Жанр: Боевик
Полковник 1-2.
...ра.
- Стоп! - скомандовал командир. Почему стоп? Почему нужно останавливаться
перед самым финишем? Когда осталось всего лишь…
- Почему?
- Не знаю. Не нравится мне что-то. Какое-то дурное предчувствие.
Разведчики не смеются над предчувствиями. Разведчики верят в
предчувствия. Так же как в интуицию. Потому что предчувствие - это
продолжение опыта. Когда видишь и слышишь гораздо больше, чем осознаешь.
Когда опасность чувствуешь по запаху. Именно поэтому предчувствия бывают
лишь у опытных бойцов. Салаги ничего не чуют. Даже за два шага до смерти.
- Группе привал. Дозору проверить подходы к опорному пункту!
- Есть!
- На пузе, мужики! Как мышки!
- Вон они! - показал боец
синих
, лежащий в засаде. - Ползут. Прямо на
пулемет ползут, - и потянул на себя рычаг затвора.
- Погоди. Не дергайся. Это только дозор. А нам все нужны. Пусть всех
притащат А там с другой стороны наши подоспеют.
- А если они нас заметят?
- Хрен они нас заметят. Мы сами себя не заметим, если на шаг отойдем.
Сиди и не суетись. Эта дичь сама через пять минут на ружье выскочит…
- Ну?
- Все чисто. К логову никто не подходил.
- Не подходил, говоришь… Ну тогда так. Тогда вы колонной прямо, а
остальные по кустам…
- Зачем по кустам?
- Затем, что приказы не обсуждаются!
- Опять идут, - кивнул пулеметчик.
- Все?
- Еще не вижу. Но, наверное, все.
- Приготовиться к бою.
За кустами дробно рассыпались автоматные очереди. По слуху можно было
определить, что били в упор, потому что длинными, безостановочными
очередями. Такими очередями не ведут бой.
Такими очередями расстреливают.
Услышавшие выстрелы, вышедшие под невидимый ими пулемет передовые бойцы
красных
мгновенно пригнулись, развернули назад автоматы.
- Наши, - сказал пулеметчик. - В хвост чешут. Значит, нам пора в гриву, -
и, припав к пулемету, нажал курок.
Короткая очередь ударила в первого вылезшего на засаду и повернувшегося к
ней спиной бойца.
- Первый! - начал отсчет пулеметчик.
Но второго бойца ему уложить было не суждено. В засаду, откуда-то сбоку,
прямо под ноги пулеметному расчету, скатились две гранаты.
Какие гранаты?
Почему гранаты?
Гранаты были с предохранительной чекой, но это ничего не значило. Гранаты
были в засаде!
- Шабаш, ребята! Отвоевались! Сдавай оружие, - сказал командир
красных
,
заглядывая в амбразуру.
- Как это? Откуда вы? - ошарашенно вопросил совершенно сбитый с толку
пулеметчик.
- Оттуда, откуда не ждали, - сказал
красный
командир. - А вообще-то с
трупами не разговаривают.
Со стороны тропы появились прочие мрачные, одновременно поминающие черта,
бога, маму и
красных
синие
бойцы.
- А как же они?
- Они? Они так же, как вы. Мертвые. Хотя для отдавших богу душу минуту
назад покойников - слишком даже разговорчивые…
- То есть мы…
- То есть вы проиграли. С натурально сухим счетом…
- Я не согласен, - возразил командир
синих
. - Это была подстава.
- Это не была подстава. Это была дезинформация. Мы всучили вам дезу, и вы
на нее клюнули. Вы хотели легко, не бегая по лесам, добыть нас. И угодили
под наши автоматы. Все по-честному. Мы поймали вас на вашу засаду! Потому
что нигде, кроме как возле логова, вы устроить ее не могли. Вначале мы
дождались и расстреляли вас, а потом вычислили вашего не вовремя
высунувшегося пулеметчика. Который позарился на головную часть дозора. Мы
отдали вам нескольких наших людей, но забрали всех ваших. Один к шести.
