Жанр: Боевик
Ракетчик 5. Молитва для ракетчика
... тучный пожилой мужчина
благообразной наружности. Возраст хозяина давно перевалил полувековую отметку. Одет он
был строго, "глухим" покроем костюм соответствовал фасону, распространенному среди
протестантских священников. Лампа дневного света оставляла на его лысине яркие блики.
Кахерский подошел к столу и вежливо остановился, как положено младшему по званию перед
старшим. Армейское приветствие здесь было неуместным, а лезть первым с рукопожатием к
хозяину кабинета гость считал прямым нарушением субординации, что и было не
удивительным, учитывая разницу в чинах. Хозяин был полковником, а посетитель - майором.
- Здравствуйте, пан Станислав, как добрались?
- Благодарю вас, без приключений. Готов хоть сегодня приступить к работе.
- Где остановились?
- На квартире, той, что снял мой предшественник.
Говорили по-польски.
- Добже. Раз так, сразу введу тебя в курс дела. Что у нас тут за богадельня, ты в курсе?
- Мне объяснили еще дома. Чем предстоит заниматься?
- Пока вот этим, - хозяин кабинета достал из сейфа пухлую папку, положил ее на стол,
припечатал тяжелой ладонью, - присаживайся. Хочешь кофе, чаю? Есть неплохой коньяк, а?
- Если пан полковник разрешит, я бы закурил, а то под моей новой вывеской дымить на
людях не полагается.
- Дыми сколько угодно, сегодня у нас нет посетителей, - полковник поставил на стол
пепельницу и принялся развязывать на папке тесемки.
- Помнишь дело в Лодзи, которым тебе пришлось заниматься?
Кахерский, прикуривая длинную сигарету, кивнул.
- Тогда всплыли два ствола времен Второй мировой, так вот следы их ведут сюда, к
одному человеку. Только сейчас он хочет перебросить из России в Польшу уже целую партию
оружия. Хотя лежит оно со времен той войны, но, по оперативным данным, все стволы в
отличном состоянии. Под видом коллекционного оружие планируется морем доставить отсюда
до Гданьска, а там его должен забрать получатель. Мы должны эту сделку предотвратить.
- Может быть, проще сообщить обо всем этом русским по официальным каналам? -
предложил гость, наслаждаясь табачным ароматом.
- Не все так просто, - хозяин сердито сдул поползшую в его сторону змейку дыма, - я
сказал предотвратить, а не сорвать. Оружие должно попасть не в Польшу, а вот сюда. Он достал
все из той же папки карту Северо-запада России достаточно крупного масштаба, сложенную
несколько раз вдоль и поперек, и ткнул толстым коротким пальцем в скопление едва заметных
карандашных отметок, сделанных возле русско-финской границы. Станислав придвинул карту
к себе, внимательно рассмотрел изображенную на ней местность.
- А что там такое? - спросил он, возвращая карту хозяину.
- Ничего там нет, брошенная деревня. Жители оттуда уехали несколько лет назад.
- И кому нужно доставить оружие?
- Никому. Его нужно там просто складировать, сделать несколько закладок в этом
поселке и еще в двух других, таких же заброшенных, как и этот.
- А зачем все это? - удивленно пожал плечами майор. Это так далеко от зоны,
представляющей для нас хоть какой-то мало-мальский интерес.
- Сейчас нет интереса, а потом он может появиться, - резонно ответил старый
разведчик. - В нашем деле лучше меньше знать, тогда спокойнее спишь по ночам. Вы помните
о предстоящем вступлении Польши в НАТО?
Молодой разведчик кивнул.
- В чем моя задача?
- Вот это правильнее, - похлопал его по плечу полковник, - познакомься, это и есть
наш торговец. - На крышку стола легла фотография румяного пухлощекого человечка с
интеллигентной бородкой, как у испанского средневекового гранда.
- Кто такой? - с любопытством взглянул на снимок Кахерский.
