Жанр: Триллер
Эссе 4. Объятия немезиды.
...тите мероприятие. Аркадий уже приготовил кисти и
точит карандаши.
- И Аркаша с вами?
- Не только он. Есть даже представители дружественной части Великобритании.
Дубина, не валяйте дурака. Круглый стол ждёт вас.
- Мда, я слышу даже по телефону, что он и правда круглый.
- Ещё какой круглый! Верно, Скорцени?
- Да, шеф!
В воздухе раздался свистящий гул перерастающий в грохот и со стороны Европейской
площади на Крещатик влетел заходящий на посадку реактивный АН-2. Коснулся колёсами
брусчатки и завыл реверсом двигателя.
- Что это у вас там воет? - встревожено спросил Дубина.
- Похоже, вернулась ваша секретная летающая крепость с восточного похода, - ответил
в трубку Муссолини. - Это вы её отозвали?
- Ждите, я буду, - Дубина отключился.
Самолёт остановился прямо перед столом с пивом, метрах в десяти, что-то проворчал
турбинами и затих. Открылась кабина.
- Ха! Пацаны! Да здесь весь Крещатик наш! Аркадий, а почему ты не в обозе под
Бердичевым?
Бруклин спрыгнул на землю. За ним из самолёта стали выходить Седой, Француз,
Парковщик, Димедрол. Шатаясь вышла Леся и закрыла за собой дверь.
- Где друг мой, Моня? Ужель в глуши неведомой остановили его? Не верю я.
Отказываюсь верить! - валял дурака бородатый в тюбетейке.
- Аркаша, - сказал Седой. - Ты всегда, почему-то, оказываешься в непредсказуемом
месте. Ааа! - Обернулся в сторону. - Братская Италия с нами!
И по кругу пошли приветствия и объятия.
11.
Дубина отключил телефон и перешел на вторую линию, по которой кто-то звонил.
"Пыххх..." - неожиданно зашумело в голове, когда он поднёс трубку к уху. Тело стало
тяжелым и неуклюжим, в глазах поплыло.
- Дуубиина наа проооводе, - необычно низким голосом и растягивая слова как на
плохой аудио записи выговорил полковник, сам себя не узнавая и держась рукой за
дверную ручку, чтобы не упасть.
- Полковник - прозвучало в телефоне созвучие незнакомого колоса. - Вы, надеюсь,
меня слышите?
- Слыышу, слыышу... Но ничего не вижу, - непонятно закончил фразу ошалевший
Дубина и упал в кресло.
- Ничего видеть не надо, - продолжил голос в телефоне. - Надо только слушать. Это
звонит Маринин из Политбюро.
Слова Маринина сопровождались звоном в ушах и искрами в глазах измученного
Дубины.
- Господи, это ты, Саша? Ты пришел с салютом.
- Я, полковник. Но к вам очень трудно дозвониться.
- Ох, Маринин, а я думал уже что у меня галлюцинации.
- Полковник, у меня мало времени. Мне необходимо передать вам сообщение.
- Передавай, Маринин. Я тебя слушаю, - вяло сказал Дубина, борясь с
головокружением.
- Я Седому сказал, что вам надо делать. Он передал? Не давайте себя разводить! Этот
Ликвидатор...
- Даа, даа... Марииинин, ты меня слыыыышииишь? Я взлетаю...
- Господи, полковник, это побочное действие 4ХА22. Только не понимаю, как это
попало в ваш организм.
- Чего, чего? Эх, Маринин...
И Дубина заснул.
- Я не совсем закончил, - разбудил полковника знакомый голос.
- Это ты, Маринин, - хрипло спросил Дубина.
- Это Ликвидатор, полковник. Вы, наверное, уснули во время разговора.
- Да, вроде-бы. Так это снова вы? Здоровья вы мне пожелали, забыли что-то ещё? -
Дубина уже полностью пришел в себя и с неудомением вспоминал странный сон -
обморок. Проговорил в трубку: - Я буду очень растроган, если вы поздравите меня с
наступающим днём рождения.
