Жанр: Триллер
В петле времени
...ь. Она натянула
одеяло на голые колени. - Женя? И ты здесь? Да что с вами?
- Аня, - голос у Жени был очень мрачный. - Подумай хорошенько. Какое
сегодня число?
- Двадцать седьмое... - Аня посмотрела на часы. - Нет, уже двадцать
восьмое.
- Я так и думал! - зловеще сказал Женя.
- Сестренка, - спросил ласково Валера. - А тебе ничего не кажется
странным?
- Конечно, кажется! - сердито сказала Аня. Она уже полностью проснулась. -
Ничего себе! Врываются среди ночи два психопата в трусах и спрашивают,
какое число. Очень даже странно, - она снова легла и накрылась с головой
одеялом. - Идите отсюда...
Женя, а за ним и Валера покинули комнату Ани. На веранде они сели за стол
и закурили.
- Так, - решительно сказал Женя. - Ну-ка, напомни мне, что ты там говорил
про вояк из почтового ящика?
Сержант проводил Валеру и Женю на второй этаж в комнату дежурного по
части.
При их появлении из-за пульта встал молодой, лет тридцати, майор с
повязкой дежурного на рукаве. Он радушно заулыбался, шагнув им навстречу.
- Рад, очень рад! - сказал он, протягивая руку. - Майор Орлов. Можно
просто - Саша. Присаживайтесь, ребята, я сейчас кофейку соображу.
Валера с Женей уселись на предложенные стулья, оглядывая тесную дежурку,
увешанную инструкциями, планами и графиками.
- Свободен пока, Сидоров, - отпустил сержанта майор и уселся на свое место
за пультом. - А вы ранние пташки, я думал, что артисты до обеда спят. Вы с
концертом хотите приехать? - Милости просим, у нас очень много ваших, так
сказать, поклонников.
- Мы вообще-то, по другому делу, - неловко заговорил Женя. - У нас концерт
в Лужниках срывается.
- Что, зрителей нет? - сочувственно ляпнул майор. - Так это мы вам
устроим, я лично два батальона приведу.
- Да нет, спасибо, - сердито сказал Женя. - Со зрителями у нас все в
порядке.
- Ага... - озадачено сказал Майор Орлов. - С помещением проблемы?..
- Проблема в том, - вмешался Валера. - Что мы не можем попась в Лужники.
Стоит нам приехать в город и расставить аппаратуру, как мы непонятным
образом возвращаемся сюда, в поселок, и оказываемся у меня на даче.
- Понятно, - сказал Орлов неуверенно. - Извините, а от меня что требуется?
- Короче, Саша, - перебил Женя. - Вы можете нам хоть приблизительно
сказать, что происходит на вашем обьекте?
Орлов на несколько секунд потерял дар речи. Он несколько раз перевел
взгляд с Жени на Валеру и обратно. Потом он улыбнулся.
- Да вы что, ребята? Вы соображаете, что говорите? Это же военная тайна.
- Я понимаю, - нетерпеливо сказал Женя. - Нам не надо подробностей. Вы
примерно скажите, в общих чертах.
- Н-да... - Орлов встал и прошелся по комнате. - Ну, во-первых, конкретно
мы ни чем таким не занимаемся. Мы охраняем. Патрульная служба, контрольно
пропускные структуры, отчасти строительство... А работают ученые. Главное,
я не понимаю, вам-то это зачем?
- Да затем, - не вытерпел Валера. - Что из-за их экспериментов часть
жителей в окрестностях вашей части чем-то облучилась, и теперь для них
остановилось время. Вот как вы думаете, какое сегодня число?
- Двадцать восьмое... - медленно сказал Орлов, странно глядя на Валеру.
- Во-во! Для вас - двадцать восьмое. А для нас с Женькой давно уже
тридцатое. А завтра будет тридцать первое. А для вас все будет двадцать
восьмое.
- Поймите! - подхватил Женя. - У нас десять тысяч зрителей в зале. Если
концерт опять не состоится, это будет просто катастрофа!
- Так-так, - вдруг бодро сказал Майор. - Я сейчас, - он встал и быстро
вышел из комнаты.
- Ты думаешь, они что-нибудь сделают? - с сомнением спросил Женя,
прихлебывая кофе.
- Конечно! - уверенно ответил Валера. - Видимо, они просто не знают, что
их эксперимент отчасти вышел из-под контроля.
