Жанр: Триллер
361
... что вы! - засмеялся Билл. - Какие карты?
- Кофе! - с притворной строгостью рявкнул Биуорти, протягивая ей чашку.
Когда мы шли к машине, я обернулся. Биуорти стоял на пороге, и
казалось, что этот домик слишком тесен для него.
- До понедельника! - крикнул он нам вслед.
ГЛАВА 13
Через боковые улицы мы выбрались на Вудхэвен-бульвар, и Билл спросил:
- Куда теперь?
- В Манхэттен.
- Ладно, - он резко повернул направо. - А куда именно?
- В контору Джонсона на Лафайетт-стрит.
- Теперь ты ему веришь?
- Отчасти.
- Не думаю, что он станет врать. Похоже, он считает, что может нам
помочь. Я хочу знать как?
- На какую, говоришь, нам улицу? Ты лучше проверь поточнее.
Я открыл отделение для перчаток и достал карту и путеводитель по
городу. Найти улицу оказалось просто, но ближайшая стоянка находилась в
четырех кварталах от нее. Мы вернулись пешком и поднялись на лифте на пятый
этаж. Коридор с зелеными стенами пронизывал все здание. Контора Джонсона
была в 508-м номере.
Она представляла собой тесную комнатушку с точно такими же зелеными
стенами, что и в коридоре. Стол, картотечный шкаф, два кресла и мусорная
корзина были явно куплены на дешевой распродаже. В комнате было всего одно
окно, выходившее на бугристую, залитую гудроном крышу, за которой виднелась
кирпичная стена соседнего дома. Краска на потолке вздулась пузырями и
шелушилась.
Джонсон стоял в углу у картотечного шкафа, опираясь рукой на выдвинутый
ящик. Его лицо было в крови. Мне показалось, что он стоит в этой позе уже
давно.
Когда мы вошли, он медленно повернул голову и прохрипел:
- Привет.
Голос его был тихим и невнятным из-за распухших губ.
- Я собирался вам позвонить, - медленно добавил он.
Подхватив его под руки, мы подвели его к столу и усадили в кресло.
- Где туалет? - спросил я.
- Налево по коридору
Я сбегал в туалет и притащил охапку бумажных полотенец, часть которых
смочил водой.
Билл успел отыскать в столе бутылку виски и уже наливал Джонсону.
- Сначала дай мне его умыть
Джонсон застонал, когда я дотронулся влажным полотенцем до его лица.
Вытерев воду сухим полотенцем, я осмотрел его. Тот, кто его отделал,
наверняка носил перстень - на обеих щеках и у рта Джонсона вздулись длинные
порезы. Билл протянул ему стакан.
- Спасибо, - пробормотал тот.
Я взял бутылку и смочил виски пару полотенец. Когда Джонсон допил, я
подошел к нему вплотную.
- Сидите, не дергайтесь.
Я прижал полотенце к царапинам, он взвыл и попытался оттолкнуть меня,
но я крепко ухватил его за шею.
- Боже мой, боже мой... - причитал он.
Закончив, он отступил назад.
- А теперь можете выпить еще.
Он схватил стакан дрожащими руками. Билл протянул зажженную сигарету.
- Давно это случилось? - спросил я.
- Полчаса назад? Пятнадцать минут? Точно не помню. Все это время я
простоял в этом углу.
- Зачем вы собирались нам звонить?
Джонсон поднес руку к лицу.
- Из-за этого. Они хотели знать, где вы живете.
- И вы им сказали.
Он опустил глаза.
- Не сразу.
- Не волнуйтесь, все в порядке. Мы ведь тоже их ищем. Так что вы
поступили правильно.
Он поставил пустой стакан, схватил бутылку и присосался к горлышку.
- Каким образом они узнали, что вы с нами связаны? Они что, видели нас
вместе или еще как-то разнюхали? Вы называли кому-нибудь наши имена?
Он закашлялся и затянулся сигаретой.
- Да, таких людей с полдюжины наберется. Пара знакомых полицейских,
репортер, один парень, который работает в крупном агентстве...
- Это кто-то из них. Вы должны выяснить кто. Вам нужны деньги?
