Жанр: Триллер
Царь кровь
...о Стенно.
Сегодня Пата Мюррея сменил Билл Фуллвуд, владелец гаража. В свои семьдесят с
гаком он был по-прежнему одет как смазчик: мешковатый комбинезон и ботинки со
стальными накладками. Волос на голове у него уже оставалось немного, и те, что
остались (знаете, стариковские волосы вроде пуха одуванчиков), реяли в воздухе, как
развеваются в воде волос ныряльщика. Билл был из тех, кто кажется самой старой
достопримечательностью деревни; можно было бы поклясться, что он был здесь
раньше деревенской церкви. Продукты он покупал в супермаркете, где я работал, и, по
моим сведениям, старик жил на одних только тунцовых консервах. И все равно с виду
он был еще ничего, и в его возрасте он все еще выворачивал из машин коробки
скоростей.
Гараж был пещерой Аладдина, полной старых велосипедов, мотоциклов - даже
стоял в углу пыльный "джаг", чьи шины уже двадцать лет не знали поцелуя дороги.
Казалось, он терпеливо ждет, пока любящие руки бережно отнесут его в музей.
- Садитесь вокруг, ребята. - Голос был доброжелательным, но несколько
усталым. - Мне неохота драть свое старое горло больше чем нужно.
Мы придвинулись - все, кроме Стенно, который сидел на шинах будто
приклеенный. Он уставился в пол. Присутствует телом, но далеко разумом.
- Ребята, на сегодня у нас для вас потрясающая работа. Прочесать на мотоциклах
эту благодатную землю. Мы с мистером Стентоном всю ночь пахали, приделывая
подвесные багажники и налаживая моторы, так что эти машинки довезут вас до места
и оттуда даже домой. Те из вас, кто никогда раньше не ездил на таком двухколесном
чуде, получат полные инструкции, как это делается. Остальные тем временем пройдут
к машинам и поедут по назначенным местам. Я тут записал... сейчас, куда я ее дел? -
Он стал копаться в одном кармане, потом полез в рукав комбинезона. - А, вот.
Карандаши и карты готовы. Мистер Дин Скилтон и мистер Говард Спаркмен, вам
надлежит проехать в Скаркрофт. Мисс Мелоди Гисберн и мистер Тони...
- А ТЫ ЗАЧЕМ СЮДА СНОВА ПРИПЕРСЯ?!!
Даже на выстрел головы не повернулись бы быстрее. Все глаза уставились на
Стенно. У него побелело лицо, но уши горели красным, как натертые. Он поднялся со
стопки покрышек и медленно шел к нам.
- Чего ты за мной гоняешься! Вали отсюда... быстро! Вали отсюда!
Он шел к нам, но каким-то странным путем. Как будто ему в нос продели кольцо с
веревкой, а конец дали мне в руки - сматывать. Он шел, опустив руки, согнувшись в
поясе, а лицо вытянулось вперед, будто его тянул невидимый линь. Глаза немигающе
горели, губы растянулись, обнажив зажатый меж зубов язык.
Это был один из тех моментов, когда кажется, что ничего не можешь сделать. Все
только стояли и смотрели, что будет дальше.
А дальше пошла смесь абсурда и ужаса. Взгляд Стенно застыл на мне, он протянул
ко мне палец. Потом разразился тирадой:
- За каким чертом ты вернулся! Чего ты ко мне пристал? - Он повторял это
снова и снова, выдавливая слова из пережатого горла. - Почему ко мне? Почему ко
мне? Оставь меня в покое! Ты только тронь меня еще раз... только попробуй! Только
попробуй!
Глаза у него стали, как в тот вечер пятницы, когда он валялся на траве с залитым
кровью лицом. Только теперь они глядели мне в лицо. Да, не в глаза, а именно в лицо.
Мне не раз случалось драться. Перед дракой всегда глядят глаза в глаза, ближе и
ближе, пока почти не столкнутся носами. Но никогда глаза не отводят.
А Стенно в глаза не глядел. Черные точки посреди белков его глаз бегали по моему
лицу, будто видели на них нарывы размером с пакет йогурта. И он все время вопил:
"Убирайся! Оставь меня в покое! Только тронь меня, только тронь, и я тебя убью.
УБЬЮ!"
