Жанр: Триллер
Сорвать маску
...глазами в обрамлении длинных черных ресниц. Она
напоминала знатную римлянку времен Империи, прекрасную и, казалось,
недоступную, если бы не тепло, которым лучились ее глаза. Никогда еще Джад
не встречал такой красавицы. Но не красота привлекла внимание Джада, а
ощущение какой-то силы, которая влекла его к ней, необъяснимое чувство,
будто он знал ее всю жизнь. В нем проснулись, удивляя своей остротой,
казалось бы, давно умершие желания.
Она появилась в приемной Джада три недели назад. Кэрол объяснила ей, что
время доктора расписано по минутам и у него нет возможности брать новых
пациентов. Но Анна попросила разрешения подождать. Она просидела в приемной
два часа, пока Кэрол, сжалившись, не отвела ее к доктору. Увидев Анну, Джад
буквально остолбенел и потом так и не смог вспомнить, о чем они говорили в
первые минуты. В его памяти отложилось лишь то, что он предложил ей сесть и
что ее звали Анна Блейк. Когда Джад спросил, в чем заключается ее проблема,
Анна, поколебавшись, сказала, что затрудняется с ответом. Она даже не
уверена, есть ли у нее проблема. Кто-то из ее друзей, врач по профессии,
как-то сказал ей, что Джад - один из лучших психоаналитиков страны, и она
решила обратиться к нему. Когда Джад поинтересовался, как зовут ее приятеля,
Анна уклонилась от ответа. Впрочем, подумал он, она могла найти его имя и в
телефонном справочнике.
Он доказывал ей, что занят по горло и не может брать новых пациентов,
предлагал обратиться к другим специалистам, но Анна спокойно продолжала
настаивать на том, что хочет лечиться только у него. Наконец Джад сдался.
Если не считать практически неуловимого внутреннего напряжения, Анна
казалась совершенно спокойной, и он решил, что ее проблема достаточно
проста. Джад нарушил свое правило никогда не принимать пациентов без
направления от другого доктора и пожертвовал часовым перерывом на ленч. Но
хотя Анна приходила два раза в неделю, он и теперь знал о ней не больше, чем
после первой встречи. Впрочем, Джад узнал кое-что о себе. Он влюбился -
первый раз после смерти Элизабет.
Когда Джад спросил, любит ли она своего мужа, он ненавидел себя за то,
что хотел услышать в ответ слово "нет". Но Анна сказала: "Да. Он добрый
человек и очень сильный".
- Где вы родились?
- В Ривьере, маленьком городке около Бостона.
- Ваши родители живы?
- Отец. Мать умерла от сердечного приступа, когда мне было двенадцать
лет.
- Они ладили между собой?
- Да. Они очень любили друг друга.
"Это заметно", - радостно подумал Джад. После постоянного общения с
психически больными людьми разговор с Анной воспринимался как глоток свежего
апрельского воздуха в летнюю жару.
- У вас есть братья или сестры?
- Нет. Я единственный ребенок. К тому же избалованный, - она улыбнулась,
искренняя дружеская улыбка без тени обмана или притворства.
Анна рассказала, что она долго жила за границей вместе с отцом, который
работал в государственном аппарате, а когда тот вновь женился и переселился
в Калифорнию, стала переводчиком в ООН. Она свободно владела французским,
итальянским и испанским. Своего будущего мужа Анна встретила во Флориде, во
время отпуска. Ему принадлежала какая-то строительная фирма. Сначала он не
произвел особенного впечатления, но оказался очень настойчивым поклонником,
и через два месяца Анна вышла замуж. Они жили в Нью-Джерси. И вот после
полугода совместной жизни она пришла к психоаналитику.
И это все, что удалось узнать Джаду за три недели. Он до сих пор не имел
ни малейшего понятия, в чем же заключается ее проблема. Анна блокировала все
его усилия. Он вспомнил некоторые вопросы, которые он задавал во время их
первой встречи.
- Вы пришли сюда из-за мужа, миссис Блейк? Ответа не последовало.
