Жанр: Боевик
Уловка прометея
...к из кармана монокуляр ночного видения и
вставил его в глаз.
Теперь он видел ряды тончайших нитей, тянущихся поперек длинной комнаты
через каждые несколько футов. Начинались они в нескольких дюймах от пола. Брайсон
знал, чем на самом деле являются эти светящиеся зеленоватые нити - так через
прибор, улавливающий инфракрасное излучение, выглядели лазерные лучи. Сенсоры,
расположенные на противоположной стене, улавливали эти лучи, невидимые
невооруженным глазом. И когда кто-либо, проходя по комнате, заслонял эти лучи -
если, конечно, у него не было электронной карточки допуска, - немедленно
срабатывал сигнал тревоги. Брайсон догадался, что лучи начинались на высоте
полуметра от пола ради того, чтобы какое-нибудь домашнее животное не включило
охранную систему.
Единственный способ пересечь комнату заключался в том, чтобы проползти под
самым нижним из лучей, не поднимаясь более чем на пятьдесят сантиметров от пола.
И естественно, сделать это было не так-то легко, а уж остаться при этом чистым было и
вовсе невозможно. Брайсон закрепил монокуляр ночного видения на голове, затем лег
плашмя на пол, перевернулся на спину и начал продвигаться вперед, отталкиваясь
каблуками ботинок. Он неотрывно смотрел вверх, чтобы быть уверенным, что
случайно не заденет ни один лазерный луч. Его комбинезон был достаточно
скользким, чтобы позволить передвигаться с приличной скоростью, без рывков и
чрезмерных усилий. Хотя камеры слежения были подавлены, остальная система
безопасности действовала, и один-единственный неверный шаг мог поднять тревогу.
Однако наибольшую угрозу представляли не электронные средства защиты, а люди -
не исключено, что кто-нибудь из охранников наткнется на Брайсона, как это уже
дважды случилось ранее.
Брайсон проскользнул под третьим, под четвертым, под пятым рядом лучей. Ни
один луч не был прерван, тревога не сработала. На сей раз сошло.
Наконец он пробрался под последним лучевым заграждением. Немного полежал на
спине, огляделся по сторонам, чтобы увериться, что здесь нет больше никаких
охранных устройств. Удовлетворившись результатами осмотра, Брайсон осторожно
поднялся на ноги. Теперь он наверняка находился где-то недалеко от контрольного
зала; Елена подскажет ему правильное направление.
Брайсон нажал кнопку передатчика.
- Прошел успешно, - прошептал он. - Куда теперь?
Ответа не было. Он повторил вопрос, на этот раз чуть громче.
Снова никакого отклика, лишь мерное потрескивание статики.
- Елена, отвечай.
Ничего.
- Елена, отвечай. Мне нужен твой совет.
Молчание.
- Куда идти, черт побери?
Боже, нет! Неужели передатчик испортился? Брайсон снова послал вызов и опять
не получил ответа. Быть может, здесь смонтировано какое-нибудь оборудование,
подавляющее радиосигнал и мешающее ему связаться с Еленой?
Но ведь людям Мэннинга тоже нужно переговариваться по радио! Не
существовало способа подавить все частоты радиоволн и оставить только одну - ту,
на которой тебе нужно вести связь. Это было невозможно.
Тогда где же Елена?
Брайсон вызывал ее снова, снова и снова. Нет ответа, никакого ответа, ничего.
Елена исчезла.
Быть может, с ней что-то случилось? Эту возможность Брайсон не расценивал
всерьез.
Он почувствовал, как по телу пробежала холодная дрожь.
Но он не мог задерживаться, не мог тратить время на то, чтобы гадать, куда
пропала Елена или что могло случиться с их передатчиками. Необходимо было идти
дальше.
