Жанр: Научная фантастика
Пятая Империя 2. Унаследованный армагеддон
...ты права, Танни, - произнесла Нинхурзаг. Ее изображение находилось
рядом с голограммой Гектора, точно так же, как их физические тела сидели рядом.
Колин отметил, что последнее время их часто можно было видеть вместе.
- Когда я беседовала с Брашиилом, - тщательно подбирая слова, продолжила
Нинхурзаг, - мне показалось, что в нем есть своего рода... невинность, как бы
глупо это ни прозвучало. Я говорю не о старой доброй невинности, нет. Правильным
словом скорее было бы "наивность". Он очень смышленый, по человеческим меркам.
Очень сообразительный и образованный, но только в рамках своей специальности.
Что касается остального... гм... я бы назвала это скорее обработкой, чем обучением.
Словно кто-то особым образом ограничил его мировоззрение, пометил некоторые
аспекты бытия как "запредельные", так что он даже не проявляет к ним
любопытства. Реальность именно такова; возможность усомниться, а тем более
изменить что-либо, для него просто не существует.
- Хм! - Коханна потерла лоб и нахмурилась. - В этом что-то есть, Нинхурзаг. Я не
особенно задумывалась о таких вещах, ведь я всего лишь механик... - Джилтани
вопросительно повела бровью, и Коханна усмехнулась. - Прошу прощения. Я хотела
сказать, что меня всегда больше интересовали процессы жизни физической, а не
духовной. Это мое слабое место. Я склонна сперва искать физиологические ответы,
и только потом уж психологические... иногда даже не во-вторых, а в третьих. Еще я
хотела сказать, что Нинхурзаг права. Если бы Брашиил был человеком - коим он,
безусловно, не является, - я бы сказала, что его запрограммировали, и весьма
искусно.
- Запрограммировали, - задумчиво повторила Джилтани. - О да. Быть может, именно
об этом слове я думала. Правда, получается, в его программе тоже есть дыры.
- Это извечная проблема программирования, - согласилась Коханна. - Программа
готова принимать на входе только данные, известные программисту. Предложите
запрограммированному субъекту что-нибудь, что выходит за пределы ее параметров,
и произойдет одно из трех: либо он сломается, либо откажется воспринимать
реальность и не станет противостоять ей, либо, - она многозначительно помолчала,
- либо вступит с реальностью в схватку, и в ходе борьбы программа будет сломана.
- И ты думаешь, именно это происходит с Брашиилом? - удивился Колин.
- Ну, не хотелось бы радоваться раньше времени, но такое вполне возможно. Он
любит жизнь, иначе он спохватился бы и покончил с собой, как только стало ясно,
что плохие парни поймали его. Он не сделал этого, а это свидетельствует о
небывалой крепости его психики. Его на самом деле одолевает любопытство, и это
тоже весьма показательно. Теперь же, однако, то, во что мы просим его поверить,
просто-напросто переворачивает с ног на голову всю картину его мира и угрожает
его расе истреблением.
У нас самих есть опыт столкновения с таким ужасом, и многие так и не смогли
справиться с ним. Ситуация с Брашиилом еще хуже: его вид построил общество,
основанное на миллионах лет страха. Я думаю, что существует довольно большая
вероятность того, что он сломается, когда осознает, насколько плохи дела
ачуультани. Если же он выдержит несколько ближайших недель, то может понять, что
он еще сильнее и гибче, чем казалось ему самому. И тогда он на самом деле
поверит словам Гора.
- И как это поможет нам? - спросила голограмма Таммана. - Он был всего лишь
оператором управления огнем на корабле-разведчике. Не слишком подходит на роль
разрушителя основ и инициатора изменений в обществе, основанном на кастах.
- Верно, - согласился Колин. - Но его реакция может стать для нас примером того,
как поведут себя его соплеменники, если мы сможем их остановить. Хотя не спорю:
нам нужно больше образцов. Поэтому, Гектор, - он глянул на МакМахана, - ты и
твой "Севрид" сделаете в точности то, о чем мы говорили, не так ли?
