Жанр: Боевик
Джеймс Бонд - агент 0 0 7. 1-25.
... - затем
помолчал, пересек шоссе и добавил, - правда, когда он начал играть, у него
было 500 тысяч.
Машина пересекла шоссе и остановилась у большого розового здания со
стеклянными дверями и подъездом с колоннадой. Швейцар, одетый в форму
небесно-голубого цвета, открыл двери такси и забрал вещи Бонда. Бонд вышел
из машины.
Открывая плечом стеклянные двери гостиницы, Бонд услышал, как Эрни
Курео говорил швейцару:
- Какой-то сумасшедший англичанин. Нанял меня за 50 долларов в день.
Неплохо, правда?
Дверь захлопнулась за его спиной, и прохладный воздух нежным поцелуем
приветствовал его в сверкающем дворце человека по имени Серафимо Спэнг.
16
Бонд пообедал в "Солнечном зале" рядом с большим бассейном в виде
огромной почки (табличка у бассейна сообщала, что спасателем здесь
работает Бобби Билбо, и что вода в бассейне меняется ежедневно) и, увидев,
что лишь около 1% посетителей годились для ношения купальников, медленно
вышел на улицу, прошел двадцать ярдов по выжженному солнцем газону,
отделявшему его корпус от главного, разделся догола и свалился в кровать.
Отель "Тиара" состоял из шести зданий с названиями драгоценных
камней. Номер, где проживал Бонд находился на первом этаже Бирюзового
корпуса. Интерьер был весь исполнен в светло-голубых тонах с отделкой из
темно-синего и белого цветов. Это был очень удобный номер, обставленный
дорогой, современной и изысканной мебелью из серебристого дерева,
напоминавшего березу. Рядом с кроватью находилось радио, а сбоку от
широкого окна стоял небольшой телевизор. За окном был расположен небольшой
закрытый дворик для завтрака. Было очень тихо, даже кондиционер с
терморегулятором работал бесшумно и Бонд сразу заснул.
Он проспал четыре часа. За это время спрятанный в тумбочке у кровати
магнитофон записал четыре часа гробовой тишины, погубив на это сотни
метров пленки.
В семь часов он проснулся. Магнитофон зафиксировал, что он поднял
трубку телефона, попросил госпожу Тиффани Кейс и после паузы попросил
передать, что звонил господин Джеймс Бонд, и положил трубку. Дальше были
записаны шаги Бонда по комнате, шипение воды в душе, в и семь тридцать -
шум захлопнувшейся двери и щелчок - Бонд вышел и закрыл дверь.
Через полчаса микрофон услышал стук в дверь, а спустя некоторое время
- шум открывающейся двери. В номер вошел мужчина, одетый в форму
дежурного. В руках у него была корзина с фруктами и запиской: "Добро
пожаловать в наш отель. Администрация". Он быстро подошел к тумбочке рядом
с кроватью, открутил два винтика, снял с кассеты тончайшую пленку, заменил
ее новой, поставил корзину с фруктами на столик, вышел и закрыл дверь.
В течение нескольких часов после ухода дежурного магнитофон
старательно записывал тишину.
Бонд сел у длинного бара "Тиары" и, потягивая водку с мартини,
профессиональным взглядом окидывал большой игорный зал.
Он сразу обратил внимание на своеобразие архитектурного стиля,
который, по всей видимости, был изобретен в Лас-Вегасе и который можно
было бы назвать школой "Позолоченной мышеловки". Главная цель ее
заключалась в том, чтобы всех клиентов-мышей направлять в центральную
игорную ловушку, независимо от того, хотят они сыру или нет.