Однако Брайсону не нужны были подсказки по радио, чтобы узнать, где находится
кухня. Он почувствовал запахи пищи, плававшие в коридоре - соблазнительный
аромат горячих закусок. В дальнем конце коридора открылись раздвижные двери, и из
коридора в кухню прошел официант, одетый в черные брюки и белую рубашку с
длинными рукавами. В руках он держал пустой серебряный поднос. Брайсон нырнул
обратно в галерею, держась у самого входа, чтобы не задействовать сигнализацию.
Здесь было достаточно места, чтобы переодеться и при этом не задеть ни один из
лазерных лучей. Брайсон быстро снял бронежилет и стянул черный комбинезон.
Отстегнув от жилета упакованный в пластик костюм, он развернул и надел черные
брюки и белую рубашку, а затем сменил подбитые металлом армейские ботинки на
мягкие черные туфли.
Выглянув в коридор, ведущий к кухне, Брайсон услышал смех, добродушные
подшучивания, металлический звон сковородок и подносов. Отступив обратно в
галерею, Брайсон немного подождал, пока не услышал, как двойные двери кухни
раздвинулись с легким шорохом. В проеме появился все тот же официант. Теперь он
аккуратно нес поднос, загруженный разнообразными аппетитными блюдами. Брайсон
бесшумно скользнул в коридор.
Он осторожно крался вдоль коридора, стараясь держаться чуть позади официанта.
Он знал, что этот человек будет легкой целью, однако не хотел поднимать шума и
привлекать внимание охраны. Их уже разделяли всего несколько шагов. Брайсон
рванулся вперед, одной ладонью запечатал рот официанта, обхватив согнутой рукой
его горло, и повалил его на пол, одновременно подхватывая поднос с едой. Официант
пытался закричать, но ладонь Брайсона заглушала его вопли. Брайсон осторожно
опустил поднос на пол и свободной рукой надавил на нервный узел под челюстью
официанта. Тот повалился ничком, потеряв сознание.
Быстро оттащив тело официанта в галерею, Брайсон усадил его у стены со
сложенными руками и опущенной головой - как будто человек присел немного
подремать. Затем бегом вернулся в коридор и схватил поднос с блюдами.
"Двинулись", - скомандовал он сам себе. В любой момент в коридор может выйти
другой официант, который посмотрит на Брайсона и увидит, что тот ему незнаком.
Брайсон знал, что контрольный зал системы безопасности находится где-то
поблизости. Но где?
Он свернул в другой коридор, и дверь, управляемая электронным глазом",
автоматически скользнула в сторону. Нет - этот коридор ведет в официальную
столовую, где сегодня вечером никого нет. Брайсон развернулся и пошел обратно по
направлению к кухне, а затем свернул туда, откуда в первый раз пришел официант. За
дверью, также раздвинувшейся автоматически, обнаружился коридор, который, судя
по всему, вел в главный зал для приемов. Однако от него ответвлялся другой коридор,
уходящий вправо. Может быть, здесь. Брайсон свернул направо, прошел около
пятидесяти метров и заметил дверь с надписью: "Служба безопасности. Вход только
для персонала!"
Брайсон остановился перед этой дверью, сделал глубокий вдох, пытаясь
успокоиться, а затем постучался.
Ответа не было. Брайсон заметил на дверном косяке маленькую кнопку и
немедленно нажал ее.
Через десять секунд, когда Брайсон уже собрался было нажать кнопку снова, из
переговорного устройства, вмонтированного в стену, донесся голос:
- Да?
- Это с кухни... я принес ваш ужин.
После секундной паузы голос с подозрением ответил:
- Мы ничего не заказывали.
- Ну ладно, отлично, если вы не хотите есть, то нет проблем. Мистер Мэннинг
просто велел нам убедиться, что его охрана сегодня поела хоть чего-нибудь, но если вы
ничего не хотите, то я ему так и передам.
Дверь резко распахнулась. За ней стоял широкоплечий человек в синем блейзере;
его темно-русые волосы слегка отливали рыжим на свету. Визитка, прикрепленная к
лацкану блейзера, гласила, что фамилия этого человека Рэмси.
- Я возьму это, - заявил он, протягивая руки к подносу.