- Не сейчас. Может быть, позже. Разве что не дадите двадцатку авансом?
Я кивнул Биллу, и он, вытащив бумажник, вручил Джонсону две десятки.
- Постарайтесь сделать это как можно быстрее. И не бойтесь говорить.
Если они навестят нас снова, выложите им все, что они захотят знать. Мы
останемся в том же отеле.
Он покачал головой.
- Это жуткие подонки.
- Вы в порядке? Полегчало?
- Кажется, да.
Выйдя из дому, мы сели в машину и после непродолжительных поисков сняли
номер в отеле в сорока кварталах от "Эймингтона". Ближе к вечеру я позвонил
в "Эймингтон", но там сказали, что никаких сообщений для нас не поступало.
Билл достал колоду, раздал карты, и мы начали играть в "джин". Все, что
нам оставалось, это ждать
В девять утра меня разбудил Билл и с совершенно серьезным видом заявил,
что нам пора на воскресную мессу.
- Отстань, - буркнул я.
- Рэй, тебе нужна помощь господа.
- Отстань.
- Ты уверен, что не нужна?
- Тем типам в "крайслере" она не понадобилась.
- Кому?
- Тем гадам, которые убили отца. И твою жену.
- Рэй, но ведь ты же верующий.
- Что, разве похоже?
- Как? Ты не веришь в бога? Ты утратил веру?
- Они ее расстреляли
- Значит, ты один из безбожников? Стоит трагедии впервые прийти в твою
жизнь, и ты начинаешь винить в этом господа?
Я отвернулся к стенке.
- Иди, а то опоздаешь.
Он начал меня уговаривать, но я упорно молчал. Тогда он оделся и ушел,
а я заснул. Но к его приходу я уже сидел у окна и разглядывал улицу,
вспоминая, как в первый раз очнулся в больнице.
- Я принес тебе кофе и бутерброды, - сказал Билл, ставя на комод
бумажный пакет.
- Спасибо.
Мы сели завтракать и некоторое время ели молча, а потом одновременно
начали извиняться друг перед другом. Замолчав, мы рассмеялись.
- Ладно, - я махнул рукой. - Просто я устал, только и всего.
- Не надо было к тебе приставать.
- Черта с два. Я весь извелся, пока тебя ждал.
Он улыбнулся и пожал плечами.
- Придется нам подождать. Мы уже довольно далеко продвинулись, а теперь
будем ждать. - Он допил кофе и бросил картонный стаканчик в мусорную
корзину. - Остается только не принимать это близко к сердцу
Я сходил позвонить в наш отель и спросил, нет ли для меня информации.
Ничего. Вернувшись в номер, я увидел, что Билл удобно расположился на
кровати и раздает карты. Я взял свои и играл, расхаживая по комнате и
останавливаясь только чтобы взять очередную карту из колоды. На седьмой
сдаче я выиграл, бросил карты на кровать и закурил. Билл посоветовал мне
успокоиться. Походив по комнате, я вернулся и сам раздал карты. К тому
времени, когда я выиграл во второй раз, я уже слегка остыл и заканчивал
игру, сидя на кровати.
Без четверти три я спустился в вестибюль и заплатил портье за следующий
день. Когда я вернулся и увидел, что Билл снова раздает карты, то схватил их
и порвал в клочья, а потом мы пошли перекусить гамбургерами с пивом.
- Наверное, стоит съездить за нашими чемоданами, - предложил Билл. -
Как ты думаешь?
- Давай, - я пожал плечами. - Я сейчас согласен на что угодно.
Мы сели в машину, Билл вел, а я сидел рядом и непрерывно курил,
разглядывая в окно прохожих. Два месяца назад я точно так же ехал с отцом.
Один из них его узнал и тут же кому-то позвонил. А может быть, сначала
проследил за нами до отеля. Один из прохожих на тротуаре. Если бы я знал,
кто именно, то, не выходя из машины, схватил бы его за горло и так бы и
тащил за собой по асфальту.
Остановив машину на стоянке, мы немного попетляли по улицам и вошли в
отель с заднего хода, через химчистку, открытую в воскресенье для туристов.
