Жанр: Научная фантастика
Кобра 2. Удар кобры
...ех пор как он покинул "Каплю Росы", таких созданий он встречал не менее
двух десятков, хотя в большинстве своем по размеру они не превосходили собаку или обезьяну,
тем не менее он не мог позволить себе роскошь не обращать на них внимания и подставлять им
свою спину. Но отказаться от предоставляемого ему шанса сейчас он был не вправе.
Прислушиваясь ко всем подозрительным звукам, он привел в действие систему
автоматического слежения за несколькими мишенями и стал ждать.
Ожидание было недолгим. Как и раньше, атака моджоев была сокрушительной, попытки
тарбинов противостоять ей были сломлены. Самки еще до того, как самцы успели покинуть их,
устремились под прикрытие близстоящих деревьев. Пайер своими мишенями выбрал тарбинов,
потом, немного поколебавшись, присоединил к ним еще и одного из оседлавших их моджоев.
Цепляясь за ветки деревьев, моджои стали покидать свои жертвы, а Пайер, подняв руки, сделал
сразу три выстрела из ручных лазеров.
Подбитые птицы, увлекая за собой листья, упали в кусты. Пайер быстро подскочил к ним
и, схватив свою добычу, поспешно убрался с дороги, поскольку приближалось основное стадо.
Держась невдалеке от него, он пробежал с бололинами несколько сот метров в глубь леса.
Потом, повернувшись на пятке правой ноги, он поднял левую и выстрелил из
бронепробивающего лазера.
Деревья озарились отраженным светом, а подбитое животное рухнуло на землю. В воздух
взвился осиротевший тарбин, но, не преодолев и десяти метров, он тоже был повергнут
лазерным лучом Пайера. Подхватив своего последнего тарбина, Пайер доставил свою добычу к
кустам, где лежали морозильники, куда он и запихнул тушки птиц. Потом он присел на
корточки, так чтобы видеть мертвого бололина, прижался спиной к большому дереву и стал
ждать.
Прошел час, прежде чем умолкли звуки, доносившиеся с площадки между городом и
лесом, где люди заканчивали уборку убитых четвероногих. В течение всего этого времени
Пайер также слышал, как кто-то шарил в кустах кромки леса, время от времени посвистывая,
очевидно разыскивая подстреленного им моджои. Но и этот человек, и другие, слишком
хорошо знали, чем чреваты прогулки в ночном лесу, и никто из них не появился вблизи от того
места, где сидел Пайер.
Наконец все они ушли, и Пайер мог спокойно заняться перетаскиванием туши бололина
куда-нибудь поближе к кораблю. С работающими сервомоторами вес животного не
представлял для него неразрешимой проблемы, но только с четвертой попытки он сумел взять
животное так, чтобы не терять равновесия. Найти достаточно широкую для прохода тропу
среди деревьев и кустарника было проблемой номер два, и он не раз чертыхался, недоумевая,
как это зверюги справлялись с этим сами.
Но наконец он осилил и это. Сбросив тушу возле замаскированного лазерного
передатчика и включив последний, он надел наушники.
- Пайер вызывает "Каплю Росы", - проговорил он. - Эй, кто-нибудь, отзовитесь.
- Лейтенант Коллинз, - тотчас услышал он ответ. - Я думаю, что губернатор Телек и
ее люди все еще находятся в комнате отдыха, сейчас я соединю вас.
- Прекрасно, - сказал Пайер. Через секунду из аппарата послышался голос Телек. -
Все в порядке, Альмо? - спросила она.
- Пока да. Слушайте, я тут раздобыл для вас тушу бололина, а два морозильника набиты
тарбинами и моджои. Мне их разморозить для вас или вы подождете, пока я доставлю их на
борт?
- Ты раздобыл тарбинку? Замечательно! Оплодотворенную или нет?
- И одну и другую, иначе откуда у меня появился бы невостребованный бололин?
