Жанр: Триллер
Племя тьмы
...нений не оставалось - чудовище намеревалось съесть
его.
И вдруг Буни почувствовал острую боль в животе. Он опустил вниз глаза. Тот,
второй, кто до сих пор держал его мертвой хваткой сзади, вытащил когтистую лапу из
тела и, освободив шею, выдохнул в самое ухо:
- Беги!
Повторять не пришлось. Не успел Пелоквин закончить свое превращение, как Буни
вырвался из объятий Джеки и бросился бежать. Он бежал, не разбирая дороги,
подгоняемый голодным звериным ревом и еще одним звуком, который тотчас же
послышался сзади, - топотом ног чудовища, пустившегося за ним в погоню.
Кладбище было похоже на лабиринт. Он бежал вслепую, с отчаянием бросаясь то
вправо, то влево, туда, где виднелся малейший просвет. Он не мог оглянуться на
своего преследователя, да в этом и не было необходимости. В ушах его все еще
звучали жуткие слова: "Ты не монстр. Ты мясо. Мясо для зверя". Эти слова пронзали
его насквозь, и боль была не сравнима ни с чем. Даже здесь, среди монстров, ему нет
места. Но тогда где же? Он бежал изо всех сил, как заяц от голодного волка, но вскоре
понял, что спастись ему не удастся.
Он остановился и оглянулся. Пелоквин был ярдах в пяти-шести от него. Тело его
все еще имело человеческие формы, а лицо уже окончательно превратилось в
звериную морду. Изо рта торчали белые клыки. Он тоже остановился, вероятно,
решив, что Буни достанет сейчас оружие. Но убедившись, что опасности нет, протянул
руки к жертве. Позади него показалась фигура Джеки, и Буни впервые получил
возможность взглянуть на этого человека... если это, конечно, был человек. На его
огромной шишковатой голове просматривались два обезображенных лица с
расплющенными носами, вытаращенными глазами, которые смотрели в разные
стороны, и одним большим зияющим ртом. Он что-то кричал Пелоквину, но тот не
обращал внимания. Его протянутые руки быстро превращались в мощные лапы. Еще
мгновение, и он бросился на Буни, подмяв его под себя. Сопротивление было бы
бессмысленным. Когти рвали куртку, добираясь до голого тела. Пелоквин поднял
голову и оскалился, а потом впился Буни в грудь.
Зубы были не очень большими, но их оказалось много. И сначала боль показалась
Буни не слишком сильной. Но когда Пелоквин отпрянул назад, вырывая из него кусок
мяса, Буни вышел из оцепенения и стал биться под тяжестью звериного тела, пытаясь
вырваться. Но Пелоквин, выплюнув обрывки кожи, снова наклонился над ним, и Буни
почувствовал на своем лице страшное дыхание с запахом крови. Он понял, для чего эта
передышка. Сейчас зверь начнет рвать его сердце и легкие. Не выдержав, Буни дико
закричал, и помощь подоспела. Пелоквин не успел перевести дух. Джеки схватил его
сзади и оттащил от добычи.
Затуманенными глазами Буни увидел, как его спаситель сцепился с Пелоквином и
между ними завязалась драка. Но он не стал дожидаться результатов сражения.
Прижимая рану на груди ладонью, он медленно поднялся на ноги.
Оставаться здесь было нельзя. Пелоквин, судя по всему, не единственный
обитатель этого места, который так жаждет человеческого мяса. Пробираясь между
могилами, Буни чувствовал, как со всех сторон за ним наблюдают другие людоеды и
ждут, когда он упадет, чтобы наброситься на легкую добычу.
Но он не падал, несмотря на ужасное ранение. Наоборот, в его теле появилась
какая-то сила, которую он не ощущал уже давно, с тех пор, как бросился под грузовик.