- Извините, но я должен забрать поднос обратно - там сейчас столько народу! Я
оставлю вам все блюда. - Брайсон шагнул в помещение охраны. Рэмси слегка
расслабился и пропустил его.
Брайсон огляделся по сторонам и заметил, что помимо Рэмси в комнате дежурил
только один охранник. Круглое помещение было так набито электроникой, что
казалось какой-то декорацией из фантастического фильма о высокотехнологичном
будущем. Гладкие стены не подразделялись на отдельные экраны - однако десятки
квадратных панелей демонстрировали изображение того, что происходило в
различных уголках поместья, как внутри особняка, так и вокруг него.
- У нас тут копченая утиная грудка, икра, пирог с сыром, копченый лосось, филе...
У вас есть хоть какое-нибудь свободное место, куда можно это поставить? Здесь все
завалено всяким хламом.
- Поставьте куда-нибудь, - сказал тип по фамилии Рэмси, снова поворачиваясь к
стене-экрану. Брайсон осторожно опустил поднос на небольшой пустой пятачок на
консоли, затем потянулся правой рукой к левому локтю, как бы для того, чтобы
почесаться. Одним движением выхватив пистолет с усыпляющими дротиками, он
выстрелил дважды. Два коротких хлопка, и оба охранника упали на пол - одному
дротик-шприц попал в горло, другому в грудь. Они придут в себя только несколько
часов спустя.
Брайсон бросился к клавиатуре компьютера, управлявшего показом изображений.
Картинки можно было укрупнять, поворачивать, смещать к центру экрана. Брайсон
выделил серию мониторов, на которых демонстрировалось все происходящее в
главном зале приемов.
Зал приемов, где в настоящий момент проходил банкет. Собрание группы
"Прометей" накануне решительного вступления в права.
Но в какие права они будут вступать?
И кто - они?
Брайсон поиграл с клавиатурой, быстро сообразив, как управлять изображением.
Он осознал, что, двигая "мышь" компьютера, он может сдвигать камеру наблюдения -
ворочать ею из стороны в сторону, сверху вниз и даже менять фокус, чтобы подать
изображение крупным планом.
Зал для приемов был огромен, высотой в несколько этажей. Ряды балконов, один
над другим, опоясывали его по периметру. Художественно расставленные столы
покрыты белыми скатертями, уставлены вазами с цветами, хрустальными бокалами,
бутылками вина. А еще в зале находились люди, десятки людей - нет, более сотни
людей. Лица, такие знакомые лица.
В одном конце зала возвышалась огромная блестящая статуя из позолоченной
бронзы, вдвое больше натуральной величины: Жанна д'Арк верхом на лошади,
обнаженный меч указует вперед. Дева ведет воинство в битву за Орлеан. Странно, но в
какой-то степени это соответствует образу крестоносца, который примеряет на себя
Грегсон Мэннинг.
А в другом конце комнаты на гладкой, без украшений трибуне стоял сам Грегсон
Мэннинг, одетый в элегантный черный костюм. Волосы его были зачесаны назад.
Обеими руками он держался за края трибуны и произносил какую-то страстную речь
- это было понятно даже тому, кто не слышал ни звука. Наиболее примечательным
зрелищем была стена позади него - она разделялась на двадцать четыре гигантских
видеоэкрана, на каждом из которых синхронно демонстрировалось изображение
Мэннинга, произносящего речь. Этакое зримое выражение мании величия, мечта
Гитлера и Муссолини.
Брайсон повел "мышью", чтобы охватить взглядом тех, кто внимал Мэннингу, -
гостей, сидящих за столами. То, что он увидел, буквально парализовало его.
Он узнал не всех присутствовавших, но большинство тех, кого он опознал, были
известны всему миру.
Там был глава ФБР.
Спикер парламента.
Председатель Объединенного кабинета начальников штабов.
Несколько ведущих членов сената США.
Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций, вежливый уроженец
Ганы, повсеместно уважаемый за учтивость и умение справляться со сложными
ситуациями.