- Пожертвовал засаде дозор, чтобы увидеть траекторию пуль, которые бьют
им в грудь? Не пожалел, угробил мужиков.
- Все как положено. Дозор отдал. Они, как если бы в бою, даже ничего не
знали, идя на стволы. Зато остальных спас.
- Но если бы в настоящем бою, мы бы выпотрошили из вашего хромоножки всю
правду. И хрен бы попались на вашу удочку.
- Вы и так выпотрошили всю правду. Которую вам надо было знать. Ведь он
вам все рассказал не за чашкой чаю. Вы использовали все разрешенные методы.
И он заранее знал, на что шел. Он шел мучиться и умирать, чтобы спасти
остальных. Какая же это подстава? Это засылка агента с целью дезинформации
противника. Это героизм. За который в реальных боевых вручают желтые
звездочки.
- И расстреливают, когда выясняется, что это была деза.
- А он все равно уже был не жилец. Хоть так, хоть так.
- Ты специально вывихнул ему ногу?
- Нет. Травма действительно случайная. А дальше я подумал, чем просто его
добивать
, лучше использовать его
смерть
во благо. В боевых условиях я бы
сделал то же самое.
- В боевых условиях ты бы не решился доверить жизнь всех - одному. Вдруг
бы ему не поверили? Вдруг бы он скис и рассказал всю правду?
- Поверили бы. Потому что
враги
от него ждали именно ту правду, которую
он рассказал. А насчет того, что он мог сломаться, - я знаю своих людей. И
верю им. Тебе бы я, возможно, сыграть роль жертвы не предложил…
- Хочешь сказать, переиграл?
- Не хочу сказать - а переиграл. По всем статьям.
- Ладно, еще не вечер. Еще посредник своего слова не сказал.
- Может, и не вечер. Но для кое-кого уже глубокие сумерки…
Глава 47
На расчистку завалов были выделены все силы местного отделения военной
разведки, подняты солдаты ближнего гарнизона и курсанты двух военных училищ.
Место работ оцепили забором из колючей проволоки, возле которого
поставили вооруженных автоматами солдат.
- Осмотрите, перещупайте, перетрясите окружающую местность. Каждый
сантиметр. Ройте землю экскаваторами и собственным носом. Вы должны собрать
здесь все металлические, пластмассовые и прочие осколки. Все - что не земля
и не камни! - распорядился генерал Федоров. - За исполнение отвечаете
погонами!
- Есть.
- Что есть?
- Есть погонами!
Ответственный за раскопки развернулся на каблуках и пошел в сторону
раскинутого рядом с местом работ палаточного лагеря.
- Первая рота - северная оконечность участка. Вторая рота - западная.
Третья рота - восточная. Четвертая рота - южная. Работать - каждый в своем
квадрате. Собирать металл, пластмассу, дерево, стекло. Все собирать, что
видите. На карачках собирать! Чтобы ближе глазами к земле! Если увижу хотя
бы одну выпрямленную спину… пеняйте на себя! Найденные предметы складировать
в обозначенных местах. Проверенные участки сдавать лично мне или дежурному
по лагерю под роспись. Все! Личному составу получить инструмент. Командирам
и замполитам ко мне!
- Первая рота! Напра-во! Вторая рота! Направо! Третья рота…
- Значит, так, - внушал старший командир замполитам. - Разъяснить личному
составу, что мы собираем обломки потерпевшего катастрофу военного самолета,
который упал на дом. Что дело это ответственное и отнестись к нему надо
соответствующим образом. Можете организовать какое-нибудь там
социалистическое соревнование и соврать, что лучшие из лучших поедут в
отпуск. Для стимула. А если без стимула, если мы здесь что-нибудь пропустим,
я с вас сам лично шкуры поспускаю и пущу на портупеи. Потому что с меня тоже
спустят. В общем, если что не так - хрен всем нам очередные звания и отпуска
в летний период. Останетесь вечными старлеями и в ближайшие пять лет
отдыхать будете в феврале! Ясно? Тогда выполняйте!
