Жанр: Спорт
Летняя сказка в зимнюю пору
...у, ракушку, браслет, майку,
игрушечный телефон : ну что же выбрать?! Заглянув во всевозможные лавки, мы
так и не смогли ничего подыскать. "Давайте купим ему футбольный мяч" -
сказала Алена. Точно, футбол - это его стихия и мяч для него будет как раз в
тему. "Давайте!"- почти хором ответили мы с Максом.
В небольшом магазинчике мы нашли вожделенный мяч, но ценник
бескомпромиссно оглашал - 40 гривен. Между собой мы решили, что нам кровь из
носу необходимо уложиться в лимит тридцати. Продавец торговаться отказался и
отослал нас к хозяйке магазина.
- Вы не могли бы немного уступить нам в цене этого мяча? - Алена
включилась в психологическую борьбу с владельцем заведения.
- Нет, это очень качественный товар, продать дешевле - себе в убыток, -
воскликнула хозяйка. - Это натуральная кожа!
- Но, Вы понимаете, мы хотим купить его в подарок очень близкому
человеку, скоро у него День Рождения и Ваш кожаный мяч может доставить
радость нашему другу.
- Ну, хорошо, тридцать пять - не меньше!
- О, Вы очень добры, но все же подумайте о том, что в жизни нам не
часто удается совершать добрые поступки и сейчас Вам предоставляется редкая
возможность. Тем более у нас больше нет денег:
- У вас больше нет денег?! Что же я торгуюсь с Вами, думая, что Вы
просто из принципа или от нечего делать. Сколько Вы хотите? Тридцать?
Хорошо, забирайте этот мяч на здоровье! Вот такие вот особенности
национальной украинской торговли. Мы очень обрадовались удачной сделке и,
купив на рынке обязательный коньячный арсенал, повернули в сторону дома. Как
легко на душе от того, что мы купили такой классный подарок! Черт с ними с
деньгами, что-нибудь придумаем. У Зеленки мы свернули вправо, и ушли вверх к
Большому Роднику: нам нужно набрать воды и мы ломим в гору по крутым склонам
холмов. Мы с Максом взмокли и тяжело дыша и едва успевали за летящей словно
горная антилопа Аленой.
-Алена-а, тебе это надо? Может быть, ты думаешь, что нам это надо?
На роднике аншлаг, но мы никуда не торопимся и терпеливо ждем своей
очереди. Наполнив все емкости, мы возвращаемся в лагерь. Но как нам принести
туда накачанный мяч так, чтобы Сима ничего не увидел? Можно засунуть его под
аленкину майку. Это было бы весьма забавно, но не заметить такую
"беременность" невозможно, тем более так быстро, старайся здесь хоть я на
пару с Максом, ничего не бывает. В конце концов, мяч запихнули в забитый
бутылками рюкзак и двинулись к лагерю.
И вот настал этот знаменательный день - 17 августа - Симе исполняется
21 год. Мы еще спали, когда именинник с Татьяной ушли в КырПыр, чтобы купить
все самое вкусное и необходимое для этого праздника. Пока Симы нет в лагере,
мы решили оформить наш подарок. Для этого в КырПыре мы приобрели черный
маркер и теперь нужно было написать что-нибудь очень доброе и хорошее на
белой поверхности мяча. Посовещавшись со всеми, я вывел первую надпись
"Лучшему футболисту от лучших друзей в День Рождения". Получалось неплохо,
сначала буквы прописывались ручкой, а после обводились маркером. Наши имена
и фамилии мы переделали на футбольный лад: я взял себе псевдоним великого
голландца Клюйверта и стал Саня Ключvert, Сява дописал к своему имени
знаменитую фамилию van Basten. Макс по родству фамилий стал нападающим из
ЦСКА и написал "Лучшему правому от Кулика", Алена стала француженкой Nicola
Anelka (если по-русски, получиться Николаева Аленка). Настал черед Старого.
