Жанр: Боевик
Дирк Питт 1-6.
...быкновенной простуды до рака и СПИДа.
- Но при самом благоприятном исходе вы никогда не сможете добыть из морских
глубин необходимого количества материала.
- На самом деле все не так сложно, как вы думаете, - пояснил он. - Любой
микроорганизм, содержащийся в одной капле воды, может быть культивирован,
выделен и внедрен в фармакологию. Уже известно более десятка различных типов
морских организмов, которые с успехом используются при терапии самых разных
заболевании, включая артрит, туберкулез, рак, и даже при трансплантации
внутренних
органов.
- И где в глубинах океана вы находите эти чудодейственные средства?
- Наша экспедиция изучает подводный хребет - так называемых черных
курильщиков, где раскаленная магма вступает в контакт с морской водой. Это
своеобразные подводные горячие источники. Здесь находят различные минералы,
содержащие медь, цинк, железо и другие металлы. Невероятно, но обширные колонии
гигантских моллюсков, мидий, червей, не говоря уже о миллионах бактерий,
прекрасно существуют в этой мрачной и токсичной среде. Мы собираем их для
культивации и последующих лабораторных исследований в Штатах.
- И сколько же ученых занимаются этой интригующей проблемой?
- Не так уж и много. Во всем мире наберется человек пятьдесят - шестьдесят.
Морская медицина переживает пока период становления.
- А когда же мы увидим эти препараты в аптеках?
- Не так уж и скоро. Клинические испытания занимают немало времени. Может
быть, их начнут широко применять лет через десять, не раньше.
Шеннон обошла помещение и остановилась перед рядом мониторов,
установленных в головной части рубки.
- Выглядят впечатляюще, - заметила она.
- Вторая наша задача - составление карт морского дна, особенно тех его
участков, над которыми пролегают важнейшие транспортные коммуникации.
- И что фиксируют эти мониторы?
- Они дают общее представление о полосе океанического дна шириной около
пятидесяти километров по курсу судна.
Несколько секунд Шеннон наблюдала за экранами мониторов:
- Никогда бы не подумала, что в один прекрасный день я получу возможность
наблюдать океаническое дно. Это напоминает мне картинку Скалистых гор, которую
можно увидеть из иллюминатора самолета.
- С нашим оборудованием обзор даже лучше.
- Роман о семи морях, - заметила Шеннон. - Вы уподобляетесь тем старым
мореплавателям, которые открывали новые земли.
- Современные технологии оставляют мало места для романтики, - рассмеялся
Питт.
После того как они покинули мостик, он провел ее по многочисленным
лабораториям и хранилищам собранного материала.
- Именно в этих лабораториях делаются первые шаги по производству тех
волшебных препаратов, о которых я вам рассказывал, - пояснил Питт.
- А какова ваша роль в этих исследованиях? - спросила она.
- Джордино и я работаем со специальными роботами, которые заняты поисками
мест скопления морских организмов. После того как одно из таких мест обнаружено,
мы спускаемся под воду и собираем материал.
- Ваша работа более экзотична, чем моя, - вздохнула Шеннон.
Питт покачал головой:
- Тут я с вами не соглашусь. Изучение древних культур не менее экзотично,
чем
изучение морского дна. Если бы человека не привлекало прошлое, вряд ли миллионы
туристов ежегодно отправлялись бы в Египет, Рим, Афины. Нам нравится совершать
паломничества по местам великих сражений: Геттисберг, Ватерлоо, Нормандия.
Человеку нравится изучать свою историю. Зная прошлое, он лучше познает самого
себя.
Шеннон слушала не перебивая. Она никак не ожидала такой теплоты от человека,
к которому совсем недавно питала далеко не самые дружеские чувства. Она была
поражена глубиной его мыслей и доступностью их изложения.
Питт продолжал говорить о морских путешествиях, кораблекрушениях,
затонувших сокровищах.