Командиры разбежались к своим подразделениям вдохновлять личный состав на
добросовестный труд.
Бойцы отделенными цепочками потянулись к бортовым машинам, загруженным
рабочим инвентарем.
- Первое отделение! Получить инструмент.
- Второе отделение! Получить инструмент.
- Третье отделение…
Солдаты протягивали руки, в которые вкладывали инструмент: лопаты и
ведра.
- Первая рота! На исходные…
- Вторая рота…
Солдат подвели к месту работ.
- Значит, так, - повторили задачу ротные командиры в более доступной для
личного состава форме. - Встаете раком и отсюда и… до обеда. И после обеда!
И если какая-нибудь сволочь приподнимет голову или пропустит обломок… я буду
иметь весь взвод, где нашелся такой раздолбай. И тогда эти раскорячки
покажутся тому взводу раем. Я ясно выражаю свою мысль? Сержантскому составу
следить за точным исполнением приказа. Чтобы ни одной посторонней пылинки…
Иначе я поставлю раком сержантский состав. Но уже совсем для других целей!
Исполнять!
Солдаты встали на колени в полуметре друг от друга и, опустив головы,
поползли вперед. Найденные обломки они бросали в ведра, от чего на местности
стоял беспрерывный металлический гул.
Ведра наполнялись очень быстро, и солдаты оттаскивали их в ближний тыл,
где вываливали на специально для этой цели расстеленные полотнища брезента.
И возвращались на свое место.
- Иванов! Не сачкуй!
- Мухамадиев! Я тебя, раздолбая, сколько раз предупреждал? Я больше
предупреждать не буду!
- Э! Боец! Это что? Это что я вижу за твоей задницей? Это кому было
сказано - ни одной соринки? Или тебе, когда приказ объявляли, уши
законопатило? А ну быстро встал и прошел по новой…
Собранный мусор с брезентовых полотнищ перекладывали на носилки и тащили
в дальний угол лагеря, где три взвода сортировали его на составляющие -
черный металл в одну сторону, цветной в другую, стекло в третью, пластмассу
в четвертую.
- Ты что? - орал отделенный командир. - Цветной металл от черного не
отличаешь?
- Отличаю.
- А чего тогда бросил?
- Я думал…
- Думать дома будешь. После дембеля. А сейчас взял и переложил. Еще раз
ошибешься, я тебе продемонстрирую разницу между обычным и цветным на твоей
дурной башке. Тогда сразу сообразишь. По тяжести. Понял?
- Понял, товарищ сержант.
- Иди, придурок…
К вечеру второго дня первый слой обломков и осколков был собран и
рассортирован.
Далее работали военные разведчики. Они отделяли от мусора обломки,
принадлежность которых установить не составляло труда без экспертизы. Куски
водопроводных труб и батарей отопления, обрывки электрических проводов
бытового назначения, осколки оконного стекла и черепицы. Все прочие, не
поддающиеся опознанию на месте предметы они укладывали в специальные
деревянные ящики, которые увозили в город.
В городе осмотр продолжали эксперты-криминалисты. Они устанавливали
принадлежность того или иного осколка и, прикрепив к нему соответствующую
бирочку, оттаскивали в хранилище.
Неопознанные обломки накапливались в специальном контейнере,
предназначенном для отправки в Москву для более тщательного их изучения.
День за днем роты, ползая на коленях и снимая пласты грунта, зарывались в
землю. Все глубже и глубже. Местность, где недавно стоял фермерский дом,
стала напоминать небольшой угольный разрез, на дне которого возились фигуры
солдат, а по периметру поднимались горы отработанной земли. Только добывали
в этом разрезе не уголь и не руду, а необходимые для следствия вещдоки.
