Жанр: Боевик
Часы от президента
...вцев.
- Вылезай.
Вообще, боевых машин вокруг было много, в основном, конечно -
бронетранспортеры и БМД. Имелся даже танк... Часть техники, судя по всему, ржавела
тут в полной неподвижности не первый год, но кое-что содержали в полном порядке.
Появление Владимира Александровича и его сопровождающих вызвало среди
обитателей крепости заметное оживление. Со всех сторон автомобиль сразу обступили
бородачи в камуфляже, увешанные по местной моде легким и тяжелым стрелковым
вооружением.
Впрочем, к собственному удивлению Виноградов заметил среди мужчин и пару
особ так называемого слабого пола. Женщины были молоды, миловидны, но носили
автоматы, подсумки, ремни - и отличались от товарищей по оружию только отсутствием
растительности налице.
Только после того, как Шамиль по очереди поприветствовал всех, оказавшихся у
машины, а с некоторыми даже обнялся, двинулись дальше.
Идти оказалось недалеко - до соседнего дома.
- Вот, это здесь - штаб гарнизона.
- Понятно.
Местная письменность ещё не была переведена с кириллицы на арабскую вязь,
поэтому Владимир Александрович без труда прочитал табличку у входа.
- Заходи, майор! Не бойся.
- Да чего уж теперь...
Асхабов оказался точно таким же, как на многочисленных газетных фотографиях:
ещё не старик, но в возрасте. Горбатый нос, густые брови, губы в ниточку - словом,
типичное "лицо кавказской национальности".
Форма сидела на нем ладно, хотя и не по-военному, скорее, как хорошо
подогнанный штатский костюм. Владимир Александрович сразу обратил внимание на
золотистую многолучевую звезду - высший орден республики, такой же, как Владимир
Александрович видел утром.
Дверь за спиной гостей скрипнула, и они остались втроем в комнате с белыми
стенами и портретом покойного президента над столом.
- С приездом, - улыбнулся хозяин, но руки не подал.
- Здравствуйте.
- Все в порядке?
Шамиль кивнул, а Виноградов пожал плечами.
- Как доехали?
- Шумно.
- Присаживайтесь. Да, я знаю про обстрел. И про все прочее...
Владимир Александрович покачал головой:
- Я имею в виду не засаду даже. Учитывая тайный характер договоренностей и
специфику операции... Какая же тут секретность, если про мою поездку и про деньги в
этом чертовом портфеле каждая собака знает? Не говоря про здешних так называемых
полевых командиров?
- Нормально! Все так и было задумано, - усмехнулся хозяин, и увидев
недоуменно поднятые брови майора добавил:
- Потом обьясню. Позже... Открывайте.
Владимир Александрович положил чемоданчик на полированый стол. Набрал
комбинацию цифр и щелкнул замками:
- Прошу! Опись согласно договоренности.
Он поднял крышку, демонстрируя плотно уложенные пачки долларов:
- Двести тысяч ровно, старыми купюрами. Половина "стольников", половина -
по пятьдесят и двадцать баксов.
- Хорошо, - даже на первый взгляд было видно, что валюта разного достоинства
и по большей части уже побывала в употреблении. Асхабов взял в руки пристроенный
поверх денег лист бумаги с подписями и печатью. Сверился:
- Да, все в порядке.
Конечно, даже подобный "винегрет" можно пронумеровать покупюрно, чтобы
затем дать ориентировки и проконтролировать сбыт. Но похитители сделали все, чтобы
затруднить эту задачу.
Ведь прежде чем всплыть где-нибудь по официальным каналам, валюта совершит в
российском "теневом" обороте такой путь, что проследить его практически нереально. А
за границей Интерполу и без нас проблем хватает.
- Могу теперь воспользоваться телефоном?
- Да, конечно.
Асхабов протянул Владимиру Александровичу черную трубку с кнопочками и
антенной.
- А куда нажимать?
Хозяин помог набрать код, номер и сам дождался ответа:
- Алле? Кто говорит?
Невидимый собеседник представился и трубка вернулась к майору:
- Здравствуй, дядя Вася! Это я... Спасибо, добрался хорошо. Разок, правда, был
дождик, но лично меня не замочило.
