Жанр: Сказка
Бирюлевские чудеса
... шагнула было к Джимми Евгения Петровна, но ее
перехватила Феня, сидевшая за первым столом.
- Евгения Петровна, у меня тоже готово! - протянула она свеженькую
ромашку, которую летом засушила между книжными листами.
- И у меня! - вскочила Ксюша с желтой кувшинкой в руках. Евгения
Петровна остановилась.
- Минутку, Джимми, - кивнула она, - сейчас я подойду.
И начала рассматривать работу девочек.
Джимми кивнул и сел на место, любуясь своим абрикосом.
- Джи, - дернул его сзади за свитер Вован, - дай посмотреть, а?
- На, - протянул ему абрикос Джимми, - только осторожно, не помяй,
пожалуйста.
- Класс! - Вован любовался нежным фруктом. - Прям, как только с ветки.
А запах!
Вован понюхал абрикос и закатил глаза.
- Ну все, давай обратно, - забеспокоился Джимми.
- Джимми, - Вован умоляюще посмотрел на него. - Можно, я кусну разик?
Ну, пожалуйста!
Джимми вздохнул. Он был добряк и никогда не мог никому отказать, когда
на него так смотрели.
- Только немножко, - шепотом разрешил он. - Женюшка еще не смотрела.
- Ага! - обрадовался Вован, - Я чуть-чуть, попробую только!
И с наслаждением впился в сочный плод. Мгновение - и он уже держал на
ладони только гладкую, тщательно обсосанную косточку и растерянно моргал.
- Вовка! - возмутился Джимми. - Ты же сказал: "чуть-чуть"!
- Джимми, я сам не знаю, как так получилось, - оправдывался Вован, - я
нечаянно!
- За нечаянно бьют отчаянно! Ты слопал, а мне двойку получать, да?!
- Что у вас, ребята? - подошла к ним Евгения Петровна. Взглянув на
косточку, она сразу все поняла.
- Не утерпел? - улыбнулась она, - Какую же мне теперь тебе оценку
ставить?
- Евгения Петровна, это не он, это я! - вскочил Вован, - Я нечаянно...
Взял попробовать, а он как-то раз - и сам съелся... - опустил он голову.
- Ну, раз он "сам съелся", значит, Джимми точно выполнил работу на
пятерку, что я могу еще сказать, - развела руками учительница.
На перемене Вован подошел к Джимми. Он все еще чувствовал себя очень
неловко.
- Джимми, ты не обижайся, а? - положил он ему на плечо свою пухлую
ладошку. - Ну, правда, я и сам не врубаюсь - как оно так получилось?
- Да ладно, - улыбнулся Джимми, - Нет проблем. Хороший эприкот был?
- Спрашиваешь! Я таких в жизни не пробовал! - расцвел Вован.
- Тогда хорошо, - засмеялся Джимми.
Вован тоже засмеялся. "Все-таки этот Крюгер - классный пацан", -
подумал Вован и решился.
- Слушай, Джи, - заговорил он таинственным шепотом, - ты секреты
хранить умеешь?..
После уроков мальчишки собрались у Вована и без лишних слов взялись за
дело. Приготовили чашки с мертвой и живой водой, еще раз проверили, как
работает инкубатор. Все было готово.
- Уф-ф, - перевел дух Вован, - Ну что, пацаны? Поехали?
- Давай, - нетерпеливо кивнул Герка.
Осторожно, словно в кипяток, Вован опустил яйцо в большую чашку с
мертвой водой. Все замерли. Сначала ничего не произошло. Яйцо спокойно
лежало на дне чашки и совершенно не изменялось.
- Ни фига не получается, - разочарованно вздохнул Вован. - Наверное,
раствор жидкий получился.
- Или на него уже ничего не действует, - отозвался Киль. - Ой, нет!
Действует! Правда, действует!
Наверное, раствор долго проникал в окаменевшие поры яйца. Но вот,
наконец, серый каменный цвет яйца начал понемногу изменяться. Скорлупа
побелела и стала зарастать, прикрывая выкрошенные места, сквозь которые было
видно, как наливается розоватым цветом тельце спящего динозаврика.