Вернулся озабоченный майор.
- Вы понимаете, - сказал Валера, отрываясь от кофе.- Надо поскорее с этим
разобраться. Наверное, мы не одни пострадавшие. Очень может быть, что у
кого-то сорвались дела поважнее нашего концерта.
- С меня и концерта давольно, - горячился Женя. - Отправить бы этих
эксперементаторов на северный полюс. Пусть там эксперементируют с белыми
медведями...
- Конечно! - охотно поддержал Орлов, усаживаясь на свое место и закуривая.
- Отличная идея. Вы, главное не волнуйтесь. Все будет хорошо.
Дверь распахнулась, и в комнату стремительно вошел маленький строгий
старик в белом халате. За его спиной маячили четверо верзил с
невыразительными лицами и веревками в руках.
- Это еще что? - поглядев на майора, заиграл желваками Женя. - Вы за
идиотов нас принимаете?!
- Спокойно, молодые люди, - старенький врач профессионально держался от
них на безопасном расстоянии. - Давайте без шума пройдем в медпункт, и там
обсудим все ваши проблемы.
Он сделал знак санитарам, и те двинулись на Валеру с Женей.
- Ну уж нет! - Женя отскочил к стене и принял боксерскую стойку. - Мы
будем говорить только здесь.
Валера, пятясь от надвигающихся санитаров, встал рядом и попытался как-то
разрядить обстановку:
- Ребята, - страстно начал он. - Это недоразумение, майор неправильно нас
понял. Давайте спокойно поговорим, мы же все взрослые люди.
Не обращая внимания на его слова, один из санитаров схватил его за руку и
стал выворачивать ее за спину. Валера невольно вскрикнул от боли. Женя,
зло сощурив глаза, нанес санитару классический хук. Санитар словно
задумался на мгновение и рухнул на пол, закатывая глаза. Остальные трое
набросились на них.
Валера прижался спиной к стене и ожесточенно отпихивал их ногами, не
переставая кричать:
- Идиоты, мы совершенно нормальны!! Это все из-за ваших сволочных
экспериментов!
Женя же молчал, сосредоточенно нанося удар за ударом.
Старенький доктор спокойно смотрел на эту сцену, изредка укоризненно
покачивая головой. Майор же морщился и страдал.
Наконец, ребят повалили на пол и крепко скрутили веревками.
Доктор раскрыл саквояж, вынул разовые шприцы, наполнил их из десятикубовой
ампулы и по одному передал санитару:
- Ничего, это их успокоит.
- Мерзавцы, - зло сказал Женя. - Вы еще заплатите за это!
- Это вам даром не пройдет, - пробормотал, вырубаясь, Валера.
Сочувственно глядя на них, майор сказал:
- Какая жалость. Такие талантливые ребята...
Едва продрав глаза, Стасик прошлепал босыми ногами в угол, где на стуле
лежали его штаны и рубашка, и полез в карман.
Кошелек был на месте. Стасик дрожащей рукой расстегнул его, заглянул
внутрь и увидел сложенную вдвое пятитысячную купюру.
- Миленькая, - восхищенно сияя опухшим лицом, улыбнулся Стас. -
Розовенькая моя...
Он погладил ее пальцами и прослезился:
- Есть ведь Бог на свете, есть!
Он прошлепал к иконе и в пояс поклонился:
- Спасибо тебе, Господи, что вернул мне опять мою пятерочку!
Он утер набежавшую слезу и пошел на кухню.
Люба рубила капусту, по радио передавали "Кармен-сюиту".
Стас тихо подошел сзади и нежно поцеловал жену в шею.
Вздрогнув от неожиданности, Люба обернулась.
- Чего это с тобой, Стасик? - приятно удивилась она. - Напугал даже.
Стас снова поцеловал жену, на этот раз в губы.
- Вот, - сказал он, протягивая ей купюру. - Купи себе, что хочешь.
Люба растерянно посмотрела на него, перевела взгляд на "пятерку":
- Ой, правда?..
- Бери-бери! - довольно сказал Стасик и пошел в комнату. Там он достал
свадебный коричневый костюм и повесил его на створку шкафа.
Следом в комнату вошла Люба. Увидев его приготовления, она с удивлением
спросила:
- Куда это ты собираешься, Стасик?
