Жанр: Боевик
Милое чудовище
...не тянул. Во всем его облике сквозила
интеллигентская мягкотелость, которую усугубляли очки в модной оправе. Теперь в
модной, а раньше его переносицу
украшали какие придется и нередко починенные им самим же с помощью тонкой
проволоки. От воспоминаний о прежней,
хоть и безденежной, но счастливой жизни - в ней не было места манекенщицам, а
был торт "Подарочный" по субботам - у
Вики заныло сердце.
- Да что с тобой? - спросил Кирка, стягивая с шеи дорогой шелковый галстук.
- Что-нибудь случилось?
- Случилось, - Вика сглотнула комок, застрявший в горле, с трудом удерживая
себя от желания заехать Кирке по его
интеллигентской роже и высказать все, что накипело у нее на душе за последние
несколько дней, - я сегодня ходила на показ
мод.
- Да? - промычал Кирка, расстегивая рубашку. - На Зайцева, что ли?
- Нет, - возразила Вика, неожиданно сообразив, что имя модельера напрочь
выветрилось из ее головы.
- А на кого?
- Какая разница, до показа дело все равно не дошло.
Похоже, Кирка полностью удовлетворился ее ответом, потому что двинулся на
кухню, приговаривая:
- Черт, как пить охота. Выпью ведро чаю. Вика проследовала за ним,
пронаблюдала, как он поставил на огонь чайник, и
продолжила попытки вывести неверного мужа на чистую воду:
- А что же ты не спрашиваешь, почему не дошло до показа?
Кирка проморгался и повторил за ней:
- Так почему не дошло до показа?
- Потому что прямо на сцене произошло убийство, - медленно и с вызовом
произнесла Вика.
- Что-что? - Кирка чуть не уронил чайник на ногу. - Убийство? Ты шутишь?
- Не шучу. Перед самым началом показа за кулисами убили манекенщицу.
Кирка приподнял очки на лоб, потер покрасневшие от долгого сидения за
компьютером глаза, вернул очки на место и
ошарашенно пробормотал:
- Дела... Что, теперь и манекенщиц убивают? И как это произошло?
Вика решила, что держится он неплохо. Пока что его реакция выглядела вполне
естественной.
- Кто-то полоснул ее ножом по шее... Это выглядело ужасно!
- Так ты что, видела? - поразился Кирка.
- Да я же ее и нашла!
Чайник вовсю кипел, но Кирка этого не замечал.
- Как нашла?
- Очень просто, взяла и нашла... Ну, разумеется, я ее не искала, это
произошло чисто случайно. Я пошла за кулисы и
наткнулась на нее.
- А зачем ты туда пошла? - Кирка пытал ее совсем как тот въедливый
невысокий следователь. Не иначе, переводил разговор
на другое. А впрочем, он же пока не знал самого главного: как звали убитую
манекенщицу!
- Ну пошла и пошла, какая разница зачем, - огрызнулась Вика, - и вообще я
пошла туда не за чем, а за кем. Я пошла туда за
Мурой.
- Я так и знал, - Кирка забегал по кухне, - без этой авантюристки дело
никогда не обойдется. Мало того, что она сочиняет
всякую дребедень, так еще и вечно влипает во всякие истории. Ладно бы сама, я бы
слова не сказал, а то и тебя в это дело
втягивает. Ты что, не видишь, с кем имеешь дело? Это же не баба, а ходячее
недоразумение, ее же заклинило на эротических
фантазиях! Вот уж действительно мура так мура!
Вика уловила в его монологе желание разрядиться и грудью встала на защиту
подруги:
- Между прочим, мы дружим с ней с детского сада! А если говорить о ее
фантазиях, то.., то, чтоб ты знал, ее романы
расходятся бешеными тиражами. Что же, все такие дураки?
- Да мужика ей надо, вот и все! Тогда фантазий будет меньше. Только не
знаю, где найти такого, который бы с ней ужился!
- Ты все сказал? - поинтересовалась раздосадованная Вика. Хотел того Кирка
или нет, но перевести разговор в другую
плоскость ему все-таки удалось.
Кирка замолчал, раздраженно плеснул кипятка в чашку.