Войти сюда можно было или с улицы или же из холла гостиницы, через
бассейн. Через какой-бы вход вы не вошли и чтобы вы ни собирались делать -
купить ли в киоске газеты или сигареты, сходить ли в бар или пообедать в
одном из двух ресторанов, постричься или позаниматься в гимнастическом
зале, или даже просто зайти в туалет - вы все равно обязательно пройдете
мимо игральных автоматов и игорных столиков. И как только вы оказались в
этой ловушке из щелкающих автоматов, среди которых время от времени
раздается пьянящий серебристых звон падающих монет или же громкий возглас
девушки-крупье, объявляющей "Очко" - то вы пропали. В толпе возбужденных
игроков, сидящих за тремя огромными карточными столиками, среди манящего
жужжания двух рулеток, и звона серебряных долларов, скользящих по зеленому
сукну столиков для игры в "Блэк-джек", только стальная мышь могла бы
удержаться и не попытаться отгрызть лакомый кусочек от этого сыра.
Но, - подумал Бонд, - чтобы клюнуть на такой прогорклый сыр нужно
быть уж очень глупой мышью. Мышеловка была задумана грубо, вульгарно и так
и бросалась в глаза, а шум игральных автоматов своей механической
уродливостью бил по мозгам. Он напоминал грохот двигателей старого
несмазанного и нечищенного сухогруза, который после списания медленно шел
к берегу, чтобы превратиться в металлолом.
У автоматов стояли люди и дергали ручки автоматов с таким видом,
словно само это занятие им было противно. И, едва увидев в стеклянном
окошечке свою судьбу, они не дожидаясь, пока колеса остановятся, запускали
в автомат очередную монету и поднимали правую руку, которая уже точно
знала что делать, Бум-трам-зинь. Бум-трам-дзинь.
И если время от времени из автоматов сыпался серебряный дождь,
стоявшая внизу металлическая чашка переполнялась, монеты сыпались через
край и дамам приходилось опускаться на колени, чтобы подобрать
закатившуюся под автомат монету. Да, Лейтер был прав - в основном это были
женщины, пожилые, состоятельные домохозяйки, которые целыми стайками,
подобно курочкам-несушкам, толпились у игральных автоматов, наслаждаясь
прохладой и ласкающим слух жужжанием колес, и продолжали играть до тех
пор, пока не кончится последний доллар.
И вдруг Бонд услышал возглас "Банк!", И тут же несколько женщин
подняли головы и перед ним предстала совершенно другая картина. Все эти
женщины напоминали ему подопытных собак доктора Павлова, у которых при
звонке начинала течь слюна, даже если кушать ничего и не давали, и при
виде бессмысленных глаз этих женщин, их кожи, влажных полураскрытых ртов и
израненных рук Бонда передернуло.
Бонд отвернулся от зала и отпил глоток мартини. Одним ухом он
продолжал слушать музыку, доносившуюся из другого конца зала, где,
расположившись рядом с полдюжиной магазинов, играл какой-то знаменитый
ансамбль. Над входом в один из магазинов висела надпись: "Дом
бриллиантов". Бонд подозвал бармена и спросил:
- Господин Спэнг сегодня здесь не появлялся?
- Пока не видел его, - ответил бармен. - Обычно он приходит после
первого шоу. Около 11 часов. Вы его знаете?
- Понаслышке.
Бонд расплатился и направился к столикам для игры в "очко". У
среднего стола он остановился. Здесь он будет играть. Ровно в 10 часов 05
минут. Он взглянул на часы: восемь тридцать.
Небольшой столик, за которым ему предстояло играть, имел форму
огромной почки и был покрыт зеленым сукном. Восемь игроков расселись на
высоких стульях напротив сдающего, который прислонившись животом к краю
стола, сдавал по две карты и расставлял их на восьми пронумерованных
квадратиках, рядом со ставками игроков. Ставки состояли в основном из пяти
или десяти серебряных долларов или же жетонов стоимостью в 20 долларов.
Сдавал карты улыбающийся мужчина лет сорока. На нем была специальная форма
для служащих казино - застегнутая на запястьях белая сорочка, тонкий
черный галстук в стиле вестерн, зеленая кепка и черные брюки. Спереди,
чтобы брюки не протерлись, был надет небольшой зеленый суконный передник,
на котором в уголочке было вышито имя Джейк.
