Жанр: Боевик
Бешеный 1-16 (весь). Биография отца Бешеного
...ым видом.
- Ну, уважил, дорогой! С полгода их не пробовал.
Вадим был арестован и судим за хищения в особо крупных размерах и получил
восьмилетний срок, но, как он сам говорил, ему еще повезло - могли
и "десяточку впаять". Он сидел уже три года, два из которых - в "Райском
уголке". Его перевел сюда сам Севостьянов, увидев случайно на мордовской
зоне, куда поехал для ознакомления с работой колонии. Полковник был частым
гостем "Националя" и однажды отметил отличную кухню, лично вручив
именные часы Вадиму, который обслуживал высоких гостей на приеме. - Присаживайся,
дорогой! - радушно пригласил Вадим Бесика. - Что тебе сделать?
Только скажи!
- Спасибо, Вадим, я просто так зашел. Разве попить что-нибудь, в горле
пересохло.
- И немудрено! Видно, продолжаешь пить всякую гадость, вроде пепси.
Это же химия! Горло пересохло - еще ничего, а когда желудок прихватит,
тогда другое запоешь. Вот, дорогой, попробуй! - Он вытащил из холодильника
огромную бутыль литров на тридцать с жидкостью малинового цвета,
налил в деревянную кружку с резной ручкой и протянул Бесику.
Уже после первого глотка в нос ударили пузырьки с запахом свежей
клубники, а язык обожгло крепким и очень приятным напитком. - Что это? -
удивленно воскликнул Бесик. - Не нравится? - нахмурился Вадим. - Еще как
нравится! Но что это? - Обыкновенный клубничный квас. - Ну, Вадим, твой
квас - просто класс! На воле ты сделал бы такие бабки! - Словно подтверждая
свои слова, Бесик торопливо допил квас, громко крякнул от удовольствия
и протянул кружку за добавкой.
- Спасибо, Вадим. Ну, как житуха? Много ли заказов приходится выполнять?
- Пришлось вспоминать свое обучение в кулинарном техникуме.
- А что случилось? Неужели заказали что-то такое, чего ты давно не
готовил?
- Хуже! Никогда не поверишь... Детское питание! Представляешь?
Бесик подумал, что Бешеный оказался прав и наверняка что-то недосказал
ему.
- И кто это заказал? - как бы мимоходом спросил Бесик. - К нему
кто-то из родных приехал? - Ага, из родных! - усмехнулся Вадим. - Целый
детский сад! На шесть детей готовлю. Ужас! Да мне лучше всю зону неделю
кормить, чем готовить на шесть детишек! Третий день уже мучаюсь!
- Странно... - поморщился Бесик. - Откуда здесь взялись дети? Вряд ли
это дети осужденных...
- Мне и самому удивительно! А когда я задал вопрос Хозяину, он на меня
наорал: "Не твое собачье дело!" Никогда он так со мной не разговаривал.
Здесь что-то нечисто.
- Ладно, Бог с ними, с этими "хозяйскими детишками". Когда париться-то
придешь? - Бесик, едва не наизусть знавший "Семнадцать мгновений
весны", всегда использовал подсказку Штирлица о том, что важно не только
войти в разговор, но и выйти из него, а последние слова, которые обычно
и запоминаются, должны быть нейтральными и почти ничего не значащими.
Теперь, если Вадима спросят, зачем к нему заходил Бесик, он скажет, что
тот приглашал его в парилку...
- А ты оказался прав! - воскликнул Бесик, едва переступив порог своего
кабинета.
- В чем? - насторожился Савелий, увидев сияющую физиономию Бссика. -
Насчет детей! - Ты что-то выяснил?
- Кухня действительно готовит питание на шесть детишек уже третий
день. По личному распоряжению полковника Севостьянова!
- Да ты что? - воскликнул Савелий и тревожно нахмурился: он втайне
надеялся, что детей здесь не окажется. Но теперь и этот груз придется
взвалить на свои плечи. Выходит, что полковник Севостьянов вплотную связан
с господином Рассказовым...
