Жанр: Боевик
Кровавая клятва
...есколько раньше вы высказали предположение, что вы
нужны мне только для того, чтобы поймать Симону, и что как только вы оба
окажитесь в моих руках, я вас убью.
Хьюстон кивнул.
- Умно. Но неверно. Как видите, я мог бы показать вам ее труп, - и это было бы
последним, что бы вы увидели в своей жизни. Но вместо этого я освободил вашу
женщину. Теперь, естественно, ваш черед. Выбирать. Что предпочтительнее: смерть
или безопасность? Пытки или согласие?
- Выслушай его, - попросил Хьюстона отец.
Чарльз тут же вякнул:
- Да, уж, послушай.
Металлическая дверь была не закрыта. Внезапно послышались шаги, и в комнату
ворвался бледный, хрупкий, как-то сразу постаревший Монсар.
- Что вы натворили? - бросился он к Сен-Лорану.
- Тебя это не касается!
- Она моя дочь!
- Именно поэтому у нас и возникла эта проблема! Из-за тебя. И него!
Отец Хьюстона съежился.
- Если бы у вас не было детей, нам бы ничто не угрожало! Господи, вы же мои
друзья! Если я убью твою дочь, ты мне этого не простишь. Как и он не простит мне
убийства сына! Так убедите же их! Позвольте мне спасти их жизни!
Он подумал и добавил:
- И ваши, кстати, тоже.
Хьюстон повернулся к отцу, переполненный жалостью, печалью и сомнениями.
Но он не мог позволить им убить Симону.
- Хорошо, - сказал он нехотя. - Я с вами. Глаза Сен-Лорана победно
сверкнули.
- А что нам скажет Симона?
Женщина наблюдала за Хьюстоном.
Он чувствовал исходящее от нее напряжение.
И кивнул.
Она повернулась к Сен-Лорану и сказала:
- Я сделаю все, что скажет Питер.
Напряжение стало постепенно рассеиваться, исчезать.
- Великолепно. А теперь - быстро. Кому еще известна наша тайна. Кто еще был
вовлечен в ваше расследование?
- А при чем здесь...
- При том. Нам следует быть осторожными. Итак, кто еще знал все, что вам
удалось выяснить?
- Вы собираетесь их убить?
- Разумеется, нет. В отличие от вашего брата я предпочитаю более обыкновенные
методы. Их можно будет подкупить, ввести в заблуждение. Вы можете отправиться к
ним и выдать другую информацию. Так кто?
- Управляющий кладбищем.
- Это нам известно. Еще?
- Он делал запросы в армейской разведке.
- Имена людей, с которыми он связывался.
- Он не называл их.
- Мы это вызнаем. Дальше.
- Мы звонили в Америку человеку по имени Хэтчинсон.
- Сыну Фонтэна.
- Да, он был, похоже, раздосадован тем, что его потревожили.
- В отличие от вас его интерес к отцу чисто умозрительный. Так что он забудет.
Пит старался припомнить.
- И, конечно, Беллэй. Но он работает на вас...
- Прошу прощения?
- Альфред Беллэй. Он из французского управления национальной безопасности.
Тот, который выдал вам наше пребывание в охотничьем домике.
- Я о нем никогда не слышал!
Хьюстон почувствовал какую-то пустоту в груди.
- Но если он не работает на вас, тогда каким образом вы узнали, где мы
скрываемся?
Сен-Лоран выглядел удивленным.
- Чарльз, ты работал с этим человеком?
- У меня в полиции свои информаторы. Я о таком тоже не слыхал.
- Но о вас ему известно, - сказал Пит. - Он клялся, что в течение целого года
изучал деятельность вашей организации.
Сен-Лоран напрягся.
- Именно этого я и опасался.
- Я об этом позабочусь, - сказал Чарльз.
- Да, и побыстрее, пожалуйста. - Он повернулся к Хьюстону. - Прошу нас
извинить. Но я не могу предложить вам лучшего местопребывания.
- Что такое? Вы собираетесь оставить нас здесь?
- Необходимое неудобство. Но я думаю, что с Симоной вы не будете чувствовать
себя очень уж одиноким. Отец Хьюстона явно находился в замешательстве.
- Извини, Пит.
- Так это все было подстроено? Ты лгал?
- Все-таки это получше, чем пытка, - ответил за него Сен-Лоран. - И более
эффективно.
Монсар крикнул:
- Нет!