Он сдал карты и с невозмутимой легкостью распорядился ставками.
Тишину нарушали лишь редкие просьбы принести рюмочку спиртного или
сигареты, и официантки, ходившие между столиками тут же все это приносили.
Здесь же, на центральной площадке, находились двое верзил с рысьими
глазами и с револьверами на боку, и внимательно наблюдали за игрой.
Игра шла быстро, четко и однообразно. По однообразию она, пожалуй, не
уступала даже игральным автоматам. Немного понаблюдав за игрой, Бонд
направился в дальний конец казино, где были две двери с надписями
"Курительная" и "Уборная". Бонд на своем пути прошел мимо четырех
"шерифов" в красивых серых костюмах в стиле вестерн. Брюки были заправлены
в голенища полусапожек. Присутствие их было незаметным - они никому не
мешали, но видели все. С каждой стороны у них было по два револьвера в
открытой кобуре, а на поясе сверкала бронзовая "батарея" из пятидесяти
патронов.
"Да, охрана здесь приличная", - подумал Бонд, открывая двери
курительной комнаты. Внутри, на кафельной стене была надпись: "Станьте
ближе. Он у вас не такой длинный, как вы думаете". Ковбойский юмор! Бонд
задумался, а не включить ли эту надпись в свой очередной письменный отчет
шефу. Решил, что не стоит. Он вышел из курительной комнаты, прошел между
столиков и подошел к двери с надписью "Опаловый зал".
Круглый ресторан в розовых, белых и серых тонах был полупуст. К нему
подпорхнула официантка и провела к угловому столику. Она наклонилась,
чтобы поправить стоявшие на столе цветы и заодно показать, что ее
очаровательные груди, по крайней мере, наполовину настоящие, грациозно
улыбнулась и ушла. Спустя 10 минут подошла другая официантка с подносиком,
положила на тарелку перед ним булочку, кусочек масла, блюдечко с оливками
и сельдерей с оранжевыми дольками сыра. Затем подбежала официантка
постарше, подала ему меню и, уходя, сказала: "Одну секундочку!".
Через 20 минут после того, как он сел за стол, Бонд сумел наконец
заказать дюжину устриц и бифштекс и, опасаясь очередной долгой паузы, на
всякий случай заказал еще одну водку с сухим мартини.
- Вино вам сейчас принесут, - сказала девушка и удалилась в
направлении кухни.
"Да, вежливость у них поставлена лучше, чем сервис", - подумал Бонд и
решил заняться едой.
Во время прекрасного ужина, который пришлось ждать так долго, Бонд
думал о предстоящем вечере и о том, как побыстрее закончить порученное ему
дело. Ему уже порядком надоела роль подопытного жулика, которому вот-вот
должны были заплатить за первое выполненное задание, и которому в случае,
если он понравится господину Спэнгу, могут дать настоящую работу с другими
взрослыми ребятами, работающими на эту банду. Его раздражало то, что он не
владел инициативой, и что по приказу каких-то бандитов его сначала послали
в Саратогу, затем - в эту гнусную ловушку для фраеров. А он вынужден
сидеть здесь под пристальным взглядом этих бандитов, ужинать за их счет,
спать в их гостинице, пока они присматриваются к нему, обсуждают,
достаточно ли тверда его рука, внушает ли он доверие, достаточно ли он
крепок, чтобы выполнить какую-нибудь грязную работу.
Бонд злобно жевал бифштекс, словно это были пальцы Серафимо Спэнга и
проклинал тот день, когда он согласился играть эту идиотскую роль. Но
затем Бонд успокоился и доел свой бифштекс. Что же его беспокоило? Это
было важное задание и до сих пор все шло нормально. Он уже добрался до
самого конца цепочки - до приемной господина Серафимо Спэнга, который со
своим лондонским братом и с таинственным АВС руководил крупнейшим в мире
контрабандным бизнесом. В таких случаях нельзя придавать значение эмоциям.
