Жанр: Боевик
Приключения неугомонной компании 1-5.
...ыха, где нам предстояло провести ближайшие несколько дней. - Вокруг - ни
одного населенного пункта. Первозданная природа. Зайцы и глухари из-под ног
выскакивают. Сначала мы хотели строить там, где стояли казармы и другие
объекты вояк, - туда ведет хорошее шоссе, да и строительство обошлось бы
дешевле, - но потом нашли это лесное озеро и передумали. Там такая красота
- словами не передашь. Сами увидите. И, хотя в итоге пришлось
перерасходовать смету, я ни о чем не жалею.
Мы втроем - я, Леша и Генрих - устроились на заднем сиденье. Если Борис
надеялся, что я сяду с ним рядом, его постигло очередное разочарование
(далеко не последнее, как я предполагала). Прошка и Марк ехали в одной
машине с Натальей и павлином Вальдемаром. Замухрышка Георгий предпочел
уединиться с собственным шофером и телохранителем. Уголовника Леву везла
красавица жена.
Думаю, со стороны наша колонна смотрелась неплохо. Темно-зеленый "сааб",
белоснежный "феррари", вишневый "рено". Только вот желто-коричневая "Нива"
Натальи, должно быть, несколько портила впечатление. "Любящий брат давно
уже купил бы сестренке импортную игрушку", - подумала я неприязненно.
- И когда вы планируете открыть свой отель для широкой публики? - вежливо
поддержал разговор Генрих.
- Ну, это во многом зависит от нашей поездки, - признался Борис. - Мы с
Георгием исчерпали свободные деньги, да и кредиты тоже. А там еще нужно
кое-что довести до ума: отделать комнаты для обслуги, завезти остаток
мебели, кое-какое оборудование. Но это так, мелочи. Главное - дорога. От
шоссе до озера - десять километров. Военные проложили туда грунтовую
дорогу, но она идет через болота, и пользоваться ею можно только летом и
зимой. Я и сейчас-то не уверен, что мы проедем, хотя погода последние две
недели стояла сухая и теплая. Короче говоря, нужно дотянуть шоссе до отеля.
Хорошая дорога через болото - удовольствие дорогое. Нужно класть бетонную
подушку, делать специальное покрытие. Я надеюсь уговорить Леву вложить в
строительство деньги. Он человек богатый, но осторожный. Если удастся его
заинтересовать, дорогу можно будет закончить через месяц, а через полтора -
открывать отель.
- А сейчас там что-нибудь делают? - спросила я безразлично, но Борис все
равно просиял.
- Нет, дорогая, - сказал он, решительно отворачиваясь от руля, чем вызвал
всеобщее неудовольствие. - Мы будем совершенно одни, если не считать Павла
Сергеевича - нашего сторожа и истопника.
- Впереди грузовик, - заметил как бы между прочим Леша.
Борис вернулся в нормальное положение, но не замолчал.
- Павел Сергеевич - отец нашего с Георгием институтского приятеля. Когда
сын женился, Павел Сергеевич разменял квартиру на две однокомнатные. Одну
отдал молодым, а другую передал фирме, которая якобы строила в Подмосковье
удобные коттеджи и меняла их на городские квартиры москвичей. Павел
Сергеевич не любит город и давно мечтал, доживя до пенсии, переехать в
деревню. Но фирма продала его квартиру и исчезла. Старик едва не наложил на
себя руки. Когда я предложил ему маленький домик при нашем отеле и
должность сторожа, он даже расплакался от благодарности. А благодарить-то
надо было мне. Он - мастер на все руки и никогда не сидит без дела. Вышло
так, что я в одном лице получил и сторожа, и истопника, и электрика, и
ремонтника, и уборщика.
- Как же он живет там, когда дорога становится непроезжей? - спросил
Генрих. - Ему же нужны продукты, лекарства?
- Кроме отеля мы строим небольшой кемпинг - на бывшей территории военной
части. Там постоянно живут рабочие, у них есть трактор. Когда Павлу
Сергеевичу что-то нужно, он звонит им.
- В отеле есть телефон? - удивился Леша.