- Витольд Самойлович Альперович. Живет в Санкт-Петербурге, коллекционер, вхож в
самые высокие круги. К нему часто обращаются за консультациями даже чиновники главного
русского музея "Эрмитаж", городская элита охотно покупает у него старинные вещички. Наш
подопечный имеет знакомых в милиции, городском правительстве и иностранных
консульствах.
- А что он коллекционирует? Чем занимается?
- Всем. Он собирает все, что стоит хороших денег, и деньги у него есть. Средств у него
хватает даже на финансирование поисков кораблей, затонувших в Финском заливе в
восемнадцатом веке и раньше. Несколько его групп заняты сбором исторических раритетов по
всей России и в Восточной Европе. Есть у него специалисты, занимающиеся изысканиями
только в архивах. А теперь выяснилось, что он проявил интерес и к оружейному бизнесу. Одна
из его поисковых групп нашла в Карельских лесах немецкий самолет, перевозивший партию
снаряжения для германских горных егерей. Похоже, до них там никого не было со времен
войны. Вот это оружие он как раз и собирался ввезти в нашу страну.
- И чем мы можем его взять?
- У нас найдется, чем можно крепко прищемить хвост этой лисе. Есть несколько дел,
которые мы проследили от начала и до самого их успешного завершения. По местным законам
ему, как организатору, светит лет двадцать с конфискацией. Так что имеющихся у нас
документов с лихвой хватит для того, чтобы убедить господина Альперовича в необходимости
сотрудничать с нами.
- Это кнут, а пряник будет? - улыбнулся Кахерский.
- Не без этого: коллекционер может нам пригодиться и в дальнейшем.
- Итак, я должен склонить его к сотрудничеству, а что дальше? Он сообщит мне место,
где хранится оружие, я должен организовать его доставку и закладку в нужное место? Какими
силами и средствами?
- Силами и средствами господина Альперовича - ему придется пожертвовать одной из
своих групп.
- Пожертвовать? Я не ослышался? - Кахерский удивленно вскинул брови.
- Именно так, - глаза полковника льдисто сверкнули. Сейчас выражение его лица
чем-то напомнило майору портрет Торквемады, знаменитого испанского инквизитора, во славу
креста и кастильской короны десятками посылавшего людей на костер. Хозяин кабинета
выдержал паузу и спросил:
- А чего же вы хотите? То, что вам предстоит сделать, должно остаться тайной, мы же не
можем оставить свидетелей. У вас есть какие-то возражения, пан майор? Или сомнения?
- Нет никаких сомнений, - по-военному четко отрапортовал Кахерский.
- Добже, - кивнул полковник, - мы приготовили для вас некоторое оборудование, оно
вас ждет в соседней комнате. Пройдемте: я должен кое-что объяснить.
Соседняя комната напоминала склад печатной продукции. Стеллажи вдоль стен были под
завязку набиты журналами, брошюрами, кипами плакатов и листовок. На столе, посреди
помещения, предназначенном, скорее всего, для сортировки средств агитации, лежал
раскрытый дипломат внушительного размера. Кахерский с любопытством заглянул в него.
- Здесь все, что может вам понадобиться, - спокойно произнес старик, - прежде всего
- приемник системы GPS . Думаю, штука вам знакомая. - Его молодой коллега уверенно
кивнул.
- Приходилось сталкиваться.
- Вот это - игрушка поновее, - старик достал из чемоданчика обычный с виду
"мобильник", - им будете пользоваться для связи непосредственно со мной. Особенность в
следующем... - разведчик отщелкнул от "трубки" аккумуляторную батарею.
- Это обычный аккумулятор, заряда хватает на трое суток работы "на прием" и четыре
часа работы на излучение. А вот это (он достал из углубления в устилающем дипломат
поролоне батарею, почти двойник первой, она лишь слегка отличалась цветом и была чуть
темнее) тоже аккумулятор, но заряда в нем хватит часов на шесть, потому что основную часть
рабочего пространства занимает "скрэмблер" . Прилагается устройство зарядки от
промышленной сети и бортовой сети автомобиля.
