Жанр: Научная фантастика
Галактический шторм 3. Земля смерти
...ложат в штаны, узнав, как
ты прижала к ногтю правительство Данцига!
- Ну, полно вам, Иван Николаевич. Я действовала в чрезвычайной и, пожалуй,
единственной в своем роде ситуации. Кроме того, я опиралась на юридические прецеденты.
- Ну да, конечно! Твоему юрисконсульту нужно поставить памятник или заказать ему
цикл фантастических романов... Правда, твой маленький путч в Данциге прекрасно удался...
Кроме того, - добавил Антонов, ухмыляясь с нескрываемым удовольствием, - политиков
необходимо время от времени пугать до смерти. Это им только на пользу!
- Вы неисправимы!
- Говард Андерсон говорил мне то же самое,- признался Антонов. - Ему почему-то
казалось, что я не уважаю законно избранные гражданские власти.
Ханна Аврам с трудом удержалась от того, чтобы не расхохотаться.
- Что вы говорите! - улыбаясь до ушей, воскликнула она, но сразу же помрачнела. -
Кстати, о политиках! Я не смогла помешать некоторым из них нарядиться в военную форму
и вылететь вместе с подкреплениями к адмиралу Муракуме.
Антонов нахмурился:
- Что поделать! От этих "гастролеров", делающих карьеру подглядывая и
подслушивая за всем происходящим на флоте, никуда не денешься.
Потом морщины на лице Антонова разгладились, и он посмотрел на Ханну почти
покорным судьбе взором:
- Скажи спасибо, что в Сарасоту наконец направились подкрепления!
- Лично я, - мрачно заметила Ханна Аврам, - благодарю бога за то, что мы вывезли
оттуда всех беженцев. Теперь они достаточно далеко, и я почти спокойна за их судьбу.
Кроме того, мы уже приступили к эвакуации населения самой Сарасоты.
- Скоро там появятся первые корабли "змееносцев", - сказал Антонов. - За ними
летят орионские и корабли гормов. Мы сможем реорганизовать ударную группу Муракумы,
и она будет командовать настоящим флотом не только на бумаге.
- В этой связи встает еще одна политическая проблема,- с хмурым лицом сказала
Ханна Аврам. - Некоторые высокопоставленные лица считают, что новым флотом не
должен командовать простой контр-адмирал. Они настаивают, чтобы я заменила Ванессу
офицером более высокого ранга.
- Что за чушь?! - Антонов возмущенно тряхнул огромной головой. - Подвиги
Муракумы известны всем. Она на месте уничтожила более девяноста сверхдредноутов, а
разведчики утверждают, что еще пятьдесят с лишним повреждены ею настолько тяжело, что
отправились на ремонт. А уничтоженных ею легких кораблей просто не счесть. Только
благодаря ее упорству и мужеству мы успели перебросить в Сарасоту новые корабли. А ее
рейд в Юстину! Муракума не только спасла тысячи мирных жителей, но и так врезала
"паукам" по соплям - если, конечно, у них текут сопли,- что они до сих пор не смеют
нападать на Сарасоту. - Антонов усмехнулся и снова покачал головой. - К сожалению, я
помню Муракуму очень смутно. Тогда она еще училась в военном колледже... Знаешь,
Ханна, а ведь она, помимо всего прочего, очень красивая, даже элегантная женщина...
Может, я слишком часто бываю несправедлив к офицерам молодого поколения?..
- Увы, но некоторые, например Агамемнон Вальдек, так не думают!
Ханна Аврам на мгновение замолчала и стала ждать реакции Антонова, который пока
что выслушивал новости слишком спокойно для человека его темперамента. Она
приготовилась к вспышке буйного гнева при одном упоминании имени председателя
Комитета по надзору за деятельностью ВКФ. Однако вулкан безмолвствовал, и она
продолжала:
- Он называет рейд в Юстину безрассудным. По этой причине и из-за чина Муракумы
он хочет ее заменить вице-адмиралом Мукерджи. Да, да, я все понимаю, - поспешно
продолжала она, пытаясь отвлечь Антонова, бурной реакции которого опасалась. -
Мукерджи... Это - Мукерджи. Я даже не знаю, с кем его сравнить... Один знаток истории в
моем штабе сказал, что он напоминает какого-то маршала Базена...