Перебрав фамилии футбольных звезд, мы нашли для него француза Коку.
Если писать заглавными, то получиться COCU.
Старый все особенности правописания заглавных учел и начертал
следующее: "СТАРИК COCU ". Как-то нехорошо получалось: то ли Старый
предлагал заняться этим Симе, так по-дружески, - мол, соси старина Сима в
свой день рождения, то ли сам себя призывал к подобным действиям. Старый
понял, что получилось не совсем то, что он хотел и, затерев одеколоном
надпись, вывел новую " СТАРИК KOKU ". Вот далась ему эта палочка у
латинского "U", ну разве нельзя без нее? А так она становилась похожей на
русскую "U" и снова выходило что-то неприличное. Ну коки, так коки - больше
исправлять не стали.
Еще вчера мы купили в КырПыре 4 килограмма картошки и теперь все это
нужно было почистить и начинать варить. Дружно навалившись на работу, мы
расправились в ней очень быстро. Чтобы чувствовать себя совсем комфортно,
было решено праздновать birthday в нашей с Максом и Аленой палатке - на
улице дует сильный ветер.
Тем временем Сима и Татьяна вернулись и подготовка к празднику вступила
в завершающую стадию: мы приготовили два небольших котелка крымского салата,
помыли персики, вытащив из нашей палатки все вещи и, расстелив
полиуретановые коврики, устроили в ней большой гостиный зал. Можно было
начинать. Мы уже третий раз праздновали Симин день рождения в подобной
обстановке: два года назад это происходило в окрестностях города Анапа, в
прошлом и в этом году здесь, в Лисьей Бухте. И на этот раз торжество
получалось очень веселым. Произносились тосты, мы дарили подарки, шутили,
пили коньяк - все было очень здорово, настоящий праздник. Когда наступил
вечер и на небе стали зажигаться первые звезды мы переместились за каменный
гарнитур.
Время поиграть на гитаре и попеть песни. Музыканты заметно нетрезвы, но
это ничуть не мешает, наоборот, только добавляет куража в настроение вечера.
Играем как всегда рок-н-ролл: "Я третий день не мужчина, ты тянешь меня к
врачу:", "Оранжевое настроение", "Фантом" и еще много других зажигательных
песен. Специально для Симы играю песню Найка Борзова "Маленькая лошадка".
Она стала нашим дорожным хитом, во время трудных горных переходов мы часто
ее напевали.
Гранд-финал этого вечера - восхитительный по вкусу торт "Медовик". Его
нужно есть очень осторожно, так как забывшись можно запросто проглотить свой
язык и даже не заметить этого, потому что все мысли будут заняты вопросом "А
не осталось ли еще ма-а-а-ленького кусочка?"
Рано или поздно это должно было случиться и вот нам пришлось встретить
утро последнего дня нашего пребывания в Лисьей Бухте. Продукты к этому
времени у нас почти кончились и питаться приходилось преимущественно
макаронами. К большому сожалению сильной половины компании вино и коньяк
кончились не почти, а совсем, и нас ожидала безрадостная перспектива
провести последнюю ночь без капли спиртного. Ну что ж, зато мы славно гуляли
на протяжении многих дней и почти ни в чем себе не отказывали.
Мы идем купаться в море и долго плаваем среди камней с подводными
ружьями (на этот раз у нас их аж два). Самым удачливым охотником оказался
Старый - только взяв в руки ружье, он сразу же подстрелил у самого берега
небольшую рыбу. Когда мы решали вопрос о том, когда нам нужно сниматься с
лагеря Старик рассказал, что добраться из КырПыра до Новороссийска можно за
1 день. Он все рассчитал: автобусы от биостанции до Феодосии ходят каждый
час, а с Феодосии в 14.05 идет автобус на Новороссийск. Билет стоит 40
гривен вместе с паромом. В 20.40 мы в Новороссийске, а в 21.22 поезд
Новороссийск-Архангельск. Ну, Старый, вот молодчина, сообразил! А то в
прошлом году мы снялись за 2 дня до поезда, а тут выкраивался свободный
день. Сам Старый уезжал уже после нас: так получилось, что он взял билеты на
другой поезд, идущий из Новороссийска 24 августа. Все деньги были рассчитаны
под эти 40 гривен и нам должно было хватать их тик-так.