Глава британской военной разведки.
Демократически избранный президент Нигерии. Начальники военных и
разведывательных организаций из полудюжины прочих стран "третьего мира", от
Аргентины до Турции.
Брайсон смотрел, раскрыв рот и задыхаясь от изумления.
Президенты множества межнациональных производственных концернов.
Некоторых из них Брайсон узнал мгновенно, другие были лишь смутно знакомы ему.
Все они были одеты в парадные костюмы, при галстуках, женщины - в строгих
вечерних платьях. И все они внимательно, словно зачарованные, внимали речи
Мэннинга.
Жак Арно.
Анатолий Пришников.
И... Ричард Ланчестер.
- Боже мой! - выдохнул Брайсон.
Нашарив верньер, регулирующий звук, Брайсон повернул его.
Из динамиков донесся бархатистый голос Мэннинга:
- ...революция в глобальном наблюдении за жизнью. Я также рад сообщить вам,
что разработанное "Систематикс" программное обеспечение, которое позволяет
опознать человека по лицу, также подготовлено для применения в общественных
местах. Камеры видеонаблюдения уже размещены в соответствующих точках, и теперь
мы получим возможность просканировать толпы людей и сличать полученные
изображения с теми, которые хранятся в объединенном международном банке данных.
Это стало возможным только благодаря нашему сотрудничеству - благодаря тому,
что все мы, представляющие интересы сорока семи стран, работаем вместе. И наше
число растет с каждым днем!
Мэннинг вскинул руки, словно благословляя своих слушателей.
- А что насчет машин? - с явным африканским акцентом спросил темнокожий
мужчина в длинном одеянии.
- Благодарю вас за вопрос, мистер Обату, - отозвался Мэннинг. - Наши сетевые
технологии позволяют нам не только мгновенно опознать любое транспортное
средство, но и проследить его передвижение как по городу, так и по сельской
местности. Мы также можем записать эту информацию и сохранить ее на будущее.
Понимаете, мне нравится считать, что мы не только расширяем сеть, но и делаем
мельче ее ячеи.
Еще один вопрос, которого Брайсон не расслышал.
Мэннинг улыбнулся.
- Я знаю, что мой добрый друг Руперт Смит-Дэвис из военной разведки от души
согласится со мной, если я скажу, что АНБ давно уже вынуждали бороться с
преступностью, связав агентству руки. Ну не смешно ли - по сею пору дела обстоят
таким образом, что британские службы могут шпионить за американцами, но не за
подданными своей страны, и наоборот! Я знаю, что если бы Гарри Данне, куратор
ЦРУ, был в добром здравии и мог бы присутствовать здесь, то он встал бы и рассказал
нам пару историй о том, каким тайными и нечестивыми способами ему порой
приходилось действовать.
Все рассмеялись.
Новый вопрос, на сей раз заданный женским голосом и с русским акцентом:
- Когда Международное агентство безопасности начнет действовать эффективно?
Мэннинг посмотрел на часы.
- В тот самый момент, когда будет заключен договор - то есть примерно через
тринадцать часов. Уважаемый Ричард Ланчестер станет директором этого агентства -
царем мировой безопасности, как вы могли бы его назвать. А после этого, друзья мои,
все мы увидим наступление подлинного Нового Мирового Порядка - и нам будет
принадлежать честь создания этого порядка. Граждане всего мира больше не будут
заложниками производителей и распространителей наркотиков, террористов и
жестоких преступников. Никогда больше общественной безопасности не придется
отступать перед "правом" на частную жизнь, каковым правом беззастенчиво
пользуются насильники, растлители, похитители детей, производители детской
порнографии.
Оглушительные аплодисменты.