Виноградов помолчал, прислушиваясь.
- Да, конечно. И письмо, и фотографии Леночкинины... Сейчас вот
рассматриваем, любуемся.
Собеседник ещё о чем-то спросил.
- Не-ет! Совсем наоборот! Все родственники уже в курсе - и знакомые, и не
очень... Некоторые даже встречать меня ездили, но дедушка настоял, чтобы я у него
поселился.
Владимир Александрович облегченно вздохнул: доклад окончен... Теперь, когда
все контрольные слова были сказаны именно в той самой, строго-насторого определенной
последовательности, можно было немного расслабиться.
- Ну, целую... Тете тоже приветик! Передаю трубку.
Пока Асхабов обусловленными фразами подтверждал по телефону благополучное
прибытие "внука", майор обратил внимание на Шамиля.
Бородач наклонился над распахнутым дипломатом с деньгами и ухмыляясь
поскребывал ногтем его пластиковые стенки. Не обнаружив внутри ни взрывных
устройств, ни хитрой электронной защиты, сопровождающий повернул голову в сторону
Виноградова:
- Молодец! Хитрый...
Виноградов развел руками и тихо ответил:
- Извини... Так спокойнее было, верно?
Шамиль выругался - на своем языке, но вполне беззлобно и скорее даже с
некоторым одобрением.
- Где расписаться?
Хозяин уже закончил разговор и достал ручку. Поставив автограф на поданном
Виноградовым бланке, он шлепнул туда же печать, потом потряс бумагой в воздухе:
- Держи. Смотри, не потеряй!
Все трое весело и облегченно рассмеялись - ещё не союзники, но уже
соучастники.
- Все, - Асхабов закрыл чемоданчик.
- Пересчитывать не будете?
- Нет. - Хозяин покачал головой, весело прищурил глаза и все же не удержался
от пояснения:
- Мы с этим вашим... "дядей Васей" когда-то вместе Академию в Москве
заканчивали. В одном номере два года жили, я у его дочери на свадьбе гулял.
- Нет вопросов!
Благодаря журналистам, биография нынешнего шефа республиканской гвардии
была известна достаточно широко. Куда меньше знал Виноградов о прошлом своего
непосредственного руководства, но ничего удивительного не было в том, что нынешние
противники в недалеком прошлом списывали друг у друга лекции по тактике и за одним
столом обмывали очередные воинские звания.
... А потом, конечно, было угощение.
Владимир Александрович давно заметил, что для людей, оказавшихся вне дома не
по своей воле - в командировках, плаваниях, дальних экспедициях, на зоне, - единицей
времени становится промежуток между приемами пищи. Жизнь течет от завтрака до
обеда, потом - до ужина, потом - спасительный перерыв на сон, и все начинается
сначала...
Убрав чемоданчик в сейф, хозяин проводил Виноградова и Шамиля в соседнюю
комнату:
- Проголодались?
Выпить с дороги не предложили, здесь это было не принято.
За столом говорил в основном Асхабов. Владимир Александрович только
поддерживал ни к чему не обязывающую беседу, налегая на овощи и баранину, а Шамиль
молчал.
- Что известно про Самошина и Гвоздюка? Последняя информация есть? -
Поинтересовался наконец майор.
- Нормально. Живы, здоровы... Скоро сами убедитесь.
Владимир Александрович кивнул:
- Надеюсь. Я ведь все равно должен оставаться здесь до конца.
- До конца чего?
- До окончания обмена. Но так, чтобы не слишком засветиться. Хотя, впрочем,
уже...
- Да, - с выражением сытости на лице подтвердил Асхабов. - Они уже знают,
что деньги на выкуп сюда доставлены.
- Ну, об этом известно не только похитителям.
- Правильно. Значит, тем более у них не возникнет теперь никаких сомнений.
- Сомнений в чем? Ведь все равно при обмене заложников...
Асхабов отмахнулся:
- Да не будет обмена... Еще чего - такие деньги всяким мерзавцам платить!