- Сотовый. В Валдае недавно поставили антенну. А у рабочих кемпинга -
стационарный, еще военные протянули. Я заранее предупредил своих людей о
нашем приезде. Они еще вчера должны были завезти в отель продукты и
подготовить комнаты. А нам останется только наслаждаться отдыхом.
- Звучит заманчиво, - сказала я недовольно и заерзала на сиденье, разминая
затекшие ноги.
- Устала? - заботливо спросил Борис. - Ну ничего, через двадцать километров
поворот, а там уже недалеко.
Через полчаса мы подъехали к строительной площадке, которой оканчивалось
бывшее военное шоссе. По правую руку от него начиналось небольшое грунтовое
ответвление, перегороженное шлагбаумом. Из домика у шлагбаума выскочили два
дюжих парня и со всех ног бросились к машине.
- Здравствуйте, Борис Михайлович, мы вас с утра ждем! - объявил старший и
кивнул напарнику, разрешая поднять шлагбаум. Сзади зашелестели шины, и
"Нива" Натальи остановилась в нескольких метрах от нас. Из-за поворота
показались "феррари" и "рено". - Боюсь, на этих вы не проедете, - продолжал
охранник. - Ребята, которые отвозили продукты, говорят - грязи много.
"Нива" еще, может, и пройдет, а остальным, наверное, придется трястись на
грузовике.
Я не стала дожидаться, пока они решат вопрос с нашей транспортировкой,
вылезла из машины и стремглав понеслась к ближайшим кустам. На обратном
пути меня перехватил Прошка.
- Ну, Варвара, это обойдется тебе в лишних пятьсот долларов, - прошипел он,
демонстративно держась за уши.
- А что случилось? Ты всю дорогу приставал к Наталье, Вальдемару это
надоело, и он откусил тебе ухо? - полюбопытствовала я.
- Приставал! Да мне всю дорогу рта не давали открыть. Ты запихнула нас в
эпицентр семейной склоки. Наталья с Вальдемаром грызлись, не жалея ни себя,
ни нас.
- Да, представляю, каково тебе пришлось. Присутствовать при чужом скандале
и не иметь возможности вставить словечко! Как ты только это пережил,
бедняжка? Погоди, ты сказал, Наталья с ним грызлась? Признаться, мне трудно
это себе представить. Я считала, что ее невозможно вывести из себя.
- Ее муженек и святого доведет до смертоубийства. Поначалу она держалась,
но потом ее прорвало. Мы с Марком от начала до конца просидели, забившись
по углам. Правда, благодаря семейному скандалу, нам удалось кое-что
выяснить. Оказывается, у твоих будущих родственников крупные неприятности.
Если я правильно понял, Вальдемарчик возомнил себя великим бизнесменом,
назанимал денег и все профукал. Теперь на семейство наезжают заимодавцы.
Наталья продала свои драгоценности, иномарку и дачу, но этого хватило
только на выплату процентов. Недавно они отправили сына к бабушке, сами
переехали к Борису и с нетерпением ждут продолжения триллера.
- Занимательная история. Ты полагаешь, она имеет какое-то отношение к
сватовству Бориса?
- Ха! По-твоему, Борис решил занять у тебя пару миллионов, чтобы помочь
любимой сестричке? У тебя мания величия, Варвара. Да на тебя без слез не
взглянешь. Редкий человек удержится, чтобы не подать тебе копеечку.
- Те, кому известно, что ты регулярно столуешься у меня, вполне могут
счесть меня миллионершей. Не всякий нувориш способен прокормить такую
прорву.
- Что за намеки?! Я всегда приношу еду с собой!
- Варвара! Прошка! Сколько можно ждать? - послышался гневный голос Марка. -
Опять балаган устраиваете?
Прошка резво потрусил к кустам, а я вернулась на дорогу. Пока меня не было,
джентльмены решили, что дамы, Вальдемар и Лева поедут в отель на Натальиной
"Ниве", а остальных довезут на грузовике строителей. Я покорно влезла на
заднее сиденье и обнаружила, что сижу плечом к плечу с Левой.
