Жанр: Боевик
В поисках валгаллы дирк питт
... Напряжение на борту субмарины достигло крайнего предела. Мозг и тело Питта
слились воедино, вибрируя в унисон, как натянутые струны. Костяшки пальцев,
сжимающих микрофон, побелели. И вот наконец за стеклом иллюминатора показалась
белая круговерть кипящей воды.
- Начинай! - крикнул он.
Флетт отреагировал молниеносно. Он подал лодку вперед, дождался толчка при
соприкосновении носового-бивня с кормой танкера, после чего сразу же дал полный
назад, от души надеясь, что не промахнулся.
Питт видел, как магнитная мина присосалась к обшивке корпуса танкера. Теперь
осталось только молиться, чтобы ее не сбросило под напором воды, закручиваемой
лопастями винтов в стремительный, бурлящий водоворот.
Флетт и Джордино замерли в напряженном ожидании. На какое-то мгновение им
показалось, что они опоздали и через секунду мощные винты танкера изрубят на
мелкие кусочки корпус подлодки и их тела вместе с ним. Отсек, где находился Питт,
отделяло от вращающихся с бешеной скоростью лопастей всего несколько футов,
когда мощный поток воды подхватил субмарину и отбросил в сторону с той же
легкостью, с какой торнадо вырывает с корнем оказавшиеся на его пути деревья.
Все еще боясь поверить в удачу, Питт оставался на полу кабины. Прошло не
меньше тридцати секунд, прежде чем белая стена пены скрылась из виду, а
пульсирующий громовой рокот двигателей танкера начал постепенно стихать.
- Нам здорово повезло, парни, - устало произнес он, поднимаясь на ноги.
- Как ты думаешь, мы уже на безопасном расстоянии?
- Если корпус лодки выдерживает давление воды на глубине в тысячу футов,
выдержит и ударную волну от взрыва в ста ярдах от него.
Джордино, сжимающий в руках пульт дистанционного взрывателя, с мстительной
усмешкой на губах ткнул пальцем в кнопку. Сначала послышался глухой звук, как
будто хлопнула пробка от шампанского, а в следующее мгновение лодку закрутило
волной и потащило назад. Спустя несколько секунд волнение улеглось, и наступила
тишина.
Питт просунул голову в дверь рулевой рубки.
- Всплывай, Джимми, поглядим на результаты нашей маленькой диверсии. А мы
с тобой, Ал, как только окажемся на поверхности, подготовим второй заряд.
Теряясь в догадках по поводу причин подводного взрыва, адмирал Доувер с
огромным облегчением наблюдал, как зловещая махина смертоносного танкера
изменила направление движения и, описав широкую дугу, легла на обратный курс. Он
еще не знал и не догадывался, что это дело рук Питта и Джордино. Все находившиеся
на борту "Уильяма Ши" были слишком заняты, чтобы обратить внимание на
необычного вида судно, прежде чем оно ушло под воду. Взрыв магнитной мины
проделал восьмифутовую пробоину в корме и разнес вдребезги правый винт. Главный
механик танкера не успел вовремя сориентироваться и заглушить двигатель, что
привело к непоправимым последствиям. Поврежденное в перестрелке с катерами
рулевое управление окончательно вышло из строя, а руль заклинило под углом сорок
пять градусов. Поскольку винт левого борта продолжал работать, танкер стало
разворачивать в сторону Стейтен-Айленда. Теперь у команды осталось только две
альтернативы: либо застопорить машину и дрейфовать по течению обратно в море,
либо нарезать круг за кругом.
"Худшее позади, - подумал Доувер. - Дьявольский замысел потерпел крах. Но
что, если безумный капитан танкера все-таки решит взорвать резервуары с газом, зная,
что нанесет городу миллиардный ущерб и погубит тысячи человеческих жизней?"
Проиграв вчистую морское сражение с "Монгольским воином", адмирал внутренне
смирился с неизбежностью трагедии, но сейчас, после столь чудесного и
неожиданного избавления, он молил Господа, чтобы тот не допустил случиться даже
такому, неизмеримо меньшему несчастью.