И он приближался. По шагу. Выставив вперед лицо, сверкая глазами. Но сверкали
они не только злостью, но и страхом. Он почему-то дико меня боялся. Люди отступали
с его пути, озадаченные и потрясенные, оставляя нас двоих разбираться.
- Сука! Сука! - выкрикивал он, брызгая слюной. - Сука!
Стивен плавно двинулся вперед, протягивая руку, чтобы его успокоить.
- Легче, друг, легче. Все в порядке...
- А ты знаешь, что этот гад мне сделал? - снова раздался выкрик с брызгами
слюны. - Он меня изуродовал! Изуродовал на фиг! Отойди! Отойди с дороги, я
сказал!
Теперь и другие стали переводить глаза с меня на Стенно и обратно. Вместе с
удивлением и страхом, что сейчас будет драка, поднималось и любопытство. Что же я
такого сделал, что Стенно так взбесился?
Стивен стал бубнить что-то успокаивающее, но тут Билл Фуллвуд, работодатель
Стенно, решил проявить авторитет.
- Я не знаю, что там у вас произошло, но тут не место и не время это выяснять. -
Он глянул на меня. - Ты бы вышел куда-нибудь, пока этот парнишка остынет.
Но ярость Стенно била вулканом. Он все еще приближался шаг за шагом, выставив
вперед лицо, будто я его вытягивал, как большую рыбу, перехватывая руками
невидимый линь.
- С-с-с-ука...
- Легче, Стенно... - начал Стивен. Билл вытянул дрожащий стариковский палец
сначала ко мне, потом к Стенно.
- Я знать не хочу, из-за чего вы поссорились. Рик, ты подожди у Свена; тебя
позовут. Мы пока...
- В пятницу... - Голос Стенно трещал, как дрова в костре. - В пятницу... Знаете,
что этот гад мне сделал?
Все уставились на меня. И тут же помимо потрясения от вида Стенно, щелкающего
зубами, меня охватило еще одно чувство. Чувство вины. Я действительно чувствовал
себя виноватым. И стал копаться в памяти, что же я мог с ним сделать. Наверное, чтото
очень мерзкое, раз он так реагирует - побелел, уши покраснели, брызжет слюной
на каждом слове. Эта дурацкая походка - шаг за шагом, подкованные ботинки
клацают по цементному полу, а страх и злость сплавились в единое чувство, не менее
опасное, чем ошеломляющее.
Стивен тронул меня за руку:
- Рик, отойди-ка действительно подальше. Сделай, как старик сказал.
Легче было сказать, чем сделать. Только что Стенно шел ко мне, останавливаясь на
каждом шаге. И вдруг потянулся к полке, схватил железный лом длиной с
бейсбольную биту и встал между мной и дверью гаража.
А, черт. Хочешь не хочешь, придется действовать. Поверьте мне, я со Стенно не
ссорился. Но если он лезет на меня с этой железякой, придется его валить. Или он мне
проломит череп. Ни та, ни эта возможность не привлекала, но я знал, что придется
выбирать из них.
Он уже завелся до рычащей ненависти. И я знал, что атака произойдет в любую
секунду.
Стивен это тоже видел. Краем глаза я заметил, как он переглянулся с Говардом и
Дином, будто хотел сказать: "Помогите мне его скрутить и успокоить".
Как они отреагировали - не знаю; я был слишком занят Стенно. Он был -
сплошные мышцы. Когда он ударит, мне его не блокировать, придется уклоняться. И
быстро, иначе гроб.
Он держал железяку двумя руками, будто бэттер в бейсболе. А мячом будет моя
голова.
Он встряхнул лом, замахиваясь для первой попытки. Я отпрянул. Остальные
беспомощно переглянулись - поняли, что он собирается меня убить.
А он уже визжал, расплевывая слюну:
- Знаете, что этот гад в пятницу мне сделал? Знаете? Да я его... Да я его сейчас...
Он взмахнул ломом. Лом был тяжелый, скорость набирал не сразу, и мне легко
было отступить от удара, летящего слева направо.
Он замахнулся снова.
Снова я легко ушел назад.
Ясно было, что мне надо тянуть время, а потом, когда предоставится возможность,
бросаться к двери гаража.
Снова пролет лома.
