Жанр: Боевик
Последний - на Арлингтонском кладбище
...т
неделя. Значит, остается полторы недели, чтобы подготовиться к встрече с
Уильямсом, он уже выбрал для нее место и приготовил весьма оригинальное
оружие для убийства самого опасного из противников.
Аллен взял на плечо тяжелый поднос со стаканами и распахнул ногой дверь
ресторана при отеле "Парадайз" в Нассау, где работал помощником официанта.
Поставив поднос на столик неподалеку от выписывающего чек преуспевающего
бизнесмена, Аллен глянул на номер его апартамента: 641.
Он уже украл более двух тысяч долларов, запоминая, кто где живет, и
открывая двери отмычкой, когда жильцы уходили на пляж. К счастью для него,
кражи замалчивались. Отели меньше всего хотят объявлять, что у них
обкрадывают туристов. Правда, Аллен заметил слонявшегося по отелю
желтолицего полицейского в штатском. Но он не беспокоился. Еще одна удачная
операция - и конец. Двух с половиной тысяч будет вполне достаточно.
Кражу он совершил час спустя. Все прошло гладко. Затем отправился в
комнатушку, снятую в городе, осмотрел купленный накануне бинокль и, взяв
отвертку, стал осторожно ковыряться в нем.
32
Коннорс, говоря по телефону, захлебывался от восторга:
- Джордж, ты установил его личность, начав с нуля. Я всех здесь уверял, что
тебе это удастся. Но Уильямс тут же охладил его:
- Я чувствую, что нахожусь в худшем положении, чем раньше.
- Почему?
- Мотив. У него есть причина убить меня - я способствовал убийству его
брата. Но что он может иметь против остальных, никогда не слыхавших о Томми
Шовайса?
- Это так, - сказал Коннорс. - Но у меня есть одна теория. Когда не можешь
обнаружить мотива, когда ты весь измучен и кажется, что сходишь с ума, -
хватай его за горло. Найди этого парня и выжми из него мотив!
Уильямс на другом конце провода улыбнулся.
- Я не смог бы выразиться так красноречиво, но именно это я и пытаюсь
сделать. Повидаю тех, кто последними разговаривал с ним, Леонарда Колмена в
Балтиморе и Робера Уара в Торонто. Загляну и к Горджо, хотя Майк в глаза
его не видел. Однако он вел с ним дела и может кое-что знать о его тактике,
местах укрытия, личинах... кое-что. Возможно, опираясь на показания этих
троих, нам удастся найти ключ. Вот что, Харли...
- Да?
- Я думаю, что Лоуэлл распланировал каждое убийство и действует, меняя
документы, внешность, подходы, методы. В сущности, если хочешь знать
правду, я думаю, что мы никогда не найдем его.
- Не найдем? - В голосе Коннорса звучало изумление. - Тогда на кой нам все
это, черт побери! Сидел бы дома, ждал смерти в уютной обстановке.
- Я досконально проработал все версии, но все-таки не могу остановить его.
И не смогу, пока...
- Пока что?
- Где тут связь с Кеннеди? Если он мстит за брата, зачем убивать меня в
ознаменование годовщины? Вот что путает карты в этом деле. Вот что делает
его неуловимым. Мы не можем схватить его, потому что не знаем мотивов. Я
надеюсь, ты не забываешь о Сполдинг и остальных. Эта реклама может
подстегнуть Лоуэлла, и он бросится на ближайшую жертву.
- Фред Джарвис постоянно следит за охраной, охрана, как ты распорядился,
круглосуточная.
- Хорошо, - сказал Уильямс. Через несколько минут он говорил по телефону с
Уаром, но опять безуспешно.
- Вы должны понять меня, - сказал Робер. - Джефф Болтон мне почти что сын.
Несколько лет назад один из моих сыновей, Поль, связался с наркотиками.
Продавал их дезертирам и принимал сам. Полиция застукала его и других с
поличным, и Джеффу удалось вызволить его. Остальные были арестованы и
осуждены, а мой сын остался на свободе и исправился. - Уар ненадолго умолк,
потом продолжал: - Теперь мой сын - адвокат в Квебеке, он пользуется
уважением, счастлив в браке и все благодаря этому американскому парню. Я не
стану помогать вам.
