Жанр: Триллер
Комната ужасов 1-2.
...зету, правда? Значит, если ты
отдаешь себя, свое тело, не лучше ли его "завернуть", чтобы это выглядело
прилично, или я не права? Как насчет бикини
или моего халата, который ты носишь, демонстрируя свои ляжки?
- Это другое. Это нормальная одежда, которая просто...
- Просто идиотка! Чертова ты ханжа, Харвест! Назовешь это
"случайностью", и ты - сама добродетель. А скажешь
"для определенной цели", так ты шлюха. Ну, я-то лучше буду честной шлюхой, чем
стану обманывать себя. Не желаю быть
двуличной маленькой воровкой.
Харвест закрыла гадкий каталог, чтобы не видеть этого пошлого лифчика с
четвертушками чашечек, который
Баунти присмотрела для себя. Взгляд ее упал на картинку, где девушка
демонстрировала джинсы. На девушке выше пояса
не было ничего, за исключением болтающихся на сосках висюлек.
- Фу-у, я бы не смогла! Как можно выставлять себя на такое позорище?
Баунти ухмыльнулась:
- Дорогая моя сестричка, пора взрослеть! Кое-чему надо поучиться.
Любовь, похоже, тебе в новинку. Да и Джейми
тоже. Поза миссионера, классика, мужчина сверху, раз, раз и готово - блеск!
Харвест залилась краской и отвернулась. Баунти стиснула ее запястье.
- Слушайте, Мисс Чистая Любовь, слушайте внимательно. Все мы зависим от
Джейми. Поддерживай его в
состоянии счастья! Чего бы он ни захотел в постели, с любыми вывертами, выполняй
как требует. Служи ему с улыбкой. Не
важно, нравится тебе это или нет, впрочем, никогда нельзя сказать ничего, не
попробовав. Все равно, если тебе это не
нравится, может понравиться Ему. Ты должна охранять счастье Джейми, и Его.
Помнишь, как Джейми говорил, что секс у
него вместо сладкого. Послеобеденный десерт. А? Оно еще совсем дитя. Что будет,
когда Оно наберется опыта? Как ты
думаешь, что будет заменять Ему сыр и портвейн?
Харвест выкручивалась и вырывалась, мотая головой. - Дай, - продолжала
Баунти, - дай Джейми и Ему все, что они
захотят, слышишь, детка? И как следует. Удивляй его, их. Пусть он находится в
приятном незнании того, что будет дальше.
Призови на помощь фантазию. Если в голову ничего не придет, спроси у меня или
возьми книжку. Не давай ему быть все
время ведущим в этом деле. Стаскивай с него штаны, в буквальном смысле.
Заставляй его все время изумляться. Держи его
в возбуждении. Тогда и Оно будет заинтересовано, не допускай падения напряжения,
Бог его знает, до чего Оно дойдет! Ты
меня слышишь?
Харвест выпрямилась и взглянула в глаза Баунти.
- Я не могу. Я личность. Ты хочешь, чтобы я была рабыней Джейми. Хуже
того - рабом, жаждущим, ищущим, как
услужить!
- Опомнись, сестрица! Ты и есть рабыня Джейми! Нравится тебе это или не
нравится. Уж поверь мне, желание и
старательность пересилят все остальное. Лучше быть рабыней Джейми, чем кормовым
скотом Этого. Выбирай: отдать свое
тело на растерзание Джейми или закончить, как Эйлин Гуч, а может, и похуже. Ты
правда понимаешь? В этом доме
желание Джейми - закон.
Все его: что он пожелает и кого пожелает.
Ноздри Харвест затрепетали, уголки рта побелели. - Например, тебя. Я же
вижу, как ты трешься около него,
потаскуха!
- А хоть и меня: если он хочет, то рано или поздно он свое получит. Он
может спать и с тобой, и со мной. И мы
сделаем что угодно, то, что тебе никогда и не снилось. Рон тебя не защитит. От
Этого, я имею в виду.
Харвест вырвалась и влепила Баунти пощечину.
- Никогда! Я лучше умру!
- Выбор за тобой, сестра. Вот только как именно ты хотела бы умереть?
На руках у тебя осталось девять ногтей, на
ногах - десять. Ты еще долго будешь при годна для того, чтобы тебя трахать, не
правда ли? А вот почесать спинку тебе уже
будет непросто.
