снова остановил группу. Пока он не видел никаких строений,
но они дали знать о себе слабым отсветом. Справа по ходу марша находился источник света. Он
ущербным сиянием подкрасил прямые дождевые струи и казался перистым облаком, невесть
как опустившимся на этот клочок суши.
- Забор, - шепнул Блинков примкнувшему Чижику. - Плотный забор. Метров двести
справа. Тимур, ко мне.
Музаев подошел неслышно и присел возле командира.
- Где-то за забором жилые строения. Вдоль забора не пойдем - нарвемся на сюрпризы.
Там могут быть сигнальные ловушки, электронные сторожа, микрофоны и прочее дерьмо.
- Понял.
- Смещаемся к морю. Оттуда будем искать вход на базу. - Джеб потер набухшие
веки. - Глаза подустали. Ты пойдешь впереди.
Джеб пропустил впереди себя Тимура, Чижика, сам стал в середину группы.
Открытый участок бойцы перебежали парами и залегли у береговой полоски.
Оглянувшись назад, Джеб еще раз убедился в правильности выбранного маршрута. Морем идти
тяжело, открытой береговой полоской - опасно. Только сейчас, когда цель этого марша была
определена и наступило время переходить к объекту, спецназовцы вынужденно избрали самый
трудный путь.
Ветер усилился, бросая в лицо косые струи дождя. Волна валила с ног. Но за этим шумом
бойцы не таили тяжелого дыхания.
За двадцать минут они прошли не больше двухсот метров. Наконец рука Тимура
коснулась скользкой сваи мостков. Один за другим бойцы нашли под ними укрытие. Как
оказалось - вовремя.
Шумы двух дизельных моторов нарастали, подобно приближающемуся вертолету.
Десятиметровая десантная лодка с включенной фарой-прожектором обрушилась, сбавляя
обороты, всей тяжестью на воду. Волна накрыла Джеба, и он едва устоял на ногах. Еще и
потому, что не смотрел на роскошное и грозное приближение десантного судна. Все внимание
он сосредоточил на низком строении у самого берега и на главном объекте, далеко отстоявшем
от воды. Сквозь частокол пальм и бамбука Джеб в ярком свете прожектора разглядел высокий
забор и дорожку, ведущую к базе. Когда его накрыло волной, он нашел в себе силы улыбнуться.
Британские морпехи не проронили ни слова, расчаливая лодку вдоль мостков. Так же
молча действовали русские "котики". Они заняли позиции по обе стороны мостков: Джеб и
Тимур - одна пара, Кок и Чижик - другая. Они походили на крокодилов, тершихся о мостки.
Английских коммандос было четверо. Они наверняка вернулись с патрулирования района
затонувшей субмарины. На что рассчитывал Хантер? - спрашивал себя Джеб, поджидая
удобного момента для атаки. На то, что русские спецназовцы предпримут попытку погружений
на месте потопления "Мурены"? Вряд ли. На то, что именно там прикипела точка отсчета,
начало рейда? Так или иначе Охотник начал разбрасываться. Его план - уничтожить всю
агентурно-боевую группу - не выгорел. Вряд ли он нервничает по этому поводу, разве что
раздосадован. Он хозяин, он диктует условия.
Англичане, не включая фонарей, направились к берегу парами. Под их тяжелым шагом
простонали доски мостков.
Джеб словно отвечал на их тактику захвата "Мурены". Он сам применял ее не раз, и в его
анналах она имела название "резидентская виза": путь открыт на любой морской объект.
Спецназовцы словно вынырнули из пучины, окружив противника и мгновенно распределив его
между собой.
Для Тимура его визави сделал все, чтобы русский морпех отправил его "вертушкой" на
мостки. Англичанин чуть наклонился, сближаясь по инерции и вытянув руку вперед. Тимур
механически захватил его левой рукой за руку выше локтя. Отшагнул, вынуждая "котика"
потянуться для захвата. Тот тоже действовал на механике и выпрямил руку, защищаясь. Тимур
мгновенно записал этот контрприем себе в актив. Он повис на его руке и, падая назад к его
ногам, с вращением выполнил бросок. Два ножа вышли из ножен с лязгом. Тимур обнажил свой
клинок мгновением раньше и с коротким замахом нанес англичанину колющий удар в шею.