В свою очередь она описала ему великие археологические загадки, все еще
ожидавшие своего решения. Они испытывали обоюдный интерес к этой беседе, и все
же чувствовалось, что трещина, образовавшаяся между ними с первых дней
знакомства, по-прежнему разделяла их.
Они еще стояли у борта, когда появился капитан Фрэнк Стюарт.
- Я получил официальное предписание доставить перуанских студентов и
доктора Келси в порт Кальяо, ближайший к Лиме, - сообщил он.
- Вы разговаривали с адмиралом Сэндекером? - осведомился Питт.
Стюарт отрицательно покачал головой:
- Руководит операцией Руди Ганн.
- Полагаю, после высадки пассажиров на берег мы продолжим наши
исследования.
- Все, кроме Джордино и вас. Алу и вам приказано вернуться к священному
колодцу и извлечь из него тело доктора Миллера.
Питт посмотрел на капитана как на душевнобольного.
- Почему мы? Для этого существует перуанская полиция.
Стюарт пожал плечами:
- Откуда мне знать? Когда я начал протестовать, доказывая, что ваше
присутствие жизненно необходимо для выполнения плана научных исследований,
Ганн оборвал меня, прибавив, что он пришлет вам замену. Мне оставалось только
принять его слова к сведению.
Питт указал на пустующую вертолетную площадку:
- Вы сказали Руди, что Ал и я не пользуемся особой популярностью в тех
местах,
куда нас посылают? Кроме того, у нас нет вертолета.
- Американское посольство в Лиме выразило готовность арендовать для вас
коммерческий вертолет.
- Час от часу не легче. По мне в этом предложении столько же смысла, как в
попытке заказать масло из арахиса во французском ресторане.
- Если вы против, я готов организовать вам личную встречу с Ганном, когда мы
придем в Кальяо. Питт прищурился:
- Очень странно. Правая рука Сэндекера собирается совершить путешествие в
шесть с половиной тысяч километров только для того, чтобы лично присутствовать
при встрече тела усопшего. Что бы это могло означать?
- Очевидно, у адмирала свои соображения на этот счет, - пожал плечами
Стюарт, поворачиваясь к Шеннон. - Ганн также просил меня передать вам записку
от Дэвида Гаскилла. Он сказал, что вам должно быть известно это имя.
Несколько секунд Шеннон задумчиво созерцала палубу:
- Да, припоминаю. Он специальный агент Таможенной службы США.
Занимается незаконной контрабандой предметов искусства.
- Гаскилл просил передать вам, что, по его мнению, он напал на след Золотых
доспехов из Тиапольо. В настоящий момент они, по-видимому, находятся в одной из
частных коллекций в Чикаго.
Шеннон вздрогнула и изо всех сил сжала кулаки.
- Хорошие новости? - поинтересовался Питт. Она открыла было рот, но так и не
смогла вымолвить ни слова.
- С вами все в порядке? - спросил Питт, обнимая ее за талию.
- Золотые доспехи Тиапольо, - смогла выговорить она наконец, - были
утрачены в 1922 году после кражи в Национальном музее антропологии в Севилье. В
мире, наверное, не существует ни одного антрополога, который бы не отдал все на
свете за право изучить их.
- Что же в них такого особенного? - спросил Стюарт.
- Они считались ценнейшей древностью южноамериканского происхождения изза
своей особой исторической значимости. Некогда эти Золотые доспехи с ног до
головы покрывали мумию знаменитого полководца Чачапойаны Наймлапа. Испанские
конкистадоры нашли его гробницу в 1547 году в городе Тиапольо, расположенном
высоко в горах. Хотя это событие зафиксировано в двух подлинных исторических
документах, в настоящее время местонахождение Тиапольо неизвестно. Мне удалось
увидеть только старые фотографии этих доспехов, но смею утверждать, что работа
по
металлу не имеет аналогов. Великолепные картины, выполненные методом
традиционной чеканки, повествуют о многих легендарных событиях истории империи
инков.
