Жанр: Сказка
Русалочка
...приема во дворце,
где пели прелестные рабыни,
привезенные из разных уголков земли
и восхищавшие принца и его гостей
своими дивными голосами.
(Если бы он знал, какой голос был платой за то,
чтобы рядом с ним стояла эта неземная красавица!)
Люди, одевавшие Русалочку,
таинственно посматривали друг на друга.
Каждый хотел знать,
заметил ли другой,
что цветы словно росли прямо на голове девушки,
так что она чувствовала даже самое легкое прикосновение,
даже к самому краешку лепестка.
Но уж когда пришло время танцовщицам показать свое искусство -
о! - это был ее звездный час.
Она танцевала воздушно и легко, как никто.
Скоро можно было увидеть,
что сами девушки-танцовщицы,
приглашенные развлекать гостей,
остановились:
все смотрели только на Русалочку.
Каждое движение подчеркивало ее красоту,
а глаза говорили сердцу больше,
чем пение всех рабынь.
"И это мой найденыш!"- восхищенно подумал принц.
"А это - мой!"- улыбнулась про себя Русалочка.
Она забылась в танце,
и даже боль изрезанных в кровь ножек
как бы на время покинула ее.
"Ты всегда должна быть возле меня!" -
сказал принц,
и Русалочке было позволено спать на расшитой подушке
у дверей его комнаты.
"...! Ну, что ж, это уже не так далеко!" -
успокоила себя принцесса
и положилась на волю божью.
Принц велел сшить ей мужской костюм,
чтобы Русалочка могла сопровождать его
и во время прогулок верхом.
Когда они ездили по благоухающим лесам,
где в свежей листве пели птички,
зеленые ветви били ее по плечам;
они взбирались на высокие горы,
и все видели,
что из ног ее сочилась кровь,
но Русалочка смеялясь
и продолжала следовать за принцем на самые вершины;
оттуда, сверху,
они любовались облаками,
плавающими у их ног;
когда же они оставались дома,
Русалочка ходила по ночам на берег моря.
При свете месяца принцесса шла
мимо стоявших тут и там мраморных статуй;
они были все как бы разные,
но в каждой из них
она узнавала своего принца
и улыбалась:
ее радовало каждое напоминание,
словно подтверждение того,
что она действительно здесь,
что все это правда
и что ей ничего не приснилось.
И то, что мраморный ее мальчик
в дворцовом саду
был в каждой черточке вылитый принц,
совсем не удивляло ее.
Она спускалась по мраморной лестнице,
опускала свои пылавшие как в огне ножки
в холодную воду
и думала о родном доме.
Ходить по лестнице было больно,
а чтобы дойти до моря,
приходилось обходить весь дворец кругом.
Принц велел построить пологий мраморный спуск без ступенек,
и теперь спуститься к морю
можно было прямо с балкона.
Ножкам Русалочки стало не намного легче,
но глаза ее заблестели веселее,
и временами как сестры.
День ото дня
принц привязывался к Русалочке все сильнее.
Снова и снова говорил он себе,
что единственная девушка,
которую он мог бы полюбить, -
это юная послушница из того монастыря:
она ухаживала за ним;
это ей он обязан жизнью;
наконец, она очень красива.
Была ли она ему ровней?
мог ли он желать, чтобы она стала его женой?
Все может быть.
В монастыре могла оказаться девушка любой крови,
а изящество и утонченные ее манеры
позволяли строить догадки.
Но вот Русалолчка...
Принц не знал что и думать.
Одно было ясно:
эта девушка есть,
и о ее загадочном влиянии на принца
в королевстве знали все.
"Любишь ли ты меня больше всех на свете?" -
спрашивали глаза Русалочки.
Не мог понимать молодой принц,
что для этого непонятного создания вопрос этот -
вопрос жизни и смерти:
ей-то надо было стать его женой,
не больше и не меньше.
"Я люблю тебя!"- говорил принц,
обнимая свою красавицу
и целуя ее в лоб, как ребенка, -
и вздрагивал от звука собственного голоса.