Джеб отработал коротко и жестко, рассекая горло противника от уха до уха. Вынимая
нож, он уже придал руке ускорение. Со стороны казалось, он наносит широкий хук справа и
немного не достает головы соперника. Когда он убрал нож на место, все четверо коммандос
были мертвы.
Теперь медлить нельзя.
- Пошли, пошли! - Джеб первым направился к берегу. Там, ступив на дорожку, он не
таясь побежал впереди отряда, навстречу зарослям бамбука.
Вот и ворота. Массивные. Гаражные - пришло определение. За ними - Лолка.
Джеб все это время гнал мысли о девушке, чтобы они не мешали работе. В голове
крутились обрывки из разговора с Мурой: "Мне нужно кое с кем свести счеты". И
недосказанное: "В такие минуты забываешь все хорошее".
Во время первого знакомства Джеба с Абрамовым он на вопрос капитана ответил: "Когда
я работаю, я не злюсь ни на людей, ни на ситуацию". Он верил, что научился управлять
эмоциями.
Сейчас в душе нет места злобе, но все хорошее он действительно забыл. Скрепя сердце
похоронил на время образ Лолиты.
Он подозвал Тимура, склонился над ним и прошептал на ухо:
- Ворота часто открываются. На них точно никаких сторожков.
- Да. Через забор лезть опасно.
- Давай, Тима, пошел.
Тимур убрал автомат за спину и привычно прикусил лезвие ножа. Встал на сцепленные
руки командира и одним махом оказался на гребне ворот. Спрыгнув по ту сторону, он чуть
присел, прижавшись спиной к мокрой створке и взяв нож в руку. Обследовав дверцу,
вмонтированную в створку, он не нашел сюрпризов и сдвинул запор в сторону. Дверца
открылась с едва различимым скрипом, но он утонул в шумном потоке дождя. Как канули в нем
легкие шаги спецназовцев.
2
Гарри Капано считал последние часы, подсчитывал последние минуты. То, что он
окончательно обречен, явилось к нему в виде "котика" по имени Макинрой и определения
"приставили". Морпех был вооружен пистолетом, огромным ножом с зазубренным обухом. Он
не демонстрировал оружие, оно естественно, как трусы или майка, было при нем. Макинрой
сразу же определил себе место. Он залез в гамак, покосился на лампу и прикрыл глаза военной
кепи. Капано подумал, что Макинрой тоже участвовал в убийстве русских, и эта мысль не
принесла Гарри ни горечи, ни сожаления. Больше всего его волновала собственная судьба.
Он и раньше догадывался, что Стэнфорд подставляет его. Откровения Хантера
прозвучали для Гарри как смертный приговор.
Запутался, качал головой разведчик, горько усмехнувшись: дал Стэнфорду пососать
палец, а тот намертво вцепился в руку. В его глазах застыло холодное предостережение: "В
следующий раз, прежде чем поднять на кого-то руку, подними трубку телефона". Хорошо бы
так, хорошо бы так...
Когда Капано двадцатидвухлетним парнишкой пришел в службу, его с насмешкой
спросили: "Хочешь стать знаменитым разведчиком?" Он ответил: "Сначала хочу стать
разведчиком, потом - знаменитым".
Это был хороший ответ, он понравился как сослуживцам, так и начальству. Так они и
работали - не сказать, что в дружбе, но в гармонии - точно. И все же Гарри всегда чего-то не
хватало. Он не считал себя завистливым, но подмечал, что его коробит от дорогих костюмов
руководства, от блеска запонок и булавок. Откуда у них деньги на престижных портных,
драгоценные побрякушки и роскошные машины? После Капано понял, что это лоск и он стоит
того, чтобы потратить на него значительную часть средств. У Софи не было приличного
перстня, а Гарри обзавелся перстнем с печаткой. И костюмов у него стало несравнимо больше.
Он отдался во власть рабочего потока, как-то исподволь подумав: перед женой можно и в
трусах предстать, и без трусов. Свой дом он посчитал постоянным местом свиданий. И ошибся.