- Он несправедлив к бедняге Базену, - заметил Антонов кротким тоном, поразившим
Ханну еще больше, чем вспышка гнева, которой она ждала. - По-моему, он больше похож
на адмирала Эльфинстона.
Ханна встревожилась. Конечно, омолаживающая терапия не панацея, но неужели
Курносая уже протянула к Антонову костлявую лапу?! Где же прежний неукротимый "Иван
Грозный"?!
- Ну и что же мне делать? - решительно спросила она. - При той должности,
которую занимает Вальдек, я не могу притворяться, что его просто не существует.
- Я все понимаю, Ханна. Но с ним тебе придется разбираться самой. Я со своими
новыми коллегами отвечаю за общую стратегию военных действий, назначение же
конкретных офицеров на те или иные должности - дело ВКФ. Советую именно это и
сказать депутату Вальдеку. Скажи ему, что этот вопрос касается только военных и будет
решен в соответствующих инстанциях.
Теперь Ханна Аврам встревожилась не на шутку, но Антонов все так же кротко
продолжал:
- Конечно, ты можешь еще кое-что сделать. Во-первых, поднапрячься и добиться,
чтобы Муракуму произвели в вице-адмиралы. Это давно пора сделать, положив конец
разговорам о ее чине. Во-вторых, сказать депутату Вальдеку, что, хотя Объединенный
комитет начальников штабов Великого союза и не собирается вмешиваться во внутренние
дела ВКФ Земной Федерации, председатель этого органа уверил тебя в том, что все
союзники землян полностью доверяют адмиралу Муракуме и им очень не хочется, чтобы в
нынешний критический момент меняли офицера, командующего действующими силами на
поле боя. И наконец, в третьих, - сказал Антонов, внезапно ухмыльнувшись так, что глаза
превратились в узенькие щелочки за высокими скулами, - ты можешь сказать депутату
Вальдеку, что он - жирная сволочь и может убираться на все четыре стороны, если еще в
состоянии двигаться со своим необъятным брюхом.
Ханна Аврам как раз поднесла к губам стакан с водкой. Услышав последнее
предложение Антонова, она расплескала добрую половину его содержимого себе на колени.
- Прекрасная мысль! - воскликнула она, справившись с приступом кашля. - Даже
не знаю, как вас за нее благодарить, Иван Николаевич, - осторожно продолжала она. - Но,
черт возьми, вы же прекрасно знаете, что я не могу ему это сказать!
- Очень жаль... Но сейчас важнее, чтобы флотом командовала Муракума.
У Антонова на лице появилось задумчивое выражение.
- Как это ни странно, в истории человечества все-таки было несколько стоящих
политиков. От одного из них потребовали отстранить от должности генерала, понесшего
большие потери. "Он мне необходим, - ответил этот политик. - Ведь он умеет сражаться!"
Антонов снова улыбнулся.
- Знаешь, я, пожалуй, не прочь возобновить знакомство с адмиралом Муракумой, и
мне кажется, что Ктаар Корнажевич тоже с удовольствием с ней познакомится... В конце
концов, на Новой Терре все идет гладко... Как ты думаешь,
не съездить ли мне с инспекцией на передовую?
Глава 14 "Мы больше не будем отступать!"
Вице-адмирал Ванесса Муракума снова стояла на флагманском мостике, изучая экран
монитора. "Кобра" - флагман новоиспеченного Пятого флота - дрейфовала в пяти
световых минутах от узла, ведущего в Юстину. Сложив руки за спиной, Ванесса
разглядывала на дисплее стройные ряды символов, обозначавших ее корабли.
Слава богу, давно обещанные тяжелые единицы наконец прибыли!
Экипажи кораблей Ванессы ликовали - ведь операция "Избавление" увенчалась
успехом! Однако один из самых уважаемых Ванессой политиков, живших еще до эпохи
покорения космоса, метко заметил, что, отступая, войну не выиграть.