Ему уже казалось,
что эта девочка удивительно похожа
на красавицу из монастыря:
ведь надо же было как-то объяснять себе
свои собственные чувства.
Но сделать ее своей женой и королевой
он не мог,
да ему это и в голову не приходило.
"Боже, ведь он и не догадывается,
что это я спасла ему жизнь...
А если бы догадывался?
Ему было бы легче..." -
и Русалочка снова глубоко вздыхала -
ведь ни говорить, ни плакать она не могла.
Она понимала все.
"Но ведь та девушка принадлежит храму;
она далеко, ее нет,
она не может любить его,
быть возле него,
отдать за него жизнь..."
Но вот стали поговаривать,
что принц женится на прелестной дочери соседнего короля
и поэтому собирает свой великолепный корабль в плаванье.
Русалочка только покачивала головой да улыбалась -
она-то лучше других знала мысли принца.
"Я должен ехать,- сказал однажды принц-
Этого требуют мои родители:
я должен увидеть ее.
Ну не заставят же меня жениться на ней!
Уж я бы лучше выбрал тебя,
мой немой найденыш с говорящими глазами!"-
и он целовал ее розовые губы,
и играл ее длинными волосами,
и клал голову ей на грудь,
в которой билось сердце,
жаждавшее человеческого счастья
и бессмертной души -
и даже верил в то, что говорил.
"Ты ведь не боишься моря?"- спрашивал принц
и рассказывал Русалочке
о диковинных рыбах, о буре, о штиле,-
а Русалочка только улыбалась:
она-то лучше всех знала все о родном доме.
Вот тут-то и поведал ей принц,
как однажды, совсем близко от этого берега,
налетевший вдруг шторм
опрокинул торговый корабль,
тот, что вез его мраморное изваяние,
которых, впрочем, здесь и без того немало...
Слава Богу, что она не могла говорить:
сердце ее заколотилось так,
что она наверняка сказала бы лишнего...
В ясную лунную ночь,
когда на корабле все, кроме рулевого, спали,
Русалочка сидела у самого борта,
и ей казалось, что она видит отцовский дворец,
и старая бабушка в серебряной короне
смотрит на нее сквозь волнующиеся струи воды.
Вскоре на поверхность моря всплыли сестры.
Они печально смотрели на Русалочку.
Что ж, она могла бы рассказать им,
что у нее есть все, о чем и мечтать не могла
ни одна женщина из самого знатного и богатого рода.
Все, кроме того, что любая девчонка имеет просто потому,
что родилась на земле.
Наутро корабль торжественно вошел в гавань
великолепной столицы соседнего королевства.
Помпезный прием мало радовал принца.
Принцессу должны были привезти из далекого монастыря,
куда ее отдали учиться всем королевским добродетелям.
Сомнения и смутные предчувствия одолевали его.
Когда же мучительные раскланивания и расшаркивания
остались позади,
принца на какое-то время оставили в покое.
Равнодушно оглядев выделенные ему аппартаменты
(нет нужды гоаорить, что все было
на уровне, приличествующем обстоятельствам),-
молодой человек позвал слугу.
Доверительный тон короткой беседы,
да несколько золотых монет -
и вот уже принц гуляет по столице,
и никто во дворце не знает, где он,
и подавно никто из окружающих его людей
не знает его в лицо.
Прогулка в одиночестве,
которого почти не нарушало присутствие
немногословного его спутника,
явно пошла ему на пользу.
Его приветливо встречали
хозяева заведений,
куда он заходил
отведать местных деликатесов,
и как бы не был он занят своими мыслями,
принц заметил,
что это радушие совсем другого свойства,
чем там, у себя.
В конце концов ему удалось на время расслабиться.
Купив на базаре пару приглянувшихся мелочей,
поговорив кое с кем из местного люда,
поздно вечером вернулся принц в свои покои.
Надо отдохнуть:
силы потребуются завтра.