- Личный состав устал, - докладывали младшие командиры старшим. - Они не
понимают необходимости этих работ…
- Роты бунтуют. Может, законсервировать работы? Дать передышку? -
предлагал начальник работ.
- Основная задача выполнена. Я думаю, вряд ли они смогут найти еще что-то
существенное… - докладывал в Москву ответственный за проведение операции
местный гэрэушник.
- Копать! - коротко приказывал генерал Федоров.
- Копать! - дублировал его команду гэрэушник. - Чем быстрее вы закончите
это дело, тем вам лучше.
- Отставить пререкания! И копать! - кричал начальник работ. - Мне тоже
все это во где сидит! Но приказ есть приказ! Копать!!
- Выходи на работу! - отдавали команду ротные командиры. - Ничего,
ребята, немного осталось. Скоро закончим, и по казармам!
Наконец посторонние предметы, вбитые в глубинные слои почвы взрывом,
попадаться практически перестали.
- Сегодня тоже почти ничего, - докладывали дежурному по лагерю ротные
командиры. - Полтора ведра весь дневной улов.
- А у нас два…
Работы были завершены. К месту выработок подогнали бульдозеры, которые
завалили яму землей. Колючую проволоку сняли. Палаточный лагерь свернули.
Роты разъехались к местам постоянной дислокации.
Теперь дело было за криминалистами и реставраторами. Бесконечно перебирая
и пригоняя, они начали соединять отдельные части в неизвестного назначения
предметы. Словно мелкие цветные стеклышки в одну огромную живописную
мозаику.
И получались почти целые или угадываемые лишь по отдельным фрагментам
приемники, телевизоры, газовые плиты, кофеварки и прочая домашняя техника.
- Меня не интересует бытовой ширпотреб, - злился генерал Федоров. - Меня
интересует совсем другое.
- Что? - спрашивали криминалисты. - Нам трудно работать, не зная, что мы
ищем.
- Оружие. Сложная электронная техника. И, может быть, еще что-нибудь, -
уклончиво отвечал генерал.
Эксперты снова зарывались в обломки.
- Ну что, скоро? - торопил их генерал.
- Вы представили очень большой объем работ…
- Я знаю, что немаленький. Я спрашиваю, скоро или нет?
Верхнее начальство теребило генерала. Затянувшиеся работы давно
перескочили отпущенную на них смету. Каждый лишний день нес новый
перерасход.
Наконец эксперты выдали окончательное заключение:
- Оружие, как вы и предполагали, было.
- Какое оружие?
- Ручной пулемет, винтовка, автомат Калашникова и два пистолета. Вот на
этой фотографии вы можете увидеть соединенные в единое целое фрагменты. Как
видите, общий контур восстановленного оружия просматривается довольно
хорошо. На отдельных экземплярах читаются заводские номера. Их мы укрупнили
и вывели на отдельные листы…
Генерал Федоров ошарашенно смотрел на фотографии.
- А техника?
- Была. Мы нашли фрагменты оптического прицела, армейской стереотрубы,
бинокля, электрического дистанционного взрывателя…
- А больше?
- Больше ничего. Так, отдельные неопознанные осколки. Около полутора
килограммов. Но вряд ли они могут составить какой-нибудь самостоятельный
прибор. Скорее всего это просто осколки различных, утраченных при взрыве
предметов.
Неужели успел вывезти? - подумал генерал Федоров. - Неужели мои на
местах такие лопухи, что пропустили эвакуацию целой машины оборудования?
Теперь надо отследить все грузоперевозки в этом районе за последние
несколько недель. Опросить местных жителей, не видел ли кто посторонних
машин, не слышал ли шум моторов ночью. Допросить водителей автотранспортных
предприятий и частников, имеющих грузовые машины. И…
Или ничего этого не делать? Совсем ничего. Если предположить…
Генералу даже плохо сделалось от пришедшей ему в голову мысли.
- Давай мне связь с Архангельском, - приказал генерал находившемуся при
нем дежурному.
- Куда? В комнату спецсвязи?