- При чем здесь, в конце концов. Мура? - не унималась Вика. - Убили, слава
богу, не ее, а другую...
- Неужели? - скривился Кирка. - Не иначе, рука у кого-то осмыгнулась.
Жалко...
Вика сделала огромные глаза и выдала торжественно:
- А убили некую Лику Столетову, манекенщицу Лику Столетову, молодую,
длинноногую блондинку, от которой мужики
тащились.
Кирка внимательно посмотрел на Вику, рывком поднялся с табурета, подошел к
ней, обнял и сказал мягко:
- Я вижу, ты расстроилась, ну извини. Ты и так на взводе, а тут я со своими
дурацкими комментариями. Забудь про эту
манекенщицу. Сколько сегодня народу убивают! Ужасно, конечно, но что поделаешь?
От нас с тобой ведь ничего не зависит.
И против Мурки твоей я ничего не имею. Она, конечно, авантюристка, но в принципе
безвредная, особенно если держаться от
нее подальше...
Вика вскинула глаза, полные влаги, и Кирка окончательно сдался:
- Все, все, молчу, с сегодняшнего дня твоя Мура для меня священная корова!
Вика всхлипнула и пожаловалась:
- А я теперь главная свидетельница...
- " С какой стати? - выказал недовольство Кирка. - Ты же сама сказала, что
ничего не видела.
- Но я же все равно первая ее нашла...
- И что с того? - Кирка почесал затылок. - Кто тебя за язык тянул, теперь
ведь затаскают. Особенно если учесть способности
наших сыщиков, они ведь искать будут долго и нудно и все это время пытать тебя,
что да как. Ну ладно, ладно, успокойся...
Завтра я посоветуюсь с кем надо, чтобы ты знала свои права. А то нашей милиции
попади на глаза, сам не заметишь, как из
свидетеля в обвиняемого превратишься.
Вика уже была готова к тому, чтобы расчувствоваться, но снова вспомнила о
манекенщице. Нет, бдительность терять
нельзя было ни в коем случае. А потому, пока Кирка утолял свою невиданную жажду,
она, воспользовавшись моментом,
ретировалась в гостиную, чтобы быстренько проверить брошенную им в кресле
одежду.
В карманах пиджака были все те же визитные карточки и еще небрежно
скомканный галстук. Вика механически его
расправила и повесила на спинку кресла и тут заметила на нем нечто такое... В
общем, у нее сразу подкосились ноги: на
Киркином галстуке отчетливо проступали коричневатые пятна, сильно смахивающие
на.., высохшую кровь. Вика судорожно
вцепилась в Киркину рубашку и - о ужас! - разглядела еще одно похожее пятно на
манжете.
- Думаешь, не отстирается? - услышала она позади: Кирка неожиданно возник
за ее спиной. - Это я кетчупом вымазался, -
пояснил он.
- Не знаю, - потерянно ответила Вика.
- Жалко, галстук пропал, отличный был галстук.
Телефонный звонок прозвучал как реквием последним Викиным надеждам,
разрушенным в считанные минуты. Кирка
поднял трубку, глухо сказал: "Привет", и, скорчив недовольную мину, уведомил:
- Это тебя.
Вика подошла к телефону. Домогалась ее Мура, сразу же затарахтевшая в ухо:
- Ну ты что это не звонишь? Я жду, жду, а она не звонит. Значит, Кирка
пришел... Что-нибудь прояснилось?
- Синоптики на завтра обещают дождь, - выдохнула Вика.
- Я так и знала, - отозвалась Мура и вынесла вердикт:
- Тебе нельзя оставаться с ним наедине.
- А что же я... - начала Вика, но Мура ее перебила:
- Молчи, молчи, говорить буду я, чтобы он ни о чем не догадался. М-м-м, ты
ко мне, конечно, переехать не можешь, это
будет выглядеть слишком подозрительно. Перееду я к тебе. Скажем ему, что я до
сих пор не могу прийти в себя после того
нападения, помнишь? Да, учти, я работаю над новой рукописью, так что захвачу с
собой ноутбук и Маруську. Завтра в девять
я у тебя как штык. Пока.
Ошарашенная Вика не успела ничего сказать в ответ - трубка противно
запищала.