- Мы больше не будем жить в страхе перед новыми взрывами бомб, подобными
тому, что случился в Оклахома-Сити, новыми терактами - как тот, что свершился во
Всемирном торговом центре, новыми угонами самолетов. Правительство США больше
не будет просить суд дать разрешение на прослушивание телефонных разговоров
похитителей, террористов и наркобаронов. Тем, кто не согласен с ущемлением их
личной свободы - а несогласные всегда найдутся, - мы просто скажем: тому, кто не
нарушает законов, нечего бояться!
Брайсон не слышал, как открылась дверь в помещение контроля. Он ничего не
замечал до тех пор, пока рядом с ним не раздался знакомый голос:
- Никки.
Брайсон резко повернулся:
- Тед! Что вы здесь делаете?
- То же самое я могу спросить у тебя, Никки. Ты никогда не видишь того, что
настигает тебя, не так ли?
И тут Брайсон обратил внимание на одежду Уоллера, на его смокинг и черный
галстук.
Тед Уоллер был гостем в особняке Мэннинга.
- Вы... ты один из них! - прошептал Брайсон.
- О господи, Никки, - к чему все эти разговоры о том, кто на какой стороне? Это
же не футбольный матч в школе - красные майки против белых, "Кальмары" против
"Акул"!
- Ах ты, ублюдок!
- Что я говорил тебе о постоянной переоценке и пересмотре стратегических
союзов? Враги? Союзники? В конечном итоге, эти определения не имеют никакого
значения. Если я не научил тебя ничему более, то, по крайней мере, хоть это-то я
пытался тебе вдолбить.
- Что ты делаешь? Ведь это же твоя битва, ради которой ты вербовал всех нас в
течение многих лет...
- Директорат уничтожен. Ты знаешь это - ты видел, как это произошло.
- Неужели все это было каким-то обманом? - Брайсон едва не сорвался на крик.
- Никки, Никки! "Прометей" - это наша наилучшая возможность, ведь в самом
деле....
- Наша наилучшая возможность?
- И кроме того, разве наши цели отличаются от их целей? Директорат был мечтой
- оптимистической мечтой, которую нам по прихоти фортуны удавалось реализовать
в течение нескольких лет, хотя все шансы были против нас. Охрана мировой
стабильности, защита против сумасшедших, террористов, идиотов. Как я всегда
говорил, добыча выживает только в том случае, если становится хищником.
- Это... ты придумал эти слова не сейчас, не в разговоре со мной, - хрипло
произнес Брайсон. - Ты готовил их уже много лет.
- Я был сторонником подобной вероятности.
- Сторонником... постой! Погоди секунду! Те активы, которые, как я когда-то
обнаружил, пропали из банка за границей... миллиард долларов. Но ты никогда не был
заинтересован в том, чтобы обогатиться лично. Это был ты! Ты помогал создавать
"Прометей", не так ли?
- Сеять деньги - кажется, они называют это именно так. Шестнадцать лет назад
Грегсон Мэннинг немного поиздержался, и проект "Прометей" нуждался в
немедленном вливании наличности. Можешь сказать, что я стал основным спонсором.
Брайсон чувствовал себя так, словно получил удар в солнечное сплетение.
- Но ведь это бессмысленно - если прометеевцы были нашими врагами...
- Ты же знаешь, друг мой, - выживает самый приспособленный. Неужели тебе
никогда не приходилось в тотализаторе ставить на обоих соперников сразу? Это
планирование, которое предусматривает некую страховку - предосторожность,
обеспечивающая выигрыш. Коммунизм пал, и Директорат потерял смысл
существования. Я огляделся вокруг, исследовал все возможности и понял, что
общепринятые методы шпионажа уже обречены. Тропинку в будущее могли
проложить либо мы, либо "Прометей". На скачках побеждает только одна лошадь.
- И ты решил последовать за той лошадью, которая выиграет, и наплевать на все
моральные принципы? Тебе ведь все равно, что цели у нас и у "Прометея" разные,
верно?
- Мэннинг - один из самых талантливых людей, которых я когда-либо видел.
Мне пришло в голову, что его идея стоит того, чтобы взрастить и вскормить ее, сделав
ее реальностью.