- Вы должны нам помочь, - сказал Уильямс. - Это совсем не тот парень,
какого вы знали. Он безумен.
- Но я недавно видел его, месье. Он так же нормален, как и прежде. Конечно,
Джефф стал... нервным после смерти брата. Но он в своем уме.
- Я приеду повидать вас, - сказал Уильямс. Молчание, потом Уар устало
сказал:
- Не трудитесь, месье. Я скажу, как уже сказал полиции, что изготовил ему
документы на имя Джо Маркони.
- Не уезжайте, - сказал Уильямс.
Неподалеку от острова Сент-Джон аквалангист взобрался на корму моторки у
вспомогательного судна и нырнул в зеленые глубины карибской лагуны. Меллон
разглядывал его в бинокль со своей яхты и удивлялся, как глубоко видно
ныряльщика в чистой воде.
Ныряльщик, один из тренирующихся акванавтов, подплыл к домику на дне. Над
ним неподвижно висела серебристая рыбка, затем промелькнул угорь -
безвредный, не мурена; аквалангист, медленно гребя руками, подобрался к
входной двери, нажал несколько рычагов и вплыл во входной отсек. Подождал,
пока сжатый воздух не вытеснил из отсека воду, потом открыл внутреннюю
дверь, увидел двух других акванавтов в одних трусах, играющих за столом в
покер. Один из них поглядел на потолок и спросил:
- Что за карты у него, Лес?
Другой засмеялся. Телевизионная камера над ними управлялась с борта
вспомогательного судна, и ответ последовал незамедлительно:
- Два короля, две двойки и пятерка.
- Черт бы тебя побрал! - крикнул тот, чьи карты были раскрыты.
- Выбирайте выражения, джентльмены. У нас на борту дама.
- Боб, включи-ка экран, - сказал один из сидящих. Вошедший подошел к
телевизору, и на экране появилась девица в бикини. Семнадцатилетняя
красавица, подружка Меллона Кэти.
Акванавты засвистели.
- Спусти ее сюда! Когда мы с ней познакомимся?
- Джентльмены, это Кэти Симмонс, - послышался сверху укоризненный голос, -
дочь мистера и миссис Симмонс, с которыми вы знакомы. Так что не забывайте
о манерах, мои дорогие.
Кэти с улыбкой мгновенно сняла верхнюю часть купальника, обнажив груди.
Потом медленно надела и повернулась к невидимому человеку наверху.
- Простите, мистер Хадсон, - сказала она. - Он соскользнул.
- Ах, черт, - сказал один из акванавтов. - После этого хотят, чтобы мы
провели здесь тридцать дней.
Наверху, на борту судна, Кэти стояла перед рассерженным ученым.
- Я расскажу об этом твоему отцу.
Сказать по правде, Кэти была очень зла на себя. Джим Адамс убьет ее, если
узнает, что она привлекла к себе внимание, хотя он велел ей быть особенно
сдержанной. Но эти акванавты такие душки и выглядят такими одинокими,
словно рыбки в аквариуме.
Дура, абсолютная дура. Вечно она совершает невозможно глупые поступки.
Например, обещала Джиму следить за Меллоном.
- Не рассказывайте, пожалуйста, - попросила она мистера Хадсона. - Эти
ребята кажутся такими одинокими...
- Мисс Симмонс! Вы еще ребенок.
"Спустить бы с тебя брюки", - подумала Кэти. Но вместо этого начала
плакать, и в конце концов старый Хадсон обещал ей, что ничего не расскажет
родителям. И прибавил:
- Я не могу оставить тебя на борту, Кэти.
И тут она расплакалась по-настоящему. Потому что Джим Адамс собирался
встретиться с ней на вспомогательном судне, и теперь она сама все
испортила.
Кэти сидела лицом к корме в небольшой моторке, идущей к яхте Меллона.
Оглянувшись, она увидела, что яхта кишит морскими пехотинцами и по бортам,
футах в тридцати, стоят две лодки. Джим не сможет добраться до нее. Она
больше никогда его не увидит.
Кэти взобралась по сходням и поздоровалась с Меллоном. Она считала его
очень славным человеком. Ей понравилось с ним в постели, но Джиму она этого
не говорила. Джим был ревнивцем.