- В церковь пойду, - поджав губы, ответил Стас.
Аккуратно завязав галстук перед зеркалом, выбритый и модно постриженный
Ботинкин небрежным жестом поддернул рукав пиджака и посмотрел на часы.
Удовлетворенно хмыкнув, Ботинкин, не торопясь отправился к окну. На улице
никого не было. Лужа под окном подрагивала под тяжелыми каплями дождя.
Ботинкин чуть передвинул бутылку "Амаретто" и коробочку "Моцарт Кюхель", и
вернулся к окну.
В конце улицы появился неторопливо бредущий Стас.
Он шел с просветленным лицом и смотрел на близкое небо, и поэтому не
заметил лужи под окном Ботинкина. Ноги его скользнули по грязи, и он упал
в лужу.
- Ах ты е... - начал было он, но вдруг остановил свою речь, улыбнулся и
тихо произнес. - Что же они никак не положат асфальт?.
Он встал, и хотел идти дальше, но вдруг вернулся, вырвал из забора у
Читковых две широкие доски. Из досок выложил мостик через лужу и, радостно
оглядев свою работу, быстро пошел к калитке дома номер 34.
Лишь только калитка за ним закрылась, с порога дачи 36 с искаженным лицом
выскочил Ботинкин и ринулся к луже. Он схватил доску и отшвырнул ее в
сторону. Посмотрел на часы и быстро обернулся: из-за поворота появилась
Аня.
- Черт... - сдавленно произнес Ботинкин и бросился назад за доской. Он
схватил ее и вернулся к луже. Аня как раз подошла.
- Ну какой же вы молодец! - сказала она благодарно. - Если бы не вы, я бы
наверняка здесь шею свернула...
-Ногу, - сердито сказал промокший до нитки Ботинкин.
- Идите скорее домой, вы совсем промокли, - сказала Аня, быстро переходя
лужу по доске.
Ботинкин стоял в луже, беспомощно глядя ей в след.
- Здорово, командир, - раздался за спиной знакомый голос.
Ботинкин обернулся. У дыры в заборе стоял, натянув на голову капюшон
плаща, здоровенный Читенок и пристально смотрел на него.
- Я помню... - уныло сказал Ботинкин. - Сегодня двадцать восьмое. Завтра я
вам заплачу за три месяца. Если хотите, сегодня. Только сейчас, ради Бога,
оставьте вы меня в покое.
- Ты, очкарик, зубы мне не заговаривай, - ухмыльнулся Читенок.- Ты зачем
это мой забор раздербанил? Давно по роже не получал?
Ботинкин растеряно топтался в луже.
- Короче, - Читенок сплюнул. - Чтобы через пол-часа штакет был на месте. И
смотри, брателла. Будет криво прибито - ночевать будешь в больнице.
Он отвернулся и ушел к себе на крыльцо, бормоча:
- Корячишься тут, как папа Карло, а потом всякое бабье по твоей работе
шлындрает...
Дверь за ним захлопнулась.
Валера и Женя лежали, привязанные к своим больничным кроватям крепкими
брезентовыми ремнями. Лица у обоих были подавленные, у Жени под глазом
красовался свежий синяк.
Дверь их палаты отворилась. Вошел щегольски одетый сухопарый мужчина с
густой седой шевелюрой. Его умное интеллигентное лицо украшали модные очки
с диоптриями. На плечи мужчины был небрежно наброшен белый халат. За ним
вился хвост ассистентов и студентов-практикантов.
- Здравствуйте, ребята, - добродушно поздоровался он. - Как вы себя
чувствуете?
- Доктор, - воззвал Валера. - Ради Бога, разберитесь! Мы с Женей абсолютно
нормальные люди! Вы же специалист, и должны отличать больных людей от
здоровых. Дайте нам, в конце концов, какие-нибудь тесты, или что там у вас
в таких случаях делается?
- Хорошо, хорошо, - успокаивающе поднял руку доктор. - Никто и не
собирается держать в диспансере здоровых людей, не волнуйтесь.
Женя, до сих пор хранивший презрительное молчание, сердито сказал:
- Тогда пусть нас развяжут, наконец, и дадут нормально поговорить с
нормальным компетентным человеком.
Доктор поднял руку, и ему тут же была вручена папочка с их "историями
болезни". Он мельком глянул на две странички текста и вернул папку
ассистенту.