За прилавком сидела симпатичная молодая негритянка в зеленом платье
- Мы из ремонтной службы отеля, - сказал я. - Проверка технических
помещений. Нам надо попасть в подвал.
- Ради бога, - она пожала плечами.
Я огляделся и сделал вид, что чертовски разозлен.
- Послушайте, мэм, я пришел сюда не для того, чтобы играть в "попробуй
угадай". По-вашему, я могу запомнить весь отель до мелочей? Где дверь в
подвал?
- Вон там, сзади, - показала она. - Только вам придется отодвинуть ту
вешалку.
Мы прошли за прилавок и между вешалками с чистой одеждой увидели
очертания люка в покрытом линолеумом полу. Я небрежно отпихнул в сторону
вешалку, которая нам мешала.
- Поаккуратней с одеждой! - предупредила девушка.
Я, не отвечая, поднял крышку люка и заглянул в темный подвал. Фонарика
у нас не было, но теперь отступать было бы подозрительно. Оставалось
надеяться, что там есть выключатель.
Я чуть не прозевал его, спускаясь по лестнице, и не останавливаясь
включил свет. Билл топал следом за мной.
Справа находилась широкая пожарная дверь на роликах, покрытая толстым
слоем грязи. Вместо замка она была заперта на щеколду, примотанную к скобе
куском толстой проволоки К тому моменту, когда я открутил ее, мои руки были
перепачканы в масле, лоб вспотел, и я с отвращением чувствовал, как на него
садится пыль.
Отодвинув дверь в сторону, я нащупал на стене выключатель, и тусклая
лампочка осветила комнату размером побольше, но такую же грязную. Впереди
слышалось гудение какого то механизма.
Я вернулся к лестнице и окликнул девушку. Она появилась в проеме и
заглянула внутрь. Стояла она, сдвинув ноги и прижимая руками подол платья,
чтобы я не мог под него заглянуть
- Ну что вам еще? У меня клиент.
- Мы пойдем дальше. Можете закрыть люк.
Она принялась ворчать, что, мол, закрывать за всеми люки - это не ее
дело, но я не слушая направился к ожидавшему меня Биллу. Когда я захлопнул
за собой дверь, наступила тишина
Из комнаты и глубь подвала вел низкий коридор с цементными стенами
грязно-серого цвета, на которых кое-где белели свежие заплаты штукатурки. В
конце коридора была еще одна дверь, слава богу, незапертая. Откатив ее в
сторону, мы оказались в относительно чистом освещенном помещении с покрытым
старым линолеумом полом и обшарпанным письменным столом, над которым висел
календарь с обнаженной красоткой. Гудение стало громче. В комнате никого не
было, за исключением кошки, спавшей на полу у стола. Едва мы вошли, кошка
тотчас проснулась и быстро юркнула за дверь, из-за которой доносилось
гудение. Там ярко горел свет, поблескивая на отполированных перилах
металлической лестницы, уходившей вверх. Неподалеку от лестницы в окружении
грязных черных механизмов на табурете сидел человек в белой малярской кепке.
В противоположной стене находилась дверь грузового лифта. Я нажал
кнопку вызова и услышал, как на дне шахты заскрипели старые изношенные
машины. Подошел лифт, совсем не похожий на пассажирский - широкий дощатый
пол, ограждение по грудь, потолок и дверь из металлической сетки. Мы вошли,
и, опустив дверь, я нажал на кнопку нашего этажа. Лифт медленно пополз вверх
и остановился. Мы вышли, и, перед тем как захлопнулась дверь, я отослал лифт
на верхний этаж.
Лифт уехал, и мы по пустому коридору направились к нашему номеру.
Где-то звонил телефон. Подойдя поближе, я понял, что это у нас. Прозвонив
шесть раз, он умолк.
Мы постояли перед дверью, прислушиваясь. Затем я резко распахнул ее и,
пригнувшись, бросился направо, а Билл - налево. Но, как мы и предполагали, в
номере никого не было.
Собрав нужные вещи в один чемодан, мы оставили второй на стуле и
застелили постели. Внимательно приглядевшись, я понял, что номер обыскивали.