Противник уничтожил и повредил очень много кораблей землян. Особо тяжелыми
были потери среди легких крейсеров, прикрывавших транспорты Райхмана. Хотя Ванесса в
ответ разнесла в щепки множество "паучьих" кораблей, в глубине души она понимала, что,
если бы "пауки" пустились в погоню, ей пришлось бы бежать из Сарасоты.
При этой мысли у Ванессы похолодело внутри, и она закрыла глаза. Транспорты
эвакуировали всех уцелевших мирных жителей, добравшихся до посадочных площадок, но
она потеряла больше десяти тысяч людей и такое огромное количество кораблей, что 59-я
ударная группа почти перестала существовать как боеспособное соединение. Такой исход
вряд ли можно было считать блестящей победой: ведь после операции "Избавление"
Сарасота оказалась практически беззащитной.
Ванесса не сомневалась, что Ханна Аврам отстранит ее от командования, и в глубине
души очень на это надеялась. Никто в штабе, пожалуй за исключением Марка, не
догадывался, насколько истощена ее психика. Даже Маккена полагал, что она радуется
успеху эвакуации. Ванесса же, гордясь мужеством своих подчиненных, прекрасно понимала,
что сорок восемь тысяч спасенных - лишь малая толика по сравнению с брошенными на
произвол судьбы миллионами. Они преследовали ее во сне в облике людей, которых она
когда-то знала и любила, а мысль о том, что еще сто с лишним миллионов таких же мирных
жителей трепещут от страха под ненадежной защитой Пятого флота, тяжелым грузом лежала
у нее на сердце.
"Еще одного отступления мне не пережить, - в оцепенении думала она. - Теперь я
должна остановить "пауков". Я пытаюсь внушить всем, что это у меня непременно
получится, но сама не верю в собственные силы. Почему я ощущаю только отчаяние?! Боже,
как я устала губить людей! А что если подчиненные почувствуют мою неуверенность и
поймут, что я хочу умереть, чтобы не ощущать новой вины, и ради этого намерена захватить
их с собой в могилу?!."
Ванесса с трудом перевела дух и открыла глаза. Вместо значков на дисплее она видела
людей на борту кораблей и сжала кулаки так, что ногти впились ей в ладони. Сейчас она
была сильнее, чем когда-либо раньше: у нее было шестнадцать сверхдредноутов, девять
линкоров, двадцать пять линейных крейсеров, одиннадцать эскадренных авианосцев, семь
легких авианосцев с их эскортными кораблями, пять космических фортов из состава станции
космического слежения в Сарасоте, огромная, вооруженная до зубов орбитальная база ВКФ
и более шестисот истребителей. У нее были минные поля, лазерные буи, буи с излучателями
первичной энергии и беспилотные носители стратегических ракет. Не многим адмиралам
ВКФ выпадала честь командовать таким мощным соединением, но у Ванессы мороз бежал
по коже, когда она думала о "паучьих" эскадрах, которые вот-вот должны были ринуться на
нее. По самым скромным подсчетам Марка Леблана и Линг Чан, потери "пауков" уже
равнялись половине довоенной численности тяжелых кораблей ВКФ Земной Федерации, но
в каждой новой атаке участвовали все более и более крупные силы. Какой же у них
огромный флот, если они, не считаясь с такими чудовищными потерями, продолжают
наступать!
Ванессе казалось, что она противостоит не военно-космическому флоту, а неукротимой
стихии, возникшей в недрах преисподней, чтобы сокрушить все на своем пути. При этой
мысли Ванесса дрожала от страха. Нет, она боялась не смерти! Ее пугала страшная мысль о
том, что человечество оказалось на пути неведомой безжалостной и неумолимой силы. Она
боялась, что умрет, но так и не спасет мирных жителей, охранять которых когда-то
присягала.
Ванесса скрывала эти жуткие мысли за внешней уверенностью, которую
демонстрировала подчиненным, потому что долг требовал от нее лгать им и вести их на
бессмысленную смерть.