Глава 7
СЛЕДСТВИЕ ВЕДУТ ЗНАТОКИ
Когда Мура говорила, что захватит с собой Маруську, она имела в виду
степную черепаху. Около года назад ей пришла в
голову блажь завести себе какое-нибудь домашнее животное. Ни кошка (что может
быть банальнее?), ни собака (а кто ее
будет выгуливать?) на эту роль не годились. Мура двинулась в зоомагазин,
прихватив с собой Викулю в качестве советчицы.
В зоомагазине они приценились к хомячкам, морским свинкам и канарейкам,
после чего Мура долго и дотошно
расспрашивала молоденьких продавщиц о повадках и особенностях поведения их
питомцев, а также о том, что они
предпочитают к обеду. К сожалению, ни хомячки, ни свинки, ни канарейки не
подходили, ибо требовали серьезного ухода, а
на этот подвиг Мура была решительно не способна. Посвятить себя кому-то, когда
она сама могла неделями сидеть
впроголодь, уставившись в экран компьютера, и отважно сражаться с собственной
врожденной ленью и парой-тройкой
замысловатых эпитетов!
- Вот этот как раз по тебе, - хмыкнула Викуля, указуя пальцем на полено,
лежащее в аквариуме с надписью "Крокодил
нильский", ниже которой была пришпилена бумажка с пояснением от руки: "Живой", а
еще ниже: "Очень живой" и тремя
восклицательными знаками.
В конце концов Мура остановила свой придирчивый взгляд на степной черепахе,
понравившейся ей не столько внешним
обаянием, сколько неприхотливостью в обращении. А решающую роль сыграло то
обстоятельство, что черепахи, как
выяснилось, в большинстве своем имеют привычку впадать в зимнюю спячку.
- Подходит, - заявила Мура с воодушевлением, - это именно то, что мне
нужно. Где у вас касса?
Так в Муриной жизни появилось живое существо, степная черепаха, которую она
назвала в свою же честь Маруськой.
Итак, Маруську она упаковала в коробку из-под чайного сервиза и взяла в
левую руку, а в правую - сумку с ноутбуком и
диктофоном, который она преимущественно использовала в качестве записной книжки
писателя, и, позевывая, отправилась к
Вике, как и обещала ей по телефону накануне. Не могла же она оставить лучшую
подругу наедине с потенциальным убийцей!
А Кирка-то, Кирка каков, кто бы мог подумать! Мало того, что завел себе
любовницу, так еще сам же ее прикончил! Хотя в
этом вопросе у Муры еще не было полной уверенности, но для того она и покидала
свой дом в столь ранний час, вместо того
чтобы спокойно спать до одиннадцати.
Ее жертва была вознаграждена сторицей, когда она увидела, как при одном ее
виде у Кирки вытянулась физиономия.
- Что стряслось? - спросил он, играя желваками.
Мура ничего не стала объяснять, просто поставила коробку из-под сервиза на
стул и принялась молча развязывать веревку.
- У тебя что, квартира сгорела? - не отставал въедливый Кирка.
Вике пришлось импровизировать на ходу:
- ..Мура поживет у нас какое-то время... Дело в том... Дело в том, что она
еще не до конца оправилась после той истории..,
ну, когда на нее напали в подъезде...
- Ага, - подхватил Кирка, - это когда нападавший отделался легким испугом?
- И переломом ноги со смещением, - деловито уточнила Мура, выпуская
Маруську на волю.
И Кирка, и Мура имели в виду один и тот же случай, действительно
произошедший не так давно. Мура тогда в сумерках
возвращалась домой с большой хозяйственной сумкой, в которой лежали законные
десять авторских экземпляров ее
последнего романа, прихваченные в издательстве. На лестничной площадке между
третьим и четвертым этажом на нее
неожиданно налетел неизвестный тип и попытался ограбить. Идиот! Впрочем, Мура
это узнала уже позже, а тогда она
пребывала в состоянии, близком к прострации, ибо обдумывала сюжет очередного
романа, поэтому не сопротивлялась, не
призывала на помощь, а просто выронила сумку... Сумка тяжелой гирей обрушилась
на нападавшего, тот не удержал
равновесия и покатился по лестнице, по пути пересчитав ступеньки чуть ли не до
первого этажа. А там кто-то из жильцов
вызвал для пострадавшего бандита "Скорую помощь". Собственно, тем дело и
кончилось.