Если адмирал Доувер был приятно удивлен тем, что гигант неожиданно изменил
курс, то Омо Канаи пребывал в полном замешательстве. Хотя он и слышал звук
взрыва под днищем танкера, но не понимал, как это могло случиться, если в радиусе
нескольких миль не было ни одного военного корабля или самолета. Когда танкер
начал поворачивать, он бросился звонить в машинное отделение.
- Немедленно лечь на прежний курс! - приказал он. - Почему мы крутимся на
месте?
- Мы потеряли винт по правому борту из-за какого-то взрыва, - сообщил
главный механик. - Я не успел заглушить второй двигатель, вот его и развернуло.
- Маневрируй рулем.
- Невозможно. Руль был частично поврежден еще раньше, возможно, прямым
попаданием снаряда, а от взрыва его и вовсе перекосило.
- Что за сказки ты мне тут рассказываешь?! - взвился Канаи, впервые за много
лет потеряв самообладание.
- У нас только два выхода, - терпеливо объяснил чиф. - Либо по-прежнему
крутиться на месте, либо заглушить двигатели и лечь в дрейф. В любом случае мы уже
никуда не попадем.
Это был конец, но Канаи все еще отказывался признать поражение.
- Мы почти у цели. Мы достигли моста.
- Уверяю вас, что с подобными повреждениями мы не продвинемся ни на дюйм.
И чем скорее вы это поймете, тем лучше.
Дальше спорить не имело смысла. Канаи вернулся на капитанский мостик, кипя от
злости и разочарования. Подумать только, всего несколько сотен ярдов отделяло его
от успеха, и такой провал! Сжимая кулаки в бессильном гневе, он огляделся вокруг.
Взгляд его упал на небольшое судно необычной конфигурации, напоминающее
частную яхту.
Скорее всего, через минуту Канаи и думать бы забыл о странном суденышке, но
оно вдруг прямо у него на глазах начало погружаться под воду. Тогда он наконец-то
понял, что произошло, и едва не задохнулся от ярости. Схватив телефонную трубку,
Канаи прохрипел в микрофон:
- Немедленно начать ракетный обстрел неизвестного подводного судна за
кормой!
- О'кей, Джимми, - произнес Питт. - Мы все-таки заставили его остановиться.
Теперь осталось только пустить ко дну этот гипертрофированный газовый баллон.
- Надеюсь, эти сучьи дети не успеют опередить нас и взорвать свое корыто
раньше, чем это сделаем мы, - пробормотал Флетт, лихорадочно орудуя кнопками
пульта управления.
Доведя скорость до тридцати узлов, он вторично направил лодку в сторону
танкера. Если старый капитан и колебался, это никак не отражалось на его грубоватом
лице. Он выглядел так, как будто впервые за многие годы испытывал подлинное
удовольствие.
Сейчас Флетт чувствовал себя намного спокойнее. На этот раз ничто вроде бы не
угрожало его драгоценному судну. Он постоянно сверялся взглядом с экраном радара,
чтобы не ошибиться в прокладке курса для повторной атаки танкера.
- Где ты собираешься воткнуть ему перо в задницу на этот раз? - осведомился
капитан.
- Аккурат под машинным отделением. Нам совсем ни к чему, чтобы танкер
взлетел на воздух, уничтожив все живое в радиусе двух миль.
- А последний, третий заряд?
- Примерно в той же точке, но по правому борту. Получив две такие пробоины,
танкер быстро пойдет ко дну.
- Винтов теперь можно не опасаться, так что справимся в два счета, - хвастливо
выпятил грудь Джордино.
- Цыплят по осени считают, - охладил его пыл Питт. - А полную гарантию
может дать только страховой полис.
52
- Как говаривал Джон Милтон Хей: "Счастливчик тот, кто знает точно, когда
пора убраться срочно", - процитировал Джимми Флетт, когда ракета, выпущенная с
танкера, едва не задев рубку подлодки, взорвалась в сотне футов от них.