- Ты просто оберегал свои вонючие денежки!
- Считай это политическим вариантом вклада в ценные бумаги. Этот образ
действий был продиктован благоразумием. Я уже говорил тебе, Ник, что ремесло
шпиона - это не Олимпийские игры. И я знаю, что ты достаточно умен, чтобы в
конечном итоге найти здравый смысл в моих рассуждениях.
- Где Елена?! - рявкнул Брайсон.
- Она умная женщина. Ник, но, очевидно, она не предусмотрела того, что ее могут
обнаружить.
- Где она?
- Люди Мэннинга отвели ее куда-то в резиденцию. Меня заверили, что к ней
будут относиться с уважением, которого она заслуживает, как известно нам обоим.
Ник, неужели мне действительно придется спрашивать тебя напрямую? Неужели тебе
это нужно - чтобы я задавал такие тупые вопросы? Не присоединишься ли ты к нам?
Ведь эта дорога ведет в будущее.
Брайсон вскинул пистолет и прицелился в Уоллера. Сердце его колотилось часто и
неровно. "Почему ты заставляешь меня сделать это? - взывал он про себя. - Почему,
черт тебя побери?"
Уоллер, не дрогнув, смотрел в дуло пистолета.
- Ага, понятно. Ты ответил на вопрос. Увы, я ждал иного ответа.
Дверь снова распахнулась, и в комнату ворвалась маленькая армия охранников
Мэннинга. Их пистолеты уже были наведены на Брайсона, и, кроме того, их было
двенадцать на одного. Брайсон резко развернулся и увидел других охранников,
вбежавших через потайную дверь в круглой стене. Тут его грубо схватили сзади, и он
почувствовал затылком холодную сталь пистолетного дула. Другой пистолет
приставили к его правому виску. Брайсон снова обернулся, на этот раз гораздо
медленнее. Но Теда Уоллера в комнате уже не было.
- Руки вверх, - скомандовал чей-то голос. - И даже не думай о том, чтобы
дернуться. И не пробуй выхватить у кого-нибудь пистолет. Ты же не дурак - тебе
известно об "умном оружии".
"Речь идет об электронных пистолетах", - осознал Брайсон. Они были
разработаны "Кольтом", "Сандией" и несколькими европейскими фирмами по
производству оружия... Одним нажатием спускового крючка из этих пистолетов можно
было сделать три выстрела.
- Руки вверх! Шевелись!
Брайсон кивнул и поднял руки вверх. Ему больше ничего не оставалось. Никакой
надежды спасти Елену не было. Технология "умного оружия" разрабатывалась в
качестве поддержки для защитников закона - например, для того, чтобы
полицейского нельзя было убить из его же собственного оружия, завладев пистолетом
в отчаянной схватке. В спусковой крючок этих пистолетов был вмонтирован сенсор,
различающий отпечатки пальцев, и каждый пистолет был запрограммирован
индивидуально, так что из него мог стрелять только тот, кто имел на это право.
Подталкиваемый в спину, Брайсон вышел из контрольного зала в коридор, потом
его заставили свернуть в другой проход, покороче. Пистолеты по-прежнему были
приставлены к его виску и затылку. Брайсона обыскали, нашли и забрали пистолет 45го
калибра. Один из охранников с плохо скрываемым торжеством засунул изъятое
оружие в карман. Обыск был тщательным; у Брайсона отобрали буквально все, что
могло служить оружием. У него остались только руки, инстинкты и подготовка, но все
это было бесполезно перед лицом столь многочисленных и хорошо вооруженных
противников.
Но почему они не убили его? Чего они ждут?
В стене открылась дверь, и Брайсона втолкнули в проем. Он оказался в какой-то
длинной комнате, по размерам сравнимой с портретной галереей. Освещение в
комнате было тусклым, однако Брайсон смог разглядеть ряды книг, тянувшиеся вдоль
стен: старинные тома, переплетенные в красновато-коричневую кожу, стояли на
полках красного дерева. Все стены, от пола до потолка - а высота комнаты была не
менее шести метров, - были закрыты этими полками. Великолепная, огромная
библиотека, какие сейчас можно отыскать только в старинных английских имениях.