В коридоре раздались шаги. Ванесса повернулась к прибывшим на совещание
Демосфену Вальдеку, Джексону Теллеру и Джону Людендорфу. За ними шли начальники
штабов этих адмиралов, а также Лерой Маккена, Линг Чан и Марк Леблан. Ванесса
улыбнулась невеселой, но широкой и уверенной улыбкой.
- Вы очень пунктуальны, - сказала она, сверившись с хронометром на переборке.
Ванесса одарила прибывших еще более ослепительной улыбкой и указала изящной
рукой на люк штабной рубки.
- Ну что ж, перейдем к делу. "Пауков" нам еще давить не передавить!
Марк Леблан сидел у себя. Иногда он прикасался пальцами к клавиатуре компьютера,
пробегая глазами параграфы набранного убористым шрифтом текста. Сейчас его не очень
занимал план будущего сражения, мерцавший на экране компьютера. Он думал о
разработавшей его женщине. Леблан дочитал очередной раздел, вздохнул и откинулся на
спинку кресла, обхватив голову руками и обдумывая не дававшую ему покоя проблему.
У Ванессы явно сдают нервы! Хорошо зная ее, Леблан, единственный из всех, уже
давно чувствовал это, но понятия не имел, как ей помочь.
Маккена и Вальдек, давно работавшие с Ванессой, были ослеплены безукоризненно
правильными решениями, которые она до сих пор принимала. Они вместе с остальными
были загипнотизированы невероятным количеством уничтоженных ею кораблей противника.
Ни одному адмиралу - и не только в истории человечества - еще не удавалось добиться
такого невероятного соотношения потерь. Хотя у землян тоже погибло много кораблей, их
количество казалось ничтожным по сравнению с числом разнесенных в щепки единиц
противника.
И все же никто из этих офицеров не нес на себе бремя ответственности за
окончательный исход сражения, и ни один из них - возможно, за исключением Джексона
Теллера - не мог до конца прочувствовать глубину психологических ран, нанесенных
Ванессе этим бременем. Только Марк понимал это. Много недель он наблюдал за тем, как
эти раны кровоточат все сильнее и сильнее, ведь только в его обществе Ванесса
осмеливалась сбросить маску уверенности, хотя он ничем не мог ей помочь. Он мог лишь
побыть с ней, разделить ее боль и попытаться хоть как-то успокоить. С новой силой
вспыхнувшая любовь к Ванессе лишь мешала ему, и он гнал ее, особенно сейчас, когда
нужно было беспристрастно анализировать ее психическое состояние. Он притворялся, что
между ними ничего нет, но от этого лишь острее чувствовал муки Ванессы.
Леблан видел в ее зеленых глазах отражения призраков всех сожранных "пауками"
детей. Он ощущал отчаяние, зреющее в душе Ванессы, и видел, что она чувствует себя
припертой к стенке и не только не хочет, а просто не может обрекать на страшную смерть
новых несчастных. Вот поэтому-то в ее новом плане и не говорилось, как и куда отступать в
крайнем случае. Какое бы отчаянное положение ни сложилось, новое отступление для нее
было немыслимо. Леблан понимал, что план нового сражения составлен не вице-адмиралом
ВКФ, а простой женщиной, каких в Сарасоте были миллионы.
Марк сильнее сжал виски, размышляя, стоит ли поговорить с Вальдеком. Этим он
предал бы женщину, которую когда-то (а может, все еще или снова) любил, но им
руководило чувство долга. Если в тяжелейшей грядущей схватке Пятый флот будет
уничтожен, Земная Федерация потеряет не только Сарасоту, но и все скопление Ромул! Это
нужно предотвратить, даже предав Ванессу... И все же!..
Раздался звуковой сигнал у входа. Леблан отнял руки от висков, нажал кнопку и тут же
вскочил на ноги, увидев вошедшую в каюту Ванессу.
- Добрый вечер, Марк!
Ванесса взглянула на дисплей с планом сражения, потом посмотрела Леблану прямо в
глаза и улыбнулась.