Теперь обитает в хижине. Можно обмануть бдительность Макинроя, но куда бежать?
Вокруг острова долго не пробегаешь.
Гарри едва не взвыл, настолько тоскливо ему стало.
Теперь Джеб видел источники света. Матовый свет струился из окон центрального
строения. Над крыльцом горела вполнакала лампа в защитном обрамлении. Раскисший от
дождя двор был грязным и чем-то походил на конюшенный.
Первое укрытие, к которому двинулись спецназовцы, представляло собой хижину с
пальмовой крышей. Джеб успел подумать о том, что его обитателям в такую погоду несладко.
Джеб и Тимур приникли к стене, заняв место точно под низким оконцем. Командир подал
знак, и к ним примкнули Чижик и Кок. Блинков снял бандану-повязку и освободил себя от
лишней маскировки. Перевязав косынку по-новому, он привстал, заглядывая в окно. Оно было
занавешено, однако через узкую щель он смог разглядеть внутреннее убранство и двух человек.
В одном Блинков распознал спецназовца. Тот был одет в черную майку и черные же военные
шорты. Он лежал в гамаке и защищался от света лампы надвинутой на глаза кепи.
Второй больше походил на поиздержавшегося туриста. Очки в тонкой золотистой оправе
смотрелись на его небритом лице нелепо, будто он только что нашел их и неумело, как вождь
индейцев апачи, пристроил на носу.
Джеб уступил место Тимуру. Тот осматривался с полминуты. "Берешь военного", -
показал Джеб. И остальным: "Страхуйте нас отсюда, потом переходите к двери".
Командир тихонько потянул дверь на себя в надежде, что она не закрыта на замок. Но она
не поддалась. Не теряя времени, он тихонько постучал.
Секунда, другая, и дверь открылась. Джеб увидел человека в очках, стоящего в
расслабленной позе. Командир коротко ударил его в челюсть и шагнул в комнату, давая дорогу
товарищу.
Макинрой приподнял голову, резко сбрасывая с глаз кепи. Он открыл рот, но Тимур
опередил его на мгновение. Он бросился на пол и снизу вверх всадил противнику нож в спину.
Подоспевший Джеб заткнул Макинрою рот, а Тимур через сеть гамака нанес еще пару ударов.
Блинков усадил бесчувственного Гарри Капано на кровать, прислонил к стене. Подал знак
Тимуру: "Зови остальных".
Чижик и Кок, войдя в помещение, заняли места у двери. Тимур перешел к окну. Джеб
хлесткой пощечиной привел разведчика в чувство. Коснувшись кончиком ножа его верхнего
века, Блинков холодно предупредил:
- Моргнешь - я выколю тебе глаз. Откроешь рот без моего разрешения - выколю
второй. Ответь шепотом, ты понимаешь меня?
- Да, - еле слышно отозвался Капано.
- Хорошо. Меня зовут Джеб, - он вопросительно приподнял подбородок.
- Гарри. Гарри Капано.
- Я слышал твое имя. Ты английский разведчик.
- Да.
- Я русский агент. Мы найдем общий язык. Скажи, девушка по имени Лолита жива?
- Да. Она была в большом доме. Я не знаю, как он называется. Потом, кажется, ее
перевели в сарай.
"Перевели", - сощурился Джеб.
- Сергей Соболь?
- Не уверен... Я слышал, как он кричал в сарае.
Джеб чуть отстранил титановое лезвие от лица Капано, но смотрел на него все так же, не
мигая. Его лицо было мокрым. Капли собирались в ручейки и стекали за ворот майки.
- Где сейчас Стэнфорд? - продолжил он допрос.
- Стэнфорд?
- Да, Вуди Стэнфорд, начальник службы внутренней безопасности вашей разведки.
- Он в Коломбо. Это в Шри-Ланке.
- Точно?
- Да. Сегодня утром Хантер связывался с ним по спутнику.
- Сколько всего "котиков" на этом острове?