Натертый паркетный пол блестел, и все же было заметно, что по нему долгие годы
ступали чьи-то ноги.
Брайсон стоял в одиночестве и рассматривал полки. В душе его поднималось
смутное предчувствие, ощущение того, что вот-вот случится нечто...
И неожиданно библиотека исчезла: заставленные книжными полками стены
замерцали и сделались серебристо-серыми. Это была иллюзия! Точно так же, как
портреты в галерее, все эти книги были объемным видеоизображением, миражем,
созданным электроникой. Брайсон подошел к стене и потрогал ее гладкую, но слегка
зернистую поверхность. И тут стены засветились снова - на этот раз на них возникли
десятки, сотни различных ярких изображений.
Брайсон в ужасе смотрел на это. Во всех сценах, которые сейчас разворачивались
перед ним, присутствовал он сам. Это были обрывки видеозаписей, фильм о его жизни.
Вот он бродит по берегу моря вместе с Еленой. В постели с Еленой, занимается
любовью. Принимает душ, бреется, мочится.
Спорит с Еленой. Целует ее. Кричит что-то, сидя в кабинете Теда Уоллера.
Он и Елена едут верхом на лошадях.
Брайсон и Лейла бегут по коридорам "Испанской армады", спасаясь от охранников
Калаканиса. Брайсон прячется в заброшенной церкви в Сантьяго-де-Компостелла.
Украдкой обыскивает личный кабинет Жака Арно. Встреча с Ланчестером. Встреча с
Тарнапольским в Москве. Бегство.
Встреча с Гарри Данне.
Сцена за сценой - видеозаписи, сделанные издали и сделанные крупным планом.
И центральная фигура каждой сцены - сам Брайсон. Картины его жизни, самых
личных моментов его бытия. Самые тайные оперативные задания. Ничего, ни единого
момента за последние десять лет не осталось сокрытым - все было заснято на
видеопленку. Изображения сменялись, как в калейдоскопе, мерцали, дразнили,
повергали в ужас.
Было заснято даже то, как он спускается в гараж и потом карабкается по лифтовой
шахте. Они видели, как он проникает в дом.
Они видели все.
Брайсон был ошеломлен. Голова у него шла кругом, к горлу подкатывала тошнота.
Он чувствовал себя раздетым, выставленным напоказ, изнасилованным. Он рухнул на
колени, и его стошнило. Рвотные позывы следовали один за другим до тех пор, пока в
желудке Брайсона не осталось ничего. Но и тогда его продолжало выворачивать
всухую.
Все произошедшее было одним сплошным обманом, театральной постановкой.
Они знали, что он придет, и желали увидеть это. Все время, каждую секунду он был
под наблюдением.
- Быть может, вы помните, что Прометей похитил у богов огонь и принес этот
великий дар угнетенному человечеству, - произнес мягкий негромкий голос,
усиленный скрытыми динамиками и разнесшийся по всей комнате.
Брайсон поднял глаза. В дальнем конце комнаты, в глубокой мраморной нише
стоял Грегсон Мэннинг.
- Мне сказали, что у вас есть способности к языкам.
Тогда вы должны знать этимологию имени "Прометей". Оно означает "провидец"
или "промыслитель", тот, кто видит будущее или думает о нем. Мне показалось, что
это подходящее название для нашей организации. Прометей, согласно классической
трактовке, даровал людям цивилизацию - письменность, философию, математику -
и дал нам возможность из дикарей стать мыслящими людьми. Таково было подлинное
значение подаренного Прометеем огня - свет, прозрение, знание. Возможность
сделать видимым то, что прежде таилось в тени. Титан Прометей по доброй воле и с
полным осознанием совершил преступление, когда принес с небес огонь и научил
смертных пользоваться им. Это было пред
...Закладка в соц.сетях