- Пора, а то ведь и накрыть могут ненароком, - согласился Питт.
- Должно быть, они сильно разозлились, когда поняли, что это мы проделали
дыру у них в заднице, - ввернул итальянец.
- Похоже, танкер полностью потерял ход и с трудом держится на плаву, - сказал
Джимми.
- Их крысино-гадючьей команде пора бы уже делать ноги, - заметил Джордино.
- Странно, почему они не спускают на воду спасательные шлюпки?
Едва вода сомкнулась над крышей рубки, Флетт увеличил до максимума скорость
погружения, одновременно круто развернув "Искатель" вправо. И как раз вовремя.
Вторая ракета угодила аккурат в то место, где они только что находились.
Еще одна ракета взорвалась при ударе об воду, но на этот раз на значительном
расстоянии от подводного судна. Погрузившись, оно стало невидимым для врагов.
Пенный кильватерный след, оставляемый винтами лодки, рассасывался раньше, чем
достигал поверхности. "Гадюки" потеряли последний шанс отомстить обидчикам.
Убедившись, что все идет по плану, Питт вернулся на свой наблюдательный пост
и погрузился в раздумья. Если учесть, что танкер сильно поврежден и сейчас лежит в
дрейфе, вторая попытка, пожалуй, должна оказаться проще первой. Но и в словах Ала
есть доля истины. Здраво рассуждая, "Гадюкам" здесь больше нечего ловить, им
остается только спасаться бегством. Но почему тогда, черт возьми, они не спускают
шлюпки? Не собираются же они добираться до берега вплавь.
Темный силуэт гигантского корпуса возник за стеклом иллюминатора. Выполнить
задуманный маневр действительно оказалось значительно проще, чем в первый раз.
Можно было едва ли не вплотную приблизиться к обездвиженному танкеру, уже не
опасаясь его могучих винтов.
- Мы на месте, Джимми, - предупредил Питт.
Флетт изменил курс лодки и на малой скорости двинулся параллельно правому
борту "Монгольского воина". Затем еще сбросил скорость и направил судно к корме,
где находилось машинное отделение.
Джордино, внимательно следивший за экраном радара, медленно поднял руку,
затем резко дал отмашку:
- Стоп! Теперь поднимись до глубины тридцать футов.
Флетт мастерски выполнил маневр, пока бивень лодки со смертоносным грузом на
конце не оказался напротив той секции корпуса, где, по их расчетам, размещалось
машинное отделение. Чтобы прикрепить магнитную мину к стальной плите,
потребовалось совсем немного времени, после чего капитан немедленно дал задний
ход.
Когда лодка оказалась в безопасной зоне, Джордино, как и в первый раз, нажал
кнопку на пульте дистанционного управления.
- Коварному врагу нанесен еще один смертоносный удар, - прокомментировал
Флетт, искусно подражая голосу доктора Геббельса. - Новейшее оружие возмездия
проделало в стенах его цитадели большую брешь, чем это сделала бы любая
современная торпеда.
После успешного завершения второго этапа операции Питт в очередной раз
поднялся по трапу в рубку:
- Джимми, на твоей лодке имеется аварийная спасательная камера?
Флетт кивнул:
- Конечно. Согласно международному морскому законодательству, каждое
коммерческое подводное судно должно иметь подобную камеру.
- Гидрокостюмы для подводных погружений законодательством тоже
предусмотрены?
- Целых четыре и с полным снаряжением. Приготовлены для будущих
пассажиров на тот случай, если они изъявят желание понырять.
Питт бросил вопросительный взгляд на Джордино:
- Ал, а не совершить ли нам небольшую подводную прогулку?
- Я как раз хотел предложить тебе то же самое, - улыбнулся Джордино. -
Лучше немного поработать под водой, чем рисковать заполучить еще одну ракету на
свою голову.