- Надписи, конечно, напоминают египетские иероглифы? - спросил Питт.
- Во всяком случае, очень похожи.
- Иными словами, своеобразный исторический комикс, - вставил Джордино,
появившийся на палубе. Шеннон улыбнулась и продолжила рассказ:
- Собственно, сами надписи никогда не были полностью расшифрованы. Повидимому,
они повествуют о морском путешествии в некое место, расположенное за
западными границами империи ацтеков.
- С какой целью? - спросил Стюарт.
- Спрятать огромные сокровища Уаскара, правителя инков, взятого в плен и
убитого его братом Атауальпой, в свою очередь казненным испанским конкистадором
Франсиско Писарро. Среди сокровищ Уаскара была священная золотая цепь больше
двухсот метров длиной. По словам испанцев, которым это стало известно от инков,
цепь с трудом могли поднять двести человек.
- Если средний человек способен поднять около шестидесяти процентов
собственного веса, - начал подсчитывать Джордино, - в таком случае цепь весила
около девяти тонн золота... О, господи! По существующим на сегодня ценам на
золото
ее стоимость составляет свыше ста миллионов долларов.
- Но этого не может быть! - не поверил Стюарт.
- Посчитайте сами, - предложил Джордино. Стюарт последовал совету, и его
лицо вытянулось так же, как незадолго до этого у Джордино.
- Матерь божья, ты прав!
- Вы говорите только о цене золота, - поправила их Шеннон. - С точки зрения
историка, она не имеет цены.
- Так испанцам не удалось наложить на нее лапу? - уточнил Питт.
- Нет, она исчезла вместе с большей частью сокровищ инков. Вы, вероятно,
слышали историю, - продолжала Шеннон, - о том, как брат Уаскара Атауальпа
попытался откупиться от Писарро, предложив ему наполнить золотом комнату
размером семь на пять метров и высотой около трех метров. Другая, меньшая
комната
должна быть два раза наполнена изделиями из серебра.
- Ничего себе выкуп! - пробормотал изумленный Стюарт.
- Согласно легенде, Атауальпа потребовал доставить к месту своего заключения
массивные золотые изделия из дворцов, храмов и общественных зданий, а когда
золота
не хватило, вспомнил о сокровищах брата. Сторонники Уаскара успели предупредить
его, и он распорядился спрятать сокровища там, где ни Атауальпа, ни Писарро не
смогли бы отыскать их. Под руководством преданного Наймлапа и его воинов караван
носильщиков перенес несколько тонн золота к побережью, откуда на плотах оно было
переправлено куда-то на север.
- Существуют ли какие-нибудь исторические документы, подтверждающие эту
историю? - спросил Питт.
- Между 1546 и 1568 годами иезуитский историк и переводчик епископ Хуан
Авильский записал множество полумифических свидетельств о ранней культуре Перу.
Во время его пребывания в Чачапоясе, где он пытался обратить в христианство
местное население, он записал четыре истории о том, как предки местных индейцев
перенесли к океану огромное количество золота, принадлежавшего Верховному инке,
а после этого помогли его воинам переправить его через море к острову, лежащему
далеко за землей ацтеков, где оно и было зарыто. По легенде, сокровище будет
охраняться крылатыми ягуарами до того дня, когда инки вернутся и восстановят
свою
империю в Перу.
- Существует, наверное, сотня прибрежных островов между нами и
Калифорнией, - ядовито заметил Стюарт.
- Есть или, вернее, была и иная версия легенды, - добавила Шеннон.
- Отлично, - сразу же отреагировал Питт, - надеюсь, мы услышим ее от вас.
- Когда епископ расспрашивал людей тумана - так называли себя аборигены
Чачапойаны, - ему рассказали, что подробный отчет об этой экспедиции хранится в
шкатулке из жадеита.
- И что же это? Кожа животного, разрисованная пиктографами?
- Нет, кипу, - мягко поправила его Шеннон.
- Что? - переспросил удивленный Стюарт.