- Десять. Когда мы приехали, нас здесь встречали двое военных. - Капано покосился на
Макинроя. Тот по-прежнему лежал в гамаке, только из него хлестало как из свиньи, циновка
под ним пропиталась кровью. - Было десять, теперь восемь, - подсчитал Гарри. - Соболь
убил одного из них на борту "Мурены". - И прикинул: "Остальные томятся в списке
ожидания".
- Гражданские, рабочие есть на острове? - продолжал спрашивать Джеб.
- Нет.
- Сколько человек в домике напротив?
- Было двое. Конрад и Весна. Не знаю, может быть, они сейчас на яхте. Да, точно,
Конрад - гражданский. А Весна... - Гарри сбился на классику: - Не смотрите ей в глаза, она
от этого сатанеет.
Итого, в большом доме трое "котиков", в свою очередь, посчитал Джеб. Он задал Гарри
еще несколько вопросов, касающихся расположения комнат. В общей сложности допрос занял
около семи минут.
- Тима, свяжи его, - отдал он распоряжение.
Хантер походил на матку в муравейнике. Он занял место на диване в гостиной и поневоле
наблюдал за всеми передвижениями остальных боевиков. Он переваривал полученную от
русских информацию и поверил в то, что "ржавая труба" на дне моря напичкана золотом.
Невероятно, качал он головой. Просто непостижимо: русские вели двойную игру. Оттого
и проиграли. Впрочем, шансов на успех у них не было изначально. По той причине, что Хантер
изнутри знал структуру и методы действий агентурно-боевых групп. Они хорошо работают
против тех, кто не знакомы с рискованными технологиями таких единиц.
Хантер привел простой пример. Группа русских дайверов, по сути, - диверсионная
команда, но что с ней стало, когда против нее заработала на всю мощь противодиверсионная
группа? Хотя он отдавал себе отчет в том, что, окажись он на месте русских, был бы
уничтожен. Просто он просчитал на ход вперед и выиграл.
Еще их нередко называют смертниками. Их внедряют в преступную среду, получают
информацию, и вывести их из-под удара4 удается далеко не всегда.
С минуты на минуту он поджидал своих бойцов, отправившихся на патрулирование, как
оказалось, очень интересного района. В первую очередь его интересовали остатки агентурной
единицы, что они предпримут. Вполне возможно, сделают очередной шаг к тому, чтобы
поднять хотя бы часть слитков. Хантер на их месте поступил бы так же.
Он скривился: "Пора кончать с этим болваном". Встав с дивана, он вышел через заднюю
дверь и прошел в сарай, где под ярким светом корчился прикованный к металлической балке
Сергей Соболь.
- Ты играешь в теннис? - неожиданно спросил Хантер. Он подошел ближе и буквально
учуял боль, кипевшую в теле наемника. Внешне - никаких признаков повреждений. Но внутри
у него каша из клокотавших кишок. Он уже не жилец, протянет максимум день-два.
Хантер его и пальцем не тронул. Над ним потрудились Джинжер и Кипер. Последний
отыгрывался за смерть Глока: они были неплохими товарищами.
- Так вот, - продолжил Хантер, - в теннисе силой не играют, играют маховыми
движениями. Вот вы и проиграли.
Хантер говорил, не понимая, что перед ним олицетворение полураспада его команды. Он
произнес - "отыгрывался" и сам не заметил, что оно означает конец.
Все они хотели положить конец грязной игре с Вуди Стэнфордом, и начало конца
выглядело вполне симпатично. Они словно породнились, разработав и осуществив план с
авиакатастрофой. Им казалось - что навек. Весна и Джинжер примерили на себя образ "детей
цветов", и этакая двойная хиппарская икона заразила остальных. Они узнали наконец, что такое
настоящая свобода, побег из неволи. "Господи, - едва не взмолился Хантер, - как же нам
было хорошо..."
И вот все изменилось в один миг. "Я напал на след Конрада". Эта фраза расколола отряд
вначале надвое, потом на отдельные части. Каждый занервничал, ощутил вдруг, что у него есть
собственная шкура. Тогда как "побег" готовили сообща. Глаза каждого орали: "Надо что-то
делать, надо что-то делать". Для начала надо было заткнуться.