Сейчас сама мысль о самоубийстве казалась ему кощунственной. Ведь даже рана,
пульсирующая под его рукой, была живой и радовалась этой жизни. Боль утихла. На
смену ей пришло не онемение, как это обычно бывает, а необыкновенное ощущение,
сравнимое лишь с одним земным чувством, которое люди называют любовью. Ему
даже захотелось засунуть поглубже руку и потрогать свое сердце. Улыбаясь этим
безумным мыслям, он инстинктивно шел к центральным воротам кладбища. Но они
оказались заперты. Не раздумывая, он полез вверх, удивляясь легкости своих
движений. Спустившись на землю, он побежал вперед. Побежал не из страха, что его
могут преследовать, а окрыленный все тем же чувством радости - он жив!
Глава 6
Мидин был пуст, как и прежде. Дома, которые издали выглядели вполне добротно,
при ближайшем рассмотрении оказались довольно запущенными. Было видно, что
здесь давно никто не живет. Несмотря на то, что Буни по-прежнему пребывал в
возбужденно-приподнятом настроении, он все же опасался, что потеря крови может в
конце концов свалить его с ног. Нужно было обязательно перевязать рану, хотя бы какнибудь.
Рассчитывая найти более или менее подходящую ткань для перевязки, он
открыл дверь одного из домов и проскользнул внутрь. Буни и не подозревал, насколько
обострились все его чувства. Он без труда ориентировался в темноте, скользя взглядом
по разбросанным вещам, опрокинутой мебели. Все было покрыто толстым слоем пыли,
которую нанесло сюда из прерии сквозь щели и выбитые окна. В одном из углов ему
удалось найти кусок грязной тряпки. Прижимая рану в груди левой ладонью, он стал
зубами рвать ткань на полосы, придерживая ее свободной рукой.
Вдруг за его спиной раздался скрип. Выронив изо рта конец бинта, он оглянулся и
увидел в проеме открытой двери силуэт мужской фигуры. Лицо человека скрывала
темнота, но Буни сразу его узнал. Это был Декер. Он почувствовал запах его
одеколона, услышал биение его сердца... буквально ощутил его присутствие всем
своим существом.
- Ах, вот вы где, - сказал доктор.
На улице ждала вооруженная полиция. Обостренный слух Буни уловил
возбужденный шепот за дверью, клацанье затворов.
- Как вы нашли меня? - спросил он.
- Насколько я понимаю, Нарцисс, ваш больничный друг, подкинул вам эту идею?
- сказал Декер.
- Он умер?
- Боюсь, что это так. Пал в борьбе...
Декер перешагнул через порог.
- Вы ранены? - спросил он. - Что вы с собой сделали?
Что-то удержало Буни от объяснений. Может быть, он подумал, что Декер не
поверит ему, настолько немыслимым казалось все происшедшее с ним. А может быть,
он решил, что выяснение природы всех этих таинственных явлений не входит в
компетенцию доктора. Но, с другой стороны, кто же лучше него - психиатра -
сможет во всем разобраться? С кем, как не с ним, поделиться своим необыкновенным
открытием? И все же Буни колебался.
- Объясните мне, - снова сказал Декер, - откуда такая рана?
- Потом, - сказал Буни.
- Потом не получится. Вы, я думаю, понимаете это.
- Да ничего страшного, - сказал Буни. - Рана моя не смертельна. Во всяком
случае, чувствую я себя не так уж плохо.
- Я имею в виду не рану, а полицию. Они ждут вас.
- Я знаю.
- И конечно, не собираетесь сдаваться, не так ли?
Буни растерялся. Голос Декера всегда ассоциировался у него с чем-то очень
надежным, сильным, готовым защитить его в любую минуту. А сейчас от его слов
веяло смертью.
- Вы убийца, Буни. Страшный. Опасный. Я долго уговаривал их, чтобы мне
разрешили сюда войти.
- Рад, что вам это удалось.
- Я тоже, - сказал Декер. - Хотелось попрощаться с вами.
- Почему же в такой форме?
- Вы знаете почему.
Но он не знал. Зато был уверен в одном: Пелоквин говорил правду. "Ты не
монстр". Да, он не убийца. Он не виновен.
- Я никого не убивал, - тихо проговорил Буни.
- Знаю, - неожиданно ответил Декер.
- Вот почему я не мог ничего вспомнить, не узнавал этих комнат. Меня там
просто не было.