Вздернув узкие плечики, Харвест выбежала из комнаты.
В два часа ночи Харвест выскользнула из постели. Она натянула джинсы,
надела рубашку и свитер, переложила
несколько банкнот и мелочь из кошелька Баунти в свой, взяла туфли без каблуков и
носки, еще одни сунула в карман.
Девушка вышла, тихонько прикрыла входную дверь. Велосипед старика стоял на своем
месте, в саду за сараем.
Баунти убрала приборы Харвест со стола, перед тем как все сели
завтракать.
- Зачем ты это сделала? - спросил отец.
- Она не будет завтракать. Харвест ушла.
- Ушла?
Баунти вызывающе посмотрела на отца.
- Удрала, слиняла, сделала ноги. Ушла.
- О Господи! - Боб, упав в кресло, закрыл лицо ладонями.
- Когда? - В голосе Векки звучала надежда.
- Не знаю. Ночью. Я спала.
- Она что-нибудь сказала? - спросил отец, не отнимая рук от лица.
- Нет.
- Она вернется, - заявил Джейми.
- А может, нет? - Рон тоже надеялся. - Оно, на верное, спало. Может,
она ушла уже далеко, достаточно далеко.
- Размечтался, - отрезал Джейми. - Она, так же как и мы, у Него на
привязи. Не улизнуть ни нам, ни ей. Не выйдет.
По-крайней мере, просто убежав. Ма!
- Что, Джейми?
- Позвони-ка в школу. Скажи, что я все еще болею.
- А Харвест?
- Нет, про нее не говори. Думаю, к полудню они забудут, что она когдато
туда ходила.
Плечи Боба тяжело опустились и затряслись.
- Нет, Джейми! Оно не смеет! Я Ему не позволю! Разве мы... ты.,
недостаточно сделал? Иди, найди Ему когонибудь
еще, Джейми. Пожалуйста, сынок! - Мать опустилась перед ним на колени и
сжала его руку. - Вдруг ей удалось
убежать, а? Я так надеюсь!
- Не говори так, ма. И думать забудь об этом! - Джейми похлопал
вцепившуюся в него руку.
- Я не позволю Ему! Кто угодно, только не из нас! - Она вскочила на
ноги.
- Она больше не одна из нас, мама. Оно не прощает. Оно не знает, что
такое прощать.
- Нет, нет, я не дам Ему, - твердила Векки. - Оно не может нас
заставить.
Она подошла к стойке, протянула руку и взяла электрический нож, большим
пальцем надавила кнопку.
Отточенные лезвия с готовностью зашелестели, разгоняясь, и слились в
ровном движении. Сосредоточившись,
женщина положила левую руку на стойку ладонью кверху, затем убрала палец с
кнопки. Лезвия закрутились медленнее,
стало видно каждое по отдельности, потом нехотя остановились. Векки приложила
сдвоенные ножи к багровому шраму,
пересекавшему ее ладонь между большим и указательным пальцами. Слезы катились у
нее по щекак, но она не проронила
ни звука. Большой палец застыл над кнопкой. Женщина слушала, как в ушах бухает
сердце.
- Прости, - взвыла она вдруг. Я сделаю все, что ты хочешь. Не заставляй
меня делать это. Пожалуйста! Сделай это с
ней! Сделай это с Харвест! - Ей было разрешено вернуть нож на место. - Джейми,
почему Оно не заставило меня это
сделать?
- По нескольким причинам. Во-первых, ты была действительно огорчена.
Во-вторых, Оно еще не проголодалось. Втретьих,
у нас ведь нет электрического ножа. Ты же их боишься.
Векки посмотрела на деревянную ложку, безобидно лежавшую на стойке.
- Но главная причина, я думаю, в том, что Оно не хочет портить себе
аппетит к тому времени, когда вернется
Харвест.
Векки вырвало прямо на тарелки в раковине.
Все еще сидели на кухне, когда услышали два глухих удара в дверь. Боб
поднял голову. Глаза красные и печальные.
Вновь стук. Рон открыл дверь. Через порог перевалилась Харвест.
- Оно заставило меня вернуться ползком, - про бормотала она, - всю
дорогу. Километр за километром. Через
канавы, колючки, крапиву. Я пыталась броситься под грузовик. Оно не дало.