Те, кто это делал, были очень осторожны и клали вещи на прежние места, но
все же это было заметно. Ничего не взяли, даже ружья.
Закончив сборы, мы вышли в коридор, и я уже вставлял ключ в замочную
скважину, когда телефон зазвонил снова Билл только отмахнулся.
- Нет-нет, - покачал я головой. - Они-то считают, что мы по-прежнему
здесь живем. Нам ведь совсем ни к чему, чтобы нас искали где-то в другом
месте.
Я вошел в комнату и снял трубку после пятого звонка
- Келли? - спросил мужской голос.
- Да, - буркнул я, наблюдая, как Билл вносит в комнату чемодан.
- Уилл Келли? Уилл Келли-младший?
- Нет, это Рэй.
- Дай мне поговорить с Уиллом
- Что мне ему сказать? Кто его спрашивает?
- Тебя это не касается, малыш. Просто позови Уилла, ладно?
- Нет проблем. Подожди, сейчас дам тебе моего старшего братца.
Я положил трубку на стол и повернулся к Биллу.
- Тут какой-то тип, хочет говорить только с тобой. Но он называет тебя
Уиллом.
- Ладно, - Билл подошел к столу и взял трубку. По его виду я понял, что
он волнуется, и сказал:
- Какого черта? Все, что от тебя требуется, это выслушать его
- Ну да, - кивнул он, - Билл Келли... Почему?.. Слушай, приятель, а кто
ты такой?.. Ну и катись к черту. - Билл посмотрел на меня и скорчил гримасу.
- Нет, я еще слушаю. - Свободной рукой он сделал жест, показывая, что хочет
что-то записать
Я схватил с журнального столика ручку и лист бумаги и положил перед
ним.
- По-моему, это какая-то шутка, - продолжал Билл. - Как ты сказал его
зовут? Эдди Кэпп? Нет, впервые слышу. - Он усмехнулся мне и сказал в трубку.
- Да кто это такой, черт возьми?
Я тоже усмехнулся, раскурил две сигареты и принялся расхаживать по
комнате.
- Может, тебе и охота шутки шутить, - тем временем говорил Билл, - а у
меня есть дела поважнее. Хочешь оставить свой номер - пожалуйста.
Я подошел к столу и встал рядом с Биллом.
- Да, у меня есть карандаш и бумага. - Все его волнение прошло, и
теперь он наслаждался собой и говорил таким тоном, словно разговор уже
порядком наскучил. - Давай, выкладывай, - сказал он и подмигнул мне.
Я кивнул и рассмеялся.
- Ноль, - повторил Билл, записывая, - пять, девять, девять, семь, ноль.
Да, записал. - Он медленно повторил номер. - Может, перезвоню, а может, и
нет. Сам пошел... - Билл усмехнулся и повернулся ко мне. - Он бросил трубку.
- И ты клади. Вот тебе сигарета.
- Он не назвался, - начал рассказывать Билл, затягиваясь. - Сказал, что
ему надо только дать мне номер телефона. А мы должны сидеть здесь до
пятницы, а потом позвонить по этому номеру. Когда я спросил почему, он
ответил, что, может быть, имя "Эдди Кэпп" поможет догадаться.
- А в четверг он выходит из тюрьмы.
- Я знаю.
- Ну-ка, подожди. - Я набрал номер, и после двух звонков записанный на
пленку женский голос сказал, что этот телефон временно отключен. Я положил
трубку.
- Ладно, надо выметаться отсюда. Наверное, этот тип уже звонит своим
дружкам в вестибюле, что Келли вернулись.
