Мой первый день

Павел Вежинов

Этот звук - томный, глубокий и нежный - было первое, что достигло моего
помутненного сознания. Он был настолько живым и в то же время настолько чуждым и
далеким, что сердце сжалось. Но может, это не звук, а чей-то голос? Нет, он не
может быть голосом... И в сущности, кто я, где нахожусь?..

Я открыл глаза (ослепительный свет больно ударил по нервам) и тут же их закрыл...
Что со мной, на самом деле, происходит? Казалось, я взлетаю из какой-то бездны,
раздробленный на тысячи осколков, как взлетает бесчисленное количество
сверкающих воздушных пузырьков из темных морских глубин к далекой водной
поверхности... Мысль уже работала, но у меня все еще не было ни прошлого, ни
будущего, я чувствовал невероятную слабость, казалось, меня вывернули наизнанку.

Но вот я пришел в себя и снова открыл глаза. Свет уже не казался таким
ослепительным. Надо мной простиралась сияющая синева, яркая, живая синева - я не
знал, что такая существует в природе. А через мгновение я едва не ослеп - так
неосторожно бросил взгляд на их солнце. Наше солнце совсем другое, на него можно
смотреть в минуты восхода или заката, когда оно, огромное, багряно-красное,
занимает огромную часть горизонта, а наше небо приобретает темный цвет индиго
только в минуты заката... Сейчас надо мной простиралось их небо, и сам воздух,
трепеща и переливаясь, излучал сияние. У меня перехватило дыхание, я снова
почувствовал головокружение, казалось, какая-то невероятная сила, раскачала меня
и швырнула в бесконечность. На какие-то мгновения терял сознание, но даже тогда
не проходило ощущение чудесной, опьяняющей легкости.

Когда это состояние прошло, я внимательно огляделся. Я лежал навзничь на
небольшом холме среди низкой ярко-зеленой растительности. Рядом со мной
покачивали головками нежные белые цветы. Холм, небо, сияющее солнце - я знал,
что увижу именно это, - но как бесконечно трудно было поверить, что все это
действительно существует. Долго ли я был без сознания? Посмотрев на часы -
единственную вещь, привезенную из неизмеримо далекого мира, я убедился, что это
длилось всего-навсего одинадцать минут.

И тогда я снова услышал глубокий, томный звук, который уже никогда не исчезал из
моей памяти. Нет, не звук, - это и вправду был голос живого существа, первого на
чужой планете. Но неужели это голос человека?.. Нет, положительно нет!.. Мысль
работала с быстротой совершенной кибернетической машины. Во всей галактике не
было второй такой звезды, которая бы по условиям жизни так походила на мою
затерянную в бесконечности Дрию. Здесь была цивилизация, опередившая
человеческую, - более молодая, чем наша, но, по всем данным, подобная ей. А
голос... Вероятно, я слышал крик животного.

На нашей планете нет животных, кроме тех, которые обитают в морях. Точнее,
обитали тысячи лет назад, а потом постепенно исчезли. Но мы изучаем животный
мир: прежде чем я покинул Дрию, моя память запечатлела тысячи образов животных и
тысячи звуков - бесконечное множество страниц нашего исторического развития. И
потому, щурясь от яркого чужого солнца, я настойчиво искал истину. Да, это
подавал голос не зверь, а так называемое домашнее животное... Домашнее? Этого мне
только еще не хватало! Если так, то здешняя цивилизация находится на самом
раннем этапе развития... Я вновь почувствовал головокружение. Ведь если это так,
то какова вероятность моего возвращения? Пожалуй, так же далека от меня, как
Дрия, затерявшаяся в пространстве. Но у меня нет другого выхода, придется
проверить все на собственном опыте. Я встал, вернее, подскочил, точно детская
игрушка (сила гравитации здесь гораздо меньше нашей), меня опять качнуло, я впал
в какое-то особенное, лихорадочно-приподнятое состояние духа. Весело
подпрыгивая, я двинулся в направлении неизвестных звуков. Там, где есть домашние
животные, не может не быть людей!..