- Угу, поняла. Так, насколько я понимаю, мне сначала нужно разобраться с бололином,
пока до него не добрались любители падали. Ты можешь к аппарату связи присоединить для
меня полевой анализатор?
- Безусловно.
На то, чтобы установить полевой анализатор, подключить его регуляторы к
телеметрическому отверстию передатчика, у него ушло всего несколько минут. К тому
времени, когда он закончил, Телек со своей стороны тоже уже подсоединила специальную
контрольную панель.
- О'кей, - сказала она. - А теперь отойди.
Дистанционный анализатор, похожий на крупную двойную морскую звезду, передвигаясь
на своих щупальцах, медленно подполз к боку боболина, где у большинства животных земного
происхождения располагается сердце. Из одного манипулятора выдвинулось лезвие скальпеля,
который на темной шкуре животного сделал аккуратный разрез. Пайер еще немного подождал,
чтобы окончательно убедиться в том, что телекамеры анализатора были удобно и надежно
укреплены на деревьях, обеспечивая хорошую картинку, и только потом решил осуществить
обход местности. Сейчас они не могли себе позволить такую роскошь, чтобы на них наткнулись
квасамане или пожиратели падали, кроме того, меньше всего на свете ему хотелось стать
свидетелем происходящего.
Прошло три часа, прежде чем дистанционный анализатор вернулся на землю и сообщил,
что операция закончена. Теперь бололин был неузнаваем. Отвернув глаза, Пайер снова надел
наушники.
- Пайер слушает.
- Вот ты и вернулся. - Если Телек и устала, то определить это по голосу было
невозможно. - Теперь тебе не хотелось бы открыть для меня морозильники и извлечь одну из
тарбинок? Давай начнем с неоплодотворенной.
- Вы уверены, что хотите заняться этим прямо здесь? - с сомнением спросил он.
- С помощью дистанционного манипулятора я могу управляться ничуть не хуже, чем
своими собственными руками, - заверила его Телек. - Кроме того, мне бы хотелось получить
некоторые ответы еще до того, как нам придется улететь. Или сформулировать вопросы,
которые нужно будет попросить Юрия задать.
- Хозяин - барин. - Разыскав нужный ящик, Пайер открыл его и, вытащив
охлажденную тушку птицы, разложил ее на голой земле. И тотчас к ней пополз дистанционный
анализатор, а Пайер снова отправился в свой дозор.
Он дважды возвращался, сменив сначала бесформенную массу на оплодотворенную
тушку тарбинки, а потом на моджои. И каждый раз он изумлялся способности Телек без сна и
отдыха на протяжении многих часов выполнять столь тонкую работу. Но она не сдавалась, и
только, когда небо на востоке начало постепенно светлеть, огонек функционирующего
манипулятора окончательно погас.
- Ну что? - спросил он в микрофон, начиная собирать оборудование.
- Я не совсем уверена, - медленно произнесла Телек, - хотя полученные данные
совершенно очевидны, я не уверена в том, что могу верить своим глазам. Моджои и тарбины
относятся к совершенно разным видам... и моджои не оплодотворяют тарбинок, а скорее
делают им прививки.
- Делают что?
- Дело в том, что единственный наружный половой орган моджои устроен таким
образом, что похож на некую органическую гиподермическую иглу, с помощью которой он
впрыскивает семенную жидкость, содержащую не зрелые сперматозоиды, а вирусоподобные
ядра. Далее ядра... но пока это предварительные данные, похоже, внедряются в клетки на спине
тарбинов и превращают их в эмбрионов моджои.
Пайер взглянул на лежащую на земле искромсанную тушку моджои. В свете
начинающегося утра было видно, что по ней уже начали ползать насекомые.
- Это же какая-то дьявольщина.
- Вот и я так сказала, - вздохнув, согласилась с ним Телек. - Но чем больше я об этом
думаю, тем больше нахожу в этом смысла. Передавая таким образом функцию вскармливания и
защиты своего потомства особям совершенно другого вида, моджои тем самым полностью
освобождают себя от этого жертвоприношения.