- Вы подозреваете его в супружеской неверности?
- Нет, - удивленно.
- У вас есть любовник?
- Нет, - сердито.
Джад задумался, стараясь найти наилучший способ пробиться через мысленный
барьер Анны, и решил пробежаться по основным, наиболее часто встречающимся
проблемам, чтобы нащупать больное место.
- Вы ссоритесь из-за денег?
- Нет. Он очень щедр.
- Какие-нибудь трения с родственниками?
- Он сирота. А мой отец живет в Калифорнии.
- Вы или ваш муж употребляете наркотики?
- Нет.
Джад коснулся алкоголизма, фригидности, боязни забеременеть, Всего, о чем
он мог подумать. И каждый раз, посмотрев на него, Анна качала головой или
давала односложный ответ. Как только доктор становился более настойчивым,
она останавливала его: "Пожалуйста, будьте терпеливы со мной. Не надо меня
торопить".
С кем-либо другим Джад давно бы сдался. Но ему хотелось помочь Анне. И
еще больше - продолжать видеться с ней.
Теперь тему разговора выбирала она. С отцом Анна побывала в дюжине разных
стран и встречала много интересных людей. Она обладала острым умом и тонким
чувством юмора. Оказалось, что им нравятся одни и те же книги, музыкальные
произведения, театральные постановки. К Джаду она относилась очень
доброжелательно, но воспринимала его лишь как врача. Какая горькая ирония!
Все эти годы подсознательно он искал такую женщину, как Анна, и когда
наконец она пришла, его долг - помочь ей разобраться в волнующей ее проблеме
и отправить назад к мужу.
Когда Анна вошла в кабинет, Джад сел на стул рядом с кушеткой и стал
ждать, пока она ляжет на нее.
- Не сегодня, - тихо сказала она. - Я пришла, чтобы узнать, не смогу ли я
чем-нибудь помочь? Мне очень нравилась Кэрол. Кому потребовалось ее убивать?
- Я не знаю.
- Полиция подозревает кого-нибудь? "Еще бы", - с горечью подумал Джад.
- У полиции есть некоторые предположения.
- Я представляю, как вам плохо. Я лишь хотела зайти и сказать, что очень
огорчена случившимся. Я даже не знала, придете ли вы сегодня.
- Я и не собирался, - ответил Джад. - Но.., ну, в общем, я здесь. А раз
уж мы встретились, почему бы нам не поговорить немного о вас?
- Я не уверена, - поколебавшись, сказала Анна, - что нам есть о чем
говорить.
Джад почувствовал, как у него екнуло сердце. Неужели она хочет сказать,
что он больше не увидит ее?
- На следующей неделе я собираюсь с мужем в Европу.
- Это прекрасно, - услышал он свой голос.
- Боюсь, что я только отняла у вас время, доктор Стивене. Прошу меня
извинить.
- Пустяки, - Джад от волнения осип. Она уходила от него. Совсем.
Анна открыла сумочку и достала деньги. В отличие от других пациентов,
посылавших ему чеки, она всегда расплачивалась наличными.
- Нет, - возразил Джад. - Вы пришли как друг. Я.., благо дарю.
Тут он сделал то, чего никогда не позволял себе с пациентами.
- Я хочу, чтобы вы пришли еще раз, - промямлил он.
- Зачем?
"Потому что я не могу вынести мысли, что ты уходишь навсегда, - подумал
Джад. - Потому что я больше не найду такую, как ты. Потому что я жалею, что
не встретил тебя раньше. Потому что я тебя люблю". Но вслух он сказал:
- Я думаю, мы могли бы.., подвести черту. Окончательно убедиться, что у
вас все в порядке.
- Вы хотите, - улыбнулась Анна, - устроить выпускной вечер.
- Что-то в этом роде. Договорились?
- Если вы настаиваете, то конечно, - она подошла поближе. - Я все время
вам мешала. Вы прекрасный специалист, доктор Стивене. Если мне понадобится
помощь, я обязательно обращусь к вам.
