Жанр: Боевик
Океан ненависти
...а.
— Прекрасно, — обрадовался дипломат. — Самойлов, — представился он, —
Николай Сергеевич.
— Очень приятно. — Дронго назвал имя и фамилию, под которыми он жил на
курорте. После чего комиссар велел пригласить следующего свидетеля. Им оказалась
Света.
Женщина вошла в комнату и, боязливо оглядевшись, села на стул. На ней было
темное строгое платье, но ее пышные формы, очевидно, волновали помощника
комиссара, который опять сильно покраснел, хотя, в отличие от Инны, вошедшая
была одета скромно.
— Вы Светлана Морозова, — посмотрел ее документы комиссар, — и вы прибыли
на курорт вместе с группой людей, среди которых был и убитый Виктор Кошелев. Все
правильно?
Дронго четко перевел. Теперь, в присутствии сотрудника российского
консульства, владевшего турецким языком, нельзя было импровизировать, это сразу
бы стало явным.
— Да, — подтвердила женщина, — мы приехали вместе два дня назад.
— Вы работаете в фирме, которую возглавлял убитый?
—Нет, я подруга его компаньона. А разве кто-нибудь сказал, что я работала
в его фирме? — забеспокоилась она, словно комиссар спросил о чем-то неприличном.
—- Успокойтесь, — сказал Дронго, — он просто задает вопросы. Отвечайте на
них четко и полно и не задавайте своих.
Женщина кивнула, несколько успокаиваясь.
— Многие свидетели показали, что в вашей группе все время вспыхивали
скандалы. Что вы на это скажете?
— Разное бывало. Иногда случались и ссоры, — ответила Света, — а почему вы
спрашиваете?
— Вчера вечером, за ужином, состоялся неприятный разговор между убитым и
вашим другом, Рауфом. Что вы можете сказать по этому поводу?
— Они просто поспорили, — пожала плечами женщина, — с кем такого не
бывает. Просто поспорили из-за своих дел. И Рауф сразу ушел, чтобы не скандалить
дальше.
— Они и раньше спорили таким образом?
— Иногда. Но в конце концов всегда находили общий язык, — добавила Света.
— Куда вы пошли после ужина?
Комиссар спрашивал, помощник записывал, а Дрон-го добросовестно переводил.
Российский дипломат в допрос пока не вмешивался, тактично решив не мешать
комиссару.
— Мы пошли купаться, — ответила женщина.
— Вы можете назвать, кто именно был с вами?
— Конечно. Кроме меня, там были Юрий Коше-лев, наш Олег и девочки — Юля и
Кира. Мы были впятером.
— И вы все время купались в бассейне, никуда не
отлучаясь? — уточнил комиссар.
— Да, — неуверенно кивнула Света, — все время были там.
— Может, вы куда-то отходили от бассейна, пока другие купались? — спросил
комиссар.
— Нет, — уже более твердо сказала Света, — я никуда не отлучалась.
— Юрий Кошелев показал вчера, что, пока другие купались, вы прошли к бару,
где выпили две чашки кофе. После чего он ушел, оставив вас одну, - прочел
комиссар показания брата убитого.
— Да, верно, — вспомнила женщина, — мы были в баре. Но пили не кофе, а
мартини. Все равно я сказала правду. Мы не отходили от бассейна, бар находится
рядом с ним.
Дронго вспомнил об информации бармена, но промолчал, решив, что не стоит
сейчас уличать ее во лжи. Это могло спутать все его планы и помешать нормальному
ходу допроса.
— И вы все время сидели в баре? — снова уточнил комиссар. — Бармен сможет
это подтвердить?
— Наверное, сможет, — пожала плечами женщина, — я ведь там была. Мы даже
прошли туда в купальных костюмах и потом, когда немного обсохли, оделись. Он
должен был меня запомнить. У него такие большие пышные усы.
— Когда вы услышали крик горничной, вы все еще были в баре? — спросил
комиссар.
— По-моему, да, но точно не помню.
— Какие отношения были у вашего друга Рауфа с убитым?
— Деловые, нормальные. Они ведь были компаньонами. А то, что спорили, это
ничего не значит. Сейчас все спорят и ругаются. По-другому бизнес сделать
нельзя, — рассудительно закончила женщина.
— А как к убитому относились лично вы? — вдруг спросил комиссар, и Дронго
перевел, с интересом ожидая ответа.