Дорожа каждой минутой, они решили не тратить время на долгие приготовления и
натянули резиновые костюмы прямо на шорты. На то, чтобы выбраться из субмарины,
закрепить мину на носу лодки и вернуться назад, им потребовалось меньше семи
минут. И хотя температура воды была всего шестьдесят пять градусов по Фаренгейту,
они успели за это время окоченеть от холода и горько пожалеть о том, что поленились
надеть теплое белье.
Как только друзья вернулись в переходной отсек и закрыли за собой внешний люк,
Флетт повел свой подводный корабль в последнюю атаку. Насосы еще не успели
откачать воду, а он уже прикрепил мину к борту танкера и отошел на безопасное
расстояние.
- Отличная работа, Джимми, - похвалил Питт, одобрительно похлопав его по
плечу.
- Не люблю понапрасну терять время, - улыбнулся Флетт.
Стянув с себя мокрый костюм, Джордино в одних шортах уселся в кресло и взял в
руки пульт дистанционного управления. По команде Питта он нажал кнопку и
проделал еще одну здоровенную дырищу в кормовой части танкера.
- Может, всплывем и полюбуемся на дело рук своих? - предложил Джимми.
- Погоди. Есть еще одно дело, которое следует завершить, - сказал Питт.
Когда прогремел второй взрыв, палуба на капитанском мостике содрогнулась
прямо под ногами Канаи. Тем, кто продолжал наблюдать за танкером с берега, с
прогулочных лодок и с моста, было отчетливо видно, что он стал заметно оседать на
корму.
После первого взрыва Канаи еще сохранял надежду на удачное завершение
операции, хотя на что он рассчитывал, наверное, не смог бы объяснить и он сам.
Последующие взрывы решили судьбу танкера: он был обречен пойти ко дну в нижнем
заливе, где глубина достигала двухсот футов.
Канаи сидел на стуле в рулевой рубке и вытирал кровь, струившуюся из глубокой
раны на лбу, нанесенной осколком разлетевшегося вдребезги ветрового стекла.
Машины танкера остановились еще несколько минут назад. Оставалось только
надеяться, что главный механик и его люди успели покинуть машинное отделение до
того, как туда хлынули тонны забортной воды. Прижав полотенце ко лбу, Канаи
прошел в штурманскую рубку и бросил взгляд на панель дистанционного управления.
Помедлив немного, он поставил таймер на двадцать минут, не подумав о том, что
танкер может затонуть, прежде чем сработает взрывное устройство, заложенное под
резервуарами с пропаном. Затем перевел рукоятку взрывателя в положение
готовности.
Хармон Керри вошел внутрь и тяжело плюхнулся на соседний стул. Кровь
сочилась из дюжины ран, но он, казалось, не замечал этого. Глаза его остекленели, он
судорожно ловил воздух широко открытым ртом.
- Ты что, бежал? Не мог воспользоваться подъемником? - спросил Канаи из
чистого любопытства.
- Чертов лифт вышел из строя, - прохрипел Керри. - Мне пришлось
карабкаться по трапу все десять пролетов, чтобы понять, в чем дело. Кабель перебило,
но я кое-как отремонтировал его. Думаю, теперь мы сможем спуститься вниз, на один
раз его должно хватить.
- Почему ты пришел ко мне? Мог ведь отправиться сразу к лодке?
- Я не собираюсь смываться без вас.
- Спасибо за лояльность.
- Вы включили взрывное устройство?
- Да, в нашем распоряжении двадцать минут.
- Нам чертовски повезет, если мы успеем убраться за это время на безопасное
расстояние, - проворчал Керри, стараясь не смотреть на шефа.
Танкер ощутимо заваливался на корму, крен достиг уже десяти градусов.
- Что с нашими людьми?
- Насколько мне известно, все оставшиеся в живых уже покинули свои посты и
подались в трюм, поближе к субмарине.
- Тогда и нам здесь больше нечего делать.
Канаи бросил взгляд на тела, распростертые на полу вокруг него. Один тяжело
раненный наемник еще дышал, но Канаи рассудил, что тот все одно уже покойник,
перешагнул через тело и направился к лифту. По пути он еще раз взглянул на таймер.