Анна протянула руку, и он почтительно пожал ее.
- Я приду в пятницу, - сказала она.
- В пятницу, - как эхо повторил Джад.
Он наблюдал, как она подошла к двери, открыла ее и исчезла. Никогда еще
Джад не чувствовал себя таким одиноким. Но сидеть в бездействии он не мог.
Надо найти ответ, и он должен это сделать до того, как Макгрейви уничтожит
его. Лейтенант подозревал его в совершении двух убийств, а он не мог
доказать свою невиновность. Его могли арестовать в любой момент, что
означало бы конец профессиональной карьеры. Да еще он влюбился в замужнюю
женщину, которую после пятницы уже никогда не увидит.
Глава 5
Остаток дня прошел, как в тумане. Несколько пациентов вскользь упомянули
об убийстве Кэрол, но в основном они думали лишь о себе и собственных
проблемах. Джад пытался сосредоточиться, но его мысли витали где-то далеко,
в поисках выхода из создавшейся ситуации.
В семь вечера Джад проводил последнего пациента и, подойдя к бару, налил
себе чистого виски. Спиртное мгновенно ударило в голову, и тут он вспомнил,
что ничего не ел с самого утра. Даже от мысли о еде к горлу подкатывалась
тошнота. Джад сел в кресло и задумался. В историях болезни его пациентов не
содержалось ничего, стоящего жизни человека. Какой-нибудь шантажист мог
попытаться их украсть. Но шантажисты обычно трусливы и используют слабости
других людей. Поэтому, если бы Кэрол застала его на месте преступления, он с
испуга мог бы ее убить, но сделал бы это быстро, одним ударом. И не стал бы
ее пытать. Надо искать другое объяснение.
Джад сидел долго, перебирая события двух последних дней. Наконец он
сдался и, вздохнув, встал. Взглянув на часы, он удивился, что уже так
поздно.
Из здания Джад вышел уже в десятом часу. Вдоль улицы дул ледяной ветер,
снова пошел снег. На противоположной стороне Лексингтон-авеню красно-белая
неоновая реклама в окне магазина предупреждала: "Только шесть дней на
приобретение рождественских подарков".
Увидев, что машин нет, Джад решил срезать угол и, не дойдя до перехода,
пошел прямо к гаражу. Неожиданно он услышал за спиной шум и обернулся. К
нему приближался большой черный лимузин с потушенными огнями. Между ними
оставалось футов десять. "Пьяный болван", - подумал Джад и побежал к
тротуару. Автомобиль, набирая скорость, последовал за ним. Слишком поздно
доктор понял, что водитель сознательно пытается его задавить.
Последнее, что он помнил, - это сильный удар в спину. Улица на мгновение
осветилась яркими звездами, которые взорвались у него в голове. И в эту
секунду ему все стало ясно. Он понял, почему убили Джона Хансена и Кэрол
Роберте. Джада охватила радость. Он должен обо всем сообщить Макгрейви. Свет
потух и осталось лишь молчание ночной темноты.
Снаружи Девятнадцатый полицейский участок напоминал школьное здание:
красный потрескавшийся кирпич, облупившаяся штукатурка, карнизы, покрытые
голубиным пометом. Участок контролировал территорию Манхеттена от 59-й до
86-й улицы и от Пятой авеню до Ист-Ривер.
Сообщение о наезде на пешехода поступило дежурному в начале
одиннадцатого, и тот соединил больницу с бюро детективов. Ночь для
Девятнадцатого выдалась тяжелой. Из-за погоды резко возросло число
ограблений и изнасилований. Улицы превратились в ледяную пустыню, где
хулиганы творили суд над одинокими путниками, с трудом пробирающимися по их
владениям. В бюро находились только Френк Анджели и сержант, допрашивающий
подозреваемого в поджоге. Остальные отправились по срочным вызовам. Когда
зазвонил телефон, трубку снял Анджели. Медицинская сестра сказала, что
пострадавший спрашивает лейтенанта Макгрейви. Тот ушел в архив. Она
продиктовала Анджели имя пострадавшего, и детектив пообещал, что приедет
немедленно.