Позднее я понял, насколько легкомысленным было это предположение. В сущности,
ничто вокруг не говорило о наличии человеческой цивилизации. Насколько хватало
глаз, я видел лишь бескрайние зеленые леса с разбросанными здесь и там широкими
светлыми полянами. Ни домов, ни дорог, ни чего бы то не было созданного рукой
человека. Даже трава, которую я топтал, выглядела настолько девственной, что,
казалось, на нее никогда не ступала нога человека или животного. Неужто я попал
на необитаемую планету? Разум подсказывал мне это, но я не прислушался к его
доводам и в опьянении чудесным искрящимся воздухом и необычайной легкостью
своего тела, побежал вниз с холма.

Впрочем, у меня не было времени на размышления. Пройдя половину пути до
ближайшей рощи, я увидел белеющие между деревьями стены и гладкую зеленую крышу
над ними. Это был несомненно дом, такие строили и у нас много тысячелетий тому
назад - маленькие единоличные домики для одиноких людей. Тот факт, что я открыл
древнюю цивилизацию, меня не особенно встревожил. Предавшись всецело веселому,
легкомысленному настроению, я направился к домику.

Только потом я понял причину этого непонятного состояния. Я был просто пьян. На
нашем языке это слово существует теперь только как медицинский термин. Меня
опьянил особый состав воздуха. Но тогда, не сознавая этого, я смело шагнул в
заросший цветами и какими-то незнакомыми, причудливыми растениями дворик. Почти
затерявшись в зарослях огромных, прекрасных цветов, до одури упоенный их
ароматом, я с трудом пробирался вперед. В веселом безумстве я совершенно позабыл
об осторожности. И вдруг я остановился.

В двадцати шагах от меня на открытой веранде дома медленно передвигалось живое
человеческое существо.

Я долго смотрел на него как завороженный. Мое странное опьянение начало выходить
из меня, точно газ из откупоренной бутылки с минеральной водой. Сердце сильносильно
забилось. Все комбинации материи уже осуществились в необъятных просторах
вселенной. Все возможные сплавы давно известны. Даже материя и антиматерия не
раз сталкивались в безумных космических катаклизмах. Но встреча двух
человеческих существ - с Дрии и маленькой звездочки Тирон - состоялась впервые.

Впрочем, они еще не встретились: пока я видел его, а он меня - нет. Это был
довольно крупный человек, наверное мужчина (на голове его росли длинные волосы -
явный признак очень молодой человеческой расы). Лицо - светлое, красивое -
показалось мне добрым и умным. Одежда его была легкой, она не стесняла движений.
Мне удалось превозмочь волнение, и я молча шагнул на середину дворика. Человек
обернулся и посмотрел на меня - в его удивленном взгляде я прочитал и сильное
смущение.

- Что ты здесь делаешь, мальчик? - спросил он громко.

О, как хорошо я понимаю сейчас его удивление!.. Он увидел существо, во всем
подобное ему и в то же время совсем иное. Ростом я и впрямь напоминал тоненького
стройного мальчишку. В этом, разумеется, не было ничего удивительного, но мне
трудно себе представить, как он воспринял мое лицо - круглое, оранжево-желтое,
без единого волоса на гладкой, как полированное дерево, голове.

- Я не мальчик! - ответил я так же громко. - Я взрослый человек... человек с
другой планеты.

Отлично зная, что он не поймет моих слов, я все же надеялся, что он как-то
воспримет мои мысли и трансформирует их в образы. Человек бросил на меня
пристальный взгляд.

- Пожалуйста, повторите! - сказал он наконец тихо и серьезно.

Я медленно повторил ту же фразу. Когда человек меня понял, зрачки его
расширились еще больше.

- Как это - с другой планеты? - спросил он недоуменно, - Как вы сюда попали?