- Сюда давай. Сюда! В эту комнату, - ответил генерал. - Где у вас
ближайший телефон?
- Там, на столе, - показал эксперт. Дежурный набрал код и номер.
- Это я! - сказал генерал. - Потому что приспичило! Потому и не по спец!
Слушай меня внимательно! Вы просчитывали общий объем и вес собранных в
районе происшествия обломков?
- Да. Просчитывали.
- Вместе? Или по отдельным позициям?
- По отдельным. Кирпич, металл, дерево, стекло.
- Сколько было металла?
- Около двадцати шести тонн.
- Какой металл? В основном какой?
- Разный. Швеллеры, части машин и двигателей, скорее всего наших машин,
трубы, батареи…
- Какие трубы?
- Водопроводные. Разного диаметра.
- У него что, было проведено центральное отопление?
- Нет. Насколько я знаю, нет.
- Зачем же ему были нужны батареи? - сам себя спросил генерал.
- Что? - не расслышал его архангельский абонент.
- Я говорю, много труб было?
- Прилично. Метров сто. Причем нарезанные на отдельные куски.
- Разорванные на куски?
- Нет, разрезанные. На ровные отрезки. Мы еще удивились и подумали, что
он собирался еще один забор ставить. Но уж больно низкий забор…
- Какая была величина труб?
- От одного до полутора метров.
- Вы уверены?
- Конечно! Они не выброшены. Как вы велели, лежат…
- Кретин! - сказал генерал.
- Что? Что вы сказали? - растерянно переспросил далекий абонент.
- Ничего! Это к вам не относится. Это относится ко мне! Ко мне одному! -
ответил генерал и, бросив на рычаги телефонную трубку, быстро вышел из
помещения.
Обставили! Как мальчишку обставили! Как сопливого кадета! Побренчали
перед глазами яркой погремушкой и повели куда захотели! Словно телка на
убой! И убили! Наповал!
Ведь не было там ничего! С самого начала не было. И ящики те пустые были.
Вернее, с обрезками водопроводных труб. Размером от метра до полутора. Что
совершенно соответствует габаритам пришедших по железной дороге упаковочных
ящиков. Фальшивка это была. Ловушка для дураков! Которые туда и попали!
Ах, Зубанов! Ах, волкодав! Как все продумал!
Показал прапорщика, намекнул на полюбовную с ним связь, отослал ящики с
водопроводным мусором, а потом рванул своего помощника вместе со всеми его
потрохами, заставив недоумка-противника заниматься крупномасштабными
земляными работами. На пять метров вглубь!
А сам, под прикрытием грома, молнии и чужого идиотизма, где-нибудь в
тихом месте развернул подпольный склад! Спокойно так развернул. Без суеты и
опасения быть отслеженным!
А нам оставил хрен с маслом и ржавые трубы!
Первый раз, на дне, трубы. И второй раз, в земле, трубы. Только первый
раз его ущучили. А второй - он обставил всех и вся. Вот тебе и пьянь! Вот
тебе и алкоголик!
Ушел полковник. Как вода меж пальцев утек. И тайну свою в неизвестном
направлении унес. Тайну тех, ради которых вся эта каша, похоже, и
заварилась, ящиков.
Ушел полковник! С ящиками ушел! С концами ушел!
- Сработка восьмого и девятого сигнальных и снова восьмого датчиков, -
доложил дежурный по лагерю командиру.
- Как так?
- Сам не пойму. Вначале восьмой, потом, после паузы, девятый и снова
восьмой!
- НП запрашивал?
- НП ничего не видит. Обычный пейзаж.
- Может, зверь?
- Нет. На зверя не похоже. Зверь бы так не пошел. Зверь пошел бы по
тропе. Там у него тропа к солонцам. На него сработал бы один датчик. А тут
сразу два. Причем с возвратом. Похоже, человек. Или опять техника барахлит.
- Проверь на всякий случай…
- Тревожную группу в ружье! Дежурный нажал кнопку тревоги. Тревожная
группа, разобрав оружие, выскочила на плац.