До сих пор нам как-то не доводилось находиться в непосредственной близости;
мне вполне хватало наблюдения за ним с почтительного расстояния. Не знаю,
что тому виной - несоответствие между хищным ликом и утиным носом, тяжелый
взгляд или неприкрытый страх, который испытывала перед мужем рыжеволосая
Лариса, - но от одного вида Левы у меня по спине начинали бегать мурашки.
Соседство с ним вызвало еще более острые ощущения. Мне немедленно
захотелось уступить свое место Борису или Замухрышке и прокатиться на
грузовике. Лишь моя железная воля позволила одолеть трусливый порыв. Я
захлопнула дверцу и откинулась на спинку кресла.
Некоторое время мы ехали в полном молчании. Дорога была ужасной и требовала
от Натальи полной сосредоточенности. Сидевший рядом с ней Вальдемар с
надутым видом глядел в боковое окно. Лариса напряженно смотрела прямо перед
собой, ее лицо, как обычно, напоминало прекрасную, но безжизненную маску.
Зато Лева чувствовал себя вполне непринужденно. Он развалился на сиденье и
небрежно поигрывал брелоком.
- Я все забываю спросить, - заговорил он неожиданно и устремил на меня
цепкий взгляд. - Когда же нам ожидать счастливого события? Вы с Борисом уже
назначили дату?
Я повернула к нему голову и краем глаза заметила, как дрогнули веки у
Ларисы. Нарисованный на ее скулах румянец казался особенно неестественным
на побелевшем лице. "Неужели она так боится своего благоверного, что всякий
раз, когда он открывает рот, готова упасть в обморок?" - пронеслось у меня
в голове. Эта мысль на миг отвлекла меня от Левиного вопроса, и потому я не
ляпнула то, что вертелось у меня на языке. А в следующую секунду мне пришло
в голову, что не стоит открывать карты перед потенциальным противником. Для
начала неплохо бы выяснить, какую игру ведет Борис.
- Со свадьбой придется повременить, пока мама с папой не смогут выбраться
сюда из Канады. Мама пестует внуков, и брат до своего отпуска ее не
отпускает.
Показалось мне или Лариса действительно немного расслабилась?
Лева прищурился, и его взгляд стал еще неприятнее.
- Свадьба дочери - достаточно важное событие, чтобы нанять внукам няньку.
- Мои родные - люди небогатые. И без того дорога влетит им в копеечку.
- Неужели Борис не в состоянии подкинуть тестю с тещей штуку-другую? - не
отставал Лева.
- Сомневаюсь, что мама с папой взяли бы у него деньги. У них свои
представления о приличиях.
- Бедные, но гордые? Разве такие еще не вымерли?
Я предпочла оставить вопрос без ответа и принялась разглядывать пейзаж.
Разбитые колеи узкой дороги петляли между группками хилых деревьев и
мшистых кочек. То и дело попадались голые стволы, стоящие вдоль обочины. В
просветах виднелась черная вода. Невеселое место, подумалось мне, но тут
дорога повернула, и мы въехали в настоящий лес. Листья на деревьях здесь
еще не распустились, но почки уже набухли, вот-вот готовые лопнуть.
Благодаря им казалось, что лес окутан легкой зеленоватой дымкой. Прямые
стволы дубов и берез напоминали колонны храма. Молоденькие елки казались
игрушечными. Еще один поворот, и машина вынырнула у озера. У меня захватило
дух.
Противоположный берег плавно переходил в высокий, поросший лесом холм. На
полпути к вершине строители вырезали большую ровную террасу, в глубине
которой стоял самый красивый современный особняк, когда-либо виденный мною.
Впрочем, мне едва ли пришло бы в голову назвать его современным, если бы я
не знала, что строительство еще даже не завершено. Сложенное из
естественного камня трехэтажное здание с красной черепичной крышей
удивительно походило на элегантные замки из английских фильмов. Словно для
того, чтобы еще больше усилить сходство, перед домом была разбита лужайка,
покрытая изумрудно-зеленым пушком травы. К парадному входу вела желтая
гравийная дорога, обсаженная тонкими деревцами. По обе стороны от дороги
располагались корты и спортивные площадки, отделенные друг от друга молодой
порослью, которая со временем обещала превратиться в густые живые изгороди.