Она вдруг изменилась в лице, побледнела и сказала с вызовом:
— Я его не очень любила. Но это мое личное дело.
— Сейчас не личное, — возразил комиссар, выслушав перевод. — Пусть она
объяснит нам, почему она его не любила, — попросил он Дронго.
— Он был жестокий и наглый, — пояснила Светлана, — поэтому я его и не
любила.
— У него были ссоры с его девушкой? — спросил комиссар, и Дронго вместо
последнего слова назвал имя Инны, заметив на себе удивленный взгляд российского
дипломата.
— По-моему, еще нет. Вообще-то они были уже на грани. Инна все время
интересовалась, почему мы так плохо относимся к Виктору. Я думаю, через
некоторое время она бы ушла от него. Она слишком гордая женщина. Но пока никаких
скандалов не было.
Пока Дронго переводил, она немного подумала и вдруг выпалила:
— Если они думают, что Виктора убил Рауф или Инна, то ошибаются. Они
никогда бы на такое не пошли. Глупо так думать.
— А кто бы пошел? — Дронго не стал переводить ее фразу и задал свой
вопрос. Она растерялась.
— Не знаю... я просто не знаю. Как и любая блондинка, она быстро краснела.
Теперь легкий румянец залил ее щеки.
— А Юрий мог убить своего брата? — спросил Дронго, не дожидаясь вопроса
комиссара. .
— Юрий?.. — явно испугалась женщина. Самойлов вскочил с места.
— Кто здесь допрашивает? — по-турецки закричал он, чтобы понял и комиссар.
— Что происходит? Какое право имеет этот человек задавать вопросы лично от себя?
— Он мне помогает, — пробурчал комиссар, — и по нашей договоренности может
задавать любые вопросы. Если вас что-то не устраивает, вы можете жаловаться,
господин дипломат. Все вопросы он задает от моего имени.
Под его взглядом Самойлов сел, а Дронго после ободряющего кивка комиссара
задал следующий вопрос:
— Какие были отношения между братьями?
— Не очень хорошие.
— Вы не ответили на мой первый вопрос. Как вы считаете, мог Юрий убить
своего брата?.
— Я не знаю, — смутилась женщина, — не знаю.
— А другие члены вашей группы? Например, Кира?
— Нет, — сразу сказала Света, — ни за что. Ее тошнит при виде крови. Она
бы — никогда.
— А вы? — вдруг спросил Дронго, и наступила тишина. Комиссар понял, что
тот задал какой-то каверзный вопрос, на который женщина не знает ответа. А
Самойлов переводил взгляд с нее на мужчин и не понимал, почему она молчит.
И вдруг женщина зарыдала. Дипломат снова вскочил на ноги.
— Перестаньте издеваться, — уже по-русски закричал он.
Дронго коротко изложил суть своих вопросов комиссару и добавил по-турецки:
— Она не все время была в баре, я говорил сегодня с барменом, работавшим
вчера. Она вышла оттуда и прошла во французский ресторан.
— Но вы этого не видели, — резонно заметил комиссар.
— Нет. Вероятно, в этот момент я стоял в спальне и слушал разговор брата
покойного и Инны, к которой он приставал. Наверное, тогда она и прошла к
французскому ресторану.
Женщина достала из сумочки платок, и Дронго, подождав, пока она вытрет
слезы, задал следующий вопрос:
— Почему вы нас обманули? Вы ведь не сидели все время в баре. Вы ушли
оттуда, как только Юрий вас оставил. И сразу прошли к французскому ресторану,
где вас кто-то ждал. Кто вас там ждал?
Она испуганно посмотрела на него. Этот человек, казалось, знал все.
— Там был мой друг, — тихо сказала она, опустив голову.
— Имя этого друга? Кто это был? Почему вы встретились с ним таким странным
образом? Женщина молчала.
— Мы ждем, — напомнил Дронго.
— Это был Рауф.
— Но почему тогда он все скрыл от нас? — Комиссар понял, чье имя она
произнесла, и добавил с укоризной: — Все-таки напрасно я его вчера не задержал.
— Почему вы встречались с ним таким образом? И почему он ничего нам не
рассказал об этой встрече? — спросил Дронго.
— Мы договорились встретиться с ним там еще во время ужина, — сказала
Света. — Он сам попросил меня пойти со всеми в бассейн. Он хотел... хотел... В
общем, он хотел, чтобы мы все ушли, а он бы поговорил с Виктором.