Заставило вернуться. Не дало даже встать,
чтобы постучать в дверь. Пришлось биться головой. Мне так больно! Папа! Оно ведь
уже достаточно наказало меня, правда,
пап? Оно меня вернуло. Я все сделаю, что угодно сделаю. Только не разрешай Ему
дальше меня мучить. Пожалуйста,
папочка!
Боб отер рот тыльной стороной ладони и отвернулся от дочери. Рон.
бережно перевернул ее. Свитер был мокрым от
пота и грязи. Руки покрылись ссадинами и кровоточили. Искусанные губы распухли.
Голубые джинсы висели от бедер
клочьями. К запекшейся на ногах крови прилипли лохмотья.
Векки замочила одежду в теплой воде, а Боб поднял Харвест и положил на
кухонный стол.
- Ножницы, - отрывисто кинула Векки Баунти. - Нужно срезать эти
ошметки.
- Я приготовлю для нее теплую ванну, - предложил Рон.
- Ванну? - задумался Джейми.
Это сделаю я. - Он взял миску с макаронами и высыпал ее содержимое в
мусорное ведро под раковиной.
Оставшиеся трое принялись помогать Харвест, кто чем мог.
Слышно было, как Джейми мечется из комнаты в комнату. Время от времени
звуки его шагов прерывались шумом
и грохотом, сверху доносился звон бьющегося стекла.
Рон вышел из кухни.
- Это зеркала, - доложил он вернувшись. - Все зеркала со стен. И
стеклянные безделушки тоже. Что он надумал, а?
С Харвест сняли одежду, закутали в халат. Раны обработали ртутнохромовой
мазью и перевязали. Вернулся
Джейми.
- Ну, ванна для Харвест готова, - бодро объявил он, - снимайте халат.
Все уставились на юношу. В руках у него были две пары наручников.
Джейми перевернул лежавшую беспомощно девушку на живот, снял с нее
халат. Харвест осталась голой. Он
скрутил ей руки за спиной и защелкнул наручники на запястьях. Нагнувшись, парень
закрепил половинку оставшейся пары
на одной лодыжке, свел ее ноги за спиной, прикрутив цепочки кандалов, и
прикрепил их к другой щиколотке. Согнутая
дугой, плененная девушка перекатывалась и стонала, теряя от ужаса рассудок.
Струпья на ногах у нее содрались, из ранок
сочилась кровь.
Джейми потер руки.
- Пошли, Рон. Помоги-ка. - Джейми взялся за за пястье, а Рон сжал
тонкую щиколотку. Они стащили Харвест со
стола и понесли как корзину. Девушка вскрикнула, ударившись о дверной косяк, и
заплакала, когда ребята проволокли ее
грудью по жесткому ковру на лестнице. Баунти пролезла вслед за ними и открыла
дверь ванной. Векки и Боб тащились
сзади, держась за руки.
Оно ждало. Его длинное тело растянулось на кафельном полу.
Ванна была полна битого стекла. Братья свалили хныкающую Харвест на
холодный пол. Джейми взял ее за плечи, а
Рон за коленки, подняли: тело Харвест зависло над осколками стекла. Слезы
высохли враз. Розовая кожа и широко
распахнутые глаза тысячекратно отразились в кусочках расколотых зеркал.
- Бросаем? - спросил Рон.
- Опускаем осторожно, - Джейми скривил губы. - Так она дольше будет
жить.
Обнаженное тело опускали бесконечно долго. Когда первые зазубренные
обломки впились в бедро, Харвест
вскрикнула. Потом стеклянные лезвия воткнулись в грудь и живот. Девушка
напряглась, старалась не шевелиться. При
малейшем движении осколки начинали двигаться, кромсая плоть, под тяжестью тела
хрупкие частички распадались на
крохотные игольчатые кристаллы.
Выгнувшееся дугой тело девушки не двигалось. Посеребренные зубыкристаллы
пронзили бледно-розовую кожу и
мягкую плоть, удерживая ее в жутком равновесии над морем зубчато-игольчатого
стекла.
Оно оттолкнуло Рона и поднялось на дыбы, устремляясь к кровавому
роднику.
Длинный тонкий язык слизнул кровь, нащупал рваную ранку на нежной
груди, пробрался внутрь. Люди вышли.
В коридоре Баунти подошла к Джейми, сделала книксен и почтительно
взглянула на него снизу: - Я пойду
готовиться к вечеринке, Джейми?