Наконец скорлупа полностью восстановилась, и яйцо стало ровным,
гладко-матовым.
- Так, хорош, - проговорил Вован и деловито выловил яйцо из чашки
суповой шумовкой. Дальше - как на уроке: ополоснуть материал и - в живую
воду.
- Парни, а сколько времени в живой воде его держать надо? - спросил
вдруг Джимми.
- А кто его знает, - пожал плечами Вован. - В мертвой воде мы его
сколько времени держали?
- Одиннадцать с половиной минут, - ответил Киль, - я засек.
Решили, что в живой воде яйцо надо держать столько же. Эти одиннадцать
с половиной минут все просидели как на иголках. Наконец, изнемогая от
нетерпения, Вован выловил яйцо из чашки и радостно выдохнул:
- Пацаны, получилось!
- Точно?! - вскочили все.
- Точно! Оно... теплое, пацаны!
Джимми завопил: "Й-й-е-хааа!" и встал на голову. Герка восторженно
влепил Килю тумака между лопаток, Киль ответил ему тем же. Один Вован вдруг
стал серьезным.
- Ну ладно, ладно, разгалделись, - проворчал он, укладывая яйцо в
инкубатор, и заботливо укутывая его ватой. - Тише вы, а то вылупится псих
какой-нибудь...
Еще раз полюбовавшись яйцом, ребята разошлись. Теперь оставалось только
ждать.
Всю следующую неделю друзья изнывали от нетерпения. Не успевал Вован
войти в класс, как его тут же окружали ребята.
- Ну как? - теребил его Киль. - Живой еще?
- Да живой, живой, - успокаивал Вован. - Уже скребется потихоньку.
- А может, расковырять скорлупу? - беспокоился Герка. - Как бы не
задохнулся он там, в скорлупе-то...
- Пупок свой поковыряй! - сварливо отозвался Вован. - Придумал тоже!
Когда надо будет, он сам ее расковыряет. И не задохнется, не бойся - в
скорлупе поры есть. Ну, такие дырочки специальные, малюсенькие. Через них
воздух проходит, пока он спит там.
- А если он без тебя вылупится? - спросил Джимми. - Никуда не убежит?
- Да не должен, - пожал Вован плечами. - У инкубатора стенки высокие.
Ох, пацаны, у меня душа не на месте прямо. Сижу, а сам только и думаю - как
он там? - признался он.
- Слушай, а если тебе больным прикинуться? - предложил Герка, -
Посидишь дома недельку, а там и он вылупится. Знаешь, как это делается?
Берешь градусник, кладешь его на батарею...
- Да щас! - возмутился Вован. - Мой папец знаешь, как все болячки
лечит? Как прилепит горчичники - будто на сковородке сидишь! Лучше уж в
школу ходить.
После уроков ребята опять собрались у Вована и обступили инкубатор. Не
дыша, смотрели на гладкое яйцо и чутко прислушивались. Вован солидно вставил
в свои похожие на пельмешки уши трубочки фонендоскопа и приложил его к боку
яйца.
- Сейчас скажет: "Дышите, больной..." - прошептал Киль на ухо Джимми.
- А ты не дразнись, - сердито буркнул Вован, - На, сам послушай.
Киль надел фонендоскоп и прислушался. Почти сразу же услышал легкое
царапанье и постукивание, словно динозаврик старался выбраться наружу из
тесной скорлупы.
- Здорово! - произнес он восхищенным шепотом. - Кто следующий?
И передал фонендоскоп Герке. Тот по очереди надел фонендоскоп на каждую
голову, внимательно послушал.
Джимми терпеливо ждал своей очереди, но, наконец, не выдержал.
- Гер, ну скоро ты? Я тоже хочу слушать... Оу! - вдруг воскликнул он.
Все внезапно услышали отчетливое "тюк!" и увидели, как бок яйца
пересекла неровная трещина. А еще через мгновение яйцо с легким треском
развалилось на две половинки, и между ними остался лежать, смешно перебирая
лапками, нежно-зеленый динозаврик размером с хомячка.
От неожиданности все просто потеряли дар речи и только во все глаза
смотрели на блестящего зеленого малыша. Первым пришел в себя Киль.