Он клал трубку на рычаг, когда открылась дверь и вошел Макгрейви.
- Надо ехать, - сказал Анджели, кратко доложив лейтенанту содержание
разговора с дежурной сестрой.
- Он подождет, - буркнул Макгрейви. - Сначала я должен поговорить с
капитаном участка, на территории которого произошло происшествие.
Наблюдая за тем, как лейтенант набирает номер, Анджели подумал, знает ли
тот о том, что сегодня утром он приходил к капитану Бертелли. Разговор
получился очень кратким.
- Лейтенант Макгрейви - хороший полицейский, - начал Анджели, - но мне
кажется, что он находится под впечатлением событий пятилетней давности.
Капитан холодно взглянул на него.
- Вы обвиняете лейтенанта в том, что он хочет отомстить доктору
Стивенсу?
- Я его ни в чем не обвиняю. Я только хотел, чтобы вы знали об этом.
- О'кей, я об этом знаю. - И все.
Макгрейви говорил по телефону три минуты, в течение которых Анджели
нетерпеливо ходил по комнате. Еще через десять минут они сидели в патрульной
машине, направляющейся к больнице.
Доктора Стивенса поместили на шестом этаже в небольшой палате в конце
длинного коридора, насквозь пропахшего чуть сладковатым запахом, присущим
любой больнице. Дежурная сестра отвела детективов к Джаду.
- В каком он состоянии, сестра? - спросил Макгрейви.
- Вам все расскажет лечащий врач, - резко ответила она. - Просто чудо,
что он остался жив. У него наверняка сотрясение мозга, повреждена грудная
клетка и сломана левая рука.
- Он в сознании? - спросил Анджели.
- Да. Каких трудов нам стоило удержать его в постели, - она повернулась к
Макгрейви. - Он все время говорит, что хочет вас видеть.
Они вошли в шестиместную палату. Сестра показала на угол, отгороженный
ширмой. Джад полулежал на подушках, бледный, с широкой повязкой на голове и
гипсом на левой руке.
- Я слышал, с вами произошел несчастный случай? - заметил Макгрейви.
- Это не случай, - ответил Джад слабым и слегка дрожащим голосом. -
Кто-то пытался меня убить.
- Кто? - поинтересовался Анджели..
- Я не знаю, но все сходится, - он посмотрел на Макгрейви. - Джон Хансен
и Кэрол Роберте - случайные жертвы. Убийцы охотились за мной.
- С чего вы это взяли? - удивленно спросил лейтенант.
- Хансена убили, потому что он надел мою желтую куртку Должно быть, они
видели, что я пришел в ней на работу. Хансена приняли за меня.
- Это возможно, заметил Анджели.
- Конечно, - согласился Макгрейви и, повернувшись к Джаду, добавил:
- А когда они поняли, что убили не того, пришли к вам в кабинет, сорвали
с вас одежду и, обнаружив, что вы негритянка, озверели от злости и забили
вас до смерти?
- Кэрол убили потому, что нашли ее там, где надеялись найти меня.
Макгрейви полез во внутренний карман и достал несколько листков бумаги.
- Перед тем как ехать сюда, я поговорил с капитаном участка, на
территории которого произошел инцидент.
- Это не инцидент.
- Согласно донесению патрульного, вы шли по проезжей части.
- По проезжей части? - переспросил Джад слабым голо сом.
- Переходили дорогу в неположенном месте, доктор.
- Но ведь не было ни одной машины, поэтому я...
- Одна машина была, - поправил его Макгрейви, - но вы ее не заметили. А
так как шел снег, то из-за отвратительной видимости водитель не заметил вас.
Когда вы неожиданно возникли перед ним, он нажал на тормоза, на скользкой
дороге автомобиль занесло - и он вас задел. Водитель испугался и удрал.
- Все произошло совсем не так, и он ехал с потушенными фарами.
- Вы считаете это доказательством того, что он убил Хансена и Кэрол
Роберте?