В своей каютке она переоделась в брюки и кофточку и в тысячный раз
подумала: что может иметь Джим Адамс против Меллона? Всякий раз при
упоминании его фамилии у Джима на лице появлялось какое-то спокойное,
неестественное выражение. А ведь Меллон - добряк. Он даже мухи бы не
обидел.
Прошлым вечером на пляже в Нассау она пыталась спорить с Джимом на эту
тему. Но Джим сказал:
- Если он такой хороший, почему кто-то хочет его убить?
- Но мистер Меллон даже не верит в то угрожающее письмо, о котором писали в
газетах. Он говорит, что его с кем-то спутали.
Ее друг не ответил. Он лежал вверх лицом на индейском одеяле, которое они
принесли с собой, и глядел на звезды.
- Почему ты следишь за ним, Джим? Это нехорошо. Это страшно. Я не хочу
вмешиваться ни во что дурное.
Джим приподнялся на локте и поглядел на нее.
- Меня за это могут уволить, - сказал он. - Но я скажу, потому что люблю
тебя и не хочу, чтобы ты пугалась ФБР.
- Ты агент ФБР - с такими волосами?
- Маскировка. - Он засмеялся. - Большинство наших агентов сейчас носит
длинные волосы.
- А мистер Меллон совершил что-нибудь... плохое?
- Да, он совершил кое-что плохое. Не стану говорить что, а то еще
проболтаешься. Но намекну. Когда его яхта отправится на Сент-Джон, ты
увидишь на борту нескольких незнакомцев, и, как минимум, двое будут
агентами ФБР. Сама убедишься.
Теперь, натянув брюки, Кэти подумала, что Джим был несправедлив к мистеру
Меллону. Они находились в лагуне три дня, и она видела только людей в
форме. Симпатичных морских пехотинцев. Значит, Джим все-таки соврал.
Выйдя на палубу, она увидела, что по сходням поднимаются двое мужчин, в
деловых костюмах они выглядели здесь очень неуместно. Меллон проводил их в
салон, а десять минут спустят столкнувшись на палубе с Кэти, сказал:
- Знаешь, кто это? Агенты ФБР. На борту не хватает только военных летчиков.
И не мог понять, почему Кэти, услышав это, расплылась в улыбке.
Фирма "Колмен продакшнз" размещалась в скромном кирпичном здании с белой
облицовкой в прекрасной холмистой местности возле Таусона, штат Мериленд.
Уильямса проводили в неприбранный угловой кабинет президента фирмы,
человека с красноватым веснушчатым лицом, всклокоченными седыми волосами и
грубоватыми манерами.
- Черт возьми, да не вспоминайте об этих съемках "кемита", - сказал Колмен.
- Сплошные неприятности из-за Болтона, то есть Лоуэлла, если это его
настоящая фамилия. Нам еще даже не заплатили за этот фильм.
- Почему?
- Заказчик так разозлился после истории с Болтоном, что вряд ли захочет
иметь с нами дело. К тому же, разумеется, у меня были обычные осложнения со
сценарием, но вас это не интересует. Вы хотите узнать все, что мне известно
о Болтоне, верно? С вашего позволения, я буду называть его так.
- Он впервые работал у вас над фильмом о "кемите"?
- Нет, мы нанимали его еще для нескольких работ, началось это около года
назад. Хотите кофе?
- С удовольствием.
Они сидели молча, пока секретарша не принесла им традиционный кофе в
картонных стаканах, и Уильямс стал пить, выжидая.
- Этот парень пришел искать внештатную работу примерно год назад, - сказал
Колмен. - Он был в отчаянии. Во-первых, он не мог удержаться ни на одной
постоянной работе. Откровенно сказал мне, что после Вьетнама несколько раз
был в психиатрических лечебницах. Во-вторых, произошла одна история,
сломившая его.
- Какая именно?
- Он получил в Нью-Йорке работу над специальным телефильмом, посвященным
годовщине со дня смерти Кеннеди, и в последнюю минуту его уволили. Сказали,
что им не понравилась его позиция.
- Как называлась эта нью-йоркская компания? - спросил Уильямс.
Колмен улыбнулся.
- Не упускать ни одной подробности, мистер Уильямс? Что ж, старый король
Кол к вашим услугам. Вот сводка, которую он дал мне, внизу название
компании.