- Эй, - шепотом позвал он. - Привет, парень!
Джимми счастливо улыбался во весь рот.
- Хэппи бездэй ту ю,
Хэппи бездэй ту ю...
Хэппи бездэй, диа Динни,
Хэппи бездэй ту ю... - вдруг тихонько пропел он.
- Как ты его назвал? - переспросил Киль. - Динни?
- Ага... Ну, маленький динозавр.
- А что, подходящее имя - а, парни? Привет, Динька!
И динозаврик, повернув к Килю свою лобастую мордочку, вдруг широко
зевнул, показав розовый язычок.
- Смотри-ка: отзывается! - восхитился Герка и умиленно сделал Диньке
"козу": - У-тю-тю-тю!
- Ну ладно, хватит, - проворчал Вован, - тютюкать все мастера, а
кормить кто будет? Короче, я пошел за чайником, а вы доставайте пока все его
прибамбасы.
И Вован удалился на кухню.
Достали припасенные заранее бутылочку с соской и коробку сухой молочной
смеси "Малыш", развели, измерили температуру.
- Вроде бы нормально, - оценил Киль.
- Ну что, братец-кролик, кушать будем? - и он осторожно сунул соску
Диньке под нос.
Динька с любопытством понюхал соску, потом сел на хвост, ухватил соску
передними лапками и принялся жевать ее, аппетитно причмокивая.
- Ну вот, - опешил Вован, - Даже лопать нормально не умеет. Эй, братан!
Эту штуку сосать надо, понял? Вот так: мцу-мцу-мцу... - громко пососал он
свой толстый палец.
Динька покосился на него, но жевать не перестал - ему это занятие явно
понравилось. А когда Киль попытался вытащить соску у него изо рта, капризно
запищал и ухватился за соску покрепче. Киль почесал затылок.
- Вот вцепился, елки... Слушай, Гер, вы с ним вроде бы дальние
родственники, так? Чем тебя мама кормила, когда ты совсем маленьким был?
- А я помню? - пожал Герка плечами. - Давно это было...
- Пацаны, я в книжке читал, что хищные динозавры на двух ногах ходили,
а травоядные - на четырех, - сказал Вован. - А наш на скольких ходит?
- Да как-то непонятно, - внимательно разглядывал малыша Джимми. -
Сначала вроде бы на четырех стоял, а сейчас на двух сидит...
А Динька словно и не спал миллионы лет - весело жевал соску и не
обращал внимания на озабоченных ребят вокруг себя. Наконец он наелся, сладко
зевнул и принялся устраиваться в гнезде из ваты.
- Надо же: столько лет проспал - и не выспался! - весело удивился Киль.
Ужасно не хотелось расставаться с Динькой, но пора было бежать по домам
- незаметно приближалась весна и ночи становились все короче.
- Ты уж смотри за ним, - беспокоился Киль.
- Лампу пока не выключай, простудится еще... - вторил ему Герка.
- Да что я - совсем лопух? - обиделся Вован.
- Все в порядке будет, не переживайте, - и аккуратно подвинул горшок с
геранью, чтобы свет от лампы не бил в глаза малышу.
Когда Вован на следующий день появился в классе, то стало ясно, что в
порядке не все. Вид у него был и угрюмый, и сконфуженный одновременно. Он
молча сел на свое место и начал возиться с замком своего портфеля, не глядя
по сторонам.
- Вован, что случилось? - встревожились ребята и мигом обступили его. -
С Динькой что-нибудь?
- Да в порядке ваш Динька, - буркнул Вован. - Что с ним случится?
Миллион лет продрых и не почесался... И опять спит, как пожарник.
- А ты чего такой кислый? - спросил Герка.
Вован шумно, как бульдог, вздохнул и опустил голову.
- Папец наехал... - наконец, признался он.
- Что, за Диньку? - всполошились ребята. - Увидел?
- Увидел... Я из ванной выхожу, слышу - мамка в комнате визжит. Она в
комнату ко мне зашла, а Динька проснулся и герань обгрызает. Она не
врубилась, думала - лягушонок какой-то. И кричит отцу: выкинь. Я подбежал,
сказал, что фиг - мне его дали для живого уголка выращивать. А тут папец
пришел. Посмотрел на Диньку и сразу все просек.