Юношу обдало теплом ее тела, он отшатнулся, проглотив комок в горле.
- Иди, начинай. Мне надо еще кое-что сделать. - На дрожащих ногах
Джейми сбежал по лестнице. Был
промежуток, пока Оно ело: короткий антракт между рабством страха и рабством
страсти, радости, которые принесет Его
насыщение. Он отогнал бессильную тоску и отвращение к самому себе, поборол и
непрошенную похотливую радость.
Оставалось еще кое-что, что он должен сделать, пока еще может - пока он
еще Джейми.
Вечеринка началась без него. Поначалу все удивлялись, почему его нет,
но когда неудержимое наслаждение
овладело ими, про парня забыли.
Глава 12
Джейми встал рано. Все еще нежились в постелях, когда он вышел из дома.
Неплохо иногда побыть одному. В
центре города кафе и забегаловки уже открыты. Он припарковался и вошел, заказал
кофе с пирожным. У девушки за
стойкой были грязные белые волосы, разметанные по потному лбу. Мужчина в тройке
сидел, обняв рукой свое порционное
блюдо, заслоняя его от старика с гнилыми зубами и двухдневной растительностью на
щеках. Джейми набрал воздуха в
легкие: "Вот она, реальность. Стоп! Не думать об этом". Он огляделся. Три
посетителя в "стекляшке". Мальчикового вида
коротко стриженная блондинка так и липнет к своей собеседнице, привлекательной
восточного типа девушке; тонкий
скуластый мужчина прикуривает сигарету от окурка собственной, перед ним
пепельница - пирамида из бычков.
Джейми заставил себя залюбоваться девушками. Женщинами. Восточная
помахала ладонью, отгоняя дым от лица.
Поганая привычка! Он пробовал один раз с Роном, когда они были на севере.
Каникулы. Полуразвалившаяся хибара с
пауками и коричневой водой. До сих пор не понятно, где Рон разжился бычками.
Три, в мятой пачке. Сейчас он не мог даже
вспомнить их вкус, зато запах блевотины не забылся. За деревом, за пригорком,
тайком. Детям надо прятаться, когда они
курят. Мысль возникла и мгновенно с хлюпанием была всосана. Джейми
сосредоточился на женщинах в забегаловке.
Мягкие линии бедер прорисовывались под мужскими брюками блондинки. "Надо еще раз
попробовать начать курить". Он
заставлял себя проиграть все в воображении. Если б он курил, прятаться было бы
естественно. В школе есть место, куда
можно спрятаться, там полно металла, в подвале. Достаточная масса металла может
заслонить.. "Даже и думать забудь об
этом! Думай о том, как бы хорошо сейчас взять сигаретку и спрятаться от
школьного начальства, не от.. Неужели щупальцы
добрались и до этих мыслей?"
Пришлось отмахать два квартала, пока не встретился открытый универсам.
На сорт Джейми даже внимания не
обратил, он их не отличал друг от друга, выбрал красивую зеленую пачку. Спички?
Нет. Шестидесятицентовую одноразовую
зажигалку. Он вернулся к машине и поехал в школу.
После "труда" была физкультура. Палец снова зажил, и "освобождение"
кончилось. Потом перерыв и обед. Он
ринулся в свою душевую и успел сделать ноги, не дав вовлечь себя в болтовню. У
своего шкафчика он задержался. Черт,
уборщик, растолкав локтями дверь бойлерной, вышел оттуда с охапкой щеток и
ведер. Джейми помог старику, придержав
дверь. "Спасибо" не последовало. Юный Халифакс просунул пальцы в узкий зазор
между железной дверью и косяком. Рант
ботинка с трудом удерживал дверь, не давая ей оттяпать пальцы. По всему
периметру комнаты шел балкон с железной
решеткой ромбиками. Два здоровенных бойлера стояли в колодце. Воздух был теплый
и пыльный. Голые лампочки на
гнутых проволоках свисали с ржавого потолка.
Деревянный стул, который ни разу нормально не выкраси ли, ломберный
столик и доска для объявлений, в качестве
которых висели вырезки из журналов для мужчин, все это мыслилось как "кабинет".
Джейми нашел лесенку вниз, в колодец. Бойлеры маячили над головой,
завернутые в драные одеяла
теплоизоляции. Его передернуло. Место не из приятных. Подошвы ботинок хрустят на
цементном полу. В каком
направлении дом? Восток? Юг? Он находится сейчас ниже уровня земли, давящие
массы металла и воды экранируют его.