Просто у него было неприятное ощущение, похожее на тошноту, тошноту от
долгого и тесного общения с могущественными и отвратительными
американскими бандами, от соприкосновения с полной опасностей "сладкой
жизнью" гангстеров-аристократов.
Но за чашкой кофе Бонд понял, что это просто тоска по своей настоящей
жизни. Он пожал плечами и подумал: "Пошли они все к черту - и Спэнг, и
весь этот бандитский город Лас-Вегас". Он взглянул на часы - время было
ровно десять часов. Он закурил, встал, медленно прошел через зал и
направился в сторону казино.
Игру, в которую ввязался Бонд, можно было продолжить двумя путями -
или тихо ждать развития событий или же форсировать события так, чтобы
что-то обязательно произошло.
17. СПАСИБО ЗА ВСЕ
В большом зале была уже совершенно другая обстановка. Стало намного
тише. Оркестр уже не играл, ушли толпы женщин, и лишь несколько игроков
продолжало сидеть за карточными столиками. Две или три "шиллы" -
симпатичные девушки в элегантных вечерних платьях, получившие по пятьдесят
долларов для того, чтобы оживлять игру, все еще играли в рулетку. Был еще
пьяный вдрызг мужчина, который цеплялся за высокий край стола и громкими
заклинаниями пытался склонить на свою сторону непослушные игральные кости.
Изменилось еще что-то. За ближайшим к бару столиком для игры в "очко"
с колодой карт в руке сидела Тиффани Кейс.
Вот, оказывается, кем она работает в "Тиаре".
Бонд заметил, что за всеми столиками уже работали симпатичные
девушки, одетые в одинаковые элегантные черно-серые костюмы - короткую
серую юбку с широким черным ремешком, усеянным металлическими кружочками,
серую блузку с черным платком на шее, серое сомбреро, висевшее на спине на
тонкой веревочке и черные полуботинки, одетые поверх бесцветных нейлоновых
чулок.
Бонд еще раз взглянул на свои часы и не торопясь вошел в зал. Итак,
Тиффани должна была проиграть ему пять тысяч долларов. Время, конечно,
было подобрано так, что девушка только заступила на работу, а в Платиновом
зале еще не закончилось представление с участием какой-то знаменитости.
Так что, за столом кроме них никого не будет. Никаких свидетелей, на
случай если она что-то сделает не так.
Ровно в 10.05 Бонд спокойной походкой подошел к столику и сел
напротив нее.
- Добрый вечер!
В ответ она сдержанно улыбнулась и сказала:
- Привет!
- Какие у вас максимальные ставки?
- Тысяча долларов.
Бонд достал десять стодолларовых бумажек и поставил их за чертой для
ставок, тут же к столику подошел старший по залу и стал рядом с Тиффани
Кейс. Он лишь мельком взглянул на Бонда и спросил:
- Мисс Тиффани, может быть, молодой человек хотел бы играть новой
колодой.
Он подал ей новую, нераспечатанную колоду. Девушка распечатала новые
карты и вернула ему старые.
Старший отошел на несколько шагов и словно перестал замечать, что
происходит за столом.
Ловким движением рук девушка зашуршала картами, разбила колоду на две
части, положила их на стол и безупречно выполнила трюк Скарне. Однако Бонд
заметил, что две половинки не смешались, и когда девушка подняла карты со
стола, чтобы перемешать их, обе половинки вновь оказались в первоначальном
положении. Она еще раз повторила этот маневр и придвинула карты к Бонду,
предлагая "снять" часть карт. Бонд "снял" и с одобрением смотрел, как
девушка одной рукой выполнила сложнейший карточный трюк под названием
"Эналмент".
