Жанр: Боевик
Бешеный 1-16 (весь). Биография отца Бешеного
...ня сунули в морскую пехоту, там я тоже кому-то не понравился. Потом -
к воздушным десантникам, дольше всего у них был, там меня увидел Чурбанов
и перевел к себе, а потом... - Он вдруг махнул рукой, видно, решив,
что это никому неинтересно. - Языков не знаю, но выкрадывал их довольно
часто. Старшина запаса, два ордена. Все, вроде бы... Сейчас тоже работаю
в "Герате", заместителем Вишневецкого. Согласился потому, что, Олег сказал,
я могу быть полезен в этом задании.
- Откуда такая уверенность? - удивился Савелий.
- Я Чечню очень хорошо знаю: детство там провел и потом бывал...
- А почему ты решил, что наше задание связано с Чечней? - спросил Савелий.
- Олег мне сказал, что я могу быть полезен, - спокойно, не моргнув
глазом, повторил Иван Калуга.
- Ну, хорошо, садись.
Не дожидаясь вопроса Савелия, Костя Рокотов поднялся сам и быстро начал:
- Константин Рокотов, двадцать один год, служил в морской пехоте, Афганистан,
как вы понимаете, не застал, зато повоевал в Чечне пару месяцев,
обошлось без ранений, в прошлом году демобилизовался, работаю в
"Герате", никаких подвигов пока не совершил и, если честно, очень хочу
отправиться на ваше задание. - Все это он отчеканил без запинки, словно
выучил наизусть, а потом уставился на Савелия.
- Послушай, Костя, зачем это тебе? - устало спросил Савелий. -
Только, пожалуйста, не нужно говорить о романтике.
Услышав последнюю фразу, Рокотов заметно растерялся: очевидно, именно
о романтике он и хотел сказать. Помолчав немного, пожал плечами.
- Выходит, теперь слово "романтика" как бы ругательное, так, что ли?
- обиженно спросил Константин.
- Ну, почему ругательное? Просто когда об этом говорит человек твоего
поколения, звучит не очень убедительно, - откровенно ответил Савелий.
- Моего? А разве ты сам не относишь себя к нашему поколению? Подумаешь,
каких-то десять лет!
- Не каких-то, а ЦЕЛЫХ десять лет, - возразил Савелий. - А десять лет
по нынешним временам - это целая жизнь.
- Может быть, для кого-то из МОЕГО поколения слово "романтика" ничего
и не значит, но для меня оно не потеряло своего первоначального смысла!
- упрямо произнес Костя. - Во всяком случае, объяснить чем-то другим
свое желание отправиться на это задание я не могу.
- Хорошо, пусть будет по-твоему, - примирительно сказал Савелий, почувствовав,
что Рокотов говорит искренне.
- Значит, я могу остаться? - Костя засиял от счастья.
- Скажи, а отец знает о твоем решении? - неожиданно спросил Савелий.
- При чем здесь отец? - недовольно буркнул Константин.
- Ты не ответил на мой вопрос.
- Нет, не знает. - Парень поморщился.
- Почему?
- Я решил ему сказать только в том случае, если меня окончательно утвердят
для этого задания. Зачем заранее волновать?
- Выходит, ты не уверен, что тебя утвердят?
- А разве все остальные уверены? - ответил Рокотов вопросом на вопрос.
- Думаю, да. Ладно садись. И ты, наконец! - Савелий посмотрел на рыжего
парня, сидевшего рядом с Константином.
Он оказался не слишком мощного телосложения, да и ростом лишь немного
выше Савелия, однако было в нем что-то такое, что вызывало симпатию и
доверие буквально с первого взгляда.
- Денис Кораблев, тридцать четыре года, три года Афганистана в войсках
специального назначения, служил в отделе военного прокурора, приводил
решение суда в исполнение. То есть был и палачом! - Последние слова
он произнес с некоторым вызовом и тут же пояснил: - Это я сказал, чтобы
предварить вопросы.
- Сколько раз? - уточнил Савелий, чувствуя, как симпатия к этому парню
почему-то быстро улетучивается.
- Один. - Кораблев тяжело вздохнул и опустил голову.
- Тогда зачем вообще об этом заговорил?