Я облегченно вздохнул: очевидно, прямой телепатический контакт без какого-либо
внешнего посредника был уже известен людям этой планеты.

- Не знаю, - сказал я, - поймете ли вы меня. - Я прилетел сюда не на космическом
корабле, а преодолел пространство посредством его уничтожения... Может, вы чтонибудь
знаете о достижении ноля пространства?

- Да, безусловно...

- И вы пользуетесь этим?

- Пока только в лабораторных условиях.

- Отлично! - воскликнул я взволнованно. - Это не так уж мало!

Человек не сводил с меня изумленных глаз. Как бы невероятно ни звучали мои
слова, внешность моя полностью потверждала их правоту.

- А почему вы там стоите? - спросил человек. - Идите сюда, не боитесь.

Я доверчиво приблизился, все еще находясь в том веселом, опьяненном состоянии
духа, в котором не давал себе отчета.

- Вы первый человек, которого я встретил на этой планете.

- Правда? В таком случае, я польщена...

- Вы женщина?! - удивленно спросил я.

- А вы что думали?

- О, прошу прощения, - сказал я сконфужено. - У нас мужчины и женщины очень
похожи между собой... И все же не очень-то любезно с моей стороны допустить такую
ошибку.

- У нас то же самое... Но вы, я полагаю, мужчина?

- Конечно, - ответил я. - Неужели вы могли допустить, что мы могли отправить в
такую опасную прогулку женщину.

- Как вас зовут?

- Лен.

- Ну и ну! - сказала она и расхохоталась. А меня зовут Лена... Интересно, правда?

Она помолчала, глядя на меня своими красивыми, задумчивыми глазами, потом
повторила вопрос:

- Где находится ваша планета?

- Трудно объяснить... Если у вас есть какой-нибудь звездный атлас...

- Есть, - сказала Лена. - Пойдемте.

Конечно, беседа наша текла медленно, с повторением слов и целых фраз, но все же
мы понимали друг друга.

Лена повела меня в дом. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что их
маленькие смешные домишки обставлены с большим вкусом, чем наши. Видеоэкран,
занимающий всю стену, переливался необыкновенными металлическими бликами. В
атласе, который дала мне Лена, нелегко было разобраться. Как и следовало
ожидать, три центральные планеты нашей системы отсутствовали, но Дрия была -
малюсенькая безымянная планета, обозначенная буквой какой-то их древней азбуки.

- Вот Дрия, - показал я. - А как вы называете свою планету?

- Земля.

Это было действительно интересно, потому что слово "Дрия" - тоже не собственное
имя, оно означает название тверди, на поверхности которой в течение тысячелетии
жили наши деды. Пока я объяснял это, мой взгляд упал на довольно знакомый
предмет, висевший на стене.

Это был календарь, но я разобрался в их земном годе только после того, как Лена
объяснила систему цифр. В сущности, она совсем как наша, только у нас каждая
цифра до ста имеет свое обозначение. А нынешний их год показался мне вовсе
незначительным - всего 2680-м.

- В сущности, это условное летоисчисление. - пояснила Лена. - То, что мы
называем новой эрой. Но и это название условно. Настоящая новая эра началась у
нас гораздо позднее, когда созрели условия для уничтожения общественных классов.

- Значит, и вы прошли через этот ужасный период? - усмехнулся я. - Период
кровавых войн и революций?

- Да, он действительно ужасен, - кивнула она, посмотрев на меня как-то особенно
внимательно. - Но мы не стыдимся его. Напротив, то и дело возвращаемся к нему,
потому что он был полон героики.

Это было не совсем понятно. Какой смысл хранить воспоминания об ужасных
временах? Даже то, что Лена назвала почти забытым словом "героика", - достаточно
примитивное испытание человеческой личности. Но сейчас мне не хотелось
углубляться в это - надо было узнать самое главное.