И снова я отступил. Слева и чуть позади меня солнце било в двери, выделяя на
полу приличный квадрат замасленного бетона. На следующем замахе я повернусь и
рвану к дверям раньше, чем он успеет снова занести лом.
На этот раз он занес лом над головой, будто собираясь забить палаточный
колышек. Сейчас я брошусь к двери.
Но на этот раз я поскользнулся на масляном пятне. Нога поехала вперед, я упал
назад и растянулся бы на спине, если бы не наткнулся задницей на радиатор старого
"джага". Потеряв равновесие, я не мог уже отступать, и следующий удар придется мне
по черепу.
Я глядел в белое лицо Стенно. Черные точки глаз все еще пылали, не отрываясь от
моего лица, и в них горела ненависть. Одно желание было у него - раздробить мне
череп, расплескать мои мозги вместе с кровью и вырванными глазами по кузову
машины.
И тут он остановился. И его лицо с открытым ртом выразило только одно -
предельный ужас.
И он глядел на меня так, будто со мной произошла какая-то еще более ужасная
метаморфоза.
- НЕТ! ХВАТИТ! ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ! ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ!
К нему с разных сторон бросились Стивен, Дин, Говард, даже старик -
остановить, не дать ему опустить железо мне на голову.
Я вскинул руки, защищая лицо, задержал дыхание, стиснул зубы...
- А, черт!
Он двигался с неимоверной быстротой.
Железка мелькнула в воздухе, но он уже не держал ее. Он ее бросил в меня с
размаха. Она прожужжала над головой, воздухом дернуло волосы...
БАМ!
Она ударилась у меня за спиной.
Стенно пятился, тряся головой и прерывисто дыша. Глаза его, все с тем же
выражением животного ужаса, не отрывались от меня.
Он завопил и бросился бежать.
Застучали по бетону молотами подкованные ботинки, и Стенно исчез. Дин
подбежал к двери, выглянул, покачал головой, развел руками, из чего я понял, что
Стенно сейчас не возвращается.
Облегчение прошло по людям, как волна. Я перевел дыхание, заставил себя встать.
И стоял, глядя на обращенные ко мне лица, и чувствовал себя как приговоренный.
А молчание длилось и длилось, и, как в тот вечер пятницы, мне казалось, что люди
ждут от меня признания в каком-то страшном, ужасном грехе.
Наконец старик поскреб челюсть и кивнул на "джаг" за моей спиной.
- Что ж, мне хотя бы с него пыль вытирать не придется.
Я посмотрел на машину. Лом, пролетев мимо моей головы, врубился точно в
ветровое стекло.
12
Мы ехали на мотоциклах всего минут пять, когда Стивен просигналил мне
остановиться. Нам поручили попытать счастья в супермаркете в Хедингли. Детского
питания по-прежнему не хватало, но в деревне росла уверенность. Ходили слухи, что
кризис уже почти миновал. Скоро появятся военные с караванами грузовиков и
автобусов и развезут беженцев по домам.
Стивен сел боком на мотоцикл, держа ногу на земле и не выключая мотора. Сняв
шлем, он почесал голову, где натерли ремни. Он был в защитных очках, и меня
переполняла гордость, что вот такой парень, похлеще любых рок-звезд, - мой брат.
- Как ты, Малыш К?
- Нормально. - Я чуть повернул ручку газа, и мотоцикл довольно заворчал.
Стивен заглянул мне в глаза.
- Никак не можешь выбросить из головы этого типа?
- Стенно? Не могу забыть, как он уставился на меня. Именно на меня. Будто я его
жену отбарабанил или что.
- Он сильно получил по голове тогда в пятницу, сам знаешь. - Стивен смотрел
на меня сочувственно. - По-моему, у него до сих пор не все дома. Как ты думаешь?
- Думаю, что ты прав. И все равно странно он как-то себя вел.
- Ты точно в норме?
- Без проблем.
Стивен кивнул и стал натягивать шлем, но вдруг остановился и посмотрел на него
таким взглядом, будто шлем вонял непередаваемо, ухмыльнулся мне и бросил шлем в
канаву.
- Мы выполняем гуманитарную миссию. И никто нас не запишет за езду без
какого-то дурацкого шлема. Я кивнул, улыбаясь.