- Да тошно мне до сих пор! - В его голосе звучал какой-то надрыв.
- В чем его обвиняли? Ну, того, которого ты...
- В измене Родине. Будто бы он рассказал "духам" о маршруте наших, и
ребята погибли, попав в засаду.
- Почему "будто бы"? - спросил Савелий, хотя уже сам догадался, что
того парня осудили напрасно.
- Оказалось, "духи" его подставили: пленный потом рассказал.
Кораблев чуть не плакал, и Савелию стало его жаль.
- Тебя это так мучает, что ты подумывал даже пустить себе пулю в лоб,
да храбрости не хватило, так? И ты специально ищешь опасность, чтобы в
ней забыться или погибнуть. Так? - Савелий беспощадно бросал ему в лицо
правду, которой тот боялся. - Скажи, ты мог бы нарушить присягу?
- Нет! - твердо ответил он.
- Так почему же ты обвиняешь себя в его смерти? Ты где сейчас работаешь?
- В аналитическом отделе "Герата", - ответил он. - Еще до Афганистана
я в Плехановском учился, а когда вернулся - закончил.
- Вот видишь, пользу людям приносишь, а сам испереживался. Мне кажется,
у тебя в голове путаница! Ладно, потом об этом поговорим. Языки знаешь?
- В совершенстве - только английский. - Он словно бы извинялся, что
не знает других языков. - Зато отлично владею ножом и вообще любым метательным
оружием, даже камнем.
- Вот как? - улыбнулся Савелий. - Действительно любым?
- Любым. - Тот пожал плечами.
- Проверим. - Савелий незаметно сунул руку в карман, пошарил там и
нащупал монету. Быстро вырвав руку из кармана, он бросил монету в Кораблева,
и тот спокойно поймал ее.
- Это легко! - махнул рукой Денис.
- Так это еще не проверка, - успокоил его Савелий. - Так, прелюдия!
Сможешь со своего места попасть... - Он оглянулся и вдруг хитро прищурился.
- ...вот в этот карман! - Он показал на нагрудный карман своего
пиджака и слегка оттопырил его.
От Кораблева до него было метров шестьсемь, кармашек совсем небольшой,
и монетка довольно легкая, что существенно усложняло задачу.
Савелию просто захотелось отвлечь парня от тяжелых мыслей. Промахнется -
ладно, попадет - получит положительные эмоции. Не успел он додумать, как
Денис, взглянув на карман Савелия, небрежно взмахнул рукой. В первый момент
Савелий решил, что тот шутит и бросать не собирается, но в следующее
мгновение ощутил, как в его грудь легко стукнулась монетка, и краем
глаза увидел, что она упала в карман.
- А ты действительно мастер! - восхищенно воскликнул Савелий.
- Да ну! - Денис вяло махнул рукой. - Ничего здесь сложного нет.
- Вряд ли кто с тобой согласится. Просто высший класс! Ладно, поручаю
тебе подучить всех ребят метанию ножа.
- Постараюсь! - В его глазах зажегся огонек, и Савелий понял, что добился
своего.
Поздно вечером, уже лежа в кровати, он перебирал в памяти кандидатов,
пытаясь решить для самого себя, с кем из них отправиться во враждебную
Чечню, чтобы достойно выполнить задание, не потеряв ни одного человека...
Какие разные собрались здесь люди! Разные, но всех их, кроме Константина,
объединяло одно: каждый из них лицом к лицу уже встречался со
смертью...
IV
Новый кандидат
Очнувшись, Теплягов с удивлением обнаружил, что лежит в своей кровати,
и несколько минут пытался понять, как он здесь очутился и что с ним
произошло. Вторая кровать была пустой: значит, его приятель Валентин либо
на дежурстве, либо в комнате отдыха. Обычно они все делали вместе, а
сейчас вдруг того нет рядом. Выходит, что-то произошло. Серый вдруг ощутил
боль в затылке, прикоснулся к нему рукой и поморщился. Зато сразу же
все вспомнил, и его буквально "замкнуло": он обыскал комнату в поисках
оружия, но ничего не нашел и подумал о тире.
- Посмотрим, какой ты смелый перед автоматом! - Теплягов даже не заметил,
что говорит вслух.
