Жанр: Триллер
Ключи от ада
Джек Хиггинс
Ключи от ада (Пол Шавасс)
"The Keys of Hell" 1965, перевод И. Турбина
Все события и персонажи этого романа - вымышленные и не имеют никакого
отношения к реальным событиям и людям.
Джэн и Крис Хевит, которые любят хорошие романы
Нет ключей от ада - его врата открыты для всех.
Албанская пословица
В Риме...
Когда Шавасс вошел в Большой зал приемов в британском посольстве, он с
удивлением увидел китайскую делегацию, толпившуюся у камина в окружении элиты
римского общества. Они выглядели здесь совершенно чужеродно в своих одинаковых
синих кителях.
Чжоу Эньлай сидел в роскошном кресле, наблюдая за происходящим с
непроницаемым выражением лица. Посол и его супруга стояли возле него. Первый
секретарь посольства как бы случайно приглашал вперед наиболее именитых гостей,
чтобы представить их.
Оркестр играл вальс. Шавасс закурил сигарету и оперся о колонну. Вокруг все
было прекрасно, хрустальные канделябры ярко, до последнего уголка, освещали
кремовый с золотом зал приемов, и их огни отражались вновь и вновь в бесчисленных
зеркалах на стенах.
Красивые женщины, импозантные мужчины, бальные костюмы, алые и пурпурные
одеяния священнослужителей - все это выглядело странно архаично, словно зеркала
отражали события давно минувших лет. Пары плавно кружились под звуки
прекрасной музыки.
Он посмотрел через зал на китайцев, и ему показалось, что бледное лицо Чжоу
Эньлая выделилось из толпы, и их глаза встретились. Китаец слегка кивнул, будто они
знали друг друга, и казалось, его глаза сказали: "Все эти люди обречены - это мой
час, и мы оба это знаем".
Шавасс задрожал, по необъяснимой причине его охватило беспокойство. Какое-то
шестое чувство, присущее всем древним людям и унаследованное им от отцабретонца,
предупреждало его об опасности.
Но все прошло, и танцующие пары закружились снова. Его охватило чувство
тревоги - сказывались четверо суток, проведенные им в дороге почти без сна. Он
закурил еще одну сигарету и посмотрел на себя в стенное зеркало.
Темный вечерний костюм был отлично сшит и хорошо подчеркивал широкие
плечи и мускулистую фигуру, но кожа щек была слишком натянута на высоких скулах
- это он унаследовал от своего отца-француза. И под глазами были темные круги.
Что тебе сейчас надо, так это выпить, сказал он себе и увидел в зеркало, как
позади с террасы через высокую дверь вошла молодая девушка.
Шавасс медленно обернулся. У нее были широко расставленные глаза и
породистый рот. Красивые темные волосы свободно падали на плечи, и белое платье
до колен казалось совсем простым. На ней не было никаких украшений. Но этого и не
требовалось. Как все настоящие красавицы, она не была красива в общепринятом
смысле, дело было совсем в другом. В ее присутствии все остальные женщины
казались совсем незаметными.
Девушка двинулась к бару, и все головы поворачивались ей вслед. Тут же возле нее
возник уже слегка подвыпивший полковник итальянских военно-воздушных сил.
Шавасс дал ему некоторое время покрутиться вокруг нее, а потом прошел к ней сквозь
толпу.
- А, вот ты где, дорогая, - сказал он по-итальянски. - Я тебя искал повсюду.
Ее реакция была блистательной. Она обернулась, мгновенно оценила создавшуюся
ситуацию и тут же приняла решение.
Грациозно подошла к нему и поцеловала в щеку.
- Ты сказал, что уйдешь всего на десять минут. Очень невежливо с твоей
стороны.
Полковник военно-воздушных сил тут же растворился в толпе, и Шавасс
улыбнулся.
- Как насчет бокала шампанского? Полагаю, надо отметить нашу победу.
- Думаю, что это было бы совсем неплохо, мистер Шавасс, - ответила она на
прекрасном английском. - Лучше на террасе, там прохладнее.