- Так, - сказал Кирка, сложив руки на груди, - и долго она собирается
оправляться.., в моем доме?
Викуля с ужасом приготовилась к серьезной стычке между мужем и подругой,
плавно переходящей в рукопашную, но
вопреки ее опасениям все обошлось вполне благополучно. На этот раз Мура проявила
несвойственную ей прежде гибкость.
- Да ладно тебе, Кирчик, - миролюбиво промурлыкала она, извлекая из обувной
тумбочки любимые комнатные тапки с
опушкой, - было бы из-за чего расстраиваться! Дольше недели я у вас не
задержусь. Я бы и рада, да дел много. Мне нужно к
следующей среде рукопись закончить.
Кирка скрипнул зубами, застонал и скрылся в районе спальни.
- Вот видишь, встреча прошла на высшем уровне, зря ты боялась, - беззаботно
прощебетала Мура, по-хозяйски
располагаясь в гостиной, и сразу посуровела лицом. - Это все пустяки. Главное -
побыстрее провести расследование... Гм-гм,
надо бы его, ну, в смысле твоего Кирку, как-нибудь выжить из квартиры...
- Как выжить? - испугалась Вика.
- Ну, не насовсем, не волнуйся... На время. Чтобы мы могли спокойно все
обсудить и осмотреть. И вообще, что за паника
на лице? Учти, пока еще не исключена перспектива, что он надолго выпишется из
квартиры. Вот о чем думать надо!
- Ой! - пискнула Викуля, упала в кресло и затряслась в беззвучных рыданиях.
Муре пришлось заняться малопродуктивными мерами по ее утешению. Толькотолько
Вика немного взбодрилась, как в
гостиную нагрянул Кирка при полном параде, то есть в костюме и свежей сорочке, и
слегка бледный.
- Ты куда? - спросила его Викуля.
Он замялся:
- Знаешь, у нас там есть проблемы по одному договору... Я долго не
задержусь.
Отделавшись дежурным поцелуем. Кирка резво выскочил за дверь.
Викуля пристально посмотрела на Муру, и ее осенило:
- Это он из-за тебя!
- Да хоть бы и так, - невозмутимо отозвалась та, - ушел, и хорошо. Сейчас
он нам ни к чему. Давай выкладывай, что ты там
нарыла?
- Да ничего такого, пустяки какие-то... - Викуле стало как-то не по себе.
Она вдруг поняла, что по существу закладывает
Кирку, а это, как ни крути, нехорошо, пусть он трижды развратник и убийца, а
все-таки ей, Викуле, законный муж.
- Подружка, не финти! - суровым тоном призвала ее к ответу Мура. - Таким
тоном ты будешь разговаривать со
следователем, а со мной попрошу без дешевых трюков.
- Хорошо, - смирилась Викуля и пошла в ванную. Вернулась она с Киркиными
рубашкой и галстуком и молча сложила это
хозяйство к Муриным ногам.
Мура, моментально сориентировавшись в обстановке, принялась придирчиво
рассматривать вещдоки.
- Да-а... - протянула она после продолжительной паузы.
Викуля спохватилась:
- Он сказал, что облился кетчупом... Мура глубоко задумалась, и
мыслительная работа сразу же отразилась на ее высоком
челе.
Потом она уточнила:
- Кетчуп, говоришь?
Еще раз поднесла к глазам Киркин галстук, пощупала его, понюхала, чуть ли
не на зуб попробовала и произнесла
многозначительно:
- Конечно, вот так, с ходу, сказать, что это такое, очень трудно. Может
быть, и кетчуп... Опять же в Голливуде до недавнего
времени в сценах убийств кровь имитировали с помощью томатного сока, очень
похоже получалось. Сейчас они, правда, на
краску перешли...
Мура рассказывала о кинематографических штучках так авторитетно, будто она
только что прилетела из Голливуда, а не
приехала на метро из Новых Черемушек.
Сведения о томатном соке, используемом для имитации крови, несколько
приободрили Викулю.