Он протянул Уильямсу отпечатанную на мимеографе сводку. Уильямс прочел
внизу:
"Интернейшнл телевижн пэкейджинг" Нью-Йорк, Рокфеллер-плаза, 30 Срок
работы: с августа по октябрь 1972 года".
- По указанному здесь адресу он не живет, - сказал Колмен. - Мы навели
справки после кражи "кемита".
Но Уильямс читал на верху страницы:
"ЮСИА Вашингтон, О. К. Срок работы: с июня 1963 по май 1964 года".
Значит, Лоуэлл работал в ЮСИА! Карсон тоже. Какая-то связь! Уильямс сложил
сводку, сунул ее в карман и сказал Колмену:
- Лоуэлл замышляет убийство нескольких людей, состоявших на государственной
службе в одно время с ним. Зная его, не могли бы вы подобрать ключ к
разгадке причины?
- Ключ у меня есть, не сомневайтесь, - сказал Колмен.
- Какой?
- У него была пленка с похорон президента, я видел ее.
- Пленка? Вы имеете в виду его снимок с Кеннеди на одном из приемов в Белом
доме?
- Нет, - сказал Колмен. - Пленку, отснятую на похоронах. При устройстве на
работу он демонстрировал ее как образец.
- Ясно. Почему же пленка с похорон Кеннеди - ключ?
- У меня есть список сюжетов. Уходя, он забрал пленку, но список оставил. Я
нашел его сегодня в личном деле. И могу сказать вам, что был несколько
удивлен.
Колмен раскурил трубку и откинулся назад, попыхивая и глядя в лицо
Уильямсу. Он был из тех людей, которые любят держать слушателя в неведении
как можно дольше.
- Что же было на этой пленке? - спросил Уильямс.
- Та-а-ак, - протянул Колмен, и Уильямс ждал, пока очередной клуб дыма
поднимался к потолку. - Лоуэлл говорил, что во время похорон он был еще
начинающим редактором в ЮСИА. Но по этому случаю агентство послало на
съемки всех сотрудников, чтобы осветить событие со всех сторон. Лоуэлл
отправился со съемочной группой, и кончилось тем, что он стал брать
интервью у людей в толпе. В фильм "Годы молний" эти интервью не вошли, но
Лоуэлл тем не менее гордился ими. Он хранил пленку как образец. Устраиваясь
на работу, он прокручивал ее, чтобы показать, на что способен. В
кинобизнесе это обычное дело.
Похороны Кеннеди! Лоуэлл интервьюировал людей! Колмен взял список и зачитал
фамилии тех четверых, у кого Аллен Лоуэлл брал интервью на похоронах
Кеннеди в ноябре 1963 года:
Эверет Меллон
Томас Медуик
Роберт Уорнки
Стефани Сполдинг.
Уильямс позвонил Коннорсу.
- Планы меняются. Завтра по пути в Торонто я остановлюсь в Нью-Йорке.
Лоуэлл в прошлом году работал в компании "Интер-нейшнл телевижн
пэкейджинг".
- Ты что-то раскопал в Балтиморе?
- Трудно сказать. Оказывается, у Лоуэлла есть небольшая пленка с похорон
Кеннеди. Он демонстрировал ее как образец при устройстве на работу. На
пленке он берет интервью у четырех людей - и все эти четверо в списке
намеченных жертв.
- Господи!
- Свяжи это с тем, - сказал Уильямс, - что в Нью-Йорке он работал над
юбилейным фильмом, посвященным Кеннеди, потом перебрался в Балтимор и
сказал продюсеру, что был уволен из нью-йоркской фирмы.
Коннорс помолчал, потом ответил:
- Связывай сам. Я не могу.
- Я тоже не могу, но должен. Если Уар и Горджо в Торонто не сообщат ничего
нового, это все, чем мы будем располагать. Связь с фильмом. И она ничего не
проясняет.
На ночь Уильямс остановился в балтиморском мотеле, поужинал в одиночестве,
потом поднялся к себе в номер. Но из головы у него не шла пленка Лоуэлла.