Шавасс взял со столика два бокала шампанского и последовал за ней сквозь толпу,
слегка нахмурившись. В самом деле, на террасе было прохладнее, шум от уличного
движения доносился едва-едва, а ночной воздух благоухал ароматом жасмина.
Девушка присела на перила и глубоко вздохнула.
- Разве не прекрасна эта ночь? - Она повернулась к нему и слегка засмеялась. -
Франческа, Франческа Минетти.
В знак знакомства Шавасс передал ей один из бокалов с шампанским и улыбнулся.
- Ну, а кто я такой, вы уже знаете.
Откинувшись назад, Франческа посмотрела вверх на звезды и заговорила так,
будто повторяет хорошо выученный урок:
- Пол Шавасс, родился в Париже в 1928 году, отец француз, мать англичанка.
Кончил университеты Сорбонны, Кембриджа и Гарварда. Доктор философии.
Современные языки, полиглот. Преподаватель университета до 1954 года. А затем...
Замолчала и выжидательно посмотрела на него. Шавасс закурил, усталость как
рукой сняло.
- А затем?..
- Официально вы третий секретарь посольства, но совершенно на него не
похожи.
- Ну и на кого же я похож, по-вашему? - спокойно спросил он.
- О, я не знаю. На человека, который многое может. - Франческа сделала глоток
шампанского и спросила как бы мимоходом: - Ну, а как Албания? Я была удивлена,
как кратко и точно вы описали ее. Когда работа с Тираной закончится, в вас уже не
будет необходимости.
Девушка снова засмеялась, запрокинув голову, и в этот момент голос позади
произнес:
- Ну что, Пол, признайся, что ты удивлен?
Это был Мерчисон, первый секретарь посольства, который, прихрамывая, прошел
по террасе. Это был симпатичный современный мужчина с загорелым лицом, на левой
стороне пиджака виднелась яркая полоска планок медалей.
- Скажем так, ей известно обо мне больше, чем я знаю сам.
- Так и должно быть, - ответил Мерчисон. - Франческа работает в отделе С-2.
Она держала с тобой контакт по радио всю последнюю неделю. Одна из наших
лучших оперативных работников.
Шавасс быстро обернулся к ней.
- Так это вы передали сообщение из Шкодера, предупреждая меня, чтобы я
быстро оказался здесь?
Последовал легкий кивок.
- Была рада оказаться вам полезной.
Прежде чем Шавасс смог ответить, Мерчисон крепко взял его за локоть.
- Теперь не время для эмоций, Пол. Твой босс только что появился и хочет тебя
видеть. Вы с Франческой сможете предаться воспоминаниям позже.
Шавасс улыбнулся и пожал ей руку.
- Звучит как обещание. Не уходите.
- Буду ждать здесь, - пообещала она.
Шавасс повернулся и пошел вслед за Мерчисоном. Они прошли через
переполненный зал приемов во входной холл, миновали двух людей в форме, стоящих
возле парадной лестницы, и поднялись на второй этаж.
В длинном коридоре, покрытом толстым ковром, было тихо, и казалось, что
музыка доносится сюда из какого-то другого мира. Сделав с полдюжины шагов,
мужчины повернули в короткий проход и остановились возле белой двери.
- Заходи, старина, - сказал Мерчисон. - Постарайся не задерживаться. Через
полчаса начнется выступление артистов кабаре. Обещаю, это будет нечто особенное.
Он повернул назад, звуки его шагов потонули в толстом ковре, а Шавасс постучал
в дверь и вошел в комнату.
Это был небольшой, прекрасно обставленный кабинет, стены окрашены в
спокойный зеленый цвет. Молодая женщина, сидящая за столом, что-то писала с
деловым видом. Она была полненькая и очень привлекательная, несмотря на то что
носила очки в массивной темной оправе.
Секретарша быстро подняла на него взгляд, и Шавасс ответил улыбкой.
- Вот и я.
Джин Фрезер сняла очки, и ее лицо выразило удовольствие.
- Вы что-то ужасно выглядите. Как там, в Албании?
- Вымотался, - ответил Шавасс. - Холодно, сыро и вдобавок все прелести
всеобщего братства.