Майор с интересом принялся рассматривать "мобильник". Старик продолжал инструктаж,
на этот раз у него в руках оказалась новенькая видеокамера.
- Это цифровая камера, вам она понадобится для того, чтобы заснять места закладки
оружия, не тащить же вас туда в качестве гида, когда понадобится. Кроме того, вам следует
задокументировать подтверждение того, что вы остались единственным обладателем "карты
острова Сокровищ". Для кодировки информации и ее пересылки - ноутбук. - Старик
постучал согнутым пальцем по крышке вложенного в чемодан портативного компьютера.
Войти в сеть можно при помощи мобильного телефона, программы обработки информации и ее
шифрования мы уже инсталлировали. Адрес в сети я вам сообщу несколько позже. Если нужна
консультация специалиста по оргтехнике, скажите, и вы ее немедленно получите.
- Необходимости нет, мне приходилось работать с аналогичными штучками.
- Атлас с подробными картами местности мы купили для вас вполне легально в книжном
магазине на Невском проспекте. - Полковник выудил из дипломата пестрый атлас и бросил
его на стол. - Карты по данным спутниковой съемки достаточно точные. Но будьте
внимательны, это все-таки север. Официально все это оборудование вам необходимо для отчета
о работе нашей миссии в поселке Чупа.
- Это где?
- Думаю, не слишком далеко от того места, где находится самолет с грузом оружия. Его
местоположение нам известно очень приблизительно, но все нити ведут на север Карелии.
Что-нибудь еще?
- Как насчет средств нейтрализации группы переброски?
- Здесь мы их не держим. Вечером вам все доставят на квартиру. Кроме того, у вас там
будет предостаточно различного стрелкового оружия. Подтверждение нейтрализации
остальных участников мероприятия пошлете сразу же после ее завершения, вместе с
изображением мест закладки и их координатами, после этого всю информацию сотрете.
Оборудование желательно вернуть. При невозможности - уничтожить. Резервный канал
вашей инфильтрации - через финскую границу. Документы для ее пересечения ждут вас в
Чупе. Этот вариант мы тоже отработали.
- Тогда, пожалуй, все.
- Необходимые материалы возьмете с собой сразу. Неделя вам на изучение и еще одна
- на обработку нашего любителя антиквариата. За две недели все вопросы должны быть
улажены, буду ждать вашего звонка с семнадцати часов в следующую субботу. А в воскресенье
вечером вы должны выехать на место. Накануне отъезда вам сообщат необходимые пароли,
адреса и способы связи. Там у нас есть один человек, но на него вам можно выходить только в
крайнем случае. С вами поедет одна женщина, активистка Христианской церкви истинного
Бога.
- Я могу ей доверять?
- В делах духовных - в полной мере, в делах разведки - ни на йоту. Она едет с вами в
качестве ширмы. Своей деятельностью эта пани уже давно мозолила глаза местным
спецслужбам; проходит в их досье как оголтелая фанатичка. У нее в тени вы будете в
относительной безопасности. Она надоела КГБ своими протестами против тоталитаризма еще
при Советах, а теперь - акциями в поддержку демократии. ФСБ шарахается от нее, как бес от
ладана. В ближайшую среду вам надлежит прибыть сюда к десяти часам, я вас с ней
познакомлю. Ну, желаю удачи. Надеюсь, что оказанное вам доверие вы оправдаете.
- Буду стараться.