- Как я понял из ваших слов, - продолжал я, - у вас здесь развитая человеческая
цивилизация. Но где она? Я не видел ни людей, ни городов, ни дорог. И вообще
ничего не видел, кроме девственных лесов и лугов...

Ее лицо осветила милая, добрая улыбка. Может, именно лучезарная улыбка делала
эту женщину - крупную и сильную по сравнению со мной - такой понятной. Таким же
человеческим созданием, как был я сам.

- Вся наша промышленная и энергетическая база - под землей, - сказала Лена. - На
поверхности у нас только земледелие и скотоводство...

- Разве вы не производите синтетическую пищу? - удивился я.

- Производим, но она пользуется все меньшим и меньшим спросом. Синтетический
фураж мы даем только животным.

- Вы убиваете бедных животных? Какой ужас!..

- Действительно, ужас, - кивнула она. - Но это так... Тенденция эта совсем было
исчезла, а потом возродилась и за последний век усилилась. Должна вам сказать,
что у нас еще развита охота. С помощью самого развитого оружия - от
обыкновенного лука до огнестрельного оружия прошлого тысячелетия...

Я просто ушам своим не верил.

- И у вас нет городов?

- Жилых городов давно нет... Есть административные, научные и культурные центры,
но в них почти никто не живет. Все население Земли живет, так сказать, "на лоне
природы", которую мы с большим трудом успели восстановить во всей ее
доисторической красе... Сейчас я ее вам покажу...

Лена поднялась со своего места, легкой походкой прошла к пульту, который я лишь
сейчас заметил в углу комнаты, и нажала зеленую большую кнопку. Видеоэкран ожил.
Изображение у них технически не столь совершенно, как у нас, но качество его
вполне удовлетворяло. На экране появилось какое-то мощное сооружение, нечто
похожее на энергетический центр.

- Вы правы, - сказала она. - Это термоядреный центр... У нас энергия в избытке -
практически нам столько не нужно.

Внутри гигантского комбината мелькали немногочисленные человеческие фигурки.

- Это роботы, - сказала Лена. - Они выполняют почти все виды работ, связанных с
производством...

Естественно, у нас то же самое. Следующий эпизод меня снова удивил. Я увидел
какой-то необозримый завод, продукция которого показалась мне очень странной:
она напоминала нашу продукцию первых веков нашей эры.

- Это... это... - произнес я, заикаясь, - слово никак не приходило на память.

- Завод спортивного инвентаря, - улыбнулась Лена. - Это велосипеды... А это особый
тип машин с двигателями внутреннего сгорания... Таким мы пользуемся не так широко,
но они имеют свою ценность - подобно копью, которое популярно у нас как
спортивный снаряд...

Около получаса рассматривал я картинки земной жизни - такой похожей и в то же
время такой непохожей на нашу. Их космодромы и космические корабли были детскими
игрушками по сравнению с нашими, средства транспорта показались мне
примитивными. Но было у землян то, чего у нас давно не существовало: бескрайние
пшеничные поля, животноводческие фермы, заповедники для диких животных, огромные
спортивные комплексы. Особенно привлекло мое внимание массовое соревнование на
велосипедах - удивительная демонстрация человеческой силы и красоты. Все то, что
раньше казалось мне детской забавой, предстало вдруг передо мной в ином свете.
Неприятное впечатление произвели на меня только дикие вопли публики. Потом экран
погас. Я долго молчал.

- Ваша планета просто удивительна! - сказал я наконец. - На ней странным образом
совмещаются самые примитивные и самые современные формы жизни... Не могу понять,
как это происходит.

Лена села напротив, все так же лучезарно улыбаясь.

- Мой муж объяснит вам это лучше.

- Муж? - смущенно спросил я. - Значит, у вас еще существует брак?

- Не совсем так, - Лена наклонила голову. - Брак как юридическая форма исчез лет
пятьсот тому назад. За последние сто лет широкое развитие получили моногамные
формы сожительства. А у вас разве не так?

- У нас каждый живет сам по себе.