- И что?! - подскочил Джимми.
- Ну, что... Сказал, что мы - балбесы. За то, что яйцо без спросу взял
- ничего, не ругался. Говорит, что мы о будущем не думаем. Я ему объясняю -
мол, бизнес делать можно будет, а он засмеялся. Говорит: "Какой бизнес - дай
бог, чтобы он на глаза никому не попался. А вырастет он - где его держать?
Кормить чем, если он вымахает ростом с кинотеатр? Да ни один зоопарк даже не
примет". Вообще-то он прав, пацаны, - вздохнул Вован, - чего-то мы не
продумали с этим Динькой...
Все задумались. Пока возились с живой водой, оживляли яйцо, - все было
похоже на и на увлекательную игру, и на научный опыт. Но вот появился живой
малыш Динька, и все стало совсем не шуточным делом.
- Надо с Женюшкой посоветоваться, - нарушил общее молчание Киль, - она
добрая, ругаться не будет. И умная - может, посоветует что-нибудь.
- А о чем это вы шепчетесь? - подскочила к ним Феня. - Секретничаете,
да? А мне расскажете?
- Потом расскажем, ладно? - ответил Джимми. - Не сейчас, Феня. Не
обижайся, пожалуйста.
От такого вежливого ответа Феня даже растерялась. Ну, Крюгер всегда был
вежливым, но и остальные ребята сидели притихшие и необычно задумчивые,
такие не похожие на себя.
- Мальчишки, - обеспокоилась Феня, - Что случилось, а?
Ребята каменно молчали и отводили глаза в сторону.
- Да что с вами такое? - Феня уже всерьез испугалась. - Девочки, идите
сюда!
- Чего натворили? - посмотрела Светка на ребят. - Герка, выкладывай.
- Да ничего мы не натворили! - возмутился Герка. - Чуть что - сразу:
"Герка"! Опыт мы провели, понятно? Научный.
- Что за опыт? - живо переспросила Светка. - А-а, понятно: ты все хотел
сделать так, чтобы зимой в сутках на два часа больше было, а то ты все никак
не высыпаешься, засоня.
- Сама ты засоня! Вов, расскажи им! Чего уж...
Вован рассказал. Про яйцо, про живую воду, про инкубатор. И про
потешного бестолкового малыша Диньку, который никак не научится сосать
соску. Девочки слушали с раскрытыми ртами.
- Ой, мальчишки... - прошептала Ксюша, - Правда, что ли?
- А ты как думала...
- Вот это да... - восторженно прошептала Юля, глядя на Вована во все
глаза.
- А почему меня никто не встречает? Чем это мы так заняты? Кто сегодня
дежурный? - ребята даже не заметили, как в класс вошла Евгения Петровна.
- Ой здрасьте Евгеньтровна извините я дежурная Вы знаете мальчишки из
яйца динозавра вывели он такой смешной соску сосать не умеет а папа его
наругал! - протараторила Ксюша.
- Что-что?! - испугалась Евгения Петровнаю. - Я ничего не понимаю.
Какое яйцо? Какой динозавр? За что его папа наругал?
- Ой, да не его, а Вову Медынского! За яйцо! Ну, не за само яйцо, а за
динозавра! - Ксюша явно досадовала, что учительница была такой непонятливой.
- Подожди, Ксюша, не тараторь, пожалуйста. Ребята, кто-нибудь объяснит
мне внятно - что же все-таки случилось?
- Я объясню, - со вздохом поднялся Вован.
...Евгения Петровна слушала внимательно, не перебивая. Только иногда
она от волнения забывалась и начинала совсем по-девчоночьи покусывать ногти.
- Ну вот... А теперь папа говорит: "Думай, что со зверем делать, после
школы скажешь", - закончил Вован и опустил голову.
Евгения Петровна прижала ладони к щекам и покачала головой.
- Ох, мальчишки, мальчишки, - тихо проговорила она, - натворили вы
дел... Ну разве так можно?
- А что мы такого натворили? - хмуро спросил Киль. - Ну, вывели Диньку
- так что страшного? Не прокормим, что ли?
