Жанр: Сказка
Приключения мурзилки
Борис Карлов
ГАЗЕТА
КНИЖНАЯ ПРАВДА
ПРЕДСТАВЛЯЕТ:
УЧЁНЫЙ-ЖИВОДЁР СТАВИТ БЕСЧЕЛОВЕЧНЫЕ ОПЫТЫ НАД ДОМАШНИМИ ЖИВОТНЫМИ.
ЧУДОДЕЙСТВЕННАЯ ВАКЦИНА НЕ ДОЛЖНА ПОПАСТЬ В РУКИ ТЕРРОРИСТОВ, КОТ-УБИЙЦА НАВОДИТ
ПОРЯДОК, МИЛИЦИЯ ПОДОСПЕЛА ВОВРЕМЯ.
ДЕТИ ЗАБЛУДИЛИСЬ В ЛЕСУ, МЕХАНИЧЕСКАЯ СОБАКА ИДЁТ ПО СЛЕДУ.
СТАЯ ВОЛКОВ И ЛЕСНАЯ НЕЧИСТЬ ПРОТИВ ОДНОГО РАЗБУЖЕННОГО МЕДВЕДЯ.
КВАРТИРНЫЙ ВОР УГРОЖАЕТ СУЩЕСТВОВАНИЮ РЕДАКЦИИ, СПАСТИ ПОЛОЖЕНИЕ МОГУТ ВОЛШЕБНЫЕ
ПРИЧИНДАЛЫ.
ЖИЗНЬ И СВОБОДА В ОБМЕН НА МАНДАРИНЫ.
ПОСЛЕДНИЕ ГАСТРОЛИ УДАВА.
ЗВЕРИ ПЕТЕРБУРГСКОГО ЗООПАРКА В СМЕРТЕЛЬНОЙ ОПАСНОСТИ.
ЗАСЕКРЕЧЕННАЯ МЯСОРУБКА В ПОТАЙНОМ ЦЕХЕ СЫТНОГО РЫНКА, КОШМАР НА КРОНВЕРКСКОМ.
КОМПЬЮТЕРНЫЙ ФАНАТИК НАМЕРЕН ПРЕВРАТИТЬ ВСЕХ ДЕТЕЙ В ПОСЛУШНЫХ МАРИОНЕТОК.
ТЕХНОПУПСЫ НАСТУПАЮТ, СЕКРЕТНЫЕ АГЕНТЫ ВОЛШЕБНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ПОДНЯТЫ НА НОГИ.
КРАСОТКА СЬЮ ИЗ АМЕРИКИ СОБЛАЗНЯЕТ ШКОЛЬНИКА И ПОХИЩАЕТ ПЛАН ВОДОПРОВОДА.
СУПЕРНИНДЗИ УНИЧТОЖАЮТ ЛОГОВО НАРКОБАРОНА И ПОСТУПАЮТ НА СЛУЖБУ В РОССИЙСКИЙ
СМЕРШ.
ПЛЕННИКИ ОРБИТЫ ЮПИТЕРА. ИНОПЛАНЕТЯНЕ ВЗЫВАЮТ О ПОМОЩИ. ДЕТЕКТИВ МЯМЛИК НАСТРОЕН
РЕШИТЕЛЬНО
ВСЕ ЧЛЕНЫ ЭКИПАЖА МОГЛИ ЭТО СДЕЛАТЬ. КТО ПРЕСТУПНИК?
ВИРУС
ДЕБОШИРЫ
В ЭЛЕКТРОННОЙ БИБЛИОТЕКЕ.
МОРДОВОРОТ
РАЗНОСИТ ВСЁ ВДРЕБЕЗГИ И
САМОУНИЧТОЖАЕТСЯ
ДВА БЕЗЖИЗНЕННЫХ ТЕЛА ПЕРЕД МОНИТОРОМ КОМПЬЮТЕРА.