Он присел на краешек стола и достал сигарету из серебряного ящика.
- Что привело вас и старика сюда? Албанские дела сейчас не так уж важны.
- Мы были на совещании специалистов НАТО в Бонне. Получив сообщение, что
вам удалось удачно оттуда выбраться, шеф решил прилететь в Рим, чтобы на месте
заслушать отчет.
- Не совсем кстати, - сказал Шавасс. - У старого плута наверняка есть задание
для меня, не правда ли? Если это так, то боссу придется хорошенько подумать.
- А почему бы не спросить его самого? - заметила Джин. - Он как раз ждет
вас.
И она кивнула на дверь, обитую зеленым сукном. Шавасс помедлил, потом
вздохнул и загасил сигарету в пепельнице.
Комната, куда он вошел, тонула в полутьме и освещалась только настольной
лампой. У окна стоял человек среднего роста и неопределенного возраста и смотрел
на огни Рима. В его темных глазах отражалось раздумье.
- Вот я и прибыл, - тихо сказал Шавасс.
Шеф повернулся и окинул его внимательным взором.
- Рад видеть вас целым и невредимым, Пол. Я слышал, там сложное положение?
- Да, пожалуй, так.
Пожилой джентльмен прошел к креслу и опустился в него.
- Расскажите мне об этом.
- Об Албании? - Шавасс пожал плечами. - Боюсь, нам там немногое удастся
сделать. Никто не может сказать, что албанский народ получил хоть что-нибудь после
того, как коммунисты взяли там верх в конце Второй мировой войны, но не может
быть и речи о том, чтобы началась контрреволюция. Сигурми - так называется их
тайная полиция - повсюду. Она вездесуща.
- Но вы были там под прикрытием итальянской коммунистической партии,
верно?
- Это не принесло особой пользы. Итальянцы в партии приняли меня очень
хорошо, но неприятности начались, как только мы попали в Тирану. Сигурми
приставила к каждому из нас персонального агента, и все они настоящие
профессионалы. Обойти их очень трудно, и, как только я сделал это, они тут же
учуяли и организовали мой отзыв.
- Ну, а что насчет партии свободы? Насколько она сильна?
- Вы можете использовать прошедшее время, говоря о ней. Когда мы туда
прибыли, там были две ячейки партии: одна - в Тиране, в столице, и другая - в
Шкодере. Обе связаны с операциями нашего отдела С-2 здесь, в Риме.
- А вы попытались установить контакт с ее лидером, этим Луци?
- Только раз. И как раз в ту ночь, когда мы собирались встретиться, чтобы
обсудить обстановку, его накрыла сигурми. И они были там, на месте встречи,
поджидая меня.
- И как вы сумели выкрутиться?
- Ячейка в Шкодере получила радиограмму от Луци с предупреждением, что
полиция оцепила место встречи. Они передали это в отдел С-2 сюда, в Рим. К счастью
для меня, там на дежурстве была девушка, которая быстро соображает, - Франческа
Минетти.
- Одна из лучших работников, - сказал шеф. - Я еще расскажу вам о ней.
- Обратно из Албании я добирался на моторной яхте под названием "Буона
Эсперанца". Ею командовал человек по имени Джулио Орсини. Во время войны
совсем молодым человеком он служил в итальянском военно-морском флоте и
командовал торпедным катером. Его наибольший успех - два наших потопленных
эсминца в порту Александрии в 1941 году. Вышел из войны невредимым. А теперь он
контрабандист. Много раз ходил в Албанию. У него бабушка оттуда.
- Насколько я припоминаю начальный план, он должен был ждать три ночи в
небольшой бухте около Дурреса. Это примерно в тридцати милях по дороге от
Тираны, верно?
Шавасс кивнул.
- Когда Франческа Минетти получила сообщение из Шкодера, она
воспользовалась случаем и переслала его Орсини на борт яхты. Этот парень оставил за
себя матроса, украл машину в Дурресе и поехал прямо в Тирану. Он перехватил меня
прямо у входа в отель, когда я отправлялся на встречу с Луци.