В этот момент в комнату вошел Валентин.
- Как отдохнул? - участливо спросил он.
- Ты че, гад, издеваешься? - взревел Серый. - Тоже друг называется!
Не мог поддержать, что ли?
- В чем поддержать? - Валентин неожиданно разозлился, скорее даже не
на Теплягова, а на себя за то, что дал слабину и сам вычеркнул себя из
списка претендентов. - Твою дурость, что ли? Ты же сам выпросил себе
пиздюлей! - Он все повышал и повышал голос. - Думал: ага, маленький,
слабенький, я его быстро сломаю... А мне этот парень нравится! Спокойненько
взял и завалил такого быка. Да ты спасибо ему должен говорить, а
не злиться на него.
- За что мне его благодарить? За то, что башку едва не развалил на
части? За что? - Теплягов был несколько сбит с толку: он впервые видел
обычно сдержанного, уравновешенного Валентина в таком состоянии.
- За что? Господи, да что ты дурочку ломаешь? Ты же все сам прекрасно
понимаешь. Это ты другим можешь мозги парить, пытаясь доказать, какой ты
крутой и смелый, но мы-то с тобой знаем, что ты до чертиков боишься
смерти! Не дай Бог кому-то послушать, как ты во сне стонешь и мамочку
зовешь! Тебе ж Серый, действительно лечиться нужно! Понимаешь, ты, дурья
твоя голова? Ты думаешь, я сюда пришел, чтобы снова отправиться повоевать?
Хватит, навоевался! Да за тобой я пошел! За тобой, чтобы тебя
удержать от какой-нибудь глупости! Мы ж договорились: если я тебя о
чем-то прошу - слушайся. А я сразу, едва только взглянул в его глаза,
понял, что тебе не сдобровать. Этот капитан мне парня одного напомнил в
Афгане. Ты ж знаешь, что вэдэвэшников за глаза Рэксами звали, так вот
того парня все прямо так и звали: Рэкс, причем уважительно! С ним самые
здоровые бугаи старались не связываться, а тоже был, вроде этого - щупленький,
невзрачненький! - Валентин постепенно остыл и заговорил обычным
тоном.
- И что же мне теперь делать? - растерянно спросил Серый: он был явно
обескуражен, услышав правду, и не от кого-нибудь, а от лучшего Друга.
- Что делать, что делать... Жить! Просто жить, не стараясь лезть в
герои.
- Почему ты никогда раньше не говорил о том, что я по ночам кричу? -
спросил Серый.
- А зачем? Что бы это изменило?
- Может, мне действительно нужно к психиатру сходить?
- Первая здравая Мысль у моего лучшего друга. - Валентин улыбнулся и
подмигнул. - Видно, парню-то и правда нужно спасибо сказать - вправил он
тебе мозги.
- Да, звезданул классно! - Теплягов усмехнулся, словно ребенок, который
хвастается своим первым синяком. - Я даже и глазом моргнуть не успел,
а этот шпындик как...
- Это точно, - перебил его Валентин. - Ну что, пойдем?
- Куда?
- Трегубенков попросил подменить его на воротах на часок.
- Так мы ж уже вроде отслужились...
- Тебе что, трудно напоследок хорошее дело для человека сделать? - с
укором бросил Валентин.
- Да нет, я не к тому... - Серый неожиданно смутился, и Валентину даже
показалось, что, может, капитан все-таки поставил ему мозги на место.
- Как думаешь, Олег-то отпустит меня к психиатрам?
- Не только отпустит, но и порадуется за тебя, - искренне заверил Валентин.
Когда Теплягов позвонил Вишневецкому, все честно ему рассказал и
спросил его по поводу психиатра, Олег с облегчением вздохнул.
- Решился наконец? Давно пора! Если хочешь, могу тебя свести с одним
классным специалистом: он многим нашим мозги вправил.
- Не откажусь.
- Так ты говоришь, этот Бешеный сбил тебя с ног, а ты до сих пор не
знаешь, как это произошло?! - спросил Олег.
- В том-то и дело, - откровенно признался Серый.
- Тебе, можно сказать, повезло.
- И ты туда же? - обиделся Теплягов.
- О чем ты?