Дронго точно перевел слова женщины, и комиссар вскрикнул с
удовлетворением:
— Ну вот и все, что требовалось доказать! Рауф все-таки встречался с
Виктором вчера после ужина. И в результате их ссоры все было решено ножом самого
Виктора.
— Он сказал мне, — продолжала женщина, — что Виктор не захотел с ним
разговаривать. Он позвонил ему и хотел к нему подняться, но Виктор сказал, что
он занят и они поговорят завтра утром. Мы как раз сидели в ресторане, когда
раздался крик, и мы выскочили на главную дорожку.
Дронго перевел и эти слова, после чего комиссар замолчал. И, немного
подумав, спросил:
— Они все время сидели в ресторане?
Дронго спросил, и женщина кивнула:
— Да, мы все время сидели в ресторане и никуда не выходили.
— Нужно все проверить, — предложил комиссар, — она может соврать, чтобы
выгородить своего друга.
— Нам придется найти метрдотеля, который работал вчера вечером, — заметил
Дронго, — и официантов. Такую женщину, как эта блондинка, должен был запомнить
любой турок.
Помощник прыснул от смеха. Даже российский дипломат усмехнулся.
— Если они подтвердят, что эти двое никуда не выходили, значит, у Рауфа
будет абсолютное алиби, — заключил Дронго. — Бармен видел, что она подходила к
человеку, который ее явно ждал у ресторана. А само убийство было совершено как
раз после этого. Они были в ресторане не меньше получаса. Когда я поднялся в его
апартаменты, то увидел, что кровь еще не свернулась до конца. Виктор был убит
совсем недавно, буквально за несколько минут до того, как его нашла горничная.
Она могла даже увидеть убийцу, зайди чуть раньше в эти апартаменты.
— Вы решили выступить теперь в роли адвоката? — разочарованно спросил
комиссар.
— Мне казалось, истина для вас важнее, чем все наши разговоры, — спокойно
заметил Дронго. — Или я ошибался?
Комиссар отвернулся, стараясь не смотреть на своего переводчика. Он
понимал, что тот вновь оказался прав. Взглянув на женщину, он сказал:
— Вы свободны. — И, уже обращаясь к помощнику: — Срочно найди этого
менеджера. Пусть привезет к нам метрдотеля, дежурившего вчера во французском
ресторане, и официантов. Всех, кто там был.
Глава 10
Получив приказ комиссара, помощник вышел из комнаты, и мужчины остались
втроем.
— Кто все-таки, по-вашему, совершил это убийство? — спросил российский
дипломат. — Я так ничего и не понял.
Разговор шел на турецком, чтобы его понимал и комиссар.
— Пока не знаем, — пожал плечами Дронго. — Вчера вечером произошла крупная
ссора между убитым и его компаньоном. У компаньона до настоящего времени нет
алиби. Поэтому они его и подозревают.
— А у всех остальных алиби есть? — дернулся дипломат.
— Не у всех, — признался Дронго. — После того как ужин закончился, они
вышли к бассейну впятером. Моя вилла как раз находится напротив этих бассейнов.
Двоих я все время видел перед собой, но остальные изредка куда-то отлучались. Мы
допросили некоторых из них. Пока алиби нет только у троих: у подруги убитого
Инны, его компаньона Рауфа и молодой женщины по имени Кира. У остальных есть. У
некоторых не столь абсолютное, но все же есть.
— Я не имел в виду членов группы, — возмущенно заметил дипломат, — я
говорил о других туристах. Здесь несколько сот человек, столько служащих,
работников. Почему вы не подозреваете никого из них? Почему убийство должны были
совершить обязательно члены российской группы? Откуда такая предвзятость,
комиссар? — возмущенно закончил он.
Фикрет Явуз покачал головой. Как плохо работать в подобных условиях.
Кажется, его пенсия действительно будет на грани минимума, установленного в
таких случаях.
— Я вам отвечу, — сказал комиссар. — Во-первых, ваш гражданин был убит
своим ножом, о котором знали только члены его группы. Они покупали его вместе в
Стамбуле, и посторонний человек мог принять его за обычный сувенирный нож. Вовторых,
в номере после убийства осталось, однако, около пятидесяти тысяч
долларов. И еще драгоценности. Как вы думаете, если это был обычный грабитель,
почему он не взял деньги и ценности?
Дипломат ошеломленно молчал. Потом нерешительно сказал:
— Извините. Я всего этого не знал.
