Жанр: Научная фантастика
Галактический шторм 4. Выбор Шивы
...сть Главного штаба.
- Ну вот и отлично! - с довольным видом промурлыкал владетель Хинак. - Конечно,
я пошутил, и пригласил вас не только от скуки...
- Мы все понимаем, великий клык, - уверил Корааза Прескотт.
- Рад это слышать. Впрочем, о деле чуть позже. Сейчас мы будем присутствовать на
маневрах Третьего флота, посвященных очередной годовщине освобождения этой
системы. Окажите мне честь подняться со мной на флагманский мостик!.. А потом вы
поделитесь со мной своими впечатлениями.
- С превеликим удовольствием, - совершенно искренне сказал Прескотт.
- Тогда за мной! - воскликнул Корааз. - Флот уже готов!
Реймонд Прескотт решил, что Третий флот производит "внушительное впечатление".
Он знал, что обороняемый владетелем Хинаком фронт считается не очень важным и
корабли новейшей конструкции поступают главным образом к ним с Заарнаком. Кроме
того, Третий флот состоял почти исключительно из орионских и гормских кораблей,
а у Орионского Ханства просто не было достаточных промышленных мощностей, чтобы
строить столько же мониторов, как у Земной Федерации. Поэтому ударные группы
Корааза включали в себя немало легких кораблей. Среди двухсот шестидесяти семи
кораблей Шестого флота, некоторые из которых к тому же не участвовали в смотре,
было всего шесть мониторов. Более четверти сил Корааза составляли шестьдесят
восемь сверхдредноутов. Кроме того, у него было еще восемьдесят девять линейных
крейсеров. Эти мониторы, сверхдредноуты и линейные крейсера составляли чуть
более половины всех кораблей флота. Они были орионской постройки, и Корааз,
конечно, мог похвастаться не только теми истребителями, которые помещались в
ангарах его двадцати четырех крупных и двадцати восьми легких авианосцев, хотя
среди них были и огромные, переоборудованные из мониторов авианосцы типа
"Шернак", каждый из которых нес сто тридцать два истребителя. На самом деле на
кораблях Корааза было почти три тысячи истребителей и почти четыреста гормских
канонерок. На орбитальных же базах, прикрывающих узел пространства, ведущий из
Килены в Шанак, было еще пять с лишним тысяч истребителей. На этот крупный
резерв можно было рассчитывать в случае больших потерь среди бортовых машин.
Однако и при таком непропорционально большом количестве истребителей, типичном
для орионских военно-космических соединений, Третий флот был слабее Седьмого
флота перед операцией "Антонов", особенно в том что касалось тяжелых кораблей.
Впрочем, после недели наблюдений за тем, как по командам Корааза и его штаба
корабли Третьего флота с блеском выполняют самые разнообразные задания, Прескотт
понял, что о силе этого соединения нельзя судить лишь по количеству и размерам
его кораблей.
Согласно орионским военно-космическим традициям, отдельный корабль
рассматривался не как носитель разнообразных систем вооружений, а как
самодостаточное оружие в руках его команды. С этой точки зрения идеальными были
легкие боевые корабли, и в первую очередь истребители. Орионцы всегда
недолюбливали линкоры и сверхдредноуты, в конструкции которых было трудно
воплотить в жизнь этот идеал. Конечно, добиться среди многочисленной команды
тяжелого корабля такой удали и такого чувства локтя, какие царили на небольших
кораблях, было нелегко, но орионцы все равно не опускали руки.
Вот и теперь Третий флот вплотную подошел к воплощению в жизнь этого идеала.
Прескотт, спасший свой флот во время операций "Воздаяние" и "Антонов", понимал,
каким мощным боевым соединением стал Третий флот благодаря своему высокому
боевому духу. Конечно, их с Заарнаком Седьмой флот и Шестой флот Ванессы
Муракумы были непревзойденно обученными и закаленными в боях соединениями.