Перед тем как уснуть,
принц почувствовал себя как-то непривычно
и сразу же понял, почему:
Русалочки не было.
Дома это было бы обычным делом:
пошла на берег, да мало ли...
Здесь, в чужом городе,
принц понятия не имел,
где ее искать.
"Да и зачем?" - подумал он, засыпая.
Просто удивительно,
до чего темной выдалась эта ночь.
Не было таких ни до,
ни после.
Маленькая принцесса
(какая принцесса?
кто она теперь?)
шла в сторону моря.
Она не видела ничего вокруг, -
а и зачем?
все равано здесь все незнакомо,-
а море шумит с одной стороны,
и голос его везде одинаков:
сбиться с пути она не могла.
И когда она вышла к морю,
то увидела, что море само
излучает видимый чистый свет:
то не был свет отраженной Луны -
ее не было видно,-
и ни одна звездочка не выглянула
из-за туч.
Это был свет самого моря,
Освещавшего путь
своему любимому существу.
Сердце Русалочки забилось так,
что ветер замер над водной гладью.
словно услыхав
летящий куда-то за горизонт
пронзительный,
леденящий душу крик -
только тихо было вокруг,
и был ли то на самом деле крик,
или что там случилось
с тем небом над морем?
И тогда совсем рядом, -
не из земли и не из моря,
а Бог его знает откуда между ними,
явилась старая бабушка.
-Послушай меня, деточка!
Принц твой болен, видно, неизлечимо,
и ни тебе, ни мне, ни ведьме
ничего тут не изменить.
Ты ушла из мира, где мы можем все;
ты захотела того,
чего я дать тебе не могла.
Храни тебя Бог!
Не мне давать тебе бесполезные советы,
но вот о чем ты еще могла не подумать:
образ той девушки, что не дает ему покоя -
это больше забытая ты,
чем она сама.
("Это я-то могла не подумать!" -
сверкнула глазами Русалочка).
- Ты не дослушала меня, деточка!
Рано или поздно принц это поймет,
и тогда жизнь их обоих превратится в ад.
А люди - это не мы:
их души бессмертны,
а значит,
и страдания их будут вечны.
"Боже! Неужели бабушка пришла меня укорять?" -
пронеслось в голове принцессы,
но не успела она об этом подумать,
как тотчас забыла -
вовсе не это тревожило ее сейчас.
"Но - ты?
Ты-то как же?" -
Вопрос этот занимал все ее существо.
Русалочка замерла:
только сейчас может бабушка
раскрыть последнюю тайну.
Сейчас - или никогда!
"Нет! - горестно вздохнула бабушка.-
не знаю я никакого волшебного средства.
Все же знала, на что шла!
По этому пути я не прошла и сотой доли того,
что уже успела ты.
А вот ведьма...
Знаю, что внученьки мои к ней собирались -
да все - тайком! -
Господи, да что ж вы все думаете,
что от старухи тайком-то можно?
Удерживать их -
я не вправе,
в доброе - оттуда - не верю.
Остальное решать тебе -
и за меня никто бы тогда ничего не решил.
А вот о доме - помни.
Не безродная ты,
не одна на свете.-
Она поцеловала Русалочку
и, на прощанье,
протянула ей предмет,
который внучка только теперь
разглядела у нее в руке:
- Возьми-ка вот! -
Ох, и нашла же куда положить! -
Бабушка исчезла.
В руках у Русалочки
остался венец
из белых жемчужных лилий.
И таки чудо произошло:
наутро объявили о прибытии ее высочества.
Что ж, Русалочка не могла не признать,
что лица милее она не видела.
Кожа принцессы была такая нежная,
а из-за длинных ресниц
улыбались такие кроткие темно-синие глаза,
что Русалочка любовалась красавицей,
забыв об угрозе,
нависшей над ней самой.
Увы! - эта девушка была ей знакома...
Принц и принцесса узнали друг друга с одного взгляда.
Разговора с Русалочкой было не избежать,
но принимать решение было уже не нужно.