Красные цифры на табло отсчитывали минуты и секунды, оставшиеся до взрыва. По
крайней мере, нельзя сказать, что их миссия закончилась полным провалом.
"Ущерб так или иначе должен быть немалым и какое-то количество смертей все
же лучше, чем ничего", - цинично подумал он.
Керри нажал нужную кнопку, и лифт, скрипя и вздрагивая, медленно пополз вниз.
К тому времени, когда они достигли открытого люка подлодки, вода в трюме уже
доходила до колен. Главный механик, весь лоснящийся от пота и машинного масла,
поджидал их.
- Спускайтесь быстрее, или лодку зальет. Танкер идет ко дну и куда быстрее, чем
хотелось бы.
Канаи был последним спустившимся через люк в пассажирский отсек. Шесть
человек, трое из них раненые, сидели на своих местах, один против другого. Все, что
осталось от его команды.
Закрыв за собой люк, Канаи вместе с механиком прошли в рубку. Он уже готов
был включить двигатели, когда сквозь стекло иллюминатора увидел странное судно,
скользящее в мутной воде в нескольких метрах от них. В первый момент он подумал,
что это частная яхта, затонувшая в ходе недавнего боя, но тут же сообразил, что это и
есть та самая подводная лодка, причинившая им столько неприятностей. Когда она
приблизилась почти вплотную, Канаи заметил толстый металлический стержень,
выступающий из ее носовой части. Слишком поздно он догадался об истинном
назначении этого странного устройства.
Таинственная субмарина сделала поворот и с ходу протаранила своим бивнем
механизм крепления, намертво заклинив его. Лицо Канаи покрылось смертельной
бледностью и сделалось похожим на гипсовую маску. Он изо всех сил потянул на себя
рукоятку управления системой сброса, но безрезультатно. Проклятый механизм не
действовал. Штифты креплений застряли в гнездах, продолжая удерживать лодку
Канаи под днищем тонущего танкера.
- Какого черта ты тянешь?! - заорал механик, от страха позабывший о
субординации. - Ради бога, отцепляйся скорее, или нас здесь похоронит вместе с
этим проклятым танкером!
К этому времени подводные суда настолько сблизились, что Канаи смог
разглядеть черты лица человека за стеклом иллюминатора в носовой части чужой
субмарины. Но что это? Нет, не может быть! Знакомые зеленые глаза, вьющиеся
черные волосы и сатанинская усмешка на губах... Нечеловеческий вопль вырвался из
глотки Канаи:
- Снова Питт!!!
Питт, в свою очередь, с нескрываемым любопытством вглядывался в лицо
архизлодея, за которым гонялся столько времени.
Спустя несколько минут корма танкера глухо ударилась о дно, подняв целые тучи
ила. Следом за ней стала медленно оседать и передняя часть корпуса. Лишь несколько
футов отделяло наемников от ужасной участи быть похороненными под колоссальной
тяжестью огромного танкера.
Животный страх перед смертью сменился дикой яростью. Канаи все еще
продолжал бесноваться перед иллюминатором и грозить кулаком Питту, когда корпус
танкера начал вдавливать лодку в многометровый слой ила, скопившегося на дне
залива. В ответ Питт широко улыбнулся, обнажив ровные белые зубы, и приветливо
помахал рукой.
Через несколько секунд подводная лодка с остатками команды "Гадюк" перестала
существовать. Джимми Флетт, не желая рисковать, поспешно вывел "Искатель" из
опасной зоны.
Канаи умер, еще не зная, что взрывное устройство, заложенное под резервуарами
со сжиженным газом, так и не сработало. Снаряд, выпущенный из
двадцатипятимиллиметрового орудия "Тимоти Ферма", катера береговой охраны,
попал в рулевую рубку танкера и перебил кабель, ведущий к детонаторам от часового
механизма.
Героическая смерть моряков береговой охраны была не напрасной!