Каждый их корабль и боевая группа действовали эффективнее отдельных кораблей и
боевых групп Восьмого флота... По крайней мере так было до тяжелых потерь во время
операции "Антонов". Прескотт понимал это и ни в коей мере не принижал
боеспособность Восьмого флота или ту роль, которую он сыграл в упомянутой
операции. Ванесса же несколько лет муштровала свой штаб и командиров ударных
групп перед тем, как перейти на прекрасно вышколенный Прескоттом и Заарнаком
флот в Зефрейне. Взяв на себя командование, она со своим штабом уже превратила
командиров и экипажи кораблей Шестого флота в продолжение собственных нервных
окончаний.
У Прескотта с Заарнаком было меньше времени на подготовку Седьмого флота, но им
представилась уникальная возможность "закалять" его командиров в горниле
сражений. У Восьмого флота не было долгих лет на подготовку, как у Пятого и
Шестого флотов. Не было у него и возможности отточить свое мастерство в боях.
Поэтому флот первого клыка Юнатаара, конечно, не мог сравниться с Пятым, Шестым
и Седьмым флотами.
У великого же клыка Корааза тоже были годы на подготовку своего соединения, а
зрелище пропитанных радиацией молчаливых склепов Жардака и Масахины переполняли
экипажи его кораблей жаждой мести и рвением. Даже гормы - а может, и в первую
очередь гормы - пылали решимостью отплатить "паукам" за их зверства в Килене.
Эту решимость разделяли экипажи всех орионских и гормских кораблей Третьего
флота. Она объединяла всех, начиная с великого клыка и заканчивая самым младшим
членом экипажа самого маленького кораблика. Третий флот был рапирой в руках
искусного фехтовальщика, и отсутствие в нем многочисленных мониторов в этом
случае было до известной степени преимуществом. Третий флот перемещался
стремительно, потому что тихоходные мониторы не висели гирей у него на ногах, а
маневренность его кораблей была по душе обожающим истребители орионцам и гормам
с их быстроходными тяжелыми кораблями.
Нельзя предвидеть, как поведут себя в сражении необстрелянные команды, но
Реймонд Прескотт не сомневался в том, что Третий флот будет сражаться так, что
им мог бы гордиться сам Варник'Шериин, если, конечно, этому флоту представится
возможность вступить в бой.
- Мы обучаем наши экипажи главным образом штурму узлов пространства и также
маневренному бою на больших площадях, - сказал Корааз, откинулся на низкие
подушки в штабной рубке и позволил себе обнажить в хищной улыбке самые кончики
клыков. - Мы обращаем особое внимание на выработанные вами с адмирраалом
Мурракуумой методы борьбы со "снежным комом" кораблей противника. "Паафуки" по
ту сторону узла не подают признаков жизни, и у нас полно времени для учений. К
сожалению, Главный штаб Великого Флота, кажется, не намерен позволить нам
проверить себя в бою.
- Увы, но у меня тоже складывается такое впечатление, - сказал Прескотт,
взглянув на сидевшего рядом Заарнака.
- И у меня, - согласился с ним орионский брат по крови. - Насколько я знаю,
владетель Тальфон и клык Юнатаар не против того, чтобы отправить вас в бой, но
планирующие операции штабные офицеры - другого мнения.
- Мне это известно, - сказал Корааз. - Я, конечно, очень обрадовался, узнав о
существовании Звездного Союза, готового вместе с нами бороться против
"паафуков", но внезапное появление его кораблей повлекло за собой полный
пересмотр планов, разрабатываемых в Центавре. Вам об этом, разумеется, известно
больше, чем нам в Килене, но, насколько я знаю, именно из-за появления
альтаирцев Главный штаб поспешил с началом операции "Антооноф" и передал многие
из первоначально предназначавшихся нам кораблей на Восьмой флот. Я прекрасно
понимаю, что для успешного завершения операции клыку Юнатаару нужны крупные
силы, но мне очень жаль, что к нам не прибыли подкрепления и наши планы
нарушены.