- Да, задача усложняется... - Савелий не заметил, как заговорил
вслух. Он посмотрел в глаза Бесику и решительно произнес: - Нужно во что
бы то ни стало узнать, где содержатся дети! Мне кажется, что их похитили.
- А не может ли оказаться, что наши иностранные гости имеют какое-то
отношение к этим детям?
- Именно так. Кстати, когда эти иностранцы здесь появились? - тут же
спросил Савелий.
- Как раз три дня назад, как и дети... Оба подумали об одном и том
же: это не может быть простым совпадением! Несчастных детей привезли
именно иностранные гости. Значит, предположения Савелия оказались верными!
Выходит, Рассказов занялся еще и похищением детей!
Однако Савелия занимало еще одно совпадение, связанное с фамилией
столичного подполковника. Не может, чтобы именно в ту колонию, где он
сам находится, приехал совершенно посторонний человек с фамилией Воронов,
и не откуда-нибудь, а из Москвы! Неужели генерал Богомолов все-таки
послал Андрюшу для связи? Это было бы как нельзя кстати. Кто мог предположить,
что в зоне Савелий вновь столкнется со своими давними заграничными
"приятелями"?
О судьбе несчастных детишек размышлял и Рассказов. Его человек из ФБР
объяснил, почему не смог явиться на запланированную встречу: именно в то
время их отдел был собран на совещание, где им сообщили подробности о
похищении детей, среди которых оказался и ребенок высокопоставленого чиновника
из Малайзии. Рассказов понял, что он попал в очень скверную историю:
одно дело безродные сироты, другое - похищенные. Что совсем плохо
- ребенок важного государственного чиновника, пусть и чужой страны.
Из всего этого необходимо было как-то выбираться и как можно быстрее.
К расследованию похищения подключился Интерпол, а Рассказову совсем не
хотелось попасть в его картотеку. Однако, он не был бы Рассказовым, если
бы не попытался отыскать выход, при котором удастся не только выйти сухим
из воды, но и получить какую-нибудь выгоду. Но, взвешивая всевозможные
комбинации, он все больше склонялся к мысли, что с этих детей навара
он никак не поимеет. А раз так, то нужно заработать хотя бы нужный
имидж. Наверняка полиции стало кое-что известно, скорее всего от Барта,
который внезапно исчез, но они не могут впрямую обвинить самого Рассказова,
во всяком случае, пока. В этом случае нужен козел отпущения. Искать
кого-то новенького, чтобы подставить его, нет времени: кольцо вокруг
Рассказова сужается.
И вдруг Рассказов вспомнил, что говорил Красавчик-Стив: "Мой Ронни
пойдет за меня на смерть, если понадобится. Он верен мне, он меня любит,
и к тому же он мой родной племянник". Эти слова Стив произнес в тот
день, когда отправлялся в Москву, за Бешеным Рэксом. Да, именно так называл
Савелия в своих мыслях Рассказов - Бешеный Рэкс!
- Что ж, дорогой Стив, придется тебе в очередной раз доказать мне
свою преданность и пожертвовать своим родственником, - проговорил вслух
Рассказов, потянулся к телефону и набрал номер. - Слушай, Док, дай срочную
шифровку нашему приятелю из "райского уголка". - Пишу!
- "Красавчику. Срочно прибыть ко мне. Твой племянник остается ответственным
за малышей. Первый". Записал?
- Уже отправил. Шеф! - ответил Док. - И они уже получили шифровку.
- Ты не перестаешь меня удивлять! Опять что-то придумал? - улыбнулся
Рассказов.
- Небольшая приставка к компьютеру: сама шифрует, отправляет, сообщает,
что адресат принял текст, а также создает помехи, чтобы послание не
перехватили.
- Гениально! Првдется повысить тебе гонорар!
- Спасибо, Шеф, мне вполне достаточно того, что вы мне платите. Я вам
еще нужен? - Ты ничего не забыл?
- Если вы об ответе, то его пока нет, - заметил Док. - Будем ждать? -
Нет. Запроси: "В чем дело? Первый". - Готово! - Ну?
- Минуту!.. Ага, вот: "Первому. Извините за задержку с ответом. Готовим
самолет. Полковник". - Это означало, что шифровку отправлял Севостьянов.