- Вы разочаровываете меня, мой бедный друг, - обратился к нему Сен-Лоран. -
Меня, если честно, от вас тошнит. Ваша слабость является угрозой нашему
существованию.
- Паскуда! - И Монсар принялся ругаться по-французски.
Но Сен-Лоран лишь улыбнулся.
- Такие слова и это от лучшего друга. Какой пассаж! Вы так печетесь о своей
доченьке, что, думаю, вам придется остаться вместе с ней.
Монсар задрожал. Сжав кулаки, он кинулся к Сен-Лорану, который внезапно
запрокинул голову и расхохотался.
И Хьюстон тут же понял, почему. Словно по заранее отрепетированному
сценарию, вперед вышел Чарльз, и в лоб старика вонзилась железная булава. Скальп
на лбу разошелся, кровь заструилась в рот Монсару, колени его подогнулись, и он,
застонав, упал.
У Пита перехватило дыхание. Симона, дико закричав, кинулась к Чарльзу, и тот
сделал шаг вперед, словно собираясь ударить и ее тоже, но Сен-Лоран поднял руку,
останавливая его. В комнату вбежали двое охранников.
Злость Пита, наконец, выплеснулась.
- Ты очень смел с этой штуковиной, Чарльз.
- Можем попробовать и без нее!
- Хватит пререкаться! - закричал Сен-Лоран и обратился к отцу Хьюстона. -
Будут какие-нибудь замечания? Может быть, захочешь присоединиться к ним?
- Я всегда был тебе верен, - произнес тот. - И не заслужил подобных упреков.
- Ах ты дерьмо! - заорал Хьюстон. - Ты меня подставил! Говорил так, словно
нуждался во мне, а сам...
- Нам была нужна информация, - ответил отец. - И ты выложил нам ее сам и
без принуждения.
- Я мог тебя убить, - прошипел Пит.
- Но не стал, - хохотнул Сен-Лоран. - Так что винить вам нужно лишь самого
себя.
Грохнула железная дверь, и они остались втроем. Пит, Симона, безуспешно
пытающаяся остановить струящуюся из раны на лбу Монсара кровь, и старик.
Раздался приглушенный толстой дверью смех, и камера пыток погрузилась в
темноту.
46
Пит нащупал в кармане небольшую коробочку. Охранники отняли у него
пистолет, но оставили ему спички.
Хьюстон вытащил коробок и трясущимися пальцами зажег одну спичку. Это был
неяркий, дрожащий, умирающий, но все-таки свет! Пит повернулся к Симоне и увидел
в ее глазах страх.
- Спичка быстро сгорает, и мне придется зажечь еще одну, - предупредил он ее.
Взяв спичку за обгорелый кончик двумя пальцами, он позволил ей догореть и тут
же чиркнул второй.
- Спички скоро закончатся, Пит, - сказала Симона. - И что затем?
Пит развернулся и пошел вдоль стены. Так. Железная маска. А дальше железные
клейма.
Клейма! Огонь!
Он едва не сошел с ума от радости, найдя жаровню со сложенными в ней дровами.
Две спички сгорели безрезультатно, но третья зажгла кору, и пошел дымок. Дым!
Охрана увидит поднимающийся дым, ворвется и потушит огонь. Но тут же Пит
вспомнил про снегопад, - он скроет дым.
Лоб Хьюстона покрылся потом. Он подбежал к Симоне.
- Ну, как он?
- Я не могу остановить кровотечение! Пит поднес ко лбу старика платок, и тот
моментально намок.
- Рана глубокая. Может быть, черепно-мозговая травма. - Он увидел, как в
неярком свете побледнела Симона. - Эй-эй, я ведь могу ошибаться.
Он приподнял голову Монсара. Веки старика затрепетали.
- Пит, он очнулся!
"Или собирается отдать концы", - мрачно подумал Хьюстон.
Старик заморгал. Губы разлепились.
- Кто...
- Это я, Симона. Я рядом. И Питер.
- Ничего не вижу.
- Тебе надо отдохнуть. Твоя голова... Постарайся ничего не говорить. Береги
силы.
- Но Сен-Лоран...
- Запер нас здесь. Думает, как лучше с нами покончить.
Глаза старика закатились.
- Я хотел вас предупредить... Остановить их... "Верлен"...
- Пит, помоги!
Хьюстон обхватил дергающиеся ноги старика.
