Жанр: Триллер
Жертвы
...аслуживал больше того, что имел.
Он откинул с лица прядь своих темно-каштановых волос и продолжал свои
исследования под простынями.
Сюзан уже лежала на спине, продолжая держать в руках сценарий и давая ему
возможность поглаживать указательным пальцем волосы на ее лобке и временами
скользить вниз по ее половым губам. Она надолго затаила дыхание, когда он проник
под простыни и стал языком лизать ей тело в области паха, а затем, опустившись ниже,
в ложбинке между половыми губами, чтобы вкусить ее влагу.
Она делала вид, что продолжает читать, но, когда его губы сомкнулись на ее
клиторе, она наконец сдалась, отдавшись во власть его ласк. Она ощущала, как его
язык уверенно скользит по ее пухлым половым губам, огибая каждую выпуклость и
каждую складку, смешивая свою слюну со скользкой влагой у нее между ног. Собрав
эту влагу кончиками пальцев, он стал мягко растирать ее на бедрах, плавно скользя
вниз по ее ногам и обратно, пока наконец не занялся розовыми устами ее влагалища,
проникая языком на драгоценные секунды внутрь, чтобы потом нежно прикоснуться к
ее пульсирующему клитору.
Он устроился между ее ног, поднялся над ней, готовый скользнуть своим твердым,
словно каменным, членом в ее манящее ущелье.
Она затрясла головой и уперлась руками ему в плечи, отстраняя его. Не позволяя
ему проникнуть в себя.
- Не сегодня, - прошептала она. - Продолжай делать только то, что делал.
Она вздохнула, подалась вперед к его губам, слизав часть своей влаги с его губ.
Бейли разочарованно улегся на спину. Его упругий член уткнулся в ее тело. Она
нежно сжала его член рукой, но Бейли отбросил ее руку.
- Что такое, Стив? - спросила она, увидев на его лице знакомое ей раздражение.
- "Не сегодня", - ядовито повторил он ее слова. - Странно, с тех пор, как ты
снимаешься в этом фильме, у тебя ни на что нет времени, - заметил он, взяв
киносценарий и взглянув на него. - Да это же дерьмо, Сю.
- Но это все-таки работа, - настаивала она. - А кому-то из нас приходится
зарабатывать деньги.
Некоторое время Бейли зло смотрел на нее.
- Зачем ты вообще изучаешь сценарий, ведь тебе же не надо ничего произносить?
Когда фильм выйдет в прокат, никто даже не увидит твоего лица. Ты будешь вся в
гриме.
- Ну да, сама эта роль, возможно, ничего не стоит, но режиссер говорит, что, как
только он закончит этот фильм, он собирается обратно в Штаты и будет готовиться к
следующему, а мне он предложил поехать с ним и попробоваться на одну из главных
ролей.
- Прекрасно, - с раздражением сказал Бейли.
- Я думала, ты будешь рад за меня. За нас обоих.
- С какой стати? Я, значит, буду бездельничать, а ты будешь оплачивать эти
проклятые счета. Да ты знаешь, чего мне это стоит, Сю? - вспылил он.
- Ну ради Бога, скажи, какое все это имеет значение, если один из нас работает?
Я-то думала, что в тебе нет этого дурацкого комплекса неполноценности, стремления
ощущать себя "настоящим мужчиной" и тому подобной чепухи. Может быть, ты
считаешь, что должен зарабатывать больше, поскольку ты мужчина? - выпалила она,
и в ее голосе слышалась издевка.
- Так ты, значит, едешь в Штаты? - спросил он. - Надолго?
- Не знаю. Все зависит от того, получу я роль или нет, - ответила она.
- А если получишь, то мне придется благодарить судьбу, если я тебя когда-нибудь
увижу снова.
- Да чего ты взбесился? - рассердилась она. - Я тебе сообщаю хорошую
новость, а ты ведешь себя так, как будто слышишь о похоронах. Не думала я, что ты
такой ревнивый.
Она попыталась выскочить из постели, но Бейли схватил ее руку и притянул к себе.
Она резко высвободилась из его объятий, разозлившись, когда увидела на своей руке
красные пятна от его пальцев.