ПУТЕШЕСТВИЕ РЕПОРТЁРА МУРЗА В ОБРАЗЕ ЧЕЛОВЕКА. СЧАСТЛИВ, ЛЮБИМ, ТИТУЛОВАН...
РЕПОРТЁР МУРЗИЛКА И ЕГО ПОМОЩНИКИ ЗА ГРАНЬЮ ВОЗМОЖНОГО
Борис Карлов
Приключения Мурзилки
(Репортёрские расследования газеты
Книжная правда
)
Представленные здесь истории созданы на основе материалов репортёрских
расследований, опубликованных Мурзилкой в газете
Книжная правда
. Но не
пытайтесь разыскать интересующие Вас номера с оригинальными текстами. Ваши
попытки будут безуспешны. Газета издаётся сказочным Департаментом и
распространяется исключительно среди подписчиков своего ведомства. Разрозненные
номера разных лет за период от 1998 до 2020 гг. попали в руки автора случайно, в
результате необъяснимого стечения обстоятельств. И ещё неизвестно, чем всё это
для него закончится.
Дело № 1
Белый котёнок по прозвищу Черныш
УСПЕТЬ ДО ПОЛУНОЧИ…
В центре Москвы, в совсем не приметной снизу башенке одной из
сталинских
высоток, обосновалась редакция газеты
Книжная правда
. Когда-то здесь
находилась маленькая домовая библиотека с открытой террасой, на которой в летнее
время можно было посидеть в кресле с книгой или журналом, а то и просто постоять
у каменной балюстрады, обозревая красоту столицы с высоты птичьего полёта.
Но вот однажды библиотеку закрыли на ремонт, а потом случилась война, а потом,
после войны, было столько забот и хлопот, что дверь осталась заколоченной ещё на
многие годы. К тому же старые хозяйственные книги во время войны затерялись, а в
новых библиотека вообще не числилась.
В семидесятые годы очередной управдом ушёл на пенсию, а к новому от жильцов
посыпались заявки – по поводу замены протекающих труб, ремонта лестниц и
квартир. И его совсем не радовала перспектива делать ремонт в старой заброшенной
библиотеке.
Однажды он всё-таки позвал рабочих и вскрыл ведущую в башенку дверь. Поморщился,
смахнул с лица паутину, чихнул и… чтобы не усложнять себе жизнь, велел рабочим
заложить проём кирпичом. После того как лестницу заново отштукатурили и
покрасили, вообще никаких следов существования двери не осталось.
А последний жилец, который ещё помнил о библиотеке и особенно о приятных часах,
проведённых им на уютной террасе, поел однажды ядовитых грибов, да и помер.
Теперь уже совсем никто не знал о существовании замурованного помещения с
полками книг. И только какой-нибудь очень внимательный гражданин, вооружившись
биноклем, смог бы разглядеть облупившуюся башенку и полукруглую террасу с
каменной балюстрадой.
Однажды над крышей этого дома пролетали два ангела. Они были бесплотные и почти
прозрачные. А если кто-нибудь и заметил бы их над своей улицей, то скорее принял
бы за облачко пара или неясный блик в оконном стекле.
По должности эти двое были ангелами-хранителями. Но сегодня они выполняли
совершенно особенное, из рядя вон выходящее поручение. И об этом чуть ниже.
С высоты своего полёта ангелы наслаждались красотой заката, прозрачностью
небесных сфер и свободой манёвра. При этом они не переставали вести свой
бестолковый, на первый взгляд, разговор.
– Благолепный был сегодня денёк, – говорил первый. – Уж так ласково пригрело
солнышко, что захотелось бросить всё и понежиться часок-другой на пушистом
облачке.
– Врать ты горазд, – проворчал второй. – Даром что сегодня первое апреля. С
какого боку, интересно, тебя пригрело?