- Но возвращение обратно в бухту было, наверное, очень сложным трюком?
- Да, были серьезные трудности. Последние десять миль до берега нам пришлось
проделать пешком. Но как только мы попали на борт "Буона Эсперанца", все стало
гораздо проще. У албанцев нет сильного военного флота. Полдюжины тральщиков да
пара морских охотников. "Буона Эсперанца" имеет скорость на десять узлов больше,
чем любой из них.
- Предполагается, что Орсини за это должен быть вознагражден?
- Думаю, что да.
Шеф кивнул в знак согласия, открыл папку с отчетом, который составил Шавасс, и
полистал его.
- Так выходит, что мы зря потеряли время в Албании?
Шавасс кивнул.
- Боюсь, что так. Вы же знаете, как разворачивались события после 20-го съезда,
и теперь китайцы стоят там обеими ногами.
- Нам есть о чем беспокоиться?
Шавасс отрицательно покачал головой.
- Это самая отсталая страна в Европе из тех, где я побывал, а китайцы слишком
далеко, чтобы оказать им серьезную помощь.
- А что там русские сделали с этой военно-морской базой в Валлоне, прежде чем
убраться? Говорили, что они хотели создать эдакий Красный Гибралтар на Адриатике.
- Фирма "Алб-Турист" возила нас на официальную экскурсию на второй день
нашего пребывания. Слово "порт" едва ли подходит для того места. Хорошее
природное укрытие, но используется только рыбацкими судами. Определенно
никаких признаков укрытий для подводных лодок.
- А что Энвер Ходжа? Вы считаете, он твердо удерживает власть?
- Несомненно. Мы видели его на военном параде. Очень внушителен, особенно в
военной форме. Он несомненно народный герой на данный момент. Бог весть сколько
все это продлится.
Шеф быстрым движением закрыл папку с отчетом, как будто он покончил с этим
делом или надолго и решительно отложил его.
- Хорошая работа, Пол. По крайней мере, мы теперь знаем, где находимся. А вы,
наверное, рассчитываете теперь на отпуск, не так ли?
- Совершенно верно, - сказал Шавасс и выжидательно замолчал.
Шеф поднялся на ноги, подошел к окну и посмотрел на сверкающий огнями город
за Тибром.
- И что вы собираетесь делать?
- Провести неделю-другую в Матано, - сказал без колебаний Шавасс. - Это
небольшой рыбачий порт недалеко от Бари. Там замечательный пляж, и Джулио
Орсини обещал показать мне хорошие места для подводной охоты.
- Я уверен, что вы с нетерпением ожидаете всего этого, - сказал шеф. - Не так
ли?
- Ну, и я могу надеяться?
Босс все еще смотрел на ночные огни города, и на его лице блуждала
неопределенная улыбка.
- О да, конечно, Пол, вы получите свой отпуск, но после того, как сделаете
небольшую работу для меня.
Шавасс вздохнул, а шеф вернулся от окна и снова сел за стол.
- Не печальтесь, она займет немного времени, но вы должны отправиться сейчас,
сегодня ночью.
- Это так необходимо?
Пожилой человек кивнул.
- Я договорился о транспорте, но вам необходима помощь. Лучше всего, чтобы
это был тот парень, Орсини. Мы хорошо заплатим.
Шавасс вздохнул, подумав о Франческе Минетти, которая ждала его на террасе, о
вкусных вещах и хорошем вине внизу в буфетной. Он вздохнул еще раз и тщательно
загасил сигарету.
- Что я должен сделать?
Шеф подтолкнул по столу папку.
- Энрико Ночи, двойной агент, который работал на нас и на албанцев. Поначалу я
не возражал против этого, но теперь до него доберутся китайцы.
- Что совсем не здорово.
- Но им ничего не удастся. Слишком болезненная для меня утечка информации.
Завтра ночью у Бари этого самого Ночи будет ждать катер, чтобы доставить его в
Албанию. Все детали здесь.
Шавасс изучил фотографию. Тяжелое, мясистое лицо, безвольный рот. Человек,
которому не везет во всем, к чему прикасаются его руки, кроме, возможно, женщин. У
него был вид загорелого пляжного мальчика, что так привлекает некоторых из них.