- Мне тоже кажется, что пятна сильно смахивают на кетчуп, - робко заметила
она. Но Мура не дала ей расслабиться.
- Может, кетчуп, а может, и.., сама знаешь что, - хмуро сказала она, -
точно установить способна только экспертиза, а так
как мы ее провести не в состоянии, вопрос остается открытым. М-да... А как Кирка
отреагировал на сообщение об убийстве
его пассии? Ты ведь ему сказала?
- Ну да, - кивнула Вика, - я ему описала все прямо-таки с душераздирающими
подробностями...
- А он? - не утерпела Мура.
- А никак, - пожала плечами Викуля, - ну, удивился, конечно... То есть я
хотела сказать, что мое известие произвело на него
впечатление, но не чрезмерное, а самое нормальное. Любой бы ужаснулся. Все-таки,
слава богу, пока еще не каждый день
людей убивают практически на глазах...
- А ты сказала ему, как звали убитую?!
- Сказала, в том-то и дело, что сказала.
- А он? - повторила Мура.
- Держался спокойно, - развела руками Вика и добавила, вспомнив:
- То есть он немного ругался на тебя, ну, за то, что ты меня туда потащила.
Я же ему не сказала, что видела его с этой.., с
этой блондинкой.
- Интересно, очень интересно, - с видом знатока заключила Мура, - тогда
дело серьезней, чем я предполагала.
Вика испугалась:
- Что ты хочешь этим сказать?
- То, что логически вытекает из всего вышесказанного! Ты же видела его с
манекенщицей?
- Видела, - слабым эхом отозвалась Викуля.
- А он отнесся спокойно к тому факту, что ты поперлась на показ мод с
непосредственным участием этой Лики, а также к
сообщению об ее убийстве. Не странно ли? Вот-вот, не просто странно, а в высшей
степени странно. Допустим, его
самообладания хватило на то, чтобы не показать виду, что он ее вообще знает (не
в его это интересах!), но не проявить
никаких эмоций в связи с ее смертью, да еще насильственной! Да, Викуля, как это
ни прискорбно, похоже, ты понятия не
имеешь, с кем живешь.
- Похоже, - захлюпала носом совершенно убитая горем Вика.
Мура прошлась по гостиной пружинистой походкой пантеры, тихо размышляя о
своем, и присовокупила к ранее
сказанному:
- Теперь о мотивах... Каждый нормальный сыщик первым делом думает о них. Я
тебе больше скажу: как только узнаешь
мотив, считай - преступник в твоих руках. Потому как без причины ничего не
происходит. Как ты думаешь, какая у твоего
Кирки могла быть причина для ее убийства?
Вика ничего не ответила, только выкатила глаза на переносицу, поэтому Мура
удовольствовалась беседой с самой собой:
- Ревность? Хм... Нельзя сбрасывать со счетов. Но такой же мотив мог быть у
кого угодно. Что еще? Что еще, что еще... А
твоему Кирке повезло, я не вижу достойного мотива. Пока, во всяком случае. Стоп,
а ножи ты проверяла?
Вика опустила взгляд.
- Что, не хватает? - Мура заскрежетала зубами, как призрак невинно
убиенного. - Ну, я так и знала. Показывай!
Вика поплелась на кухню, куда действие и переместилось. Достала из стенного
шкафа подарочный набор и молча
продемонстрировала обнаруженную накануне недостачу.
Открытие потрясло Муру.
- Что? Нету сразу двух? - прошептала она и глубоко задумалась. Минуты через
две она спросила:
- А зачем сразу два ножа? На тот случай, если один сломается, что ли? -
Потом она попробовала пальцем лезвия ножей,
оставшихся в коробке, и озадаченно пробормотала:
- Судя по их состоянию, проще было бы зарезать ее атлантической селедкой.
Впрочем, он мог их и наточить, хотя они
такие хлипкие... Вы ими когда-нибудь пользовались?
Вика отрицательно замотала головой. Мура, которую трудно было чем-нибудь
смутить, не растерялась и заявила:
- Остается провести следственный эксперимент... Ну, чтобы проверить, можно
ли такой нож использовать в качестве
орудия убийства.