– Нет-нет, мой друг. Разумеется, я выразился не в том смысле, что мог бы
почувствовать тепло или холод, но, выражаясь фигурально…
– Лучше бы ты, выражаясь прямо, не болтал чепуху, а смотрел внимательнее по
сторонам. Если до полуночи не найдём подходящего места, нас обоих взгреют не
фигурально, а очень даже по-настоящему.
Следует пояснить, что у ангелов тоже бывает своё начальство, а этим двум
болтунам было поручено найти в центре Москвы подходящее помещение для редакции
будущей газеты
Книжная правда
. Целый день они прохлаждались, пугали птиц,
наводили помехи на телевизионные антенны и, разумеется, не нашли ничего похожего
на то, что столь терпеливо и дотошно описывал им накануне дежурный по
Департаменту. День подходил к концу, и становилось ясно, что никаких шансов
выполнить задание до наступления Второго апреля[Второго апреля отмечается
всемирный День детской книги.] у них не осталось.
– Посидим немного, во время заката отсюда красивый вид, – предложил первый и,
стремительно спикировав в крутом вираже, плавно уселся на каменные перила
полукруглой террасы.
Второй повторил его манёвр, и оба ангела, блаженно щурясь и легонько шелестя
крыльями, стали смотреть, как пылающий солнечный диск опускается за городские
постройки, ярко рассвечивая пелену стелющихся по небу облаков.
Скоро совсем стемнело, и город засиял уютным электрическим светом. Сидя на
балюстраде и болтая ногами, ангелы продолжали разговаривать. Возвращаться ни с
чем им не хотелось.
– Однажды я устроил своему такую зубную боль, что щека раздулась и оттопырилась
дальше носа, – говорил первый. – Малыш разглядывал её на своей физиономии без
зеркала.
Второй ангел хихикнул.
– А всё из-за того, что если бы он отправился в гости к ещё одному оболтусу, ему
бы там выбили глаз из пневматического ружья.
– Неплохо придумано. Впрочем, на мой взгляд, с зубом ты переборщил. Лет-то ему
сколько?
– Шесть с половиной.
– В шесть с половиной уже потерпит. Знаешь, иной раз и самому приходится делать
такое, что впору разрыдаться. Вообрази: на прошлой неделе моя девчонка надевает
новенькое белое платьице и, совершенно счастливая, идёт гулять. Прохожие
оборачиваются на неё с улыбкой. Вдруг – бам-тарарам! – мимо по луже громыхает
самосвал. Фонтан грязи, мазута, перепачканная с ног до головы девочка бежит
домой, обливаясь слезами
Тут ангелы тоже прослезились и утёрли глаза подолами белых рубах.
– А дело в том, – сдавленным голосом продолжал второй, – что, не устрой я ей
такую пакость, через несколько шагов на перекрёстке на неё бы наехал
проскочивший на красный свет пьяный водитель
Сдерживая подступившие к горлу рыдания, оба надолго замолчали.
– Вот что приходится – дрожащим голосом закончил второй.
Потом первый, путаясь и сбиваясь, долго рассказывал историю о том, как его малыш
разбил цветочный горшок и его не пустили гулять. А иначе его бы во дворе
поколотил хулиган из соседнего подъезда. Да ещё в присутствии знакомых девочек.
– Ну и поколотил бы, что с того, – пренебрежительно заметил второй. – Это даже
бывает полезно.
– Не всё так просто, – многозначительно произнёс первый. – Чтобы смыть позор,
мальчишка научился бы драться, воспитал в себе жестокость, стал бы грозой района
и закончил свои дни на каторге.
– Каторги уже нет, – напомнил второй. – Теперь это называется
отбывать срок
наказания
. Но сюжет ничего, крепкий: и цветочный горшок может явиться
критической точкой в судьбе. А сколько приходится отслеживать таких горшков то
есть точек, кто бы знал… Что ни говори, а тяжёлая у нас работёнка. Слушай теперь
мою душераздирающую историю.