- Ну-с, так что у вас за проблема?
- Нет у нас никаких проблем! - твердо сказал Женя, не давая Валере
раскрыть рот. - У нас все в порядке, выпустите нас отсюда.
- Ну, а вы как думаете? - обратился врач непосредственно к Валере.
- Понимаете, - начал проникновенно тот. - Мы попали в сложное положение:
завтра у нас концерт в Лужниках, но он снова сорвется...
- Почему же? - полюбопытствовал доктор.
- Ничего не говори, дурак! - грубо сказал Женя. - Он же нас здесь навеки
запрет!
- Не думаю, - рассудительно возразил Валера. - Он просто не сможет. Ты
разве забыл, что ровно в 12 ночи мы снова перенесемся в двадцать восьмое
число?
Женя неприятно засмеялся:
- Слышал, эскулап? Мы у тебя здесь только до 12-ти, понял?
- Женя, - укоризненно протянул Валера.
- Да ну его! - если бы Женя смог, он отвернулся бы сейчас к стене, но он
не мог, и поэтому только скорчил презрительную мину.
- Вот такая картина, - ничуть не обидевшись, повернулся к своей свите
доктор. - Мне знакомы подобные случаи, на следующей лекции не забудьте мне
напомнить, я разберу этот феномен группового помешательства.
Он посмотрел на часы и заторопился:
- Так, пройдемте дальше, друзья, пора заканчивать обход, а то вы не
успеете в метро на пересадку.
- Прощайте, - вежливо сказал Валера. - Только, если можно, пусть
кто-нибудь поправит на мне одеяло, у меня связаны руки.
Доктор снисходительно кивнул головой молоденькой высокой практикантке,
которая смотрела на него влюбленными глазами, и величественно удалился
вместе со всей свитой. Осталась только молодая практикантка. Она закрыла
дверь палаты изнутри и прошла к кровати Валеры, чтобы поправить одеяло.
- Как же вы так, ребята, милые? - сочувственно спросила она. - Я так люблю
ваши песни.
- Развяжи меня, я дам тебе автограф, - мрачно предложил Женя.
- А вы зря так с Игорем Васильичем, - мягко упрекнула она Женю. - Он
замечательный, невероятно талантливый психиатр! И прекрасный человек.
- Сколько времени? - неожиданно поинтересовался Валера.
- Двенадцать, - взглянув на часы, сказала девушка.
- Нет еще двенадцати, - спокойно возразил Валера. - У вас часы отстают.
- Откуда вы... - начала девушка и вдруг осеклась: оба пациента вдруг
исчезли, только ремни вяло покачивались, свисая с коек.
Девушка замерла на мгновение, затем лихорадочно похлопала по одеялу, где
только что лежал Валера и бросилась вон из палаты, торопливо стуча
каблучками.
Александр Читков по прозвищу Читенок стоял в тени высокого тополя на
асфальтированной площадке перед отделением милиции. Над входом в дежурную
часть горел яркий фонарь, облепленный ночнымим мотыльками.
Часы показывали без одной минуты двенадцать. Читенок нагнулся и поднял
камень, не сводя взгляда с секундной стрелки.
До полуночи оставалось тридцать секунд, когда он запустил тяжелый булыжник
в яркоосвещенное окно дежурки.
Раздался оглушительный звон. Из дверей выскочил лейтенант Некипелов, на
ходу расстегивая кобуру. Он увидел притаившегося за тополиным стволом
Читенка.
- Ах ты, сволочь! - заорал разьяренный лейтенант и бросился к Александру.
На крыльцо здания выскочил Пал Палыч Шило с бутербродом в руке.
- Не стреляй, Некипелов! - закричал он. - Это Читков!
Читенок рванулся прочь и выскочил на светлое пространство. Он ясно видел
бегущего наперерез ему Некипелова, когда все вдруг погрузилось во тьму, и
он с разбега влепился в стену.
С грохотом обрушилась вешалка с телогрейками и плащами, дверь
распахнулась, и в сени пролился свет из комнаты. Испуганная Чита стояла на
пороге:
- Сынок, что ты?.. Не зашибся?
Читенок встал, отряхиваясь. Поднял с полу кепку Стаса. Лицо его сияло.
- Все, мать, - сказал он твердо. - Собирай пожрать: я в город еду первой
электричкой.