Улыбка у нее получилась невеселой, и Леблан настороженно подумал о том, какие
мысли Ванесса успела прочесть в его взгляде, пока он не оправился от удивления.
- Здравствуй, Ванесса, - ответил он через секунду. Опустившись в кресло, она
положила ногу на ногу и, не спуская глаз с Леблана, обхватила руками колено.
- Чему обязан? - Леблан попытался говорить непринужденно, но, увидев, как у
Ванессы скривились губы, понял, что у него ничего не получается.
- По-моему, ты думаешь, что у меня поехала крыша, - негромко сказала Ванесса, и
Леблан вздрогнул.
- Ну что ты... - запротестовал было он, но она заставила его замолчать
стремительным властным жестом:
- Брось! - Ванесса откинулась в кресле, сверля Леблана зелеными, как нефрит,
глазами. - Я не хотела обсуждать это ни с кем, и в первую очередь с тобой, но в последнее
время ты что-то уж больно пристально за мной наблюдаешь... Ты что, обо всем догадался?
- О чем?
- Умоляю тебя, Марк! Мы слишком хорошо знаем друг друга!
Леблан поежился при звуке ее тихого и бесконечно усталого голоса. Он опустил голову
и стал сосредоточенно изучать ногти. Ему ужасно хотелось притвориться, что он ничего не
понимает, но, к сожалению, Ванесса была права. Они слишком хорошо знали и понимали
друг друга, и Леблану оставалось только кивнуть, не поднимая глаз.
- А почему ты молчал?
- Потому что... - Он запнулся, перевел дух и пожал плечами. - Сам не знаю... Но я
начальник разведки и понимаю, что произойдет, если флот будет уничтожен. Если мы не
сумеем остановить "пауков", этот план, - с этими словами он кивнул на дисплей, - его
погубит. Мой долг указать тебе на это, Ванесса!
- Я так и думала, - еле слышно проговорила она и несколько бесконечных мгновений
смотрела ему прямо в глаза. Потом вновь откинулась на спинку кресла, сложила руки на
груди и усмехнулась страшной, недоброй усмешкой. - Бедный мой Марк, - пробормотала
она. - Ты знаешь, что у меня едет крыша, и считаешь своим долгом кого-нибудь
предупредить, но в глубине души... - Ванесса грустно покачала головой. - Ты добрый и
хороший. Жаль, что именно ты попал в эту переделку... Впрочем, на наших кораблях много и
других добрых и хороших людей, ведь правда?
- Ванесса, прошу тебя! - Леблан подался вперед и протянул ей руку. - Ты уже не
раз делала невозможное. Видит бог, ты имеешь полное право потерять рассудок! Но я этого
не хочу... О Господи! Как я этого не хочу!.. Мы оба знаем, что ты больше не можешь...
- Ну и что же -мне делать? - спросила Ванесса глухим голосом. - Подать в
отставку? Свалить всю ответственность на Демосфена? Спрятаться в тылу и думать: "Не
переживай, Ванесса, ты сделала все что могла. Пусть теперь кто-нибудь другой чувствует
себя виноватым..."?
Леблан нахмурился и покачал головой:
- Ты не всемогуща и ни в чем не виновата. Ты сама это понимаешь... Но этот план... -
Он снова покачал головой. - Ванесса, нельзя ставить на карту судьбу целого скопления
миров, решив любой ценой остановить "пауков" в Сарасоте. Неужели ты забыла, на что
похожи их атаки?!
- Нет, не забыла,- ответила Ванесса, и Леблан услышал в ее тихом голосе зловещий
звон стали.- Но мы больше не будем отступать! Ни "пауки", ни дьявол, ни сам Господь Бог
не заставят меня отступить из Сарасоты! Довольно отступлений! Довольно сожранных
детей! Довольно их родителей, проклинающих перед смертью Военно-космический флот!
Хватит!
- Но...