Вечером того же дня Станислав Кахерский читал документы о деятельности господина
Альперовича и задумчиво тер подбородок. С такой сложной задачей ему до сих пор
сталкиваться не приходилось. В назначенное время прибыл посыльный, позвонил условленным
образом. Особой разговорчивостью он не отличался, здороваться не стал, а сразу перешел к
делу. Вручил майору уже знакомый дипломат, а потом извлек из кармана два пакета
разноцветных капсул, упаковку шприц-тюбиков, баллончик мужского дезодоранта и баллончик
газа для зажигалок. Судя по этикеткам, в капсулах были витамины и какой-то навороченный
аспирин. Гонец пояснил:
- Все препараты растворяются в воде, молоке, вине, пиве, водке. Красные -
моментального действия, желто-белые действуют через несколько суток. Шприцы - на всякий
случай, это антидот, колоть внутримышечно. Все это добро полностью и практически
бесследно разлагается в организме через несколько часов. В баллончике средство, действующее
респираторно и через кожу, без перчаток не пользуйтесь. И не дай вам Бог вдохнуть эту дрянь
или коснуться предмета, на который ее побрызгали. Действует мгновенно.
Гость взял баллончик газа для зажигалок и сказал:
- Это нейтрализатор, чтобы пользоваться вещами после "дезодоранта". Довольно едкая
штука, но уничтожает отраву надежно, нужно только минут пять подождать.
Закончив инструктаж, гонец выудил из внутреннего кармана плаща увесистый сверток,
запакованный в светонепроницаемую бумагу и перехваченный крест-накрест скотчем.
- Что здесь? Портативная атомная бомба?
- Пряник для вашего клиента, кнут вам уже передали.
- Расписаться в получении? - грустно спросил разведчик.
- Зачем, - пожал плечами курьер, - мы же знаем, кому все это доставили. Работайте
спокойно. Если я понадоблюсь, звоните, вот вам телефон. Если что, подстрахуем.
Он протянул визитку, на которой курсивом было напечатано: "Юрий. Специалист", ниже
был приведен номер сотового телефона - и все, больше никаких координат.
ГЛАВА 6.
АНТИКВАР.
Для связи с группами, занятыми добычей антиквариата на просторах некогда могучей и
единой Родины, у Витольда Самойловича Альперовича была разработана целая система. Его
курьеры никогда не перевозили найденные раритеты самостоятельно. Чаще всего они
действовали по схеме: покупался билет в вагон поезда, следующего в нужном направлении, по
этому билету ехал "сопровождающий". Но сопровождал он не сам груз, а только того, кто груз
этот перевозил. Обычно это был какой-нибудь представитель пенсионного поколения, едущий
к внукам и детям с баулами домашней еды, фруктами, вареньем и салом. Вариант - молодое
семейство с малолетними пассажирами. Ни те, ни другие, как правило, не вызывают особого
подозрения у досматривающих вагоны представителей таможни, милиции или погранслужбы.
Нужно быть уж очень отъявленной сволочью, чтобы трясти багаж семидесятилетней бабульки,
везущей страдающим аллергией городским внучатам экологически чистые дары сада и огорода,
или рыться в чемоданах с пеленками и распашонками под гневный вой и рев их хозяина. Итак,
"сопровождающий" спокойно, налегке, прибывал к поезду, устраивался в вагоне и ждал
прибытия основных сил. Основные силы появлялись обычно перед самым отправлением
состава. В вагон врывался запыхавшийся, обливающийся потом дядечка и принимался слезно
умолять выбранную из указанных категорий пассажиров жертву передать сыну (зятю, брату и т.