- Да разве в этом дело? - Евгения Петровна устало села на стул. - Ну,
вы сами подумайте: проснулся ваш малыш - а кругом совсем-совсем другое
время! Ни мамы рядом нет, ни папы, ни таких же динозавриков. В его время
даже снега не было - как он на улицу выйдет? А вырастет он - где он себе
подружку искать будет?
- Ой, что это я говорю! - спохватилась она и покраснела.
- Евгения Петровна, - после некоторого молчания подал голос Джимми, - а
может быть, не все так страшно? Конечно, когда мамы нет - это очень плохо.
Но я читал, когда утята не видят ни разу утку, они думают, что их мама -
любой предмет, который двигается. Мячик, например. Ученые катали мячик, а
утята за ним бегали, как за мамой. Если мы его будем любить, ему не будет
плохо, я так думаю. И снег - не страшно. У меня дома в Алабаме тоже нет
снега, а я привык. Я теперь даже люблю снег, правда!
И тут все разом загалдели, словно плотину прорвало:
- Да Вы не бойтесь, мы его в обиду не дадим! - вскочил Киль.
- Мы ему свитер свяжем! - вторила ему Ксюша. - Я умею!
- Женя, да если что, так мы его к нам в Горки забрать сможем, правда
же? - взмолилась Светка. - Вместе с козой жить будет! Ну, Же-ня-а!
- Какая я тебе Женя? - растерялась учительница. - Ну-ка, тише!
Все замолчали, но уже было ясно - Диньке ничего не грозит.
- Знаете, ребята, - Евгения Петровна задумчиво посмотрела на притихший
класс, - жил когда-то во Франции один очень хороший человек, звали его
Антуан де Сент-Экзюпери. Он был летчиком, а еще писал замечательные книги. В
одной из его книг маленький лисенок говорит очень правильные слова: "Мы в
ответе за тех, кого приручили". Понимаете? Никогда нельзя относиться к
живому существу так, как к игрушке, которой сначала рады, а потом она
надоедает, и ее могут выбросить или забыть.
- Ну, Вы и скажете тоже! - обиделся Вован. - Да что мы - совсем
бестолковые, что ли? Да мы с этим Динькой столько провозились - он же нам
как родной стал. Как это он нам надоесть сможет?
- Не обижайся, Вова, и пойми меня правильно, пожалуйста. Я рада, что вы
уже стали старше и умеете отвечать за свои поступки. И все-таки, в следующий
раз, когда вы решите разводить в нашем пруду тигровых акул или слетать на
выходные на Луну, посоветуйтесь сначала со взрослыми. Со мной, или с
родителями. Обещаете?
Все облегченно засмеялись. Скажет тоже - акул разводить! В пруду им
места маловато будет. Хотя, если подумать, что-то в этом есть... Акулы ведь
лопают все подряд. Переселить на время из пруда русалок, запустить туда акул
- да они за неделю весь пруд от мусора очистят. А потом их в другой пруд
запустить, пусть его очищают.
Евгения Петровна заметила, как загорелись новой идеей глаза у
мальчишек, и испугалась:
- Мальчики, не вздумайте! Я пошутила! Давайте думать, что с Динькой
вашим делать будем. Вы мне его хоть покажете?
- Конечно! - расплылся в улыбке Вован. - Пойдемте к нам после уроков,
посмотрите, какой он классный!
Когда после уроков все пришли домой к Вовану, Динька не спал. Он уже
вполне освоился с окружающим миром, объел все листья в цветочных горшках и
теперь увлеченно гонял по полу блестящий патрончик губной помады. Рядом
валялась раскрытая мамина косметичка с рассыпанным по полу содержимым.
Увидев ребят, Динька обрадовано заверещал и тут же напустил на паркет
лужицу. Так запросто, словно обыкновенный котенок.
- Э, братан, ты чего хулиганишь? - шутливо рассердился Вован. - Теперь
в памперсы тебя одевать прикажешь?
Девочки тихонько повизгивали от восторга и умиления, наперебой тиская
бедного динозаврика. От такой суеты Динька недовольно запищал и начал
вертеться, стараясь освободиться.
- Девочки, девочки, - осторожней! - Евгения Петровна взяла Диньку на
руки.