- Боюсь, я плохо информирован о том, что все это время происходило у вас в
Килене и Шанаке, - признался Прескотт.
- Ничего удивительного, - сказал Корааз. - У вас с клыком Заарнаком было
предостаточно собственных хлопот.
- Это верно, - согласился Прескотт. - И все же, насколько я знаю, вы обнаружили
паучий невидимый узел в Шанаке почти год назад?
Земной адмирал говорил с вопросительной интонацией, и Корааз в знак согласия
дернул ухом:
- Совершенно верно. "Паафуки" явно были заняты на других фронтах, сражаясь в
первую очередь с вами, и не предпринимали никаких наступательных действий в
районе Килены. Кроме того, они наверняка не забыли о провалах своих предыдущих
попыток ударить по нам. Однако встреченный ими решительный отпор и богатые
системы, которые они уже тут видели, наверняка подсказали им, что наступление в
нашем направлении приведет их и в другие важные системы. Возможно, поэтому они и
не перешли в Шанаке к пассивной обороне. Мне кажется, они не отказались от идеи
снова начать здесь наступление. Иначе зачем бы им вообще предпринимать какиелибо
действия в Шанаке?
- Даже адмирал Леблан не разгадал пока мыслей паучьих стратегов, - сказал
Прескотт. - Но вы наверняка правы. Если бы противник не собирался ничего
предпринимать, его и след простыл бы в Шанаке.
Заарнак глухо заурчал в знак согласия, и Прескотт понял, что его брат по крови
вспоминает о неудачной астрографической миссии в Шанаке, результатом которой
стали паучьи зверства в Килене. Тогда вся астрографическая флотилия мельчайшего
когтя Шаяса погибла в отчаянной лобовой атаке на паучьи тяжелые корабли,
вытеснившие немногочисленное соединение Заарнака из Килены. Это была
самоубийственная атака воина, понимавшего, что на стороне противника подавляющее
численное преимущество, но летевшим навстречу неминуемой гибели Шаясу и его
экипажам понадобилось меньше мужества, чем Заарнаку, скомандовавшему отступить в
Тельмасу. Шаяс вообще думал в первую очередь о себе самом, опасаясь, что
соотечественники обвинят его в том, что он "привел" "пауков" в Килену. Своей
гибелью он старался смыть с себя это позорное пятно.
На самом деле мельчайший коготь был ни в чем не виноват. Прескотт не сомневался
в том, что Шаяс принял все меры к тому, чтобы паучьи корабли не обнаружили его
флотилию и не проследили за ней. К сожалению, силовое поле кораблей не скрыть от
датчиков замаскированных патрулей противника. А именно замаскированные паучьи
корабли, несомненно, и обнаружили флотилию Шаяса. Вполне возможно, мельчайший
коготь и допустил какие-либо незначительные промахи во время разведки Шанака.
Его можно было легко понять, ведь он не мог предположить, что Шанак в своем роде
уникален. Систем с невидимыми узлами пространства было много, но лишь в Шанаке
вообще не было видимых узлов. Конечно, теперь признали, что таких систем может
быть множество, и за последние семь лет об этом очень много говорилось. К
сожалению, проверить это на практике не представлялось возможным. Сама природа
невидимого узла не позволяет обнаружить его обычными методами. Найти его можно,
только выйдя из него, войдя предварительно в какой-либо другой системе в видимый
узел. Кроме того, можно увидеть, как из невидимого узла появляется или в него
уходит чужой корабль, и зафиксировать координаты этого места.
В случае с Шаясом все, несомненно, произошло именно так.
Последствия этого события для Килены были катастрофическими, и погибла бы не
только она, если бы не отчаянное сопротивление союзников, во время которого и
познакомились Прескотт с Заарнаком. Прежде чем Орионское Ханство успело бы
собрать флот, способный остановить наступление противника, "пауки" истребили бы
не только четыре миллиарда мирных жителей в Килене, а еще тридцать или даже
сорок миллиардов орионцев в других близлежащих звездных системах. Лишь
самопожертвование команд земных и орионских кораблей под командованием Прескотта
и Заарнака позволило продержаться до подхода сил Корааза жалким остаткам боевых
соединений, в которые они когда-то входили.