- Наверно, будет лучше, если сегодня я лягу спать в другой комнате, - объявила
она. - Не думаю, что в одной постели хватит места для меня и твоего эго.
- А ты уверена, что режиссер берет тебя только для того, чтобы ты попробовалась
там в новой роли? - сказал Бейли.
- Что все это означает? - спросила она с вызовом.
- Конечно, такую кинозвезду, как ты, там с руками оторвут, - процедил он
сквозь зубы.
Сюзан покачала головой и протянула руку к киносценарию.
- Я считаю, что мне следует подождать, когда у тебя улучшится настроение, Стив,
- сказала Сюзан, взяв в руку тонкую папку со сценарием.
Бейли неожиданно выбил папку из ее руки. Страницы разлетелись по полу и по
кровати.
- Ты идиот, - вспылила она, пытаясь их собрать.
- Не трогай! - рявкнул он, больно схватив ее за запястье.
Она попыталась вырваться, но он сжал ее руку так сильно, что она боялась, как бы
он не сломал ее.
- Отцепись от меня! - заорала она и набросилась на него, впившись ногтями ему
в лицо. Кровь выступила у него чуть пониже правого глаза.
- Ну ты, корова, - прошипел он, увидев кровь на кончиках ее пальцев. Он
выпрыгнул из кровати и сильно ударил ее по лицу тыльной стороной ладони. От удара
она завертелась и упала на пол. Бейли бросился на нее со сжатыми кулаками. Она
выждала, когда он приблизится, и сильно ударила босой ногой ему в пах. Он издал
сдавленный крик и зажал рукой свои половые органы. Когда Сюзан попыталась
выскользнуть из комнаты, ярость охватила его еще сильнее. Он схватил ее за волосы,
но его рука соскользнула, и он разорвал на ней халат с такой силой, что ее тело
оголилось.
Он бросил ее на пол и навалился на нее всем телом.
- Убирайся! - завизжала она и плюнула ему в лицо, но Бейли, казалось, не
замечал этого. Слюна скатывалась с его щеки длинной струйкой, как слеза, но он уже
сжал руками ее шею.
Сюзан охватил страх, когда оба больших пальца Бейли сдавили ей горло. Она с
еще большим бешенством стала отбиваться от мощных рук Бейли, но все ее усилия
были тщетны. В глазах его горела ярость. Слепая, неуправляемая ярость, которая лишь
прибавляла ему новых сил. Он сел ей на живот, попав своим упругим членом в
ложбинку между ее грудями и придавив коленями ее раскинутые руки к полу. Сюзан
хотела закричать, но его руки, словно тисками сдавившие ей горло, не давали
возможности сделать это. Она почувствовала, будто ей в голову накачали воздух и
теперь ее череп раздувается. Она судорожно стала хватать воздух ртом, а перед ее
глазами поплыли ослепительно белые круги.
Бейли поднял ее голову и ударил ею об пол, отчего ее пронзила новая острая боль.
Он стал повторять это движение, не ослабляя хватки вокруг ее горла. Теперь Сюзан
боролась более отрешенно, делая последнюю отчаянную попытку сбросить его. Если
бы только ей удалось хоть на секунду ослабить его хватку, вывернуться из-под него,
запереть его в спальне. Если бы...
Она почувствовала, как сознание ее начинает меркнуть, когда он снова ударил ее
головой об пол, на этот раз послышался тупой треск - это от удара проломилась
кость. Сюзан поняла, что уже не в состоянии сопротивляться, силы покинули ее, боль
была слишком мучительной, а Бейли все еще не унимался: зубы его были сжаты, а рот
свело в яростном оскале.
Ей удалось высвободить одну руку, но Бейли даже не заметил, как она попыталась
замахнуться. Энергия, жизнь быстро покидали ее тело.
Она почувствовала во рту привкус крови, но не поняла, что прикусила язык. Тонкая
струйка крови показалась в уголке ее рта, она продолжала судорожно хватать ртом
воздух.
Тело ее начало дико сотрясаться, завеса темноты упала перед ней, и она издала
слабый стон. Теперь, в эти последние секунды, она поняла, что умирает. Она
попыталась вспомнить молитву, но вскоре все мысли о Боге ушли из ее сознания.