- Валентин мне уже говорил, что я должен благодарить этого капитана
за то, что он мне мозги вправил.
- Может, и вправил, но я о другом: я его с Афгана знаю. Недаром ему
кличку дали - Бешеный. А Валентин как, решил остаться там?
- Валентин вернулся вместе со мной.
- Капитан отсеял?
- Нет, сам отказался. А когда ты меня с доктором сведешь? - напомнил
Теплягов.
- Завтра и сведу: приходи в офис часам к трем, вместе и съездим. Годится?
- Конечно. Спасибо! Пока!
- Будь!
Олег положил трубку и покачал головой: у Савелия осталось восемь человек,
а если не считать Рокотова, которого он наверняка отсеет, то
семь. Воронов говорил, что им нужно две пятерки. Кого ж дать еще?
Действительно, отобрал самых-самых, да и свою работу нельзя заваливать.
Вишневецкий задумался и вдруг вспомнил Михаила Гадаева, которого Савелий
знал по своей поездке в Швейцарию. Надо же, как он мог забыть о нем? Гадаев
же чеченец. Кстати, один из немногих, кому он мог бы безоговорочно
свою голову доверить. Олег быстро набрал номер.
- Мишу можно?
- Олег, это же я, - обиженно отозвался Гадаев.
- Не узнал - богатым будешь.
- Не возражаю. Ты по делу или так вспомнил?
- А что лучше? - усмехнулся Олег.
- А мне и так и так хорошо.
- Ты никуда не собираешься в ближайший месяц-другой?
- Вроде нет, а что?
- Пока ничего не могу сказать, а потом созвонимся.
- И все? - Михаил был явно несколько разочарован.
- А что еще?
- Ты сейчас занят?
- Через пять минут придет один мужик, решим с ним кое-какую задачку,
и минут через тридцать я свободен. Что ты хочешь мне предложить?
- Да тут моя фирма по случаю откупила четверг в одной сауне... - Гадаев
говорил как бы между прочим, прекрасно зная страсть Олега к парилке.
- Так сегодня же четверг! - воскликнул Олег, с легкостью попавшись в
расставленные сети.
- Правда? - деланно удивился Михаил. - Ну, так что?
- Конечно же, да! Адрес? И во сколько?
- Так, слушай... - Михаил быстро продиктовал ему адрес; сауна, как
оказалось, находилась совсем недалеко от офиса "Герата". - Приезжай сразу,
как освободишься.
- Что брать с собой?
- Там все есть, - заверил Михаил.
- Все?
- Абсолютно! - Гадаев усмехнулся. - У вахтера будет пропуск на твое
имя, а куда идти - покажут. Жду, до встречи!
Закончив быстро разговор с возможным партнером, Олег вызвал своего
водителя и отправился в сауну, уже предвкушая удовольствие. По этому адресу
находился какой-то научно-исследовательский институт. Вахтер, дюжий
детина с пышными ворошиловскими усами, не торопясь взглянул в толстый
журнал.
- Как, говорыты, вас зовуты? Вишневский? - с явным украинским акцентом
спросил он.
- Нет, Виш-не-вец-кий, - по слогам произнес Олег.
- Ну, правильно, я и говорю: Вишневецкий! - Вахтер лукаво улыбнулся.
- Пийдоти по тиму коридору, в самом конце спуститесь вниз по лестнице, а
дальше учуете!
- А откуда вы знаете, куда мне нужно? - удивился Олег.
- А куда еще, если рабочий день вже ж закончился! - Он подмигнул. -
Там вже ждуть.
Олег пожал плечами, пошел по коридору, спустился по лестнице и сразу
учуял специфический запах, который мог идти только из парилки. Он пошел
на этот запах и вскоре уже входил в предбанник. На крючках висела одежда
- судя по всему, народу было не очень много. Вишневецкий быстро разделся,
снял с вешалки старую шляпу, нахлобучил ее на голову и подхватил из
стопки, лежавшей на стуле, чистую простыню. Из предбанника вели две двери,
но Олег не знал, куда идти, и открыл наобум. За дверью оказался туалет.
Тогда он открыл другую и в первый момент ничего не увидел - было
темно, а потом его ослепил внезапно вспыхнувший яркий свет.