- Кипу, особый способ, придуманный инками для решения математических задач
и записи важнейших событий истории. Совершенно гениальная вещь при всей своей
простоте. Древний аналог наших компьютерных машин, связка разноцветных веревок
с узлами через различные интервалы. Каждый цвет имел определенное значение -
голубой для религии, красный для правителей, серый для географических мест,
зеленый для простых людей и так далее. Желтый цвет, в частности, указывал на
золото, белый - на серебро. Расстояния между узлами обозначало различные меры -
времени, расстояния, массы. В руках опытного чиновника или секретаря возможности
кипу были практически безграничны. К сожалению, большинство кипу были
уничтожены во время завоевания Перу и последовавшего за ним долгого периода
рабства.
- Судя по вашим словам, из такого отчета можно получить сведения не только о
хронике путешествия, но и местонахождении острова? - уточнил Питт.
- По крайней мере теоретически, - согласилась Шеннон.
- И где же может находиться эта шкатулка?
- По одной из версий она попала в руки испанцев, и те, не зная ее истинной
ценности, отправили ее в Испанию. Но во время путешествия золотого каравана к
берегам Панамы галеон, нагруженный огромным количеством золота, серебра и
бесценных предметов искусства, включая шкатулку, был взят на абордаж знаменитым
капитаном Дрейком.
- Вы хотите сказать, что шкатулка попала в Англию? - переспросил Питт, не
веря своим ушам. Шеннон безнадежно пожала плечами:
- Дрейк никогда не упоминал о шкатулке по возвращении в Англию после своего
легендарного путешествия вокруг света.
- Ну и история! - произнес восхищенно Питт, обратив мечтательный взгляд к
горизонту. - Но, думаю, самая интересная ее часть еще впереди.
Шеннон и Стюарт в недоумении уставились на него.
После горизонта Питт по очереди обозрел небо и море, но, когда он снова
взглянул
на своих спутников, в его глазах можно было прочитать твердую решимость.
- Что вы хотели этим сказать? - неуверенно спросила Шеннон.
- Только то, что уже сказал. Видите ли, я собираюсь найти эту шкатулку.
- Можете шутить сколько хотите, - холодно разрешила Шеннон.
- Я не шучу.
На несколько мгновений Шеннон окаменела от такой наглости.
- Тогда вы просто лунатик, - объявила она. Питт откинул голову и от души
рассмеялся.
- В безумии есть свои положительные стороны. Вы можете видеть то, что не
видит никто другой.
12
Джулиан Перлмуттер являл собой классический тип гурмана и бонвивана.
Благодаря своему чрезмерному пристрастию к хорошей еде и вину, он собрал
невероятное количество кулинарных рецептов, позаимствованных у самых
прославленных поваров мира, и имел погреб, где хранилось более четырех тысяч
бутылок коллекционного вина. Кроме того, он прославился как гостеприимный
хозяин, принимавший своих гостей в самых шикарных ресторанах, оставляя там
огромные деньги. Из-за такого образа жизни его вес уже приближался к ста
восьмидесяти одному килограмму. Джулиан не уставал насмехаться над диетой и
занятиями спортом, а его заветным желанием было отправиться в небытие, смакуя
столетний коньяк после изысканного обеда.
Второй его страстью были корабли и кораблекрушения, о которых он знал все.
По
мнению экспертов, он обладал самым полным собранием литературы на эту тему и
архивом, включавшим данные обо всех вошедших в историю судах. Морские музеи
всего мира с нетерпением ждали его кончины, чтобы, подобно стервятникам,
наброситься на его коллекцию и пополнить за ее счет собственные коллекции.
Последнее обстоятельство и было причиной того, что Перлмуттер предпочитал
рестораны обедам в собственном огромном доме в Джорджтауне. Гигантская масса
книг размещалась на полу, на прогибающихся под их весом полках, в каждом углу
его
спальни, кабинета, столовой, гостиной и даже кухни. Они были навалены огромной
грудой около комода в ванной и разбросаны на гигантском матраце. Экспертам
потребовалось бы не меньше года, чтобы разобрать и каталогизировать эти завалы,
-
но только не Перлмуттеру. Он всегда точно знал, где находится тот или иной том
или
рукопись.