- Но что стимулирует жизнь тарбинов до тех пор, пока эмбрионы не убьют их? -
возразил Пайер. - И как быть с обучением молоди, которое обычно ложится на плечи
родителей?
В аппарате раздался голос Кристофера.
- Вы говорите об обычном поведении насекомых, когда один вид откладывает яички в
теле другого, которое, кроме всего прочего, становится для вылупившихся личинок пищей. Но
молодому моджои нет нужды убивать своего хозяина. Если вы более внимательно посмотрите
на строение кожи и мышц спины тарбииа, то увидите, что критическая зона без всякого ущерба
для жизни и летательных способностей хозяина может раскрываться.
- При условии, что моджои не превышают своих максимальных размеров, - добавила
Телек. - А что касается постнатального обучения, то мозг моджои имеет более крупные в
пропорциональном соотношении размеры структур, отвечающих за врожденные рефлексы, чем
у животных земного происхождения или авентайнских, строение которых мне знакомо. Но,
конечно, это только предположение. Квасаманская биохимия не обязательно должна быть
аналогична нашей...
- Кроме того, подбив птичку, ты поджарил часть ее мозга, - вставил Кристофер.
- Заткнись, Вил. Во всяком случае, вероятность того, что молодой моджои просто
проклевывается сквозь кожу тарбина, отделяется от него и летит искать укрытия, очень высока.
- Или на чье-то плечо. - Пайер, когда его осенила одна мысль, нахмурился. - На чье-то
плечо... а ведь тарбины точно так же сосуществуют с бололинами.
- И ты заметил сходство, да? - сказал Кристофер. - Но вот что делает всю ситуацию
еще более запутанной и интригующей: у тарбинов имеется точно такой же гипоорган, что и у
моджои.
- И у бололинов тоже, - добавила Телек, - хотя только Богу известно, какие виды они
могут использовать для роли хозяина своих эмбрионов. Может быть, друг друга, хотя самому
крупному виду животных приходится делать что-то другое.
- У большой блохи всегда найдется блошка поменьше, чтобы кусать ее спину, -
вспомнил Пайер старую поговорку.
- ...а у маленькой блошки есть блошка поменьше и так до бесконечности, - договорила
вместо него Телек. - Ты - третий человек сегодня, кто вспомнил об этом, начиная с меня.
- Хм, ладно... контактная команда завтра опять продолжает свои экскурсии?
- Да. Я думаю, что, как только они проснутся, я дам им почву для раздумий. Может
быть, Юрий сумеет выудить из Моффа еще какую-нибудь информацию. - Телек замолчала, и
Пайер услышал приглушенный звук еле сдержанного зевка. - Тебе лучше найти какое-нибудь
укрытие, Альмо, и вздремнуть, - сказала она. - Я думаю, что в сложившейся ситуации ты
пока можешь отложить исследование фауны реки, о котором мы с тобой вчера говорили.
Сейчас у меня достаточно данных, чтобы некоторое время быть занятой.
- Не возражаю, - согласился Пайер. - Я свяжусь с вами, как только проснусь.
- Будь осторожен, смотри, чтобы тебя не заметили. Спокойной ночи, вернее, утра.
- И вам того же.
Выключив аппарат лазерной связи, Пайер несколько минут потратил на то, чтобы снова
замаскировать и спрятать все остальное оборудование. В десятке метров отсюда стояло дерево,
служившее ему приютом, толстое и высокое, с ветвями, начинавшими расти на высоте не менее
пяти метров над землей. Подкрепленный сервомотором прыжок поднял его на нужную высоту;
вскарабкавшись еще выше, он оказался в своем "убежище", которое представляло собой
подвешенный гамаком к надежному, толстому суку одноместный водонепроницаемый мешок,
окруженный чем-то вроде клейкой клетки. Пайеру представлялось несколько странным спать в
таком сооружении, но это был самый простой способ обезопасить себя от нападения
плотоядных в случае их тихого приближения и его крепкого сна.