Оставался только страх. Только страшная реальность того, что через одно-два
мгновения она будет мертва.
Бейли снова приподнял ее голову, долго вглядывался в ее невидящие глаза и снова
с еще большей силой ударил ею об пол. От этого удара сознание окончательно
покинуло Сюзан, а на затылке образовалась пробоина. Кровь стала заливать ковер,
конвульсии усилились, и он ослабил хватку на ее горле. На какие-то секунды ноги ее
напряглись, мускулы округлились, носки ног дернулись вверх, и он почувствовал, что
его подбросило от внезапной упругости всего ее тела. Затем тело обмякло, и он
услышал, как с шипением открылась мышца сфинктера.
Воздух наполнился зловонием экскрементов, Бейли наконец отпустил тело Сюзан
Льюис. Он отступил назад, устремив взор на распростертое перед ним тело, которое
теперь было похоже на выброшенный манекен.
Казалось, он смотрел на него целую вечность, затем с проворностью, на которую
только был способен, начал собирать свою одежду.
Глава 46
- Все равно нет ответа! - прокричала девушка. - Продолжить?
Филип Дикинсон посмотрел на свою ассистентку и кивнул.
- Попробуйте еще минут пять, потом прекращайте, - откликнулся он, взглянув
на часы.
- Приятно работать с надежными людьми, правда, Фил? - сказал Миллер с
иронией.
- Да пошел ты к черту, Фрэнк, еще раннее утро, - бросил раздраженно режиссер.
- Она, вероятно, на пути сюда.
Он снова взглянул на свои часы, недоумевая, почему Сюзан Льюис до сих пор нет
на рабочем месте, хотя съемки должны были начаться час назад.
Миллер первым заметил инспектора сыскной полиции Гибсона, когда тот входил в
павильон, разглядывая киносъемочное оборудование. Специалист по киноэффектам
нахмурился и сунул в карман свою фляжку, его удивил обескураженный вид
инспектора. Он видел, как к инспектору подошел рабочий сцены и как тот открыл свой
тонкий бумажник, доставая удостоверение. Работник сцены кивнул в направлении
Дикинсона и отступил назад.
Когда инспектор подошел ближе, они с Миллером обменялись взглядами, и
специалист по киноэффектам повернулся, чтобы уйти.
- Подожди, Фрэнк, - сказал Гибсон. - Мне нужно с тобой поговорить.
Когда инспектор, наконец, представился Дикинсону, режиссер был ошеломлен.
- Чем могу быть полезен? - спросил он.
Гибсон сообщил ему об убийстве Сюзан Льюис.
- Два часа назад мы задержали ее сожителя, - подытожил инспектор. - Он
признал свою вину и рассказал нам, как все это произошло.
Миллер судорожно сглотнул, и в его памяти вдруг всплыли те снимки, на которых
была запечатлена Сюзан Льюис. Аура вокруг нее.
Дикинсон только покачал головой.
Гибсон взглянул на Миллера.
- Мне надо с тобой поговорить, Фрэнк, - сказал он. - С глазу на глаз.
Миллер пригласил инспектора к себе, и они вместе стали пробираться сквозь
лабиринт подпорок и киносъемочной аппаратуры, установленных по всей съемочной
площадке. Техники поглядывали на них, пока они проходили мимо. Наконец Миллер
вывел инспектора полиции из павильона и повел к гримерному прицепу. По пути он
шарил в карманах, ища ключи.
- А я думал, что ты теперь ко мне и близко не подойдешь, - обернулся он к
Гибсону.
- Мой визит не из приятельских побуждений, Фрэнк, - буркнул инспектор.
Он показал пальцем в направлении припаркованной "фиесты", и Миллер увидел
выбирающегося из машины Чандлера. В руке у того был "дипломат". Чандлер подошел
к ним, когда Миллер открыл дверь прицепа.
- Я бы мог тебе напомнить, что предупреждал об этом, - сказал Миллер с
самодовольным видом. - Насчет Сюзан Льюис. Но у меня язык не поворачивается.