Он был одет в свой традиционный дневной наряд, состоящий из пурпурной
пижамы и красного халата, и стоял перед зеркалом, спасенным с "Лузитании",
расчесывая роскошную седую бороду, когда звук корабельного колокола, заменявшего
телефонный звонок, привлек его внимание.
- Джулиан Перлмуттер слушает. Коротко изложите свое дело.
- Привет, старый отшельник.
- Дирк! - прогремел Перлмуттер, узнав знакомый голос, и его голубые глаза
сверкнули на багровом лице. - Где рецепт абрикосового десерта, который ты обещал
достать для меня?
- В конверте на моем рабочем столе. Я забыл отправить его вам, прежде чем
уехал из страны. Прими мои извинения.
- Откуда ты звонишь?
- С борта судна у побережья Перу.
- Могу я спросить, что ты там делаешь?
- Это длинная история.
- Они редко бывают короткими.
- Ты можешь сделать мне одолжение?
- Какой корабль заинтересовал тебя на этот раз?
- "Золотая лань".
- Корабль Фрэнсиса Дрейка?
- Он самый.
- "Sic parvis magna", - процитировал Перлмуттер. - "Великие дела начинаются
с малого". Девиз Дрейка. Ты помнишь его?
- Забыл, прости, - извинился Питт. - Так вот, Дрейк взял на абордаж
испанский галеон...
- "Консепсьон", - прервал его Перлмуттер. - Капитан Хуан де Антон. Вышел
из Кальяо-де-Лима с грузом золота и бесценных сокровищ. Если не путаю, в марте
1578 года.
На другом конце линии наступило недолгое молчание.
- Почему, когда я разговариваю с тобой, Джулиан, я всегда чувствую себя
круглым идиотом?
- Извини, Дирк, я думал, что немного информации тебе не повредит, -
рассмеялся Перлмуттер. - Что именно ты хочешь узнать?
- Когда Дрейк стал хозяином "Консепсьон", как он распорядился грузом?
- Это как раз хорошо известно. Он перегрузил серебро, золото, драгоценные
камни и жемчуг на борт "Золотой лани". Добыча была баснословной. Его корабль был
настолько перегружен, что ему пришлось утопить несколько тонн серебра в водах
острова Кано, у побережья Эквадора, прежде чем продолжить путешествие вокруг
света.
- Что известно о предметах искусства инков?
- Они остались на "Консепсьоне". Дрейк переправил туда часть своей команды и
поручил им отправиться через Магелланов пролив и Атлантику назад в Англию.
- "Консепсьон" добралась до Англии?
- Нет, - ответил Перлмуттер задумчиво, - предполагается, что галеон исчез со
всей командой.
- Жаль, - сказал Питт, не в силах скрыть разочарования, - а я-то надеялся,
что
о нем сохранились хоть какие-то сведения.
- Если мне не изменяет память, - продолжал Перлмуттер, - существовал миф
об исчезновении "Консепсьон".
- В чем его суть?
- Совершенно фантастическая история, скорее даже слух, чем миф. Соль ее в
том, что корабль был подхвачен гигантской приливной волной и унесен в глубь
материка. Разумеется, не сохранилось никаких документов на этот счет.
- Тебе не известен источник легенды?
- Необходимо уточнить детали, но, насколько мне известно, сведения исходили
от одного сумасшедшего англичанина, которого португальцы нашли на берегах
Амазонки. Сожалею, но это все, что я могу припомнить в данный момент.
- Был бы очень благодарен тебе, если бы удалось найти что-нибудь еще.