Как нередко бывало с самого начала этого кошмара, он перенесся мыслями в
1963 год, к тем дням, когда Кеннеди был еще жив, город кишел энергичными
оптимистами, и среди тысяч там были Меллон, Медуик, Сполдинг и Уорнки.
А теперь, десять лет спустя, этот человек решил их убить.
Уильямс знал, почему он находится в списке. И, возможно, Лоуэлл мог затаить
какую-то обиду на Карсона с тех пор, когда они работали в ЮСИА. Это
конкретные причины, из-за которых психически неуравновешенный парень мог
пойти на убийство.
Но те четверо, у кого Лоуэлл брал интервью на похоронах? Они были выбраны в
толпе наобум и десять лет спустя обречены на смерть. Почему?
Аллен Лоуэлл дожидался на причале острова Сент-Томас моторки, которая
доставит съемочную группу в лагуну. Погружение было назначено на завтра.
Он был одет в коричневую ветронепроницаемую куртку и джинсы, на плече у
него висел в футляре бинокль. Его взяли в съемочную группу на место
таинственным образом исчезнувшего накануне подсобного рабочего.
Исчезновение организовал Аллен, он сказал этому человеку, что очень
интересуется погружениями и просто должен видеть этот эксперимент. За
хрустящую стодолларовую бумажку и обещание назавтра такую же рабочий отдал
Аллену свой значок. С этим значком Аллен ни у кого не вызывал любопытства и
менее всего у охранявшего причал морского пехотинца.
Аллен стоял на причале под солнцем и смотрел, как чайки ныряют в голубую
воду и неизменно взлетают с серебристой рыбкой в клюве. Они не
промахивались.
Моторка подошла, пришвартовалась, и Аллен перенес на нее аккумуляторы и
съемочное оборудование. Несколько минут спустя моторка неслась к острову
Сент-Джон, покрытому до вершин холмов пышной зеленью. Сперва перед их
взором был Рокфеллер-парк, потом двадцать минут спустя они обогнули косу и
увидели корабли на якоре, домики на берегу и вертолет, медленно, мягко
опускавшийся на пристань.
Когда они, вспенивая воду, подошли к лагуне, Аллен увидел суда, которые ему
были нужны, - яхту Меллона и ТДК. На яхте Мел-лона агент ФБР говорил по
радиотелефону с оператором Уильямса в Вашингтоне.
- Никаких происшествий. Спокойно. Выхожу на связь через час. Аллен видел
две лодки, охранявшие яхту, морских пехотинцев на борту и думал, что
прорваться через этот кордон было бы невозможно. Он поступил
предусмотрительно, назначив свидание Кэти на ТДК.
Моторка остановилась у пристани, покачиваясь и задевая бортом за кранец.
Аллен спросил моториста:
- Куда вы теперь?
- Не знаю. Наше дело - ждать распоряжений.
- Хотите получить двадцать долларов за небольшую прогулку?
Первый оператор поглядел на Аллена и сердито сказал:
- Эй, Адамс, тебя взяли помогать!
- Подойду через полчаса, - торопливо сказал Аллен мотористу.
- Куда тебе?
- У меня девочка на вспомогательном судне.
- Ладно, - сказал моторист. - Я буду здесь. Аллен поспешно спрыгнул на
пристань и перевыполнил свою норму тяжелой работы, помогая группе
устанавливать оборудование.
На вертолете, который видел Аллен, прилетел адмирал. Это было проявлением
мудрости координатора из министерства внутренних ресурсов. Командование
флота выражало недовольство с самого начала этой операции, и, чтобы
задобрить его, некий гений подал идею пригласить кого-нибудь из адмиралов
на церемонию погружения, которой открывался тридцатидневный эксперимент.
По замыслу первый спустившийся к домику аквалангист должен был достать из
люка большой золотой ключ, всплыть на поверхность и под объективами
телекамер вручить пораженному адмиралу этот символический ключ от
эксперимента.
Адмирал Джесон Бингем болтал в кают-компании ТДК с капитаном Мазуром.
- Перед вылетом сюда мне был звонок из министерства юстиции. Они
обеспокоены тем, что здесь находится этот Меллон.
- На этом настоял адмирал-океанограф, сэр. Мы были готовы отправить его
отсюда.