Часть пятая
Круг замыкается
12 августа 2003 года
Амьен, Франция
Серебристый "роллс-ройс" величественно двигался по улицам Амьена.
Расположенный в долине реки Соммы, к северу от Парижа, город был заложен на
месте деревни с одноименным названием, существовавшей здесь задолго до того, как
в этих краях обосновались римляне. Этот край был ареной жестоких битв во времена
кельтских племен, римских легионов, наполеоновских и обеих Мировых войн, когда
его дважды оккупировали немцы, но сегодня ничто не напоминало о кровавом
прошлом.
Миновав городской собор постройки тринадцатого века - грандиозное
сооружение, сочетающее в своей архитектуре романский и готический стили, -
автомобиль свернул к берегу реки, где местные фермеры торговали скромными
продуктами своего труда.
Джулиан Перлмуттер никогда не путешествовал, как все люди. Он презирал
самолеты и аэропорты, предпочитая им комфортабельные морские суда, и всегда
возил с собой свой коллекционный "роллс-ройс" выпуска 1955 года и личного шофера
Хьюго Малхолленда.
Миновав исторический центр города, автомобиль свернул на проселочную дорогу
и, проехав по ней около мили, остановился у большого особняка, окруженного
высокими каменными стенами, увитыми виноградом. Выйдя из машины, шофер
произнес несколько слов в микрофон переговорного устройства, после чего железные
створки ворот медленно разошлись в стороны.
Джулиан Перлмуттер не спеша вылез из машины и, тяжело опираясь на свою
трость, поднялся по ступеням каменной лестницы. Он позвонил. Через минуту дверь
отворилась, и на пороге появился высокий, худощавый человек с приятным
интеллигентным лицом и гривой седых волос. Поклонившись гостю, он протянул ему
тонкую холеную руку:
- Мсье Перлмуттер, добрый день. Я Поль Эро.
- Доктор Эро, - сказал Перлмуттер, осторожно пожимая протянутую ему руку
своей мощной пухлой дланью, - для меня большая честь встретиться с уважаемым
президентом "Общества Жюля Верна".
- Я чрезвычайно польщен вашим визитом и счастлив тем обстоятельством, что
именно мне доводится принимать столь известного историка в доме нашего
знаменитого соотечественника.
- Очаровательный дом, должен заметить.
Эро провел Перлмуттера через просторный холл в большую библиотеку,
насчитывающую более десяти тысяч томов.
- Здесь собраны все книги самого Жюля Верна и все, что было написано о нем,
вплоть до его смерти. Более поздние работы, посвященные его творчеству, находятся
в соседнем помещении.
Перлмуттер выразил должное восхищение. Хотя размеры коллекции
действительно впечатляли, она все же была раза в три меньше его собственного
собрания книг по морской истории. Он прошел в отдел, где хранились рукописи
писателя, но тактично не притронулся ни к одной из них.
- Это его неопубликованные материалы?
- Вы весьма проницательны. Да, здесь хранятся рукописи, которые он не успел
закончить либо не счел достойными быть напечатанными.
Эро указал на большую софу у окна, выходящего в сад.
- Прошу садиться. Что вы предпочитаете - чай или кофе?
- Кофе, если вас не затруднит.
Эро сделал распоряжение и присел напротив гостя.
- Итак, Джулиан... Кстати, вы не возражаете, если я буду вас так называть?
- Как вам угодно. Хотя мы встретились несколько минут назад, фактически мы
знакомы много лет.
- Каким образом я могу помочь вашим научным изысканиям?
- Меня интересует история капитана Немо и его подводной лодки "Наутилус".
- Вы имеете в виду "20 000 лье под водой"?
- Нет, просто капитана Немо и его лодку.
- Это один из величайших плодов фантазии мэтра.
- Может быть, не только фантазии?
Эро недоуменно поднял брови:
- Боюсь, что не понимаю вас.
- У меня есть друг, который считает, что капитан Немо не просто придуманный
Верном литературный персонаж. Он полагает, что у него имелся вполне реальный
прототип.