- Он был моим другом.
- Кто? Сен-Лоран?
- Но он не заслуживал того, чтобы его называли другом.- И старик прохрипел.
- Харон.
- Что?
- Нам платили русские.
- Но я спрашивал отца. Он отрицает, что вы на них работали.
- Еще бы. Иначе ему пришел бы конец. Старик задохнулся и его стошнило.
Симона, как безумная, вытерла ему губы.
- Пожалуйста, перестань разговаривать.
- Нет времени. Все началось после войны, когда мы стали помогать маньякам,
которые служили в концлагерях, переправляться в Южную Америку.
- Но Сен-Лоран отрицал, что вы помогали военным преступникам.
- Ложь. Все ложь. После войны мы стали помогать русским.
Пит затрясся.
- И ПЛО. И красным бригадам. И "Баадер-Майнхофф". Терроризм, ненависть,
безумие. ИРА. Арабам, кубинцам... В общем всем. Все они пользовались услугами
Харона.
- Но почему?
- Безопасный путь. В любые страны.
- А как же ваша гостиница?
- Гостиница... Безопасное пристанище для всякого рода убийц, террористов. Вот
зачем она Харону. Сейчас в ней проживает убийца, который должен... - Он замолчал,
не в силах продолжать. - Вы его видели.
- Кого?
- От него разит лилейным тальком.
У Пита захватило дух. Монсара затрясло, он выгнулся.
- Питер, конвульсии!
Хьюстон изо всех сил прижал старика к себе, но Монсар словно пропитался
нечеловеческой силой. Хьюстона отбросило в сторону. Старик ударил его в живот
ногой. Пит согнулся пополам. От чавкающих, смачных звуков, исходящих от Монсара,
его затошнило.
Язык! Он глотал собственный язык!
Пит не мог залезть ему в глотку рукой. Сомкнув зубы, Монсар вполне мог
откусить ему пальцы.
- Пит!
Хьюстон осмотрел комнату, ища палку, кусок железа, все равно что.
Огонь в жаровне. Пит подбежал и, схватив ветку, валявшуюся рядом, кинулся к
Симоне.
Лицо старика потемнело. Он хватался руками за горло, задыхаясь.
Хьюстон с трудом просунул ветку между его зубов. Сунув пальцы в глотку, Пит
нащупал язык у корня, где он загибался в сторону горла и, пока старик жевал зубами
деревяшку, Пит вытащил язык.
Старик задышал. Руки отпали от горла.
Пит услышал другие звуки. Из-за металлической двери донеслось два удара.
- В чем дело? - спросила Симона.
Если это за нами... Пит в ярости встал в полный рост и слушал, как ключ
поворачивается в замке.
Он потихоньку снял со стены булаву, которой Чарльз ударил Монсара, и, когда в
проеме показалась чья-то голова, резко нанес удар.
Но голова тут же исчезла за дверью и появилась вновь, когда булава стукнулась о
стену.
Отец. В руке его был автоматический пистолет с глушителем.
- Я пришел вам помочь, - сказал он. - Не вынуждай меня вас убивать.
Хьюстон глянул в коридор, увидел двоих охранников, плавающих в луже
собственной крови.
- Ты их пристрелил? - спросил Хьюстон.
- Вам надо уходить. Сен-Лоран все приготовил и скоро придет сюда.
- Почему?
- Да потому, что ты, идиот чертов, слишком много знаешь!
- Я не об этом. Почему ты мне помогаешь?
- Ты ведь мой сын.
Пит метнул в него яростный взгляд.
- Это ты мне и во дворе говорил. А затем полностью поменял свое
мировоззрение. И сказал Сен-Лорану, что тебе на все наплевать.
- Я должен был сохранить свободу. Я лгал для того, чтобы выиграть время. Чтобы
вернуться.
- И снова лжешь.
- А эти мертвецы в коридоре - тоже ложь? Я ведь говорю, что сюда идет СенЛоран,
но у вас есть шанс выбраться отсюда живыми!
Он подбежал к Симоне. Взглянув на Монсара, сказал:
- Брось его.
- Нет! - крикнула она.
- Но ему уже ничем не поможешь. Не можешь же ты взять его с собой.
- Нет! Я ему нужна!
- Тогда тебе смерть.
- Я должна его спасти!
- Неужели ты не понимаешь, что он мертв!
Симона съежилась и задрожала.