- Черт, как мне это не нравится! Эксперимент стоил правительству громадных
денег, и нам только не хватало, чтобы во время него был убит какой-то
гражданский. После этого фиаско можно будет навек проститься с "Тектайтом".
- Еще не поздно, - сказал капитан. - Мы можем отправить его отсюда на
вертолете.
- Ас меня могут снять голову в Пентагоне, если я прикажу отправить его
отсюда и он будет убит у себя дома. Нет. Ошибка уже сделана. Но мы примем
меры, чтобы с этим человеком ничего не случилось - по крайней мере пока я
здесь.
Капитан объяснил, как охраняется яхта Меллона, и адмирал остался доволен.
- Мимо морских пехотинцев не пробраться никому, - сказал он. Потом услышал,
как подошла моторка.
На ТДК кают-компания находится рядом со сходнями. И адмирал ясно слышал
разговор. Впоследствии он не раз будет вспоминать его. Какой-то человек
сказал вахтенному:
- Мне нужно повидать Кэти Симмонс.
- Кого?
- Это девушка лет семнадцати...
- Да, сэр. Ее я помню, сэр.
Неизвестный сказал:
- Я договорился встретиться с ней здесь в это время.
- Ее здесь нет, сэр. Мистер Хадсон, главный океанограф, отправил ее на яхту
Меллона. Теперь ей запрещено находиться здесь.
В кают-компании капитан улыбался адмиралу, думая, рассказать ли ему об
импровизированном телепредставлении, устроенном Кэти для акванавтов. Но
решил, что не стоит. Никакой адмирал не удержался бы при этом от смеха.
- Это не так уж важно, - сказал тот человек вахтенному. - Но что такого
Кэти сделала?
- Выставила напоказ груди, - сказал вахтенный, и адмирал расхохотался.
Капитан с облегчением рассмеялся тоже.
Аллен Лоуэлл, спускаясь в моторку, не смеялся. Задача перед ним стояла
сложная.
Агент ФБР разговаривал с Кэти на борту яхты Меллона, когда к лодке охраны у
левого борта подошла моторка. Агент увидел за штурвалом молодого человека,
и тут девушка замахала рукой и крикнула:
- Джим! Сюда!
- Кто это? - спросил агент.
- Мой парень. Он сказал, что будет работать со съемочной группой. - Она
повернулась к агенту. - Сэр, можно ему подняться на борт? Всего на минуту?
Я несколько дней не видела его.
Меллон вышел на палубу, но агент уже сказал: "Ни в коем случае". Он взял
рупор, служивший для переговоров с охраной, и его усиленный голос прозвучал
металлически:
- Скажите, пусть проваливает! Никаких гостей! Человек в моторке передал
охраннику какой-то футляр и с ревом понесся к пристани. Охранник крикнул в
мегафон:
- Он оставил подарок для девушки.
- Хорошо, давай его сюда, - ответил в рупор агент. Лодка подошла к борту.
- Поймать сможете?
- Конечно.
Охранник бросил футляр, Кэти поймала. Рядом с ней стояли Меллон и агент
ФБР. Они взяли у нее футляр и открыли, внутри был бинокль.
- Я забыла взять его, - сказала Кэти, хотя до сих пор и в глаза не видела
бинокля. Но Джим велел сказать так, если возникнут вопросы. Агент повертел
бинокль в руках.
- По-моему, тут все в порядке, - сказал он. - Тем более что этот человек не
на борту.
- Завтра я буду наблюдать церемонию погружения, - сказала Кэти. - Я
близорука, а так хочется все рассмотреть.
Но агент ФБР решил удостовериться сам. Он поднес бинокль к глазам,
поглядел. Затем отдал его Кэти.
- Я хотел убедиться, что это действительно бинокль, - сказал он, хотя,
собственно, и не сомневался в этом. У такой девушки, как Кэти, должен быть
мальчик на побегушках.
Аллен Лоуэлл весь день работал на солнцепеке, грузил тяжелые ящики и
оборудование, лицо его заливал пот, в башмаки набился песок. Но он привык
работать со съемочными группами. Потом все сели в моторку и вернулись на
Сент-Томас, а вечером в прибрежном баре Аллен вручил рабочему еще сто
долларов.
- Завтра можете выходить на работу, - сказал он. - Зрелище было
незабываемое.