Мы заперли дверь, вызвали грузовой лифт и спустились в подвал. Теперь
кошка разлеглась на столе и, подняв голову, сонно посмотрела на нас. Справа
вдоль стены стояли ящики виски. Мы подошли поближе и огляделись. В небольшом
углублении в бетонном полу стояли четыре десятигаллонных пивных бочонка с
кранами, от которых вдоль стены тянулись медные трубки. Значит, это было
служебное помещение бара, а не винного магазина. Подойдя к лестнице, мы
поднялись наверх. Лестница заканчивалась обыкновенной дверью, а не люком,
как в химчистке, и, распахнув ее, мы оказались в коридоре между баром и
кухней. Вокруг никого не было. Миновав коридор, мы заскочили в туалет,
умылись и, пройдя через длинный зал бара, вышли на улицу. Затем повернули за
угол и, минут десять покрутившись по узким переулкам, вышли на Западную 44-ю
улицу, где на стоянке была припаркована наша машина. Сторож - угрюмый старик
в потрепанной кепке - подошел вместе с нами к машине и остановился рядом,
глядя сквозь ветровое стекло в кабину.
- Я сильно рискую, ну и черт с ним, - неожиданно сказал он. - Не
собираюсь за других делать грязную работу.
Он быстро окинул нас взглядом и снова уставился на ветровое стекло.
- Они нагрели меня на двести пятьдесят монет. И что мне теперь делать,
легавым звонить, что ли? Эти легавые сами у них в кармане. Да вы, наверное,
и так знаете.
- А в чем дело? - спросил я.
Он продолжал смотреть на машину, его щека подергивалась словно от
нервного тика.
- Просто хочу, чтобы вы были в курсе, только и всего. Почему так вышло.
Я отплачу этим подонкам, как раз на двести пятьдесят зеленых. - Он натянул
козырек на лоб, огляделся по сторонам и вновь повернулся к нам. - Вчера днем
ко мне подошел один парень и показал бумажку с номером вашей машины. Сунул
ее мне и сказал, чтобы я позвонил в "Алекс", если эта машина появится. Он
подробно ее описал - красно-кремовый "меркюри", точь-в-точь как ваш. Только
я не из тех, кто у них на побегушках. Номера у вас не нью-йоркские, вот я и
подумал, что вы наверное, или туристы, или что-то вроде этого, а они хотят
задать вам жару. Так черт с ним, не стал я никуда звонить. Да еще замазал
ваши номера грязью.
- Серьезно? - Я обошел вокруг машины. Действительно, и передний, и
задний номера были заляпаны грязью, но не целиком, а так, чтобы их
невозможно было прочесть полностью. Постарался он на славу. - Спасибо. У вас
здорово получилось.
- Лучше бы вам, ребята, возвращаться к себе домой.
Покопавшись в бумажнике, я вытащил десятку и положил ее на капот.
- Возьмите. Надеюсь, это отчасти возместит ваши убытки.
- Хоть вы мне ничего и не должны, но спасибо. - Он быстро скомкал
банкноту в кулаке.
- А как зовут этого парня?
- Точно не знаю. Вроде бы слышал, как его называли Сэлом. Или Солом,
сейчас уже не помню. Иногда он крутится поблизости, может, работает где-то
неподалеку. Время от времени оставляет на стоянке шикарную колымагу. Мой
босс его хорошо знает. Здоровый такой, челюсть прямо как у Муссолини.
- А что такое "Алекс"?
- Агентство по прокату автомобилей рядом с Вашингтон-Хейтс. - Он снова
покосился на меня. - Не стоит вам с ними связываться, мистер. Лучше вам
линять отсюда подальше.
- Спасибо за помощь.
Он пожал плечами.
- Подождите у тротуара. Я подгоню машину.
- Давай.
Вскоре он подогнал машину к воротам и, ни слова не говоря, ушел.
Проехав квартал, мы свернули на 39-ю улицу и нырнули в
Линкольн-туннель. Машину мы остановили в Джерси-Сити неподалеку от
Хадсон-бульвар, а в свой манхэттенский отель вернулись на метро и,
распаковав чемодан, приняли душ.
- Теперь ты, наверное, захочешь заняться этим прокатным агентством? -
спросил Билл.
- Нет, - подумав, ответил я. - Это было бы похоже на тихоокеанскую
кампанию во время второй мировой. Брать с боем каждый бесполезный островок
на площади в пять тысяч квадратных миль, пока, наконец, не наткнешься на
большой остров, который и был нужен? Глупо. Наоборот, мы будем держаться от
них подальше. Потому-то мы и сменили отель, а в четверг захватим большой
остров.