Он присел на корточки, так что голова оказалась между жесткими щупальцами
выкрашенных в зеленый цвет труб.
Сначала закурить сигарету. Надо, чтоб были воспоминания, когда он
покинет свое убежище. На целлофане была
маленькая красная петелька. Он просунул ноготь и потянул. Петелька оторвалась,
пачка осталась как была. Пластиковая
кожица собралась по краям в складки, как обертка подарка. Стык было видно, но он
не мог подцепить ногтем край. Чертова
пачка! Можно просто разорвать, но они такие мягкие, изящные, он уверен был, что
повредит содержимое. Чудеса!
Девчонки - и те открывали пачки сигарет! Пошарил в карманах. Ключ! Зазубренная
бородка прорвала целлофан. С фольгой
проблем не было. Джейми извлек длинный белый цилиндрик и зажал его между губами.
Закурил и затянулся. Странный
вкус. Что-то мятное. Неловко держа сигарету, Джейми уставился на поднимающуюся
потихоньку спираль дыма. Очень
осторожно он приоткрывал теперь створки тайного отделения своего сознания.
Свинец. Эфраим победил Его или взял в плен, по крайней мере, с помощью
свинца. Оно, однако, как-то питалось,
сидя в свинцовой ловушке, и было в состоянии защитить свой дом, только не могло
управлять Эфраимом. Допустим, у
Эфраима была повышенная сопротивляемость. Сильная воля. Допустим, Эфраим выбрал
дальних родственников в
наследники в надежде, что эта сопротивляемость может быть у них в крови.
Допустим, он выбрал пары противоположного
пола в надежде, что сопротивляемость можно вырастить, вывести, уж точно за
несколько будущих поколений. Хитер,
ублюдок старый, как племенной скот их выбирал. Не из-за чувств каких-то,
семейных уз они стали наследниками. Они -
отчаянная попытка Эфраима взять посмертный реванш.
Эфраим не смог убить, но он остановил Его. Ограничил Его, продолжая
пожинать плоды, которые Оно могло дать.
Вывод первый: свинец, как и расстояние, защищает от Него сознание. Защита
ненадежная, неполная. Оно может вернуть
тебя обратно, если уже установило связь. Эфраимово правило о гостях на ночь:
"Остался на ночь - остался навсегда". Чем
Оно сильней, тем трудней заслониться. А таким сильным, пожалуй, Эфраиму не
доводилось Его видеть.
Второй вывод: Оно не умеет по-настоящему читать мысли, по крайней мере,
пока они еще не "сформулированы".
Если бы умело, Оно бы давно убило Джейми. Оно, похоже, не настолько умное. Как
собака или как шимпанзе. А Ему и не
надо быть умным. Нет стимула развивать мозги. Как тигру или акуле. Нет
естественных врагов, а в мире полно добычи. У
Монстра слабость: страсть к крови. Джейми это успел почувствовать, разделить это
чувство. Принеси Ему правильную
жертву, и Оно впадет в гастрономический экстаз, как акула. Проблема: все трудней
этот экстаз вызвать. Котята уже не
годятся. Даже люди. Ему теперь требуется большее эмоциональное наполнение:
новое, более сильное чувство. Джейми это
понял, когда Харвест.. Когда.. Последний раз, в общем. Ее страх, ее кровь, ее
боль, и его, Джейми, омерзение, и ужас. Вся их
мука, усиленная непристойной связью между Его сознанием и их.
Он должен убить, или заточить, или сдержать Его. Для этого необходима
способность действовать вне
досягаемости Его сознания. Закрыть себя от Него. Потом надо подготовить ловушку
и найти приманку. Приманку, перед
которой Оно не сможет устоять, неотразимую. Неотразимей, чем медленная кровавая
смерть молодой девушки на руках
любовника и на глазах семьи. Попробуй изобрети после этого ужас более
соблазнительный! Джейми начал строить планы,
имея в виду, что если он не прав и Оно более интеллектуально, чем он полагал, а
щупальца чудовища дотягиваются до
парня даже сейчас, то его ждет смерть, жуткая и скорая. Чем сильней связь, тем
сочней жертва. Из человеческих существ, с
которыми Монстр имел дело, Джейми - ближе всех Ему.