- Как это? - Положил вилку на скатерть Виноградов.
- Подожди. Подожди немного, сейчас поймешь.
Это прозвучало довольно сухо.
Хозяин отдал какой-то гортанный приказ Шамилю. Тот вытер губы, встал и не
глядя в сторону Владимира Александровича вышел за дверь.
Оставшись наедине с Асхабовым, майор подумал, что незаметно и быстро убить
этого крепыша вряд ли получится. Будет шум, возня, на крики прибежит охрана, которая
сначала побьет, а потом все равно прикончит... С другой стороны, по местным обычаям
вряд ли удобно отправлять гостя на тот свет сразу же после совместной трапезы.
Некоторое время сидели молча.
Затем хозяин, не поднимаясь, собрал на край стола остатки еды и грязную посуду.
Накрыл все это полотняной салфеткой так, что теперь на скатерти оставались только
хлебные крошки.
Скрипнула дверь.
В комнату по-кошачьи скользнула мужская фигура. Сразу же вслед за ней вошел
Шамиль с огромным подносом: чайник, чашки, сахарница, печенье и сушки в фарфоровой
вазе...
- Салам! - Шамиль занялся сервировкой, а незнакомец присел на свободный
стул.
И он, и расположившийся напротив Виноградов разглядывали друг друга с
нескрываемым интересом.
Неизвестно, что думал о Владимире Александровиче мужчина. На взгляд же
майора этот человек ничем не выделялся: ватник, пропахшая костром шапка-ушанка с
пятном от кокарды, борода, автомат...
- Это двоюродный брат Шамиля, - пояснил хозяин. - Младший.
- Очень приятно, - кивнул Виноградов, не зная, что ещё можно ответить.
- Он только что вернулся из банды. Видел там журналистов.
- Ого! - Владимир Александрович даже присвистнул.
- Это наш самый лучший разведчик... Еще с войны работал на Департамент
нацбезобасности.
Асхабов дождался, пока всем нальют чаю и продолжил:
- Теперь мы знаем точно место, где держат заложников. И тот, и другой пока - в
полном порядке. Передвигаются свободно, почти без присмотра. Спят вместе с двумя
людьми из охраны...
- Это хорошо.
- Сегодня ночью он вернется в банду. Вступит в контакт с журналистами и
передаст им, что надо делать.
- В каком смысле?
- Утром, пораньше, мы атакуем... И освободим заложников.
Владимир Александрович растерялся:
- Вы уверены, что именно так следует поступить? Опасность...
- Риска почти никакого. Все знают, что деньги доставлены в крепость и завтра
после полудня бандиты будут ждать от меня посредников. В условленном месте - ведь
считается, что база до сих пор не обнаружена. А мы заявимся чуть раньше, и прямо к ним
домой!
Глупо пытаться исправить то, что не в твоей власти.
Поэтому Виноградов только пожал плечами:
- Мое мнение что-то изменит?
- Нет, - улыбнулся хозяин.
- Я могу доложить своему руководству?
- Нет, - опять улыбка, только более жесткая. - Потом.
Помолчали. Каждый по-разному...
- Что сейчас от меня требуется? - Чай был горячий, крепкий, но больше
Владимиру Александровичу не хотелось.
- Напишите записку. Вы ведь, кажется, знаете господ Самошина и Гвоздюка
лично?
Майору стало ясно, почему именно его кандидатура так устраивала всех с самого
начала:
- Допустим. Допустим, знаю.
- Вот и прекрасно. Надо написать что-то такое, чтобы журналисты сразу поняли
- это не провокация. Что человек, который к ним пришел, действительно друг.
Понимаете? Какие-то только вам и им известные детали, эпизоды...
- Понял. А если я откажусь?
Настал черед Асхабова пожать плечами:
- Все равно операция состоится. Только риск будет больше.
Владимир Александрович уточнил:
- Значит, связаться с шефом мне нельзя?
- Незачем.
- Тоже верно... Сколько времени я могу думать?
- Нисколько, - вздохнул хозяин. - Надо идти прямо сейчас, чтобы к ночи
добраться до банды.