А внизу, у подножия холма, синело, отражая небо, круглое, как блюдо, озеро.
Дорога шла вдоль берега, а перед самым холмом поворачивала направо, делала
небольшой крюк и взбегала по насыпи на террасу. "Нива", натужно взвыв,
одолела подъем и подкатила к парадному входу. Я оглянулась. Из леса на
противоположном берегу озера выскочил грузовик с остальными участниками
автопробега. Увидев его, я испытала облегчение. Признаться, настроение
нашего экипажа меня несколько нервировало.
Открыв дверцу, я выбралась на волю и увидела высокого красивого старика,
который быстрыми шагами шел к машине от левого крыла здания. На нем были
кирзовые сапоги и телогрейка, но в остальном его внешний облик сильно
отличался от того представления о стороже и истопнике, которое сложилось у
меня после рассказа Бориса. Я нарисовала себе образ добродушного хлопотуна,
домовитого и непоседливого, а человек, вышедший нам навстречу, больше
походил на римского сенатора, на склоне лет удалившегося на покой. И
главное - лицо старика вовсе не выражало радости по поводу прибытия его
благодетеля. Я попыталась определить, какие чувства отражаются в глубине
этих умных серых глаз, и с удивлением поняла, что сторожа и истопника Павла
Сергеевича грызет нешуточная тревога, которую он старательно пытается
скрыть.
Какие неприятности могут быть у человека, живущего на полном пансионе и
почти в полной изоляции? Проблемы со здоровьем? Нашествие крыс или
муравьев? Пока я размышляла, подъехал грузовик, пассажиры высыпали на
лужайку и присоединились к нашей группе, глазеющей на отель.
- Уютный домик, - одобрил Прошка и склонился к моему уху: - Не передумала
насчет замужества, Варвара?
- И не надейся. Я за материальные благ[AACUTE] не продаюсь, - рассеянно
ответила я, наблюдая за Борисом, которого истопник отвел в сторонку и,
видимо, вводил в курс местных событий.
Павел Сергеевич произнес всего несколько слов, и Борис изменился в лице,
словно ему сообщили о трагической кончине сразу всех его близких
родственников. Потом - ценой не знаю уж каких усилий - справился с собой,
быстро сказал что-то истопнику и вернулся к нам.
Он поймал мой вопросительный взгляд и сказал не слишком бодро:
- Мелкие неприятности. Павел Сергеевич боится, что придется менять один из
котлов. Много мороки, но нас с вами это не коснется. Прошу всех в дом. Я
покажу ваши комнаты, где можно будет умыться и переодеться, а Павел
Сергеевич тем временем накроет на стол. Одну минуту! - Борис подошел к
кабине грузовика, встал на подножку и дал какие-то указания шоферу.
- Умыться! Переодеться! Он что, за аристократов нас держит? - ворчал между
тем Прошка. - У нас уже часов шесть маковой росинки во рту не было.
- Ни за что не поверю, будто ты не взял с собой снеди подкрепиться в пути,
- поддел его Генрих.
- И правильно сделаешь, - свирепо сказал Марк. - Этот Гаргантюа всю дорогу
поглощал бутерброды с шоколадками и чавкал так, что уши закладывало.
- Ну и что? - полез в бутылку нисколько не обескураженный Прошка. -
Чавканье - не ругань. Может, тебе истерические вопли кажутся сладкой
музыкой, а у меня на нервной почве всегда аппетит просыпается.
- Прежде всего, он у тебя никогда не засыпает... - вступила было я, но тут
подошел Борис и повел нас в дом.
- На первом этаже у нас кухня, ресторан, бар с танцевальным залом,
бильярдная, спортивный зал и что-то вроде кают-компании, - рассказывал он,
поднимаясь по широкой парадной лестнице. - Еще комнаты для обслуги. Второй
этаж - номера полулюкс, в них только по две комнаты и условия немного
похуже из-за шума, который, как мы полагаем, будет доноситься с первого
этажа, несмотря на хорошую звукоизоляцию. Третий этаж - номера люкс, там мы
и будем жить. Все окна выходят на озеро. Надеюсь, вам понравится. Есть еще
цокольный этаж - бассейн, сауна, прачечная, подземные гаражи.