- Это тяжело - жить в одиночку, - сказала Лена убежденно.

- Но одиночество - один из видов естественного отдыха, - настаивал я. - Ведь у
нас большая скученность людей...

- По-моему, это лишний повод для одиночества, - Она отвернулась, и мне
показалось, что ее лицо погрустнело.

- Нет, я вас, право, не понимаю, - сказал я. - Не хватало еще услышать, что вы и
детей рожаете сами?

- Конечно...

- Ну, это уже совсем бессмысленно! - воскликнул я.

- Наши ученые утверждают, что дети, рожденные в искусственных условиях, лишены
целого ряда черезвычайно важных человеческих качеств.

- Это означает, что ваши ученые вовсе не ученые, - сказал я. - Мы в состоянии
привить зародышу необходимые качества, даже жизненно важные познания - речь,
условные рефлексы и тому подобное.

- Нет, мы пробовали это делать... - Лена медленно покачала головой. - Такие дети
похожи на роботов. Случается, они превосходят обычных детей уровнем своего
интеллекта, но что касается душевности, то это черствые, пустые люди.

- Душа, - пробормотал я, - понятие не научное.

- Вам надо поговорить с моим мужем, - сказала Лена. - Думаю, вы найдете с ним
общий язык!

- Где же он? - спросил я нетерпеливо.

- Недалеко отсюда...

Она взяла со стола маленькую коробочку (я заметил, при этом взгляд ее потеплел)
и сказал тихо:

- Мишель, ты слышишь меня?

Короткое молчание. Потом коробочка ответила:

- Да, милая.

- Мишель, у нас гость.

- Какой еще гость?

В его голосе не чувствовалось восторга.

- Странный гость, Мишель... - Лена улыбнулась. - С другой планеты.

Пауза длилась несколько мгновений, потом мы услышали:

- Ты это серьезно?

- Вполне.

И Лена в нескольких словах объяснила мужу, как я попал к ним и как выгляжу.
Невидимый человек снова замолчал, явно раздумывая.

- Очень интересно, - пробормотал он. - Знаешь, пришли-ка его ко мне.

Лена взглянула на меня смеющимися глазами.

- Думаю, это не очень удобно, милый. Человек прибыл из такого далека... Почему бы
тебе самому не прийти?

- Потому, милая, что рыба только что начала клевать... Извинись как-нибудь и всетаки
пошли его...

- Хорошо, - сказала Лена и выключила маленький аппарат. Ее взгляд вновь
остановился на мне. - Думаю, так вам тоже будет интереснее, - сказала она.

Мы вышли во двор, и я снова услышал протяжный, томный звук, на этот раз он
раздавался где-то совсем рядом.

- Скажите, я могу увидеть это животное?

- Конечно.

Как я и ожидал, животное обитало в маленьком сарайчике недалеко от дома. Оно
было крупное, с красивыми витыми рогами, и показалось мне уродливым, но стоило
ему посмотреть на меня большими кроткими глазами, как я вдруг снова
почувствовал, что сердце мое сжалось от странного, непонятного чувства.

- А где его детеныш? - спросил я.

- Теленок? В доме... Я собираюсь его купать. У меня не было сил отвести взгляд от
этого создания, сильного и доброго. В какой же смутный период времени на нашей
Дрии позволили погубить этих чудесных представителей животного мира?

- И у вас хватает жестокости убивать эти существа? - спросил я.

- Нет, этих мы никогда не убиваем...

- Ну не этих, а им подобных... Ее лицо помрачнело.

- Не надо больше говорить об этом. Пожалуйста! - попросила она тихо.