- Но потом вы вспомнили, - сказал Декер.
- Только после того... - Буни запнулся, глядя на мощную фигуру в иссинячерном
костюме. - После того, как вы показали мне...
- После того, как я внушил вам, - поправил его Декер.
Буни не отрываясь смотрел на него. Что это значит? Сам он не мог найти никакого
объяснения. Это был не Декер. Ведь доктор всегда олицетворял собой само
благоразумие, саму невозмутимость.
- В Уэстлоке сегодня погибли двое детей, - продолжал между тем доктор. -
Обвиняют вас.
- Я никогда там не был! - воскликнул Буни.
- Зато я был, - ответил Декер. И продолжил: - Я показал фотографии в
полиции. Убийства детей не простят. Так что лучше вам умереть здесь, чем попасть к
ним в лапы.
- Так это вы? Вы сделали это?
- Да.
- Вы убили всех этих людей?
- И не только этих.
- Но почему?
Декер подумал немного, а потом четко ответил:
- Потому что мне это нравится.
Он стоял в своем идеально сшитом костюме и казался совсем нормальным
человеком. Даже на лице его, которое Буни мог теперь видеть достаточно хорошо,
ничего не отразилось. Кому поверят - ему, грязному окровавленному шизофренику,
или чистому, ухоженному доктору, известному психиатру? Но внешность обманчива.
На Буни смотрел убийца, монстр, дитя Мидина, который принял обычный
человеческий облик, чтобы скрыть свое истинное лицо.
Его звериная сущность скрывается под маской спокойствия и рассудительности и
жаждет новых человеческих жертв.
Декер вытащил из внутреннего кармана пиджака пистолет.
- Они дали мне оружие, - сказал он. - На случай, если вы потеряете контроль
над собой.
Руки Декера дрожали, но с такого расстояния трудно промахнуться. Еще секунда
- и все будет кончено. Пуля вопьется в него, и он умрет. И сколько останется
нераскрытых тайн... Его рана, Мидин, Декер. Никто никогда не узнает обо всем этом.
Нельзя было терять ни секунды. Швырнув в Декера тряпку, которую он держал в
руках, Буни бросился к двери. Прозвучал выстрел. Когда Буни был у самого порога,
Декер выстрелил еще раз. Буни почувствовал резкий удар в спину и, теряя равновесие,
вылетел на крыльцо.
Сзади послышался крик Декера:
- Он вооружен!
Буни заметил притаившихся за машинами полицейских. Он поднял вверх руки в
знак того, что сдается, и хотел уже было крикнуть им, что невиновен. Но они видели
только его окровавленные ладони, и этого было достаточно. Раздались выстрелы.
Буни слышал свист летящих пуль - две слева, три справа и одна, направляющаяся
прямо в сердце.
"Почему они летят так медленно?" - успел подумать он. И в этот момент пули
достигли своей цели: бедро, пах, селезенка, плечо, шея и сердце. Он еще стоял
несколько секунд, а потом кто-то выстрелил снова. За ним остальные. На этот раз две
пули прошли мимо, а другие были посланы точно: живот, колено, грудь, висок. Буни
покачнулся. Падая на землю, он почувствовал, что рана, нанесенная ему Пелоквином,
пульсирует и бьется, как второе сердце. Это почему-то успокоило его. Ему даже стало
легче.
Где-то рядом послышался голос Декера и его тяжелые шаги.
- Наконец-то этот ублюдок попался, - сказал кто-то.
- Мертв, - подтвердил Декер.
"Нет, я жив", - мелькнуло у Буни в голове, и он потерял сознание.
Часть II
В царстве мертвых
"Тайны тоже рождаются, живут свой век
и умирают"
Из апокрифов
Когда Лори стало ясно, что Буни бросил ее, она, конечно, расстроилась. Однако в
будущем ей предстояло испытать еще худшее. Сначала этот телефонный звонок. С
Филиппом Декером она встречалась только один раз и узнала его голос только после
того, как он представился.
- Боюсь, у меня для вас плохие новости.
- Вы нашли Буни?
- Да.
- С ним что-то случилось?