- Ничего себе! Какой прибор у твоего приятеля! - восхищенно воскликнул
тонкий женский голос, и тут же раздался смех.
Когда глаза немного привыкли к свету, Олег увидел огромный стол, заставленный
различными яствами, а за столом сидели Михаил и две пухленькие
девицы, закутанные по пояс в простыни.
- Предупреждать нужно, - усмехнулся Олег, потом скосил глаза на свой
"прибор". - Всегото ничего осталось после травмы.
- Травмы? - ужаснулась девица с пышными светлыми волосами.
- Может, сначала хоть познакомимся? - предложил Олег.
- Это Марина, - указал Михаил на блондинку. - А черненькую Анютой зовут.
Прошу любить и жаловать моего друга Олега Вишневецкого!
- По какому случаю банкет? - спросил Олег.
- По случаю моего рождения, - ответил Михаил.
- Стоп! Твой день рождения, я прекрасно помню, пятнадцатого мая. -
Олег погрозил ему пальцем.
- Я о своем втором рождении. - Михаил был серьезен, и Олег тут же сообразил.
- Ты о ранении?
- Да, если бы не классный хирург, то мой последний вздох произошел бы
на чужой земле Афгана. Но для того, чтобы у этого хирурга появился шанс,
нужно было, чтобы вот этот парень вытащил меня на своем горбу с поля
боя. - Гадаев встал, обнял Олега и протянул ему рюмку с водкой. - Спасибо,
братишка! За тебя! - Он повернулся девушкам. - Как говорит наш вещий
Олег, "по писяшке"!
- Ты же знаешь, я больше не пью, - напомнил Вишневецкий.
- А ты и не пей, пригуби и поставь взад. За тебя! - Михаил чокнулся с
ним и опрокинул водку в рот, после чего закусил соленым огурчиком.
- Мы тоже за тебя пьем. - Блондинка встала, чмокнула Олега в щеку,
прижавшись на мгновение пышной грудью, чокнулась с ним и медленно выпила.
- А мне можно? - с завистью спросила Анюта.
- Не можно, а нужно! - воскликнул Михаил.
У Анюты тоже были довольно пышные формы, но когда она встала, Олег
поразился, какая у нее задница, которую не удалось спрятать даже под
простыней. Перехватив его взгляд, Анюта повернулась вокруг и кокетливо
спросила:
- Нравится?
- Очень, - с улыбкой ответил Олег.
- За вас! - Анюта подошла, обняла его за шею и смачно поцеловала в
губы. - Вот так! - бросила она, затем чокнулась с ним и быстро выпила до
дна.
Олег пригубил водку, поставил рюмку на стол, потом отпил прямо из бутылки
боржоми.
- И все-таки что за травма была? - спросила Марина.
Олег рассмеялся.
- Это шутка! Анекдот есть такой: познакомилась девушка с парнем, а
когда дело дошло до секса, она и говорит: "Боже, какой у вас огромный...",
потом вдруг замолчала, наклонилась к его члену, а там написано:
"При..." "А что было раньше написано? "Прибор", что ли?" - спрашивает
девица. "Нет, не "прибор" и никакой не огромный! - говорит парень. - До
травмы был огромный, а сейчас так себе... И написано было не "прибор", а
"Привет морякам балтийского флота!" Да собака откусила, и осталось
только три буквы".
- Откусила? Кошмар какой! - деланно ужаснулась Анюта и зябко повела
плечами.
Михаил рассмеялся:
- А я не слышал этого анекдота! Ужас, ты хоть представляешь себе
член, на котором уместилась бы такая фраза?
- Смотря как писать. И какими буквами, - совершенно серьезно ответила
Анюта, и на этот раз рассмеялись все.
- Как пар? - спросил Олег.
- Отличный! - ответил Михаил.
- А веники?
- Перед парилкой замочены в тазике. Рядом, в бутылках, мята, эвкалипт...
- Отлично! Я пошел! - Олег встал и быстро открыл дверь, за которой
обнаружил небольшой, три на два метра, бассейн, три душевых отсека и деревянную
лавку. На лавке стояли тазик с вениками и бутылки с добавками.