Корааз сразу перешел в наступление из Тельмасы в опустошенную Килену, а потом
нанес удар по Шанаку. Он вытеснил оттуда "пауков" лишь ценой больших потерь, а
противник преспокойно скрылся в невидимый узел, о координатах которого ничего не
было известно. Найти этот узел было невозможно, и "пауки" спокойно сидели по
другую его сторону. Они поступили точно так же, как альтаирцы, скрывшиеся от них
из Телика сквозь невидимый узел.
Впрочем, "пауки" не дремали. Они по-прежнему делали вылазки в Шанак, используя
небольшие замаскированные соединения, которые явно пытались определить, какими
силами располагает в Шанаке Великий Союз. Возможно, Корааз не ошибался в оценке
намерений противника. Прескотт не был в этом до такой степени уверен, и все же
единственным объяснением поведения "пауков" была их надежда на то, что Великий
Союз сглупит и сократит свои силы в Килене и Шанаке до такого уровня, что они
смогут снова ударить по этим звездным системам. Орионские и земные стратеги в
такой ситуации тоже рассчитывали бы на такой ход событий. Однако теперь союзники
столь успешно теснили "пауков" на всех фронтах, что тем было просто смешно
рассчитывать на то, что число вражеских кораблей в Шанаке внезапно сократится.
Что бы ни замышляли "пауки", они продолжали скрытно проникать в Шанак, устраивая
засады на легкие патрульные корабли Третьего флота, которые в свою очередь
выслеживали разведывательные крейсера противника. Замаскированные легкие и
линейные крейсера неутомимо следили друг за другом в глубинах этой безжизненной,
но стратегически очень важной системы. Паучьи корабли старались проследить за
дислокацией Третьего флота, а орионские и гормские патрули так же неутомимо
пытались рассмотреть, откуда же появляются и куда исчезают "пауки".
Наконец четырнадцать месяцев назад это удалось орионскому линейному крейсеру
"Басинкихан".
Экипаж "Басинкихана" заплатил за это открытие жизнью, но его командир понимал,
как важно немедленно сообщить командованию координаты обнаруженного узла. Он
отправил курьерские ракеты так быстро, что паучьи канонерки, выскочившие из узла
и уничтожившие "Басинкихан", их не заметили.
- Мне не представилось возможности обсудить ситуацию, сложившуюся в Килене и
Шанаке, с кем-либо из офицеров, планирующих наши операции под надзором владетеля
Тальфона, - сказал Прескотт. - Однако они, кажется, уверены: "пауки" не знают,
что "Басинкихан" отправил курьерские ракеты. В тот момент линейный крейсер уже
удалялся от узла, и "пауки", возможно, не догадываются, что он заметил, где
именно исчез в невидимый узел один из их кораблей.
- В Главном штабе действительно думают именно так, - согласился Корааз, - и
считают, что, раз "паафуки" не знают, что мы нашли их невидимый узел, торопиться
с его штурмом нет причин. "Паафуки", конечно, начали укреплять этот узел со
своей стороны, как только мы выбили их из Шанака. Однако в Главном штабе
считают, что противник уверен, что мы никогда не найдем этот узел, и не тратят
много средств на его укрепление, особенно в то время когда мы стали теснить их
на других фронтах. Считается, что крайняя осторожность паучьих кораблей,
проникающих в Шанак, лишь подтверждает эту точку зрения.
- Значит, от нас хотят, чтобы мы не тревожили спящего "зегета"? - вопросительным
тоном сказал Заарнак, саркастически пошевелив кончиками усов.