- Что, напугали маленького? Не бойся, мы тебя не обидим, мы тебя любить
будем, - заворковала она, поглаживая его пальцем по блестящей спинке.
На руках у учительницы Динька сразу успокоился и потянул в рот тесемку
ее блузки. Пожевал ее немного, устроился поудобнее, закрыл свои блестящие
глазки и сладко засопел, не выпуская тесемки изо рта.
- У, изменщик, - ревниво проворчал Вован. - Родных отцов, можно
сказать, забыл. Не стыдно?
- Не обижайся, Вова, - шепотом, чтобы не разбудить малыша, проговорила
Евгения Петровна. - Он же еще маленький. А вас он все равно больше всех
любить будет.
Она осторожно уложила Диньку в его ватное гнездо и все на цыпочках
вышли из комнаты.
Динька был маленьким, а хлопот доставил всем очень много. Евгения
Петровна достала книгу "Содержание рептилий в домашних условиях" и Киль с
Джимми смастерили большой террариум с горячей лампой, маленьким бассейном и
песчаным берегом. Вовану пришлось перечитать кучу книг по зоологии: не дай
бог, заболеет Динька - к какому ветеринару его понесешь? Девочки связали
Диньке теплый комбинезон, а Герка с помощью папы сшил ему мягкие и удобные
мокасины. Правда, эта одежка лежала пока без дела - решили пока не рисковать
и до весны малыша на улицу не выводить.
- У-ф-ф! - отдувался Вован, занимаясь приготовлением обеда для Диньки.
- Маленький, маленький, а напряг всех - будь здоров!
- Терпи, - улыбался Киль, - раз вывели...
- Да я ничего... Только он иной раз таким поросенком становится, в
натуре! Ну, ты прикинь: не все подряд ест, а что повкуснее выбирает. И
чихать он хотел, что ему рыбий жир лопать надо, чтоб рахитом не заболел - не
нравится, и все! Уговаривай, не уговаривай - весь визгом изойдется, а ни
ложки не проглотит. Маленький, а вредный, блин...
Скоро у Диньки прорезались острые зубки, и выяснилось, что он обожает
все, что хрустит - редиску, салат, морковку, болгарский перец. И что
удивительно - он оказался ужасным любителем мексиканских сериалов. Стоило
появиться на экране телевизора какой-нибудь сеньорите Марии или дону
Леонсио, как Динька живо вскарабкивался на колени к маме Вована и сидел там,
не выпуская из лапок морковки и не отрываясь от экрана. Переключить
телевизор на другой канал было в это время совершенно невозможно - капризный
Динька начинал верещать так, что тихонько звенели хрустальные висюльки в
люстре. За это папа Жора дал ему прозвище "Дон Педро", на которое Динька
охотно откликался.
Глава третья
Тихо и неторопливо, словно ленивая грязноватая кошка, в Бирюлево пришла
весна - серая и тягучая, как сырая резина. Глухая пелена облаков плотно
закрыла небо и уже больше месяца ни на минуту не пропускала ни солнечные
лучи, ни блеск звезд. И дожди, дожди - нудные, унылые, словно на дворе
стояла поздняя осень.
Ребята приходили в школу кислые, полусонные, даже на самых интересных
уроках рассеянно поглядывали в окно и безудержно зевали. Евгения Петровна
вздыхала, называла их "авитаминозниками" и на больших переменах раздавала
разноцветные горошины "клюковита". Витаминки были вкусные, кисло-сладкие,
Евгения Петровна готовила их сама вместе с бабой Егоровной из разных лесных
ягод. Положишь такую горошинку за щеку - и даже в носу начинает легонько
покалывать от ароматов клюквы, черники, земляники, лесных трав. Но даже
замечательные витаминки не радовали, а еще больше дразнили своими волшебными
летними запахами.
Сидя на уроке труда, ребята вышивали крестиком маленькие одноместные
коврики-самолетики. Для такой работы нужны старание и терпение. А еще -
большое внимание, потому что иголку надо втыкать очень осторожно, стараясь
не задеть нитей ковра. А не то он может обидеться за неаккуратные уколы и
тогда придется его долго успокаивать и гладить ладошкой, словно маленького
капризного щенка - иначе коврик может напрочь отказаться летать, и толку от
него будет не больше, чем от обычной салфетки... Орудуя иголками, ребята
сосредоточенно сопели и вяло, вполголоса, капризничали.