- Очень великодушно с твоей стороны, - сказал Гибсон, принимая "дипломат" из
рук Чандлера. Он открыл его, и Миллер увидел внутри кипу фотографий, некоторые из
которых пожелтели и загнулись в уголках. - Я хочу побольше узнать об этой так
называемой ауре вокруг жертв убийств.
- Откуда такой неожиданный интерес? - стал допытываться Миллер.
- Послушай, хватит валять дурака и скажи мне все, что тебе известно, -
прошипел инспектор.
- Я много снимаю, ты знаешь, - начал специалист по киноэффектам. - Так вот,
после проявления снимков у трех человек, которых я фотографировал, обнаружилась
аура по контуру их фигур. Все трое за это время были убиты. Мне кажется, я могу
определять потенциальных жертв убийств по их фотоснимкам.
- Все это чепуха, - сказал Чандлер, недоверчиво качая головой.
Гибсон бросил на него уничтожающий взгляд и снова обратился к Миллеру:
- Это относится ко всем жертвам убийств? Если ты посмотришь на фотографии,
ты сможешь их отличить?
Миллер кивнул.
- Убеди меня в этом, - сказал Гибсон и высыпал кучу фотографий перед собой
на стол. - Здесь двадцать фотографий, на некоторых из них есть жертвы убийств, на
некоторых - нет. Все фотографии сделаны до того, как люди были убиты. Ну давай,
Фрэнк. Удиви меня, - сказал Гибсон, отступив назад и глядя, как Миллер взял первую
фотографию.
Закрыв правый глаз, он стал ее рассматривать. На ней была изображена женщина в
возрасте около тридцати лет, симпатичная. Фотография была старой.
- Жертва, - произнес он не колеблясь, когда его глаз различил ауру вокруг нее.
Одну за другой он просмотрел таким образом всю кипу фотографий.
Вот человек лет за пятьдесят, лысеющий, с глубоко посаженными глазами.
- Жертва, - объявил Миллер.
Еще одна женщина.
Он отрицательно тряхнул головой и отложил фотографию в другую стопку, после
чего взял следующую.
Старая фотография. Пожилая женщина. Аура вокруг нее есть.
- Жертва.
Не прошло и пяти минут, как он закончил просмотр всей кипы. Из всех
фотографий он отобрал пять, на которых, по его словам, были изображены жертвы.
- Ну что? - сказал он, отпивая из фляжки. - Завоевал я приз?
- Все равно я заявляю, что это чепуха, - обращаясь к Гибсону, сказал Чандлер.
- Он знал об этих жертвах из книг и газетных статей.
- Ты знаешь кого-нибудь из них, Фрэнк? - спросил Гибсон. - Ты когда-нибудь
до этого видел эти лица?
Миллер отрицательно тряхнул головой.
- А вы не скажете мне, кто они? - предложил он.
Гибсон вздохнул и стал по одной брать фотографии. И когда он это делал, Миллер
снова каждый раз видел ауру вокруг изображенных на них людей.
- Марджери Гарднер, убита Невиллом Хитом в 1946 году. Джек Маквитти, забит
насмерть Регги Креем в 1967 году. - Список продолжался. - Руфь Фюерст, убита
Джоном Кристи в 1943 году. Джон Килбрайд, жертва так называемых "болотных
убийств", - наконец, он дошел до последней фотографии. - Доналд Скеппер, убит
Черной Пантерой в феврале 1974 года.
Была еще одна фотография. Ее инспектор вытащил не из "дипломата", а из своего
внутреннего кармана. Он передал ее Миллеру.
- Сюзан Льюис, - сказал он. - Убита вчера вечером. Миллер отхлебнул из
своей фляжки и снова взглянул на фотографии - каждая жертва была окружена
излучаемой ею аурой.
- Теперь вы мне поверите? - спросил он.
Гибсон не ответил. Он молча стал собирать фотографии и складывать их обратно в
"дипломат", который затем передал Чандлеру.
- Угадал, - сказал Чандлер презрительно.
- Он оказался прав, - парировал Гибсон.
- Значит, ты еще глупее, чем я о тебе думал, раз ты веришь всему этому, - сказал
Чандлер.