- Отчасти это так, - согласился Корааз. - Но только отчасти! Полагаю, Главный
штаб в конечном итоге воспользуется находкой "Басинкихана" и позволит Третьему
флоту ударить из Шанака. В этой связи меня больше всего волнуют две вещи. Вопервых,
мои "фаршатоки" уже рвутся в бой и готовы к схватке. Что если со
временем их пыл остынет, а рвение ослабеет?! А во-вторых, "пауки" могут
догадываться о том, что "Басинкихан" определил координаты невидимого узла... Я,
конечно, сделал все возможное, чтобы они так не думали. Мои патрульные корабли
продолжают поиски узла и следят за всеми обнаруженными кораблями противника. Изза
этого я даже потерял еще два линейных крейсера после гибели "Басинкихана".
Несмотря на это, мы с моим штабом опасаемся, что "паафуки" тоже пытаются ввести
нас в заблуждение. Мы продолжаем искать невидимый узел, словно не знаем, где он
находится, а они ведут себя точно так же, как и раньше, чтобы мы не поняли, что
они догадались о нашем открытии. Мы можем понять истинное положение вещей,
только отправив в невидимый узел разведывательные ракеты, чтобы рассмотреть
укрепления, возведенные вокруг него противником. Сделав это, мы покажем, что
знаем, где находится узел. Поэтому ракеты отправятся туда лишь в том случае,
если нам позволят сразу же пойти на штурм.
- А Главный штаб по-прежнему перебрасывает крупные силы на другие фронты и не
желает развязать вам руки, - сказал Прескотт.
- Вот именно! Конечно, и ко мне прибывают новые корабли, но их очень мало,
потому что предназначавшиеся мне подкрепления отправили для участия в операции
"Антооноф" и в последовавших за ней боевых действиях, - сказал Ктаар. - По
мнению Стратегического совета, у меня по-прежнему недостаточно кораблей для
удара из Шанака. Я, конечно, понимаю, что корабли требуются и на других фронтах,
но...
- Если "паафуки" знают, что вы нашли узел, за каждый день промедления вы
заплатите новыми потерями при его штурме, - закончил за Корааза Заарнак.
- Вот именно, - повторил Корааз, выразительно прижав оба уха. - Возможно,
противник бросил все силы на укрепление своей стороны узла, как только понял,
что "Басинкихан" его обнаружил. Может, "паафуки" уже окружили узел десятками
фортов, и с каждым днем их становится все больше и больше. Кроме того,
количество кораблей, использованных противником при первом штурме Килены и
Тельмасы, а также быстрота, с которой к ним прибывали подкрепления, позволяют
предположить, что рядом с Шанаком находится по меньшей мере одно из "гнезд"
противника. И в этом случае надо ударить как можно скорее, чтобы вынудить
противника и дальше распылять остатки стратегического резерва. Теперь, когда
"паафуки" перешли к обороне, удар на новом направлении ослабит ее на остальных
фронтах.
- Все это очень убедительно, великий клык, - через мгновение сказал Прескотт. -
Разумеется, - язвительно добавил он, - мы с Заарнаком простые солдаты, и великие
умы, которые трудятся в ужасающих условиях на Новой Терре, вряд ли прислушаются
к нашему мнению.
Заарнак с Кораазом хором замурлыкали, не скрывая, что им понравилось меткое
замечание Прескотта, который заулыбался было им в ответ, но тут же посерьезнел:
- Великий клык, я действительно разделяю ваши опасения и считаю, что вам
представилась единственная в своем роде возможность... Вы, наверное, хотите, чтобы
мы ознакомили с вашим мнением владетеля Тальфона и командующую Макгрегор?
- Совершенно верно, - признался Корааз. - Я понимаю, что все мы примерно в
одинаковом положении, но, как метко сказал один земной писатель несколько
столетий назад, "все мы равноправны, но не всегда обладаем равными правами".
Прескотт ошеломленно уставился на довольного произведенным впечатлением Корааза.
Прескотт давно слыл среди орионцев знатоком их истории, культуры и философии.