Потом Аллен пошел к себе в отель и достал из чемодана мундир армейского
сержанта. В ту же ночь сержант первой десантной дивизии Гарольд Дауб
вылетел самолетом компании "Пан Америкен" в Майами, а там пересел на рейс
до Вашингтона. "Тектайт III" был у Аллена позади.
Впереди была Стефани Сполдинг.
Десять часов сорок пять минут, остров Сент-Джон. Бинокль лежал в футляре на
туалетном столике в каюте Кэти.
Надо было поторапливаться. Церемония начиналась в одиннадцать, акванавты на
своем судне натягивали костюмы, адмирал и другие высокие чины собрались на
палубе ТДК.
Кэти решила устроить акванавтам последнее представление. Она облачилась в
голубое бикини и пошла на нос, откуда могла помахать им перед спуском.
Чтобы они помнили ее все долгие дни под водой.
Когда она проходила мимо радиорубки, один из агентов ФБР увидел ее и
присвистнул.
Перед вылетом из Балтимора двенадцатичасовым рейсом в Нью-Йорк Джордж
Уильямс позвонил Стефани Сполдинг и Бобу Уорнки. Стефани сразу же вспомнила
интервью во время похорон. Уорнки на минуту задумался.
- Знаете, у меня много раз брали интервью как у тренера. Но я не помню,
совал мне кто-то в тот день микрофон под нос или нет... Постойте... А, вы
имеете в виду того... верно, один парень подходил ко мне на улице, когда
процессия уже прошла. Я глядел ей вслед и плакал, как ребенок. Он спросил,
работал ли я с Кеннеди, а я ответил, что сейчас не могу говорить. Вот и все
интервью! Черт, должно быть, это он. Тот самый парень!
- Это он, - сказал Уильямс и повесил трубку. Потом стал дозваниваться на
яхту Меллона. После долгих помех и ошибок он наконец связался со своим
человеком.
- Меллон под надежным присмотром?
- К яхте никто не приближался, - сказал агент ФБР. И после паузы добавил: -
Вообще-то вчера подплывал один парень.
- Что?
- На яхте находится девушка, дочь одного из ученых. Этот парень вчера хотел
навестить ее, но мы его прогнали.
- Возьмите эту девушку и не подпускайте к Меллону!
- Этот парень не подходил к ней! Только передал через охранников бинокль.
- Бинокль?
- М-м-м, да...
- Где сейчас этот бинокль?
- Н-не знаю.
- Бросьте его за борт сию же минуту!
- Это настоящий бинокль. Мы проверяли.
- Сию же минуту найдите его и бросьте за борт!
Адмирал Бингем был в прекрасном настроении. Кто-то из штаба сказал ему, что
он получит золотой ключ от домика акванавтов, и его это радовало. Штабисты,
капитаны первого и второго рангов, стоявшие с ним на палубе, были одеты в
безупречно белые мундиры с золотыми галунами. По правому борту находилось
прогулочное судно, с которого акванавты должны были погружаться. Эта
помпезность была дисгармонирующей нотой в якобы военной операции, но
министерство внутренних ресурсов не особенно считалось с военными моряками.
Адмирал улыбнулся, когда один из акванавтов, уже одетый для погружения,
отдал ему честь.
От ТДК к подводному домику шли кабели, он стоял поодаль от берега. К нему
причалил старый Курт Меннинг, научный телеобозреватель. Съемочная группа
наводила с кормы катера на адмирала объективы телекамер.
- Не хотите ли сказать несколько слов перед погружением? - спросил его
Меннинг.
И, не дожидаясь ответа, перепрыгнул на палубу, к досаде других телегрупп на
своих катерах. Адмирал отказался говорить с ними до погружения, опасаясь,
что может что-то случиться: он не хотел, чтобы его снимали вещающим о
технологическом достижении, когда внизу лежит мертвый акванавт, как это
случилось при проведении "Си Лэб III", но у Меннинга, очевидно, был
какой-то подход.
С яхты Меллона, стоявшей ярдах в тридцати, это смотрелось как яркое,
красочное зрелище. Ясное голубое небо, солнечные лучи сверкали на волнах
лагуны. Акванавты докуривали последние сигареты, им предстояло не кур
...Поділитися у соцмережах