- Как? - опешила Викуля. - Зарезать кого-нибудь?
- Нет, никого резать мы не будем, - задумчиво ответила Мура и осведомилась:
- Мясо у тебя есть?
- Есть, - доложила Вика, - вчера купила парную телятину, хотела на ужин
отбивные приготовить. Я ее даже в морозилку
класть не стала.
- Отлично! - обрадовалась Мура. - Тащи его сюда!
Вика молниеносно извлекла из холодильника кусок парной телятины килограмма
на полтора и положила его на
разделочный стол. Мура засучила рукава, вооружилась ножом и, размахнувшись им,
как топором, попыталась вонзить в
мясо-Нож жалобно взвизгнул и изогнулся, как лезвие пилы, но с поставленной перед
ним задачей явно не справился. Мура
отступила назад, почесала затылок и пробормотала:
- Из жести они, что ли, эти ножи? Может, это вообще муляжи? Впрочем, ее же
не расчленили, а всего лишь горло
перерезали, а для этого много не надо...
- Какие страсти ты говоришь! - ужаснулась Викуля. - Какая бы она ни была,
эта манекенщица, а все-таки она человек, а не
говядина!
- А ты как думала! - хмыкнула Мура. - Таковы суровые будни следственной
работы.
Не успела она произнести свою сакраментальную сентенцию, как в дверь кто-то
позвонил. Мура продолжила мясную
экзекуцию, а Вика пошла открывать.
На пороге стоял тот самый невышедший росточком следователь, который
накануне расспрашивал ее за кулисами.
ПЫШКА, БЕЛКА И ЧЕРЕПАХА
Рогов проснулся рано - в шесть часов, повалялся минут десять и встал.
Конечно, придавить еще минут шестьдесят он
вполне мог себе позволить, но с такой заботой, какая свалилась на него перед
самым, так сказать, уик-эндом, особенно не
вылежишься. Скучно перекусил бутербродом с "Докторской" колбасой и чашкой сильно
отдающего одеколоном жасминового
чая еще из запасов, сделанных женой.
Побрился, разглядывая в зеркало свою унылую физиономию, и, одевшись в
стиле, каковой модельеры застойных времен
называли молодежным - то бишь в джинсы и ветровку, - отправился туда, где до
вчерашнего дня проживала красавица Лика
Столетова, ныне пребывающая в морге судебно-медицинской экспертизы.
Как выяснилось еще вчера, сама она была родом из Озерска, где, судя по
рассказам ее коллег-манекенщиц, еще коптила
белый свет ее выжившая из ума престарелая бабка. В Москве же Лика снимала
однокомнатную квартиру в одном из спальных
районов. Квартира эта принадлежала то ли ее подружке, то ли знакомой, удачно
выскочившей замуж за итальянца и уже года
три не казавшей носа в родном городе.
Накануне Рогов уже осматривал квартиру с участковым и понятыми, но ничего
заслуживающего внимания не приметил.
Обычная светелка одинокой девушки - много косметики, новомодных тряпок,
бижутерии и бестолковых безделушек типа
плюшевых медвежат и расписных шкатулочек. Да, еще на стене, возле кровати,
маленький колокольчик на шнурке. Кругом
порядок и никаких намеков на недавнее присутствие постороннего. Сегодня Рогов
решил осмотреться повнимательнее, для
того он накануне и захватил с собой ключ от квартиры.
До нужной улицы пришлось добираться на метро с двумя пересадками, а такой
способ передвижения он очень не любил не
столько по причине вечной толчеи, сколько из-за уже упоминавшихся книжных лотков
в переходах, с которых продавались
романы этой, этой...
Поднявшись на лифте на шестой этаж типовой двадцатидвухэтажной башни, Рогов
открыл ключом нужную дверь и
перешагнул порог квартиры, в которой, казалось, повисла тягучая тишина. А ведь
еще вчера утром здесь кипела жизнь,
красивая молодая женщина прихорашивалась у зеркала, собираясь выйти из дому, и
не подозревала, что назад ей уже не
вернуться. Или подозревала? Если верить собранной накануне информации, то первый
вариант предпочтительнее второго, а
там поди угадай.