- Я - за.
Чтобы скоротать время, мы пошли в кино, но мне не сиделось в душном
зале, и мы отправились на метро в Бруклин и немного выпили в баре. В четыре
бар закрылся, и пришлось возвращаться в отель. Выпить у нас было нечего, и
мы легли спать. Я долго лежал в темноте, глядя в потолок.
- Билл, - тихо позвал я, - кажется, я знаю, почему они так суетятся на
маленьких островах.
Но он уже спал.
В понедельник днем я позвонил в "Эймингтон". Оказалось, что нас
разыскивали и Биуорти и Джонсон: оба просили перезвонить. Но, поскольку
теперь мы знали, что начинать надо с Эдди Кэппа, я решил, что связываться с
ними не имеет смысла.
Билл пошел покупать карты и вернулся только через час. Когда я
накинулся на него с расспросами, он сказал, что зашел в парикмахерскую и что
ему и в голову не пришло, что я буду так волноваться.
Мы сыграли несколько партий в "джин". Я расхаживал по номеру и
нервничал; казалось, комната становится все меньше. Когда играть надоело, мы
прогулялись по городу, посмотрели фильм в каком-то кинотеатре в Бронксе и на
обратном пути заглянули в бар.
Во вторник, исключительно от нечего делать, я позвонил Джонсону. Он был
вне себя от ярости.
- Где вы шляетесь, черт вас побрал! - с ходу завопил он. - Я тут чуть с
ума не сошел. Вы что, переехали?
- Да нет, мы все еще здесь. Просто редко бываем дома.
- Не морочьте мне голову. Я заходил к вам десять раз, чуть было не
решил, что до вас добрались те ребята.
- Как видите, нет.
- Они что, вообще не появлялись?
- Нет.
- Вы переехали в другой отель, сукин вы сын!
Я улыбнулся. Было приятно хоть с кем-нибудь поболтать.
- Мы по-прежнему зарегистрированы в "Эймингтоне". Наши чемоданы все еще
там. То есть я хотел сказать - здесь.
- Слушайте, вы можете не говорить мне ваш адрес, но только врать не
надо!
- Джонсон, мы по-прежнему в "Эймингтоне".
- Ну ладно, ладно, - раздраженно проворчал он. - Так мне рассказывать,
что удалось разузнать?
- Как хотите.
- Да, как же! Просто вам охота нервы мне помотать. Так вот, я сократил
число подозреваемых до двух человек. Первый - это полицейский по имени Фред
Мейн, второй - Дэн Кристи, частный сыщик, работает в "Северо-восточном
агентстве". Наверняка это был один из них. Я уверен, что в получку Мейну
дают два чека, и только один из них легально. А Кристи частенько играет в
покер с Сэлом Метаско. Этот Сэл держит в руках всех букмекеров в западной
части города.
- Хорошо сработано. Продолжайте в том же духе. - Я не стал рассказывать
Джонсону о стороже с автостоянки, потому что он мог выдать его любому, кто
пригрозил бы сломать ему руку.
Мы еще немного поболтали, и я обещал ему позвонить, но не сказал когда.
Попрощавшись с Джонсоном, я начал искать в телефонной книге номер Биуорти,
но неожиданно передумал - он полез бы ко мне с расспросами, а я был не в том
настроении.
Билл предложил сходить в кино, но я отказался, и мы засели за пиво и
карты. Но все же в первом часу ночи я вышвырнул их я окно, и мы пошли в
кинотеатр на 42-й улице. В афише было написано, что фильм сделан по
популярной бродвейской пьесе "Бой далеких барабанов". Он оказался про
гомосексуалистов и о том, как тяжела их ноша, но главный герой мужественно
нес свой крест, несмотря на все препятствия. Не скажу, что я проникся к нему
сочувствием.
В среду мы выписались из обоих отелей, поскольку решили, что если нас и
ищут, то уж во всяком случае не Нью-Йорке, так что особенно бояться нечего.