- Подожди меня в машине, - сказал Гибсон своему помощнику.
Чандлер колебался.
- Оставь нас одних. - Инспектор кивнул на дверь. - Иди. Помощник неохотно
вышел, посмотрев вначале на Миллера, затем на своего начальника.
- Все же ты мне не сможешь помочь, Фрэнк, даже если я тебе поверю. Черт
возьми, если бы комиссар узнал, что я действительно доверяю тому, что ты мне
рассказал, мне бы снова от него досталось.
Они переглянулись, затем Гибсон опять заговорил.
- Если у тебя появится еще подобная информация насчет возможных жертв
убийств, дай мне знать, - сказал он устало и направился к выходу.
- Ты позволишь мне дать тебе один совет, Стюарт? - спросил Миллер. - Следи
за Чандлером.
Инспектор почти незаметно кивнул и вышел, закрыв за собой дверь. Миллер
остался один в прицепе.
Наедине со своими мыслями.
И опасениями.
Он взял фотографию из квартиры Терри во время первого визита к ней. Он просто
прикарманил эту фотографию, когда Терри не было в комнате, сделав это с такой
проворностью и ловкостью, на которую был способен только опытный вор.
Снимок был сделан, размышлял Миллер, три или четыре года назад. Волосы ее
тогда были короче, лицо несколько полнее. Но главная черта, оставшаяся неизменной,
были глаза, ее почти гипнотический взгляд. Миллер всмотрелся в эти глаза. Он
тщательно рассмотрел всю фотографию. Украсть фотографию его толкнула не красота
Терри, а необходимость выяснить ответ на вопрос, который преследовал его с тех пор,
как они познакомились.
Ему надо было узнать, есть ли вокруг нее эта аура.
- Мне кажется, вам пора обратиться в полицию, - посоветовал Миллер, держа
перед глазами записку.
Терри, сидевшая на диванчике, поджав под себя ноги, лишь взглянула на него,
когда он, читая записку, подался вперед всем телом, держа в свободной руке бокал с
виски.
- Мне кажется, он был здесь позавчера вечером, - сообщила она Миллеру,
передав подробности того эпизода, который произошел на подземной стоянке. Миллер
слушал внимательно, ни на миг не сводя глаз с Терри, пока она рассказывала ему о
человеке, прятавшемся за колонной в тускло освещенном подземелье и наблюдавшем
за ней. Даже сейчас, когда она сидела в своей уютной и светлой квартире, это
воспоминание приводило ее в дрожь - страх, пережитый ею, был слишком велик.
Миллер подождал, пока она закончит рассказывать, затем встал и прошел к большому
окну гостиной с нарисованной на нем картиной. В вечерней темноте горели ярко
освещенные окна квартир и домов, стоявших по соседству, мглу рассекали огни фар
проезжавших далеко внизу машин. Небо опять заволокло тучами, первые капли дождя
начинали барабанить по стеклу, как бы предупреждая о том, что произойдет.
- Значит, он говорит, что наблюдает за вами, - пробормотал Миллер. - Стало
быть, он где-то совсем рядом.
- Спасибо вам за поддержку, - сказала Терри.
- Либо он блефует. Просто хочет, чтобы вы думали, что он наблюдает за вами, -
продолжал размышлять вслух Миллер, отпивая глоток виски из бокала. - Так или
иначе, а вам надо обратиться в полицию. Это зашло уже слишком далеко.
- Мой шеф будет не очень доволен. Ведь тогда эта история получит широкую
огласку.
- Да черт с ним, не ему же угрожают.
- В том-то и дело: тот, кто шлет мне эти послания, не высказывал никаких угроз в
мой адрес. Ни разу. Я думаю, он хочет связаться со мной. Если я обращусь в полицию
сейчас, я его потеряю.
- Или он передаст эту историю на другую телестанцию или в газету, - сказал
Миллер с сарказмом. - Вот, очевидно, что вас действительно беспокоит, не так ли?
Вы так же дорожите этим чертовым рейтингом, как и ваш шеф. Вы уже создали себе
имя, делая репортажи об этих убийствах, и теперь вам не хочется, чтобы все полетело в
тартарары, когда вы начнете сворачивать эту историю, спугнув убийцу. Зато будет
огромный заголовок в газетах, Терри: "Женщина-репортер убита маньяком, у которого
она надеялась взять интервью", - добавил он, покачав головой.