Читенок сошел с электрички на перроне Казанского вокзала. С толпой
пассажиров он прошел на привокзальную площадь и остановился у телефонной
будки. На нем был серый костюм, шляпа и темные очки. В руке - небольшой
потрепанный чемоданчик. Он набрал номер, заглянув в записную книжку.
- Здравствуйте, - сказал он. - Аркадия можно попросить? Жареный? Здорово,
это Читенок. Как сам?.. Короче, Жареный, подтягивайся на три бана - базар
есть. Клей даю... Грандотель! Да, я на майдане у тошниловки.
Он повесил трубку и неторопливо двинулся по тротуару к павильену
закусочной.
Читенок пил пиво и ел чебурек, стоя у столика в летнем кафе. От толпы
отделился маленький толстый человечек в кепке и, подойдя к столику,
поздоровался с Читенком за руку. Читенок подвинул ему пиво и чебурек.
- Эк тебя разбуровило! Ты же в форточку не влезешь. По какой музыке теперь
ходишь? - спросил Читенок.
- Да здесь, на бану, углы верчу... - махнул рукой Жареный.- А ты, кричат,
в завязке?
- Бутылка. На халтай работаю.
- Ага. А что за клей-то? - поинтересовался Жареный, закуривая трубку.
- Тебе не кругло. Здесь на здюм не проканает. Третий нужен. Босой
откинулся?
- Откинулся, но зачалился по новой и качается в Ярославле. Красненькую
получил.
- Жаль. Ну а Хорек?
- Ссучился...- махнул рукой Жареный.
- Может, кто из твоих кентов?
- Есть один пацан... Здесь, на трех банах, тучу держит.
- А скипидарцем от него не попахивает?
- Да нет. Он тебе понравится.
- Ну, давай, бомби своему пацану.
- А стрелку где забить?
- Да надо бы, где понта побольше... Чтоб не определяться...
- Лужа подойдет?
- Яхши. В луже будет клейно.
Жареный и Читенок вылезли из такси около бассейна "Москва".
- Где твой пацан? - спросил Читенок, одевая темные очки.
- Вон он, - кивнул Жареный на высокого сутулого армянина лет шестидесяти.
- А он точно пацан? - с сомнением спросил Читенок.
- Пацан из пацанов. В третьем поколении.
Они подошли к армянину. Тот стоял, как бы не при чем.
- Здорово, Колючий. Знакомься - Читенок, - сказал Жареный.
Колючий и Читенок поздоровались за руку, и все трое зашли в здание
бассейна.
Одетая в плавки троица, щеголяя татуировками, спустилась в воду. Гуськом
они поплыли, отыскивая свободное место.
Посреди бассейна Читенок остановился, схватившись за поплавки ограждения
дорожки. Жареный с Колючим подтянулись и запыхтели рядом. Читенок
подозрительно огляделся и начал:
- Дело - грандотель! А, главное - отмазка железная.
- Ладно, не томи, - проворчал, отфыркиваясь, Жареный. - Дело говори.
В это время на бортике бассейна молодой накачанный парень поигрывал
мышцами, искоса поглядывая на парочку красоток в бикини, которые
заинтересованно поглядывали на него и о чем-то, смеясь, болтали.
Парень помахал руками, попрыгал на месте, потряс руками, затем ногами,
пружинисто подошел к краю бассейна и несколько раз глубоко вдохнул и
выдохнул. Снова покосившись на девушек, он наполнил мощную грудь воздухом
и красиво нырнул.
- Антикварную ювелирку на Маяковке знаешь? - спросил Читенок.
- Сало, - чуть не утонул Колючий. - Там Рябой спалился.
- Пятнадцать лет по кичманам кнацаю, а от шпаны почета не вижу... -
вздохнул Читенок.
Неожиданно между ними вынырнул накачанный парень, судорожно хватая ртом
воздух.
Читенок молча надавил ему на макушку, снова погружая в воду:
- Я вам говорю - грандотель!
- Да это же вломиться на тигрятник, - затороторил Жареный. - Через дорогу
- штаб омона. Только нырнем - в глухую дернут.
В этот момент атлет снова вынырнул, вытаращив от ужаса глаза. Жареный
опустил его обратно.
- Вола водишь, - мрачно сказал Колючий.