Последний день пролетел незаметно и сейчас уже ночь мягко ступала по
вершинам гор. Хороводы звезд чудными узорами сплетались на далеком
небосклоне и одна за другой вспыхивали по мере того, как на горизонте
догорал темно-вишневый закат. В тот вечер в лагере горел большой прощальный
костер. Мы молча смотрели в огонь и отблески пламени играли на лицах моих
друзей. Я спускаюсь вниз к самому взморью. Здесь очень тихо, слышен только
легкий плеск волн о прибрежные камни. По черному бархату неба проплывает
сияющая луна. Я гоню прочь грустные мысли и улыбаюсь серебряному диску. Мы
стали другими в этом иллюзорном мире, который создали сами, а может быть, мы
просто стали такими, какие мы есть на самом деле и мир этот не растает и не
исчезнет с течением времени, а будет жить в наших душах? Со временем этот
мир обрастет своими легендами и мы раскрасим его самыми яркими красками
своих впечатлений.
С подъема мы быстро собираем вещи, снимаем палатки, и вот на плато
осталась лишь одинокая хижина - Старый будет уходить отсюда последним. Нужно
прощаться с морем: мы спускаемся к воде и, взяв по монетке, плывем по тихим
лазурным волнам. Чтобы вернуться сюда еще раз нужно бросить в море монетки
и, нырнув, мы складываем их рядышком друг с другом - если когда-нибудь нам
удастся побывать здесь, то всем вместе.
Взвалив на плечи рюкзаки и палатки, мы спускаемся по тропинке, ведущей
к знаменитому плато и уходим по извилистом побережью, бросая прощальные
взгляды на вершины гор. "До свиданья мой любимый берег, мы почти попали в
хроники твои:". Расписание автобусов на остановке гласило, что ближайший
рейс будет через полтора часа. Ну что ж, Старик мог и ошибиться, главное -
добраться до Феодосии к 14.05. Мы довольно серьезно проголодались, так как с
самого утра ничего не ели. Наш бюджет к тому времени мог позволить только
:белый хлеб и минеральную воду. Но ничего, доедем до Новороссийска, сядем в
поезд, там и поедим. Приехал автобус и погрузившись мы тронулись в сторону
Феодосии. Билеты оказались в 1,5 раза дороже, но на уровне 1-1,5 гривны это
не было для нас сильным ударом.
Время около 14.00 мы стоим под палящим солнцем на площади автовокзала
города Феодосия. В кассах с ужасом для себя узнаем - в ближайшие полчаса
никаких рейсов до Новороссийска нет. К сожалению, их нет и в следующие
полчаса и через два часа тоже - АВТОБУСА ФЕОДОСИЯ-НОВОРОССИЙСК НЕ
СУЩЕСТВУЕТ!
Ну, Старый, вот "молодчина" - "сообразил"! Интересно, что он чувствовал
в это время, если верна такая примета: вспомнишь человека, и он будет икать.
Я не знаю умирают от икоты или нет, но если бы умирали, то часы Cтарого были
бы сочтены.
Мы оказались в прескверной ситуации: через шесть с половиной часов
отходит наш поезд, отходит в другом государстве в двухстах километрах
отсюда, и у нас в обрез денег - все было рассчитано под эти злосчастные 40
гривен. Опоздать на поезд было бы катастрофой: во-первых, у нас на руках
сгорали наши билеты, во-вторых, новых билетов нам не достать - их просто
нет, даже если бы у нас были деньги достать билеты с направлений СочиНовороссийск
невозможно!