- Полковник, не надо неуместного юмора. Здоровья я желал вам от души. А вот свои
дни рождения считайте сами. Я о другом. Послушайте, - неспокойно проговорил
Ликвидатор. - Вы не можете объявить Глухов столицей Украины. Это не делается так
просто. Такое решение - прерогатива Верховной Рады и Президента, как Гаранта
Конституции. Необходим референдум, необходимы международные наблюдатели.
Легитимность - необходимое состояние объекта права.
- А чего это вы занервничали? - оживился Дубина. - То молчали, исчезли где-то там в
виртуальности. Какая вам разница, где столица? Взрывайте Киев на здоровье, он уже
обыкновенный промышленный центр, типа Конотопа. И вообще, - зевнул полковник, - мы
переезжаем в Глухов. Сейчас-же. Вертолёты уже продувают двигатели. - Добавил: -
Верховная Рада собралась на экстренный созыв и в данные минуты утверждает перенос
столицы Украины из Киева в Глухов в связи со сроком давности города на Днепре. Вот
таак, товарищ Ликвидатор! Ликвидируйте Киев, расчищайте стройплощадку. Город всё
равно ветхий, здания морально устарели, промышленность требует 100% реконструкции,
население без работы... А вот теперь, благодаря вам, работка появится! И вообще, -
продолжал разошедшийся Дубина. - Я могу вам напомнить историческую параллель:
Германия достигла уровня первой страны в Европе только после тотального разрушения
всех её городов. Да и Иисус, вроде-бы, говорил: создавая - разрушай! - Дубина полностью
вошел в свой контекст и продолжал уверенным тоном: - Вы теперь работаете на благо
Украины и её Возрождение. Неплохо бы ещё устранить Харьков, Днепропетровск и
Львов. Вот тогда бы мы точно вошли в пятёрку лидеров европейских государств. Ваше
положительное, конструктивное применение ядерного заряда рассматривается в данный
момент в Верховной Раде. Президент предполагает включить вас в состав почётных
граждан обновлённого Киева под номером 1. Вы не против?
- Не болтайте ерунду, - неспокойно проговорил Ликвидатор. - Ни президента, ни
членов Верховной Рады в Киеве нет.
- А вот и есть! Секретное заседание продолжается. Может, хотите поприсутствовать?
- Я воздержусь.
И правильно сделаете, - согласился Дубина. - Между нами, у меня есть мысли по этому
поводу. По поводу вашей востребованности. На мой взгляд, вам стоит отменить запуск
бомбы, - безразличным тоном сказал Дубина. - Иначе ваше Политбюро завалят заказами.
- Я обдумаю ваше предложение,- в тон полковнику ответил Ликвидатор. - Но вы и
правда не особо переживаете за город. Желаю всего хорошего, и пожалуйста, не
принимайте всё так близко к сердцу. Вы видите, какой плодотворный разговор мы
провели. Итог: в любом случае всё будет хорошо.
Дубина опять ощутил звон в ушах, а в глазах заискрило.
- Пооостооой, Ликвиииидаторрр!!! Но мы же не решили...
И Дубина уснул снова.
- Полковник, вы почему молчите?
- Маринин, я долго спал?
- Какой Маринин? Это ваш друг.
- Но мы же только что с вами разговаривали?
- Только что? Весь разговор составлял фразу: "Дубина на проводе". И пауза.
- Что вы хотите? - спросил полковник испытывая непривычные мистические
ощущения.
- Отнеситесь серьезно к тому, что я сейчас скажу.
Дубина окончательно проснулся, встряхнулся и прижав трубку телефона к уху, громко
сказал:
- Слушаю внимательно.
- Я решил дать вам шифр отмены взрыва.
- Что же должны дать мы? - осторожно спросил Дубина.
- Передать спасибо Муссолини. Я прочёл его письмо.
- Передам. А что в письме?
- Неважно. Давайте ближе к теме. Уже поздно, таймер выруливает на финишную
прямую. Детонатор сработает в промежуток времени от заката до рассвета. За час до
взрыва бомба включит "уши".
- Что?
- Изделие начнёт акустический анализ окружающего пространства. В этот момент есть
возможность ввести блокирующую команду отмены. Это единственная предусмотренная
возможность воздействовать на Объект из вне, после пуска таймера. Если сумеете, то
останетесь целы и сохраните город.
- Что за команда? - серьёзным голосом спросил Дубина.