Виноградов посмотрел на Шамиля, потом на его так и не проронившего ни слова
брата-разведчика:
- Хорошо. Сейчас сделаю. Но... Есть условие.
- Какое?
- Я поеду с вами. И буду пристутсвовать - с начала до конца.
Понятно, что любым участием в штурме Владимир Александрович брал на себя
часть ответственности за силовую операцию. В случае удачи это Виноградову никаких
особых выгод не сулило - при трагическом же исходе на майора навешают всех собак.
Впрочем, даже если он останется в стороне, одной только записки будет вполне
достаточно... Поэтому, семь бед - один ответ!
- Ну, как?
Первым ответил Шамиль, сверкнув стеклами темных очков:
- Пожалуйста!
Вслед за ним хмыкнул Асхабов:
- Зачем? Хотя, конечно, воля ваша.
Бородатый разведчик молча опустил глаза. Может быть даже, он вообще не
понимал по-русски...
Спал Виноградов не раздеваясь, но довольно крепко.
И проснулся легко, почти сразу же.
- Ну, едешь?
- Да, конечно.
То ли местный "спецназ" привык к ночным подьемам, то ли просто Владимира
Александровича разбудили позже других - во всяком случае, из дома он вышел, когда
штурмовая группа уже была готова к выходу.
Полная луна отражалась на склонах гор, которые матово-черной бахромой
очертили высокий и звездный купол неба.
- Готов? - Раздался над ухом голос Шамиля.
- Оружие дай? - Попросил Виноградов.
- Зачем тебе, майор? В кого стрелять будешь?
- В себя. Если что... - Он хотел продолжить, но ладонь уже ощутила холодную и
знакомую тяжесть пистолета ТТ. - Спасибо!
- Не промахнись, - посоветовал Шамиль. - И не отставай!
Гвардейцы уже один за другим покидали крепость.
... Привал сделали только под утро.
Честно говоря, майор к этому моменту уже не раз проклял себя за то, что не
остался на базе. Вверх, вниз, снова вверх, в сторону - горные тропы петляли во тьме
кромешной, сменяя одна другую, и казалось, что никогда не будет конца этому
изнурительному марш-броску.
Владимир Александрович шел налегке, в середине колонны, однако сил у него
после команды Асхабова осталось только на то, чтобы рухнуть на край тропы.
Да, не те уже годы. И здоровье...
Впрочем, остальным спутникам, увешанным с головы до пят оружием и
боеприпасами, приходилось, пожалуй, не легче.
Привалившись липкой от пота спиной к чему-то твердому, Владимир
Александрович вытянул перед собой ноги в шнурованных ботинках:
- Фу, бля...
Дыхание восстановилось, но сразу противно задрожали колени.
- На, глотни!
Прямо перед носом Виноградова возникла рука с фляжкой.
- Спасибо, Шамиль.
Владимир Александрович пригубил ароматную жидкость, и как раз в этот момент
появился возглавлявший колонну Асхабов.
Присел рядом:
- Ну, как? Как настроение?
- Уже лучше, - ответил майор, ощущая во рту приятную кофейную горечь.
Потом не сдержался:
- Далеко еще?
- Прилично... Ладно, отдыхайте!
Через секунду он растаял в темноте, и вскоре по цепочке передали команду идти
дальше...
На исходные позиции выдвигались медленно, зато почти бесшумно.
- Вон, видишь? Домики.
- Вижу, - Виноградов убрал от лица бинокль.
- Они в том, который слева.
- Хорошо.
Вообще, разобрать что-либо, даже с помощью оптики было сложно. Внизу, в
котловине густой пеленою разлегся туман, а солнце ещё только готовилось выкатиться изза
гор.
Владимир Александрович вспомнил, как вечером чертили схему предстоящего
штурма:
- Так... Вот отсюда пойдем, и вот здесь. Тут - двое останутся, на всякий случай.
Понял?
- Логично.
Асхабов сверился с рисунком, который оставил разведчик:
- Шамиль сразу же выводит заложников через старое русло, к тропе. Группа
прикрытия с пулеметом будет на скале. Есть возражения?