- Я, разумеется, могу сообщить тебе размеры и тоннаж судна, сколько парусов
оно могло нести, год и место постройки. Но для сведений о безумце, бродившем по
джунглям Амазонки, нужны другие источники.
- Если кто-нибудь и может пролить свет на историю, случившуюся на море, то
этот человек ты, Джулиан.
- Благодарю за доброе мнение, но я потерял интерес к подобным загадкам,
после
того как услышал об обломках броненосца, обнаруженных в Сахаре.
- Сожалею об этом, Джулиан.
- Подумать только, броненосец в Сахаре, Ноев ковчег на Арарате, испанский
галеон в перуанских джунглях. Почему корабли не остаются на море, где им
надлежит
быть?
- Потому что ты и я неисправимые охотники за обломками кораблекрушений, -
сказал Питт добродушно.
- Каков твой личный интерес в этом деле? - осторожно спросил Перлмуттер.
- Шкатулка из жадеита, в которой находится пучок веревки, дающий ключ к
баснословным сокровищам инков.
Несколько секунд Перлмуттер обдумывал ответ друга, после чего завершил
разговор:
- Что же, по моему мнению, он не хуже любого другого.
Хайрем Йегер выглядел так, что можно было подумать, что в этот момент он
толкает тележку для продуктов, полную тряпья, где-нибудь в трущобах Гарлема. Он
был одет в джинсы и джинсовую куртку. Его длинные белокурые волосы были
собраны в конский хвост, а мальчишечье лицо наполовину скрыто жидкой бородкой.
Впрочем, в тех редких случаях, когда он на самом деле толкал перед собой тележку
в
шикарном супермаркете, она обычно была заполнена самыми изысканными
деликатесами. Незнакомому человеку трудно было представить себе, что он живет в
фешенебельном районе Мэриленда с очаровательной женой-актрисой и двумя
бойкими девочками-подростками, обучающимися в частной школе, и ездит только на
БМВ последней модели.
Не менее трудно было бы догадаться и о том, что он уже в течение многих лет
возглавляет коммуникационную и информационную службы НУМА. Адмирал
Сэндекер переманил его из компьютерной корпорации Силиконовой долины, чтобы
создать обширную библиотеку, содержащую любую книгу, статью или тезисы -
равным образом, на научную или историческую тему, - когда-либо написанные о
море. Если Перлмуттер знал все о кораблях, то специализацией Йегера были
океанография и науки, так или иначе связанные с нею. Он находился в своем
персональном закутке компьютерного комплекса, занимавшего весь десятый этаж
здания агентства, когда зазвонил телефон. Не отрывая глаз от монитора,
моделировавшего влияние океанических течений на климат Австралии, он снял
трубку.
- Компьютерный комплекс, - произнес он ровным голосом. - Рад вас слышать,
мистер директор по чрезвычайным ситуациям, - продолжал он, узнав голос старого
друга. - У меня в конторе сегодня только и говорят о том, как вы наслаждаетесь
каникулами на солнечных берегах Южной Америки.
- Тебя неверно информировали, приятель.
- Ты разговариваешь со мной с борта "Дип фэзом"?
- Да, Ал и я вернулись сегодня сюда после небольшой экскурсии в джунгли.
- Что я могу сделать для тебя?
- Залезь в свой банк данных и взгляни, имеется ли там какая-либо информация
о
приливной волне, поднявшейся между Лимой и Панамой в марте 1578 года.
Йегер вздохнул:
- Почему тебе заодно не попросить меня уточнить температуру и влажность в
День творения?
- Ну хотя бы самые общие сведения, старик.
- Если такие записи существуют, они могут быть только в старых испанских
архивах, которые я изучал в Севилье. Другим возможным источником могут стать
коренные жители тех мест, хорошо знающие местные предания. Инки также
оставляли записи о важнейших событиях своей истории на материи или керамике.
- Не слишком перспективная идея, - произнес Питт с сомнением в голосе. -
Империя инков рухнула под натиском испанских конкистадоров лет за пятьдесят до
интересующего меня события, и, если такие записи и существовали, они, без
сомнения, утрачены.