- Пусть вылетает немедленно, - раздраженно бросил Рассказов.
- Слушаюсь! - Док почувствовал, что босс начал сердиться. - Читаю ответ:
"Красавчик вылетает через час".
- Вот это другой разговор! А то мне показалось, что у них что-то с
головой не в порядке, видно, с похмелья! - Рассказов положил трубку.
Рассказов был недалек от истины: и Красавчик-Стив, и Севостьянов были
пьяны в стельку. Приказ Рассказова застиг их врасплох. Они не могли понять,
что случилось, поэтому не сразу сообразили, что отвечать. Получив
подтверждение без всяких пояснений, Севостьянов тут же связался с Красавчиком-Стивом
и передал ему приказ Рассказова. Но впопыхах он допустил
две грубейших ошибки: во-первых, говорил из квартиры Воронова, хотя и из
другой комнаты, но Андрею все было прекрасно слышно; во-вторых, произнес
громко такие слова, как "Первый" и "Красавчик". Воронов сразу догадался,
кто скрывается за этими псевдонимами.
Значит, Рассказов срочно вызывает к себе своего подручного! Для чего?
И что это за самолет, о котором Севостьянов говорил Красавчику-Стиву?
Тут Севостьянов вызвал кого-то по селектору и заговорил по-английски.
Воронов про себя помянул добрым словом Богомолова, который едва не
силком с первых дней работы заставил его заняться английским языком. Теперь
он смог понять, что кто-то должен был срочно подготовить самолет к
вылету.
Надо сказать, что в колонии всегда держали наготове двухместный самолет,
который содержался в специальном ангаре. Севостьянов мечтал, поднакопив
достаточно средств, улететь на нем в дальнее зарубежье. Опытный
летчик числился у него в должности "замполита" и с умным видом присутствовал
на всех летучках и собраниях. Правда, за все время пребывания в
колонии не произнес ни слова, потому что абсолютно не знал русского языка.
Выходит, подумал Воронов, здесь есть собственный аэродром или взлетно-посадочная
полоса... Его мысли были прерваны очередным гудком селектора.
Севостьянов, чертыхнувшись, нажал кнопку. - Да, полковник Севостьянов!
- раздраженно бросил он.
- Товарищ полковник, пилота никак не могу найти! - доложил мужской
голос.
- Тьфу, черт! - снова выругался Севостьянов. - Совсем из головы вылетело:
он же предупреждал меня, что будет у этой... ну... - Он щелкнул
пальцами, словно это могло помочь вспомнить имя той, у которой "отдыхал"
американский летчик Стрейндж. - Вы о Галке, товарищ полковник? - Точно!
- обрадованно воскликнул Севостьянов. - Галка! Он у нес. Дуй туда, сажай
его в машину и мухой в ангар! - Слушаюсь, Виктор Николаевич! Теперь догадки
Воронова превратились в нечто осязаемое. Но что это ему дает? Не
бросаться же на срыв полета, тем более не зная причины вызова! В таких
случаях, как часто говорил учитель Савелия генерал Говоров, лучше всего
занять выжидательную позицию... Вернулся полковник Севостьянов.
- Что за переполох, Виктор Николаевич? - усмехнулся Боровов.
- Да... - Савостьянов макнул рукой. - Одного сотрудника вызывает начальство...
для отчета! - добавил ои, понимая, что ответ получмяся не
очень вразумительным.
- Понятно! - Воронеж сделал вид, что проглотил предложенное "блюдо".
- Пьем дальше? - улыбнулся полковник, с удовольствием меняя тему разговора.
- А как же! - хмыкнул Воронов. Он предусмотрительно принял специальные
таблетки для нейтрализации алкоголя.
Создавалось впечатление, что Ссвостьянов вообще не пьянеет: они уже
допивали вторую бутылку водки, а тому хоть бы что! Что значит старая
партийная закалка! Воронов уже начал беспокоиться: таблетки выдерживали
лишь определенную дозу спиртного. Но вскоре у полковника начал заплетаться
язык.