- Да, но это не значит, что мне это нравится.
Колин поморщился в ответ на резкое замечание, но он знал главное - Гектор
понимал, почему "Севрид" не должен вступать в бой. Они должны подождать
окончания схватки на под прикрытием маскировки безопасном расстоянии, а потом
взять на абордаж все поврежденные корабли противника.
- Это кое о чем мне напомнило, - сказал Колин, поворачиваясь к офицерубиотехнологу.
- Ханна, как у нас дела с полем захвата?
- Дела идут прекрасно, - заверила его Коханна. - Поначалу пришлось поломать
голову, но оказалось, что сфокусированное магнитное поле вполне справляется с
задачей.
- Что? А! Металлические кости!
- Точно. Они, конечно, не вполне ферромагнитные, но правильным образом
сфокусированное поле блокирует их скелеты. И мышцы тоже. После этого их надо
будет быстро обездвиживать каким-то другим способом - перекрыть приток крови в
мозг не лучшая затея - но в целом должно сработать в лучшем виде. Геран и Кэтрин
сейчас как раз занимаются этим на борту "Фабрикатора".
- Отлично! Нам нужны пленные, черт возьми! Пока что, правда, нам нечего с ними
делать, но когда-нибудь нам придется сделать одно из двух: либо поговорить с
Повелителем Гнезда, либо убить ублюдка. В каком-то смысле я предпочел бы
покончить с ним и со всем этим кошмаром, но это мысли моей темной половины.
- Да, временами ты даже слишком милостив к нашим врагам, - задумчиво отозвалась
Джилтани, но вскоре ее лицо смягчилось. - И возможно, ты прав, иначе что стало
бы со мной, если бы ты не проявил милосердие во время первой нашей встречи? Нет,
любовь моя. Мне сложно разделить твое сочувствие к врагам, но я не противлюсь
твоей воле. И быть может, со временем я смогу почувствовать тоже. В конце
концов, все меняется в этом мире.
Колин нежно сжал руку Джилтани. Он знал, чего ей стоило это признание и...
внутреннее согласие.
- Ну, хорошо, - уже бодрее сказал Колин. - Похоже, на том фронте у нас все в
порядке, будем надеяться, что и на остальных все будет не хуже. Гор и Джеральд
добились куда больших успехов в модернизации обороны Земли, чем я ожидал. У них
появляется вполне реальный шанс продержаться, даже если мы проиграем здесь.
Конечно, при условии, что мы прихватим с собой не меньше половины основных сил.
- Шанс есть, - согласился МакМахан. Он не стал добавлять: "... но весьма
сомнительный".
- Да. - В голосе Колина слышалось согласие с невысказанной поправкой, и он потер
нос привычным жестом.- Что ж, остается только приложить все усилия, чтобы им не
пришлось его испытать. Каково наше положение, Влад?
- Могло быть лучше, могло быть хуже. - Черников выглядел устало, но уже не так,
как когда воскрешенная Гвардия покидала Биа. - Мы потеряли восемь боевых единиц:
один планетоид класса "Веспа" - относительно небольшая потеря; один "Асгард" и
шесть "Тросанов". Осталось десять "Тросанов", из них два имеют слишком серьезные
повреждения, чтобы "Фабрикатор" смог вернуть им боеспособность. Рекомендую
отправить их прямиком на Биа под компьютерным управлением.
- Черт побери! - вздохнул Колин. - Но, думаю, ты прав. Как насчет остального?
- Оставшиеся восемь "Тросанов" боеспособны как минимум на девяносто процентов.
"Второй" имеет наиболее серьезные повреждения, но мы с Балтаном верим, что
сможем справиться с основной частью. Следующий в списке - "Император Гердан", за
ним следует "Королевский Бирхат", но "Бирхат" полностью восстановят за два
месяца. Думаю, что ко времени прибытия основных сил "Гердан" и "Второй" будут
восстановлены на девяносто шесть и девяносто четыре процента соответственно.