Рогов еще раз поочередно открыл многочисленные коробочки и шкатулочки,
полные дешевых побрякушек. Ну, не совсем
побрякушек, были там два перстенечка, золотые, но довольно простенькие, сразу
видно, не фамильные драгоценности,
серебряные цепочки и брошь с камеей, но Рогов за свою не слишком продолжительную
следственную практику видел
вещички и покруче. Потом взялся за объемистый альбом для фотографий, где были
сплошь недавние снимки, сделанные
"Полароидом", а на них - какие-то вечеринки, пикники, причем в большинстве своем
с присутствием модных див, которых он
уже имел удовольствие лицезреть вчера вечером, а с некоторыми даже и пообщаться.
Кстати же, несмотря на совместное
(судя по снимкам) времяпрепровождение, они знали о покойнице не так уж много. То
ли она была достаточно скрытной
особой, то ли жизнь ее и впрямь не изобиловала событиями. Хотя при такой-то
внешности... А впрочем, не зря говорят, что
внешность бывает обманчива. Рогов, например, в свою студенческую бытность знавал
одну деваху, ничего особенного:
бородавка на верхней губе, ноги - говяжьи бульонки, так за ней мужики носились
табунами!
Рогов сел в кресло, положил альбом с фотографиями на колени и начал
рассматривать снимки с педантичностью злой
свекрови, выискивающей в невестке скрытые изъяны и пороки. Ничего не скажешь,
усопшая была весьма фотогеничной, и по
части изъянов никто бы здесь особенно не поживился. А вот тут она была особенно
хороша: в бирюзовом платье, с волосами,
уложенными вокруг головы короной - а-ля пятидесятые... Между прочим, что это
такое симпатичное у нее на шее? Такого
колье Рогов не встречал ни в одной из ее шкатулок.
Отложив альбом в сторону, он снова принялся ревизовать имущество убитой.
Обшарил ящики туалетного столика,
проверил все карманы - а гардероб у покойницы был обширный, даже под кровать
заглянул - ничего подобного. Снова взял в
руки альбом, присмотрелся к снимку, по которому, к сожалению, трудно было
определить ценность этого колье. Рогов
задумался: выходит, есть одна пропажа? А вдруг она взяла его у кого-нибудь на
время или давным-давно продала? Нужно
будет поинтересоваться у ее подружек и бабки, если, конечно, она в состоянии
отвечать на вопросы, потому что, судя по тому,
как ее описали, проблема с этим не исключена.
Еще раз осмотревшись напоследок, Рогов взял снимок, где Лика Столетова была
запечатлена с исчезнувшим колье, сунул
его в нагрудный карман ветровки, а потом решил, что стоит прихватить заодно и
весь альбом. Положил его в один из пакетов,
висевших на крючке в прихожей - аккуратная была девица, - и вышел из квартиры,
захлопнув за собой дверь и тщательно
проверив надежность замков. Уже во дворе он, задрав голову, посмотрел на окна
оставленной квартиры, словно ожидал, что
ему кто-нибудь помашет вслед.
- Куда теперь? - спросил он сам себя. - Опять по длинноножкам? - Рогов имел
в виду манекенщиц. И сам же себе ответил:
- А не проведать ли мне Пышечку? Она, поди, уже успокоилась и вполне может
вспомнить что-нибудь такое, что вчера
запамятовала с расстройства.
На том и порешил. Правда, поначалу хотел позвонить ей по телефону, дабы
уведомить о визите, но потом взглянул на
часы, которые показывали начало одиннадцатого утра, и решил, что вполне может
позволить себе небольшой сюрприз.
Пышечка распахнула перед ним дверь и, что не ускользнуло от бдительного
взгляда сыщика, жутко растерялась. До такой
степени, что, хотя и открыла рот, не смогла выдавить из себя ни единого звука.
Зато откуда-то из глубины квартиры донеслось:
- Кто там пришел?
- Извините за" столь ранний визит, - переминаясь с ноги на ногу,
пробормотал Рогов, намеренно изображая из себя
этакого простака и увальня, - был тут неподалеку и решил к вам заглянуть...
Думаю, может, вы еще что-нибудь вспомнили
относительно вчерашнего...
Х
...Закладка в соц.сетях