- Ладно, Рик, помнишь "Танцуют все" великого покойника мистера Эдди
Кохрена?
- Помню? Наш оркестр его на каждом выступлении лабает.
- Тогда поехали. Все танцуют рок-н-ролл!
Стивен вывернул газ и усвистел вперед. Рычание мотоцикла перекрыла песня в
полный голос.
Издав ковбойский вопль, я зашвырнул шлем в кусты и помчался за ним. Вскоре мы
ехали бок о бок, волосы развевались на ветру, мы пели в унисон и переглядывались,
весело улыбаясь.
Дорога была пуста, светило солнце. На поле возле дороги играли в догонялки две
лошадки. Иногда попадались брошенная тележка, велосипед или пуховое одеяло,
оставленные городскими на дороге во время исхода в Ферберн. Но это как-то не очень
пугало. Очень скоро здесь наведут порядок, думали мы про себя. Будут и
телевизионные анализы, и публичные расследования, и столько, что еще затошнит от
них.
Так мы говорили себе тогда. Но впереди ждала совсем другая правда. И правда эта
была чистейшим злом, а будущее - Адом.
А сейчас мы, наивные, ехали по сельским дорогам, скрываясь в тени под деревьями
и вырываясь на яркое солнце.
Выехав на главную дорогу в Лидс, мы снова увидели живых людей. Это был
армейский блокпост, состоящий из зеленого грузовика и полудюжины солдат,
сидящих в тени под деревом.
Солдат, на котором не было ничего, кроме камуфляжных штанов, широкополой
шляпы и татуировки "Земля надежды и радости", махнул нам, чтобы остановились.
- Давайте, ребята. Разворачивайтесь обратно, откуда приехали.
Я ему объяснил:
- Мы ищем еду. У нас там голодные рты, которых надо накормить.
Он посмотрел на наши мотоциклы:
- А где вы их взяли?
- Нам их одолжили.
- Сперли, значит?
- Нет.
Стивен начал объяснять:
- Мы вызвались помочь искать еду для...
- Американец?
- Да, американец. Послушайте, будем вам очень благодарны, если вы нас
пропустите...
- Повезло тебе, значит. На каникулах тут?
Озадаченный Стивен потряс головой.
- Какая разница? Я просто приехал к брату до...
- До посинения. Америка накрылась.
- Чего? - Стивен бросил на меня взгляд, который я понял так, что он думает,
будто татуированный солдат слишком долго простоял на солнце.
- Накрылась Америка, - жизнерадостно сказал солдат.
Солнце жгло мне шею, как утюг. Самое то, что мне сейчас не надо -
сюрреалистический спор с солдатом, у которого солнечный удар.
Стивен попытался терпеливо и дипломатично пробиться через затор в мозгах у
этого типа.
- Послушайте, вот письмо от доктора Абрахама Хансона из больницы "Вудсайд"
в Ферберне...
- Фер - что? Никогда про такое не слышал.
- Это деревня в пяти километрах в ту сторону...
- Вот туда и давайте. Здесь вы не проедете.
- Послушайте, - Стивен пытался сохранить хладнокровие, - нам обязательно
надо проехать. Мы ищем детское питание.
- Детское питание?
"Смесь, которой кормят детишек, кретин!" - подумал я но не сказал этого вслух.
Хотя искушение было сильное.
- Возле Ферберна сорок тысяч человек под открытым небом, - объяснил Стивен
исключительно рассудительно и доброжелательно. - И много детей, которых надо
кормить. Если мы добудем...
Угрюмый вид солдата - "ни хрена не проедете" - вдруг изменился. Очевидно, он
вдруг представил себе сотни детей, плачущих от голода.
- Капрал! Капрал! - крикнул он. - Ребята, минутку подождите... пожалуйста.
Этот тип сумел произнести "пожалуйста" как ругательство. Капрал лениво
подошел, держа в руках двухкилограммовый мешок риса, который пытался открыть.
- Чего стряслось, Спад?
Он оглядел нас с головы до ног и снова занялся мешком.
- Эти двое хотят проехать в Лидс.
- Нечего вам там делать, ребята. Там небезопасно.
- Нам в сам Лидс не надо. Мы поищем детское питание в магазинах на окраине.
- Время теряете. Все магазины закрыты.
- Знаем. Придется взламывать.