Прихватив с собой обе бутылки, Олег вошел в парилку с тремя полками и
с удовольствием отметил, что пар действительно отличный. Он брызнул из
каждой бутылки на раскаленные камни, подождал, пока дух не распространится
по всей парилке, после чего сразу же поднялся и сел на самую верхнюю
полку. Мягкий запах эвкалипта и мяты отлично прочищал дыхательные
пути. Дождавшись, когда пот обильно выступил по всему телу, Олег уже собрался
выйти, как в этот момент в парилку зашла Марина.
- Не возражаете? - спросила она.
- А почему я должен возражать? - пожал плечами Олег.
- Такой страстный поцелуй получился у вас с Анютой, может, вы с ней
хотите пообщаться?
- Какая разница, с кем париться?
- Тогда ложитесь! - Марина ловко расстелила на второй полке простыню.
Олег улыбнулся, но решил посмотреть, что будет дальше.
- Нет, сначала на живот!
Она легко, чуть касаясь, пробежалась пальчиками сперва по спине, потом
по ягодицам, ногам и вернулась к шее. Ее пухлые пальцы были достаточно
сильными, и массаж она делала довольно профессионально. Управившись
с его мощной спиной, Марина принялась за ягодицы, и ее массаж стал
больше смахивать на тайский. Она стала ласкать его ягодицы своим пышным
бюстом, пробегаться по ним языком, слизывая выступивший пот... Не прошло
и нескольких минут, как Олег возбудился, и Марина, почувствовав это,
прошептала:
- Вот теперь на спину ложись!
От массажа Олега разморило. Он чувствовал себя отлично. Марина несколько
секунд с восхищением смотрела на его член, потом сунула чтото себе
в рот, наклонилась и ловко надела губами презерватив. Олег тихо застонал.
Крепче сжав губами его член, Марина несколько раз скользнула ими
вверх-вниз.
- Так хорошо? - спросила она чуть погодя. - Может, хочешь по-другому?
- Послушай, если честно, то я никак не хотел. Мне достаточно жены,
которую я люблю. - Олег попытался отстранить ее.
- Вот чудак! Я и не пытаюсь занять ее место, просто хочу сделать тебе
приятно. Разве тебе массаж не понравился? - Похоже, ее самолюбие было
задето.
- Понравился, - признался Олег. - Но только массаж.
- Так и это - только массаж! Разве нет? - Марина хитро прищурилась,
продолжая играть его членом.
Олег вздохнул.
- Ладно, заканчивай свой массаж.
Ей не нужно было повторять дважды: она тут же нависла над ним, расставив
ноги, и аккуратно, очень медленно впустила его плоть в себя, словно
опасаясь боли.
- Боже, какой он огромный, - прошептала она и повторила несколько
раз: - Огромный! Огромный! - И с каждым словом опускалась ниже, вскрикивая
то ли от боли, то ли от страсти, потом начала двигаться все быстрее
и быстрее, пока наконец не добилась разрядки.
- Тебе было хорошо? - спросила Марина, вставая.
- Да как сказать... - усмехнулся Олег, скосив глаза на свой по-прежнему
возбужденный член.
- Я знаю, ты не кончил, но у меня все там горит! Я тебе по-другому
помогу.
В парилку, покачивая огромными ягодицами, вошла Анюта.
- Говорила же тебе: не спеши, дай сначала мне его потормошить! -
ехидно заметила она.
Анюта подошла ближе и принялась массировать Олегу грудь. Ее движения
были медленными и приятными. Она пощипала его соски, затем, схватив Марину
за волосы, ткнула ее лицом в грудь Олега, а сама резко насадила себя
на его член. Несмотря на колоссальный размер ее задницы, влагалище у
нее было очень узким. В отличие от Марины, Анюта не спешила, стараясь
продлить удовольствие. Марина в это время целовала его соски и ласкала
низ живота; Олега так разобрало, что, казалось, он сейчас воспарит от
охватившего его блаженства. Неожиданно Марина больно сжала зубами его
сосок. Олег открыл глаза и увидел, что ее зад усердно обрабатывает Михаил.