Войдя в клетку, он снова закрыл ее и со вздохом влез в свой мешок. Некоторое время он
размышлял, стоило ли ему включать себе будильник, но потом решительно передумал. Если
что-то случится, то с помощью односторонней связи для экстренных сообщений "Капля Росы"
сумеет передать ему информацию непосредственно в миниатюрные наушники, с которыми он
не расставался. И если при фокусировке луча они будут очень осторожны, то даже установка
для пеленгования на диспетчерской башне аэропорта не сумеет обнаружить его.
Диспетчерская башня. От его дремоты не осталось и следа, когда он вспомнил о тех
людях, что высыпали в черноту ночи, чтобы пострелять в бололинов из здания, которое, по их
предположению, было темным и пустынным. Правда, их присутствие там никак не связывалось
с предполагаемым предназначением постройки, со дня их прибытия они даже ни разу не
слышали шума самолетного двигателя. Но если они были здесь не для того, чтобы заниматься
самолетами, тогда что они там делали? Следили за кораблем пришельцев? Вероятно. Но если в
их задачу входило только слежение, то, следовательно, они никого и не волновали.
Закрыв глаза, Пайер подальше от себя отогнал мысли о молчаливых наблюдателях и впал
в забытье.
ГЛАВА 13
Для поездки в близлежащие деревни Мофф сменил их обычный открытый автомобиль на
маленький закрытый автобус. Установить причину такой перемены не составляло никакого
труда. Уже в километре от Солласа некоторые участки дороги проходили по заросшей лесом
местности, что было видно даже с орбиты.
- Обычная предосторожность, - объяснил Мофф, когда зашла речь об их новом
транспортном средстве. - Хотя на автомобили редко нападают даже крисджо, но все-таки
иногда это случается.
От этой мысли Джошуа содрогнулся и, наверное, в сотый раз подумал о том, что могло
заставить Пайера отправиться в лес одному и что нашло на Телек, позволившей ему это.
Молчание "Капли Росы" относительно миссии Пайера просто сводило его с ума, вследствие
чего Джошуа чувствовал себя крайне настороженно. Они с Юстином по дороге на Квасаму за
спиной Пайера обсуждали некоторую таинственность его присутствия на корабле, хотя
подходящих ответов так и не нашли. Вероятность того, что Телек могла взять кого-либо в
экспедицию исключительно из-за политических взглядов, что делало бы его присутствие
необязательным, раньше в голову Джошуа никогда не приходила, но сейчас она просто не
давала ему покоя и очень не нравилась.
Хотя повода для беспокойства пока не было. Пайер уже продемонстрировал свою
способность выжить в условиях дикой природы Квасамы и, кроме того, биологическое
открытие, которое прошлой ночью они сделали вместе с Телек, было слишком потрясающим,
чтобы обойти его стороной. Образование Джошуа включало только минимальный набор
пригодных для жизни наук, но даже он понимал, насколько радикально отличалась экология
Квасамы от всего доселе известного в их Мирах и Доминионе, и мог догадываться о
возможности практического применения этого открытия. Пока, правда, у контактной команды
не было шанса спокойно обсудить это между собой, поскольку их хозяева даже не подозревали
о том, что они располагают такими сведениями. Но в их глазах Джошуа мог прочесть
аналогичные мысли и раздумья. Разглядывая за окнами автобуса ярко окрашенную листву, он
терпеливо ждал, когда Серенков начнет осторожное прощупывание Моффа, что настоятельно
рекомендовала Телек.
Но терпения у Серенкова, по всей видимости, было гораздо больше, чем у Джошуа, и он
начал вести разговор в этом направлении только тогда, когда их пятидесятикилометровое
путешествие уже подходило к концу.