- Кто-то пытался меня убить, - продолжал упорствовать Джад.
- Ничего не получится, доктор, - покачал головой Макгрейви.
- Что не получится?
- Неужели вы действительно думаете, что я начну разыскивать какого-то
мифического убийцу, а вы в это время уйдете в тень? - Его тон изменился. -
Вы знали, что ваша секретарша беременна?
Джад закрыл глаза и откинулся на подушку. Вот, значит, о чем Кэрол хотела
с ним поговорить. Он догадывался. И теперь Макгрейви думает...
- Нет, - устало ответил он, посмотрев на детектива. - Я не знал.
У Джада вновь разболелась голова. Все тело ныло. Ему с трудом удалось
подавить подкатившую к горлу тошноту. Он уже хотел позвонить дежурной
сестре, но решил, что не доставит Макгрейви такого удовольствия.
- Я просмотрел наш архив, - продолжал лейтенант. - Как вы расцениваете
тот факт, что ваша очаровательная чернокожая секретарша была проституткой до
того, как начала работать у вас? - Голова доктора грозила расколоться от
боли. - Вам об этом известно, доктор Стивене? Ответа не требуется. Вы все
знали, потому что именно вы четыре года назад увезли ее из зала суда, куда
она попала по обвинению в приставании к мужчинам на улице. Не слишком ли вы
далеко зашли, доктор, нанимая вчерашнюю проститутку в качестве секретарши
первоклассного специалиста?
- Проститутками не рождаются, - ответил Джад. - Я хотел помочь
шестнадцатилетней девочке найти место в жизни. Макгрейви криво усмехнулся и
вышел из палаты. В голове Джада, казалось, стучал паровой молот.
- С вами все в порядке? - обеспокоенно спросил Анджели.
- Вы пришли мне помочь, - прошептал Джад. - Кто-то пытается меня убить.
- Вы подозреваете кого-нибудь, доктор?
- Нет.
- У вас есть враги?
- Нет.
- В вашей семье есть деньги? Может быть, наследники хотя! вас убрать?
- Нет.
- О'кей, - вздохнул Анджели. - Значит, ни у кого нет причин избавиться от
вас. А ваши пациенты? Думаю, если вы дадите нам список, мы смогли бы их
проверить.
- Я не имею права.
Анджели изучающе посмотрел на доктора, а затем спросил:
- Как вы называете человека, который считает, что все хотят его убить?
- Шизофреник с манией... - заметив выражение лица Анджели, Джад
остановился на полуслове. - Не думаете ли вы, что я...
- Поставьте себя на мое место, доктор. Если бы я лежал в этой кровати и
говорил такие слова, что бы вы сказали как врач?
От пульсирующей в голове боли Джад закрыл глаза.
- Макгрейви меня ждет, - напомнил Анджели.
- Подождите... Дайте мне возможность доказать свою правоту.
- Как?
- Тот, кто хотел меня убить, не остановится. Я хочу, чтобы кто-нибудь
находился рядом со мной. Тогда он сможет поймать их при следующей попытке.
- Доктор Стивене, - печально улыбнулся Анджели, - если кто-то
действительно хочет вас убить, то вся полиция мира не сможет это
предотвратить. Если они не доберутся до вас сегодня, это произойдет завтра.
Если у них ничего не получится в Нью-Йорке, они сумеют найти другое место. И
не имеет никакого значения, кто вы - король, президент или простой рабочий.
Жизнь очень тонкая ниточка. И ничего не стоит оборвать ее.
- Значит, вы ничего не сможете сделать?
- Я дам вам один совет. Вставьте новый замок в дверь вашей квартиры и
удостоверьтесь, что все окна надежно закрываются. Ни в коем случае не
пускайте в квартиру незнакомых людей. Никого.
Джад кивнул, в горле у него пересохло.
- В вашем подъезде есть швейцар и лифтер, - продолжал Анджели. - Они
надежные люди?
- Швейцар работает у нас десять лет, лифтер - восемь. Я полностью доверяю
им обоим.