Стэнфорд - враг, конечно, но враг скрытый. Хантер и его товарищи с подачи шефа и
согласно внутреннему состоянию определили главного врага, схожего с ними по классу. Иного
быть просто не могло.
Отыгрались. Но сделали шаг, а не топтались на месте. Следующий шаг - шаг к пропасти,
понимал Хантер, но остановиться не мог. А впереди новые надежды, связанные с затонувшей
субмариной. Все было переплетено в тесный клубок, ничего лишнего.
Хантер отметил время. Пора выходить на связь со Стэнфордом, только он не спешил
докладывать о ликвидации русских. Хотя бы по той причине, что не все ликвидированы.
В углу сарая стояла койка. На ней лежала Лолита, прикованная одной рукой к
металлической спинке. Около часа назад от нее ушел Кипер. Он бы ушел с другим
настроением, если бы не Хантер, в груди которого шевельнулось сострадание к русской. Это
был его остров, он относился к нему, как к отчему дому. Кипер же предстал распутным
товарищем, попросившим для случки ключи.
Конрад и Весна. У них другие отношения, чистые, что ли, во всяком случае не
похотливые.
Когда Хантер вышел, Лолка прошептала Сергею:
- Потерпи, наши скоро будут здесь. Еще немного потерпи.
- Ты сказала об этом Хантеру?
- Хотела сказать.
- Ладно, я потерплю. - Соболь улыбнулся почерневшими губами. - А ты будешь
каждый день носить мой портфель?
- Да, портфель с деловыми бумагами. Мы будем компаньонами, вот увидишь, Петрович.
- Не советую. Я от роду не в себе, - сказал он уже с перекошенным от боли лицом.
Соболь то стоял на ногах, то, не в силах удерживаться, подгибал колени. Наручники
впивались в запястья, сдирая кожу. Так чередовалось каждую минуту, длилось целую вечность.
Сергей несколько раз терял сознание, но не осмысливал этого. Он приходил в себя от резкой
боли в руках и понимал, что надо менять положение, "спрыгивать с турника" и стоять на ногах.
Пронзительная боль в животе мутила рассудок, она же не давала часто окунаться в
обморочное состояние.
Спецназовцы обошли дом с западной стороны. В пятнадцати метрах увидели другое
приземистое строение под шумящими купами бамбука. Через щели в досках струился яркий
свет. "Лишь бы слова Гарри оказались правдой", - молил бога Джеб. Он уже приник к стене,
но медлил заглянуть в щель, словно боялся ослепнуть. Он подал знак "Ко мне!". Пригибаясь, к
сараю подтянулась вторая подгруппа.
Сначала командир увидел Сергея Соболя и покачал головой: Соболь оказался в
положении Виталия Бонивура. Он был прикован к балке-трубе, как к дыбе, только что руки не
вывернуты и нет вырезанной на груди пятиконечной звезды.
А вот и Лолка. Она лежала на кровати неприкрытой. На ней лишь купальные трусики. В
таком виде он и оставил ее на "Мурене".
Долго, дольше пяти минут, спецназовцы изучали помещение, не выдаст ли себя
затаившийся охранник. Но нет, похоже, в эллинге только заложники.
Джеб подозвал Тимура и Чижика.
- Я и Кок остаемся здесь. Вы осмотрите вторую хижину. Если там двое - Конрад и
Весна, - Чижик возвращается. Тимур, разберешься с ними, обоих оставь живыми. Начнешь по
первому залпу из "страйкера". Кок насчет этого расстарается.
Николай вместо ответа приподнял многозарядное ружье: "Меня услышишь".
Чижов вернулся через пять минут. Один. Значит, во второй хижине двое, как и сказал
Гарри Капано.
Все это время Джеб смотрел на Лолку. Она в его представлении словно находилась на
затонувшей субмарине и лежала без движения, экономя драгоценный воздух. Он не переставал
твердить: "Она ждет, ждет меня".
Блинков понимал, что накручивает себя, но не мог остановиться. Еще и по той причине,
что вскоре эта накрутка взвизгнет подобно пружине.