- В гуще деревьев, я заметил, полно мелких пташек, но ни одной, вроде моджои или его
самки тарбина. Где они гнездятся? В лесу или в заросли игл на хребте боболинов? Где
выращивают свой молодняк?
- У них нет нужды ни вить гнезда, ни выращивать молодняк, - сказал ему Мофф. -
Родившийся моджои уже обладает всеми необходимыми для выживания умениями.
- В самом деле? По-видимому, тарбинке приходится долго высиживать яйца?
- Яиц вообще нет, моджои - живородящие. В этом смысле большая часть
птицеподобных созданий Квасамы не являются истинными птицами в общепринятом смысле
слова.
- Ага. - Джошуа почти физически ощущал, как Серенков подыскивал вопрос, который
он мог задать Моффу, не опасаясь, что тот поймет, что Серенков догадывался о его
умышленной дезинформации. - Меня также заинтересовала связь между бололинами и
тарбинами. Являются ли тарбины паразитами в чистом виде, которые пользуются хозяином, не
давая ему ничего взамен?
- Нет, у них скорее отношения партнерства. Тарбины часто помогают своим бололинам
отражать нападения хищников. Кроме того, считается, что они с воздуха находят наиболее
благоприятные для пастбищ места.
- А мне показалось, что бололины перемещаются только вдоль силовых линий
магнитного поля, - вставил Ринштадт. - Они что, могут сойти со своей тропы в любую
минуту, когда захотят попастись?
Мофф как-то странно посмотрел на него.
- Конечно. Они используют магнитные поля только исключительно для того, чтобы
попасть в северные зоны для выращивания молоди и обратно. А как вы пришли к такому
выводу?
- Ключ к догадке дало расположение самого Солласа, - опередил Ринштадта
Серенков. - Все ваши широкие проспекты тянутся вдоль силовых линий поля, не оставляя для
стад бололинов иного прохода. Мне кажется, вопрос Марка связан с тем, что, когда мы видели,
как стадо проходило через город, люди столпились с двух концов узких улочек, словно знали
наверняка, что бололины ни на йоту не свернут со своего пути. А один из людей, оставшихся на
борту, интересуется, не заставили ли их таким образом силой следовать по этим линиям.
- Конечно, нет. - Насмешливый взгляд Моффа теперь скорее выражал
подозрительность. - В противном случае многие из них просто врезались бы в здания и были
бы не в состоянии найти дорогу. Но как ваш компаньон на корабле узнал, где стояли люди?
Сердце Джошуа так и подпрыгнуло в груди. Квасамане пока никак не подавали виду, что
знают о его имплатированных сенсорах, но все же ему вдруг показалось, что все взгляды в
автобусе обратились в его сторону. Это чувство отбросило его назад в детство, когда мать,
глядя в его чистые глаза, всегда без труда могла установить, что за невинным выражением лица
скрывается какая-то проказа.
Но Серенков уже овладел собой.
- Но мы же им рассказали об этом, - заявил он тоном, в котором прозвучало
неподдельное изумление. - Покуда вы стреляли, мы описали им все в деталях. Особенно их
заинтересовала странная манера совокупления ваших птиц. Во всяком случае то, что я смог им
рассказать, очень озадачило их. Был ли это какой-то ритуальный танец или я что-то пропустил?
- Похоже, что моджои вас особенно интересуют, - сказал Мофф, и его темный взгляд,
казалось, был готов просверлить его насквозь.
Серенков пожал плечами.
- Почему бы и нет? Вы не можете не признать тот факт, что ваша связь с этими птицами
уникальна в истории человечества. Я просто не знаю другой такой культуры, где люди имели
бы такую универсальную защиту, к тому же оборонного характера, я имею в виду не только
широкое распространение ношения оружия. Несомненно, что у вас практически не должно
быть никаких проявлений агрессии в любой форме, начиная от насилия и кончая военными
действиями.