Джейми знал: когда питается, Оно менее бдительно. В этом случае его
предохраняет излучаемая Им непристойная
радость и страсть. Первая часть плана: подыскать новые жертвы.
Джейми ткнул второй длинный окурок в пыль с песком и носком ботинка
запихнул под скрывающую его трубу. На
обратном пути он остановился у чиггеровской доски. Под ней был крючок с ключами.
Засаленная бирка свисала с
перекрученной проволоки, скрепляющей связку. "Запасные". Джейми осмотрел ключи.
На некоторых нацарапаны номера
или буквы: "51", "физк з", "кух", "б-я". "Б-я? Бойлерная?" Джейми отогнул
проволоку и прикарманил "б-я".
Дверь была тяжелая, обитая жестью. Если кто-то снаружи - не
предупредишь. Джейми набычился, налег на дверь и
чуть не упал в объятия Стикса.
- Эй, парень! Смотри, когда.. О-о! Да это ж Джейми! как она там,
паренек? А что ты делал в бой.. - Его голос
дрогнул. - Ага-а, обкурился? Это четко! Ключ раздобыл? Давай вместе?
Джейми не стал разубеждать: - Может быть, может быть. Так как, Стикс,
как там.. Как его? Пластиковое пламя?
- Огонь, парень! Пластиковый Огонь, Дела идут. Забили несколько
концертов.
- А как же Хеллоуин? На Хеллоуин забито?
Стикс изобразил мучительную работу мысли:
- Эта-а.. Кажется, нет, точно. Так, кое-какие предложения. Нам они не
подходят, точно.
- Ну и сколько вы имеете? За концерт?
- Это как когда. Тут законов чтоб на века нет. Как рынок, я так
понимаю.
- Время есть, - спросил Джейми, - потолковать об одном деле? Пошли,
угощу "Кокой".
- "Кокой", парень? Вот это наконец дело! Только, боюсь, ты имеешь в
виду "Пепси".
- Это я и имел в виду. А ты? Кокаин?
- Тсс, мужичок. Не болтай языком-то, при всех. Лады?
- Извини. - Джейми осмотрелся. - Нет никого. Так как?
- Что, как? А, нюхнуть малька? Э-э, ты представляешь себе, сколько это
удовольствие нынче стоит?
- Удовольствия всегда стоят дорого. - Джейми улыбнулся криво.
- Золотые слова, парень. Значит, об этих делах ты хотел потолковать?
- Пойдем за "Пепси". - Джейми взял его за локоть. Пока Джейми ходил к
стойке, Стикс занял места в углу и
рассеянно выбивал указательными пальцами на сальном пластике дробь. Он с
воодушевлением взял из руки Джейми
холодную, влажную бутылку и поднес ко лбу.
- Чего бы нам не снять вон тех клевых телок? - предложил Стикс.
- Не думал, что ты интересуешься телками, - за метил Джейми.
- Ты прав, братан! Защитная окраска. Пара парней сосут "Пепси", ищут,
кого бы затащить в койку. Все невинно, а?
Никто не заподозрит, что это деловой разговор. Ладно. Что ты там задумал?
Продаешь?
- Продаю? Нет. Зато, может, покупаю. - Джейми покачал головой.
- Что "покупаю"? С чего ты взял, что я имею что-то на продажу?
- Имеешь, имеешь. Мне надо кое-что купить. Одну вещь - это в любом
случае. А вообще - много чего. Если у тебя
нет, наведешь на кого-нибудь, ладно?
- Я тебя слушаю.
- Во-первых - музыку.
Стикс сел:
- Музыку, парень? Группу? Это дело. Тебе что-то известно? Кому-то нужна
классная команда?
- Может, мне самому нужна, если цена подходящая. Вы ездите на частные
концерты?
- Конечно! Всю дорогу. Только у нас музыка... ну, это не "для дома, для
семьи", врубаешься?
- Я говорю о частной вечеринке. На Хеллоуин. У меня дома.
- Это круто. Только я должен тебя предупредить, парень, ведь мы с тобой
друзья. Мы работаем за бабки.
Джейми вытащил несколько банкнот и отслюнил пару полсотенных.
- Задаток. Стольник сейчас, стольник.. - Он замолк, задумался. "Потом?"
Кисло улыбнулся. - Нет, по до две сотни.
Нормально?
- Три сотни? - Стикс промурлыкал мелодию. - Музыка заказана, парень.