Впереди короткий, но неистовый бой, где огонь сожжет еще одну часть нервов, спалит
еще одну частичку души, делая ее более черствой, надорвет сердце.
Все это знакомо, но впервые дало знать о себе задолго. Впервые Блинков думал не о том,
как будет действовать, а что чувствовать. И от этого в груди стало тесно. Как боец он делал
переход в иное качество и не смог бы ответить, пойдет ли ему это на пользу. Наверное, потому
что не хотел видеть себя в дальнейшем с оружием в руках.
Тут кольнуло, там защемило, а здесь перехватило. Как можно работать в таком
состоянии?
- Пошли! - отдал он команду. - Все трое входим через дверь. Я ухожу вправо, Чижик
- влево. Кок, твое место - центрового.
Обогнув здание с севера, спецназовцы замерли напротив двери. Джеб начал отсчет,
разгибая пальцы: "Один, два, три..."
Николай стоял в центре. Он держал палец на спусковом крючке "страйкера", целясь в
дверной замок.
Два... Один.
- Давай, Кок!
Николай придавил спуск, и заряд крупной дроби выворотил полдвери. Джеб ударил по
дымящимся останкам ногой и ворвался в помещение. Стреляя и выкрикивая бессвязные фразы,
он сместился вправо. За ним шагнул Николай, выискивая бесноватыми глазами цель. Нашел
сразу две, сидящие за столом. Очередной заряд дроби смел эту пару "котиков"...
Дверь в хижине держалась на двух петлях и честном слове. Тимур вышиб ее и шагнул
внутрь, обнажая клинок.
Конрад спал в гамаке. Одетая в майку без рукавов и шорты, Весна читала какую-то книгу
и делала мелкие глотки коктейля - кофе с портвейном, приготовленного в миксере. Она
закрыла книгу и положила на край стола. Без сожаления посмотрела на кровать, где лежал
десантный нож и пистолет в кобуре. Невысокий крепыш уже рядом, и она даже в
стремительном броске не успеет за своим оружием.
Она встречала морпеха в полубоксерской стойке: стоя на подпружиненных ногах и держа
открытые ладони далеко от лица. Поторапливая противника, она пару раз щелкнула пальцами:
- Иди, иди ко мне!
Тимур принял ее предложение. Он убрал нож и двинулся навстречу мастеру карате.
Весна тотчас включила в работу ноги. Она имитировала лоу-кик и тут же вынесла ногу
вверх. Тимур ужом поднырнул под ее ногу и, подбивая вверх плечом, отвесил Весне
тяжелейший удар в печень. Бросив бесчувственное тело спиной на пол, Тимур переключился на
вскочившего с лежака Конрада. Подав корпус назад, он выбросил ногу. От удара в голову Кони
отлетел в угол бунгало.
Тимур срезал с гамака прочные стропы и сначала связал Весну, потом летчика.
В доме стояли крики и стоны. Кричала Джинжер, держась за простреленный живот,
стонал раненный в грудь и голову Кипер. Хантеру тоже досталось: его изрешеченная дробью
рука висела плетью, с виска на плечо капала кровь. Но он не издал ни звука, лишь морщился.
Больше от злости. Он ожидал чего угодно, только не такого раннего ответного удара русских.
Теперь они опередили его, и он ничего, ничего не сумел противопоставить им.
Чижик подошел к визжащей Джинжер и выстрелил одиночным ей в голову. Она обмякла,
лицо вытянулось в умиротворенную маску. Джеб направил "инграм" на Кипера и отстрелял по
нему последние патроны.
- Этого, - он указал на Хантера, - не трогать. Кок, перевяжи его и посмотри ключи от
наручников.
Кок только что вернулся из соседней комнаты и сигнализировал: "Чисто". Он кивнул и
подошел к Хантеру вплотную.
- Ну что, Охотник, время властно даже над великими чемпионами? - Размахнувшись,
он ударил его в окровавленный висок.
- Кок, я сказал: не трогай его! - прикрикнул Джеб.
Николай нашел ключи в кармане Хантера и бросил их Джебу.
Перезарядив "инграм", Блинков бросился через заднюю дверь к сараю.
...Закладка в соц.сетях