Девушки начали томно повизгивать, и вскоре к их взвизгиваниям добавился
стон Михаила. Почему-то эти звуки, а может, их трогательная очередность,
рассмешили Олега, и он с трудом сдержался, чтобы не сбить всем
кайф. Сейчас ему хотелось только одного - чтобы скорее наступил "момент
истины". Вскоре это свершилось. Поток был таким мощным, что вознес бы
Анюту вверх, если б не резиновое изделие. Почувствовав это, Анюта ускорила
темп и с громким криком кончила.
Сразу за ней закричала Марина, и ее вопль подхватил Михаил. Это прозвучало
так смешно, что Олег не выдержал и расхохотался.
- Вас бы на сцену выпустить - вот бы "бабок" срубили!
- А что, интересная мысль, - усмехнулся, тяжело дыша, Гадаев.
- Ничего не выйдет, - совершенно серьезно произнесла Анюта.
- Почему?
- Советами замучают!
На этот раз рассмеялись все. Выскочив из парилки, девушки бросились в
бассейн, а мужчины встали под душ, после чего вернулись в комнату отдыха.
Олег укоризненно заметил:
- Ты же знаешь, что я не любитель таких мероприятий.
- Иногда, для разнообразия, можно, - махнул рукой Михаил. - Тебе что,
не понравились телки?
- Не в них дело. - Олег вдруг понял, что ничего не сможет доказать
ему. - Ладно, оставим это.
- Как хочешь. Но ты мне скажи, Олежек: ты ж не просто так спрашивал о
моей занятости?
- Я же сказал: немного подожди, потом все узнаешь, - недовольно поморщился
Вишневецкий.
- Ну намекни хотя бы!
- Хорошо, но только дай слово, что сразу же забудешь до поры.
- А то ты меня не знаешь!
- Вполне возможно, что вскоре ты понадобишься нашему старому знакомому,
- тихо произнес Олег.
- Саве... - начал Гадаев, но Олег тут же перебил его:
- Никаких имен!
- Извини. Понял.
Заметив, что Олег нисколько не шутил по поводу "телок", Михаил расплатился
с ними и выпроводил, после чего приятели еще пару часов наслаждались
паром...
Интуиция не подвела Олега: на следующий день ему позвонил Савелий.
- Привет, Олежек!
- Привет... - Вишневецкий сделал многозначительную паузу, давая понять,
что не знает, как его называть, и Савелий подсказал:
- Ну вот, забываешь старых друзей? Сергей Мануйлов звонит.
- Господи, извини, Серега, совсем зашился! Как ты? Когда увидимся?
- Когда время уделишь.
- Для тебя - хоть сейчас! Машину прислать?
- Я на машине.
- Понял. Далеко?
- Через пятнадцать минут буду у тебя.
- Отлично, жду. - Олег положил трубку и вызвал секретаршу. - Жанна,
что у меня в ближайший час?
- В приемной сидят представители нашего питерского филиала, а через
сорок минут подъедут из Военной Академии имени Фрунзе.
- Значит, так. Пока я буду разговаривать с одним человеком, который
подъедет через пятнадцать минут, займи, пожалуйста, полковников.
- Чем, Олег Владимирович?
- Чаем напои, коньяком угости, короче, придумай что-нибудь, чтобы не
обиделись.
- Хорошо, Олег Владимирович, постараюсь.
- А сейчас зови питерских! Да, и еще позвони-ка, пожалуйста, Гадаеву:
пусть мчится ко мне, а как приедет, пусть подождет в приемной.
- Хорошо, Олег Владимирович.
Уложившись в пятнадцать минут, Олег поднялся, чтобы проводить питерских
представителей до дверей и прямо на пороге столкнулся с Савелием.
Закрыв за гостями дверь, приятели крепко обнялись.
- Как ты, друг? - спросил Олег.
- Я прекрасно знаю, что ты в замоте, так что давай не будем время
тратить на пустяки, - предложил Савелий.
- Что, тоже в цейтнот вошел?
- Есть немного, - кивнул Савелий.
- Хорошо, рассказывай, чем помочь?
- Здесь спокойно можно говорить? - спросил Савелий и туг же добавил:
- Ты уж, извини, что перестраховываюсь.
- Значит, нельзя иначе! Говори совершенно спокойно: мои спецы все
держат под контролем
...Поділитися у соцмережах