- Я должен доставить его сюда?
- Зачем он здесь нужен? - Шеф отрицательно покачал головой. -
Ликвидируйте его, несчастный случай при плавании или что там вам больше
нравится. Но все должно быть сделано чисто.
- Разумеется, - спокойно сказал Шавасс.
Он просмотрел материалы в папке еще раз, запоминая факты, потом отодвинул ее
и поднялся.
- Я увижу вас в Лондоне?
Шеф кивнул.
- Через три недели, Пол. Наслаждайтесь своим отпуском.
- Благодарю вас.
Пожилой человек придвинул к себе папку, открыл ее и принялся изучать бумаги, а
Шавасс тихо вышел из кабинета.
Прекрасная ночь, чтобы умереть
Энрико Ночи лежал в темноте, уставившись в потолок, и курил сигарету. Рядом
спала женщина, прислонясь к нему теплым бедром. Вот она пошевелилась во сне,
повернулась на другой бок, так и не проснувшись.
Он потянулся за другой сигаретой и тут услышал еле различимый звук, будто чтото
просунули в щель почтовою ящика в прихожей. Он выскользнул из-под одеяла,
стараясь не разбудить ее, и босиком тихо пошел по кафельному полу к двери.
На коврике возле входной двери лежал большой светло-желтый конверт. Он взял
его на кухню, зажег газовую плиту под кофейником и быстро вскрыл. Внутри был еще
один запечатанный конверт меньшего размера, который он должен был взять с собой,
и листок с напечатанным на машинке текстом с указанием маршрута. Он запомнилГлава 3
Святая Дева из Шкодера
Шавасс очень устал, и в горле у него пересохло оттого, что выкурил так много
сигарет-. Дым слоями стоял под низким потолком и спиралью поднимался вверх
от"тепла над единственной электрической лампочкой, отбрасывая тени на обитый
сукном зеленый игровой стол.
В игре участвовало полдюжины мужчин. Шавасс, Орсини, Карло Арецци, его
матрос, пара капитанов рыбачьих лодок и сержант полиции. Орсини зажег еще одну
вонючую датскую сигару и поставил две фишки на середину стола.
Шавасс покачал головой и посмотрел на свои карты.
- Слишком много для меня, Джулио.
Все вокруг зашумели, и Орсини довольно ухмыльнулся.
- А это был блеф, всего только большой блеф. Самое главное в этой игре!
Шавасс и раньше интересовался, почему ему так не везет в карты. Ему были ближе
логические рассуждения, когда он может определить степень риска. В той большой
игре жизни и смерти, которую он вел уже столько лет, человек редко может блефовать
больше одного раза и остаться живым.
Он отодвинул свой стул и поднялся.
- Хватит, с меня на сегодня, Джулио. Увидимся завтра утром на причале.
Орсини кивнул:
- Ровно в семь, Пол. Может быть, нам удастся что-то для тебя сделать приятное.
Они уже снова принялись сдавать карты, когда Шавасс прошел к двери, открыл ее
и вышел в побеленный коридор. Несмотря на позднее время, он слышал музыку из
клуба и беззаботный смех. Он снял с крючка свой бушлат, надел его и открыл боковую
дверь.
Прохладный ночной воздух проник в его легкие, и он стал дышать глубоко, чтобы
освежить голову, а потом двинулся по переулку. Прозрачный морской туман клубился
над водой, и, если не считать музыки из клуба "Тэбу", кругом все было тихо.
Он нашарил в кармане помятую пачку сигарет, достал одну и чиркнул спичкой по
стенке. Вспышка тут же осветила его лицо. Впереди в узком переулке появилась
женская фигурка. Немного поколебавшись, женщина направилась вниз, к причалам.
Стук ее высоких каблуков отдавался эхом в тишине ночи. Спустя мгновение из дверей
клуба вышли двое моряков, пересекли ему путь и направились вслед за женщиной.