Джошуа, когда внезапно осознал этот факт, даже нахмурился. Он так увлекся
рассматриванием деталей и мелочей квасаманской жизни, что упустил главное. Но Серенков не
оплошал, и если он был прав, то трофтам было отчего беспокоиться. Человеческая культура,
обладавшая достаточной силой воли, чтобы разбить стереотип, когда сильный преследует
слабого, с трудом пойдет на сотрудничество, она предпочтет соревнование и станет
потенциальной угрозой своим соседям, несмотря на разный технологический уровень.
Мофф снова заговорил.
- А вы думаете, наши маленькие моджои заслуживают уважения? - спросил он,
поглаживая горло своей птицы. - А нашим людям и философии разве не стоит отдать
должное?
- Вне всяких сомнений, - сказал Ринштадт. - Но история знает бесчисленное
множество культур, представители которых на словах придавали огромное значение понятиям
справедливости и свободы только из-за страха, но ничего конкретного для своих сограждан не
делали. Вы, и в частности то поколение, которое первым приручило моджои, доказали, что
человечество способно на истинный практический идеализм. Уже одно это достижение делает
контакт между нашими мирами стоящим, правда, с нашей точки зрения.
- Так что, в вашем мире есть проблемы с войной? - Мофф перевел взгляд на
Ринштадта.
- Пока нам удалось избежать этой проблемы, - с осторожностью ответил тот. - Но нас
не миновала чаша обычных проявлений человеческой агрессии, и порой это причиняет
неприятности.
- Понятно. - Некоторое время они ехали молча, потом Мофф пожал плечами. -
Понимаете, нельзя сказать, что мы совершенно не знаем, что такое агрессия. Разница состоит
лишь в том, что мы научились направлять наше внимание наружу, на опасности, исходящие от
дикой природы, а не внутрь, на нас самих.
- Действительно опасно, - подумал Джошуа. Даже в глазах Серенкова отразилось
беспокойство, вызванное тем оборотом, который принимал разговор. В автобусе снова
воцарилось молчание.
Спустя несколько минут они достигли деревни под названием Харисим.
Джошуа тотчас вспомнил о тех спорах, что велись на борту корабля по поводу природы
тех колец, что окружали деревни. Являлись ли они стенами? Однако на земле их назначение не
оставляло никаких сомнений. Возведенная из огромных валунов и бетонных блоков,
окрашенная в мрачный черный цвет, стена Харисима возвращала их в древние исторические
времена на Земле, в те дни, когда продолжались бесконечные локальные войны. Здесь это
сооружение казалось совершенно неуместным, особенно после закончившейся всего несколько
минут назад дискуссии.
Стоявший рядом Йорк прочистил горло.
- Всего три метра высоты, - пробормотал он, - и никаких зубцов и амбразур.
Мофф очевидно слышал его.
- Как я уже сказал, у нас нет войны, - повторил он, как показалось Джошуа, несколько
более резко. - Стена нужна только для того, чтобы из леса в деревню не ворвались бололины
или более опасные хищники.
- А почему не построить такие же открытые улицы, как в Солласе? - спросил
Серенков. - Это отлично помогает решить проблему с бололинами, а хищников там я что-то
не видел.
- Появление хищников в Солласе - большая редкость, потому что в городе живет
довольно много народа и он далеко отстоит от леса. Но здесь такой подход совершенно
непригоден.
Тогда нужно вырубить лес, - подумал Джошуа, но потом решил, что одна деревня,
пожалуй, такого труда не стоила.
Автобус по окружной дороге проехал в юго-западный конец деревни, где в стене они
обнаружили черные ворота. Было ясно, что их ждали и наблюдали за ними: как только они
появились в пределах видимости, ворота открылись. Автобус въехал внутрь и, когда Джошуа
обернулся, то увидел, что за их спиной ворота снова закрылись.