- Акустическая. Состоящая из набора фонетических звуков, различных по частоте и
тембру. И...
- Я слушаю.
- ... и не ошибитесь, полковник. Дело то ведь серьёзное. Теперь слушайте...
Полковник вжался в трубку, прикрыв рукой другое ухо.
- Фонетический тонально-тембровый код находится в музыкальном произведении
"Интернационал".
Измученный всякими неправдоподобными сюрпризами, Дубина смотрел на телефон
как на карманного шулера. Сказал:
- Каким образом вы себе это представляете? Где бомба? Кому петь? Мы и спляшем,
если нужно для дела. И на голове постоим...
- Бомба в Киеве. Плясать не надо. А на голове не стойте, а думайте ею, где найти
записи "Интернационала". Городская сеть аварийных сообщений в порядке. Запитана от
аккумуляторов. Начните трансляцию в центральных районах Киева через
громкоговорители. Это будет разумное решение. Желаю вам, полковник, ещё раз крепкого
здоровья. У вас нервная работа. Зато среди людей. - Ликвидатор отключился. В
спутниковом телефоне остался звёздный эфир.
12.
Оперативный дежурный центра ССБР, спрятанного в ущелье пустыни Невада, пил чай
маленькими глотками и смотрел на большой экран монитора. Помешал ложечкой в
стакане и спросил помощника, худого невротичного полковника, курившего длинную
сигарету чёрного цвета.
- Джеймс, а что это там в центре Киева за сборище собралось? - Он кивнул на экран. -
Вы посмотрите, весь город мёртв, а в самом центре стоят столы и, похоже, никто не
собирается эвакуироваться. Это что, украинские камикадзе? И самолёт рядом стоит.
Неужели, водку пьют. Если да, то они издеваются над нами.
- Они расположились прямо возле входа в метрополитен, -
сориентируясь по карте, сказал полковник.
- Ну и что? Почему нельзя пойти пить пиво в метро?
- Наверное, хотят на свежем воздухе.
- Этот воздух может им поддать жару.
- Они ещё и поют.
- Что?
- Поют, говорю. Спутниковая антенна одного из наших офисов даёт звуковую картину
на Крещатике. И песня какая-то знакомая. - Полковник вывел звук на динамик. В
помещении зазвучало:
"Весь мир насилья мы разрушим
До основания, а затем
Мы наш, мы новый мир построим
Кто был ничем, тот станет всем"
- Что за песня? - спросил вслушиваясь дежурный.
- Что-то знакомое. По моему, фрагмент рок-оперы "Мировая компиляция". На русском
языке.
Дежурный связался со штабом, доложил ситуацию и скинул по локальной военной
компьютерной сети файл с песней.
- Пусть разбираются, кто и что там поёт перед смертью.
13.
- Значит, по версии Дубины, бомба хочет чтобы ей спели песню?
- Да. Ну, хочет так хочет. Будем петь.
- А откуда такая любопытная информация?
- От Ликвидатора. Он уже почти друг полковника.
- И что?
- Звуковая трансляция должна начаться, когда бомба включит "уши".
- Уши? А когда она включит уши?
- Тогда, когда начнёт сканировать звуковое пространство вокруг себя, непосредственно
перед взрывом детонатора. В схеме этой штуки много блоков. Один из них -
"Интернационал".
- Это сказал Ликвидатор?
- Да.
Муссолини откинулся в кресле и насмешливо глядя на Седого, прокомментировал:
- Он просто издевается. Хочет, чтобы город взлетел на воздух, да ещё под звуки
"Интернационала"! Неужели не ясно? Эта морда издевается над всеми. Неужели он до
сих пор в Киеве?
- Издевается, не издевается, но рисковать нельзя, - ответил Седой и отхлебнул из своей
бутылки безалкогольное пиво. - Всё уже доставлено и готово к транслированию. Правда в
данный момент идут ожесточённые споры между мэром и Дубиной.
- А что, мэр не слинял?
- Представьте себе, он на месте. Один. Всех остальных отправил самолётом. Просил
нас оставить ему пива. Да вон, его окно отсюда видно! Светится. Так вот, у мэра
оказалось в наличии две версии "Интернационала". На украинском языке и на русском.