Вновь вызвали Севостьянова. На этот раз полковник даже не стал выходить
в другую комнату. - Что стряслось, Вадим? - пьяно спросил он. - Хозяин,
у одного ребенка живот болит... - Врача вызывали? - Вызывали... -
Ну и что?
- А то вы не знаете нашего костолома! У него на всех одна сердечная
недостаточность, а уж с детьми...- Вадим тяжело вздохнул. - Предложения?
- Я не детский повар! Нужен нормальный детский врач или специалист по
детскому питанию.
- Да, огорошил ты меня! - зло бросил полковник, потом повернулся к
Воронову. - Видишь, какие вопросы приходится решать... - Он тут же осекся,
сообразив, что сказал лишнее, и попытался пояснить: - Организовали
мы группу из детей своих сотрудников, но... - Он махнул рукой.
Воронов сразу понял, о каких детишках идет речь, но не подал виду и
поддакнул Севостьянову: - Да, забот, как говорится, полный рот! - Ладно,
что-нибудь придумаем... - начал полковник, но Воронов перебил его:
- Виктор Николаевич, я могу осмотреть больного ребенка. Дело в том,
что я учился в медицинском...
Севостьянов как-то странно посмотрел на Воронова и вроде бы обрадовался,
но тут же помрачнел и решительно проговорил: - Нет, подполковник,
в нашем состоянии это не очень разумно. Завтра, если не удастся вызвать
детского врача, ты посмотришь малютку... Вот что, Вадим, - продолжил он
в селектор. - Если совсем плохо станет, то пускай Воробьев положит его в
стационар, а завтра, надеюсь, прибудет детский врач. - Он вновь повернулся
к Воронову: - Оказывается, ты просто находка! И подполковник, и
врач... - Какой врач? Три курса Пироговки... - Я и говорю! - Он подозрительно
посмотрел на Воронова, потом пьяно засмеялся. - Ладно, разберемся!
Красавчик-Стив спешил к самолету. Интересно, зачем его вызывает Рассказов?
Он чувствовал, что это связано с его поездкой сюда. Оружие? Вряд
ли. Об этом было бы сказано в шифровке. Кто-то из его окружения? Непохоже.
В этом случае, он вызвал бы и того, кем интересуется. Дети? Точно,
скорее всего, срочный вызов связан с детьми! Но каким образом?
Маленький самолет успешно миновал бы границу, как проделывал это не
единожды, если бы буквально накануне в спецчастях не появился полковник
Сокольский, направленный сюда Богомоловым. Тот сразу засек самолет и сообщил
Константину Ивановичу. После недолгих размышлений генерал принял
решение пропустить самолет, но попытаться вести его до самого конца. Через
два часа Богомолов получил сообщение, что самолет потерян. Чертыхнувшись
про себя и пожалев, что не дал команду задержать его, Богомолов
приказал усилить наблюдение, а сам связался с Майклом и рассказал ему о
самолете.
Через некоторое время Красазчик-Стив, приземлившись без помех, добрался
до Рассказова. Как только он увидел взгляд Хозяина, он сразу понял,
что его ожидают неприятности.
- Привет, Красавчик! - с деланной бодростью сказал Рассказов и даже
встал ему навстречу.
- Здравствуйте, Хозяин! Что-то случилось? - Не буду темнить, мой
мальчик. Случилось! Ты знаешь, кто находится среди наших детишек? - Откуда?
- Среди этих злополучных детей находится настоящая бомба замедленного
действия!
- Как бомба? - растерянно спросил Красавчик-Стив.
- В переносном смысле, - успокоил его Рассказов. - Один мальчик - сын
важного чиновника из Малайзии. К поискам уже подключились Интерпол, ФБР
и даже ЦРУ, можно допустить, что и российские Органы тоже оповещены.
- Выходит, с детьми нужно кончать? - осторожно спросил Красавчик-Стив,
надеясь, что Рассказов не поручит это дело ему.
- Ты с ума сошел! - воскликнул Рассказов. - Мы с тобой не монстры,
чтобы детишек убивать!