п.), проживающему в туманном Санкт-Петербурге, немного продуктов, уместившихся в
коробку (ящик, сумку). Понадеялся взять билеты перед отправлением (по прибытии поезда), но
ничего не вышло (проклятые железные дороги с их растущими ценами и тарифами). А
родственники так ждут, так надеются на продовольственную помощь, "сами понимаете - в
какое время живем". И люди понимали, и сочувствовали, и... соглашались, несмотря на
строжайшие запреты принимать от кого бы то ни было что-либо для перевозки. В стране
обстановка тревожная. Да и какие могут возникнуть сомнения? Ведь по внешнему виду сумка
содержала именно продукты, даже пахла соответствующим образом, из нее подтекало варенье,
мед или растительное масло. В общем, отказать страждущему, стремящемуся помочь своим
еле-еле сводящим концы с концами родственникам мог только совершенно бессердечный
человек. Пассажиру объясняли, кому передать груз на конечной станции, долго трясли руку,
благодарили и в конце концов груз приобщался к багажу жертвы. Задачей "сопровождающего"
был неусыпный контроль его неприкосновенности в пути следования, а заодно изображать
возмущенную общественность в случаях, если какой-нибудь уж чересчур придирчивый
представитель власти попытается учинить досмотр охраняемого груза. Впрочем, на случай
досмотра принимались дополнительные меры отвлекающего характера. Но обычно все
получалось как нужно. Второй вариант заключался в том, что на имя антиквара отправлялась
посылка, отправлялась она не на его домашний адрес, а на какое-нибудь почтовое отделение в
близко расположенных к Питеру населенных пунктах, городках вроде Всеволожска или
Зеленогорска. Прибыв на место и убедившись в отсутствии наблюдения за объектом почтовой
службы со стороны представителей правоохранительных организаций, адресат вполне законно
получал почтовое отправление. Больше это почтовое отделение для пересылки, как правило, не
использовалось. Иногда почту отправляли не на имя самого Витольда Самойловича, а на
реквизиты его доверенных представителей, но суть от этого не менялась. Все наиболее ценное
антиквар предпочитал получать сам.
На сей раз посылка была из Белоруссии. Витольд Самоилович бережно поставил ее на
стол в просторной кухне и бережно разрезал клейкую ленту, которой были проклеены швы
картонного ящика. Внутри были стеклянная банка и непрозрачный пластиковый бидон, два
небольших матерчатых мешка и пара свертков. Антиквар начал с мешков, оба оказались
легковесными: в одном были лесные орехи, в другом - сушеные грибы. И то и другое Витольд
Самоилович немедленно отправил в мусорное ведро. Неизвестно, как обстоят дела с радиацией
в том районе, где собирали эти дары лесов, а за своим здоровьем господин Альперович следил
самым тщательным образом. Радионуклеидов и в Питере предостаточно. В первом свертке
оказалось сало. Антиквар внимательно осмотрел розовый шматок с мясными прожилками и
аппетитной шкуркой, уловил аромат чеснока и... отправил к грибам и орехам. Во втором
свертке оказалась бутыль "Папараць кветю" , ее коллекционер выбрасывать не стал, а
приступил к досмотру банки и бидона. В первой была квашеная капуста домашнего посола с
клюквой, тмином и листьями смородины. Альперович открыл крышку консервным ножом и
вытряхнул содержимое банки в тазик, тщательно перебрал капусту. Разобрал все комки,
проверил все листочки. Ничего интересного обнаружить не удалось, в банке была только
капуста. Пластмассовый бидон, как удалось установить, содержал мед. Адвокат взвесил его на
руке. Емкость была тяжеловата. Он потряс ее немного, но ничего не случилось, мед засахарился
и держался прочной единой тягучей массой. Тогда коллекционер взял ложку и стал выскребать
содержимое бидона в кастрюлю. После того как он углубился в бидон до половины, ложка
царапнула обо что-то твердое. Антиквар вскипятил чайник, вылил воду в емкость с остатками
меда и принялся ее энергично болтать. Мало-помалу мед растворился. Витольд Самойлович
слил раствор через дуршлаг, снова добавил в бидон воды и опять поболтал его. В этот раз в
дуршлаге оказалось несколько темных металлических кружков. Антиквар повторял процедуру
раз за разом, пока не добрался до донышка содержавшей мед посудины. Когда же он закончил,
поверх разостланной на столе чистой марли, сложенной в несколько слоев, в четыре ряда по
пять штук в каждом лежали темные от времени кружки металла - монеты. Альберт
Самойлович тщательно промокнул их от влаги и понес из кухни в свой кабинет. Там
вооружился лупой, справочником и приступил к священнодействию. На изучение и
идентификацию у него ушло чуть больше часа. Потом от откинулся на спинку кресла и
удовлетворенно произнес:
- Определенно, Боспорское царство, скорее всего - период правления Асандра.