Первый ангел приготовился слушать и основательно разлёгся на перилах.
– Один мальчишка, – начал второй, – пригласил мою крошку в кино, и они
договорились встретиться. А парень этот был очень беспокойный: то гвоздь в
замочную скважину засунет, то ворох газет в водосточной трубе подожжёт, то
консервную банку кошке к хвосту привяжет.
– А что же, твоя девчонка не знала?
– Знала, конечно, но рискнула, потому что её первый раз в жизни пригласили на
свидание. А пока она собиралась, парень этот от нечего делать натянул в своей
парадной верёвку – там, где лампочка не горела, – чтобы все спотыкались. Да
только сам второпях зацепился за эту верёвку и кувыркнулся вниз по лестнице.
Ничего особенного, только нос расквасил. Нос распух, а с таким лучше дома
сидеть. А моя девчонка замёрзла, устала его ждать, заплакала и вернулась домой.
– Погоди-погоди, а мальчишку, что же, никто не охранял?
– Да случилась какая-то заминка с кадрами. Вроде бы один от него отказался, а
другой ещё не успел принять.
– Ну, допустим, бывает.
– Так вот, слушай главное. Без этого носа, который я ему устроил, вырисовывалась
такая картина на будущее. Идут годы, эта парочка счастливых идиотов заканчивает
школу и сочетается законным браком. Парень поступает в военное училище и делает
карьеру. Моя дурёха становится генеральшей. А потом он становится
главнокомандующим всех войск, и его супруга ездит в пуленепробиваемом лимузине.
Но поскольку её муженёк в глубине души остаётся дворовым хулиганом, то он в один
прекрасный день развязывает Третью мировую войну. После этого, как ты сам
понимаешь, мы все длинной белой вереницей выстраиваемся на бирже труда ещё
какой-нибудь звёздной системы, потому что на Земле охранять уже некого.
Последние слова второй ангел-хранитель договаривал как-то не очень уверенно, и
первый, посмотрев на него пристально, сказал:
– Соврал?
– Соврал, – признался второй. – Это тебя с Первым апреля.
– А я и не купился, – презрительно заявил первый. – Ситуации такого уровня
решают наверху да ещё у Самого визируют.
– А может, мне доверили? За особые заслуги?
– Ладно, ладно, оба сегодня получим по особым заслугам. Уже без трёх минут
полночь. Смотри, как город сияет, в каждом окне люстра
– Только здесь, за нами, почему-то темно. И окна какие-то мутные. Чердак там,
что ли?..
– Нет, это не чердак. Здесь раньше была домовая библиотека. В башенке
располагался книжный фонд, а здесь, на террасе, читальный зал. Только дверь
снаружи когда-то давно замуровали.
– Замуровали… – машинально повторил второй ангел-хранитель.
– Давно…
– И никто не знает…
– И никто не знает… – повторили они в один голос, ошалело глянув друг на друга,
и пулей сорвались с места. – Шесть секунд до полуночи! Успеем!..
РОЖДЕНИЕ ВОЛШЕБНОЙ РЕДАКЦИИ
Той же ночью в заброшенной и забытой людьми библиотеке закипела работа. Большие
учёные жабы в клеёнчатых фартуках штукатурили и белили потолки. Крысы в
оранжевых комбинезонах циклевали и покрывали лаком паркет. Бобры плотничали на
книжных стеллажах. Сверчки отчищали специальными щёточками книги и журналы от
пыли, а где требовалось, подшивали переплёт и подклеивали страницы. Улитки
вычистили и вымыли до блеска оконные стёкла. Стаи летучих мышей притащили
откуда-то на сотнях ниточек кожаный диван, столы и несколько кресел.
Необъятный письменный стол с бронзовыми чернильницами и мраморным пресс-папье
бобры основательно подновили, а четыре важные цапли заново перетянули столешницу
зелёным сукном. После этого над высокой спинкой кресла на стене возникла
солидная медная табличка:
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР
ГАЗЕТЫ
КНИЖНАЯ ПРАВДА
Закончив обустройство, работники разбежались. Стало темно, пусто и тихо.