- Гм... Танни, следует ли нам перевести твоих людей на неповрежденные корабли?
- Нет. Лучше уж встретить опасность на борту пострадавшего корабля, чем менять
лошадей накануне боя.
- Я тоже так думаю. Однако если Влад с Балтаном не смогут восстановить его как
минимум на девяносто процентов, тебе, юная леди, все-таки придется переместиться
на другой планетоид!
- Ха! Я отнюдь не леди и совсем не молода, и вам, Ваше Величество, будет весьма
сложно заставить меня двинуться с места против воли!
- Меня совсем не уважают, - вздохнул Колин, затем, встряхнувшись, продолжил: - А
"Дахак", Влад?
- Мы сделаем все возможное, Колин, - серьезно ответил Влад, и настроение
собрания резко ухудшилось. - Те два попадания, что он поймал на обратном пути
пришлись почти в одну точку и нанесли страшный урон. Да и его возраст тут не
помощник. Был бы он помоложе, мы могли бы заменить поврежденные системы
запасными частями с "Фабрикатора". А так нам придется восстанавливать его Роквадранты
практически с нуля. Кроме того, есть сопутствующие повреждения в
квадрантах Сигма-Один, Лямбда-Четыре и Пи-Три. В лучшем случае мы сможем
восстановить его на восемьдесят пять процентов.
- Дахак? Ты согласен? - спросил Колин.
- Я думаю, что старший капитан Флота Черников недооценивает свои силы, но в
целом анализ верен. Мы можем восстановить восемьдесят семь или даже восемьдесят
восемь процентов, но не больше, учитывая сжатые сроки.
- Черт. Надо было бросать все и улепетывать пораньше.
- Нет, - сказала Джилтани. - Ты заманил их в ловушку весьма искусно, мой Колин,
и получил куда больше информации, чем мы ожидали.
- Ее Величество права, - вставил Дахак. - Мы продемонстрировали эффективность
наших энергетических батарей против тяжелых кораблей ачуультани и, вкупе с
операцией "Лаокоон", сделали абсолютную победу намного более вероятной. Не
опробовав "Залп", мы не имели бы уверенности в эффективности нашего плана.
- Да, да, я знаю, - сказал Колин, и он на самом деле все понимал. Но понимание
не мешал ему страдать при мысли о том, что незаменимого флагмана - и его друга,
черт возьми! - подстрелили. - Ладно, думаю, на этом закончим. Мы можем...
- Нет, Колин, - оборвала его Джилтани. - Остается вопрос, на каком корабле
поведешь ты нас в битву.
Колин заметил сердитый наклон ее головы и почувствовал невольный укол злости. Он
обладал - технически - властью осадить ее, но не мог так поступить. Это было бы
потаканием капризу, - отчасти поэтому его злила невозможность поступить именно
так, - но самое главное, Колин понимал, что не прав. Танни была его правой рукой
и имела полное право и даже обязанность возражать против того, что считала
неправильным. К тому же она была его женой.
- Я буду на борту "Дахака", - глухо произнес Колин.- Один.
- А я говорю, что этому не бывать, - горячо воспротивилась Джилтани, но смолкла,
подавив гнев, как только что сделал Колин. Однако в воздухе повисло напряжение,
и, взглянув на голографические лица ближайших помощников, Колин увидел в них
серьезное недовольство и солидарность с Танни.
- Послушайте, - сказал он. - Я должен быть там. Наша победа будет зависеть от
того, как Дахак проведет остаток флотилии. А со связью будет достаточно проблем
и без того, чтобы я оказался на корабле, для которого коэффициент замедления
времени другой.