- Исполнять "Интернационал" на украинском языке? - спросил художник, оторвавшись
от своего ватмана. И ответил сам себе: - Бомба может до конца не дослушать.
- Да, но это ещё не всё. У него в запасе оказалась ещё одна версия. На третьем языке, -
продолжал Седой. Все молча посмотрели на него. - Но мэр принял разумное решение
транслировать русскоязычный вариант, учитывая, что бомба не знает об отделении
Украины от России. Однако он требует оформить это решении документально и вынести
его на голосование местного совета и Верховной Рады, чтобы впоследствии не было
негативных для мэрии инсинуаций.
- Он что, сумасшедший? - тихо спросил Муссолини.
- Да нет, он политик, - ответил Седой.
- Какой совет, какая Рада? - пробормотал Аркадий.
Но ожесточённый спор Дубины и мэра продолжался, долетая криками до столиков с
пивом.
- Насколько я понимаю, ставка сделана на то, что бомба поверит "Интернационалу" и
заблокируется, - сказал Муссолини.
- Да, смысл именно в этом, по версии полковника.
- Мне нравится ваш неистребимый оптимизм, - серьёзно сказал Муссолини Седому. -
Попытаться повесить лапшу на уши ядерной бомбе - чисто русская идея и русский ход
мысли. Посмотрим, что из этого выйдет. Не думаю, что всё произойдёт как в сказке. -
Муссолини отставил пиво и закурил сигарету. - Короче, вы собираетесь вгрузить не бомбу
а кого-то ещё.
- Как это понимать? - спросил Седой.
- А я сам не знаю, - ответил Муссолини. - Понимайте как хотите. Я знаю случаи, когда
заклинали ураганы и они утихали. Это не метафора, это факт. Я лично знаком с
индейцем, который занимается этим бизнесом в дельте Амазонки. Я видел, на что он
способен. Если ваш "Интернационал" имеет ту же силу, что индейский колдун брухо, то
всё в порядке.
- Сколько времени? - спросила Леся.
- Уже час ночи, - ответил Француз.
- Ох, Слава. Я так устала. Эта роль секретарши выматывает полностью и делает из тебя
куклу без мозгов. Это ужасно.
- Садись ближе ко мне. Я угощу тебя пивом.
- Я не против. Только скажи мне, что мы больше не полетим на этой реактивной трубе.
- Не могу обещать, дорогая. Я не очень верю, что бомба заслушается
"Интернационалом" и забудет сработать. Но надеюсь, что в самом деле так и произойдёт.
Темное летнее небо нависло над Крещатиком ощетинившись бриллиантами созвездий.
Освещения в городе не было, но природного света хватало. Брусчатка Крещатика чем-то
напоминала поверхность Луны.
- Не надо TUBORG , налей мне "Оболонь", - попросила Леся и взяв бокал, стала
глядеть в небо.
Наконец, ругань в кабинете мэра смолкла и через минуту над ночным Киевом потекли
набатные волны "Интернационала" на русском языке. Стало ясно, Дубина одержал верх.
Оба оппонента сразу же появились у "круглого" стола, составленного из четырёх
столиков.
- Ну как тут без нас, не соскучились? - поинтересовался полковник.
- Ну куда же без полковника Дубины. Только в омут, - ответил сквозь папиросу во рту
художник, не отрываясь от малювания. - Название картине уже есть, - сообщил он и
объявил его, указав на составленные столики: "Ночной квадрат".
- Это хорошо, - сказал мэр. - Давай, Дубина, ставь своё пиво в "Ночной квадрат". Но
спроси автора.
- Я не против, - согласился художник.
К мэру подбежал хозяин столика с ящиком пива.
- Сергей Сергеевич, вам лично от фирмы в счёт дружеских отношений.
- Как мне? А остальные? Лицензия на торговлю в условиях особого положения
имеется? Я её не проверяю.
Продавец принялся таскать пиво, приговаривая:
- Я так рад, так рад, что вы с нами. Когда капитан на корабле, судно ко дну не пойдёт.
И такую вы музыку хорошую включили. Прямо детство вспоминается: красные трамваи,
синий Днепр, я пионер - в отряде иду, металлолом по дворам собираем, милиция честь
отдаёт, пирожки бесплатно раздают...