- Я могла бы, наверное, спросить, какое ваше дело, почему я готова рисковать
своей жизнью ради того, чтобы сделать репортаж. Так ведь?
- Вы могли бы также попросить меня покинуть вашу квартиру.
Она кивнула.
- Наверное, вы правы, Фрэнк, - вздохнула она. - Возможно, уже пора вызвать
полицию, но мне следует сообщить своему шефу об этой записке. Он имеет право
знать о ней. Хотя бы потому, что это он поручил мне такое задание.
Она поднялась со своего места и направилась к телефону. Миллер посмотрел, как
она стала набирать номер, затем снова повернулся к окну и выглянул в ночную мглу.
Терри не смогла дозвониться до Боба Джонсона по его домашнему номеру и стала
набирать номер телестудии.
- Редакция "Последних новостей". Боб Джонсон у телефона.
- Боб, это Терри. Послушайте. - И она быстро рассказала ему о том, что
произошло.
Миллер, стоя спиной к ней, слушал рассеянно, как она говорила в трубку. Время от
времени до него доносился раздраженный голос Джонсона на другом конце провода.
- Наверное, было бы разумнее, если бы мы дали полиции возможность заняться
всем этим, - говорила Терри.
- Ни за что! - парировал Джонсон. - Мы же договорились, что вы не будете
обращаться в полицию.
- До тех пор, пока не возникнет крайняя необходимость, - напомнила она ему.
- Но вы же сами говорите, что пока он не высказывал угроз.
- Послушайте, Боб, я согласна, звонить в полицию - последнее дело, но когда
обнаруживаешь у порога записки... - Она намеренно выждала паузу.
- Как только он почувствует, что полиция его выслеживает, можете попрощаться
с этой историей, - зло выпалил Джонсон.
- И все же я намерена воспользоваться и такой возможностью. Мы с Фрэнком
обсуждали это и...
Джонсон не дал ей договорить. Он сказал тихим, но полным гнева голосом:
- С кем? Вы что же, говорили об этом кому-то еще?
- Но мы живем в свободной стране, Боб. А мне нужно было с кем-то
посоветоваться.
- Почему бы вам не посоветоваться со мной? - Терри пришлось слегка
отодвинуть трубку от уха - так громко и неистово он прокричал. - Вообще, кто
такой этот Фрэнк? - грозно прорычал он.
Терри нахмурилась.
- Послушайте, ведь мы же обсуждали вопрос об убийце, а не о моей личной
жизни. Какое, к черту, имеет отношение к делу, кто такой Фрэнк?
Миллер повернул голову, услышав свое имя. Он увидел гнев на лице Терри,
услышал голос Джонсона, звучавший теперь еще громче.
- Это он велел вам обратиться в полицию? - настойчиво спрашивал Джонсон.
- Никто мне не велел. Мы просто обсуждали этот вопрос, и я считаю, что было бы
хорошо, если бы и полиция была осведомлена о том, что происходит, они должны
знать об этих телефонных звонках. Возможно, им удастся выявить его по голосу,
опознать его.
В трубке наступила зловещая тишина. Терри слышала только дыхание Джонсона.
Она уже хотела снова заговорить, когда вдруг услышала его голос. Резкий и
холодный как сталь.
- Ну и пожалуйста, - прошипел он. - Делайте так, как советует вам ваш друг.
Терри неожиданно отступила на шаг, когда Джонсон вдруг бросил трубку. Она
взглянула на Миллера и пожала плечами.
- Что это с ним? - спросил Миллер.
Терри только развела руками. Она снова уселась в кресло и стала медленно водить
указательным пальцем по ободку своего бокала.
Боб Джонсон сидел за своим рабочим столом и неотрывно смотрел на телефон,
злобно стиснув зубы и поигрывая желваками на скулах.
Так он просидел довольно долго, сжав руки в кулаки и сотрясаясь всем телом от
еле сдерживаемой ярости. Затем с ревом негодования он сильно ударил по столу
кулаком.