Но смириться и отступить нельзя, у нас так не принято. Мы поймали
микроавтобус и рванули в Керчь - если повезет мы успеем на пятичасовой
паром, доедем до Кавказа, а там посмотрим. Водила RAFика старался и гнал
добрую сотню в час на протяжении всей дороги, но к парому мы добрались
где-то в районе 18-ти. В кассах получили очередной удар ниже пояса -
ближайший паром в 19.00. Переправа длиться около 30 минут, но самое
страшное, что мы попадаем в другой часовой пояс - в России плюс один час, то
есть когда мы приедем в Порт-Кавказ будет половина девятого! Даже если мы
все-таки переправимся, то нам останется где-то 110 км до Крымска и 145 до
Новороссийска, а в нашем распоряжении оставалось 2 часа, если ехать в
Крымск, а из Новороссийска наш поезд уходил уже через 52 минуты.
Денег уже почти не оставалось. Понимая всю безысходность ситуации, мы
сидели на сваленных в кучу рюкзаках у здания украинской таможни и гадали как
будут развиваться дальнейшие события. Истратив последние гривны на хлеб и
пару пакетов молока, мы подкрепились и оживившись прониклись неугасаемым в
любых ситуациях аленкиным оптимизмом: чем черт не шутит, в конце концов, мы
ничего не теряем - за 10 минут до отправления парома мы рванули в кассы.
Билеты еще есть, отлично, скорей по коридору таможни - мы спешим! Паспортный
контроль: фас, профиль - все в порядке: стоп! Ребята, а где вы
регистрировались? О порядке регистрации мы знали, но чтобы не тратить деньги
на подобные формальности регистрироваться в КырПыре не стали. Верить в то,
что мы не задерживались ни в одном городе дольше одних суток, а находились в
постоянном движении, таможенники решительно отказывались и, забрав наши
паспорта, предложили подождать у дверей одного из кабинетов.
Здесь уже стояла очередь наших собратьев по несчастью и
поинтересовавшись мы узнали, что сейчас нам предложат уплатить штраф - 85
(восемьдесят пять) гривен с каждого человека! Люди выходили из кабинета
мрачные, и было видно, что платить им все- таки приходится. Но нам уже
нечего терять - у нас таких денег даже на одного человека и близко нет, а
потому посовещавшись мы решили, что максимум что мы можем заплатить за наши
аусвайс - это 200 рублей (36 гривен), естественно, на всех. С этими-то
деньгами я и отправился в злополучный кабинет.
Служитель державной мiтницi носил высокоинтеллектуальное звание
прапорщика. Он наотрез отказывался вникать в наше трудное во всех отношениях
положение и, как следствие, моим просьбам не внял. До отправления парома
оставалось минуты 2-3, когда Алена решилась штурмом забрать наши документы.
Мгновенно покорив алчного митнiционера своим обаянием, она победоносно
вылетела из кабинета с пачкой паспортов. О, женщины! Мы успели втиснуться на
уже уходящий паром и теперь покидали берега этой волшебной страны,
оказавшейся под гнетом злостного государства.
Российские таможенники без проблем пропустили нас, и мы влетели на
знакомую площадь. Эй, люди, we need help! Мы метались от машины к машине, но
в направлении Крымска никто не ехал, да и предложить приличную сумму денег
мы не могли.
Люди! Мы очень need help, ну почему вы не хотите нам помочь?! Было
где-то в районе половины десятого. Ждать и надеяться на чудо уже слишком
поздно. Мы опоздали. Быстро темнело. В воздухе носились полчища кровожадных
комаров и их яростные атаки порой становились просто невыносимыми. Нужно
искать ночлег и мы идем на песчаный пляж, где ночевали еще в прошлом году,
только тогда у нас в запасе был целый день, а сейчас мы безнадежно опоздали
и, наверное, еще не совсем осознавали всю серьезность нашего положения.