В комнату вошел менеджер. На нем была цветная жилетка и светлые брюки. За
ним вошел помощник комиссара.
— Я уже велел всех вызвать сюда, — сообщил менеджер. — Они живут в городе,
и наш автобус поехал за ними.
— Прекрасно, — кивнул комиссар, — теперь я понимаю, почему все стремятся
на ваш курорт. У вас прекрасная реакция.
Менеджер улыбнулся:
— Я распорядился принести сюда чай и кофе, господин комиссар. Если вам
понадобится еще что-нибудь, мой секретарь вам все обеспечит. Он вышел из
комнаты.
— Кто у нас еще в списке главных свидетелей? — спросил комиссар. — Вы все
время говорите об одной девушке, которую вы не могли видеть со своего балкона.
— Да, — сказал Дронго, — одна из двух оставшихся в бассейне женщин. Я не
мог ее видеть, так как она довольно долгое время была в сауне.
— Как ее зовут? — оживился комиссар.
— Кажется, Кира. Фамилию я не знаю.
— Распорядитесь, — приказал комиссар помощнику, — пусть ее пригласят
следующей.
Через пять минут в комнате появилась Кира. Она была одета в светлый
брючный костюм и, несмотря на внешне независимый вид, очень нервничала. Это было
видно и по ее манере держаться, и по дергающемуся лицу. Она села на стул
напротив комиссара, пытаясь унять дрожащие руки. Ее миниатюрное личико было
плохо накрашено, очевидно, ее позвали прямо из номера.
— Почему вы так нервничаете? — спросил Дронго.
— Как будто вы не знаете, что случилось, — выдохнула она, — такой ужас.
Убили Виктора.
— Вы его хорошо знали? — спросил комиссар.
—- Не очень.
— Но он был руководителем фирмы, где работал ваш друг.
— О ком вы говорите? — не поняла женщина. — Какой друг?
— Тот человек, с которым вы сюда приехали. Кажется, его зовут Олег
Молчанов, — пояснил Дронго. — Он ведь финансовый директор в компании, которую
возглавлял Виктор Кошелев.
— Он мой муж. Мы собираемся расписаться сразу после возвращения, — гордо
сообщила Кира. — Я никогда бы не приехала на курорт просто с другом.
— Простите, — улыбнулся Дронго, — это, конечно, важное уточнение. Но тем
не менее вы не ответили на вопрос комиссара. Вы хорошо знали Виктора Кошелева?
— Не очень хорошо. И совсем не хотела знать лучше.
— Почему? — спросил комиссар, когда Дронго ему перевел.
— Он был мерзавцем, — безапелляционно произнесла Кира, — и я совсем не
жалею, что его убили.
— Это слишком категоричное заявление, — покачал головой Самойлов, — не
нужно говорить такие вещи. Вас могут заподозрить в убийстве.
— Меня? — засмеялась Кира. — Никогда! Кто меня может заподозрить? Мне-то
зачем было его убивать?
— Вы некоторое время отсутствовали в бассейне? — сказал Дронго уже от
самого себя и заметил, как вздрогнула женщина при упоминании бассейна.
— Я была в сауне, — торопливо сказала она.
— Возможно, — согласился Дронго, — но у вас было время, чтобы выйти из
сауны, добежать до номера Виктора, убить его и снова вернуться. Из сауны есть
выход в отель через детскую комнату и кафетерий.
— Какой бред, — пожала плечами женщина, — для чего мне это было нужно?
Она попыталась достать из сумочки сигареты, и было видно, как дрожат ее
руки. Наконец она раскрыла сумочку и, достав пачку, с трудом вытащила сигарету.
Потом посмотрела по сторонам.
— У вас нет зажигалки? — спросила она у Дронго.
— Я некурящий, — сухо ответил он.
Самойлов достал зажигалку и подошел к женщине. Она закурила, легким кивком
поблагодарив дипломата.
— Ваш будущий муж был финансовым директором у человека, которого вы только
что назвали мерзавцем. Может, вы решили таким образом освободить своего мужа от
мерзавца? — предположил комиссар.
— Он в личной жизни был мерзавцем, — гневно ответила женщина, — а на
работе он как раз был достаточно умным и пробивным типом. Зачем мне было его
убивать?
— А кто, по-вашему, мог это сделать?
— Из нашей группы никто, — твердо сказала женщина, — ищите среди служащих.