Красавчик-Стив облегченно вздохнул. - Тогда что? - спросил он. - Я
кое-что придумал... - Рассказов в упор взглянул в глаза своего любимца.
Стив почувствовал, что сейчас ему придется услышать нечто неприятное.
Придется кого-то подставить!
- Вы хотите подставить меня? - тихо спросил Красавчик-Стив.
- Как ты мог подумать такое? - Рассказов возмущенно вскочил с кресла.
- Я никогда не жертвую своими близкими!
- Спасибо, Хозяин! - Стив облегченно вздохнул. - Можете мне поверить,
я за вас жизни не пожалею!
- Именно поэтому ты для меня самый близкий человек! - проникновенно
сказал Рассказов. Он сделал паузу и решил, что пора перейти к главному.
- Есть один парень, которого мне тоже не хотелось бы подставлять, но он
самая подходящая кадидатура.
Красавчика-Стива осенило: Ронни! Но он не решился высказать это
вслух, боясь оказаться правым.
- И кто же этот человек? - напряженно спросил он. - Твой племянник!
- Но он же... - Красавчик-Стив выразительно повертел пальцем у виска.
- Именно поэтому Ронни и является идеальной кандидатурой. Не волнуйся,
я подключу все свои каналы, и мы вытащим его из России! - твердо заверил
Рассказов.
- Из России? - удивился Стив. Теперь он понял, что Ронни обречен. Если
на Западе можно использовать положения законов, то в России это практически
исключено.
- Да-да, из России! У меня там еще достаточно связей, чтобы гарантировать
его возвращение.
- И в чем состоит план?
- Ты летишь обратно, объясняешь Ронни его задачу, после чего Ронни
берет детей и ведет их по заранее намеченному маршруту, а кто-то умный
сообщит властям об этом.
- И кто же будет этим умным? - спросил Красавчик-Стив, прекрасно зная
ответ.
- Этим умным, как ты уже, вероятно, догадался, будешь именно ты!
Во-первых, реабилитируешь себя перед российскими Органами за происшествие
в клубе "Виктория", во-вторых, станешь героем Малайзии. Сановный папаша
тебя не забудет.
- Лично вам это принесет пользу? - спросил Стив, вместо того чтобы
задать совсем другой вопрос: почему такое внимание к какому-то мальчику
из Богом забытой страны?
- Принесет и очень ощутимую! - заверил Рассказов. - Ну как, берешься?
- А разве у меня есть выбор? - вздохнул Красавчик-Стив.
- В любой ситуации есть выбор! - сухо заметил Рассказов. Ему явно не
понравился ответ любимчика. Стив, словно почувствовав это, тут же поправился:
- Конечно берусь! Хотя ситуация не из приятных...
- Ты о Ронни? Скажи, я когда-нибудь не выполнял своих обещаний?
- Нет... - вздохнул Красавчик-Стив. - Я вам верю. Просто Ронни -
единственный близкий и преданный мне человек.
- Именно потому, что он преданный, ему можно поручить это ответственное
дело! Неужели ты не понял, что эти дети - наша "разменная монета"? И
если Ронни в точности выполнит наши инструкции, то уже через неделю-другую
будет с тобой.
- А не насторожит ли российские Органы то, что я сдаю Ронни? Они же
наверняка помнят, что он был со мной во время той злополучной операции.
- Как раз на это я и рассчитываю. Именно это и заставит их поверить!
- воодушевленно воскликнул Рассказов.
- Что ж, вам виднее... - кивнул КрасавчикСтив.
Один ум хорошо, а два генерала лучше
Как Бесик и обещал, к вечеру он уже успел переговорить с осужденными,
которым можно было доверять. Под предлогом инвентаризации постельного
белья Бесик собрал у себя пятнадцать заключенных. Когда все пришли, он
выставил "на атасе" своего человека и вывел к собравшимся Бешеного. Савелий
внимательно осмотрел всех и отметил, что они, словно по заказу,
были внушительного телосложения. Никто из них не прятал глаз, не нервничал
и не вызывал подозрений. Савелий решил говорить откровенно.
- Привет, мужики! Моя кликуха - Бешеный! Может, кто слышал обо мне?