Это был весомый аргумент, и он увидел, как помрачнел взор Джилтани, но сдаваться
она не собиралась. Релятивистские эффекты не сказывались при использовании
двигателя Энханаха, потому что корабль в этом случае вообще не "двигался" в
привычном смысле. Но, к сожалению, при движении на высоких досветовых скоростях,
особенно при разном направлении векторов скорости кораблей, этот фактор
приходилось учитывать. В целом связь не была слишком плоха: задержки случались,
но достаточно терпимые - для связи. Но Дахаку потребуется не просто связь: ему
придется управлять своими собратьями - компьютерами кораблей без экипажей -
буквально как продолжением себя самого. В лучшем случае их тактическая гибкость
окажется сильно ограниченной. В худшем...
Колин решил - уже в который раз - не думать о "худшем".
- Как бы то ни было, - сказал он, - я буду в такой же безопасности, как и все
остальные.
- Ой ли? Не потому ли ты не позволяешь остальным разделить с тобой вахту на
"Дахаке"? - с горькой иронией спросила Джилтани.
- Ну, хорошо, черт побери, это не самоебезопасное место во Вселенной! Мне все
равно нужно быть там, Танни. Но почему я должен рисковать кем-то еще?
- Колин, - произнес Тамман. - Быть может, Танни не самый тактичный из твоих
подчиненных, но она выразила общее мнение. Прости меня, Дахак, - он с уважением
посмотрел на вспомогательный интерфейс на переборке, - но ты станешь мишенью
номер один для ачуультани, если они сообразят, что к чему.
- Я согласен.
- Благодарю, - мягко сказал Тамман. - И вот что я думаю, Колин. Мы знаем, как
важна твоя способность координировать корабли через Дахака, но ты самне менее
важен. И как Император, и как наш друг.
- Тамман... - начал Колин, но смолк. Он посмотрел на свои руки и вздохнул. -
Спасибо тебе за эти слова - спасибо всем вам, - но холодная, жестокая логика
говорит, что я должен находиться на флагмане, когда мы вступим в бой.
- В этом есть доля истины, - сказал Дахак, и Джилтани воззрилась на
вспомогательную консоль, как на предателя. - Однако старший капитан Флота Тамман
тоже прав. Ты важен, хотя бы как тот единственный человек, которому
безоговорочно будет подчиняться компьютер Центрального Штаба во время неизбежной
перестройки, предстоящей после нашествия. В случае твоей смерти Ее Величество
сможет исполнять твои функции, но она будет действовать лишь как регент при
малолетнем ребенке, а не как полноправный глава государства, что создает почву
для возможного конфликта.
- Не хочешь ли ты сказать, что я должен рисковать победой из-за того, что нечто
может пойти не так когда-то потом?
- Ответ отрицательный. Я всего лишь привожу контраргументы. К тому же, если
честно, я должен высказать и мою личную озабоченность. Мы с тобой старые друзья,
Колин. Я не хочу, чтобы ты рисковал жизнью понапрасну.
Компьютер нечасто проявлял свои человеческие чувства так откровенно, и Колин
едва сдержал нахлынувшие эмоции.
- Мне самому это не слишком-то нравится, но, думаю, другого выхода нет. Забудь
на минуту, что мы друзья, и скажи, что рекомендуют сухие проценты.
Повисла секунда тишины - очень долгая для Дахака.
- Будь по-твоему, Колин, - сказал он наконец. - Должен признать, что ты прав.
Твое присутствие на корабле увеличит вероятность победы на несколько порядков.
Джилтани обмякла, и Колин нежно прикоснулся к ее руке, извиняясь. Она попыталась
улыбнуться, но во взгляде застыла лишь боль. Колин знал, что она все понимает.
Он приказал Дахаку не делиться с ней оценкой их шансов на выживание, но она все
равно знала.
- Погодите, - прозвучал над столом задумчивый голос Черникова. - У нас есть
время и материалы, так давайте построим на борту "Дахака" мат-транс.
- Мат-транс? Но он же не сможет...
- Секунду, Колин. - Голос Дахака звучал уже не так трагично. - Думаю, это весьма
стоящее предложение. Если я правильно понял вас, старший капитан Флота Черников,
вы намереваетесь установить дополнительные терминалы мат-транса на каждом боевом
корабле имеющем команду?