Итак, новая колода была уже готова и весь смысл этих манипуляций
заключался в том, чтобы расположить карты в том порядке, в котором они
находились в самом начале. Но все это было проделано блестяще, и Бонд не
переставал восхищаться той ловкости, с которой девушка работает.
Он посмотрел ей в глаза, пытаясь увидеть в них понимающую улыбку - уж
слишком странная это была игра.
Она сдала ему две карты и две карты взяла себе. Вдруг Бонд понял, что
ему нужно быть очень осторожным. Он должен играть именно так, как от него
ожидают - иначе он нарушит расположение карт.
На игральном столике было написано, что "Сдающий берет карту на
шестнадцати и останавливается на семнадцати". Очевидно, они ему дадут
такие карты, что не выиграть просто невозможно, но, на всякий случай, если
за столом будут сидеть другие игроки или кто-то подойдет, чтобы просто
посмотреть, выигрыш его должен выглядеть как везение - ведь нельзя же все
время сдавать ему двадцать один, а девушке семнадцать.
Он взглянул на свои карты. Валет и десятка. Он поднял глаза на
девушку и покачал головой. У нее было шестнадцать, она взяла еще одну
карту - король. Перебор. Рядом с ней стоял ящичек с серебряными долларами
и жетонами по двадцать долларов, но тут подбежал старший по залу и подал
девушке жетон на 1000 долларов. Она взяла жетон и бросила его Бонду. Он
положил его за линию для ставок и забрал свои деньги. Она сдала ему и себе
еще по две карты. У Бонда было семнадцать и он снова покачал головой. У
девушки было двенадцать, потом пришли тройка и девятка, двадцать четыре -
опять перебор. Подошел старший и подал еще один жетон. Бонд его тоже
положил к себе в карман и оставил первоначальную ставку. На этот раз у
него оказалось девятнадцать, а у девушки десятка и семерка. По правилам
она больше не могла брать карты и еще один жетон оказался в кармане у
Бонда.
Широкие двери в конце зала открылись и в помещение хлынула толпа
людей с только что закончившегося представления. Скоро они окружат все
столики. Ему осталось сыграть еще один раз. А потом он должен встать и
уйти. Девушка с нетерпением смотрела на него. Бонд поднял свои две карты.
Двадцать. У нее тоже оказалось двадцать. Бонд улыбнулся такой тщательно
продуманной хитрости. К их столику подошли два новых игрока и девушка
быстро сдала ему еще две карты. У него оказалось девятнадцать, а у девушки
шестнадцать.
Вот и все. Старший по залу не стал даже передавать девушке жетон - он
сразу бросил его прямо Бонду, и при этом изобразил на лице плохо
скрываемую ухмылку.
Бонд положил жетон в карман и поднялся.
- Мамм-м-ма ми-и-иа! - сказал один из вновь подошедших игроков.
Бонд посмотрел на девушку и сказал:
- Спасибо, вы прекрасно сдаете.
- Приходите еще, - сказала девушка, глядя Бонду прямо в глаза.
Какую-то долю секунды она еще смотрела на Бонда, затем снова занялась
картами, тщательно их перемешала и поднесла карты одному из новых игроков,
чтобы тот их "срезал".
Бонд отвернулся и, продолжая думать о девушке, прошелся по залу.
Время от времени он оглядывался на стройную девушку в очаровательном
вестерновском костюме. По видимому, она показалась симпатичной не только
Бонду, и вскоре за ее столиком сидело уже восемь мужчин и еще несколько
стояли рядом и следили за игрой.
Бонд почувствовал прилив ревности. Он подошел к бару и заказал себе
рюмку бурбона и родниковую воду - надо же отпраздновать лежащие в кармане
5000 долларов.
Бармен достал свежую бутылку воды и поставил ее рядом с рюмкой "Олд
Грэндэда".
Бонд вспомнил, что ему говорил Феликс Лейтер и спросил:
- Откуда эта вода?