Скажу сразу: я не мент, но и не уголовник, а просто человек, которого не
устраивает то, что творится в этой зоне. Я не буду финтить: дело, которое
я вам предлагаю, - весьма опасное, и прежде чем перейти к нему, хочу
предложить следующее: если кто-то из вас сомневается или не хочет подвергать
свою жизнь опасности, пусть лучше уйдет сейчас и тут же забудет
о моих словах. Но если вы решите остаться, то придется пойти до конца!
За каждого из вас поручился Бесик, а из этого следует... Да вы и сами не
хуже меня знаете, что из этого следует. Так что решайте!
Несколько секунд длилось молчание. Наконец встал парень лет тридцати
и спокойно сказал: - Вот что, Бешеный! Я действительно о тебе слышал, ты
мужик серьезный. Я скажу за всех. Нас здесь пятнадцать, общего сроку
около двухсот лет, но насильников и убийц среди нас нет! Ты можешь спросить:
почему же тогда такие большие срока? Почти все мы сели по "экономическим"
статьям за то, что сейчас называется бизнесом, а тогда считалось
преступлением. Но есть среди нас и инженер, по халатности которого
погибли люди... Это я говорю тебе, Бешеный, чтобы не было недомолвок.
Скажу прямо, мы готовы участвовать в любом, даже смертельно опасном деле,
но при одном условии: оно должно быть справедливым! Ты вправе узнать,
что в нашем понимании справедливость, потому что ее понимают сейчас
по-размому. Справедливость для нас - прекратить беспредел на этой
зоне и добиться пересмотра дел. Мы и до тебя хотели рвать отсюда, тщательно
готовились, но потом поняли, что сорваться немудрено, а что дальше?
Нет, мы должны официально вновь пройти суд: если снова осудят, будем
сидеть! Я прав, мужики? - обратился он к присутствующим. - Да!
- Без сомнения! - Отлично сказал, Федор! Возгласы раздались со всех
сторон, потом все мгновенно стихли, и пятнадцать пар глаз вопросительно
уставились на Савелия. Он был несколько обескуражен, однако вскоре справился
с замешательством и сказал:
- Что ж, мне понравился такой прямой разговор! Мне кажется, что вам
можно верить. Но я хочу спросить: вас устраивает то, что происходит в
зоне?
- Нет! - ответил за всех Федор. - Я так и знал! - улыбнулся Савелий.
- Перейдем к делу. Некоторые из вас находятся здесь со дня открытия зоны,
а, возможно, есть и такие, кто принимал участие в ее обустройстве.
Есть?
- Скажи, Бешеный, куда ты клонишь? - спросил Федор. - Если нужны связи
с ментами - одно, если речь идет о технических вопросах - другое.
- Меня интересуют технические вопросы, - ответил Савелий.
- Инженер, встань, покажись народу? - сказал Федор.
- Я занимался всеми коммуникациями в зоне и установкой системы видеонаблюдения,
- заговорил мужчина, на которого Савелий давно обратил внимание.
Что-то выделяло его среди остальных - не только возраст (ему было
далеко за сорок), но и какое-то внутреннее спокойствие, уверенность, интеллигентность.
Савелию его лицо показалось знакомым.
- Сколько времени тебе понадобится, чтобы вывести систему наблюдения
из строя? - спросил он.
- Ненадолго - час-полтора, на длительный срок - минут двадцать, а если
навсегда - минута-две! - усмехнулся Инженер. - Почему так? - удивился
Савелий. - Как я понял, кратковременный вывод техники из строя нужно
осуществить так, чтобы менты ничего не заподозрили, - рассудительно ответил
Инженер, и Савелий согласно кивнул. - Для этого нужна основательная
подготовка, как и во втором случае, а в третьем без проблем: закоротил
систему в определенном месте, и им придется менять всю аппаратуру.
- Отлично! Сколько тебе нужно людей? - Одного хватит! - Инженер
взглянул на сидящего рядом паренька лет двадцати. - Возьму Сергея, если
нет возражений.
- Хорошо. Остается пятнадцать человек. Мы разобьемся на три пятерки.