Прошёл час, другой… И вдруг по всей библиотеке сам собою стал разливаться
необыкновенный свет. Будто неисчислимое множество крошечных разноцветных
светлячков заполнили пространство – все уголки и щели. Грянула музыка, книги и
журналы задвигались, зашелестели страницами, ожили, и оттуда, будто из ларцов,
стали выскакивать волшебные книжные человечки. Буратино, Чипполино, Незнайка,
Мурзилка, Карандаш, Самоделкин, Дюймовочка, Мальвина – все принялись на радостях
обниматься, прыгать и кричать, а кое-кто даже заплакал. Уж больно долго пришлось
им томиться в пыльных книгах и журналах, в которые никто не заглядывал, кажется,
целую вечность. До самого утра в библиотеке царил такой шум и гвалт, что живущий
ниже этажом гражданин проснулся среди ночи. Подумав, он решил, что на чердаке
завелись совершенно сумасшедшие мыши и что надо бы запустить туда парочку
хороших котов.
К утру, когда все наконец угомонились, в кресле за редакторским столом появилось
нечто бесформенное, напоминающее не до конца сдутый резиновый матрас. Человечки
потыкали в
редактора
пальцами, похихикали и полезли на свои страницы.
Каждый последующий день в библиотеку привозили компьютеры, факсы, ксероксы,
телефоны и прочую технику, без которой не обходится ни одна настоящая редакция.
Да и сам редактор окреп и уже был похож на резинового пупса. Он ещё не мог
держаться прямо, но с каждым днём подрастал, выравнивался и приобретал очертания
солидного взрослого мужчины.
Библиотека окончательно превратилась в редакцию. В своём кабинете за большим
дубовым столом сидел усатый дядя с сединой в волосах, в строгом двубортном
костюме, из кармана пиджака которого торчала золотая ручка. Костюм был не
ношенный, но такой, как будто он пролежал на складе или в каком-нибудь гробу лет
пятьдесят. Звали редактора хотя и немного страшновато, но солидно: Мастодонт
Сидорович Буквоедов. Поначалу он ещё не очень хорошо владел своим новым телом,
говорил неуверенно и сильно заикался.
В то время когда редактор крепнул и формировался, волшебные человечки обсуждали,
о чём они будут писать в своей газете. Мурзилка помалкивал и скромно держался в
стороне. Он был репортёром высшего класса и, вместо того, чтобы болтать,
спокойно дожидался, когда редактор вступит в должность и поручит ему серьёзную,
ответственную работу.
Прошла неделя, но была готова только одна заметка. Вернее, не заметка, а
огромная статья – по астрономии, которую Знайка написал в соавторстве со
Стекляшкиным. Впоследствии Мастодонт Сидорович вернул её авторам для переделки,
поскольку в ней не было почти ни одного нормального слова, за исключением союзов
и предлогов. А кому нравится читать, обложившись словарями, справочниками и
энциклопедиями.
Но вот, когда сроки выхода первого номера стали поджимать, главный редактор
вызвал к себе Мурзилку и поговорил с ним наедине. А после этого разговора в
редакции появились ещё два волшебных человечка – стажёры Шустрик и Мямлик.
Буквоедов назначил их помощниками Мурзилки.
Шустрик был сделан из жести, пружинок и шарниров. В груди у него открывалось
окошечко, за которым хранились инструменты и запасные детали. На месте носа у
него была ввёрнута лампочка, которая загоралась различными цветами в зависимости
от его внутренних переживаний. Так что все его внутренние переживания ни для
кого не являлись тайной.