- Да, это так.
- Но релятивистские эффекты сделают перенос невозможным, - запротестовал Колин.
- Терминалы должны быть синхронизированы.
- Не настолько идеально, как ты предполагаешь, - заметил Дахак. - На практике
необходимо лишь чтобы корабль-получатель был примерно в том же относительном
времени. Учитывая количество имеющихся у нас кораблей с командами, мне
представляется весьма возможным подобрать подходящий. Тогда я бы смог
переместить тебя туда в случае угрозы уничтожения "Дахака".
- Мне не нравится мысль о бегстве, - сердито пробормотал Колин.
- Ты ведешь себя как ребенок, Колин, - твердо сказала Джилтани. - Ты знаешь, как
все мы относимся к Дахаку, но твое присутствие не заставит ракеты или лучи
изменить свой путь. Неужто твоя смерть сделает его гибель менее ужасной?
- Ее Величество права, - продолжил Дахак так же твердо. - Ты бы не отказался
эвакуироваться на спасательной шлюпке, а тут разница небольшая. За тем
исключением, что мат-транс дает на много порядков больше шансов на выживание.
Прошу тебя, Колин. Я бы чувствовал себя намного лучше, если бы ты согласился.
Колин насупился и замолчал. Конечно, в этом не было никакой логики, но таково
свойство любой дружбы. Все они были правы, но его ужасала жестокость расчета:
ведь он просто-напросто бросит своего товарища.
- Хорошо, - вздохнул он наконец. - Мне это не нравится, но... приступай, Влад.
Глава 24
Точка, обозначающая на экране Дзету Треугольника, пылала по-прежнему, поскольку
ярость ее смерти еще не преодолела световые годы.
Старший капитан Флота Сара Мейер, получившая повышение после переселения экипажа
"Дахака", сидела на мостике планетоида "Ашар" и хмурилась, глядя на нее. Она
вспоминала темные, безнадежные годы, когда она вместе с другими землянами и
имперцами "Нергала" боролась против палачей Ану. Те дни не шли ни в какое
сравнение с нынешними, разве что... снова опустилась тьма, и надежды почти не
осталось.
Но "почти" не означает "совсем". Безумный план Колина ужасал ее, но именно его
дерзость и давала шансы на победу. Это, да еще качество их кораблей и горстки
людей.
И "Дахак". Все возвращалось к "Дахаку", и так было всегда. Он был всем им как
крестный отец. Наследие Империума, полученное Землей накануне Армагеддона. Быть
может, в Саре говорили первобытные инстинкты, но ей часто казалось, что "Дахак"
был их тотемом и...
- Капитан, мы засекли возмущение гиперпространства. Сильное, - сообщил
планшетист, и адреналин заструился по жилам.
- Локализуйте его, - приказала она. - И сообщите по гиперкому. - Поступило
подтверждение, и Сара вызвала машинное. - Подготовиться к включению двигателя
Энханаха.
- Есть, мэм. Ядро-источник в номинальном режиме. Готовы к движению.
- Ожидайте. - Она снова обернулась к планшетистам. - Ну как?
- Мы получили локус выхода, мэм. Девяносто восемь часов, примерно за световой
месяц до точки выхода авангарда.
Сара нахмурилась. Черт возьми, она бы не стала выходить из гиперпространства так
близко к "монстрам-разрушителям гнезд", о которых должен был сообщить авангард!
Правда, из-за ничтожной дальности связи они вынуждены выйти достаточно близко... а
целый световой месяц должен был бы дать достаточно времени, чтобы скрыться в
гиперпространстве, если плохие парни наткнутся на них.
Должен был бы, холодно подумала она, но не на этот раз. Нет, не на этот раз!
- Связь, сообщите на флагман. Маневровое отделение, двигаться к точке рандеву,
но зайдите с фланга. Мне нужен перекрестный пеленг этого гиперследа.