Добравшись на метро до Джерси-Сити, мы забрали нашу машину и поехали в
Платтсбург. Всю дорогу я просидел на заднем сиденье, потому что все еще не
мог заставить себя смотреть на шоссе с переднего. Пока мы ехали, я успел
посмотреть купленные перед отъездом газеты "Пост" напечатала заметку о том,
что завтра Эдди Кэпп выходит на свободу, и очень сокрушалась по этому
поводу, задавая вопрос - а действительно ли Эдди Кэпп полностью заплатил
свой долг обществу? Там же была помещена его нечеткая фотография, снятая
четверть века назад. В других газетах о Кэппе не было ни слова.
В Платтсбурге мы сняли номер в отеле на Маргарет-стрит, и Билл,
просидевший за рулем восемь часов и целых триста тридцать миль, сразу лег
спать. Я погулял по городу и остаток вечера проторчал в баре - травил
армейские байки с парнем, который служил в Японии. Если он не врал, то
выходило, что ему в Японии было куда лучше, чем мне в Германии. Если верить
мне, то все получалось как раз наоборот.
Утром мы выписались из отеля и проехали оставшиеся пятнадцать миль до
Даннеморы.
Даннемора - очень маленький город. В большинстве подобных чистеньких и
аккуратных городков вам и в голову не придет, что здесь может находиться
тюрьма. Но тюрьма была тут как тут - длинная высокая стена, тянущаяся вдоль
улицы. Тротуар на той стороне был грязный и весь в трещинах, а на
противоположной, где находилось несколько баров с неоновыми рекламами пива
"будвайзер" и "гинесс", было куда чище
Мы вошли в один из баров и расположились за стойкой. Билл взял
"будвайзер", я - "гинесс". Пиво как пиво, ничего особенного.
Внутри царил полумрак, но комната была обшита покрыты ми лаком светлыми
деревянными панелями, поэтому возникло ощущение, что на самом деле бар не
такой уж темный, а просто медленно слепнешь. За стойкой стоял широкоплечий
коротышка с черными усами. Кроме нас в баре было всего двое посетителей -
оба в красно-черных охотничьих куртках и высоких кожаных ботинках. Они были
местными и потягивали шотландское виски, запивая его имбирным элем.
"Пост" писала, что Эдди Кэпп станет свободным человеком ровно в
полдень, но мы решили подстраховаться и уже с десяти сидели на высоких
табуретах у окна, откуда была видна металлическая дверь в стене на
противоположной стороне улицы. Я совсем не был уверен, что узнаю Эдди Кэппа
- фотография в "Пост" была нечеткой и сделана двадцать пять лет назад,
значит, сейчас ему исполнился шестьдесят один год. К тому же он мог
оказаться не единственным, кого в тот день выпускали из тюрьмы.
Мы ждали, потягивая пиво. Я сидел, выпустив из брюк полы рубашки, и
каждый раз, когда облокачивался на стойку, рукоятка револьвера Смитти больно
упиралась мне в ребра. У Билли была точно такая же проблема с "люгером".
В 11.30 напротив бара остановился красно-коричневый "крайслер". Билл
повернулся ко мне.
- Это они? Те, кто убил отца?
Я не ответил, пристально глядя на человека рядом с водителем. Я узнал
его и начал подниматься с табурета, нашаривая рукоятку револьвера, но Билл
схватил меня за локоть и прошептал:
- Не будь дураком. Подожди, пока появится Кэпп.
Я застыл, по-прежнему сжимая револьвер. Та его сторона, что была
прижата к животу, нагрелась и покрылась испариной, другая оставалась
холодной и сухой.
- Ладно, ты прав, - сказал я, и Билл сразу отпустил меня. - Я сейчас
вернусь. - Я расправил полы рубашки и, пройдя мимо посетителей, которые
разговаривали с барменом о ловле форели, заперся в туалете. Едва я успел
вытащить револьвер из-за пояса, чтобы было легче наклониться, как меня
вырвало. Я прополоскал рот у раковины, но почти сразу же снова бросился к
унитазу. Затем, подождав минуты две, начал умываться. Над раковиной висело
мутное грязное зеркало, и я увидел в нем свое отраже
...Закладка в соц.сетях