- По-моему, было бы лучше поселить нас на втором этаже, - недовольно
пробубнил замухрышка Георгий, за спиной которого маячил неизменный
ангел-хранитель с бульдожьей челюстью. - И люксы целее, и нам на третий
этаж не карабкаться.
- Павел Сергеевич сейчас включит лифт, - пообещал Борис кротко. Он
старательно играл роль радушного хозяина, но было видно, что мысли его не с
нами. - Сюда, пожалуйста. Гоша, это твои апартаменты, - сказал он, открывая
первую дверь по коридору, что начинался за большим холлом верхней
лестничной площадки. - Лева, Лариса, ваши - следом; за вами поселятся
Наташа с Володей, потом я. Тебе, дорогая, я отвел соседний номер, а четыре
следующих - твоим друзьям. Там есть телефоны, внутренние, номера
соответствуют номерам комнат. Если что-то не в порядке, позвоните мне.
Триста девятнадцать, запомните? Ну, располагайтесь, отдыхайте. Думаю, минут
через сорок нас позовут к столу. Я решил, что нам уютнее будет ужинать в
баре, он не такой здоровый, как ресторан. Если будет время, подумайте над
программой развлечений на сегодня и ближайшие дни. Здесь есть все или почти
все для досуга на самый затейливый вкус. Думаю, скучать нам не придется.
Глава 6
Мой номер был таким огромным, что в нем без труда мог бы затеряться
кавалерийский полк. Глядя на ванну, я подумала, что Борис зря потратился на
бассейн в цоколе. На королевском ложе в спальне разместилась бы многодетная
семья вместе с бабушками и дедушками, а гардероб чуть превосходил размерами
гостиную в моей московской квартире. Мои жалкие тряпочки смотрелись в нем
сиротливо, как семь повешенных на городской площади.
Я бродила по своему номеру, словно турист по Эрмитажу, глазела на мебель и
изучала технические диковинки, когда условный стук в дверь положил конец
моему одиночеству. Не успела я крикнуть "войдите", как друзья ввалились в
мое временное жилище.
- Ну и ну! - сказал Генрих, озираясь. - И у тебя то же самое, Варька.
- А ты думал, меня по блату поместят в какую-нибудь кладовку?
- Пожалуй, в кладовке мне было бы уютнее. Точнее - привычнее, - признался
Генрих. - В этих палатах чувствуешь себя маленьким и одиноким.
- Не волнуйся, мы все равно будем жить у Варвары, - успокоил его Марк.
- Почему? - удивилась я. - Не подумайте чего, я очень рада, но твоя
внезапная любовь к скученности, Марк, выглядит слегка странной. Ты подумал,
как перенесешь близкое соседство с Прошкой? Где он, кстати?
- Неизвестно, - ответил вместо Марка Леша. - В номере его нет.
- Тоже мне загадка! - фыркнул Марк. - Наверняка пошел посмотреть, нельзя ли
стянуть что-нибудь съедобное в баре, пока там накрывают на стол. А что
касается совместного проживания, не думай, что оно вызывает у меня восторг.
Кстати, твое, Варвара, соседство ничуть не менее обременительно, чем
Прошкино. Но объясни, как мы сможем за тобой приглядывать, если будем
наслаждаться покоем и уединением? Да завопи ты как резаная, вряд ли мы тебя
услышим.
- Тем более что Борис упоминал о хорошей звукоизоляции, - поддержал его
Леша.
- Собственно, я не возражаю. Места навалом, не стесняйтесь, располагайтесь.
- Я изобразила широкий приглашающий жест. - Только почему вы не выгрузили
здесь свои вещички? Собираетесь бегать трусцой по коридорам, когда вам
что-нибудь понадобится?
- Ты и вправду такая безмозглая или только прикидываешься? -
поинтересовался Марк. - Как, по-твоему, отнесется Борис и иже с ним к тому
факту, что его невеста набила номер посторонними мужчинами?