Из-за стены, окруженной лесом, Джошуа подсознательно ожидал увидеть относительно
примитивный деревенский пейзаж с крытыми камышом крышами. И он, выйдя из автобуса и
увидев вполне современные улицы, здания и людей, почти ничем не отличавшихся от жителей
Солласа, испытал смутное разочарование. В стороне стояло трое человек, как только последний
человек из квасаманского эскорта вышел из автобуса, ожидавшие сделали несколько шагов
вперед.
- Мэр Инглисс, - кивнул ему в знак приветствия Мофф, - разрешите вам представить
гостей с Авентайна: Серенкова, Ринштадта, Йорка и Моро.
Если мэр Солласа Киммерон источал радость, то в отличие от него мэр Инглисс оказался
сдержанно-вежливым.
- Добро пожаловать в Харисим, - кивнув головой, произнес он. - Насколько я
понимаю, вас интересуют подробности деревенской жизни на Квасаме. В какой степени, можно
спросить?
Итак, квасаманская подозрительность характерна не только для крупных городов. Этот
факт разочаровал Джошуа даже больше, чем отсутствие домишек с крытыми камышом
крышами.
Серенков снова пустился в хорошо теперь знакомые ему разглагольствования о торговом
и культурном обмене, а Джошуа позволил своему взгляду произвольно скользить по
раскинувшейся перед ним местности. В Харисиме, похоже, не было домов выше шести этажей,
и абстрактные росписи на стенах также отсутствовали, во всем же остальном деревня
представляла собой как бы отдельный от большого города район. Даже присутствие стены не
казалось навязчивым, и только тут он понял, что внутренняя часть сооружения была
разрисована зданиями и лесным пейзажем. Но почему же снаружи она выкрашена в черный
цвет? - подумал он. И вдруг его, как вспышка молнии, озарила догадка. Черный цвет... такой
же цвет имели стволы деревьев. Несущийся в атаку бололин увидит вместо деревни гигантское
дерево и обойдет его. А это значит...
Прикоснувшись к шее, он прикрыл микрофон рукой.
- Я понял, - пробормотал он. - Росписи на улицах Солласа превращают его в некое
подобие лесных зарослей, те же цвета и тому подобное. Это не позволяет бололинам
уклониться в сторону.
Возникла такая длинная пауза, что он уже начал сомневаться в том, что на "Капле Росы"
его кто-то слышал. Потом в наушниках он услышал голос Ннамди.
- Какая-то дьявольщина, но ничего невероятного в этом нет. Интересно, правда, как
хорошо видят бололины. Губернатор Телек еще спит, но как только она проснется, я сообщу ей
о твоем предположении. Посмотрим, есть ли у нее сведения на этот счет по результатам
вчерашних данных.
- Прекрасно, - сказал Джошуа, - а вы тем временем попытайтесь дать разумное
объяснение с социальной точки зрения, зачем нужно городу, чтобы стада бололинов пробегали
по Солласу?
- То есть ты подвергаешь сомнению заявление Моффа о том, что они просто не могут
свернуть их с пути, так? - задумчиво произнес Ннамди. - Я над этим подумаю, сейчас мне
ничего толкового в голову не приходит. Секундочку подожди, пожалуйста, поверни голову
чуть-чуть левее.
Джошуа послушно повернул голову на несколько градусов в том направлении, в котором
его просили.
- Что там?
- Какой-то обведенный красным знак, в Солласе я ничего подобного не видел. Дай мне
включить переводчик визуальных обозначений...
Джошуа некоторое время держал голову неподвижно, чтобы на пленке получилось
отчетливое изображение, а потом повернулся к остальным.
- О'кей, - через мгновение услышал он голос Ннамди. - Знак означает: "Охота на
крисджо в этом месяце: 8 и 22 числа в десять". Сегодня, как мне кажется восьмое, если только
другие числа, которые мы видели раньше, были изображены точно. Интересно, зачем им
ставить еще и знак, если имеются другие средства коммуникации.
- Может быть, в деревне такого размера просто нет такой связи, как в Солласе, -
предположил Джошуа. Было похоже, что Серенков и квасамане
...Закладка в соц.сетях