Мямлик был сделан из загадочного полимера, похожего на мягкую резину, и
отличался невероятной физической приспособляемостью. Его можно было измять так и
сяк, истыкать гвоздями, вытянуть и скрутить жгутом, продержать год под прессом в
виде тонкой лепёшки, но, стоило его отпустить, не проходило и минуты, как
Мямлик, ничуть не смутившись, принимал свою прежнюю форму. По бокам у него были
естественные карманы – вроде той сумки, которая имеется на животе у кенгуру,
только, конечно, не такие большие.
Шустрик был наивен и впечатлителен. Всё происходящее вокруг он принимал очень
близко к сердцу. Мямлик был его полной противоположностью: он обладал холодным,
но нерасчётливым умом философа в сочетании с полнейшей непредсказуемостью
поступков. Больше всего он любил читать и жевать резинку. Он читал всё, что
попадалось на глаза, – от античной поэзии до рекламных объявлений и телефонных
справочников.
Шли дни и недели, работа в редакции постепенно набирала обороты. А материалом
для первой большой статьи послужили нижеследующие события.
КОТЁНОК ПОЯВЛЯЕТСЯ И ИСЧЕЗАЕТ
Был конец марта, на улицах гремела капель, солнышко начинало понемногу
припекать. Сегодня Танюшка, ученица первого класса, особенно торопилась домой из
школы. Не болтала с подругами, не глазела на витрины и даже утерпела, чтобы не
наподдать подкатившийся прямо к её ногам мяч.
Конечно! До глупостей ли было ей сегодня, когда случилось то, чего все так долго
ожидали: у кошки Мурки под утро родилось трое замечательных котят! Сама Танюшка
видела их только мельком: беленькие слепые комочки шевелились на дне корзины, а
обалдевшая от такого счастья Мурка, которую теперь хотелось называть как-нибудь
поуважительнее, облизывала их огромным шершавым языком.
Прибежав домой, Танюшка наконец рассмотрела котят хорошенько. Два были
совершенно белые, а один тоже белый, но с чёрными тапочками на лапках,
чёрненькими ушками и чёрненьким концом хвостика.
– Это мой! Это мой! – закричала Танюшка и прижала его к груди.
Мурка заволновалась, котёнок тоненько пискнул, а бабушка сказала:
– Этих котят пока ещё нельзя отрывать от матери, потому что она выкармливает их
своим молоком. А когда ты лезешь и хватаешь их своими немытыми руками, мамаша
волнуется.
– Хорошо, я не буду, – согласилась Таня и аккуратно положила котёнка на место.
Мурка успокоилась и стала его облизывать.
На другой день был выходной, и к Тане приходили подруги смотреть котят. И каждая
хотела забрать к себе домой одного, двух или даже трёх, чтобы одному не было
скучно. Услышав это, бабушка сказала:
– Нет, дети, так нельзя. По крайней мере ещё месяц они должны быть рядом с
матерью. А во-вторых, дорогие мои, пока я сама не поговорю на этот счёт с вашими
родителями, о котятах можете даже и не мечтать. Животное в доме не игрушка, это,
можно сказать, член семьи. Его нужно воспитывать, его нужно правильно кормить,
за ним нужно убирать. А вы не то что за кого-то другого, вы сами за себя ещё не
можете отвечать.
– Знаете что, – серьёзно заявила Валечка, – я вам, если что, котёнка верну.
– Вот ещё! – возмутилась бабушка. – У меня здесь не бюро проката.
– А у Нельки большая собака в доме живёт, – сообщила Марина, опасаясь, что ей не
достанется котёнок. – Такая собака, что кого хочешь сожрёт и не поморщится
– Моя собака мухи не обидит! – встрепенулась Неля. – Зато у тебя самой брат
сумасшедший: он в парадной патрон взорвал, и с одним дяденькой, который
спускался по лестнице, плохо сделалось.
Девочки стали ябедничать друг на дружку и чуть не поссорились окончательно. Но
бабушка сказала:
– Вот что, сороки. Бездомных котят во дворах полным-полно, на всех хватит. А
своих я только вашим родителям отдам, и весь разговор.