- Большинство приливных волн подобного масштаба вызываются подводными
землетрясениями. Может быть, стоит попытаться собрать информацию о
геологических катастрофах того времени?
- Сделай все, что можешь.
- Когда тебе нужна эта информация?
- Если адмирал не сел тебе на шею с очередным приоритетным проектом, бросай
все дела и начинай немедленно.
- Хорошо, - сказал Йегер, воодушевленный брошенным ему вызовом. -
Посмотрим, что я смогу сделать.
- Спасибо, Хайрем. Я твой должник.
- Ты говорил эти же слова по меньшей мере тысячу раз.
- И ни слова о моей просьбе Сэндекеру.
- Я уже понял это. Очередная сумасшедшая идея? Можешь сказать мне, из-за
чего разгорелся весь этот сыр-бор?
- Я стараюсь найти в джунглях исчезнувший испанский галеон.
- Чего-нибудь в этом роде я и ожидал от тебя, - произнес Йегер покорно. Он
уже давно усвоил простую истину - при разговорах с Питтом ни в коем случае не
следует торопить события.
- Надеюсь на тебя.
- По-моему, я уже сейчас могу существенно сузить поле твоих поисков.
- Ты знаешь что-то, неизвестное мне? - Питт улыбнулся.
- Территория между западным флангом Анд и побережьем Перу имеет среднюю
температуру 18° по Цельсию, или 65° по Фаренгейту, и годовое количество осадков,
которого не хватит и для того, чтобы наполнить стакан. Это одна из самых
холодных и
безводных пустынь на планете. Там нет джунглей, способных поглотить корабль.
- Какую же точку предложишь мне ты?
- Эквадор Побережье этой страны вплоть до Панамы лежит в тропической зоне, и
влаги там больше чем достаточно.
- Прекрасный образчик дедукции. С тобой все в порядке, Хайрем. Мне
безразлично, что твои бывшие жены думают о тебе.
- Пустяки. У меня будет что-нибудь для тебя в течение двадцати четырех
часов.
- Непременно свяжусь с тобой.
Положив трубку, Йегер попытался собраться с мыслями. Ему не было равных по
точности прогнозов, где именно искать следы кораблекрушений. Все данные по этому
вопросу были аккуратно систематизированы в компьютере его головного мозга. За
годы работы в агентстве у него было немало возможностей оценить характер своего
приятеля. Каждую работу с ним он всегда воспринимал как очередное приключение с
большой буквы. И Йегер гордился тем, что еще ни разу не обманул его надежд.
В то время, когда Питт строил планы поисков пропавшего галеона, Адольфус
Руммель, известный коллекционер предметов южноамериканского искусства, вышел
из лифта на двадцатом этаже здания, возвышавшегося над набережной Лейк Шордрайв
в Чикаго, где он жил последние несколько лет. Это был невысокий человек с
бритой головой и с огромными отвислыми усами. Ему было далеко за семьдесят, и он
больше походил на злодея из историй о Шерлоке Холмсе, чем на крупного
бизнесмена, преуспевшего на утилизации подержанных автомобилей.
Подобно многим другим богатым коллекционерам, пополнявшим свои собрания
на черном рынке, Руммель не был женат и вел жизнь отшельника. Никто не видел его
коллекции, и только его бухгалтер и адвокат знали о ее существовании, но и они
не
имели ни малейшего представления о масштабах его сделок.
Немец по происхождению, Руммель в начале пятидесятых успешно переправил
через мексиканскую границу крупную партию ритуальных предметов нацистской
партии. Груз включал именные кинжалы и "Рыцарские кресты", которыми
награждались особо отличившиеся офицеры СС, и ряд важных исторических
документов, подписанных лично Адольфом Гитлером и его ближайшими
сподвижниками. Успешно распродав коллекцию поклонникам бесноватого фюрера,
он осн
...Закладка в соц.сетях