Бармен сделал серьезное выражение лицо и ответил:
- Из района Болдера. Нам ее каждый день привозят свежую. Не
волнуйтесь - она настоящая.
Бонд швырнул на стойку серебряный доллар, и со столь же серьезным
выражением лица сказал:
- Не сомневаюсь. Сдачи не надо.
Бонд стоял, повернувшись спиной к стойке бара и обдумывал свой
следующий шаг. Итак, деньги свои он уже получил, и Шейди Три ему говорил
ни в коем случае больше не играть.
Бонд допил свой бурбон и направился к ближайшему столику для игры в
рулетку. За столиком сидело всего несколько человек и ставки были
маленькие.
- Какие у вас максимальные ставки? - спросил он, обращаясь к пожилому
лысому мужчине с потухшими глазами и палочкой в руках, который в эту самую
минуту доставал из рулетки шарик из слоновой кости.
- Пять тысяч, - спокойным голосом ответил человек с палочкой.
Бонд достал из кармана четыре жетона по тысяче долларов и десять
100-долларовых бумажек и поставил все это рядом с крупье. На "красное".
Крупье выпрямился в своем кресле и покосился на Бонда. Он подбросил
четыре жетона на красное поле и подправил их своей палочкой. Затем он
пересчитал деньги, вставил их в щель своего столика, достал оттуда еще
один жетон и положил его рядом с остальными. Бонд увидел, как он коленом
нажал на звоночек, расположенный под столиком. Старший по залу услышал
звонок и подошел к столику как раз в тот момент, когда крупье закрутил
колесо.
18. НОЧЬ В ОБИТЕЛИ СТРАСТЕЙ
- Ну, как провели время?
Был уже вечер следующего дня и такси Эрни Курео медленно катилось
вдоль Стрипа к центру Лас-Вегаса. Бонду надоело ждать, когда наконец
что-то произойдет, он позвонил пинкертону и предложил встретиться и
поговорить.
- Неплохо, - сказал Бонд. - Играл в рулетку, выиграл немного денег,
но не думаю, что это расстроит нашего друга. Говорят, у него их куры не
клюют.
- Еще бы, - хмыкнул Эрни Курео. - У него столько денег, что он может
без очков садиться за руль машины. Лобовые стекла его "Кадиллаков"
выточены по рецепту окулиста.
Бонд рассмеялся:
- А на что он еще тратит деньги?
- Он тронутый, - сказал водитель. - Тронулся на Диком Западе. На 95-й
дороге купил себе целый город-призрак. Все полностью обставил - дощатые
тротуары, аккуратненький салун, построенная из досок гостиница для его
"мальчиков", есть даже старенькая железнодорожная станция. Где-то около
1905 года в этой дыре, которую из-за расположенных поблизости гор Спектер
прозвали Спектервилль, находился редеющий городок добытчиков серебра. В
течение трех лет в этих горах было добыто серебра на миллионы и все это
доставлялось по узкоколейке в Риолайт миль за пятьдесят. Там еще один
известный город-призрак. Сейчас это уже туристский центр. Там есть домик,
полностью построенный из бутылок. Раньше там была конечная станция, откуда
товар перегружался в сторону побережья. Спэнг купил себе старый локомотив
"Хайленд лайтс" - если слышали про такой, и один из самых первых вагонов
"Пулман". Держит все это на станции в Спектервилле и по выходным дням
катает своих друзей в Риолайт и обратно. Сам водит поезд. Шампанское,
икра, музыка, девочки - все дела. Должно быть, забавно. Но я никогда не
видел поезда. Туда даже близко не подберешься. Да, сэр, - водитель опустил
стекло и решительно плюнул на дорогу, - вот так господин Спэнг тратит свои
деньги. Одно слово - тронутый.