Девочки притихли и вскоре разошлись.
Минул месяц, другой, и к концу мая с котятами уже не было никакого сладу: они
разбегались по квартире, портили вещи, то там, то здесь пускали маленькие
лужицы. Мурка и вся танюшкина семья с папой и мамой во главе едва успевали
бегать за ними и затаскивать обратно в корзину. Было понятно, что настало время
отдать котят в хорошие руки.
Тем временем приближались летние каникулы. Многие дети собирались разъезжаться
кто куда из города. По этой причине или по каким-то ещё другим родители девочек
забрали только двух котят, а третий, тот самый, у которого лапки, ушки и хвостик
были черненькими, остался. Имя ему уже давно придумали, не очень подходящее, –
Черныш. И хотя мама нашла и для него
хорошие руки
, Танюшка ни за что не хотела
его отдавать. Ни в хорошие, ни в самые что ни на есть распрекрасные руки.
Дело дошло до слёз и истерик, и родители согласились оставить котёнка у себя.
Родители рассудили, что если Мурка когда-нибудь умрёт от старости, то Черныш
проживёт у них ещё долгую и счастливую жизнь.
Нужно ли говорить, что после такого решения слёзы у девочки на глазах
моментально высохли. Через неделю они с бабушкой, Муркой и Чернышом должны были
отправиться на дачу. И Танюшка стала готовиться к отъезду.
Однажды, несколько дней спустя, погода испортилась, небо заволокло тёмными
тучами, и зарядил дождь. Танюшка закрылась у себя в комнате и принялась клеить
из коробок, картона и цветной бумаги большой кукольный дом. Тут были отдельные
комнаты для любимых игрушек, лесенки, балкончики, оконца, гараж с пожарной
машиной и мягкая спальня для Черныша. Мурка на жилплощадь не претендовала, её
вполне устраивала старая корзина. К тому же для кукольного дома она была
великовата.
Ближе к сумеркам все игрушки заняли свои квартиры и сели у окошек. Один только
Черныш почему-то не хотел оставаться в домике. Он охотно забирался внутрь, но,
покрутившись и что-то пискнув, выбегал наружу. Наверное, ему не нравился свежий
запах клея, которым Танюшка скрепляла потолки и перекрытия.
– Это ничего, – решила она. – Клей скоро высохнет, домик проветрится, и тогда
уже Черныш не станет больше морщить нос.
Тут бабушка окликнула Танюшку и попросила её вынести мусор. Подхватив мешок и
раскрыв зонтик, девочка выскочила во двор.
Вернувшись домой, она занялась убранством комнат внутри домика. Делать мебель
оказалось интереснее, чем просто полы и стены, поэтому время пробежало незаметно
и настала пора ложиться спать. Только тут девочка хватилась котёнка, и
оказалось, что его в квартире нет.
Черныша долго искали всей семьёй, а потом Танюшка вспомнила, что, когда выбегала
выносить мусор, дверь в квартиру оставалась открытой и котёнок наверняка
припустил за ней следом
С дрожащими губами, готовая вот-вот разрыдаться, Таня схватила зонтик и выбежала
во двор искать котёнка.
– Черныш! Черныш! – кричала она, залезая в мокрые кусты и заглядывая в окна
подвалов.
Дождь усиливался, внезапный порыв ветра вырвал у Тани из рук зонтик и понёс
куда-то в темноту.
Промокшую до нитки и плачущую навзрыд девочку разыскали родители, привели домой,
искупали в горячей ванне и уложили спать.
А на другой день у Танюшки поднялась температура, она стала метаться в постели и
бредить. Она все время звала котёнка, а Мурка ходила по квартире и протяжно ей
вторила. В такой атмосфере завыть были готовы все члены семьи.
Пришёл доктор и прописал лекарства.