- Слушай, Колючий! - рассердился Читенок. - Ты что думаешь, я приехал сюда
за сорок верст, чтобы вешать тебе лапшу на уши? Да в конце концов - пацан
ты, или не пацан?!
- Пацан... - уныло сказал Колючий. - Просто не хочу искать у татарина
кобылу.
- Короче. Все отмазки - моя забота. Ваше дело - поднять за минуту все
голыши и рыжье с витрины. Успеете за минуту- будет дело. Не успеете - за
бугры поедем тридцатиметровую траву косить... А где этот фраер?
Он нырнул и вытащил за волосы полузахлебнувшегося атлета. Атлет вцепился в
ограждение, жадно хватая ртом воздух.
- Думайте, - сказал Читенок, оттолкнулся от поплавков и быстро поплыл
прочь.
Жиреный и Колючий с сомнением переглянулись.
- Решай, Колючий, - сказал Жареный.
Колючий отрицательно помотал головой:
- Сало... Пусть сам идет, ему качаться.
Валера встал с постели у себя на даче, быстро накинул халат и пошел к
двери. В коридоре он столкнулся с молчаливым сосредоточенным Женей. Женя
быстро собирал из холодильника еду в полиэтиленовую сумку.
- Ты что, проголодался? - спросил Валера.
- Собери быстро все деньги. Мы уезжаем.
- Куда?
- Делай, что тебе говорят. Хватит с меня психиатров! - Женя зло швырнул в
пакет колбасу и ушел на веранду.
Валера тихо, чтобы не разбудить сестру, прошел в ее комнату и взял из
секретера деньги.
"Восьмерка" пронеслась по ночному переулку.
- Куда мы едем? - спросил Валера.
- Не важно. Главное подальше. Попробуем выйти из зоны облучения, - ответил
Женя. Впереди была лужа напротив тридцать шестой дачи.
- Стас! - вспомнил Валера. - Он же тоже облученный! Возьмем его.
Женя резко затормозил перед домом Стаса. Валера выскочил из машины, кинул
в окно Стаса камешек. Стас открыл окно и высунулся.
- Здравствуй, Валера, - ласково сказал он. - Чего тебе?
- Собирайся. Уезжаем.
- Куда? - удивился Стас.
- Вояки поселок облучают. Уедем подальше, а там разберемся.
- Бог наш заступник, - сказал Стас. - Он нас в обиду не даст.
- Ты что - дурак? - расстроился Валера. - Какой еще Бог?
Стас закрыл окно.
Валера вернулся в машину.
- Ну, что он, едет? - спросил нервно Женя.
- Да нет. У него крыша поехала. Ударился в какие-то сопли...
- Ну, шут с ним. Поехали... - Женя выжал акселератор.
- Куда?
- В Магадан. Или, лучше - в Петропавловск. Это дальше.
- До полуночи не успеем. И неизвестно когда самолет.
- У тебя есть другое предложение? - усмехнулся Женя.
- Есть. Ты предлагаешь удирать по горизонтали. А я предлогаю - по
вертикали. Вниз.
Женя хлопнул себя по лбу и засмеялся.
- Молодец! - воскликнул он.
Ботинкин сидел у окна, напряженно всматриваясь в конец улицы. Он увидел,
что из-за поворота появился Стас. Сейчас же Ботинкин вскочил и, выбежав в
коридор, постучал на половину хозяев.
Дверь открылась, появился Читенок, загораживая широкими плечами комнату, в
которой Чита пересыпала сахар из мешка в банки.
- Чего надо?
- Саша, можно вас на минуту?
- Господи, да когда же здесь асфальт положат... - посетовал Стас и
приблизился к забору Читковых. Он взялся за широкую доску и рванул, что
есть силы.
Доска отлетела. В заборе образовалась брешь. В брешь просунулась голова
Читенка.
- Так-так, - сказала голова, усмехаясь.- Ну, хана тебе, браток.
Читенок протиснулся в узкое отверстие. Стас отскочил, треснул его доской
по голове. Доска переломилась. Он бросился бежать. Читенок оторвал от
забора другую доску и погнался следом за Стасом. Оба скрылись за
поворотом.
Аня появилась в конце переулка с зонтом и сумкой, дошла до лужи,
поскользнулась и упала. Ботинкин выбежал из дому, подхватил Аню и понес в
дом. Дверь за ними захлопнулась.