Шавасс оперся о стенку. Его охватило странное чувство. Были времена, когда ему
казалось, что все кругом таит опасность, не только работа, которой он занимался, но и
сама по себе жизнь. Он улыбнулся в темноте. Три часа ночи в порту было совсем
неподходящим временем думать о подобных вещах.
Вдруг послышался женский крик, он отбросил сигарету в туман и начал
вслушиваться. Снова послышался женский крик, как-то странно заглушенный, и он
побежал по направлению к причалу. Повернув за угол, он увидел, как двое моряков
под уличным фонарем удерживают распростертую на земле женщину.
Как только один из моряков повернулся в тревоге, Шавасс ударил его ботинком в
лицо, и тот полетел с причала. Второй направился к нему, и в его правой руке
блеснула сталь.
Шавасс заметил черную бороду, сверкающие глаза и странный изогнутый шрам на
правой щеке. Он бросил свое кепи в лицо этому человека и ударил его коленом в
открытый пах. Человек рухнул на землю, хватая ртом воздух, а Шавасс рассчитал
расстояние и ударил его ногой в голову.
Внизу за причалом послышался плеск воды, он подошел к краю и увидел первого
моряка, который энергично плыл во тьму. Шавасс наблюдал за ним, пока он не
скрылся из виду, а потом вернулся, чтобы посмотреть, что с женщиной.
- Вы в порядке?
- Думаю, что да, - ответила она странно знакомым голосом и вышла из
темноты.
Его глаза расширились от удивления.
- Франческа, Франческа Минетти, что, Бога ради, вы делаете здесь в такое время?
Ее платье было разодрано от ворота до талии, и она, смущенно улыбаясь,
придерживала его рукой.
- Вы же назначили свидание на террасе посольства неделю назад. Что случилось?
- Кое-что произошло, - ответил он. - Так у меня всегда бывает. Но вы-то что
делаете здесь, в порту Матано, в этот час ночи?
Девушка покачнулась, и он подхватил ее как раз вовремя, прижав к своей груди на
какой-то момент.
Она слабо улыбнулась ему.
- Прошу прощения, но у меня внезапно закружилась голова.
- Вам далеко идти?
Она убрала завитки волос со лба.
- Я оставила свой автомобиль где-то здесь, но в тумане все улицы похожи одна
на другую.
- Лучше пойдемте в мой отель, - сказал он. - Это здесь, за углом. - Он стянул
свой бушлат и накинул ей на плечи. - Может быть, я смогу уложить вас в постель.
Она засмеялась и на какое-то мгновение снова превратилась в ту волнующую
женщину, которую он встретил на приеме в посольстве.
- Я уверена, что вы смогли бы.
Он улыбнулся и обхватил ее рукой.
- Мне кажется, вам уже хватит сильных впечатлений от этой ночи.
Сзади раздался звук шагов по брусчатке. Он быстро обернулся и увидел, как
второй моряк ковылял в туман, прижимая руки к лицу.
Шавасс сделал быстрый шаг по направлению к нему, но Франческа поймала его за
рукав.
- Пусть себе идет. Я не хочу, чтобы полиция вмешивалась в это дело.
Он взглянул в ее взволнованное лицо и улыбнулся:
- Ну ладно, Франческа. Если вы так хотите, пусть будет по-вашему.
Во всем этом было нечто странное, чего он не мог понять. Они прошли по причалу
и свернули на набережную. Среди портовых городов Матано считался спокойным, но
не настолько, чтобы хорошенькая молодая девушка могла бродить там в три часа ночи,
не боясь последствий. Несомненным было только одно. У Франчески Минетти должна
была быть серьезная причина, чтобы оказаться здесь, да еще в такое время.
Отель, небольшое оштукатуренное здание, находился тут же, за углом. Над входом
висела старинная электрическая вывеска. Но отель был чистым и недорогим, и
готовили здесь хорошо. Владелец был другом Орсини.
Он спал, опустив голову на сложенные на столе руки, и Шавасс осторожно, чтобы
не потревожить его, снял с крючка свой ключ. Они пересекли холл, поднялись по
узкой деревянной лестнице и прошли по побеленному коридору.