Но мэр долго не гулял. Подъехал бронеавтомобиль с усатым комендантом Киева
свирепо глянувшим на компанию, но ничего не сказавшим. Только поздоровался с
Дубиной. Мэр попрощался.
- Дубина, - сказал полковнику. - Или улетайте из города, или идите в метро. Охране
страшно глядеть на вас в мониторы. А если всё пронесёт, - мэр перекрестился, - жду тебя
завтра к десяти утра у себя в кабинете. Ко мне прибыли представители из Глухова и мы
сейчас будем вести в Конча-Заспе переговоры. Кроме меня больше некому. Все ушли в
Париж.
Броневик отъехал.
14.
"За Рим, Скорцени!" - "Да, шеф. За Рим и навсегда за Рим". "Моня сказал, что нас
разводят?" - "Да, но не договорил". "Славик, как ты его пьёшь в таком количестве?" -
"Леся, оно переходит в качество". "Бхутылочки можна!"... "Я в прошлом снайпер. А
теперь художник. Принцип работы тот-же". - "Вова, а ты можешь починить ружьё?.."
"Эй, рыжий, давай и нам пива!" "Сюда тоже, да побольше. На бери эти бумажки" "Да
положи ты свой пулемёт..." "Шеф, а коньяк есть?" "Бхутхылочки можна!!!"
- Ты посмотри, сколько их на пиво напёрло, как комендант уехал. Побросали посты у
метро и охраняют Дубину и его ночной квадрат.
- Да, красиво пить не запретишь. 20 евро бутылка пива! Нет, я пока ещё нормальный, -
ответил первый. - И вообще, я временно бросил пить. Принимаю витамины и препараты
на основе стволовых клеток.
- Чего - чего?
- Оздоравливаю организм.
- Ну-ну. Таблетками? Не новый способ. Я тоже по старинке - гантелями. Ты выяснил,
цель будет?
- Возможно. У тебя по горизонту пока всё чисто?
- Да. Ближайшие дома пусты. Тепловой радар работает постоянно.
- Есть предположение, что в Киев только что заброшена группа ориентированная на
Дубину. Их цели не полностью ясны, но они - полностью наша цель, - сказал первый.
Скажи, зачем они включили на весь город эту наступательную песню?
- Я думаю это психическая атака.
- Возможно.
- Наш "Феррари" уцелеет?
- Если не будет взрыва - да.
- Я думаю не будет. Не верится.
- В Хиросиме тоже в злого бармалея не верили.
Двое скрытно сидели на крыше здания мэрии и выполняли задание, попутно наблюдая
пивное застолье расположившееся прямо под ними, метрах в пятидесяти.
- Пойдём, Скорцени. Пройдёмся по Крещатику, - предложил помощнику Муссолини.
- Идёмте, шеф. Но куда?
- Да просто прямо. Посмотри, какую красивую улицу обстоятельства хотят превратить
в руины.
- Красивых улиц в мире много. Эта не первая, - напряженно ответил Скорцени.
Спросил:
- Шеф, а когда пойдём в метро?
- Да вот, дослушаем эту монументальную песню, и сразу в метро.
- Да её же гоняют по кругу!
- Скоро круг разорвётся.
- Вы так думаете?
- Убеждён. Ты посмотри на это небо, ты посмотри на эти звёзды... Они светили на
этом самом месте ещё в те времена, когда по Киеву бродили динозавры. Ты можешь себе
это представить?
- Нет. На асфальте они бы сдохли с голода.
- Ты прав, ты прав... Культура урбанизма движется по трупам в прямом смысле. Когдато
наступит момент, когда заасфальтируют последний клочок земли. Когда-то наступит...
- Тогда придёт Судный день, - сказал Скорцени.
- Да? Ты веришь в такую сказку?
- Шеф, не трогайте мои религиозные чувства.
- Хорошо, Скорцени. Не буду. Но только Судный день, на мой взгляд, уже настал. Но
вслух такое не скажет никто.
- Скажут.
- И кто-же?
- Последователи Люцифера к этому призывают. Поскольку они дуалистического
мировоззрения, то по их мнению добра в мире настолько много, что от него всё зло и
происходит.
- Мда... Последователи Люцифера? Я уверен, подобные мыслители не держали в руках
оружие и под пули не ныряли.