- Хватит! - повторила Ванесса намного резче, и в ее глазах вспыхнуло недоброе
пламя. - Я понимаю, на какой риск иду, но бывают моменты, когда ход войны перестает
подчиняться логике. И этот момент настал. В Сарасоте сто миллионов жителей, и, пока у
меня есть хоть один корабль или истребитель, я не позволю этим гадинам прикоснуться к
ним своими клешнями!
Ванесса на мгновение замолчала, потом заставила себя говорить спокойно.
- Конечно, ты прав! Сражаясь в Сарасоте до последнего, я могу потерять все корабли.
Но ты никогда не думал, что произойдет, если мы прекратим упорное сопротивление?
Сколько еще систем мы отдадим противнику "по соображениям стратегической
целесообразности", подрывая этим не только собственный боевой дух, но и боевой дух
наших союзников? Первые корабли "змееносцев" прибудут уже через две недели. За ними
по пятам следуют первые корабли орионцев. Сейчас мы сильнее, чем когда бы то ни было. К
нам движутся подкрепления, а у нас за плечами Рем. Отдав противнику эту звездную
систему, мы потеряем и все скопление. А если мы хотим сохранить его, нам некуда
отступать. Если мы уступим противнику в Сарасоте, пришедшему на мое место адмиралу
вообще незачем будет сопротивляться. А что будет с населением звездных систем, куда
ворвутся "пауки"? Создастся впечатление, что "пауков" вообще не остановить, как тучу
саранчи, эпидемию чумы или лесной пожар! Посмотри, в каком ужасном состоянии наши
экипажи! Ты знаешь, почему они считают операцию "Избавление" блестящей победой? Да
потому, что в противном случае придется признать, что сопротивление бесполезно. А если
мы станем так думать, что будет с нашей волей к победе? Нет! - Ванесса энергично
тряхнула головой. - Мы должны любой ценой остановить этих гадов, и я решила, что мы
сделаем это здесь. Мы больше не будем отступать!
Леблан пристально наблюдал за Ванессой, прислушиваясь к ноткам безумия в ее
голосе, и понимал, что ее решение безрассудно. Ее кажущиеся логичными доводы
проистекали из непреодолимого желания умереть, но больше не отступать. И все же они
были убедительны. Внезапно Леблан вспомнил многочисленные примеры из истории
человечества, когда нежелание сдаться более сильному врагу перевешивало все остальные
соображения. Он вспомнил царя Леонида и триста спартанцев, Маккавея и Масаду, Яна
Жижку и его непобедимые боевые повозки, оборону Мальты, Ужмон и Ля-Э-Сант, Тревиса и
Боуи, блокаду Ленинграда и варшавское гетто, сражение у звезды Таннермана и битву в
звездной системе Редвинг. Этот список можно было продолжать, и, хотя героев часто ждали
поражение и гибель, из этого правила были исключения.
- "Они не пройдут!" - пробормотал Леблан. Ванесса с непонимающим видом
уставилась на него, и он грустно улыбнулся:
- Так говорили очень давно и совсем на другой войне! - Он склонил голову набок, и
в его печальной улыбке мелькнула ирония. - Что ж, безумству храбрых поем мы песню...
- Неужели я действительно сошла с ума? - спросила Ванесса с почти детским
любопытством, и Леблан покачал головой:
- Не знаю... Но все равно никому не скажу. Ванесса облегченно перевела дух, и он
снова улыбнулся:
- Что ж, иди в бой, Ванесса. Может, ты права. Может, на этот раз они не пройдут!
Потери, пусть и более значительные, чем предполагалось, пока оставались на
приемлемом уровне, особенно учитывая ценность захваченных звездных систем и
количество кораблей, находившихся в резерве, а враг или был гораздо слабее, чем казалось,
или так боялся потерь, что постоянно искал спасения в бегстве. Лишь определенное
техническое преимущество делало его опасным, но ему не долго оставалось пользоваться
этим преимуществом: первые виды нового оружия уже поступили на флот, и армада стала
еще более грозной, чем раньше. Конечно, очень многим кораблям суждено погибнуть, но
теперь сверхдредноутов гораздо больше, а флот уже понял, как заставить врага остаться
на поле боя и принять сражение.