Но самое главное, – сказал он родителям, –
чтобы ваша дочка скорее повеселела, потому что её болезнь больше от огорчения,
чем от простуды
.
И действительно, простуда отступила, но девочка не вставала с кровати, ничего не
ела и часто плакала. А ночью, во сне, она продолжала искать котёнка, жалобно
повторяя его имя.
Каждый день бабушка ходила по дворам, а когда возвращалась ни с чем, Танюшка
принималась плакать пуще прежнего.
ПЕРВОЕ ЗАДАНИЕ
В один из таких дней Мастодонт Сидорович Буквоедов вызвал к себе Мурзилку и его
помощников.
– Товарищи репортёры, – сказал он с необычайной серьёзностью, – приготовьтесь к
выполнению первого ответственного задания.
Репортёры стояли на ковровой дорожке в кабинете главного редактора. А поскольку
они были очень маленькие, дорожка казалась им широкой, словно Красная площадь.
Громаду письменного стола и голову Буквоедова за ней – соответственно можно было
сравнить с мавзолеем, стеной и башней Кремля.
Мурзилка вынул блокнот и карандаш. Шустрик начал слегка потрескивать и мигать
оранжевой лампочкой, что означало радостное волнение. Мямлик хлопнул пузырь и
начал переминаться с ноги на ногу.
– На улице Загородной, – редактор перешёл к сути дела, – у девочки пропал
котёнок. Сам беленький, а лапки, ушки и хвостик – чёрненькие. Девочка уже неделю
плачет, не встаёт с постели и совсем ничего не ест.
– Как зовут? – спросил Мурзилка, энергично поскрипывая карандашом.
– Девочку зовут Танюшкой. Только что закончила первый класс, без троек, между
прочим. Котёнку два с половиной месяца, кличут его Черныш.
– Странно, – сказал Мурзилка. – Сам беленький, а назвали – Черныш. Его там никто
не обижал?
– Нет, тут дело другого рода. Нелепая случайность. Девочка выходила во двор, а
дверь не закрыла. Котёнок и побежал куда глаза глядят.
– Так что же мы стоим! – Шустрик засуетился и замигал. – Надо бежать! Надо
спешить!! Надо ловить!!!
– Медлить с этим делом нельзя, – согласился редактор и помолчал секунду. –
Прыгать с парашютом умеете? – спросил он внезапно.
Стажёры стыдливо переглянулись.
– Было дело, – скромно ответил за себя Мурзилка.
– Тогда – вперёд. На террасе вас уже ждут. Завтра материал должен быть в номере.
– Есть! – вытянулись по-военному человечки.
На террасе стоял новенький, сверкающий краской самолётик. Места для пассажиров
были открытые, словно в коляске мотоцикла. Мотор уже негромко шумел, на местах
пилотов сидели Винтик и Шпунтик. Пассажиры надели рюкзаки с парашютами,
забрались в кресла и застегнули ремни.
– Готовы? – крикнул им Винтик, обернувшись.
– Готовы! – разом ответили Мурзилка и Шустрик.
Мямлик не был готов и потому промолчал.
– Когда дёргать за кольцо парашюта, знаете?
– Знаем!
– Ну, тогда – вперёд!
Мотор набрал обороты, весело зажужжал, и самолёт, сорвавшись с места, легко
перемахнул через балюстраду. Через несколько мгновений он скрылся из виду.
– Что дёргать?.. – недовольно проворчал Мямлик, но его никто не услышал.
Крыши домов сияли в первых лучах восходящего солнца. Словно солидный шмель,
самолётик жужжал и плавно покачивал крыльями над улицами, домами и зелёными
кронами деревьев. Вскоре он приблизился к месту назначения – новому семиэтажному
дому на Загородной улице. Прозвучала команда:
– Внимание! Приготовиться к прыжку!.. Пошли!
Самолёт сбавил
...Закладка в соц.сетях