Наступила пауза. Она знала, что сейчас скажет Декер.
- Он умер, Лори.
Так и есть. Она почти не сомневалась в этом. Слишком велико было ее счастье.
Оно не могло продолжаться слишком долго. Буни изменил ее жизнь до
неузнаваемости. Его смерть должна была сделать то же самое.
Лори поблагодарила доктора за то, что он сообщил ей обо всем сам, не дожидаясь
пока о случившемся ее известит полиция. Положив трубку, она отключилась от всего,
не в силах поверить в это несчастье.
Некоторые ее знакомые говорили, что такой мужчина, как Буни, никогда не стал
бы за ней ухаживать, если бы он был здоров. Они, конечно, имели в виду не то, что для
Буни из-за его болезни абсолютно все равно, с какой женщиной иметь дело. Просто у
него было такое лицо, что многие, особенно те, для кого внешность имела решающее
значение, считали: если бы этот человек был в своем уме, он бы несомненно
позаботился о том, чтобы рядом с ним находилась женщина не менее красивая, чем он.
Все эти замечания глубоко ранили сердце Лори. В глубине души она понимала, что в
чем-то ее друзья правы. Буни не обладал никаким состоянием, и единственным его
богатством была внешность. На него всегда смотрели с восхищением, и это
раздражало его. Не раз Лори опасалась, что он изуродует свое лицо, чтобы не
привлекать к себе внимание. К счастью, этого не произошло, но он полностью утратил
интерес к своему внешнему виду. По нескольку дней не принимал душ, неделями не
брился, по полгода не заглядывал к парикмахеру. И переубедить его было невозможно.
Лори перестала обращать внимание на колкости друзей. В разговорах практически
не упоминала о нем, только когда речь заходила о сексе. Да она всего-то три раза
переспала с ним. И каждый раз заканчивался бурной сценой. Она знала, что он
относится к ней трепетно и нежно и страстно желает всегда быть с нею рядом. Но он
просто не мог осуществить это и страшно злился. А иногда впадал в такую депрессию,
что ей приходилось на время исчезать из его жизни, чтобы не допустить самого
худшего.
Оставаясь одна, она часто думала о нем, мечтала о встрече. Но все ее мысли
сводились исключительно к сексу. Никаких романтических образов. Только она и Буни
в пустой комнате занимаются любовью... Иногда ей представлялось, как в дверь кто-то
стучится, кто-то хочет зайти и посмотреть на них. Но они никого не пускают. Он
принадлежит только ей, весь, целиком, со всеми своими достоинствами и
недостатками.
Но это были лишь мечты. А сейчас тем более. Их роман закончился, и вместе с ним
исчезло все - и черные дни, когда они ссорились каждую минуту, и те светлые
моменты, когда ей наконец удавалось найти для него слова утешения. Она, конечно,
была готова к неожиданному концу, но никогда не думала, что он будет именно таким,
что Буни окажется убийцей и сам погибнет в каком-то городе, названия которого она и
не слышала. Не так это должно было кончиться.
После телефонного звонка Декера ее допросили в полиции - знала ли она о
преступной деятельности Буни, не было ли актов насилия по отношению к ней. Она
без устали повторяла, что имела с ним только любовную связь и никакого насилия не
было. Краснея и запинаясь, рассказывала она об интимных подробностях их встреч, а
они молча обменивались понимающими взглядами, будто в чем-то подозревали ее. В
конце допроса ей предложили опознать тело. Лори согласилась, хотя ее и
предупредили, что зрелище не из приятных. Но она хотела попрощаться с Буни.
Однако произошло нечто невероятное. Тело исчезло.
Сначала ей долго не объясняли, почему опознание откладывается. Извинялись,
ссылались на какие-то сложности. Но потом вынуждены были сказать правду. Труп,
который был оставлен на ночь в полицейском морге, исчез. Никто не знал, как это
произошло - покойницкая была закрыта, следов взлома не обнаружено. И самое
главное: оставалось неясным - кому и зачем это могло понадобиться. Начались
поиски. Но, судя по поступающим сведениям, надежд отыскать похитителей
оставалось все меньше. Следствие по делу Арона Буни пришлось продолжить в
отсутствие его трупа.