- Но ведь он шевелился! Нет! - Она стала трясти отца: - Сделай так, чтобы он
поверил в то, что ты живой! - Она затрясла его сильнее: - Нет! Боже мой...
Голова Монсара свалилась ему на грудь. Костяшки пальцев стукнули по полу. Изо
рта все еще торчала ветка.
- Он не может быть мертвым! Не может! Хьюстон поднял ее на ноги.
Симона ударила его по лицу. Он почувствовал, словно его ужалили.
- Он не мертв! - возопила женщина.
- Нам нужно торопиться.
Ее рука снова дернулась к его лицу. Пит перехватил ее за кисть и сильно потряс.
- Хватит! Мне страшно жаль, что он умер! Он храбро бился! Старался нам
помочь! Но, черт побери, слушай, что тебе говорят! Надо уходить!
Его отец встал на колени возле Монсара, пощупал тому пульс и покачал головой.
- Мы идем с тобой, - сказал Хьюстон.
- Туда! - махнул рукой отец Хьюстона, и они ринулись к перекрестку, где
встречались три коридора. Отец Хьюстона указал на правый коридор, но Симона
кинулась вверх по лестнице. И моментально исчезла за первым поворотом винтовой
лестницы.
- Она наткнется на них!
Хьюстон бросился следом за ней вверх по лестнице. Схватив ее за свитер на
следующем повороте, Пит рванул его изо всех сил. Ткань порвалась, Симона
грохнулась навзничь и, упав на Хьюстона, покатилась вместе с ним вниз. Они
вскочили и, постанывая, кинулись в правый коридор.
Холодные, мокрые ступени, все дальше и дальше по коридору. И вдруг - крысы.
Услышав пронзительный визг, Пит увидел, как на Симону кинулась огромная летучая
мышь. Симона поняла руки, чтобы защитить голову, и тварь переключилась на Пита:
огромная, коричневая, с обнаженным рядом зубов. Он попытался увернуться,
поскользнулся и упал лицом на гранит.
Симона подняла его, но Хьюстон, скорчившись, ожидал следующей атаки летучей
мыши.
- Ты в порядке? - крикнула женщина.
Пит кивнул, чувствуя, как наливается и распухает ободранная щека. Отец бежал
где-то впереди, они с Симоной топали сзади.
Иногда ему казалось, что они бегут наверх, иногда вниз. Хьюстон не понимал, где
они находятся, но пронизывающая холодная сырость показывала, что это все еще
подвал. Изо рта вырывался морозный пар.
- Где мы находимся? - наконец, смог крикнуть он, увидев остановившегося
отца.
- Позади замка. Вот эта дверь, - отец указал направо, - ведет к горам. СенЛоран
упоминал туннель, помнишь?
- Охрана пользовалась им, чтобы поймать Симону.
- Вот и вы уберетесь тем же путем. Снежная буря поможет вам скрыться.
- Снег все еще идет?
- Очень густой. Вы сможете выдержать бурю?
- Выдержим, я ученый. Сам увидишь. Пойдем, пока сможем передвигаться, а
затем выстроим убежище.
- Я не пойду.
- Что?
- Сердце. Мне не вынести тягот.
- Но Сен-Лоран тебя убьет.
- Если я пойду с вами, то умру. А оставшись здесь, по крайней мере, не буду
тянуть вас назад.
- Но так нельзя.
- Можно. Прими от меня этот подарок. Когда ты был мал, то нуждался во мне. Но
я не приходил на помощь. А вот теперь, как видишь, пришел.
- Но ты мой отец...
- ...дарящий жизнь сыну. Ты все еще в опасности. Можешь замерзнуть насмерть,
они могут тебя отыскать или... Но если я пойду с вами, тогда вам точно крышка. И
ради Бога - подумай же о Симоне!
Крыса встала на задние лапки и зашипела. "Настоящая Шушара", - подумал
Хьюстон.
- Не знаю, что и делать.
- Остановить Харона. Сделать то, что я сделать побоялся.
- Я их слышу.
Вопли. Далеко, но слышно.
- Быстро, - сказал отец. - Я их задержу. - И он схватил осклизлую ручку
двери.
Хьюстон, нахмурившись, смотрел отцу в глаза и вдруг вспомнил, как Анри вел их
по туннелю из охотничьей избушки.
- Ты лжешь, - сказал он отцу.
Тот побледнел.