- Вроде, нет... - На бумаге все выглядело грамотно, а вот как уж получится...
Понимал это и Асхабов:
- В бою всего не предусмотришь. Понимаете?
Виноградов вздохнул:
- Обьясните только, что главное - заложники.
- Разумеется, майор. Конечно...
А сейчас Владимир Александрович лежал среди камней и настороженно
прислушивался к звукам, доносящимся с той стороны, куда ушел со своими людьми
Шамиль.
Впрочем, ничего особенного пока слышно не было.
Виноградов вернул бинокль:
- Все тихо там?
- Да, - Асхабов покосился на рубиновый глаз торчащего из кармана прибора. -
Пока тихо...
Майор уже знал, что в случае опасности или непредвиденных осложнений брат
Шамиля должен включить "радиомаяк" - но приемный датчик пока не пульсировал,
оставаясь по-прежнему темным и безжизненным.
Секунды тянулись, обостряя слух - и Владимир Александровичу показалось даже,
что он начал различать дыхание притаившихся вокруг автоматчиков.
- О чем задумался, майор? - Шепнул Асхабов.
- Смешно... Думаю, как теперь деньги начальству обратно сдавать.
- Какие деньги?
- Ну, доллары... Которые на выкуп.
- Доллары? Забудьте про них.
Лежащий рядом человек заговорил чуть громче, но так, чтобы его никто кроме
Виноградова услышать не мог:
- Вам-то что? Сдал-принял, подпись-протокол.
- Ну, как же...
- Послушайте, майор. Деньги списаны. И какая разница, кому они достанутся -
бандитам или тем, кто спасет заложников?
Владимир Александрович только крякнул.
- В конце концов, это мои проблемы, верно? - Асхабов посмотрел на циферблат
советских "командирских" часов:
- Время. Пошли!
Шорох осыпающихся под ногами камней казался Виноградову неестественно
громким.
Выхватив пистолет, он побежал вниз по склону вместе со всеми, с трудом различая
по бокам и впереди себя силуэты атакующих - одинаково страшные от натянутых на
лицо черных шапочек-масок.
Рядом кто-то споткнулся, упал и зашипел от боли.
И почти сразу лопнула предутренняя тишина. Сначала взрыв, потом очередь из
автомата, потом ещё несколько длинных, злобных очередей...
- Ал-лаху акбар!
Над головами бегущих раскрылся красивый и страшный веер огня.
Виноградов тоже зачем-то выстрелил из пистолета в темноту: один раз, другой,
третий... Неожиданно майор увидел прямо перед собой обмазанную серой глиной стену:
- Здесь? Или дальше?
Но уже из-за угла выскочила фигура в точно такой, как у бегущих рядом с майором,
вязаной маске с прорезями для глаз. Сверху, на самую макушку, был натянут знакомый
берет.
Владимир Александрович на всякий случай все же плюхнулся животом на землю:
- Шамиль?
- Ох, билять! Чуть не убил тебя...
Пока, значит, все шло по плану. Штурмовые группы встретились, как и намечено
- у дома с заложниками.
- Где они? Живы?
Виноградов с Шамилем одновременно обернулись на крики и звук вышибаемой
прикладом двери: х-хрясь! х-хрясь!
Бойцы вынесли преграду за доли секунды, вместе с засовом и рамой. Убедившись,
что изнутри никто не выстрелил, один из автоматчиков шагнул через порог...
Глаза сначала среагировали на вспышку, и лишь потом по барабанным перепонкам
ударил громовой раскат. Волна воздуха, пламени и осколков прокатилась правее того
места, где замер Владимир Александрович, поэтому его даже не сбило с ног.
- Ложись! Лежи! - Тяжелая рука Шамиля потянула майора вниз.
- Растяжка, так? - Сплюнул пыль Виноградов.
- Сам знаю.
Для подобных штучек использовались обычные гранаты и какой-нибудь шнур.
Сойдет и телефонный провод, даже леска...
Слава Богу, журналистов в домике не нашли. Их вообще не оказалось на базе - так
же, как не было на ней к моменту штурма ни одного живого существа.