- Хорошо, - одобрительно кивнул Анджели. - Попросите их держать ухо
востро. Если они будут настороже, вряд ли кто-нибудь сможет проникнуть к вам
незамеченным.
Анджели повернулся, чтобы уйти, но неожиданно остановился.
- У меня есть идея, но, возможно, из этого ничего не выйдет.
- Да? - заинтересовался Джад.
- Тот парень, который убил напарника Макгрейви...
- Зиффрен.
- Он действительно чокнутый?
- Да. Его отправили в закрытую лечебницу для психически больных
преступников.
- А вдруг он затаил на вас зло за то, что попал туда? Я проверю. Надо
убедиться, что он не удрал. Позвоните мне утром.
- Спасибо, - облегченно вздохнул Джад.
- Это моя работа. Если вы виновны во всем этом, я помогу Макгрейви
вывести вас на чистую воду, - он снова повернулся, чтобы уйти, и опять
остановился. - Макгрейви не обязательно знать о том, что я проверяю
местонахождение Зиффрена.
- Я понял.
Мужчины улыбнулись друг другу, и Анджели вышел из палаты. Джад остался
один. Тучи сгущались. Он понимал, что его давно бы арестовали по подозрению
в убийстве, если бы не одно обстоятельство: характер Макгрейви. Тот жаждал
мщения, но хотел, чтобы все встало на свои места и обвинения имели под собой
прочное основание.
А если происшествие на Лексингтон-авеню все-таки несчастный случай?
Действительно, шел снег, водитель, нажав на тормоза, мог не справиться с
управлением, машину занесло и она задела Джада? Но тогда почему он ехал с
потушенными фарами? И каким образом автомобиль так неожиданно появился рядом
с ним? Нет. Теперь Джад не сомневался, что его хотели убить и убийца
повторит свою попытку. С этой мыслью он и уснул.
Рано утром в больницу приехали Петер и Нора Хадли. Они узнали о
случившемся из сообщения по радио.
Петер, небольшого роста и очень худой, вырос в том же небольшом городке в
Небраске, что и Джад. Их дружба началась с детства и еще больше окрепла в
медицинском колледже, где они вместе учились.
Нора, пышная блондинка с большим бюстом, чуть великоватым для ее пяти
футов трех дюймов, родилась в Англии. Веселая и жизнерадостная, она сразу
располагала к себе собеседника, и через пару минут казалось, что знаешь ее
всю жизнь.
Они поболтали полчаса, избегая упоминания о Кэрол Роберте. Петер и Нора
не знали, что Джон Хансен его пациент, а Макгрейви по какой-то, только ему
известной причине не сообщил об этом газетным репортерам.
Когда они собрались уходить, Джад попросил Петера задержаться на пару
минут и рассказал ему о Харрисоне Бурке.
- Очень жаль, - опечалился Петер. - Направляя его к тебе, я понимал, что
болезнь зашла далеко, но надеялся, что еще не все потеряно. Конечно,
придется его изолировать. Когда ты собираешься это сделать?
- Как только выберусь отсюда, - ответил он, зная, что говорит не правду.
Он не хотел отправлять Бурка в лечебницу. По крайней мере теперь. Сначала он
должен выяснить, не совершил ли тот два убийства.
- Если я смогу тебе чем-нибудь помочь, дружище, звони. И Петер вышел из
палаты. А Джад остался лежать, обдумывая создавшуюся ситуацию. Так как не
находилось разумного объяснения покушения на его жизнь, то напрашивался
вывод о совершении преступлений человеком с больной психикой, вообразившим,
что Джад как-то причинил ему вред. Под эту категорию подпадали двое:
Харрисон Бурк и Амос Зиффрен. Если у Бурка не будет алиби на время, когда
убили Джона Хансена, он попросит детектива Анджели выяснить, чем занимался
Бурк в то злополучное утро. Если у Бурка будет алиби, придется проверить
Зиффрена. Депрессия, охватившая Джада после разговора с Макгрейви,
постепенно исчезала. Наконец он понял, что надо делать. Ему не терпелось
покинуть больницу.