- Проведете разведку на юг, вдоль русла реки.
Проверьте восьмой и девятый датчики.
- Разведка легальная?
- Разведка смешанная. Двое явно, остальные по кустам.
- Есть!
Двое бойцов из тревожной группы скинули камуфляж, надели ватные штаны и
телогрейки, взяли в руки обычные, но с картечным зарядом двухстволки. Сунули
за голенища сапог ножи, а в невидимые заплечные кобуры автоматические
пистолеты.
- К выходу готовы.
- Как доберетесь - доложите.
Бойцы с двухстволками пошли напрямик. Шли они тихо, но в то же время
специально не прячась. В общем, как обыкновенные охотники.
Чуть поодаль, по кустам, проклиная все на свете, бесшумно продирались их
товарищи.
- Снова сработка на девятом датчике, - передал дежурный командиру
тревожной группы. - Похоже, неисправность. Но вы все равно поосторожней.
- Понял.
Группа вышла к восьмому датчику. Он был в порядке.
- Восьмой в порядке.
- Отсмотрите девятый.
Возле девятого датчика, развалясь на брошенном на землю лапнике, сидел
человек. В плаще и нахлобученной на самое лицо шляпе.
- Ты гля! - сказал один из легальных, замаскированных под охотника,
разведчиков. - Сидит кто-то.
- Где?
- Да вона, прямо.
- Точно! Откуда его в такую глухомань занесло? Слышь, мужик, ты откуда?
Бойцы скрытой разведки рассыпались по окрестностям, приготовив к бою
автоматы. Их делом было не допустить нападения с тыла и флангов.
- Да вот, грибы собираю, - сказал незнакомец. - А вы с автоматами по лесу
бегаете? Разведка опешила и вскинула ружья.
- Ты кто?!
- Я грибы собираю, - еще раз сказал незнакомец и снял шляпу.
- Товарищ полковник! - в голос вскрикнули разведчики. - Мы же вас так
могли того…
- Долго ходите, - постучал по часам полковник. - Я ждать устал.
Из кустов повылазила тревожная группа. В полном составе.
- Здравия желаем, товарищ полковник!
- Какой я теперь полковник. Григорий Степанович я теперь. Грибник и
пенсионер.
- Здравия желаем, Григорий Степанович! - поправились разведчики. - Откуда
вы здесь? Как добрались?
- Ножками добрался. Вот, грибов по дороге насобирал. Вам на обед.
- Да у нас этих грибов! Глаза бы на них не смотрели.
- Ну, извините, бананов по дороге не видел…
Полковник Зубанов прибыл в таежный лагерь с неофициальным и никак не
рекламируемым визитом.
В гражданском и потому совершенно неузнаваемом виде он сошел с поезда,
сел на автобус и доехал до Речного вокзала. Там он купил билет до дальней,
но не последней, чтобы не привлекать к себе внимание, пристани.
Сойдя на берег, он с грибным лукошком углубился в лес и вышел в
семидесяти пяти километрах вверх по течению. Возле самого лагеря.
Где его, ожидающего подхода тревожной группы, и застали.
- Надолго к нам, товарищ полковник?
- Пока не погоните.
- Да что вы! Да разве мы…
- Наворочал ты дерьма - лопатой не разгрести, - выговаривало генералу
Федорову непосредственное начальство. - На хрена ты в Архангельске ямы рыл?
Тебе что, своего огорода мало, что ты тундру стал перекапывать?
- Мне необходимо было убедиться…
- Тебе необходимо было испросить разрешения, прежде чем привлекать к
своим затеям чуть не половину личного состава Северного округа. Министерство
жалобами забросали. Насчет того, что разведка задумала второй
Беломоро-Балтийский канал выкопать силами незаконно привлеченных солдат и
курсантов.