Лори не могла найти себе места. Мысли о том, что Буни лишился последнего
покоя, что над его телом, возможно, надругались или сотворили нечто еще более
ужасное, преследовали ее день и ночь. Ее воображение рисовало страшные картины.
Она была в таком состоянии, что впервые в жизни испугалась за свой собственный
рассудок.
Буни и при жизни олицетворял собой некую таинственность, а его привязанность к
ней была вообще каким-то чудом, заставившим ее по-новому взглянуть на себя. Теперь
же, когда он умер, таинственность эта не исчезла, а приобрела совсем иноеГлава 8
Итак, они решили, что дальше отправятся вместе. Дорогу им объяснил владелец
ресторана, который приблизительно знал, где находится Мидин. Благополучно
добравшись до Шернека (город оказался гораздо больше, чем Лори его себе
представляла), они поехали дальше по старой, разбитой дороге, ведущей, судя по
всему, прямо в Мидин.
- Что вам там надо? - спрашивал их хозяин ресторана. - Теперь туда никто не
ездит. В городе никого нет.
- Я пишу статью о "золотой лихорадке", - ответила Шерил. - А она хочет
посмотреть достопримечательности.
- Да уж конечно! Там есть на что посмотреть, - с иронией заметил хозяин, и не
подозревая, что он не далек от истины.
Когда впереди показался Мидин, день клонился к вечеру, но дорога все еще была
залита ярким солнечным светом. Им даже показалось, что они прибыли совсем не туда.
По их мнению, город-призрак никак не мог иметь такой приветливый вид. Однако,
когда солнце скрылось и они оказались на пустынных улицах, настроение у них
изменилось.
"Как Буни попал сюда?" - подумала Лори, как только они въехали в Мидин. И тут
же ответила себе: "Нет, он пришел сюда не по своей воле. За ним гнались. И он
оказался здесь совершенно случайно".
Они остановили машину прямо посередине главной улицы, которая в сущности
была единственной в городе.
- И запирать не надо, - сказала Шерил. - Угонять некому.
Теперь, когда они прибыли сюда, Лори еще раз мысленно поблагодарила судьбу за
то, что она свела ее с Шерил. Ее оптимизм и чувство юмора были так необходимы в
этом мрачном месте.
О каких призраках тут может идти речь? Все здесь было таким реальным... И
впервые с того самого дня, когда Декер сообщил ей по телефону о случившемся. Лори
почувствовала настоящую боль утраты. Она представляла себе Буни, одинокого,
запутавшегося, который приполз сюда, чтобы спрятаться от своих преследователей.
Дом, где они пристрелили его, она нашла сразу. Отверстия от шальных пуль были
обведены мелом, на ступеньках крыльца еще сохранились следы крови. Она стояла
поодаль еще несколько минут, не в силах ни приблизиться к этому мрачному месту, ни
отойти от него. Шерил тактично оставила ее одну. Никто не мог помешать ей
проститься с тем последним, что осталось от Буни.
Она потеряла его навсегда, но слез не было. Возможно, она уже выплакала их все
там, у зеркала, в маленьком ресторанчике.
Сейчас Лори думала только об одном - как так могло получиться, что человек,
которого она любила и которому безгранично верила, погиб здесь, сраженный
полицейской пулей, а она никогда и не подозревала о его преступлениях. Может быть,
она не плакала, потому что злилась на него за это? Ведь, несмотря на свои заверения в
любви, ему удалось так много от нее скрыть. И не у кого теперь потребовать
объяснений. Неужели он мог уйти просто так, не оставив после себя ничего? Она
поймала себя на том, что пристально вглядывается в кровавые пятна на дощатых
ступеньках крыльца. Может быть, в них содержится какой-то ответ? Ведь даже
кофейная гуща на стенках чашки может сказать о многом. Значит, и последний след
Буни, оставленный им на этой земле, должен иметь какое-то значение. Увы, гадалка из
нее была плохая. Кровавые пятна хранили в себе много неразгаданного. И, пожалуй,
самое непонятное заключалось в том, что она вдруг, неожиданно даже для самой себя,
вслух произнесла:
- Я люблю тебя, Буни.