Может, кто-то польстился на его деньги.
— Не подходит, — возразил Дронго. — После убийства мы нашли все деньги в
его сейфе.
— Какие деньги? — быстро спросила Кира. — Доллары?
— Да, конечно. Около пятидесяти тысяч долларов лежали в его личном сейфе.
И драгоценности Инны тоже были там.
— А фунты? — вдруг сказала Кира. — Они тоже были в номере?
— Какие фунты? — растерялся Дронго.
— Он собирался отсюда лететь в Англию. У него в номере лежали две пачки
денег. Двадцать тысяч английских фунтов. Олег вчера ездил в Стамбул и получил
эти деньги в банке.
Комиссар и Дронго переглянулись. Это меняло весь ход расследования. Фунты
они не нашли, и теперь вполне можно было выстроить гипотезу об ограблении.
Комиссар с ужасом подумал: если такая версия попадет в газеты, курорт можно
сразу закрывать. А его уволят за несоответствие занимаемой должности.
— Кто знал об этих деньгах? — закричал он нервно.
— Понятия не имею. Виктор просил держать это в тайне, и Олег все рассказал
только мне, объяснив, зачем он едет в Стамбул.
— А брат Виктора знал об этих деньгах?
— Это мне неизвестно. Наверное, знал, Виктор ему доверял.
Комиссар вытер ладонью правой руки вспотевшее лицо. Покачал головой.
— Только этого нам не хватало.
— Я же вам говорил, — победно воскликнул российский дипломат.
— Нужно будет все тщательно обыскать, — предложил Дронго, видя состояние
комиссара, — все номера. Все без исключения. Такие деньги не могли положить куда
попало.
— Да, да, конечно, — растерянно сказал комиссар.
— У вас еще есть ко мне вопросы? — спросила Кира, наслаждаясь
произведенным эффектом.
— Нет, — горько ответил комиссар, — она может идти.
— У меня есть несколько вопросов, — вмешался Дронго. — Как вы считаете,
почему Инна не знала о деньгах? Она ведь их даже не видела?
Кира смутилась в очередной раз.
— Не знаю, — сказала она, — может, .просто не обратила внимания.
— Кто еще мог знать про деньги?
Она снова занервничала. Покачала головой:
— Вы уже меня спрашивали. Я же вам сказала, что не знаю.
— До свидания, — перебил ее Дронго. Ему не нравилась эта слишком умная
особа, так пытавшаяся скрыть свое волнение.
Молодая женщина поднялась и вышла из комнаты.
— Это меняет все дело, — горько сказал комиссар, — теперь действительно
придется подозревать всех туристов. Устроить обыск по всему курорту. Будет
скандал на всю Турцию. Сюда больше никто не захочет приехать на отдых. А меня
просто вышвырнут из полиции, даже если я и найду убийцу.
Самойлов поднялся следом за женщиной.
— Я считаю, вам нужно еще раз подумать, прежде чем предъявлять обвинения
гражданам моей страны, — сухо и официально заявил он. — На вашем курорте убит
наш гражданин. И, по-моему, вам следует заняться поисками убийцы, а не мучить
членов этой туристической группы, и без того морально пострадавших в результате
происшедшего.
Какой идиот, — разочарованно подумал Дрон-го, — неужели он ничего не
понимает?
— Послушайте, Николай Сергеевич, — с трудом сдерживаясь, сказал Дронго, —
вы не хотите понять очевидных вещей. Деньги для убитого привезли только вчера.
Привезли из Стамбула. О них не знал никто. Ни один человек, кроме опять-таки
членов этой группы. И деньги пропали. Так какой вывод из этого следует?
Самойлов пожал плечами.
— Разбирайтесь без меня. Все документы я потом подпишу, — закончил он и
вышел из комнаты.
— Что вы ему сказали? — спросил комиссар.
— Сказал, что об этих новых деньгах могли знать тоже только члены группы.
— Их мог увидеть кто-либо из сотрудников отеля, — предположил комиссар.
— Ну, этого я ему не сказал, — рассмеялся Дронго, — мне просто хотелось
поставить его на место. А вы не переживайте так, комиссар. Мы можем все
проверить прямо сейчас. Нужно допросить водителя, который отвозил Молчанова в
Стамбул. И горничных, которые вчера работали в этом номере. Хотя одна из них вне
подозрений. Та, которая закричала, найдя труп. Еще мог быть кто-то из службы
обслуживания отеля, например, из химчистки. И посыльный из ресторана. Это не так
много, и мы можем достаточно быстро проверить.