- Да они сейчас здесь будут! Не упусти шанс!
- Не упущу! - крикнул Хьюстон и схватился за ручку второй незаметной двери
слева.
- Но сюда нельзя! Этот коридор приведет тебя обратно в замок.
- Где они нас не ждут!
- Доверься мне! Беги в туннель!
Хьюстон заорал:
- Нет! - и прижал ладони к ушам, потому что в этот самый момент в подвале и
коридорах взвыли сирены. Словно циркульные пилы.
Отец Хьюстона испуганно смотрел в коридор. Пит выдернул из его руки пистолет
и схватился за покрытую слизью ручку второй двери.
Она не поддалась.
- Заперто! - крикнул он и напрягся. - Помогай!
Симона подскочила и принялась тянуть изо всех сил. Внезапно дверь поддалась, и
они рухнули на спины. Вскочив, Пит зашарил по стене в проходе, открывшемся за
дверью. Нащупав выключатель, он повернул его и вспыхнул тусклый свет, открывшим
крутые ступеньки перед ними. Мимо проскочил отец и кинулся вверх по лестнице.
Пит дернулся, чтобы его остановить.
- Нет!
- Но замок тебе неизвестен. Ты не представляешь расположение...
- Я тебе не верю.
- Тогда убей. Потому что я иду с вами.
Перепрыгивая через две ступени, слушая, как за ними следом бежит Симона, они
добрались до площадки, на которой поручни прогибались от навалившегося на них
веса.
Следующая площадка. Отец с Симоной внезапно остановились. Перед ними
находилась гладкая деревянная дверь. Хьюстон подбежал к ней.
- Эта дверь ведет в основные покои замка, - сказал отец Хьюстона.
Пит приложил ухо к створке, но не услышал никаких звуков, внутри была тишина.
Он коротко кивнул, поднял пистолет и повернул ручку. Его ослепил яркий свет.
Вздрогнув, Пит почувствовал тепло.
Перед ним был длинный, широкий коридор. На стене висел средневековый
групповой портрет. Какой-то человек в тени и женщина. В короне. С крестами в
руках. В пурпурной мантии.
Охраны - нет. Опасности он не почувствовал.
- Быстро!
Осмотревшись в коридоре, он в ярости повернулся к отцу.
- Если только пикнешь или позовешь на помощь - я тебя прикончу. Если
соврал... Как добраться до парапетов?
- Охрана тебя увидит.
- В снежной буре? Не думаю. Они, судя по всему, наблюдают за туннелем. Я
попал сюда, спустившись с клифа. И выберусь обратно тем же путем.
- Ну, если угодно... Сюда. Направо.
- Понятно. Значит, пойдем налево.
- Нет, это же глупо. Ты...
Появление охранника прекратило споры; он вышел слева, увидел их в коридоре и
начал поднимать ружье.
Хьюстон выстрелил. Из глушителя вырвался пукающий звук, и охранник,
расплескав на груди, по серой униформе красное жабо, рухнул на пол, выронив
брякнувшее ружье.
Завыла сирена. Хьюстон почувствовал, как кожа на голове съеживается и решил не
испытывать судьбу. Повернул направо, как отец советовал.
Симона вцепилась в его руку. Они побежали.
Пересечение коридоров. Взглянув в другой коридор, Пит заметил в нем человек и
выстрелил.
Тренькнуло стекло. Хьюстон вздрогнул. Человек в коридоре оказался его
отражением в зеркале.
Внезапно в коридор открылась дверь. Из нее вышел Жюль Фонтэн: в пижаме, с
книжечкой. Увидев Хьюстона, он остолбенел. Прыгнув обратно в комнату, он грохнул
дверью.
Звякнул запираемый замок. Хьюстон выстрелил сквозь дверь. Вой сирены перешел
в вой Фонтана. Пит дослушал угасающий крик у выбитого отверстия в двери.
В следующем коридоре забухали шаги. Из-за угла появился охранник и,
повернувшись к Хьюстону, получил пулю в лоб. Выгнувшись назад, он рухнул с
выбитым черепом.
"Ружье! Надо взять его ружье!" - подумал Пит, но стоило ему направиться к
мертвецу, как из коридора послышались шаги еще одного человека.
- Назад! - сказал он Симоне.
Двое. Охранники увидели упавшего товарища и, подняв ружья, прицелились в
Хьюстона.
А из другого конца коридора послышались приближающиеся к ним шаги!