Изумительно.
Мурлыча себе под нос мотив "Голубой луны", Витольд Самойлович достал из
камуфлированного под книжный стеллаж сейфа альбом, в котором содержал наиболее редкие
монеты, и бережно разложил новоприобретенные образцы по прозрачным пластиковым
кармашкам. Убрал альбом на место и, закрыв сейф, направился в кухню. Приготовил себе
яичницу из двух яиц, достал стопку и откупорил присланную в посылке с монетами бутылку.
Налил чуть-чуть, осторожно понюхал и, удовлетворенно крякнув, опрокинул рюмку в рот.
Немного погонял напиток языком, а потом осторожно проглотил.
- Недурно-с, и даже весьма, - сделал он вывод и смело налил стопку до краев. Достал
из холодильника соленые огурцы, нарезал их кружочками, положил яичницу на тарелку и
приступил к полднику.
- За успех мероприятия, - звякнул он стопкой о бутылку, выпил и закусил огурчиком.
Здорово. Все здорово. И то, что он только что стал богаче тысяч на семьдесят зелеными. Это
если не связываться с аукционами, а просто сбыть монетки своему брату - коллекционеру. А
пойдут они нарасхват. Монет этого периода истории в мире мало, очень мало. Практически нет.
Поначалу считалось, что тогда в Пантикапее их вообще не чеканили. Потом все же нашли
несколько образчиков в курганах и кладах Причерноморья. Как только эти оказались на
территории современной Белоруссии? Теперь уже никто не узнает: то ли с купеческим
караваном, то ли в сумке варяга-наемника, то ли в кошельке скифского воина. Витольд
Самойлович налил себе еще. Настойка была хороша. Чувствовался привкус лесных трав, их
аромат. Напиток был мягким и не драл горло, как водка российского разлива. Братки-белорусы,
в отличие от россиян, сохранили госмонополию на спиртное и советские ГОСТы. Своим
поисковикам Альперович всегда наказывал, чтобы из поездок они привозили бутылку-другую
чего-нибудь экзотического. Импортное пойло антиквар не уважал, справедливо считая, что
такая страна, как Россия, имеет свои богатейшие традиции виноделия. И нечего размениваться
на иностранщину, особливо учитывая, что она того не стоит. Зачем тратить деньги на
разрекламированный импортный суррогат, единственное достоинство коего в красивой
этикетке, замысловатой стеклотаре и экзотической окраске ее содержимого? Бери напиток на
любой вкус и цвет - хоть вино, хоть что-то покрепче, - все одно, наше лучше, если только
покупать действительно то, за что платишь: настоящее грузинское вино, продукцию
"Массандры" или подлинный армянский коньяк, который сам У. Черчилль предпочитал
французским и прочим "аналогам". Завершив прием пищи, убрал со стола посуду, поставил на
плиту кофейник. Кофе он всегда варил с кардамоном на арабский манер. Направился в кабинет.
Там он включил ноутбук и вошел в интернет. Порученцы справились с поставленной задачей
на "отлично", но бережливость превыше всего. Господин Альперович со скаредностью
Бальзаковского Гранде рассчитал их комиссионные и оформил электронный перевод требуемой
суммы. Учтено было все: стоимость проезда, суммы на оформление документов, взятки,
сложность задания и риск, почтовые расходы и столовые деньги. После начисления зарплаты и
аванса для следующего дела он вышел на домашнюю машину одного из экспедиторов и
сбросил ему файл с очередным поручением, предварительно зашифрованный программой
PGP . Учитель-историк Петр Иванович Сахар из белорусского поселка Калинковичи теперь
может бесконечно долго ждать, когда "представители Минского исторического музея",
взявшие его коллекцию монет для экспозиции "Ветры времени над Белой Русью" под расписку,
вернут раритеты их законному хозяину.