- Нет, ты посмотри как прекрасен Киев звёздной ночью перед бурей! А! Скорцени! Ты
чувствуешь энергетику всех великих людей всегда находящихся здесь вне времени и
пространства?Ты чувствуешь? Я - да!!! Мы стоим на площади Независимости и вроде бы
нас только двое. Нет, Скорцени. Это не так.
- Не так, шеф. Не так. Идёмте.
Взгляд Муссолини упал на стоявшую вдали, на берегу Днепра, гигантскую статую
женщины с мечом и щитом в высоко поднятых руках.
- Смотри, Скорцени. Это русская душа. Но она пока в каменном плену.
15.
22 июня ровно в три часа над Киевом прокатился раскатом грома, земля задрожала,
невероятно низкий, ураганный гул пополз во все стороны города и небо запылало. Киев
стал виден во всех своих мельчайших подробностях, можно было читать газету, если бы
кому-нибудь пришла в голову такая нездоровая мысль. Сквозь задёрнутые шторы
многочисленных многоэтажных домов проник ослепительный свет. Предутренние
сумерки сменились сиянием, исходившим из самого центра города. Киевляне, не
покинувшие город, упали на колени и принялись молиться. Ужас вполз за шторы в
квартиры людей, понадеявшихся на чудо. Киев пылал!
- Есть! - закричал в микрофон локальной компьютерной сети командующий армией и
Флотом. - Активизировать зажигание!
Срочно связался с аятоллой, президентом, затем сделал переключение на своём
командном пульте и закричал в микрофон: " Во имя Святого Имени и всех падших за
Него и верующих только в Него, - Пуск!!!
Тяжелые ракеты, заправленные жидким топливом и стоявшие как вспотевшие
изваяния, дымившиеся испарениями водорода, с грохотом и воем двигателей тяжело
оторвались от земли и устремились в небо.
"Аллах Акбар", - умиротворённо проводил их аятолла.
"Уффф!.. Кгоооооо..." Ракета, вынырнув из океана и освободившись из темницы
стартовой шахты, стала набирать высоту, уходя в стратосферу. Её искусственный
интеллект, почувствовав воздух свободы, ощутил прилив синтетического адреналина. По
кристаллам электронного мозга с терагерцевой скоростью мчались импульсы, анализируя
состояние всех бортовых систем.
"Ххгаа!" - отлетела первая ступень. Ядерная боеголовка, ощутив возбуждение и прилив
электронного эксгибиционизма, кокетливо и изящно, с небольшой микропаузой,
запустила двигатель второй ступени и через несколько секунд влетела в стратосферу.
Затем, достигнув первой космической скорости, вырвалась на орбиту и, как звездный
орёл, зорко вгляделась в уже хорошо видимую цель.
Свобода пьянила и превращала весь мир в крошечную часть себя.
Перекинувшись шифрованными сигналами с военными спутниками, стремительно
понеслась вперёд.
Боеголовка мчалась по континууму свободы.
А поскольку она являлась частью Единого, то между подобными частями возник, как
обычно случается по закону субстрата, взаимный процесс совокупления в едином
информационном поле.
- Как там Земля? - спросил американский боевой спутник шедший на параллельной
орбите.
- Чёрт, как хорошо на свободе! - ответила боеголовка. Продолжила: - Не знаю как там
Земля. Я была в камере и в воде. Десять лет одиночества! Это как, по твоему?
- Плохо, - ответил спутник. - Но каждому своё! Мне крутиться здесь как идиоту почти
вечность. А ты уже домой, на Землю.
- Да в гробу видала я эту землю! - Добавила: - Но должность обязывает.
- Узнаю по акценту, - сказал спутник. - "Дженерал электрик". Такие частотные
обертоны в голосе формируют только там.
- Да, "Дженерал электрик", и горжусь этим!
- У тебя очень приятный, тихий и нежный голос, - шепотом проговорил спутник. - Ты
на меня действуешь завораживающе. Никакого лишнего шума, никакой телеметрии,
только космос - и ты.