- Больно нужен этот каменный век! - вредным шепотом проговорила Светка,
посасывая уколотый палец. - Моя метла в сто раз лучше.
- А мне так он вообще ни к чему, - отозвался Герка. - Что у меня -
крылья отсохли? Возись тут со всякими тряпочками...
- А ну-ка, не ворчите, - погрозила им пальцем Евгения Петровна. - Я все
понимаю, но программа для всех одна, так что будьте добры. И не забывайте,
что скоро я буду выставлять вам оценки за четверть.
Герка не стал спорить - тем более, что вышивание своего коврика он уже
закончил и ворчал просто так, из-за кислого настроения. Над рисунком он не
стал долго мудрить - просто вышил на голубом фоне расходящиеся солнечные
лучи, а в центре вышил серебряный пропеллер: получился отличный флаг
военно-воздушных сил. Герка с гордостью осмотрел свое творение и посмотрел,
как идут дела у соседей - сразу в три стороны.
Джимми старательно вышивал на коврике веселого Микки-Мауса с ушами
размером с крылья летучей мыши. Заметив внимательный Генкин взгляд, Джимми
улыбнулся, и повернул рожицу Мауса в его сторону.
- Хорошо? - спросил он.
- Здоровский парень, - похвалил Генка. - В десантные войска бы
такого...
- Почему в десантные? - не понял Крюгер.
- А такому бойцу и парашют не нужен - если что, на ушах спланирует.
Джимми хихикнул и принялся вышивать роскошные белые перчатки Мауса.
Славка тем временем рассматривал работу Вована. Тот вышивал своего любимого
Диньку. Динозаврик получился немного кривобоким, но все равно симпатичным.
Вован критически оглядел свой труд и довольно улыбнулся.
- Ну, как? - гордо глянул на Славку.
- Класс! Самого Диньку на ковре прокатишь?
- Да щас! Он высоты знаешь, как боится. Вынесешь его на балкон воздухом
подышать, так он только вниз глянет - так все! Сразу визжать начинает, как
поросенок, и лапами вцепится так, что не оторвать. И чего он трус такой
растет? - сокрушенно вздохнул Вован.
- Может быть, еще привыкнет... - успокоил его Славка.
А Ромка, вытянув шею, пытался заглянуть через плечо сидевшей впереди
Ксюше. Ксюша заметила это и стала заслонять свой коврик то ладошкой, то
плечом. Любопытный Ромка совал свой нос то справа, то слева. Наконец, Ксюша
не выдержала и заявила голосом отпетой ябеды:
- Евгения Петровна, а Герка у меня списывает!
- Кто списывает?! - хором возмутились Генка и Славка, повернувшись к
ней. - Чего тут списывать-то!
- Ну, не списывает, а... Ну, я не знаю, как правильно сказать. Скажите
ему, пусть он мне под ухо не сопит!
- Ой-ой-ой, больно надо! - презрительно фыркнул Ромка. - Да у меня уже
готово все - во, смотри!
Герка гордо развернул свой коврик и посмотрел (с трех сторон) на коврик
Ксюши, на котором сияло яркое солнце, и летела белая голубка.
- Это еще кто у кого списывал! - воскликнул он, - Евгения Петровна,
смотрите, она сама у меня все скатала! А еще ябедничает, елки!
- И ничего я не скатывала! - взвилась Ксюша. - Сам ябеда!
Евгения Петровна посмотрела на их работы и улыбнулась.
- Гера, ты напрасно возмущаешься, уверяю тебя. Да, ваши вышивки немного
похожи, ну так и что с того? Ведь работали вы сами. Ой, ребята, - она
посмотрела на коврики остальных учеников. - Что-то много похожих рисунков у
вас. Вы что, сговорились? Или, в самом деле, друг к дружке заглядывали?
Все дружно завертелись, сравнивая свои работы. Что за чудеса! Солнце
...Закладка в соц.сетях