Джад позвонил дежурной сестре и попросил позвать лечащего врача. Через
десять минут доктор Сеймур Харрис вошел в палату. Джад давно его знал и
испытывал глубокое уважение к его профессиональным способностям.
- Ну, спящая красавица пробудилась. Ты ужасно выглядишь.
Джаду уже надоело это слышать.
- Я чувствую себя прекрасно, - заявил он, - и хочу выбраться отсюда.
- Когда?
- Немедленно.
Доктор Харрис укоризненно посмотрел на него.
- Ты же только что сюда попал. Почему бы не побыть здесь несколько дней?
Чтобы ты не скучал, я пришлю парочку очаровательных сиделок.
- Благодарю, Сеймур. Но я действительно должен уйти.
- О'кей, - вздохнул Харрис. - Ты, мой милый, врач. Лично я в таком
состоянии не разрешил бы вставать даже своему коту. - Он пристально
посмотрел на Джада. - Может быть, я могу что-нибудь для тебя сделать? Тот
покачал головой.
- Я пошлю мисс Бедпен за твоей одеждой. Через полчаса к больнице
подъехало такси, заказанное регистратурой по просьбе Джада. Пятнадцать минут
одиннадцатого он приехал на работу.
Джад подошел к телефону и набрал номер Девятнадцатого участка. Когда
дежурный соединил его с бюро детективов, в трубке раздался бас Макгрейви
"Лейтенант Макгрейви".
- Детектива Анджели, пожалуйста.
- Подождите.
- Детектив Анджели у телефона, - услышал он минутой позже.
- Джад Стивене. Я хочу узнать, получили ли вы интересующую нас
информацию.
- Я навел справки, - уклончиво ответил Анджели.
- Все, что вы должны сказать: "да" или "нет", - у Джада быстро забилось
сердце. - Зиффрен в лечебнице?
Казалось, прошла вечность, прежде чем Анджели ответил:
"Да, он все еще там".
- О, - волна разочарования захлестнула Джада. - Все ясно.
- Мне очень жаль.
- Благодарю, - и он положил трубку на рычаг. Значит, оставался Харрисон
Бурк, безнадежный шизофреник, уверенный, что все хотят его убить. Мог ли
Бурк ударить первым? Джон Хансен вышел из его кабинета без десяти
одиннадцать, и через несколько минут его убили. Значит, надо выяснить, где
находился Бурк в это время. Джад набрал его рабочий телефон.
- "Интернейшнл Стал", - безликий голос, казалось, принадлежал автомату.
- Мистера Харрисона Бурка, пожалуйста.
- Одну минуту.
Джад надеялся, что трубку снимет секретарша. Если Бурк сам подойдет к
телефону...
- Кабинет мистера Бурка, - раздался женский голос.
- Говорит доктор Джад Стивене. Я хотел бы у вас кое-что выяснить.
- О, конечно, доктор Стивене, - в голосе слышалось облегчение, смешанное,
впрочем, с ожиданием плохого известия. Она знала, что Джад - психоаналитик
Бурка. Рассчитывала ли она на его помощь? Бурк чем-то расстроил ее?
- Дело касается счета мистера Бурка... - начал он.
- Его счета? - Девушка не пыталась скрыть своего разочарования.
- Моя секретарша, - быстро продолжал Джад, - она.., ну, она больше не
работает со мной, и я никак не могу разобраться в ее записях. Она отметила,
что мистер Бурк приходил ко мне в понедельник, в десять тридцать утра, а я
этого не помню. Не могли бы вы посмотреть его распорядок на тот день?
- Один момент, - осуждающе ответила она. Джад мог прочесть ее мысли. Ее
шеф сходит с ума, а психоаналитик думает лишь о том, чтобы получить свои
деньги. Через несколько минут она вновь взяла трубку. - Боюсь, ваша
секретарша ошиблась, доктор Стивене. Мистер Бурк не мог прийти к вам в
понедельник утром.
- Вы в этом
...Закладка в соц.сетях