- Взламывать? А кто разрешил?
- Вот письмо.
Капрал прочел письмо, заскучал, снова задумался о проблеме прочного
пластикового мешка, который мешал свиданию риса с кастрюлей кипящей воды.
- Рискованно, парни. А) мы не знаем, рассеялся ли уже газ. Б) вам придется это
письмо показывать очень быстро - наши ребята отстреливают мародеров, знаете?
- Мы осторожно.
- Американец? - спросил капрал, приступая к вскрытию мешка зубами.
- Да, американец.
Вздох в голосе Стивена ясно говорил: "Господи, и этот туда же".
- Я ему сказал, капрал, - с каким-то грубым удовольствием сообщил солдат. -
Накрылась Америка.
- А, блин! - Капралу удалось прогрызть дыру в мешке, и рис потек по его рукам.
- Сволочной мешок.
- Так что с этими двумя делать, капрал?
Капрала больше интересовало, как засыпать рис в кастрюлю.
- А? Ладно, пропусти. Только скажи, что их безопасность мы не гарантируем.
Солдат повернулся передать нам ответ. Стивен вежливо улыбнулся:
- О'кей, мы слышали.
- Ну, как он вам сказал, побыстрее вытаскивайте эту свою бумажку, а то получите
маслину между глаз.
- Так и сделаем, спасибо за заботу, - ответил Стивен с деланной улыбкой. - И
всего вам доброго.
- И в сам Лидс не лезьте. Там все...
Грохот наших мотоциклов заглушил его голос.
Приближаясь к городу, мы сбавили скорость почти до скорости пешехода. Я
поравнялся со Стивеном и сказал:
- Слушай, что он имел в виду насчет "Америка накрылась"?
- Убей, не знаю. Сначала я думал, что ему голову напекло, но второй собирался
сказать то же самое.
- А в новостях ничего не было?
- В новостях ничего не было, - подтвердил Стивен. - Совсем ничего и ни о чем.
Обычная рутина. Ты заметил, что национальные станции даже не упомянули о том, что
было в Лидсе? Как будто все Соединенное Королевство думает, будто тут все тип-топ.
Мы ехали по пустынному жилому району. Улицы были усыпаны одеялами,
пижамами, носками, шлепанцами, чемоданами со старыми вещами, тележками - тоже
с вещами. А на стене сада стояла клетка, а в ней дохлый попугайчик.
Мы остановились осмотреться, переглядываясь друг с другом и улыбаясь. Не
потому, что было что-то смешное в заваленной личными вещами улице, которые люди
бросали, спеша Удрать. Просто слишком нереальна была эта сцена, чтобы ее
воспринять. И улыбка - это была попытка справиться с чувствами, которые она
вызывала.
Потому что до меня дошло, что есть нечто пугающее в пустоте жилого квартала.
Все эти опустевшие дома, полностью лишенные человеческой жизни. Всего три дня
назад все, кто здесь жил, проснулись от удушающего кашля. Этот невидимый газ
погнал их прочь с тем, что они успели ухватить в руки. Ясно, что некоторые, ковыляя
по ночным улицам, сообразили, что прихватили слишком много, и потому бросали то
чемодан, то одеяло.
И вот мы здесь, и солнце греет сверху, и освещает все эти брошенные портпледы,
сломанные тележки, ящики, туфли-лодочки, пальто, разбитые чемоданы.
У меня сдавило сердце. Газ, что ли, еще не развеялся? Или просто мне слишком
ярко представилась паника людей, проснувшихся среди ночи от того, что сам воздух
вокруг сделался ядовитым?
И все еще было загадкой, откуда взялся газ. Многие полагали, что это была утечка
ядов с какого-нибудь химзавода, а еще циркулировали слухи о каком-то дурацком
наводнении в Лондоне. Еще передавали из уст в уста что-то насчет пожаров в
Ковентри и какого-то землетрясения в Эдинбурге. Вряд ли это кто-нибудь
воспринимал всерьез. Тогда.
- Рик! - Стивен показал на магазинчик рядом с дорогой. - Давай здесь
загрузимся.
Добрых двадцать минут мы вышибали дверь. В нормальных условиях
сигнализация бы просверлила уши всем соседям, но не было сейчас ни соседей, ни
электричества.