Выражение лица Эро не изменилось, но Перлмуттер готов был поклясться, что
уловил странное мерцание в его голубых глазах.
- Боюсь, я не могу помочь вам в развитии этой теории.
- Не можете или не хотите?
Вопрос был бестактным, но, чтобы как-то смягчить возможное неблагоприятное
впечатление, Перлмуттер сопроводил его благожелательной улыбкой.
По лицу Эро пробежала тень неудовольствия.
- Должен сказать, что вы не единственный, кто выступал в моем присутствии со
столь невероятным предположением.
- Невероятным, но довольно интригующим.
- Хорошо, допустим. Каким образом я могу помочь вам?
- Позвольте мне поработать в ваших архивах.
Эро успокоился, по-видимому, он ожидал чего-то другого.
- Можете работать в этой библиотеке сколько угодно.
- У меня есть еще одна просьба. Вы не позволите моему шоферу помогать мне?
В мои годы и при моей комплекции трудно карабкаться по лестницам, чтобы
доставать книги с верхних полок.
- Разумеется. Не сомневаюсь, что ему вполне можно доверять, но в этом случае
вы берете на себя всю ответственность за возможные последствия.
"Другими словами, ответственность за возможные повреждения или пропажу книг
и рукописей", - подумал Перлмуттер, но вслух произнес совсем другое:
- Само собой разумеется, Поль. Я обещаю вам, что мы оба будем очень
осторожны.
- Тогда, с вашего позволения, я покину вас. Если у вас возникнут другие вопросы
ко мне, меня всегда можно найти в офисе наверху.
- Последний вопрос, Поль.
- Я вас слушаю.
- Кто составлял каталог библиотеки?
Эро улыбнулся:
- Разумеется, сам Жюль Верн. Каждая книга, рукопись или документ находятся
там, где он оставил их в день своей смерти. Я обязательно предупреждаю каждого,
выразившего желание поработать в библиотеке или архиве, о том, что все материалы
должны быть возвращены на то место, откуда они были взяты.
- Очень интересно, - заметил Перлмуттер. - Все материалы находятся на
одном месте в течение уже девяноста восьми лет. Здесь есть над чем подумать.
Как только Эро закрыл за собой дверь библиотеки, Малхолленд задумчиво
посмотрел на хозяина:
- Вы заметили, сэр, реакцию доктора Эро в тот момент, когда вы предположили,
что капитан Немо и его подводная лодка существовали на самом деле?
- Да, доктор Эро был определенно выбит из колеи. Хотел бы я знать, что именно
он скрывает?
- Вы еще не решили, сэр, с чего начать? - осведомился Малхолленд. - Между
прочим, вы сидите здесь уже четыре часа и пока не притронулись ни к одной книге.
- Терпение, Хьюго, - мягко сказал Перлмуттер. - То, что мы ищем, не может
лежать на видном месте, иначе другие исследователи нашли бы это много лет назад.
- Судя по тому, что я читал о нем, Верн был человеком сложным и
многогранным.
- Я мог бы поспорить с подобной формулировкой, поскольку сам его великим
писателем не считаю, но он, несомненно, обладал богатым воображением. Ты,
наверное, знаешь, что он считается основателем жанра научной фантастики?
- А как же тогда Герберт Уэллс?
- Уэллс написал свою "Машину времени" спустя тридцать лет после того, как
Верн опубликовал "Пять недель на воздушном шаре".
Перлмуттер устроился на софе поудобнее и продолжил изучение полок с книгами.
Для человека его возраста он обладал удивительно острым зрением и из центра
комнаты мог свободно прочесть название любой книги, за исключением тех редких
случаев, когда название либо совсем стерлось, либо было оттиснуто на корешке очень
мелкими буквами. Он не обращал особого внимания на книги или рукописи писателя.
Куда больше его интересовали полки с его записными книжками.
- Следовательно, вы полагаете, что у Верна была некая готовая концепция,
кот
...Закладка в соц.сетях