На текущий момент все намеченное к исполнению было реализовано. Витольд
Самойлович выключил персоналку, снял кофейник с конфорки и направился за почтой. За
почтой нужно было выходить в подъезд. Альперович накинул теплую куртку, положил в
карман газовый пистолет, предварительно сняв его с предохранителя. На всякий пожарный, как
говаривал Семен Семеныч из "Бриллиантовой руки". Сунул ноги в ботинки и открыл
металлическую дверь; убедившись, что замок "Бронзовый Джек" сработал как нужно,
спустился на лифте к почтовым ящикам. Почту обязательно нужно было забирать
своевременно, пока юные бездельники, слоняющиеся по подъездам в поисках укромного
местечка, чтобы потискаться и покурить, не извели корреспонденцию на подстилку. Ящик
оказался набит "под завязку". Кроме ежедневных газет и очередного "Вокруг Света" в нем
обнаружился пухлый пакет. Антиквар удивленно рассмотрел конверт из плотной бумаги: ни
имени отправителя, ни обратного адреса указано не было. Попробовал припомнить, не должен
ли кто-нибудь из его корреспондентов ему что-нибудь переслать. По всем прикидкам
выходило, что не должен. Витольд Самойлович опасливо прощупал содержимое. Лучше
перестраховаться от греха подальше. Мир не без "добрых людей", антиквар имел и
конкурентов, и завистников. Хотя до сих пор в их среде друг другу бомбы не подбрасывали,
но... Судя по всему, внутри пакета были какие-то бумаги. Продолжая недоумевать, антиквар
вернулся домой. Хотелось вскрыть послание немедленно, но Витольд Самойлович с младых
ногтей приучил себя делать все основательно. Он оставил корреспонденцию в кабинете, сходил
на кухню и вернулся с чашкой кофе. Устроившись в кресле, антиквар поставил блюдце с
чашкой на голову "скифской бабе", стоящей возле кресла, и взялся за пакет. Истукан, кстати,
был самым настоящим и некогда красовался во внутреннем дворе исторического музея в городе
Харькове. Его доставили антиквару "направленцы" на Украину. Когда он принимал их на
работу, это было испытательным заданием, проверка профпригодности. Хотите на меня
работать - докажите, что вы этого заслуживаете. Теперь "баба" служила в качестве
экзотической подставки для чашки кофию или пепельницы. Стояла она в кабинете, так как для
гостиной у коллекционера имелось кое-что более сногсшибательное.
В конверте оказалось несколько листов распечатанного на струйном принтере текста и
стопка фотографий. Витольд Самойлович отхлебнул кофе и принялся читать. Очень скоро его
рука задрожала. Он попытался поставить чашку на голову статуи, но промахнулся и расплескал
напиток. Текст содержал описание одной из недавно проведенных "операций", в нем подробно
раскрывался ее замысел, излагалась вся последовательность действий, схемы "кто? - что? -
кому?", а для убедительности прилагались снимки "товара" и участников сделки. Учитывая,
что "товаром" были старинные книги и иконы XVII века, похищенные подручными антиквара в
одном из монастырей Вологодской области, тянуло все это, даже при гуманном
демократическом законодательстве, на некоторое (весьма значительное) количество лет труда,
посвященного развитию деревообрабатывающей промышленности, и сопровождалось
конфискацией "праведно" нажитого имущества. Это был еще не шантаж, никаких требований
текст не содержал, но дело явно шло к шантажу. Антиквар промотал в мозгу план той
"операции", пытаясь определить, где и как могли проколоться его подопечные. Все было
спланировано
...Закладка в соц.сетях