-Ах, как я счастлив! - говорил он Русалочке,
сидевшей рядом с ним в его роскошном двухместном экипаже. -
То, о чем я не смел и мечтать, сбылось!
Ты порадуешься моему счастью,
ведь ты так любишь меня! -
Случалось ли вам вести такие беседы? -
И Боже вас упаси! -
Принц понимал:
дальше все равно уже,
что говорить:
возможность промолчать
он уже упустил!
Русалочка улыбнулась.
На глазах ее не было слез:
ведь для этого
надо иметь бессмертную душу!
А вот ее-то бедняжка и не имела -
единственная из всех!
Маленькая принцесса
молча поцеловала ему руку.
Ей казалось, что сердце ее
разорвется на части прямо сейчас.
Но всему свое время.
Звонили колокола церквей.
На алтарях горели серебряные светильники
с ароматным маслом.
Струилось благоухание ладана.
Молодые подали друг другу руки
и получили благословение епископа.
Русалочка, разодетая в шелк и муслин,
держала шлейф невесты.
Уши ее не слышали праздничной музыки,
глаза не видели блестящей церемонии.
Она думала о своем смертном часе
и о том, что она теряла с жизнью.
В тот же вечер принц и принцесса покидали столицу;
корабль собирался в обратный путь.
Палили пушки, развевались флаги.
На палубе корабля был раскинут роскошный шатер
из золота и пурпура,
устланный мягкими подушками.
Посреди шатра возвышалось ложе новобрачных.
Ветер расправил паруса,
корабль легко и плавно заскользил по воде.
Скоро стало темнеть.
На палубе зажглись разноцветные фонарики-
те самые, которые принц любил зажигать
во время своих ночных прогулок.
Заиграл оркестр,
начались веселые танцы.
Юная супруга принца
с изумлением смотрела, как ее муж
весело и лихо отплясывал матросский танец
вместе со своей командой:
это было так не похоже
на скучноватые придворные балы!
Она еще не освоилась здесь
и наблюдала танец со стороны,
но глаза ее уже весело заблестели,
и ясно было,
что долго стоять в стороне
она вовсе не собирается.
Свое обычное место в центре общего веселья
занимала Русалочка.
Ни один человек не заметил на ее лице
ни малейшей перемены.
Первая красавица побережья
всем своим видом говорила,
что не уступит никому.
Грациозная и величественная,
Прекрасно сознающая свою силу,
она щедро озаряла своим неземным светом все вокруг.
Русалочка любила этот корабль:
ближе к морю,
ближе к принцу,
подальше от завистливых взглядов одних
и нарочитой любезности других.
Во дворце ее едва ли кто-нибудь искренне любил,
хотя каждый знал,
что даже один неверный взгляд в ее сторону
может стоить головы.
Это был не ее праздник.
Вдруг она вспомнила,
как впервые поднялась на поверхность моря
и увидела такое же веселье на корабле.
И вот она понеслась в быстром воздушном танце.
Все были в восторге,
а она все кружилась, кружилась,
ножки ее болели,
словно их резали ножами,
но она не чувствовала этой боли,
и перед болью ее сердца
дрогнули пространство и время:
на секунду она почувствовала себя на том, первом празднике,
и память о счастье,
об ожидании,
о первом дуновении любви
на миг укрыла израненную, кровоточащую душу
от жестокой правды этого, последнего вечера:
Неправда, что люди не смыслят в красоте.
Дело в чем-то другом.
Лишь несколько часов
оставалось ей дышать одним воздухом с ним,
видеть синее море
и звездное небо,
а там - вечная ночь,
без мыслей,
без сновидений.
Не дано русалке бессмертной души.
Далеко за полночь продолжалось веселье на корабле.
Русалочка доиграла свою роль дл конца.
Со смертельной мукой в сердце
она смеялась и танцевала,
принц же целовал красавицу-жену,
принцесса играла его черными волосами,
и, глядя на ее сияющие добрые глаза,
Русалочка чувствовала,
что просто не может видеть в ней причину своей гибели.