Только несколько чучел в камуфляже, да установленные повсюду мины натяжного
действия... Просто чудо, что в ночной суматохе погибли всего двое - парень, который
подорвался в самом начале, и тот, кто шагнул через дверной проем.
Правда, ещё двоих легко зацепило своими же шальными пулями.
... Уже совсем рассвело, а Владимир Александрович все сидел на каком-то
бетонном обломке в двух шагах от злополучного домика.
- Уходим...
Голоса Асхабова прозвучал так, что майор вздрогнул.
- Да, конечно.
За секунду перед этим начальник республиканской гвардии закончил короткий, но
тяжелый разговор с кем-то по радиотелефону.
- Ты был там, внутри?
- Был. Сволочи! А где Шамиль?
- Догонит. Его сейчас лучше не трогать.
- Пожалуй...
Владимир Александрович вспомнил увиденное: труп брата Шамиля,
изуродованный и оскопленный, следы долгих и жутких пыток, кровь... На перерезанную
от уха до уха шею разведчика кто-то издевательски прицепил "радиомаяк".
- Пошли? Осторожнее только, смотрите под ноги.
- Пойдем.
В общем-то, у Виноградова были все основания больше мин опасаться выстрела в
спину.
Запросто прикончат, почему нет? Кому теперь нужен свидетель такого позора?
Однако, до крепости добрались без приключений. Даже быстрее, чем ночью: вопервых,
стало совсем светло, а во-вторых, примерно на середине пути гвардейцев
поджидала вызванная Асхабовым бронеколонна.
Скрываться больше не имело смысла...
Первое, что сделал Асхабов, когда они вернулись - это предложил Владимиру
Александровичу вместе пообедать.
- Вдвоем?
- Да. Надо потолковать.
Шамиль занимался покойником, и ему было явно пока не до еды и не до
разговоров.
- Пожалуй, действительно. Самое время... - Слова Виноградова прозвучали
несколько двусмысленно, но хозяин сделал вид, что не понимает намека.
На крик его появилась заплаканная женщина. Она принесла посуду, поднос с
овощами, что-то горячее - и тихо исчезла.
Мужчины сели за стол.
- Может быть, водки? Немного есть.
- Простите... Простите, я что - так похож на человека, которому срочно
требуется выпить?
- Нет. Все в порядке.
Владимир Александрович вслед за Асхабовым положил себе на тарелку копченого
мяса.
- Что теперь будет? - Кивнул он в сторону двора, где несколько бородачей
слушали Шамиля.
- Он убьет их всех. Или наоборот...
- А заложники?
- Теперь это не имеет значения. Для Шамиля.
- А для нас?
- Для нас... - Хозяин помолчал. - Для нас - имеет!
Виноградов приготовился слушать.
- Майор, ты жить хочешь?
- Хочу. Но иногда не очень.
- Это правильно, - одобрил Асхабов. - Тогда считаем, что ночью ничего не
было.
Виноградов промолчал, но уже с интересом.
- Ну, побегали, постреляли... При чем тут журналисты!
- Совсем не при чем?
- Совсем. Проводилась обычная операция... Допустим, по борьбе с
транспортировкой наркотиков через перевалы.
Владимир Александрович хмыкнул:
- А результаты?
- С этим-то как раз проблем нет, - в свою очередь ухмыльнулся начальник
республиканской гвардии. - Что же мы, пару мешков травы не предьявим?
- Думаю, запросто.
Местный героин и маковая соломка славились далеко за пределами гор и в прессе
время от времени возникали версии о причастности нынешнего режима к их перепродаже
в Россию.
- Значит, договорились?
- О чем?
- Послушайте, майор! Не надо. Не надо меня уверять, что это первый компромисс
в вашей карьере.
И опять что-то в тоне собеседника заставило Виноградова поверить в
осведомленность местных спецслужб.
- Что будет дальше делаться по заложникам?
- Обменяем. Теперь уже без всяких... Как говорится, утром деньги - вечером
стулья.
Остаток дня майор отсыпался.
Потом захотел пройтись, но хозяин под каким-то предлогом пригласил его к себе,
там и ужинать пришло время...