Лена привела меня к тропинке, которая вилась по склону между огромными старыми
деревьями - таких я никогда раньше не видел. Пока я спускался дальше, меня стало
преследовать чувство опасности - беспричинное, тревожное, не похожее ни на одно
испытанное мною ощущение. Меня пугали вещи на первый взгляд совсем простые и
естественные - тишина, лесная глушь, мрак, таящийся под густыми кронами.
Казалось, вот-вот оттуда выскочит какой-нибудь дикий зверь, мелькнет страшной
молнией и вопьется зубами в мою плоть. Что со мной происходило, какие инстинкты
предков просыпались в глубинах моей души?.. Самое странное было то, что
непонятное чувство опасности сопровождалось пониманием, даже узнаванием - вроде
бы все было точно так, как и должно быть.

К моей великой радости, тропинка скоро стала шире, деревья - более редкими, а
свет - более ясным. Еще несколько шагов - и моим глазам открылось русло могучей
реки, напоминающей гигантское живое существо. Почти одновременно я увидел
второго человека.

Должен признаться, в тот момент он произвел на меня более сильное впечатление,
чем женщина. Я невольно остановился и посмотрел на него почти восторженно. Кого
он напоминал? Возможно, он показался мне похожим на античного бога, героя
далеких и смутных легенд нашей планеты. Он был очень высоким, мускулистым, с
крупной головой на могучих плечах. В руках он держал тонкий прут с едва
различимой на конце леской, которая сливалась с темной поверхностью воды. Да, он
и правда ловил рыбу. В галереях античного искусства Дрии хранится множество
фресок подобного содержания. Глядя на него, неподвижного, словно сошедшего с
древней фрески, я снова ощутил неясное чувство страха.

- Не бойтесь, товарищ! - сказал он вдуг, не отрывая взгляда от своей удочки. -
Идите сюда.

Голос у него был очень сильный, но приятный.

- А я и не боюсь, - пробормотал я обиженно. Именно в этот момент леска еле
заметно дернулась, а когда успокоилась, человек повернул голову и посмотрел на
меня. Взгляд его был настолько сильным и проницательным, что я замер, казалось,
он пригвоздил меня к месту.

- Видите, вы все-таки боитесь, - улыбнулся он. - А надо, чтобы вы чувствовали
себя уверенно, как дома... Пожалуйста, садитесь.

Я машинально опустился на землю, не имея сил оторвать глаз от его лица
сказочного богатыря. Волосы у него были черные, а глаза - ярко-голубые.

- Как называется ваша планета? - спросил он, снова окинув меня довольно
бесцеремонным взглядом.

- Дрия, - ответил я покорно, как ученик.

- Вы хоть что-нибудь знали ранее о существовании нашей старушки-Земли?

- Да, безусловно... Мы долго и внимательно ее изучали. И были уверены, что найдем
здесь развитую цивилизацию.

- Надеюсь, вас направили сюда с добрыми намерениями.

- А как же иначе? - воскликнул я. - С самыми добрыми. Это редкий случай
междупланетной взаимопомощи... Мы предположили, что наша цивилизация на несколько
тысячелетий старше вашей... И хотели сократить процесс вашего развития.

Он ответил не сразу, в его глазах вспыхнуло и быстро погасло какое-то волнение.

- Вот и чудесно, - сказал он. - Неужели вы думаете, что это под силу одномуединственному
человеку?

- Конечно нет!.. Мы хотели помочь вам знаниями, до которых вы еще не дошли... В
моей голове, как в самой первоклассной кибернетической машине, запечатлены
буквально тысячи томов из области химии, физики, биологии, медицины и всех
других наук.

- И вы могли бы все это воспроизвести?

- Да, в самых мельчайших деталях... И без каких бы то ни было ошибок.

Он снова взглянул на меня своим пронзительным взглядом, но теперь в нем
светилась значительная доза уважения.

- Признаюсь, земные люди не обладают подобными способностями. Выходит, вы -
самое ценное на Земле живое существо... - И вдруг в его глазах мелькнула тень
тревоги. - А ваш организм защищен от бактериальной среды нашей планеты?

- В этом отношении можете быть абсолютно спокойны, - ответил я. - Ой, что это
там такое? Он посмотрел в сторону реки.