Скоро мы набили корзины мотоциклов банками с детским питанием. И рюкзаки
тоже ими набили. Стивен предложил как можно быстрее мотать обратно в Ферберн и
вернуться на машине или на грузовике. Дороги были забиты, но не непроходимы.
Я был более чем готов ударить на газ и мчаться в Ферберн. Честно вам сказать,
сотни безмолвных гектаров процветающего пригорода действовали на нервы. Городпризрак?
Да нет. Я бы его даже так не назвал. В городах-призраках есть какие-то
признаки заселенности. Здесь не было никаких, и ничего не было, кроме гнетущего
чувства пустоты.
- Погоди-ка, Рик, я баночку газировки возьму. А тебе взять?
- Ага, а то в горле, как сухой песок.
Правду говоря, я больше всего хотел сесть на мотоцикл и дунуть из города, но в
глотке действительно пересохло до жжения. Так что можно потратить секунд десять на
банку колы или чего-нибудь, а потом врубить моторы и быстро-быстро сматываться.
В магазинчике с опущенными шторами и отключенным электричеством было
темно и мрачно. Я сообразил, что если горожане не вернутся поскорее, мародеры
вычистят здесь полки до последней крошки. Даже у меня было искушение найти в
сумках местечко для бутылки-другой скотча.
- Стивен, ты где?
- Здесь, в подсобке, за дверью между двумя холодильниками. Будешь проходить
- не дыши, потому что у молочных продуктов чуть-чуть превышен срок годности.
- Слушай, а ты прав!
Еда на полках начала гнить. Я постарался пройти в подсобку на выдохе. В
подсобке я увидел кухонную раковину, чайник, пакет прокисшего молока и два стула.
- Чего ты ищешь? - спросил я.
- Хотел морду сполоснуть. Наверное, пыль в глаза попала - режет.
Я вспомнил о своей пересохшей глотке.
- Стивен, это, наверное, газ. У меня в горле першит, как от песка.
Он повернул кран с холодной водой.
- Вряд ли нам надо сильно волноваться. Скорее газ раздражающий, чем понастоящему
ядовитый. Я только сполосну глаза и пое...
- Что это за адский шум?
Стивен улыбнулся:
- Похоже на пение вашего оригинального английского водопровода. Послушай,
как трубы поют.
- Вряд ли это пение. Скорее старт реактивного самолета.
- Ладно, лишь бы вода была мокрая и холодная. - Он плеснул себе в лицо водой.
- А, черт... холодная и горячая смешались. Она теплая.
- Стивен... - Вода била под таким давлением, что расплескивалась по раковине и
хлестала на пол. - Стивен, тут что-то не так.
- Ладно, секунду, я только глаза промою... а то такое чувство, что спал в
контактных линзах.
Гул водопровода превратился в грохот легиона дьяволов, стучащих кувалдами по
трубам.
Стивен снова поднес воду к лицу.
- Вот хорошо! Ты себе не представляешь, как это приятно. Может, стоило бы...
Грррр!
Будто моторный катер летел к нам по трубам из магистрали. Почти что слышно
было, как он врывается к нам в подсобку сквозь стены, проходит у меня под ногами,
дрожит бетонный пол...
Инстинкт - иначе не объяснишь. Я прыгнул и оттолкнул Стивена от раковины
так, что он хлопнулся плашмя на пол.
- Рик, какая тебя муха укусила...
Все, что он еще хотел сказать, заглушил дикий грохот. Только что из крана текла
вода, и вдруг в брызгах хлынула струя пара.
Я отпрянул, но несколько обжигающих капель успели попасть мне на руку. Стивен
вскочил. Он, не веря своим глазам, уставился на бившую из крана с неимоверным
визгом струю пара.
Что-то он крикнул, я не расслышал за дьявольским шумом. Комната быстро
наполнилась паром, не видно было дальше собственного носа. Мы на ощупь
выбрались в дверь сквозь портяночную вонь сгнивших продуктов. И выбежали на
солнце.
Стивен покачал головой:
- Из всех кухонных кранов я выбрал единственный, смонтированный Безумным
Водопроводчиком. Ты видел, как била эта струя? Таким соплом моют двигатели
грузовиков.
- Ты как?