- Вы мне не посторонние. И мне до лампочки ревность Бориса. Не нравится -
пусть хоть сегодня расторгает помолвку. И потом, почему ты думаешь, что
отсутствие ваших пожитков смягчит удар? Вы-то все равно остаетесь здесь,
верно?
- Мы не собираемся этого афишировать. В том, что друзья заходят к тебе в
гости, нет ничего предосудительного.
- Да почему ты так заботишься о соблюдении приличий? - спросила я
раздраженно, но ответа не получила, потому что в этот момент дверь
распахнулась и в гостиную, пыхтя как паровоз, влетел взъерошенный Прошка.
- Приготовьтесь, сейчас я сражу вас наповал! - объявил он и плюхнулся рядом
со мной на диван.
- Ты хочешь зачитать нам меню сегодняшнего ужина? - ехидно осведомился
Марк. - Боюсь, не все присутствующие разделяют твои гастрономические
пристрастия.
- И кто здесь больше всех говорит о еде? - Прошка надулся. - Не хотите
слушать - пожалуйста, я помолчу. Конечно, необычные события в отеле -
ерунда. Кому это интересно? Лучше посидим взаперти, закрыв глаза и уши,
повспоминаем старые добрые деньки. К чему ломать голову над всякими
загадками? Глядишь, кто-нибудь придет и любезно растолкует нам, зачем Борис
вцепился в Варьку мертвой хваткой. А нет - так и не нужно! Все само в конце
концов разъяснится. После свадьбы.
- Ладно-ладно, не заводись, - примирительным тоном сказал Леша. - О каких
необычных событиях ты хотел рассказать?
- Я? Да что вы! Меня же, кроме ужина, ничто не занимает. - Прошка поджал
губы.
- Да ладно тебе! Мы пошутили, - вступил в игру Генрих. - Всем известно, что
ты ничем, кроме дикого меда и акрид, не питаешься.
- А под одеждой носишь власяницу и после каждого приема пищи безжалостно
себя бичуешь, - добавила я.
- А брюхо у тебя вспухло от голодухи, - подытожил Марк.
- Давайте-давайте! Сыпьте своими жалкими остротами. Посмотрим, что вы
запоете, когда обнаружите, что пропал телохранитель Георгия.
- Как пропал? - изумилась я. - Что ты мелешь? Да Замухрышка его ни на
секунду от себя не отпускает. Уверена, они даже спят в одной постели.
- Значит, сегодня будут спать порознь, - сделал вывод Прошка, довольный
произведенным эффектом.
- Ну-ка рассказывай, - распорядился заинтригованный Марк.
- О меню сегодняшнего ужина? - невинным тоном спросил мстительный Прошка. -
Значит, так: из закусок...
Я пихнула его кулаком в бок:
- Хватит валять дурака. Между прочим, я тоже заметила нечто, заслуживающее
внимания. Кажется, события начинают развиваться. Рассказывай про
телохранителя, а потом и я поделюсь своими наблюдениями.
Прошка помедлил, прикидывая, стоит ли так сразу отказываться от позы
обиженного, но любопытство и желание поделиться новостями победило.
- Так и быть. Я выгрузил вещички и решил получше осмотреться. Спустился на
первый этаж... - (Я предостерегающе сжала руку Марка, открывшего было рот,
чтобы прокомментировать Прошкин интерес к первому этажу.) - ...и слышу: за
одной из дверей громкие голоса. Я хотел уже войти, но разобрал слова и
решил не торопиться. Говорила сестра Бориса. "Неужели ты не понимаешь, что
твой охранник вызывает недоумение? Ладно еще в городе, там ты можешь
бояться наемных убийц. А здесь? Ты же видел: сюда никому из посторонних не
пробраться. Кругом - болота, единственная дорога охраняется. От кого тебе
защищаться? От Павла Сергеевича, отца твоего приятеля? От нас? Неужели ты
думаешь, что Лев захочет иметь дело с человеком, который отгораживается от
него телохранителем? Своим поведением ты все Борины усилия обрекаешь на
неудачу. Подумай, в каком положении вы окажетесь, если не сумеете срочно
раздобыть денег!" - "Тебе-то что за печаль?" - спрашивает Георгий.