В Сарасоте царило полное спокойствие, и вдруг из узла пространства с быстротой
молнии стали появляться вражеские корабли. Впрочем, они появились оттуда не
одновременно, потому что на этот раз "пауки" выделили на проход узла целых тридцать
секунд, стараясь сократить потери от совмещения кораблей на выходе из него.
Таких потерь действительно стало меньше, но все-таки случаев совмещения не удалось
избежать. Экипажи кораблей ВКФ Земной Федерации бросились по местам под вой сирен и
в сполохах ослепительных вспышек, объявивших о появлении безжалостной и неумолимой
стихии, вихрем взвившейся в котле среди минных полей, беглого огня лазеров и излучателей
первичной энергии, установленных на буях. Более шестидесяти крейсеров сразу разнесло на
куски, а еще пара десятков превратилась в изрешеченные остовы. Тем не менее семьдесят
крейсеров уцелело, и Ванесса Муракума стала изучать тактические данные, всплывавшие на
дисплее.
В отличие от второго сражения в Юстине, "пауки" послали в атаку много опасных
легких крейсеров типа "Кастет". Более того, они отправили их в последней волне и
проводили сквозь узел пространства постепенно, чтобы сократить потери. На большом
расстоянии было плохо видно, но вроде бы уцелело около тридцати "Кастетов". Это
предвещало большие потери космических истребителей, но больше всего Ванессу
насторожило то, что на этот раз "пауки" не бросили легкие крейсера прямо на мины.
Штурмовой флот выполнил свою задачу, захватив узел пространства. Трусливый враг
опять не подвел к нему корабли на дальность действия оружия легких крейсеров. Теперь им
ничего не угрожало, кроме мин и буев с энергетическими излучателями. В Юстину прибыли
курьерские ракеты с сообщениями об успехе, и сверхдредноуты вместе с эскортирующими
их кораблями стали проходить узел пространства.
- Вот и бегемоты! - пробормотал Маккена.
Тяжелые корабли медленно, один за другим появлялись из узла пространства, как
вагоны доисторического товарного поезда в ночном кошмаре. У Ванессы захватило дух.
Сорок!.. Пятьдесят!.. Шестьдесят! Сверхдредноутам не было конца. Это был ощетинившийся
всевозможным оружием непрерывный поток металла и электромагнитных щитов. Ванесса с
трудом подавила желание облизать пересохшие губы. Ей ужасно хотелось немедленно
нанести удар, но она не могла вступить в борьбу, не рискуя потерять множество своих
кораблей в самом начале сражения. Придется впустить "пауков" и дать им возможность
развернуться. Потом останется только молиться о том, чтобы более высокой скорости и
огневой мощи ее кораблей хватило для удержания сил противника.
"А вдруг тебе будет не остановить их? - подло нашептывал ей внутренний голос. - А
что если они уже многому научились и многое поняли? А вдруг они знают, как свести на нет
твое преимущество?"
Ванесса приказала внутреннему голосу замолчать и продолжала изучать дисплей.
Компьютеры уже не справлялись с работой. При таком множестве кораблей на малюсеньком
пятачке пространства им было не рассчитать их энергетические поля, но, по оценкам
наблюдателей, в Сарасоте было уже более девяноста "паучьих" сверхдредноутов, а во всем
Пятом флоте было всего сто семнадцать кораблей, включая буксиры и корабли эскорта.
Ванесса наблюдала за ними, нервно дергая застежку скафандра. У противника
оказалось намного больше кораблей, чем она ожидала.
Узел пространства был пройден. Сверхдредноуты и линейные крейсера выстроились
ровными рядами, а легкие крейсера двинулись в сторону поджидавших их мин. До начала
боевых действий легкие крейсера противоракетной обороны считались самыми
подходящими кораблями для их уничтожения, но опыт последних сражений показал, что
эти корабли слишком ценны как средство борьбы с маленькими штурмовыми аппаратами
врага. Поэтому две трети крейсеров противоракетной обороны остались в тылу, а
...Закладка в соц.сетях