Комната была обставлена просто - металлическая кровать, умывальник и старый
гардероб. Как и всюду в этом доме, стены были побелены, а пол натерт до блеска.
Франческа остановилась в дверях, придерживая рукой платье у ворота, и с
одобрением осматривала комнату.
- Неплохо. Вы давно здесь?
- Уже почти неделю. Это первый мой отпуск за год или даже более.
Он открыл гардероб, порылся в нем и наконец вытащил черный свитер из
мериносовой шерсти с закрытым воротом.
- Примерьте это, пока я приготовлю чего-нибудь выпить. Вам это необходимо.
Она повернулась к нему спиной и натянула свитер через голову, а Шавасс
направился к шкафчику в углу, достал бутылку виски и сполоснул два стакана под
умывальником. Когда он повернулся, девушка стояла у кровати, наблюдая за ним, и
выглядела при этом такой юной и беззащитной. Черный свитер не скрывал стройности
ее фигуры.
- Сядьте же, ради Бога, пока вы не свалились с ног.
В комнате у французского окна, ведшего на балкон, стоял плетеный стул. Она
рухнула на него и, прислонив голову к стеклу, стала смотреть в темноту. Там, в море,
заунывно звучала противотуманная сирена.
- Мне кажется, это самый грустный звук во всем свете, - произнесла она.
- Томас Вульф предпочитает свисток паровоза, - сказал Шавасс, наливая ей
виски в стакан.
Она удивленно посмотрела на него.
- Томас Вульф? Кто это?
- Писатель. Человек, который знал, что грусть и одиночество всегда вокруг нас.
Он отпил немного виски.
- Девушки вроде вас не должны ходить по набережной в это время суток. Я
полагаю, вам это известно? Если бы не я, вы кончили бы свои дни в воде, после того
как они позабавились бы с вами.
Франческа покачала головой.
- Но это не было похоже на попытку изнасилования.
- Я вижу, - иронично заметил Шавасс.
Он отпил еще виски и пояснил:
- Если вам это поможет, я хороший слушатель.
Девушка держала стакан обеими руками и смотрела в него, на ее лице была
написана тревога.
Тогда он спросил:
- Это что-то официальное? Может быть, операция отдела С-2?
Франческа подняла голову, ее лицо выглядело обеспокоенным, и энергично
покачала головой.
- Нет, в отделе ничего не знают об этом, и вы должны мне обещать, что и не
узнают. Это семейное дело, совершенно частное.
Она поставила стакан, встала и нервно прошлась по комнате. Когда она
повернулась, на ее лице было написано настоящее страдание.
- Что плохо, так это то, что я всегда работала в офисе. И никогда - в поле. И я
совсем не знаю, что надо делать в подобной ситуации.
Шавасс достал сигареты, одну взял в рот и подвинул к ней пачку.
- Почему бы не рассказать мне все? Я умею помочь хорошеньким девушкам,
когда они в расстройстве.
Она автоматически взяла пачку и стоя смотрела на него с легкой улыбкой.
- Ну хорошо, Пол, но все, что я скажу, строго конфиденциально. Не хочу, чтобы
хоть что-нибудь дошло до моего начальства в отделе С-2.
- Договорились, - заверил он ее.
- Как много вы знаете обо мне, Пол?
Он пожал плечами.
- Вы работаете в отделе С-2. Мой шеф сказал, что вы одна из лучших работников,
и с меня этого достаточно.
- Я работаю в отделе С-2 вот уже два года, - ответила она. - Моя мать была
албанкой, поэтому я говорю свободно по-албански. Думаю, что это и было главной
причиной, почему они меня взяли. Она была дочерью главы клана гегов. А мой отец
был полковником горнострелковых войск в итальянской оккупационной армии в 1939
году. Был убит в Западной Пустыне в самом начале войны.
- А ваша мать еще жива?
- Умерла лет пять назад. Она так и не смогла вернуться назад, в Албанию, с тех
пор как Энвер Ходжа и коммунисты захватили власть. Двое ее братьев были членами
монархической партии "Легалитери" на севере Албании. Они сражались вместе с
Абасом Купи
...Закладка в соц.сетях