"Вот оно в чем дело, - подумал Бонд. - Вот почему он целый день
ничего не слышал ни о Спэнге, ни о его друзьях. Сегодня пятница, и значит
они все сидят в гостях у своего босса и пока он от нетерпения то купается,
то поспит, то просто поболтает в "Тиаре", они там, видите ли, играют в
паровозики. Правда, ему время от времени удавалось перехватить чей-то
быстро отворачивающийся взгляд, и рядом постоянно находился или кто-нибудь
из прислуги или одетый в форму шериф, старательно изображающий занятость,
но, в целом, Бонд ничем не отличался от остальных гостей отеля.
Как-то он перехватил взгляд одного здоровяка и обстоятельства, при
которых это произошло, доставили Бонду садистское удовольствие.
Бонд искупался, позавтракал и около 10 часов утра зашел в
парикмахерскую постричься. Посетителей было совсем немного и кроме него в
парикмахерской сидел только один крупный мужчина в красном махровом
халате. Он сидел, откинувшись в кресле, и лицо его было спрятано под
горячими полотенцами. Рядом сидела симпатичная маникюрша и занималась его
правой рукой. Ее розово-белое лицо напоминало куклу, волосы цвета
сливочного масла были коротко подстрижены. Она сидела на низком стульчике
и держала на коленях тарелочку с инструментом.
Прямо перед креслом Бонда висело зеркало и он с интересом наблюдал,
как старший мастер аккуратно приподнял сначала один, затем другой край
полотенца и маленькими, тонкими ножницами с величайшей осторожностью
подстриг волосы в ушах клиента. Перед тем, как поправить край полотенца у
правого уха, он наклонился и спросил:
- А в ноздрях подстричь, сэр?
Из-под горячего полотенца раздалось утвердительное мычание и мастер
начал раздвигать полотенце, чтобы открыть в районе носа небольшое
окошечко. Снова осторожно заработали тонкие ножницы.
Когда эта церемония завершилась, в небольшом кабинете с белыми
кафельными стенами наступила полная тишина, которая прерывалась лишь
мягким пощелкиванием ножниц над головой Бонда и редким позвякиванием
инструментов, которые маникюрщица клала обратно в эмалированную тарелочку.
Старший мастер вращением ручки выпрямил кресло. Раздался мягкий скрип.
- Ну как, сэр? - спросил Бонда мастер, взяв небольшое зеркало, чтобы
Бонд смог увидеть свою прическу сзади.
Все произошло в тот самый момент, когда Бонд рассматривал в зеркале
свой затылок. Может быть, из-за изменения положения кресла или по
какой-либо другой причине, но рука девушки дрогнула и сидевший в кресле
мужчина в красном халате с глухим рычанием подскочил в воздух, сорвал с
лица полотенце и засунул палец себе в рот. Затем вытащил палец изо рта,
резко наклонился и наотмашь ударил девушку по лицу. Девушка свалилась со
стула, а эмалированная тарелочка с инструментами покатилась по полу. Затем
посетитель выпрямился, повернул свое разъяренное лицо к старшему мастеру и
заревел:
- Уволить эту сучку!
Тут он снова засунул порезанный палец себе в рот и, переступая
домашними туфлями по инструментам, направился к двери и вышел.
- Слушаюсь, господин Спэнг, - пробормотал парикмахер сдавленным
голосом, и начала кричать на рыдавшую девушку.
Бонд повернулся в их сторону и сказал:
- Прекратите!
Потом поднялся и снял полотенце со своей шеи.
Мастер с удивлением посмотрел на него и со словами "Слушаюсь, сэр"
наклонился, чтобы помочь девушке подобрать инструменты.
Расплачиваясь за стрижку, Бонд услышал, как девушка все еще стоя на
коленях, жалобно рассказывала:
- Я не виновата, господин Лусиан. Он сегодня был какой-то нервный. У
него дрожали руки. Правда, дрожали. Я никогда его раньше таким не видела.
Какой-то он был натянутый.
Эта "н
...Поділитися у соцмережах