Поужинав белым хлебом, мы расстелили на песке наши полиуретановые коврики и,
укрывшись одеялами, попытались уснуть. Но это было очень не просто, - со
всех положений нас атаковали злые кровопийцы и нам приходилось забираться
под одеяла с головой, но это тоже не спасало. Они везде находили отверстия,
тем более что иногда хотелось подышать свежим воздухом и необходимо было
раскутываться. Как безмятежно мы спали в Каzантипе по сравнению с этой
ночью! Это был просто сон младенца. В этом комарином аду мы промучались до
утра и, проснувшись, собрались в путь.
В 8.32 до Крымска должен идти автобус. Сейчас уже 9.00, а рейс все
откладывается. В кассе безнадежно разводили руками и отвечали, что сегодня,
наверное, он будет только вечером. Мы нашли старенький УАЗик, который шел до
Крымска и был готов взять четверых человек. Макс и я решили остаться и
доехать каким-нибудь другим транспортом, а сейчас погрузив в "буханку" все
вещи мы помчались в стоящий неподалеку поселок: пока авто ждет прибытия
парома нужно успеть купить хлеба и молока (перед трудной дорогой
позавтракать - первое дело). Пока мы стучались в ворота и калитки,
спрашивая, где можно купить хлеба и молока, УАЗик с нашими друзьями умчался
прочь, и мы с Максом остались вдвоем. Нам оставили 100 рублей на дорогу до
Крымска, но мы не спешили их тратить, а решили продвигаться автостопом.
Выкинув левую руку с поднятым вверх большим пальцем (международный знак
автостопа) мы тащились по бесконечному, исчезающему на горизонте шоссе.
Нужно сказать, что сначала нам везло и пешком мы проходили не много: из
одной машины мы пересаживались в другую, затем в третью; дорогу мы знали, а
подвезти просили сколько возможно по направлению к Крымску. Когда мы
проходили мимо виноградников обязательно срывали по крупной грозди черного
или зеленого винограда. Дорога ныряла в фруктовые сады и мы объедались
сливой и яблоками - это не так уж плохо путешествовать автостопом. Сменив
шесть легковых авто и два автобуса, мы добрались до города Крымск - ура! В
то время как я и Макс пробирались через бескрайние кубанские просторы наши
уже приехали в Крымск и теперь прокручивали варианты как нам поступать
дальше. В линейном отделе милиции на железнодорожном вокзале нам выписали
справку (см.приложение) и рассказали как мы смогли бы добраться домой.
Милиционеры отнеслись к нам очень доброжелательно, и с ними было приятно
общаться, хотя в прошлом году нас задержали, обвинив в бродяжничестве и
незаконном ношении холодного оружия работники этого же отдела.
Единственным для нас шансом выехать отсюда было просить проводников в
проходящих поездах взять нас с собой. Изначально это казалось нереальным: мы
не могли предложить им ничего. В самое напряженное время года, когда с юга
стремятся выехать тысячи, как и мы безбилетных курортников, мы не могли
заплатить за проезд даже сколь угодно малую цену. В наше время, когда
меркантильные интересы зачастую преобладают над нравственными ценностями это
действительно нереально, но другого выхода у нас не было.
Купив несколько батонов, мы набили хлебом пустующие желудки и подсчитав
оставшиеся деньги констатировали принеприятнейший факт - у нас оставалось 40
рублей на шестерых! Самое время вспомнить КырПыр и компанию уличных
музыкантов на морской набережной. Уверен, у нас могло получиться не хуже.
Мы выходили к прибытию каждого идущего в сторону Москвы поезда, но наши
просьбы о помощи не находили отклика в душах проводников и они отсылали нас
к начальнику поезда. Начальники вообще, как правило, люди не особенно
жалостливые, а начальники поездов и вовсе лишены этих человеческих качеств -
разговаривать о том, чтобы везти нас без денег они не желали ни при каких
обстоятельствах.