Многие орионские офицеры решили от него не отставать и бросились изучать
культуру землян. Корааз среди них был одним из самых начитанных и не упустил
случая продемонстрировать накопленные знания.
- Я знаю, что владетель Тальфон и Объединенный комитет начальников штабов со
вниманием относятся к моим донесениям и предложениям, - продолжал посерьезневший
командующий Третьим флотом. - Но мне также известно, что решения командующих во
многом зависят от того, каким образом их штабные офицеры преподносят им те или
иные факты. Откровенно говоря, я надеюсь, что особые отношения, сложившиеся у
вас с членами Объединенного комитета начальников штабов и в первую очередь с
владетелем Тальфоном, придадут особый вес моим доводам в ваших устах. Уверен,
что вам удастся прорвать завесу непонимания, часто повисающую между
главнокомандующим и командирами его частей на поле боя. Если, конечно, вы
захотите поддержать мою точку зрения!
- Возможно, вы переоцениваете наше влияние в Объединенном комитете начальников
штабов, - усмехнувшись, ответил Прескотт. - Но, как бы то ни было, стоит как
следует продумать, как довести до высшего начальства ваши доводы, чтобы они
нашли понимание. Прежде чем поддержать вас, я бы хотел ознакомиться с фактами и
результатами анализа, которые привели вас к изложенным выводам.
- Сделайте одолжение, - мгновенно согласился Корааз. - Я ни за что не стал бы
просить у вас поддержки, не предоставив вам сначала такой возможности.
- Полагаю, ознакомившись с этими материалами, я не изменю точки зрения и с
удовольствием изложу ваши доводы владетелю Тальфону и остальным членам
Объединенного комитета начальников штабов, - с серьезным лицом сказал Прескотт.
- Я тоже, - согласился Заарнак. Он несколько мгновений смотрел на своего земного
брата по крови, а потом снова взглянул на Корааза и добавил: - Ваши доводы
убедительны, великий клык. Кроме того, владетель Тальфон наверняка поймет и еще
одну вещь. Уже давно пора отомстить за Килену, а лучше всего начать мстить
именно отсюда. Ведь из Шанака мы ударим прямо по системе, пославшей корабли,
испепелившие наши миры! - Заарнак поднял руку, выпустил острые как иглы когти,
унаследованные им от своих хищных предков, и сжал пальцы в кулак, вонзив когти в
ладонь так глубоко, что из нее брызнула кровь. Потом он разжал пальцы с
окровавленными когтями и тихо заговорил: - Я уже говорил моему брату по крови,
что тени погибших в Килене все еще не дают мне покоя.
Я чувствую ужас детей, горе матерей и бессильную ярость отцов. Я слышу их голоса
во сне и наяву. Но теперь эти голоса не оплакивают гибель родных и близких. Они
призывают к отмщению! - Заарнак прижал уши и снова сжал кулак, пристально глядя
в глаза Кораазу. - Я поддержу вас в Объединенном комитете начальников штабов,
великий клык. Я превращусь в голос погибших в Килене, и страшная месть народа
Зеерлику'Валханайи не заставит себя ждать.
Глава 26
"Вперёд, в атаку!"
- Если не ошибаюсь, вы лейтенант Сандерс, - с сильным британским акцентом
сказала вице-адмирал Виннифред Тревейн; не считая смуглой кожи, унаследованной
от далеких предков с Ямайки, она выглядела и держала себя как истинная
англичанка. - Что слышно от адмирала Леблана из Зефрейна?
- В последнее время ничего, господин адмирал, - ответил Сандерс с необычным для
него почтением в голосе, потому что директора Разведывательного управления ВКФ
побаивались даже адмиралы, не говоря уже о лейтенантах. - Я только что прибыл
вместе со штабом первого клыка Юнатаара.
- Мне известно, что вы прибыли из самого Андерсона-4. Да я и сама здесь каких-то
двое местных суток.