Ловушка! И некуда спрятаться!
Перескочив на другую сторону коридора, Хьюстон подбежал к двери, выходящей в
холл, и дернул ручку, надеясь, что она поддастся. Так и случилось. Симона и его отец
кинулись к нему. Раздались выстрелы. С другой стороны появились еще охранники, и
раздался крик человека, попавшего под перекрестный огонь.
Пит влетел вслед за отцом и Симоной в комнату и грохнул дверью, закрыв ее.
Зал оказался огромным, высотой этажа в три. С одного его края до другого
располагался массивнейший стол, вокруг него стояли кресла с высокими спинками.
Гобелены. Полыхающий камин. Свет канделябров ослеплял. В дальнем конце зала над
чем-то, напоминавшим трон, нависал огромный - от стены до стены - балкон.
Дверь не разбить, решил Пит. И тут же почувствовал себя в безопасности. Но
радость сменилась страхом, потому что укрытие моментально стало казаться ему
ловушкой: на окнах, высившихся почти в полную высоту стен виднелись решетки.
Пит распахнул окно и выглянул во двор.
Валящий стеной снег не давал хорошенько рассмотреть, что происходило внизу,
во дворе, но Хьюстону удалось разглядеть серые фигуры двух охранников. Они
напряженно стояли, целясь из ружей куда-то в пространство.
То, что Пит увидел спустя минуту, показалось ему галлюцинацией. На темные
фигуры охранников как будто из ниоткуда кинулись две снежно-белые тени. Одна из
них подняла какой-то металлический предмет и проткнула охранника. Вторая
отбросила своего противника в сторону.
Послышалась стрельба - винтовки, автоматы, пистолеты. Раздались крики.
Стреляли и в замке. Стук в дверь прекратился. Сирену заглушили выстрелы. Из
двери стали вылетать щепки.
- Они стараются выбить замок выстрелами! - прокричал Хьюстон. - Через
окно. Здесь можно протиснуться! Это наш последний шанс! - Он нахмурился. -
Правда там, снаружи, что-то странное происходит.
Из коридора послышались другие выстрелы: быстрые, резкие, из автоматического
оружия.
- Что это?
Симона! Пронеслось в мозгу. Он начал огибать стол, и тут что-то полоснуло его по
груди. В комнате прогрохотал выстрел.
Балкон! Издалека он увидел, как какая-то фигура целится в него из револьвера.
Золотой медальон. Чарльз!
- Так, значит, пришел сюда с друзьями, - сказал "братик".
- Что ты этим хочешь сказать?
- Не "что", а о "ком"! - Он усмехнулся. - Это я говорю о группе захвата! О
людях в маскхалатах!
И тогда Хьюстон понял, что это были за белые тени на улице.
Чарльз прицелился.
Хьюстон выстрелил первым. Отдача вскинула его руку вверх, и пуля вонзилась в
перила балкона рядом с рукой Чарльза.
Чарльз расхохотался.
- С дальнего расстояния пистолет с глушителем не дает хороших результатов, -
и спустил курок.
Хьюстон нырнул вбок. Пуля впилась в спинку кресла. Пит трясущимися руками
отвинчивал глушитель. Металл жег кожу руки. Наконец, глушитель отвалился. Со
вздымающейся грудью он смотрел на стоящего в открытую отца.
- Ложись! Катись под стол! - закричал он. Но отец словно его не слышал.
- Положи пистолет на пол, Чарльз.
Пит вытащил обойму и увидел, что она пуста. Последний патрон оставался в
стволе. Его последний шанс.
Хьюстон выпрыгнул из-за стула, и Чарльз удивленно вытаращился на него.
Пит в прыжке выстрелил. Чарльз исчез.
Пит сидел под балконом и лихорадочно размышлял: если Чарльз все еще жив, то
вой снежной бури за окном не даст ему расслышать его осторожные шаги...
Шаги!
Кто-то шел через комнату, шатаясь, схватившись за грудь. Отец! Он держался за
сердце. Приступ. Пит увидел, как посерело лицо отца. И тут же он понял, что отец был
потрясен тем, что он увидел за окном.
Чарльз стоял перед Хьюстоном и смотрел ему в глаза.
Как он спустился с балкона? Ведь в стене не было дверей, одни только гобелены.
"Ну, - спросил Хьюстон самого себя, - что будем делать?"