Мы разбились на группы по двое: Сява и Алена, Сима и Татьяна, я и Макс
- так было проще обращаться с подобными вопросами к проводникам, но ощутимых
результатов это не приносило. В перерывах между поездами мы играли в
преферанс, а когда состав подходил к станции выходили к вагонам. Попытать
счастья в очередной раз и выйти к поезду Новороссийск-Тверь настояла Алена и
они с Сявой взвалив на плечи рюкзаки, вышли из зала ожидания к прибывающему
поезду. Но они не вернулись доигрывать партию преферанса - случилось чудо,
иначе не назовешь: один из проводников сразу согласился взять их в свой
вагон! Ну что же - в добрый путь!
Мы обрадовались за то, что у Алены с Сявой так здорово все получилось,
а про себя решили, что завтра с раннего утра мы начнем продвигаться в
сторону дома на ... электричках. Ждать прибытия сказочного экспресса
"Голубая стрела" или добрых проводников было несерьезно, тем более что с
такими деньгами за пару дней мы могли запросто "завернуть ласты". Второпях
Сява вообще не взял с собой денег и надежды на то, что в дороге им придется
что-нибудь поесть были очень слабыми.
Мы по-прежнему выходили к поездам и в один из них нам удалось
забраться, но провезти нас обещали очень недолго. Мы проехали Краснодар и
вскоре вышли на станции Пластуновская: дальше везти нас не захотели, но и на
том спасибо.
У дежурного по вокзалу мы выяснили, что на Староминскую (в ней мы
должны были сделать пересадку и ехать в Ростов - на - Дону) отсюда поезда не
ходят. Пришлось дожидаться утра на вокзале, а с первым поездом вернуться в
Краснодар и там сесть на староминскую электричку. Так мы и сделали. Около
двух часов дня мы пересели на ростовское направление и двинулись дальше.
Всем проверяющим билеты кондукторам и ревизорам мы предъявляли милицейские
справки и показывали просроченные билеты.
Работники МПС удивленно смотрели на собравшихся пересечь почти всю
страну на электричках, но помощь в продвижении к городу Ярославлю оказывали
- и не высаживали нас.
В Ростове мы пересели на пригородную электричку, которая должна была
доставить нас до станции Лихая. Пригородные поезда, как известно, самые
поездатые поезда в мире - их быстроходность и повышенная комфортность
располагали к тому, чтобы постоянно спать, свернувшись калачиком на
деревянной скамейке. В Лихую мы приехали уже поздно ночью. Завершив суточный
переход, мы расположились в зале ожидания на вокзале. Продолжая еще на чтото
надеяться, мы встречали идущие на север поезда, но ситуация многократно
повторялась и мы возвращались на вокзал ни с чем. Расстелив на полу
туристические коврики, мы легли спать. А что же еще нам оставалось делать?
Утро вечера мудренее.
На первой электричке мы выехали к станции Чертановка. Вслед за Ростовом
мы хотели перебраться в Воронеж, потом в Рязань, а там уж и до Москвы рукой
подать. У нас не было карты, и пригородные перевалочные станции мы узнавали
из расспросов местных жителей. Язык, кстати, может до Киева довести, но нам
не нужно в Киев - мы едем домой. В Чертановке нам необходимо пересесть на
электричку, идущую в Россошь, но между ними 3,5 часа перерыва и мы вынуждены
торчать у чертановского вокзала все это время. В качестве пищи мы
использовали все тот же хлеб и сырую воду. Когда мы ночевали в Лихой и перед
сном сели поужинать буханкой черного хлеба на четверых, то увидевший эту
картину наш случайный попутчик отдал нам свою банку с жареной рыбой просто
так, в качестве гуманитарной помощи.