На крыльцо дачи напротив вышли молодожены в простынях.
- Вот дождь зарядил... - сказала Наташа. - Уже неделю льет.
- Ну и пусть льет. Мне он не мешает.
- И мне не мешает. Под стук дождя мне даже это больше нравится, - сказала,
улыбаясь, Наташа.
- Отличная мысль, - сказал Дима, обнял Наташу и повел в дом.
Владимир Маяковский ввздымал над площадью грубое каменное лицо. Мелькали
разноцветным неоном вывески и реклама, по кольцу и Тверской с зажжеными
огнями неслись автомобили.
Читенок неторопливо шел по тротуару, часто поглядывая на часы. Он подошел
к витрине антикварного ювелирного магазина, горящим взглядом обвел мягко
подсвеченные украшения из золота и серебра, лежащие на черном бархате.
Волшебно мерцали драгоценные камни.
Читенок с трудом оторвался от этого зрелища и огляделся по сторонам.
Внутри магазина он заметил вооруженного здоровенного ОМОНовца; на улице, в
тридцати метрах от витрины, были запаркованы две милицейские машины.
- Какие люди! - раздался вдруг за спиной грубый голос. - Картина Репина
"Не ждали"!
Читенок нервно обернулся.
За его спиной стояли двое мужчин. Один был маленький, толстый, с круглой
лысой головой. На нем был свободный светлый костюм. Рядом с ним стоял
затянутый в черную джинсу высокий татарин с орлиным профилем.
- А... - растерялся Читенок. - Пацаны... привет.
Он автоматически пожал им руки, нервно взглянул на часы. Было одиннадцать
пятьдесят семь.
- Слушай, Карась, у меня сейчас времени нет! - торопливо сказал Читенок. -
Вы идите, дело у меня...
- Что за дело? - насторожился толстый Карась и покосился на витрину
ювелирки. Его глаза блеснули пониманием. - Ух ты!.. Грандотель!..
Он шагнул к Читенку:
- Бери в долю, Читенок!
Читенок замахал руками:
- Да вы что, пацаны?!. Я уже всю работу спланировал! Беру товар и исчезаю,
понял? А вас повяжут, как фрайеров, век свободы не видать!
- За кого ты нас держишь, придурок? - стал наезжать Карась, алчно
поблескивая глазами. - Он, видишь ли, слиняет, а мы спалимся! Жаба давит?!
Они незаметно прижали Читенка к стене рядом с витриной.
- Пацаны, в натуре, - Читенок полоснул себе по горлу ребром ладони. -
Падла буду, спалитесь, тут же мусора кругом, охрана!..
- А ты? - зловеще сузил глаза Карась.
Высокий татарин вынул пружинный нож, пустыми глазами глядя на Читенка.
- Я... - суетливо оправдывался Читенок. - Я просто исчезну...
- Кончай базар, - тихо сказал татарин. - Кому ты вола водишь?!
Читенок взглянул на часы. Было 23 часа 59 минут.
Он махнул рукой:
- Хоп. Я вас предупредил, пацаны.
- Другой разговор, - заулыбался Карась.
Татарин спрятал нож в карман.
Читенок нагнулся, поднял стоявшую у витрины урну и с размаху треснул ею по
витрине. Посыпались осколки толстого витринного стекла.
Читенок молча нырнул в витрину, Карась и Татарин полезли за ним.
Патрульные милиционеры на некоторое время потеряли дар речи, увидев
беспрецедентно наглое ограбление. Такого им еще видеть не доводилось.
Первым опомнился сержант. Он схватил свой автомат и выскочил из машины.
Вслед за ним пришли в себя все остальные. Шестеро милиционеров, выставив
автоматы, окружили разбитую витрину. Прячась за припаркованными
автомобилями, они нацелили оружие в пролом.
Читенок вылез на тротуар первый и увидел нацеленные автоматы. За ним
появились Карась с Татариным.
- Ни с места! - скомандовал усиленный мегафоном голос. - Сопротивление
бесполезно!
Карась затравленно огляделся, отчаянно посмотрел на Читенка:
- Ну?!.
Читенок выхватил у него второй пакет с драгоценностями и пробормотал в
азарте:
- Ну, берите меня!
- Стоять! - ор
...Поділитися у соцмережах