Звезды побежали по дисплею, и Сара расслабилась. Через четыре дня
неопределенность кончится... так или иначе.
У Великого Повелителя Строя Готана дрожали пальцы, пока он прокручивал сообщения
Соркара снова и снова. Для Защитника Готан был маловат, слишком быстр и
сообразителен. В бытность свою птенцом он часто терпел суровые наказания за
несносную любознательность, а впоследствии чуть не лишился титула повелителя,
потому что много рассуждал о несовершенствах кораблей Гнезда. Но даже Военный
Компьютер был согласен, что эти самые недостатки и делали Готана замечательным
стратегом и тактиком. Благодаря чему великий повелитель Тэрно и выбрал его на
эту должность.
Однако отчеты Соркара возбудили в нем огромное любопытство. В них чувствовались
почти истерические нотки, совершенно не свойственные старому собрату. Но, какникак,
это был Сектор Демонов, а Соркар всегда был несколько суеверен.
- Точка выхода подтверждена и локализована, - сообщил Дахак. - Допуск на ошибку
двадцать девять миллионных процента.
Колин фыркнул и еще раз мысленно пробежался по списку. "Дахак" был восстановлен
на восемьдесят шесть процентов, другие корабли - не менее чем на девяносто.
Погреба были забиты боеприпасами, а перевод экипажа "Дахака" на "Ашар" снова дал
им шестнадцать автономных планетоидов. "Мы сделали все возможное", - подумал
Колин, стараясь не смотреть в сторону спешно установленного мат-транса,
заменившего консоль тактика.
- Все, Дахак. По коням. Запускай минные заградители.
- Принято.
Беспилотные транспорта боеприпасов двинулись вперед в сопровождении "Дахака" и
компании бездушных гениев, лениво плывущих на шестидесяти световых скоростях на
двигателе Энханаха. Торопиться было некуда.
Транспорта добрались до своих позиций и остановились, аккуратно перестроились и
снова пришли в движение - теперь уже на досветовой скорости.
Быстрота первой стычки с авангардом и количество кораблей, погибших у Дзеты
Треугольника, означали, что у Колина осталось куда больше ракет, чем изначально
планировалось. Он даже немного сожалел об этом - хотя, конечно, опустошенные
погреба беспокоили бы его куда больше, - поскольку вместо каждой ракеты
транспорта могли бы взять три-четыре мины. Но все равно, мин у них было
множество, и сейчас они сыпались из кораблей-автоматов, снующих в зоне
предполагаемого выхода ачуультани из гиперпространства на скорости в сорок
процентов от световой.
Колин осклабился. Мины редко применяли за пределами звездных систем: предсказать
место появления противника средизвезд было крайне сложно. Но на этот раз ему не
пришлось гадать - он просто знал. И вряд ли это понравится ачуультани.
Великий Повелитель Готан потянулся напоследок, сложил ноги и улегся на свой
насест. До получения сообщений Соркара он не беспокоился при рутинных выходах из
гиперпространства в межзвездном пространстве. Однако ни он, ни Военный Компьютер
не имели ни малейшего представления насчет того, как разрушители гнезд застали
врасплох Соркара. Так что Готан, как и Великий Повелитель Тэрно, не собирался
рисковать своим отрядом.
Перед входом в гиперпространство он тщательно проинструктировал своих собратьев.
Они выйдут в нормальный космос в полной боевой готовности и будут биться наравне
с остальными. Но на случай, если эти разрушители гнезд на самом деле окажутся
демонами, которых описывал Соркар, и если положение станет безнадежным, они с
Великим Повелителем Тэрно приняли решение, полностью одобренное Военным
Компьютером. Мертвые Защитники не могут служить Гнезду. Если разрушители гнезд
снова приготовят ловушку и начнут убивать корабли Защитников великими дюжинами -
они скроются в гипере.
Готан взглянул на хронометр и проверил, нет ли новых советов от Компьютера.