— Мне бы вашу энергию, — грустно сказал комиссар. — Мне кажется, я уже
выдохся. И теперь меня заставляют бежать после финиша.
— Главное, что вы еще в хорошей форме, комиссар, — пошутил Дронго. —
Давайте все-таки допросим мужа этой девицы. Вернее, жениха. Честно говоря, мне
она очень не понравилась. И вторую даму, что была с ней. Они единственные, кого
мы пока не допросили.
— Пусть позовут Олега Молчанова и подругу брата убитого, — распорядился
комиссар и, когда помощник вышел, тихо сказал: — Мне звонили из Стамбула. Если я
не найду сегодня убийцу, то завтра будут звонить уже из Анкары. А послезавтра
меня просто выбросят из полиции.
— Надеюсь, до этого не дойдет, — успокоил его Дронго.
В комнату вошли помощник комиссара и Олег Молчанов.
- Доброе утро, — устало поздоровался комиссар, — проходите и садитесь.
Олег Молчанов явился, одетый в строгий серый стюм. На нем был очень
дорогой галстук от Валентино. Дронго оценил и его оправу, тянувшую на несколько
сотен долларов. Да, дела фирмы шли неплохо, если финансовый директор мог
позволить себе так одеваться.
— Вы финансовый директор компании, которой руководил убитый Виктор
Кошелев? — уточнил комиссар.
— Да, — спокойно сказал Молчанов. Он сидел раскованно, словно на обычном
деловом совещании.
Как он управляется с такой женщиной, как Кира, — подумал Дронго, — они
ведь совсем разные люди? Он спокойный, сосредоточенный, вдумчивый, а она
эмоциональная, резкая, прямая. Может, в единстве противоположностей и есть
условие идеального брака?
— Вы можете назвать оборот своей фирмы? — спросил комиссар. — Если это,
конечно, не секрет.
— Около двадцати миллионов долларов в год, — ответил Молчанов.
Комиссар и Дронго переглянулись.
— И кто теперь будет возглавлять фирму? — осведомился комиссар.
— В принципе у нас контрольным пакетом акций владел Виктор. Теперь, после
его смерти, наверное, они перейдут к его сыну.
— У него есть сын? — спросил Дронго, даже не переведя ответа Молчанова.
— Да, но он развелся с женой два года назад. Хотя сына любил. Но еще
больше любил свою свободу. Дронго перевел все комиссару.
— А его брат? — спросил Фикрет Явуз.
— Он владел несколькими процентами, — отмахнулся Молчанов, — Виктор
никогда серьезно не рассчитывал на своего брата, зная его способности. Он ввел
пост вице-президента по связям с общественностью специально для Юрия, который
ничего не делал, а просто получал зарплату.
— Значит, после смерти Виктора его младший брат не сможет стать
президентом фирмы? — уточнил комиссар.
— Что? — засмеялся Олег. — Да он же форменный кретин! Разве он может стать
президентом. Нет, он ни при каких обстоятельствах не станет президентом.
— А ваш компаньон Рауф?
— Он всего-навсего компаньон, — пояснил Молчанов, — он не имеет к нашей
фирме прямого отношения.
— Получается, что место президента можете занять вы? — подвел итог
комиссар.
— Почему получается? — удивился Олег. — Если ничего не случится, я и буду
президентом. Это же и так ясно. Я думаю, собрание акционеров обязательно
выдвинет меня.
— Вы смелый человек, — заметил Дронго. — Не боитесь, что вас обвинят в
убийстве Кошелева?
— Нет, не боюсь. У меня абсолютное алиби. После ужина мы пошли купаться, и
я был все время в бассейне, пока не раздался крик.
— Вы купались сначала в открытом бассейне, а потом перешли в закрытый, —
уточнил Дронго.
Олег снял очки, чтобы протереть стекла. Он был очень близорук. Было видно,
как он моргает и, лишь надев очки, чувствует себя нормально.
— Да, — сказал он, — а откуда вы знаете?
— Я сидел в это время на балконе, — объяснил Дронго, — моя вилла как раз
рядом с открытым бассейном.
— Странно, — удивился Молчанов, — а я вас там ие видел.
— Вы привезли вчера деньги? — спросил комиссар, и Молчанов первый раз
смутился. .
— Откуда вы
...Закладка в соц.сетях