- Условия.
- Условия? - Стикс поднял бровь.
- Секретность. Это же Хеллоуин, так? Я задумал что-то вроде тайной
вечеринки.
- Крутняк! Только, если это секрет, кто же тогда придет?
Джейми выволок из кармана еще полсотни.
- Эх, расходы.. Это задаток на автобус. Если понадобится еще, дай
знать. Наймешь автобус на Хеллоуин. Потом
пустишь слух. Грандиозная тайная вечеринка. Где - никто не знает. Кроме тебя.
Музыка халявная, ханка халявная, жрачка
халявная. Наберется автобус, как думаешь? Ну, двадцать, тридцать ребят?
- Я? Да я сотню наберу, две сотни. Халявная вечеринка? Халявная ханка?
Их придется бейсбольной битой отгонять.
- Тогда по приглашению.
- Кого бы ты хотел, чтобы я пригласил?
- Кого хочешь. Ты же всех знаешь, а?
- Ясное дело.
- Помни: никто не должен знать, кто устраивает аечеринку и где она
будет происходить, понял?
- Могила.
- Отлично. Можешь, все-таки, Хэнка с сестрой пригласить.
- Да? Я думал ты с ними...
- Ты прав. У меня для них двоих задуман Хеллоуинский сюрприз.
- Это, по-моему, стремно. Хэнк не любит сюрпризы. - Стикс нахмурился и
оттопырил нижнюю губу.
- Не волнуйся Все схвачено. Хэнк не станет с тобой рассчитываться. Это
я гарантирую.
- Ну, если ты обещаешь.. - В его голосе не было убежденности.
- Следующий пункт, - объявил Джейми.
- Ага. Ты говорил, что покупаешь. - Стикс подался вперед.
- Покупаю и продаю. Но у меня ничего нет. - Джейми откинулся назад. -
Ты знаешь, я новенький в этом городе.
Нет связей.
- Какого типа товар? В каких количествах?
- А что есть?
- С травой нет сложностей. Сколько хочешь. Дурь, план. Пластилин есть.
Может, кока. С белыми делами плохо.
Дорого. Колеса есть. Как насчет кислоты?
- ЛСД? Сколько?
- Сколько надо. - Он поманил Джейми, чтобы тот нагнулся поближе. -
Хорошая штука. Чистейшая. Не то, что
обычная химия. Все строго. Самый сок. Прямо в школьной лаборатории делают.
- Сколько стоит?
- Дешево. Ну, скажем, пара баксов за таблетку. - А если в жидком виде?
Сколько надо, ну, колес на сто, нет, на
двести? - Джейми думал, что таблетка составляет дозу.
- Двести? Парень, это оптовые дела. Я могу узнать, вывести на людей.
- Ты - мои люди. Ладно, это в общих чертах. Хорошо?
Стикс кивнул, мол, он понимает.
- Как в детективе. У профессионалов.
Джейми нагнул голову к нему еще на сантиметр и продолжил:
- Я так понимаю, что ты слегка подзаработаешь. Скажешь мне цену,
сколько идет на двести колес. Потом, полсотни
возбуждающих и полсотни успокаивающих. По рукам?
- По рукам.
- Может, травки для вечеринки, как думаешь?
- Халявной травы? Ты, я вижу, знаешь, как устроить торч, паренек. Как
думаешь, грамм шестьдесят-семьдесят?
- Пусть будет сто. Я хочу, чтоб все путем.
- Путем. Сказал. Да это будет просто атас!
- Ага. - Углы губ Джейми подпрыгнули. - Атас я гарантирую, Стикс.
Полный атас.
Остаток дня Джейми пас на поверхности сознания мысли о целом стаде
подростков, тех, что явятся на Улицу
Кленов. Стада тел, в которых кипит горячая, сладкая кровь. А в головах чувства -
через край. Они созрели для
изысканнейшего ужаса. Интересно, испытывает ли подсадной баран, ведущий ягнят на
бойню, угрызения совести?
Парень залез в машину и тут увидел девушку. Ее зад в потертых джинсах
походил на бицепс культуриста, но над
серо-белым поясом выделялся предательский валик жира. Джейми врубил передачу.
Он ехал так тихо, что было слышно стаккато ее каблучков по асфальту. С
каждым ударом каблучка по плотно
обтянутой дж
...Закладка в соц.сетях