- Я докладывал, прежде чем…
- Докладывал… Ты мне что сказал? Что надо провести розыск вещдоков. А сам
полтундры срыл! Если бы ты сказал, что тебе не дают покоя лавры Хеопса, я бы
тебя из Москвы дальше сто первого километра не выпустил. Меня даже
зам-министра спросил, чего это мы копаем! А я, как последний дурак, ему уши
тер про подземные склады! Со стыда чуть не сгорел. Ты, говорят, там еще из
орудий стрелял?
- Из одного орудия.
- Из одного… А тебе, поди, хотелось тактический ядерный заряд рвануть.
Чтобы во всю Ивановскую! Чтобы шума и славы побольше! Может, мне тебя в
артиллерию перекинуть? Или лучше в стройбат. Там много копают. И глубоко.
Там тебе будет где развернуться…
Генерал Федоров молчал. Словно провинившийся школьник перед директором
школы. И смотрел на пышный начальственный ковер. На котором его уже полчаса
куда только можно… воспитывали.
- Ладно, хватит мне взглядом дырку в ковре сверлить. Докладывай
результаты.
Ну вот и подошли к самому неприятному. Потому что докладывать было
нечего.
- Мы провели оперативную и следственную разработку так называемого
северного следа
и пришли к выводу, что он организовывался противником в
качестве, если так можно выразиться, ложного плацдарма, с целью отвлечения
внимания от основного направления…
- Ты мне словесную шелуху на уши не сыпь. Не сласти тухлятину! Она от
того съедобнее не станет. Так и говори - прос…ал операцию! Обвели тебя
вокруг пальца твои гражданские коллеги. Как мальчика! Так?
- Так!
- Ну вот и не вертись, как гимназистка под юнкером. Зря, выходит, ямы
копал?
- Нельзя сказать, что совсем зря. Отрицательный результат, он тоже…
- Зря! Всю армию насмешил, меня подставил, а результат с гулькин хрен!
Что теперь делать думаешь?
- Искать!
- Что искать?
- То, что потерял!
Генерал Федоров развернул папку текущих мероприятий.
- Во-первых, развернуть поиск всех бывших работников отдела. Через
адресные столы, родственников, друзей, сослуживцев установить их нынешнее
место жительства, работы. Отследить контакты. При необходимости привлечь
Министерство внутренних дел, объявить всероссийский розыск. Во-вторых…
- Ладно. Давай так, генерал, действуй по своему усмотрению. Ты
напортачил, тебе и исправлять. Я тебя прикрою. В последний раз прикрою.
Перетряхни все, что можешь перетряхнуть, но результат выдай. Нам теперь ту
твою прореху можно только неоспоримыми успехами залатать. Только полной и
безоговорочной победой. Справишься - честь тебе и слава. Нет - сам
отдуваться будешь. Причем по самой полной программе. Вплоть до перевода в
гражданские сторожа! Уж не взыщи. Ты сам эту кашу заварил, сам ее солью да
перцем заправил! Самому и лопать! Кто-то должен отвечать за котлованные
работы. Понял?
- Понял! Если понадобится - отвечу!
- Отвечу… У тебя в случае чего один ответ, как у того попавшего под
трибунал военного преступника -
Я исполнял приказ вышестоящего
командования
. А то начальство в хвост и гриву! Ты скажи, хотя бы уверен в
успехе?
- Нет, - честно признался генерал Федоров. - Теперь уже нет.
- Ладно, иди работай. И постарайся выбраться из этого дерьма сухим. И
заодно всех нас вытащить! Пока мы по твоей милости в том самом не утопли.
Ступай, шахтер хренов! Выкопал яму… Для всех для нас. Ступай с глаз долой…
Генерал Федоров повернулся и пошел по ковру к двери.
Нехорошо все это как-то вышло. И яма, и войска, и прапорщик. И разговор
этот с начальством. Боком все вышло.
Верно говорит новомодная армейская пословица - инициатива наказуема!
- Как у вас тут?
- Все в порядке,
...Закладка в соц.сетях