Ничего нового не было, и он расслабился. Половина дневного сегмента до выхода.
Колин смотрел на кроваво-красные гиперследы на голографической проекции:
основные силы приближались. Они встретятся через час, и битва начнется. Это
будет настоящийбой... Куда более ужасный, чем ачуультани могут себе представить. А
может быть даже более страшный, чем он себе представляет.
"Дахак" парил в центре сферы из пятидесяти четырех громадных планетоидов, и
Колин ощутил мимолетный укол невыносимого одиночества, осознав, что он -
единственный живой, дышащий комок плоти в этом жутком скоплении огневой мощи. Но
сейчас были и другие темы для размышлений, и потому он быстро стряхнул
оцепенение.
Серебристые точки поджидавших противника мин усеивали черноту дисплея "Дахака",
словно алмазная пыль. Вокруг застыли укрывшиеся маскировочными полями минные
заградители, терпеливо ждущие сыграть свою роль в операции "Лаокоон". Еще
пятнадцать "Асгардов" в маскировочном поле были невидимы даже для сканеров
Дахака. Их положение отображалось только потому, что Дахак знал, где они. Этими
кораблями командовала Танни - они составляли резерв, который мог сражаться без
участия Дахака. Но они были больше, чем просто точки на карте: на каждом корабле
ждали приказов люди - друзья, - многим из которых придется сегодня погибнуть.
Великий Повелитель Готан был страшно напряжен, несмотря на железную волю и годы
жестоких тренировок. Он укорял себя за то, что не мог расслабиться. Но, быть
может, это и к лучшему - напряжение подстегивает реакцию и...
Мысли прервались, когда показания одного из датчиков внезапно подскочили. Это
было странно. В глубинах гиперпространства приливы и отливы неизменных, мерно
бурлящих потоков энергии происходили по предсказуемым, стабильным моделям, не
допуская никаких всплесков.
Но показания вновь подскочили. Потом еще раз. И еще. Цифры замерцали неистовыми
вспышками, каких Готан никогда не видел, и его пронзил внезапный ужас.
Колин холодно улыбнулся, когда мины начали исчезать.
Ачуультани весьма неплохо управлялись с гиперпространством, но было кое-что, о
чем даже они не догадывались. Да и зачем бы оно им, если они всегда были только
в наступлении? С незапамятных времен они планировали и готовили атаки, в то
время как Империум усиленно разрабатывал схемы обороны, а Империя довела эти
разработки до совершенства.
Мины Империума входили в гиперпространство только для того, чтобы приблизиться
на расстояние удара к выходящему в нормальное пространство кораблю. Мины же
Империи ныряли в гипер, обнаруживали ближайшее работающее гиперполе и всей своей
энергией усиливали его.
Но только на ограниченном участке. Частьполя внезапно усиливалась на несколько
порядков, забирая с собой в более высокие гиперчастоты часть корабля, и даже
корабли, достаточно большие для того, чтобы, лишившись нескольких отсеков,
продолжать сражение в нормальном пространстве, в гиперпространстве оказывались
обречены. Мощный прилив энергии разрывал и перемалывал их.
Однако даже мины Империи имели малый радиус действия, а их точность в
экстремальных условиях гиперпространства оставляла желать лучшего. Чтобы
поразить такую маленькую цель, как одиночное поле гипердвигателя, требовалось
десять, а то и двадцать мин... но минные заградители Колина выпустили пять
миллионов.
Как только "Торговец Смертью" вернулся в нормальное пространство, Великий
Повелитель Готан выбросил странные показания датчиков из головы. Появились более
насущные проблемы, такие, как полное отсутствие флота Соркара. Соркар лично
указал место встречи, и где же он? Не мог же погибнуть весь его флот? Готан
слишком хорошо знал Соркара: тот непременно послал бы гордость куда подальше и
отступил, не позволив такому случиться!
Но отсутствие Соркара было всего лишь одной из проблем. Готан выругался при виде
со
...Закладка в соц.сетях