- Сука! - прошипел он. - Дешевка.
Как смела она обращаться в полицию? Они же договорились не впутывать сюда
органы правосудия. Это же ее репортажи.
Их репортажи.
Никто не должен встревать между Терри и делом об этих убийствах.
Никто не должен встревать между Терри и им.
Никаких помех. Никакой полиции. Никаких посторонних.
Он не мог допустить этого и не допустит.
Садясь в машину, Миллер и не предполагал, что за ним наблюдают.
Специалист по киноэффектам вывел свою "гранаду" вверх по скату из подземной
стоянки.
Водитель преследующей его машины держался на почтительном расстоянии, не
спуская глаз с "гранады". Как будто на невидимой сцепке машины пробирались сквозь
уличный поток.
Миллер вышел из квартиры Терри в начале двенадцатого. Обратная поездка до
дома, рассчитывал он, займет у него менее получаса. Он остановился у светофора и в
ожидании зеленого света стал постукивать пальцами по рулевому колесу.
Машина, следующая за ним, тоже ждала.
Водитель следил за "гранадой" Миллера и, как только Миллер тронулся, тотчас же
двинулся следом.
Сидя за рулем машины, Миллер возвращался мысленно к своей беседе с Гибсоном
и инциденту с фотографиями. Ведь он ни разу не ошибся, определяя, кто стал жертвой:
вокруг каждого убитого была светящаяся аура. Теперь он точно знал, что лишь он один
обладал такой способностью. Он хмыкнул. Способностью? Подходит ли данное слово?
Дар, возможно? Или проклятье?
А вдруг это второе видение? - размышлял он. Но быстро отверг эту идею. Нет,
психика тут ни при чем. Все дело в фотопленке, эмульсии и его пересаженном глазе.
Он просто видел жертв.
Машина сзади него продолжала преследование.
Миллер был уже менее чем в километре от своего дома, когда задняя машина
прибавила скорости.
Сначала Миллер подумал, что она пошла на обгон, и замедлил движение, облегчая
ей возможность маневра. Однако, поняв, что машина не собирается обгонять, он
нахмурился. Машина слегка подтолкнула бампером "гранаду" Миллера и продолжала
двигаться за ним.
- Какого... - вскипел Миллер, обернувшись назад, но слепящий свет фар
преследующей его машины не давал ему возможности разглядеть, кто был внутри.
Миллер видел очертания "капри", только и всего.
Преследующая машина ускорила движение, и Миллер снова почувствовал легкий
толчок в задний бампер.
- Идиот проклятый! - зарычал он и надавил на газ, стараясь уйти от
преследовавшей его машины. Водитель, должно быть, пьян, подумал он. Или его
принимают за кого-то другого.
Миллер продолжал ехать.
"Капри" продолжала преследовать.
Что за клоунские штучки, подумал сердито Миллер, глядя в зеркало заднего вида.
Преследующая машина снова набрала скорость.
Миллер опустил стекло, приготовившись высказать все, что он думает о водителе,
когда "капри", внезапно обогнав его, выскочила наперерез его "гранаде".
Миллер резко нажал на тормоз, и его машина с заклиненными передними колесами
прошла юзом метра два-три. Привязной ремень сильно сдавил ему грудь, прижимая к
сиденью и затрудняя дыхание. Он ослабил ремень и глубоко вздохнул, набирая полные
легкие воздуха. Голова его кружилась.
"Капри" застыла метрах в десяти от него и нахально мигала своими хвостовыми
огнями, как бы призывая Миллера выйти из машины. Он не замедлил ответить на этот
вызов. Резко распахнув дверцу, он вышел и направился к стоящей впереди машине.
Подходя к "капри", он увидел вылезающего из нее водителя.
Миллер застыл от неожиданности, увидев Джона Райкера.
Тот улыбался.
- Наверное, я был похож на частного детектива, - сказал он. - Я еду за тобой
уже полчаса, а ты даже не оборачиваешься.
- Что тебе надо, Райкер? - бросил ему специалист по киноэффектам. - Мне
казалось, мы все сказали друг другу.
Проезжавшая
...Закладка в соц.сетях