Адмирал Тревейн не часто посещала альфу Центавра, но специально прилетела сюда с
прародины-Земли на это сулившее стать крайне важным совещание. События
стремительно принимали крутой оборот.
- Меня зовет командующая Макгрегор. Так что лучше возвращайтесь к офицерам клыка
Юнатаара.
Кивнув Сандерсу, Тревейн повернулась на каблуках и двинулась по конференц-залу
Главного штаба Великого Флота прочь от Сандерса. Тот проводил ее взглядом и
осмотрелся по сторонам. С тех пор как он побывал здесь с Марком Лебланом почти
шесть земных лет назад, помещение почти не изменилось. Даже лучи главного
светила Центавра лились в высокие окна примерно под тем же углом. Однако теперь
на Новой Терре ликовала весна, а тогда тянулась хмурая поздняя осень.
Как и прежде, высшие офицеры сидели за овальным столом. В их число входили члены
Объединенного комитета начальников штабов и первый клык Юнатаар. Их штабные
офицеры сидели вдоль стены. Тревейн сидела так близко за спиной у Макгрегор, что
почти попадала в ореол, который опытный взгляд различал над столом. Сандерс
вздохнул и занял свое место, с которого ему была видна маячившая вдалеке спина
Юнатаара. Подчиняясь воинскому этикету, все поднялись навстречу вошедшему
Ктаару, даже Юнатаар, который был старше него по званию. Давно не видевший
Ктаара'Зартана Сандерс сразу заметил, как постарел орионец. Его движения
утратили прежнюю грацию, а некогда иссиня-черный мех был почти седым.
- Как известно некоторым из вас, - сразу после официального вступления начал
Ктаар, - я надеялся, что среди нас будут клык Прресскотт и клык Заарнак. К
сожалению, они еще не долетели из Шанака, где совещались с владетелем Хинаком.
Однако они прислали мне депешу. В ней звучит вопрос, который мне хотелось бы
обсудить в первую очередь.
Ктаар на мгновение замолчал и сверкнул глазами в сторону адмирала Кертиса
Тредмана и клыка Хердаана'Усаха, возглавлявших землян и орионцев, заседавших в
Стратегическом совете. Казалось, они съежились под взглядом Ктаара, но не
опустили глаз. Владетель Тальфон едва заметно улыбнулся им на орионский манер и
повернулся к остальным:
- Клык Прресскотт и клык Заарнак сообщили мне о том, что они поддерживают
предложения владетеля Хинака. В частности, клык Прресскотт подчеркивает, что
владетель Хинак справедливо опасается того, что "паафуки" знают, что их
невидимый узел обнаружен, и лихорадочно готовятся к отражению удара из Шанака. В
Центавре же, - продолжал он, снова взглянув на Тредмана и Хердаана, - упорно
считают, что противник не догадывается о том, что невидимый узел обнаружен.
Конечно, доказать или опровергнуть эту точку зрения невозможно, хотя поведение
противника в Шанаке вроде бы и говорит о том, что он по-прежнему считает себя в
безопасности... Я, как всегда, восхищен тщательностью и энергией, с которыми
Стратегический совет и его аналитики рассмотрели этот вопрос, и мне известно,
как трудно разгадать мотивы, которыми "паафуки" руководствуются в своих
поступках. Тем не менее на меня произвели довольно глубокое впечатление доводы
клыка Прресскотта и клыка Заарнака. Как указывает первый из них, мы не имеем
права ставить знак равенства между нашей реакцией на те или иные обстоятельства
и поведением "паафуков" в той же ситуации, но, с другой стороны, нельзя считать
противника загадочным и непостижимым. Клык Прресскотт согласен со Стратегическим
советом в том, что выводы лучше всего позволяют делать факты, а не оценка
предположительных намерений противника, но он подчеркивает необходимость
тщательного и всестороннего анализа имеющихся фактов. В конце концов, кажущиеся
таким
...Закладка в соц.сетях