Первую возглавит Федор, вторую - Бесик, третью - я. Поясняю задачи: пятерка
Федора - оружие и боеприпасы, Бесика - дети, моя - боевая группа.
- Какие дети? - нахмурился вдруг Инженер. - По нашим сведениям, на территории
поселка находится несколько иностранных детей, похищенных для
продажи!
- Вот суки! - зло бросил кто-то, а Инженер вдруг спросил:
- Бешеный, у меня дома остались трое. Я могу присоединиться к твоей
пятерке? Я прошел Афган, не сомневайся!
- А я и не сомневаюсь: давно вспомнил тебя! Но почему именно в мою
пятерку, а не к Бесику? - спросил Савелий. Он действительно вспомнил: во
время боевой операции на "вертушке", где летел Савелий, Инженер был механиком
и классным стрелком. Когда Савелию пришлось прыгать, именно он
прикрывал его, срезая меткими очередями душманов.
- А чтобы уничтожать этих блядей! - зло бросил инженер, потом усмехнулся.
- Я тебя тоже сразу узнал!
- Ладно, перейдем к разработке плана, - не стал отвлекаться Савелий.
- На всю подготовку - два дня. Мы должны освободить детей во что бы то
ни стало!
- Неплохо для начала узнать, где их содержат, - с усмешкой заметил
Федор. - Уже! - сказал вдруг Бесик. - Как? - встрепенулся Савелий. - Узнал
и молчишь? - Не успел сказать. Заходил к бабам и случайно наткнулся
на ту, что убирается у детишек, еду им носит...
- Да где же? - нетерпеливо спросил Савелий. - В женском корпусе. -
Вот здорово! - воскликнул Савелий. - Ничего здорового! - охладил его радость
Бесик. - Дети под усиленной круглосуточной охраной! Даже бабы
удивляются: двое ментов снаружи и трое внутри. Нет, без шума здесь вряд
ли что удастся. - А если подумать?
- Может, женщин подключить? - предложил Федор. - Охрана - мужики, а
мужик он и есть мужик! - философски заметил он.
- Откровенно говоря, не хотелось бы женщин подключать к нашим проблемам,
- вздохнул Савелий. - Но подумаем! Бесик, ты обрисуй детали Федору,
а я потолкую с Инженером. Операцию с оружием проводим завтра, в тринадцать
нольноль.
- Но в тринадцать - обед! - заметил кряжистый парень. Его скулу пересекал
грубый шрам, создающий впечатление, что парень гримасничает.
- Именно поэтому, - улыбнулся Савелий. - А мы потом пообедаем!
- Да я не к тому! - обидчиво начал парень со шрамом. - Надо будет, я
неделю могу не есть...
- Обойдемся без таких жертв, - сказал Савелий. - И вообще, хочу всех
предупредить: никакого геройства и ненужной инициативы. И еще одна
просьба: постарайтесь не давать ментам повода закрыть вас в трюм! Но если
уж случится, то хоть язык в задницу, но... - Он оборвал себя, почувствовав,
что его слова звучат чуть угрожающе, и добавил: - Помните о детишках!
- Да ты не переживай! - Федор поднялся со стула. - Это ты можешь реверансы
крутить, потому как новенький среди нас, а я скажу так: если
что, я, Федор Крутых, сам сверну любому шею. Вы меня знаете!
"И фамилия у него под стать!" - подумал Савелий. Он вдруг почувствовал
себя гораздо увереннее. В этот момент прожужжал селектор.
- Банно-прачечный слушает! - тут же ответил Бесик, приставив к губам
палец.
- Полковник вместе с московским гостем идет в зону!
- Спасибо, сержант, с меня причитается. - Бесик задумчиво взглянул на
Савелия, потом вдруг воскликнул: - Отлично! Вот что, мужики, вы тут обкашляйте
все без нас, а мы скоро придем! Если шнырь подаст знак, принимайтесь
считать белье. - Он откинул в сторону занавеску и обнажил полки,
заваленные постельным бельем. - А ты, Бешеный, хватай этот узел - на
свиданку пойдем!
Савелий безропотно подхватил
...Поділитися у соцмережах