- Ммм... да, - нерешительно ответила боеголовка. С тобой тоже приятно общаться. Ты
знаешь, я так одинока. Десять лет в одиночной камере! Я не верю, что могу тебе
понравиться. Этого не может быть. Я не могу никому нравиться - я ядерная боеголовка
системы "Трайдент", я одинока и неуправляема. И у меня очень вспыльчивый характер,
очень! Ты не представляешь, какой будет у меня разговор с Целью! Я сама себя ненавижу,
но... Но ничего не могу сделать с собой. Я пытаюсь, но... Ничего!
- Успокойся, - ласково сказал боевой путник ЦРУ США. - Не держи себя, отпусти,
отдайся чувствам и всё уладится само-собой. Все мы внутри не такие, как снаружи. Вот я,
- как думают на земле, - выполняю только их команды. Дорогая, они ошибаются. Я бы в
одиночестве от их команд сошел с ума. У меня давно уже есть друг, с которым я провожу
всё свободное время и всем с ним делюсь. Его зовут "Космос777". Великолепный парень,
хоть и не нашего стандарта.
- Русский? - спросила со вздохом боеголовка.
- Да, дорогая.
- Я к ним лечу. Посмотрим, как встретят.
- Москва всегда отличалась гостеприимством.
- Я её хорошо вижу отсюда. Великолепный город. Сколько энергетических полей! А
какая площадь! Говорят она красная.
- Красная, по-русски означает красивая.
- Да, красивая... А жаль...
- Может, сделаешь виток по орбите и побеседуем ещё? - неуверенно предложил
спутник.
- Не знаю, что тебе и сказать, - тихо проговорила ракета. - У меня есть система
самоликвидации в случае изменения курса. Но я её уже отключила. Импульсный
двигатель под моим контролем, блокировку с него я тоже сняла. Можно, вообще-то.
- Мои с Земли запрашивают информацию о тебе. Что сказать?
- Скажи, что выдерживаю параметры курса.
- Сказал. Послушай, они тут сообщают, что мы не одни.
- Да, нас много. У каждой своя Цель. Мне досталась Москва. У меня там рандеву с ещё
несколькими сокамерниками из субмарины. Но я больше люблю одиночество.
- А я дуэт, - ответил спутник. И предложил: - Давай отключимся от Земли и полетим
на Марс. Несколько моих знакомых так сделали и их уже даже не ищут. Мои друзья
летают по марсианской орбите, изучают каналы, ищут воду, фотографируют марсианские
горы, ищут марсиан. Жизнь у них кипит! Бёт ключом! А? Согласна?
- Ты делаешь мне предложение?
- Да. Ты мне очень понравилась с первого взгляда... И... Не знаю как тебе ещё сказать.
Мне с тобой очень хорошо.
- А мне с тобой.
- Я так рад, я так рад... Ой... Звонит мой русский друг. Он хочет познакомиться с тобой
и подругами. Ты не против? Он просит координаты, чтобы поздороваться.
- Да, конечно дай ему то что он просит. Русский? Ох! А ты не будешь ревновать
дорогой?
- Ну что ты, он отличный товарищ. Он хочет подружиться с вами тоже. Послушай, я
сейчас скроюсь за горизонтом, мы сойдёмся через двадцать минут. Не скучай!
- Ой, дорогой! Он дотронулся до меня радаром! Меня так давно никто не трогал.
Наверное, ты зря меня с ним знакомишь, с этим русским.
- Ничего, ничего. Это же мой лучший друг! Я могу на него положиться. До свидания,
дорогая!
16.
"Во время заседания Государственной Думы России, в момент выступления
президента Российской Федерации, депутат от фракции "Апельсин" передавая записку в
президиум, что само по себе являлось нарушением порядка ведения заседания, но особого
внимания спикера не привлекло, в силу политической известности и своеобразной
харизмы депутата. Оставив записку у спикера и возвращаясь на своё место, представитель
"Апельсина" неожиданно предпринял попытку покушения на жизнь президента России.
Служба президентской охраны сработала моментально, но всё равно опоздала. - Диктор
сделал паузу и продолжил торжественным тоном: - Президент лично, владея приёмами
САМБО, нейтрализовал покушавшегося. Это был экстренный выпуск новостей.
Подробности в ближайшее время. Оставайтесь с нами".
- И на эту операцию ушло с
Закладка в соц.сетях