И почувствовала, что, несмотря на злость и смятение, она отдала бы все в этой
жизни только за то, чтобы он вышел сейчас из дома и обнял ее. Однако ничего не
произошло. А ей так хотелось хотя бы почувствовать на своей щеке его дыхание,
услышать его шепот. Но, видимо, смерть отняла у него все, не оставив даже призрака.
Кто-то позвал ее. Лори подняла глаза и увидела Шерил.
- ...Как ты думаешь? - послышались ее слова.
- Что? - не поняла Лори.
- Я говорю, не пора ли нам ехать? - повторила Шерил.
- Да...
- Видела бы ты, на кого похожа.
- Ничего...
Шерил взяла ее за руку.
- Ты ведь увидела все, что хотела.
- Да.
- А теперь пойдем.
- Ты знаешь, я до сих пор не верю, - сказала Лори, - даже стоя здесь и глядя на
это место. Не могу поверить. Неужели это все? Неужели никак нельзя попасть к ним,
увидеть их, коснуться...
- Кого?
- Мертвых. Если нельзя, тогда все бессмысленно, ведь правда же? Все так
бессмысленно жестоко... - Лори вырвала свою руку и потерла лоб кончиками
пальцев. - Извини, - сказала она. - Я, наверное, несу какую-то чушь?
- Честно? Есть немного.
Лори смущенно взглянула на подругу.
- Послушай, - сказала Шерил. - Этот старый город ничем нам не поможет.
Думаю, пора уходить отсюда, и пусть он стоит здесь, пока не развалится.
- Я бы не хотела этого.
- Знаешь... - начала Шерил.
- Что?
- Я не желаю больше оставаться в этой компании, - сказала она и быстро
добавила: - Я не тебя, конечно, имею в виду.
- Кого тогда?
- Ну этих... мертвецов.
- Каких мертвецов?
- Там внизу... это проклятое кладбище.
- Правда?
- Тебе в твоем состоянии не хватало только этого, - быстро заговорила Шерил,
но по лицу Лори поняла, что сделала ужасную ошибку, сказав ей про кладбище. - Ты
ведь не пойдешь туда? Не пойдешь?
- Только на одну минутку, - сказала Лори.
- Если мы не покинем это место сейчас же, то нам придется ехать назад в
темноте.
- Но ведь я больше никогда не вернусь сюда.
- Ах, да! Ты же должна осмотреть достопримечательности. Ну, конечно. Очень
интересно! Как там поживают мертвецы...
Лори слабо улыбнулась.
- Я быстро, - сказала она и пошла по улице в сторону кладбища.
Шерил в нерешительности смотрела ей вслед. Свитер остался в машине, а уже
становилось холодно. Но и оставаться одной на улице ей не хотелось. Все время, пока
они находились здесь, ее не покидало ощущение, что за ними кто-то наблюдает.
- Подожди меня, - крикнула она и догнала Лори, когда впереди уже виднелась
высокая кладбищенская стена.
- Почему оно такое большое? - спросила Лори.
- А кто его знает? Может, они умерли все сразу.
- Что ж, их было так много? Город-то небольшой.
- Правда...
- Посмотри, какие здесь гробницы.
- Ну и что?
- Ты заходила сюда?
- Нет и не горю желанием.
- Я недалеко...
Лори подошла к воротам и попыталась открыть их. Ей это удалось, и она
проскользнула на территорию кладбища. Шерил неохотно последовала за ней.
- Почему же их так много? - снова сказала Лори. В ее вопросе звучало не просто
любопытство. Она снова подумала о том, попал ли сюда Буни случайно или же Мидин
был его целью. Может быть, здесь похоронен кто-то, на чьей могиле Буни хотел
покаяться в своих грехах? Ей казалось, что, будь у нее возможность внимательно
осмотреть ряды этих могил, она смогла бы получить хоть какое-нибудь объяснение.
- Уже поздно, - напомнила ей Шерил.