- Ну, - произнес Чарльз, - что будем делать? Стрелять или глазки строить?
Хьюстон беспомощно смотрел на свой пистолет.
- Патроны кончились, - констатировал Чарльз. - Иначе бы ты выстрелил.
Чарльз прицелился...
- Нет! Хватит! Остановись!
Голос принадлежал отцу: он, шатаясь, загородил Хьюстона своим телом, и
умоляюще протянул руки к своему второму сыну.
- Это бессмысленно! Нас итак поймали! Зачем его убивать?
- Пердун старый! - рявкнул Чарльз и выстрелил в него.
Хьюстон услышал, как кровь с противным чавкающим звуком выплеснулась из
тела отца.
Труп едва не упал на Пита, который оттолкнул его вперед, и он сделал несколько
шагов рефлекторно, словно бы самостоятельно.
Чарльз в обалдении заорал, и Хьюстон, воспользовавшись тем, что брат какое-то
время был загорожен телом отца, выступил вперед, и, размахнувшись, двинул Чарльза
по лицу.
Он с удовольствием услышал, как хрустнула скула под его кулаком. Костяшки
пальцев распухли и обагрились кровью. Он ударил снова. И еще раз.
Лицо брата свернулось набок, словно неправильно надутый шар. Он отступил,
даже не пытаясь защищаться от ударов Хьюстона.
Воспользовавшись преимуществом, Пит двинулся ближе.
И тут же понял свою ошибку. Его брат просто-напросто выжидал. Со всей злобой,
которую он накопил, Чарльз двинул Пита в грудь.
У Пита помутилось в глазах. Он видел, как Чарльз взглянул на выроненный им
самим пистолет, но не стал его поднимать, а встал в бойцовскую стойку: ноги
раздвинуты, параллельно друг другу, тело согнуто, пальцы вылезают из кулаков,
словно рассерженные змеи из потревоженного гнезда.
- Так-то оно лучше, - проговорил Чарльз разбитыми, распухшими губами. - Ты
все разрушил. И прежде, чем меня возьмут, ты еще пожалеешь, что сразу же не
убрался домой. - Он показал пальцем на Хьюстона, массирующего ноющие ребра. -
Не волнуйся, ничего не сломано. Это была бы для тебя слишком легкая смерть. Мне не
хочется, чтобы раздробленная кость пропорола тебе легкое. - Кровь пеной выступила
на его губах. - Каждая секунда будет болью отдаваться в твоем теле, и ты сосчитаешь
их все. В конце концов, ты станешь умолять, чтобы я тебя убил или по крайней мере
добил бы до бесчувствия. Но я не стану этого делать. Когда ты будешь умирать, то и
тогда будешь находиться в полном сознании и понимать все, что я с тобой делаю.
Хьюстон швырнул в брата бесполезный пистолет, но Чарльз легко отступил в
сторону, и тот, грохнувшись на пол, покатился по паркету.
Пит вскочил на стол, несмотря на страшную боль в груди, перекинулся на другую
сторону и приземлился на полусогнутые колени на пол.
Чарльз тоже вскочил на стол, скорчившись, словно хищное животное.
Пит уголком глаза заметил, как Симона выползла из-под стола и бросилась от них
прочь в дальний конец зала.
Чарльз кинулся вперед: он приземлился в боевой позиции. Хьюстон почувствовал
за своей спиной жар полыхающего камина. Одежда начала дымиться.
Пит заметался, стараясь найти, чем бы себя защитить. По стене было развешано
средневековое оружие. Хьюстон выдернул меч из ножен и удивился весу, который
внезапно очутился в его руке. Чтобы удержать меч, ему пришлось взять его обеими
руками. Пит рубанул...
Меч пропорол воздух. Чарльз отпрыгнул назад, но все-таки острие зацепило ему
рубашку и разрубило золотую цепочку, на которой висел его медальон.
Чарльз впился в стоящее за ним кресло. И, сморщившись, уставился на
брякнувшийся на пол медальон.
Хьюстон снова рубанул мечом.
Чарльз в ярости отклонился от удара.
- Ты, значит, так?
И Чарльз кинулся к другим мечам, висевшим на стене.
- Тебе каюк, в этом деле я мастер.
Но, проскочив мимо мечей, он вырвал из зажимов на стене кистень, - цепь, на
которой висел маленький, утыканный шипами шарик.
Он принялся крутить ег
Закладка в соц.сетях