- Водяная змея. Безобидное существо.

- Почему она такая маленькая?

- Наоборот, это - прекрасный экземпляр.

- Что она держит в пасти?

- Жабу.

- У нас такого животного нет, - сказал я.

- Странно, - промолвил он, словно сомневаясь в этом. - А некоторые наши ученые
серьезно считают, что от подобного животного произошел род человеческий.
Признайтесь, оно вас напугало?

- Да, немного...

Он усмехнулся:

- Ну вот видите!.. Возможно, этот страх живет в вас с древнейших времен, когда
змеи преследовали нас в темных морских глубинах...

Я снова ощутил внутренний трепет. Какой бы абсурдной ни была высказанная им
мысль, в ту минуту она не показалась мне невероятной. И темная непрозрачная
масса воды, и нависшие над ней густые кроны деревьев - вся непостижимая
таинственность этой первичной природы делала его слова странно близкими и
понятными. В это время змея, легко скользившая по поверхности воды, выползла на
берег и скрылась в кустарнике.

- Может, нужно было помочь нашему предку? - спросил я неуверенно.

- И правда! - встрепенулся он. - Еще не поздно!. .

Отложив удочку, человек с неожиданной для его крупной фигуры подвижностью
подбежал к кустам, в зарослях которых исчезла змейка. У нас, на Дрии, тоже есть
змеи, очень редкие экземпляры - ученые иногда находят их в глубинных пластах
моря,- но в сравнении с этим маленьким, юрким созданием они огромны...

И тут что-то произошло. Леска сильно натянулась и удочка медленно заскользила к
реке. Даже сейчас мне трудно сказать, что я почувствовал в тот момент, прежде
чем мне пришла на ум какая-нибудь мысль, я протянул руку и крепко ухватился за
конец удилища. Меня будто током ударило, так сильно я испугался. Казалось, я
перестал быть человеком и превратился в продолжение прута, который держал в
руках, - я трепетал вместе с ним и вместе с ним в немом ужасе бился на водной
поверхности. Я хотел было бросить удочку, но не смог, потому что всем моим
существом наряду с ужасом овладевал азарт, какого ранее я никогда не испытывал.

В конце концов, не в силах справиться с бурей накативших на меня ощущений, я
крикнул:

- Мишель!

Переступив с ноги на ногу, я споткнулся о какой-то корень и со злостью дернул
удочку. Живое существо на другом конце лески, казалось, испугалось этого рывка и
перестало тянуть леску.

- Мишель!

Послышались быстрые шаги, Мишель подошел встревоженный, но, увидев, что
происходит, как мне показалось, высокомерно рассмеялся.

- Ничего страшного, - сказал он. - Сейчас мы ее вытащим.

Он взял у меня удочку. Только сейчас я заметил, что она снабжена катушкой,
которую Мишель начал медленно, осторожно сматывать. Но рыба сопротивлялась
героически, и постепенно мои симпатии оказались на ее стороне. Я видел, как
натянутая до предела леска мечется в воде, взбаламученной яростным
сопротивлением рыбы. Повернувшись ко мне, Мишель сказал изменившимся голосом:

- Здоровенная! Давно такая не попадалась!

Лицо его раскраснелось. Этот серьезный человек искренне был взволнован своей
варварской детской игрой... Но мне не хотелось смеяться над ним: ведь я тоже
только что выглядел таким же жалким.

Когда в конце концов Мишель подтащил рыбу к берегу, я удостоверился, что она в
самом деле "здоровенная" - весила она, наверное, больше чем я. Судорожно
открывая и закрывая пасть, рыба пыталась избавиться от впившегося в небо крючка.
Сердце мое болезненно сжалось от жалости. А человек - красный от напряжения, не
знающий жалости, очень довольный - снова обернулся ко мне и предложил:

- Подержите-ка немного!.. Да не бойтесь вы, нет ничего страшного.

Первым моим желанием было отказаться,

Закладка в соц.сетях