Итак, мы съели очередную порцию хлеба, хотя переваривать его
становилось все труднее, но лучшего мы позволить себе не могли и стали ждать
отправления поезда. Татьяна решила устроить в своей сумочке капитальную
приборку и теперь вытряхивала на асфальт выловленных Симой ракушек. Вдруг из
этой кучи мокрых слизней она извлекла: сторублевую банкноту! Вот это да! Еще
пять минут назад мы считали копейки, и всего у нас оставалось каких-то
пятнадцать рублей, а теперь мы сказочно богаты! Мы купили молока и : еще
хлеба: сколько мы еще будем добираться неизвестно, а деньги нужно экономить.
Наконец прибыла электричка, идущая в Россошь, и мы двинулись дальше.
Было около 18-ти часов когда мы достигли своей промежуточной цели и сразу
отправились к билетным кассам узнать следующий маршрут пересадок.
Выяснилось, что нам нужно ехать до станции Лиски, а там пересесть на
воронежскую электричку. Мы часто вспоминали Сяву и Аленку: как там они?
Может уже подъезжают к дому, а может, застряли на какой-нибудь станции. Но
еще чаще мы вспоминали Старого: если бы только не он все могло бы быть
совсем по-другому:И причудился же ему какой-то прямой автобус: Кошмар.
Динамики громкоговорителя объявили о прибытии на 6-й путь поезда
Адлер-Череповец. Попробовать попытать счастья? Но ведь мы уже множество раз
обращались за помощью и всегда получали однозначный ответ. Ну хорошо,
давайте попробуем еще раз. С рюкзаком, палатками и тележкой мы перелезли
через все пути и разошлись по составу: Сима и Татьяна вначале, я с Максом в
конец. Самыми последними были прицеплены вагоны, идущие в Ярославль(!). Et
fumus patriae est dulcis (и дым отечества нам сладок и приятен). Возьмите
нас с собой в Ярославль, ну пожалуйста! Из вагонов покурить и размять ноги
высыпала толпа пассажиров, и вдруг в одном из них я узнал Винограда (Андрей
Виноградов).
-Виноград!!!
-Ключ!!!
Вот это встреча! Мы отдыхали на разных побережьях Черного моря, (он был
в Сочи), а теперь встретились здесь, в Богом забытой Россоши. Если я
теоретически мог предполагать встретить кого- нибудь из знакомых на одной из
станций, то для Винограда эта встреча была сверхнеожиданной. Нужно сказать,
что мы с Максом предстали перед ним в самом живописном виде: лохматые,
заросшие дикой щетиной; на мне были протертые на обоих коленях джинсы, - в
общем, вполне добропорядочные бомжи.
Вместе с Виноградом ехала его знакомая Марина. Ее я знал только по
фотографиям и рассказам Андрея, а она, наверное, вообще не знала о нашем
существовании. Но видя, что мы попали в такую нелепую ситуацию, она сразу же
решила нам помочь. Проводники в этом вагоне оказались ничуть не лучше своих
коллег из других поездов и взять меня Максом категорически отказывались. -
"Идите к начальнику поезда".
Да, с проводниками нам явно не везло. Нас не хотели брать ни при каких
условиях: тут уж и наши друзья просили и уверяли, что посадят нас на свои
места - все тщетно. Ну и черт с ним! Марина дала нам взаймы кучу денег (500
рублей) и теперь мы могли путешествовать вполне независимо. Все-таки есть на
свете добрые люди, они практически спасли нас с Максом. Виноград забрал у
меня нашу громадную палатку и тележку: потом, в Ярославле, я заберу все эти
вещи обратно, а так у нас освобождались руки от лишнего груза.
Поезд ушел, и мы остались стоять на пустой платформе с Максом вдвоем.
Сима и Татьяна договорились с одним из проводников, что рассчитаются с ними
по приезду в Ярославль и уехали. Но мы нисколько не расстраи
Поділитися у соцмережах