А в темноте много не нагуляешься. К тому же у Владимира Александровича
создалось впечатление, что Асхабов намеренно оберегает его от каких-либо контактов с
обитателями крепости.
Даже Шамиль куда-то исчез и не появлялся...
- Может быть, телевизор включить?
- С удовольствием!
Майора тут же оставили в кампании идиотов и идиоток из какого-то заунывного
сериала. Потом была реклама, а после неё начался вечерний выпуск новостей.
Про похищенных журналистов упомянули только вскользь, для порядка - без
сюжета и даже без картинки. Ночной инцидент в горах тоже в сводки информационных
агенств не попал, зато Владимир Александрович с интересом посмотрел репортаж из
Африки.
Там, в одной бедной маленькой стране уже которую неделю северо-восточные
негры вовсю вырезали за что-то негров юго-западных. А разнимать их поручено было
миротворцам из Иностранного легиона.
Формально это подразделение входило в состав французских вооруженных сил.
Фактически же оно с некоторых пор на четверть комплектовалось выходцами из России и
прочими братьями-славянами. Поэтому, кое-кого из нынешних "легионеров" Владимир
Александрович вполне мог встречать в своем недалеком, но бурном прошлом. Майору
даже показалось, что на экране мелькнула пара знакомых лиц...
Делать больше было нечего. Виноградов плюнул на все и опять полез в койку - до
завтрака.
... На этот раз очень долго не удавалось заснуть. Или из-за перепутанного и
сбившегося с ног на голову времени суток, или из-за диковатых впечатлений проваленной
операции.
Во всяком случае, Виноградов час за часом то шумно ворочался под одеялом, то
лежал с открытыми глазами, глядя в пятна на потолке и прислушиваясь к доносящимся со
двора звукам.
Асхабов что-то опять готовил.
Постоянно скрипела дверь штаба начальника республиканской гвардии - это
приходили и уходили люди. Одни уезжали, другие возвращались... Владимиру
Александровичу показалось даже, что один раз он услышал конский топот.
- Господи, прости меня грешного!
Наверное, с самого начала это была авантюра.
Брат Шамиля погиб мучительно и страшно.
У каждого есть свой порог, свой предел. А потому только сопливые теоретики
могут осудить парня за то, что тот не выдержал пыток.
Остальное - дело техники: банда снялась и увела заложников, оставив вместо
себя "камуфляж" и целое минное поле.
Но кто предал? И когда? С самого начала?
Или разведчик сам на чем-нибудь прокололся?
Ладно, если вытащим журналистов - очень многое прояснится... Виноградов
вспомнил про оставшуюся в чужих руках записку, и ему стало не по себе.
Скорее бы все это закончилось. Одна надежда на то, что победителей, как правило,
не судят.
... Асхабов уже ждал Владимира Александровича.
И выглядел он, надо сказать, значительно лучше майора: выбритый, чистый,
пахнущий одеколоном. Хотя спал, пожалуй, раза в два меньше, чем гость.
С другой стороны для Виноградова все утренние гигиенические процедуры свелись
к омовению теплой водой из кувшина - не было даже безопасного лезвия, чтобы убрать
щетину. Зубная паста тоже осталась дома, отчего во рту стоял привкус вчерашней еды.
- Готовы?
- Ну, голому собраться - только подпоясаться!
- Прошу к столу! Мы все уладили.
- В каком смысле? - Владимир Александрович взял нож и стал привычно
намазывать бутерброд.
- Чай, кофе? Растворимый...
- Спасибо, я налью. Разрешите сахар?
- Пожалуйста... Мы опять связались с похитителями. Они согласны вернуться к
прежним договоренностям.
- "Нулевой вариант"?
- Да. Как будто, ничего не было.
- Что от меня потребуется?
Хозяин отогнул манжету и посмотрел на циферблат:
- Схема простая... Около одиннадцати выезжаем. Оставляем в условленном месте
деньги, забираем инструкцию. По ней находим тайник, где уже находятся
приготовленные для обмена заложники.
Не поднимая на собеседника глаз, Вин
...Закладка в соц.сетях