- Да.
- И я замерзла.
- Замерзла?
- Давай уже пойдем, Лори.
- Ах, да... конечно. Становится темно, и все равно уже ничего не увидишь.
- Наконец-то ты это поняла.
Они пошли назад. Шерил почти бежала впереди. Когда они поднялись на холм.
Лори остановилась и в последний раз взглянула на кладбище. Отсюда оно напоминало
крепость. Может быть, эти высокие стены возвели для защиты от диких животных,
хотя в этом не было никакой необходимости. Умершие и так были надежно защищены
тяжелыми каменными плитами. Скорее всего эти стены служили границей между
миром живых и миром мертвых. За этими воротами земля была святой и
неприкосновенной. Она хранила память о тех, кто ушел из этой жизни. Как много
Лори хотела бы сказать им сегодня ночью! Как много бы хотела услышать! Жаль, что
это невозможно.
Она вернулась к машине. На душе у нее стало легче. Как только захлопнулись
дверцы и завелся мотор, Шерил сказала:
- За нами кто-то наблюдал.
- Ты уверена?
- Абсолютно. Я видела его, когда подошла к машине. - Она поежилась. -
Господи! Совсем закоченела.
- Как он выглядел? - спросила Лори.
Шерил пожала плечами.
- Не знаю. Уже было слишком темно. Да и какое это теперь имеет значение? Ты
правильно сказала - больше мы сюда не вернемся.
"Все верно", - подумала Лори. Они могут ехать по этой ровной дороге и даже ни
разу не оглянуться назад. Может быть, покойные жители города завидуют им сейчас,
находясь там, за своими крепостными стенами...
Гостиницу долго выбирать не пришлось. В Шернеке их было всего две. Первая
оказалась до отказа набита приехавшими на распродажу сельскохозяйственных машин
фермерами. Во второй, которая называлась "Свитграсс", тоже сначала сказали, что
мест нет. И если бы не обаяние Шерил, им пришлось бы ночевать на улице. В конце
концов нашелся один двухместный номер, не роскошный, но вполне приличный.
- Ты знаешь, что всегда говорила моя мать? - сказала Шерил, раскладывая в
ванной комнате туалетные принадлежности.
- Что?
- Она говорила: "Посмотри, Шерил, вокруг. Где-то рядом бродит твой мужчина и
жаждет встречи". Заметь, это были слова женщины, которая тридцать лет искала свой
идеал, да так и не нашла. Но она не изменила своего романтического убеждения. И
меня приучила думать так же, черт бы ее побрал.
- Да?
- Да. Я все ищу его. И знаешь, думаю, мать была права... Ты первая пойдешь в
душ?
- Нет. Иди ты.
В соседнем номере собрались на вечеринку. Сквозь тонкую стену слышались
музыка и смех. Пока Шерил принимала душ, Лори легла на кровать, пытаясь
осмыслить все происшедшее за день. Но Шерил вернулась очень скоро и, оторвав
Лори от раздумий, заявила, что собирается отправиться в город развлечься.
- Ты пойдешь? - спросила она.
- Я очень устала, - ответила Лори. - А тебе желаю хорошо провести время.
- Боюсь, здесь для этого мало возможностей, - печально сказала Шерил.
- Ничего, - успокоила Лори. - Ты отыщешь.
Шерил ушла. Лори попыталась задремать, но ее сон постоянно прерывался
веселым шумом из соседнего номера.
Она встала и решила принять ванну. Быть может, компания за стеной
утихомирится за это время. Погрузившись в горячую воду, она закрыла глаза и
почувствовала, как расслабляется все ее тело. Ничто не отвлекало ее, даже зеркала. Изза
отсутствия в ванной комнате конденсатора они сильно запотели. Как это было
кстати! Она слишком хорошо знала все свои недостатки. А их, по ее мнению, было
немало. Слишком тонкая шея, слишком узкое лицо, глаза огромные - тоже слишком,
маленький нос...
Получалось, что она вся состоит из одних недостатков, и любая попытка изменить
что-либо во внешности неме
...Закладка в соц.сетях