"Она права,"- подумала Русалочка,
и на мгновение ей даже стало легче.
Наконец
рука об руку
принц и принцесса
удалились в свой шатер.
На корабле все стихло.
Облокотившись на борт,
Русалочка откинула волосы за плечи,
привычным движением поправила венок.
Она смотрела на восток,
ожидая первого лучика восходящего солнца.
Потом она взглянула на море,
и легкая волна
вынесла из бездны океана ее милых сестер.
Они были бледны, как и она,
но длинные волосы больше не украшали их:
они были обрезаны.
"Мы отдали наши волосы ведьме;
она помогла нам избавить тебя от смерти!
Видишь этот нож? - Смотри, какой он острый! -
До восхода солнца ты успеешь вонзить его в сердце принца.
Когда его теплая кровь брызнет тебе на ноги,
они опять срастутся в хвост;
тебе останется упасть в море,
и ты проживешь свои триста лет,
прежде чем станешь соленой морской пеной.
Но торопись:
или ты - или он,
один из вас умрет до восхода солнца.
Видишь, на небе показалась красная полоска?
Стоит тебе лишь немного промедлить,
и тогда уже ничего не вернуть".
Вздохнув, сестры исчезли со следующей волной.
Вновь осталась Русалочка наедине с собой.
Тихо-тихо подошла она к шатру
и осторожно подняла пурпурную занавесь.
Головка прелестной принцессы
покоилась на груди у принца.
Она слышала, как сквозь сон он прошептал имя своей жены -
она одна была у него в мыслях -
и тут словно впервые увидела у себя в руках нож.
Еще мгновение - и она бросила его в волны.
Кроваво-красной сделалась морская волна
в том месте, где вонзился в нее острый клинок.
Русалочка вздрогнула.
Полуугасшим взором посмотрела она на принца,
бросилась с корабля в волны -
и почувствовала,
как тело ее расплывается морской пеной.
Над морем поднималось солнце.
Лучи его любовно согревали
мертвенно-холодную пену на легкой волне,
и Русалочка не чувствовала смерти;
она видела ясное солнышко
и каких-то чудных прозрачных созданий,
сотнями реявших над ней.
Она могла видеть сквозь них белые паруса корабля
и красные облака в небе,
голоса их звучали как музыка,
нет, самая сказочная музыка на земле
звучали бы как попытка подражания этим голосам.
Незримым для человеческого глаза,
существам этим не нужны были крылья:
они летели благодаря собственной легкости.
- Где я? -
Русалочку вдруг поразило,
что впервые после стольких дней молчания
услышала она собственный голос.
"Мы - дочери воздуха! - донеслось в ответ.
У русалки нет бессмертной души,
ее вечное существование зависит от чужой воли.
Мы же сами обретаем жизнь вечную,
творя посильное добро.
Иди к нам, трудись вместе с нами,
и, может быть, через триста лет
мечта твоя сбудется!"
Русалочка смотрела на солнце.
Оно ласкало ее своими теплыми лучами,
которые отражались от воды
и переплетались в ослепительно-яркую
золотую дорогу,
уходящую на восток.
Дорога эта поднималась над водой,
и Русалочка уже не плыла, а летела по ней,
а в это время
принц и его молодая жена
печально всматривались в темную морскую бездну
и, казалось, догадывались о чем-то.
Они не поднимали глаз к небу
и не видели золотого солнечного пути.
Русалочка улыбнулась наивным дочерям воздуха
и в первый раз почувствовала на своих глазах слезы.
Она оглянулась на корабль.
Принц и принцесса стояли на палубе.
Лица их овевал холодный морской ветер,
и в ветре этом
они вдруг уловили тонкий горячий лучик -
то было последнее "прости",
последний поцелуй
улетающей к солнцу
Р
У
С
А
Л
О
Ч
К
И
2:5020/1341.24
Закладка в соц.сетях