- Нормально, - улыбнулся он. - Чище, наверное, чем был пару дней назад, но
нормально.
Когда я залезал на мотоцикл, он хлопнул меня по плечу:
- Быстрая реакция, Малыш К. Не толкни ты меня, мне бы смыло паром всю рожу.
Я вздрогнул, но сумел улыбнуться в ответ.
- На то и нужен брат. Ладно, поехали домой. Позвякивая банками детского
питания в рюкзаках, мы повели мотоциклы по дороге, усеянной рассыпанными
вещами и сломанными колясками.
- Я знаю короткий путь, - крикнул я Стивену. - Ближайший поворот налево.
Это точно оказался короткий путь. Но не в Ферберн. А прямо в вонючее сердце
самого Ада.
Ад - это улица в Лидсе.
А как узнать, что ты заехал на мотоцикле прямо в Ад? А вот как:
ПЕРВОЕ: ЗАПАХ
Вонь, струившаяся по улице жилых домов, заставляла думать, что канализация
более чем переполнена. Летнее солнце как следует пропекло варево из того, что четыре
дня тому назад смыли в канализацию сорок тысяч человек.
ВТОРОЕ: ДОХЛЫЕ ПТИЦЫ
Воробьи, голуби, скворцы, вороны, дрозды, усыпавшие улицу комочками пуха и
перьев. Мы пытались их объезжать, но некоторые все же попадали под шины с
лопающимся хрустом.
ТРЕТЬЕ: МЕРТВЕЦ
Стивен просигналил мне остановиться.
- Рик, видел ты это вон там?
- Нет, а что именно?
- Ладно, тогда лучше и не гляди.
Я увидел в его темных очках свое озадаченное отражение.
- О чем это ты?
- Вон там. - Он ткнул большим пальцем себе за плечо. - Там у обочины лежит
мертвец под одеялом.
- Уверен?
- Я видел торчащие из-под одеяла ноги.
- Нет, ты уверен, что он мертвый?
- Хороший вопрос. - Стивен обтер губы тыльной стороной ладони. - Подожди
здесь, я проверю.
Я слез с мотоцикла, поставил его на упор, готовый идти следом.
- Эй, тпру! Ты куда собрался, Рик?
- С тобой.
- Нет, солнышко, ты меня здесь подождешь.
- Хватит строить из себя старшего братца, Стивен. Мне уже девятнадцать,
позволь тебе напомнить.
Он шагнул ко мне, отгораживая меня своим телом от того, что лежало в тридцати
метрах от нас под красным одеялом.
- Рик, - сказал он, снимая темные очки и глядя на меня в упор. - Ты видел
когда-нибудь труп, пролежавший три дня на солнце?
- А ты?
- Нет... но в прошлом году я приходил к одному своему приятелю, который
решил, что жизнь на земле - не для него. Я вошел к нему через десять минут после
того, как он снес себе голову зарядом дроби. Так что, Рик, если тебе действительно не
терпится увидеть лицо покойника - иди туда. Только я тебе не советую. Так как?
Сделав суровое лицо, он протянул мне руку, будто собирался вести меня туда за
руку.
Я замотал головой и отвернулся.
Можете мне поверить, мне любопытно было увидеть, на что похож покойник.
Никогда прежде не видел. Ведь почти все люди за всю свою жизнь ни разу не видят
трупа. То есть воочию - по телевизору мы все их видели. Но чего мы не до конца
осознаем, что общество погребает своих мертвых в самый момент смерти. Шнеллер!
Трупы исчезают за больничной ширмой, или за "молнией" мешка для трупов, или в
моргах и часовнях, пока их не заколотят в гроб для погребения.
Я глянул через плечо. Стивен приостановился за десять шагов до тела, снова его
оглядывая. И мне стало обидно, что он держит меня за маленькую деточку, которая
плачет над раздавленной бабочкой.
Над нами пролетел самолет, явно ожидая, пока диспетчер даст "добро" на посадку.
Взревели двигатели в слепящем голубом небе, самолет мелькнул над крышами и
скрылся.
Я передернул плечами, поправляя лямки рюкзака, чтобы было удобнее.
Тут мне попалась на глаза одна из тех дурацких мелочей, которые всегда портят
законченную мрачность трагической сцены (в данн
...Закладка в соц.сетях