"Во-первых, дела брата мне небезразличны. Во-вторых, наша семья сейчас тоже
в тяжелом положении, а Боря не сможет нам существенно помочь, пока этот
отель не начнет приносить деньги". - "Слышал я о твоих трудностях, -
говорит Георгий. - Сама виновата. Нечего было выходить замуж за прощелыгу.
Вышла бы за меня, жила бы как у Христа за пазухой, а теперь вот трясись от
страха". - "Гоша, давай не будем ворошить прошлое, - отвечает Наталья
просительным таким голосом. - Сейчас речь идет о твоем телохранителе, и
убрать его с глаз долой - в твоих же интересах. Пусть поживет в домике
охранников, в кемпинге. Там есть телефон, ты всегда можешь вызвать его,
если что потребуется. Он будет здесь максимум через пятнадцать минут после
звонка. Ты ничего не проиграешь, а выиграть можешь многое. И я тоже. Может
быть, от тебя зависит моя жизнь". Гоша еще побрюзжал, но я понял, что он
сейчас даст себя уговорить, и побежал сюда.
- Ну и что же ты видишь здесь странного? - недоуменно спросил Марк. -
По-моему, Наталья совершенно права: в этой обстановке телохранитель Георгия
смотрится как бельмо на глазу. Вполне вероятно, что его присутствие может
отрицательно повлиять на Левино решение. По крайней мере, Борис и Наталья
могут этого опасаться.
- Ты не понимаешь! - разгорячился Прошка. - Ты не слышал, каким тоном она
его уговаривала. Я ведь немного пообщался с Натальей и знаю: она совершенно
непохожа на женщину, которая будет униженно просить о чем-то бывшего
ухажера, затаившего на нее обиду за предпочтение, оказанное другому. А из
их разговора совершенно ясно, что Георгий когда-то имел на нее виды и
получил по носу. Видно, он злопамятен и до сих пор не простил обиды.
Наталья должна была бы по мере сил избегать всяких с ним контактов, а она
просит его о разговоре наедине (ведь телохранитель, очевидно, не
присутствовал). Одно это заставляет задуматься.
- Любой человек способен униженно просить кого угодно, когда речь идет о
жизни и смерти близких. Если Вальдемар не отдаст долги, кредиторы будут
шантажировать его, угрожая жизни сына. Ясно, что Наталья готова на все,
лишь бы этого избежать.
- Может быть, ты и прав, Марк, - сказала я задумчиво. - Но мне рассказ
Прошки кажется весьма занимательным. Особенно в свете мелкого эпизода,
который имел место по нашем приезде сюда. - И я коротко рассказала о беседе
Бориса с истопником. - Не исключено, что это простое совпадение. Но мне
любопытно, кто увезет отсюда телохранителя, если он, конечно, уедет.
Наталья или шофер грузовика, который привез вас?
- Думаешь, Борис велел шоферу дождаться телохранителя? А Наталья
разговаривала с Георгием по просьбе брата? - спросил Марк.
- Не знаю. Но истопник был не на шутку встревожен, в этом я ручаюсь. А у
Бориса в первую минуту того довольно таинственного разговора был такой вид,
словно его нокаутировали. Не верится, что он мог воспринять так новость о
необходимости замены какого-то котла. И если внезапное желание Натальи
избавиться от телохранителя имеет отношение к тому пренеприятному известию,
которое Павел Сергеевич сообщил своему благодетелю, картина вырисовывается
довольно интересная...
- Но что такого страшного истопник мог сказать Борису? - недоумевал Генрих.
- Он же живет здесь, никуда не выезжает. Какие у него могут быть тайны,
кроме требующих замены котлов?
- Может быть, этот Павел Сергеевич напугал Бориса угрозой взрыва? -
предположил Леша.
- Сомневаюсь. Если котел в аварийном состоянии, можно вообще не топить,
пока его не заменят. И никаких проблем. Сейчас ведь тепло.
Меня перебил звонок телефона, стоявшего на подставке возле дивана. Я
потянулась к трубке.
- Дорогая, кушать подано. Зов
...Поділитися у соцмережах
